Сердце на Двоих

Глава 1

- Эй, дома кто есть? — кричит Федор, подозрительно шурша чем-то в коридоре.

- Кроме меня, никого. — Отвечаю ему из кухни. — А кто тебе нужен? — Вода льется, шумит, перекрывая все звуки.

Я кладу на разогретую сковороду два стейка, отчего во все стороны тут же летят брызги масла, и накрываю крышкой, тут же прислушиваясь к наступившей тишине в квартире.

Ну не могло же мне это присниться. Федор точно был!

- Только ты и нужна! — неожиданно шепчет мне в ухо любимый, а прямо перед носом чуть ли не из воздуха появляется огромный букет пионов. Где только достал в декабре-то? — С наступающим, любимая! Скоро Новый год!

- Ага, буквально вечером! — зарываюсь лицом в ароматное диво. — Спасибо! — Разворачиваюсь, целуя в губы. — Я соскучилась.

Он тихо смеется, отрываясь от меня с видимым трудом: — Ага, мясо тоже по тебе скучает. — Улыбается, ослепляя сиянием влюбленных глаз. — Я в душ, тебя ждать?

Практически с ненавистью смотрю на кухонную печь, качая головой.

- Нет! — отвечаю, переворачивая мясо. — Цветы в вазу поставь только.

- Хорошо! — кричит мой самый любимый мужчина, а я разворачиваюсь, чтобы заняться мясом. Сильный запах гари плывет по кухне, словно я не двигала его несколько секунд назад.

- Точно мистика какая-то! — недовольно шепчу, с испугом озираясь по сторонам.

Вокруг непроглядная темень. Сердце пропускает удар, и я ору что есть мочи: — Федор! — Соскакивая с высокого барного стула, стоявшего на моей кухне.

- Заснула, что ли? — с ужасом оглядываюсь по сторонам, тут же понимая, что это был всего лишь сон.

Знакомая тоска сдавливает сердце.

Шорох открываемой двери, и я стрелой выбегаю в коридор, прижимая к груди ладони, пытаясь унять встревоженное сердце.

- Эй, дома кто-нибудь есть? — входная дверь распахивается, врезается в стену и летит обратно, чтобы сбить с ног того, кто ее послал в это путешествие.

Антон еле стоит, рассматривая меня мутным взглядом, его губы кривятся в презрительной улыбке.

- Что? Снова будешь говорить, что тебе плохо? Или не меня ждала? — он делает шаг в квартиру, держась, одной рукой за стену, а второй, пытаясь снять с себя зимнюю изгвазданную куртку. Такую старую, что я постоянно удивляюсь, как она вообще еще держится на его мощных плечах. Он тяжело дышит, обдавая запахом перегара, его взгляд скользит по моему телу, вызывая в ответ лишь дрожь омерзения. Сердце привычно пропускает удар, заходясь затем в судорожном ритме.

- Ты бы знала, ка-ак тошно мне! — он бьет огромным кулаком в мощную грудь, кривя лицо, словно и вправду что-то чувствует.

Этот мужчина могуч, как медведь. Его рост почти два метра, вес около центнера и кулак — четко с мою голову. О последнем — мне постоянно напоминают, довольно часто. Видимо, чтобы не забыла.

- Мне действительно плохо, Тоша! — пытаюсь говорить как можно спокойнее, стараясь не спровоцировать почти что мужа, на что-то страшное. Я его боюсь в таком состоянии. Чувство — появившееся, как мимолетная тень в самом начале, теперь занимает все мои мысли, стоит мне только понять, где Антон и что меня ждет, когда он вернется домой с очередного сборища себе подобных.

А все так красиво начиналось! Буквально пару лет назад Антон сделал мне предложение, при свечах, в дорогом ресторане, встав на одно колено и протягивая заветную коробочку, робко улыбаясь в ожидании ответа.

Мне тогда казалось, что теперь, я — самая счастливая на свете. Что это тот человек, кто сможет заменить собой того — другого, так быстро меня покинувшего.

Так казалось ровно до тех пор, пока он не пришел первый раз домой едва живой, после обильных возлияний в одном из местных пабов за просмотром футбольного матча.

С этого дня все изменилось, резко и, видимо, навсегда.

Тогда же случился мой первый серьезный сердечный приступ, с которым я загремела в больницу.

- Вам нужно себя беречь, Валентина. — Внимательно читая мою историю болезни, выговаривал лечащий врач, — Новое сердце еще не прижилось, а вы его уже так нагружаете. Второго вам с такой легкостью не достать, знаете ли.

Он выразительно на меня смотрит из-под спущенных к переносице очков.

Разумеется, мне стыдно! Я согласно киваю, погружаясь в свои мрачные мысли. Как объяснить, что тот человек, которому я сказала: — «Да!», меняется? Что это меня пугает до икотки. И я помню того, другого, с озорной, чуть смущенной улыбкой, вечно взлохмаченными белокурыми, вьющимися у основания шеи волосами и голодным взглядом, направленным только в мою сторону.

Ничего больше нет. Теперь мое место часто занимает стойка бара. Наши с Антоном беседы сменились на его треп за очередным просмотром какого-то неведомого матча с такими же, как он - «знатоками».

Как бы я ни просила, как бы не хотела его остановить, подставив свое хрупкое плечо, удержать, ломая ногти о его грязный свитер, надетый на не совсем свежее тело, меня не слышали! Утверждая, что он может остановиться в любой момент, когда сам захочет.

Но именно этого желания все не было. Я его так ждала, возвращаясь уставшая с работы, с тревогой всматриваясь из окна кухни в каждый силуэт, появляющийся во дворе нашего многоэтажного дома. Так было практически ежедневно, вызывая в душе медленнорастущий ком раздражения.

Антон возвращался, всегда, но с каждым разом это было все страшнее и страшнее. Невинное хобби с друзьями, неуклонно скатилось до бесконечных скандалов по возвращении, стоило только распахнуть входную дверь, впуская внутрь едва стоявшего на ногах жениха.

После одного из бурных разговоров, когда он обвинил меня в том, что он злоупотребляет напитками, из-за того, что дома его не понимают. Я впервые пожалела, что согласилась тогда выйти за него замуж.

Все получилось не так, как я когда-то мечтала, лежа в объятьях безумно любимого мной человека.

- Темочка, у нас с тобой будет семья, да? Детки? — спрашивала, желая получить в ответ то, чего хотела больше всего: — поцелуй и ответное: — Да, любимая!

Глава 2

Сейчас я смотрю на парня, похитившего мое сердце, по сути — мне не принадлежавшее, уносясь воспоминаниями совсем далеко.

Все началось очень давно, я была малышкой, когда мой мир погиб в кровопролитной войне, а меня, и еще несколько детей выбросило в соседний. В едва приоткрытую щель межмирного перехода.

Это здесь есть одна планета, а на ней разные страны. А в той магической вселенной, из которой я была родом, все иначе. Практически каждая планета — это, как страна здесь. Они связаны между собой переходами, за которыми строго следит Хранитель. Он не принадлежит ни одному из магических кланов, находясь как бы в стороне от всех междоусобиц и конфликтов.

Здесь я задержалась случайно, благодаря все тем же Хранителям, нашедшим меня едва живую у схлапывающегося перехода, успевших буквально в последние мгновения переместить на безопасное расстояние

Меня долго лечили, с трудом собирая практически по косточкам, еще в одном мире, у лекаря, который согласился сохранить в тайне, что я дитя исчезнувшей вселенной. Он почти справился со своей задачей, восстановив тело, но, ничего не смог сделать с его мотором - мое сердце отказывалось запускаться, постоянно останавливаясь, стоило мне покинуть напитанную магией больничную палату.

Тогда решение было найдено, приемные родители, а я их именно таковыми и считала, вложили в мое сердце свою магию, а затем забрали сюда, разумеется, временно, пока я не вырасту и они не найдут способ излечить мое сердце. Но задержалась я здесь неоправданно долго. Врастая в этот мир душой и телом.

О моей тайне теперь знает всего несколько человек, одного из них уже нет в живых, а двое других заняты так сильно, что времени на встречи у нас практически не остается. Лишь раз в год мы обязательно собираемся вместе — под Новый год, печалясь об утраченном и радуясь предстоящему.

Раньше со мной всегда был Федор. Теперь во мне бьется его сердце. Хоть что-то осталось от того, кто был так дорог, и так быстро покинул меня, даже несмотря на магические возможности моей подруги! Он отдал самое ценное, что вообще может быть у человека — свое сердце. Изменив меня полностью.

Тогда мое горе было безмерным, как и чувство вины сейчас, за то, что живу, дышу и снова люблю. Опрометчиво и безрассудно. Назло всем, и, видимо, себе.

Теперь у меня есть Антон, вернее, был.

Прямо сейчас я наблюдаю за тем, кто сводил меня с ума одной улыбкой, воспламенял кровь, невесомым прикосновением.

Сейчас он стоит, пытаясь мне что-то сказать, но постоянно путаясь в мыслях и действиях. Я скольжу взглядом по заросшей щетиной щеке, спускаюсь на его мощную шею и замираю на его серой футболке. Там, словно цветок в степи горит алым пламенем след от помады! Не моей! Я сроду не красила губы в такой цвет.

Антон не замечает моего изменившего лица, сведенных бровей и поджатых губ. Ему сейчас совершенно неинтересны мои проблемы, и мои обиды, у него для этого есть он сам и та, кто оставила неизгладимый след в моих воспоминаниях. Этого я точно забыть не смогу.

- Тут душно, Вика, ой, Валя! — шепчет он, тряся головой и морщась, потирая то место, где алеет красный мазок.

Я киваю, усмехаясь, приваливаясь плечом к стене, складывая на груди руки. Разумеется, на безопасном для себя расстоянии.

Смотрю на того, без кого не могла дышать, а теперь душно ему — от моего присутствия. Я смотрю на мужчину, которым пыталась заметить того, другого. Довольно успешно и долго. Приписывая чужие поступки тому, кто недостоин, и ношеного носка в ботинке Федора.

Но ведь мои глаза должны были раскрыться, правда же?

В кармане куртки Антона тренькает телефон, сигнализируя о поступившем сообщении. Мой жених будто на секунду приходит в себя. Из его глаз пропадает вся алкогольная муть.

Антон тянется ко мне, растопырив пальцы, стараясь ухватить за пояс халата, и притянуть к себе. Но я стою довольно далеко, и его первая попытка заканчивается лишь тем, что он едва не теряет равновесие.

Я особо сопротивляться не могу и не буду, Антон это знает. Все-таки подаренное сердце нужно беречь. Но уступать этому подлецу больше нет никаких сил.

Есть всего одна проблема — только бы сердце не дало сбой, как делало последнее время постоянно. Врачи лишь разводят руками, отвечая: — Нужно беречься!

А я знаю правду — оно не хочет работать без своего настоящего хозяина.

Глава 3

Так что сейчас я следую указаниям медицинских работников — спасаю себя, берегу — убегая!

Я отступаю назад, гордо задрав подбородок.

- Иди сюда! — хрипит Антон, делая еще один шаг, захлопывая ногой дверь. От грохота сотрясаются стены. Я даже мысленно вижу, как морщится соседка, переглядываясь со своим престарелым мужем — предвкушающе — сейчас будет очередной скандал! Сколько они их уже слышали!

Но мой будущий — бывший муж даже не знает, что сегодня его ждет сюрприз. План побега составлен до мелочей, найти он меня точно не сможет в этом мире, а в другой у него нет доступа! В этом я тоже абсолютно уверена — Хранительница его не пропустит.

Все-таки знакомства даже в магических мирах решают многое. Эта мысль вызывает улыбку на губах. Антон ее замечает, застывая. Снова тренькает сотовый — тот, кто ждет ответа очень настойчивый. Или настойчивая?

- Иди, ну же! — повторяет он, улыбаясь в ответ, складывая губы в трубочку, словно целуя.

- Нет! — мой голос звенит, от сдерживаемого страха, а сердце начинает колотиться в ребра, грозя то ли остановиться, то ли выпрыгнуть.

- Что-о-о! — ревет Антон, отрываясь от стены, теперь у него есть цель!

Он в своей стихии – крушить! Но в этой квартире больше нет милых моему сердцу вещей, они все лежат, любовно упакованные в автомобиле, припаркованном на соседней улице. Всего-то нужно выйти из дома, завернуть за угол и пройти полквартала. Что может быть проще?

План гениальный, вот только ему не суждено воплотиться в жизнь.

Волосы падают на глаза мужчины, он делает резкое движение, откидываясь назад, пытаясь смахнуть их вбок, и начинает заваливаться, теряя равновесие, тем самым блокируя выход.

- Нет! — шепчу, прижимая пальцы ко рту, пытаясь сдержать судорожный всхлип. — Ну нет же! Только не сегодня.

Он падает назад, перекрывая мне путь к спасению. Практически мгновенно начиная храпеть, этот звук больно ударяет по натянутым нервам. Все рушится! Ведь завтра, проспавшись, он снова пообещает, что это было в последний раз, и та, кто оставил отметину на его футболке — ничего для него не значит. И я ему поверю! Снова! Так, уже было и не раз.

Но дело в том, что я отчетливо чувствую — магия больше не действует, как и чудеса современной медицины. Отданное сердце отказывается работать в чужой груди. Оно требует своего прежнего хозяина. А как раз этого я сделать не могу! Пришла пора возвращаться, как бы мне ни хотелось. Рождённая в магии не может без нее жить.

Я осторожно опускаюсь рядом с Антоном, невесомо касаюсь подушечками пальцев его щеки, с трудом сдерживая слезы. Знаю, без меня он проживет, а вот смогу ли я выжить в этом мире? Скорей всего нет!

Ничего не изменится. Он не изменится. Знаю, будет только хуже. И в один из таких дней, придя домой в плохом настроении, Антон, вместо хрупкой вазы, брошенной с силой в стену, может бросить меня — и это я разлечусь на тысячи осколков. Но собрать меня уже будет некому, тех кто это сделал в первый, раз уже нет в живых, да и такого клея в этом мире не существует.

Телефон не умолкает, сообщения сыпятся, словно сухой горох в пустую кастрюлю.

Сначала тянусь к карману, с желанием прочитать, а затем отдергиваю руку — больше я в грязи копаться не хочу!

Сейчас нужно бежать, пока жених спит. Пока есть силы, и сердце еще размеренно бьется.

Вдох-выдох, поднимаю глаза на выход, пытаясь понять, что делать дальше.

Дверь надежно заблокировала, но второй этаж — это же не сильно высоко, верно? Да и падать, если что, в сугроб не так травмоопасно, как летом в траву.

- Идиотка! — ругаю себя, надевая на ноги кроссовки, застегивая молнию на теплой куртке и проверяя, взяла ли варежки — свою гордость — сама вязала. - Куда тебя все тянет? Грохнешься и все! Врач предупреждал, что никаких перегрузок и нервов. Ан нет! Все не успокоишься.

- Валя! — рычит из прихожей Антон, следом слышится шорох — он пытается подняться. - Валентина! — в его голосе прорезаются уже знакомые истеричные нотки.

Счет пошел на минуты. Или я уйду, или останусь, и тогда моя жизнь остановится в самое ближайшее время.