Семь истинных. Магия крови.

Глава 1: Сквозь Тень и Свет

Дождь лил, как из ведра. Глухой июньский вечер казался серым, как и всё в жизни Миры в последнее время. Она брела вдоль пустой аллеи в городском парке, шурша ботинками по лужам, и едва замечала, как капли стекают по ее лицу. Зонт остался дома — впрочем, он бы не спас. Всё тело ныло, мысли путались. За последние два года она окончательно лишилась всего — работы, матери, надежды. Осталась лишь усталость.

После полугода в больнице, среди белых стен, запаха лекарств и мучительного созерцания изуродованного тела, она пыталась хоть как-то собрать по кусочкам искалеченную душу. Казалось, вернуть себя было невозможно — не из того, что можно склеить. Слишком много трещин.

Но она пыталась. Пыталась снова научиться дышать, спать без криков, возвращать себе жизнь день за днём. Пыталась пережить тот самый день — день, когда единственный, кого она когда-либо любила, превратился в чудовище. День, когда она почти умерла.

⸻

Повсюду были осколки стекла. Это была тарелка из свадебного сервиза, кажется… Подарок, когда всё ещё казалось вечным. Светловолосая женщина лежала на холодном кафеле. Без звука. Она дышала едва заметно, боясь выдать своё присутствие, привлечь его внимание. Одной вспышки ярости было бы достаточно — следующей она бы уже не пережила.

Кровь растекалась по полу, образуя тёмную, густую лужу перед полузакрытым, заплывшим глазом. Боль отступила — или тело просто отказалось её чувствовать. Но взгляд на алую жидкость, вытекающую из собственной головы, вдруг встряхнул. Это было пробуждение. Понимание: если сейчас не подняться, не выползти, — всё закончится. Навсегда.

⸻

Она выжила. Чудом. Пролежала недели в реанимации, прошла сквозь боль, отчаяние и страх. Даже попыталась лечиться. Ради возвращения к былой жизни, возвращения домой. Но, вернувшись, обнаружила там лишь медленно угасающую мать — ту, к кому когда-то спешила за утешением, а теперь сама молчала в её присутствии, не в силах говорить.

Что осталось? От прошлого — только тень. От будущего — пустота.

“Зачем я вообще жива?.. Почему ты тогда меня не добил?” — пронеслось в голове, тихо, как чужая мысль. Но слишком чётко. Слишком ясно.

Раньше Мира была другой. Смелой, яркой, как огонь. Могла спорить до хрипоты, смеяться до слез, мечтать. Но… огонь угас. Осталась зола. Её жизнь стала черно-белой.

Всего тридцать два года жизни, а кажется, будто прошел век. Век, полный шуток судьбы и нескончаемых испытаний.

Мысли роились в голове, воспоминания кадрами сменяли друг друга, возвращая в состояние полного опустошения.

Нужно было отвлечься, прогуляться еще.

И она свернула вглубь парка — туда, где не горели фонари и деревья казались силуэтами на фоне серого неба. Это было глупо, но в этот момент ей всё казалось глупым.

Впереди мелькнул свет.

Теплый, мягкий, почти золотой — не от фонаря, не от машины. Он лился откуда-то из глубины деревьев, будто воздух сам стал прозрачным и пульсирующим. Сердце Миры учащённо забилось.

Она шла на свет, как мотылёк. Инстинктом.

Сквозь листья проступила арка. Старинная, из черного камня, поросшего мхом. Как из фильмов о древних цивилизациях. Её не было здесь раньше — Мира точно знала. Она ходила этой тропой годами.

Свет струился изнутри арки, мягко колыхаясь. Протяни руку — и растворишься.

Не надо.

Развернись.

Ты не знаешь, что это.

И всё же она сделала шаг.

На мгновение её ослепил свет — затем исчезли звуки, исчезли деревья, исчез парк.

Она падала.

Как в кошмаре — без опоры, без дна, с ветром в ушах и криком, застрявшим где-то глубоко, невыраженным. Пространство вспыхивало перед глазами: всполохи молний, мрак, звёзды, пульсирующие пятна цвета — всё менялось, как в сновидении, как в горячке. Но тело ощущало реальность. Слишком остро.

«Я умираю?.. » — мысль прошла внутри, холодная, безэмоциональная, как констатация.

«Пусть. Только бы больше не проснуться в той жизни.»

Но страх — он всё равно был. Даже за всем этим отчаянием. Природный, животный. Страх не от самой смерти, а от того, что будет после. Если это не конец, а начало чего-то другого? Ещё одного круга боли?

Мира ощущала, как её сознание рвётся — как будто части её, ожившие, начали спорить внутри:

“Зачем ты туда пошла?”

“Ты искала что-то. Или кого-то.”

“Ты хотела исчезнуть.”

“Ты всё равно надеялась.”

Скорость падения вдруг изменилась. Мир не замедлился — наоборот, ускорился. Вращение стало спиралью. Пространство сжалось, как будто её втягивали в нечто живое. И тогда послышалось странное:

— Ты всё ещё жива, Мира. — прозвучало это. Голос. Чужой и знакомый одновременно, не громкий, но проникающий куда-то глубже слуха. Он не звучал снаружи — он возник в ней.

И в этот миг стало совсем тихо.

Всё исчезло — свет, движение, звук, даже ощущение тела. Осталась только тишина. И тёплое давление в груди, будто чьё-то невидимое присутствие осторожно коснулось её изнутри.

Затем…

Она ощутила землю под ногами.

Мягкую, тёплую, пахнущую лесом и дождём.

Открыла глаза.

И поняла — это уже не её мир.

Над ней было небо — но не то, к которому она привыкла. Оно переливалось фиолетовым, а два солнца висели низко, отбрасывая длинные, мерцающие тени.