Сердце дракона

Сердце дракона

Сердце дракона — это величайший и самый бесценный дар, какой только может преподнести дракон своей истинной избраннице. Для других глаз он ничем не примечателен — грубый камень, скрывающий в себе тайну. Но для неё, той единственной, этот камень сияет как клятва, как символ преданности и безграничной любви.
Создание Сердца дракона — подвиг, доступный лишь сильнейшим. Дракон добровольно проходит через муки невыразимой боли, когда огненное пламя, рождённое в глубинах его души, вырывается наружу. Он отделяет от себя частицу своего пламени — живую, дышащую искру своего естества — и заключает её в камень, чтобы вручить той, ради кого он готов отдать всё, даже жизнь.
Обладательница Сердца дракона получает не просто власть над драконом. Этот дар — свидетельство его готовности быть рядом, защитить, пожертвовать собой, если потребуется. Лишь она способна увидеть в простом на вид камне его подлинную суть — отражение пылающего сердца того, кто даровал его.

Маленький Асти

В Лунном саду, где ночные цветы распускались под шелест звездного света, где порхали серебристые мотыльки и в тёмных озёрах играли сумеречные рыбки, гуляла женщина редкой красоты вместе со своим сыном. Этот мальчик был ещё совсем юн, недавно появившийся на свет, но с рождения ему была уготована тяжёлая участь — никогда не найти свою пару. Таких детей звали Обречёнными. Но его мать, Стелла, дочь Звёздного лорда, не переставала верить, что её сын всё же обретёт своё счастье.

Они остановились в беседке у зеркального озера, отражавшего бесчисленные звёзды.

— Астер, — позвала молодая драконица своего сына, который увлечённо размахивал деревянным мечом. — Ты мой маленький Асти. Подойди ко мне.

— Я не маленький! — возразил мальчик с обидой, усаживаясь на скамью рядом с матерью. — Я уже вырос на целых два сантиметра!

Стелла рассмеялась и обняла сына, прижимая к себе его тёплые плечи.

— Смотри, — она указала на самую яркую звезду на ночном небе. — Асти, это твоя звезда. Она светится так же ярко, как горит твоё сердце. Однажды, когда ты встретишь свою пару, рядом с ней зажжётся ещё одна звезда. И тогда они будут сиять вместе, как ты и она.

— Но почему это моя звезда? — нахмурился мальчик. — Разве у звёзд бывают хозяева?

— В нашем мире, — мягко улыбнулась Стелла, — каждый раз, когда рождается маленький дракончик, на небе вспыхивает новая звезда. В ночь твоего рождения звёзды сияли так ярко, что ночь казалась светлее дня. И среди всех огней я сразу увидела ту, что вспыхнула ослепительным светом. Я знала — это твоя звезда.

— А когда родится моя драконица, на небе тоже появится новая звезда? — с надеждой спросил Астер, подняв на мать серьёзный взгляд.

— «Моя драконица»… какой же ты у меня маленький собственник, — со смехом ответила Стелла. — Да, именно так. Когда она появится на свет, в небе засияет ещё одна звезда.

— Папа называет тебя «моя драконица». Я тоже буду так называть свою, — гордо произнёс Астер, выпрямив спину и вздёрнув подбородок.

Сад наполнился заливистым женским смехом. Астер был удивительно похож на своего отца, и его слова всегда умиляли и веселили мать. Они продолжили разговор, перебивая друг друга шутками и смехом, словно ночь и её тайны принадлежали только им двоим.

Неподалёку от беседки стоял отец мальчика. Взгляд его был полон грусти. В отличие от своей жизнерадостной истинной, он редко позволял себе верить в лучшее. Он знал: для многих драконов надежда найти свою пару — смысл жизни. Но его сын был лишён этой надежды с самого рождения. И эта мысль терзала его сердце.

Кража в храме мудрости

Добраться до Центральной библиотеки было куда сложнее, чем могло показаться на первый взгляд. Патрули вокруг дворца были усилены из-за недавнего покушения на советника императора. Каждая улица возле резиденции была полна глаз и ушей. Я знала, что в левой части библиотеки Ореона есть черный ход для доставки крупногабаритных фолиантов и оборудования для реставрации. Обычно его запирали на тяжелый засов, но благодаря монете, «потерянной» накануне под дверью, и добродушному ночному привратнику, я заранее убедилась, что засов не будет плотно задвинут.

Само здание библиотеки вызывало трепет. Оно было выстроено из светлого камня с инкрустацией из обсидиана и лабрадорита, отчего при лунном свете фасад казался живым, переливаясь синими и зелёными отблесками. Три высокие башни венчали крышу, символизируя знание, силу и вечность. Огромные арочные окна были украшены витражами, изображающими сцены из древней истории Арканнора: коронацию императоров, великие битвы и появление магии в нашем мире.

Внутри библиотека была ещё более величественной. Массивные двери из чёрного дуба вели в просторный вестибюль, пол которого был выложен узором из белого и тёмно-синего мрамора. Отсюда расходились коридоры в десятки залов. Главный читальный зал потрясал размерами: в нём под потолком на высоте тридцати локтей свисали гигантские канделябры с сотнями свечей, отбрасывавших мягкий золотой свет на бесконечные ряды полок. Дубовые стеллажи уходили ввысь на несколько этажей, соединённых тонкими коваными лестницами и висячими мостиками с перилами, украшенными резьбой в виде сплетающихся драконов и змей.

Запах старых фолиантов смешивался с едва уловимым ароматом пчелиного воска и сухих трав, которыми натирали переплёты для защиты от насекомых. Сводчатые потолки были расписаны сценами из легенд о богах и героях, а в некоторых нишах стояли древние статуи великих магов — их глаза, казалось, следили за каждым посетителем.

Когда первые студенты Академии знаний в серых балахонах начали заходить через служебный вход, я накинула такой же балахон, одолженный у ничего не подозревающей девушки, и шагнула вместе с ними внутрь, стараясь слиться с общей массой. На балахоне была вышита эмблема Академии — открытая книга, окружённая венком из лавровых и чертополоховых листьев.

В библиотеке царила тишина, перемежаемая скрипом перьев по пергаменту и шорохом перелистываемых страниц. Просторные залы с резными колоннами и мраморным полом были слабо освещены, а воздух был пропитан тяжёлым, почти осязаемым чувством древности и власти знаний. Каждый шёпот отдавался эхом, как если бы сама библиотека хранила в себе сознание и слушала всё, что здесь произносилось.

В приёмном хранилище я увидела стражей — братьев Ники — что-то обсуждающих с библиотекарем. Они казались расслабленными и беззаботными, и это дало мне шанс: по подслушанному разговору я знала, что через несколько минут они должны будут сопроводить другого курьера с грузом книг из архива военного министерства.

Но важнее было то, ради чего я здесь оказалась: заказ на эту кражу поступил от некоего «Собирателя», известного в теневом мире как торговца редкими магическими артефактами и запретными знаниями. Говорили, он работает на влиятельных аристократов, а иногда даже на врагов империи. Его лицо никто не видел — лишь седой слуга с безэмоциональным взглядом приносил поручения и плату. Слухи утверждали, что «Собиратель» был изгнанным учёным севера или одним из старых вампиров, коллекционирующих древние книги, но правды никто не знал. Зато было известно точно: он был готов отдать за «Некрософион» сумму, за которую можно было купить небольшой замок на побережье — 300 золотых монет.

Этих денег хватило бы мне на десятки новых жизней — и я мечтала о том дне, когда смогу уйти далеко, навсегда оставив улицы Ореона и своих преследователей.

Когда стражи ушли, я действовала быстро, но не спеша — ведь спешка могла выдать меня. Я подошла к столу, где среди других книг лежал тот самый чёрный фолиант, сдвинула верхние тома, будто приводя стопку в порядок, и аккуратно, без звука, опустила «Некрософион» в свою холщовую сумку. Затем взяла ещё несколько обычных книг и положила их сверху, чтобы казалось, что я всего лишь переношу литературу по поручению наставника.

Сумка была тяжела и тянула руку вниз, но я не позволила себе ни дрогнуть, ни ускорить шаг. Направилась к запасному коридору, ведущему к чёрному выходу. Почти дошла до арки, когда в зал неожиданно вошёл один из братьев Ники. Его взгляд тут же выдал, что он что-то заподозрил: его глаза расширились, и он рявкнул:
— Эй! Стой!

Я замерла на долю секунды, потом резко выпрямилась и с силой бросила обычные книги на пол. Они разлетелись с оглушительным грохотом — кто-то из учеников закричал, перепуганно шарахнувшись. И я рванула прочь.

Вопли «Вор! Лови её!» раздались сразу, будто раскаты грома. Сзади загремели шаги стражников, зазвенели мечи, и началась настоящая охота.

Я перескочила через лестничный пролёт, ухватилась за каменное перило, оттолкнулась и побежала дальше по узкому коридору. Пробежала через читальный зал, смахнув случайно чей-то стопку свитков, которые, как водопад, рассыпались по полу. Метнулась вправо, потом влево, избегая захлопывающихся створок дверей. За мной гремели шаги стражников — один тяжело дышал, другой кричал проклятия. Всё смешалось: свет от факелов, крики, звон падающих книг и гулкий стук моего сердца.

Вдруг передо мной мелькнула узкая боковая дверь — проход к запасному выходу. Я рванулась к ней, но на повороте врезалась во что-то твёрдое, как стена. Удар был такой силы, что я упала навзничь, а сумка с книгой вылетела из рук и со стуком ударилась о каменную стену.