Секретная история из архива Предприятия 3826

1. 1 Марта 1947 года. Предприятие 3826. База Аргентум. 7:00 утра.

*База Аргентум. 7:00 утра*

День у бойцов Аргентума обычно начинается рано. Если нет боевых вылетов, то ранним утром интенсивная тренировка, далее - приём пищи и раздача заданий на день. Это может быть как участие в эксперименте нового оружия, так и обеспечение безопасности для учёных на предприятии.

Василиса сидела в столовой и доедала свой завтрак. Обдумывая результаты своей тренировки и крайней миссии в составе Аргентум, она не заметила, как к ней подсел Нечаев и стал пристально смотреть на неё.

- Эй, Вась. Вася… Вася, блин! Ты здесь вообще?! – негодовал Сергей. Девушка, казалось, не слышала его, методично поедая остатки завтрака.

- Вася, приём! Земля вызывает Василису ответьте – приём! – сказал Сергей, слегка тряся девушку за плечо.

- Деревенщина, тебя не учили, что когда я ем – я глух и нем?! Слышу я тебя, чего хотел? – отвлекшись от своих мыслей, с ноткой раздражения сказала Василиса.

- Манерам поучилась бы, а то самой палец в рот не клади! – огрызнулся Сергей, не ожидая такой наглости от товарища. - Узнать как дела я хотел, а то весь завтрак хмурая, себе на уме. Даже не села рядом с нами с Катькой, как обычно. Что-то случилось? Мы же переживаем... – с искренним беспокойством сказал Сергей.

Васька для него с Катей стала кем-то вроде сестры. Как только она пришла в Аргентум, никто ей поначалу не доверял, так как мало ли что, человек новый, нужно время. Но жена почему-то с ней сразу сдружилась, сыграла её пресловутая «женская интуиция», как она всегда любила ему говорить. Он считал, что это всё чушь собачья, но всё же решил довериться жене и не прогадал. Сколько раз Вася спасала их из передряг и не сосчитать, её знания и способность быстро их применять, когда пахнет жареным, не раз спасала им жизни, поэтому он очень за неё переживал. Знал, что эта работа – не пик её мечтаний, поэтому всегда старался её поддержать.

- Прости, Сергей. Нужно было подумать, – доев кашу, сказала Василиса и принялась за чай. – Размышляла о результатах нашего последнего боевого вылета, – сказала девушка, смотря на Сергея. – Как они могли так поступить? Убить всех работников буровой установки, только чтобы завладеть нашими технологиями. Война уже давно завершилась, а люди всё ещё продолжают умирать в угоду чужим интересам, когда уже это закончится?.. – в пустоту задала вопрос девушка.

Она понимала, что ни Сергей, ни она не знают ответа на этот вопрос. Осознаёт, что они тоже пешки в этой шахматной партии, и задача их довольно незамысловата. Защитить то, что создают здесь на благо советского народа.

- Говоришь прям как Дмитрий Сергеевич. Ты не хуже меня понимаешь, что война продолжается. Мозгов поди побольше, чем у меня будет, – спокойно ответил Сергей. – А здесь трудятся люди, чтобы завершить все это раз и навсегда. Смотри в каких мы цацках благодаря им ходим. Так бы уже померли б давно. Поэтому не хмурься. Ты вообще отлично показала себя на последнем задании, первой обнаружила диверсанта и быстро починила «Гриф», насколько я знаю, ты ещё в отчёте указала, как можно улучшить его систему безопасности. Так что с вашими с Катей мозгами и моей силушкой богатырской чего-нибудь придумаем, – смеясь ответил Сергей.

- Да ну тебя, Нечаев, – улыбнулась Василиса. – Вечно у тебя всё шутки и прибаутки. Ты хоть иногда серьезным можешь быть? – продолжала улыбаться девушка. - Так точно нет, товарищ старший лейтенант. Чувство юмора держит мою тонкую душевную натуру в равновесии! - с деланной серьёзностью сказал Сергей, довольный тем, что смог поднять девушке настроение.

- Тонкой душевной натурой? – вдруг со стороны послышался такой знакомый этим двоим женский голос. – Кому ты тут лапшу на уши вешаешь? У самого одни дурачества на уме, – сказала Катерина, подходя к Нечаеву.

- Не правда, я ещё мультики люблю! – с деланной обидой сказал Сергей, глядя на любимую.

- Вижу ты уже поговорил с Васей. Он же тебя не обижал? - нарочито серьёзно обратилась к Васе Катерина. - А то ты скажи, я ему мигом мозги на место поставлю.

- Эй, никого я не обижал. Она, вон, сама кого хочешь в бараний рог закатает. Сама видела как она сегодня Криптона отделала, бедный потом ещё полчаса ходил как потерянный. Пришлось и его подбадривать, - перебил жену Сергей, негодуя от таких обвинений.

- Всем время от времени иногда следует оказаться на лопатках. Отрезвляет. Не переживайте, ребят. Всё хорошо, – с искренней благодарностью в голосе ответила девушка.

Василиса привязалась к этим двоим. Она довольно рано стала сиротой, когда ей было 15 лет, её родители умерли от тифа и ей быстро пришлось учиться выживать самой. Это отразилось на её характере. Человек она довольно замкнутый, но при этом ценит дружбу и товарищество. Поэтому попав в Аргентум и познакомившись с четой Нечаевых, довольно быстро привязалась к ним, они стали для неё братом и сестрой, которых у неё никогда не было.

- Ну раз так, то отлично, – ответила Катя. – Чуть не забыла, тебя к себе вызывает майор Кузнецов, у него к тебе какое-то важное задание, сказал найти тебя и отправить к нему.

- Что ж ты сразу не сказала, женщина! – подскочила с места девушка, – Он же за долгое исполнения приказа по головке не погладит, – сказала Василиса. – Удачи вам, Красавица и Пугало! – с улыбкой сказала Вася быстро удаляясь из столовой в направлении кабинета командира. Краем уха слыша реакцию на её слова.

- Кать, почему у неё ты всегда Красавица, а я то Пугало, то Деревенщина? – спросил Нечаев у жены. На что она ответила: - Серёж, а что плохого в правде, но за это я тебя и люблю, – ласково ответила девушка.

***

Василиса быстрым шагом направлялась по коридорам базы. За эти полтора года, что она находилась в составе отряда девушка выучила все эти серые и, казалось бы, однородные помещения и переходы наизусть, база стала для её домом. “Прямо, потом направо мимо оружейной, чтобы сократить дорогу, потом налево через ангар, наверх по лестнице и я на месте”, – про себя проговаривала девушка, чтобы немного усмирить свое волнение. За все время работы майор Кузнецов не поручал ей каких-либо важных личных заданий, она всегда работала с кем-то из ребят, либо в составе всего отряда. Это не значит, что он ей не доверял, здесь все друг другу доверяют по умолчанию. Такой тут порядок. И даже «белая сова» смогла тут прижиться. Просто не было необходимости отправлять её куда-то одну. Дойдя до кабинета командира и отдышавшись, она постучала в массивную дверь.

2. 5 марта. 1947 год. Предприятие 3826. Комплекс “Челомей”

*Комплекс «Челомей». 15:00 часов.*

«Он меня разыгрывает или испытывает моё терпение?! Бессмертный что ли?!» — думала про себя Василиса, проходя быстрым шагом по коридорам комплекса с папками в одной руке и сжимая кулак другой. Девушка уже не в первый раз за этот день направлялась в кабинет Сеченова с документами ему же на подпись. Уже пятый день она работала с академиком, выполняя своё задание, хотя у Василисы складывалось ощущение, что ему нужен был лишь посыльный, который отнесёт бумажки из пункта А в пункт Б быстро и без проволочек. На протяжении этого времени она только и делала, что бегала по разным концам предприятия по его поручениям. «Хоть дело-то и не пыльное, но задание заключается не в этом, с такими поручениями и Вовчик справится», — продолжала про себя возмущаться девушка. Дойдя до двери кабинета и без стука войдя в него, она увидела лишь письменный стол с кучей бумаг, но учёного нигде не было.

«Наверное, у себя в лаборатории», — подумала Василиса, кладя папки на стол. «Он ещё даже не подписал прошлые документы, которые я принесла», — закатив глаза про себя заметила девушка. «Да, отправить бы его на пару дней на перевоспитание майору Кузнецову, быстро будет разбираться с бумагами в срок», — с ехидной улыбкой думала старший лейтенант, идя к лаборатории.

— Дмитрий Сергеевич, я принесла документы, — громко сказала Светлова, подходя к лаборатории. В ответ тишина. Постучав в дверь и снова окликнув учёного, девушка вновь услышала в ответ лишь молчание. Василиса напряглась, в голове пронеслись самые неутешительные варианты развития событий. Достав пистолет и приоткрыв дверь в лабораторию, лейтенант услышала два голоса, один из которых был голосом Сеченова. Он был спокоен и размерен, поэтому девушка убрала оружие обратно в кобуру и зашла в лабораторию.

— Василиса Андреевна, Вы уже вернулись, — сказал учёный, обратив своё внимание на девушку.

— Быстро Вы справились, — ободряюще кивнул мужчина, словно что-то подмечая у себя в голове.

— Меня не было полтора часа, Дмитрий Сергеевич. Съездить в «Вавилов» за документами и обратно, это Вам не в соседнюю лабораторию метнуться, — с нотой недовольства сказала Светлова. — Вы счёт времени потеряли? Я заметила, что Вы ещё не разобрались с документами, которые я принесла Вам ранее, — говорила девушка, ближе подходя к учёным.

Василиса обратила внимание на человека, что стоял рядом с академиком. Складывалось ощущение, что мужчина не обращал на неё внимание, но лейтенант чувствовала на себе его взгляд. Тяжёлый и пронизывающий, словно скальпель, он исследовал её внутренний мир. Девушке были неприятны эти ощущения, но глаз она не отвела, продолжая рассматривать учёного. Высокий, примерно ростом с Сеченова, с полностью лысой головой. Под белым лабораторным халатом одет в чёрную водолазку и коричневые брюки. Лицо было довольно бледным, взгляд чёрствым и невозмутимым, а его глаза Василисе напоминали ей её же собственные, такие же холодные, безразличные, особенно в моменты крайней сосредоточенности.

— Да, возможно Вы и правы, — в конце концов оторвавшись от расчётов ответил Сеченов. Оглядев лабораторию, взгляд учёного остановился на девушке.

Лейтенант уже внимательно смотрела на академика, в ожидании того, что он скажет дальше.

«Она кажется такой спокойной и милой, когда молчит», — невольно задумался Сеченов, тут же отмахнувшись от этой мысли.

— Василиса Андреевна, знакомьтесь, это мой друг и коллега, Харитон Радеонович Захаров, — проговорил Сеченов, показывая на мужчину рядом. — Харитон, это девушка о которой я тебе рассказывал, — указал академик на Василису.

— Занятно, тот военный кандидат, — Безразлично сказал Захаров, кивая в сторону девушки. Василиса кивнула в ответ. Она знала, что в отличие от Дмитрия Сергеевича, Харитон Радеонович не отличался чувством такта, а так как ей с ним вместе работать не придётся, то и расшаркиваться не стоит. Помимо самого академика и отряда Аргентум, о её неофициальной части миссии, знали главы комплексов и непосредственно профессор Захаров.

— Да… — протянул Сеченов. — Вежливость никогда не была твоей сильной стороной, Харитон, — устало выдохнул академик. — Василиса Андреевна, раз Вы так быстро справились с поручением, то сможете выполнить ещё одно, — проговорил учёный, беря со стола папки с расчётами, и протянул их девушке. — Вам нужно отвезти эти расчёты в Павлов, чтобы они проверили их на практике.

— Вы серьёзно? Павлов! — не выдержала Василиса. — Может мне ещё копию этих документов завести в РАМЕНКи по пути? Дмитрий Сергеевич, как Вы предлагаете мне выполнять задание по Вашей охране, не охраняя Вас?! Никак. А значит, если Вы сами в ближайшее время не собираетесь в Павлов, то я тоже. Поэтому попросите об этом кого-нибудь другого, — раздражённо сказала товарищ Светлова, смотря на мужчину.

— Что за хамское поведение Вы себе позволяете, старший лейтенант? — встрял в разговор Захаров резким холодным тоном.

— Обсуждение деталей моего задания с Дмитрием Сергеевичем Вас не касается, Харитон Радеонович. Поэтому прошу Вас, воздержитесь от комментариев, пару минут назад у Вас это отлично получалось, — таким же холодным тоном ответила Василиса.

— Успокоились оба! — громким низким голосом сказал Сеченов. — Василиса Андреевна, подождите меня в кабинете, думаю в этой комнате со мной уж точно ничего не случится, — пронзительно посмотрев на девушку, он продолжил. — Я приду и мы продолжим наш разговор, — закончил учёный.

— Как скажете, Дмитрий Сергеевич, — сказала Василиса и пошла в сторону выхода из лаборатории.

«Такой наглости я в свой адрес давно не слышал! Что эта малявка о себе возомнила!», — подумал Захаров. От неожиданности учёному не нашлось, что ответить и девушка спокойно покинула комнату.

— Харитон! — уже более спокойным тоном начал разговор Сеченов. — Ты чего сорвался? Ладно она — молодая, кровь горячая, но ты то куда? Где твоё хвалёное хладнокровие? — спросил Сеченов взглянув на друга.