Сердце океана

Пролог

Таверна была душной и прокопченной, а воздух густо пропитан запахом соленой рыбы, дешевого вина и пота. В углу, за столом, заваленным пустыми кружками, сидел старый рыбак. Его лицо, изрезанное морщинами, как карта штормовых морей, краснело от выпитого, а глаза блестели, словно отражение луны на воде. Он обхватил кружку дрожащими сморщенными руками, кашлянул и, обведя взглядом собравшихся вокруг молодых рыбаков, начал свой рассказ. Голос его был хриплым, но в нем чувствовалась сила, словно он сам был частью той истории, которую собирался поведать.

— Слышали ли вы, сопляки, о Русалочьем острове? — начал он, прищурившись. — Ну, конечно, не слышали... Вы ведь только и знаете, что сети тягать да в кабаке время убивать. А я вам расскажу. Расскажу так, что волосы на головах ваших зашевелятся.

Он сделал глоток вина, вытер рот рукавом и продолжил:

— Давным-давно, когда мир был еще молод, а океан плескался у берегов, словно гигантский зверь, дремлющий под луной, родилась легенда. Легенда о месте, которого нет на картах, которого не найти ни одному мореходу, даже если он будет плыть до края света. Русалочий остров... — старик понизил голос, словно боялся, что его подслушают, — остров скрыт от глаз людей, окутан магией древних времен. Лишь раз в пятьдесят лет, когда звезды выстраиваются в особый узор, а луна становится кроваво-красной, остров ненадолго проявляется в туманной дымке. Всего на один день...

Молодые рыбаки переглянулись, кто-то усмехнулся, но старик не обратил на это внимания. Он уже вошел в раж, его слова лились, как волны во время прилива.

— На острове этом живут русалки — древний род, хранящий тайны океана. Их песни могут усмирить шторм, их слезы превращаются в жемчужины, а их сердца... Их сердца, как гласит легенда, дарят вечную жизнь. Тот, кто убьет русалку и вырежет ее сердце, станет бессмертным. Да-да, сердце! — Он стукнул кулаком по столу, заставив кружки подпрыгнуть. — Но цена за такое бессмертие высока. Океан не прощает предательства, и тот, кто посмеет поднять руку на древний род, навлечет на себя гнев глубин.

Многие пытались найти остров. Многие мечтали о бессмертии. Но, те, кто возвращался, рассказывали лишь о тумане, который сбивает с пути, да о странных огнях, ведущих в никуда, и о прекрасных голосах, зовущих в пучину...

Один из рыбаков фыркнул:

— Да брось, дед! Сказки это все. Кто ж поверит в такую чушь?

Старик наклонился вперед, его глаза сверкнули.

— Сказки, говоришь? А я тебе скажу, малец, не все сказки — ложь. Я сам видел этот остров. Видел! Своими глазами наблюдал, как туман над водой вдруг расступился, и он появился — зеленый, прекрасный, словно сон. Но подплыть ближе не смог. Волны отбросили мою лодку, будто сам океан сказал: «Не твое это место». А те, кто все же добирался до острова... — он понизил голос до шепота, — те не возвращались. Никогда...

Старик откинулся на спинку стула, выдохнул и допил свою кружку вина.

Молодые рыбаки перешептывались, кто-то смеялся, но в их глазах читалось сомнение. А старик сидел, улыбаясь себе под нос, словно знал что-то, чего они никогда не поймут…

***

Эйрон сидел в углу таверны, почти не двигаясь, лишь изредка поднося кружку к губам, но, даже не замечая, что она уже давно пуста. Его темные глаза, обычно такие живые и полные энергии, сейчас были прикованы к старику, словно он боялся пропустить хоть одно слово. Когда рыбак закончил свой рассказ и в таверне снова зазвучали смешки и перешептывания, парень медленно поднялся. Его движения были тяжелыми, будто каждое из них требовало от него невероятных усилий. Он не сказал ни слова, лишь кивнул в сторону старика, словно благодарил его за рассказ, и направился к двери.

Ночь встретила его прохладным морским ветром, который сразу же ворвался в его легкие, словно пытаясь очистить их от табачного дыма и запаха дешевого вина. Эйрон задержался на пороге, глядя на темную улицу, освещенную лишь тусклым светом фонарей. Где-то вдали шумел прибой, и этот звук, такой привычный, сейчас казался ему зовущим, почти гипнотическим.

Он пошел по узкой улочке, ведущей к его дому. Ноги сами несли его вперед, а мысли, как волны, накатывали одна за другой. «Русалочий остров...Бессмертие...» — эти слова крутились у парня в голове, смешиваясь с воспоминаниями о сестре, Лиле. Ее бледное лицо, слабая улыбка, кашель, который не давал ей спать по ночам... Он сжал кулаки, чувствуя, как гнев и отчаяние сжимают его грудь. Врачи говорили, что ей осталось недолго. А он был бессилен. Бессилен, как всегда…

«Что, если это правда? — пронеслось у него в голове. — Что, если этот остров существует?»

Он вспомнил слова старика: «Тот, кто поймает русалку и вырежет ей сердце, станет бессмертным».

Эйрон содрогнулся. Убить русалку? Он даже представить себе такого не мог. Но ради Лилы... Ради нее он был готов на все...

Молодой парень остановился у края дороги, глядя на темное море. Вода блестела под луной, словно усыпанная тысячами звезд. Где-то там, за горизонтом, мог быть тот самый остров. Остров, который появляется раз в пятьдесят лет. Остров, который может дать ему шанс спасти сестру.

«Но это же безумие, — пытался он убедить себя. — Старик был пьян. Он просто болтал чепуху». Однако глубоко внутри, в самой глубине его души, уже засела мысль. Мысль о том, что, возможно, это не просто сказка. Возможно, это его шанс. Единственный шанс…

Эйрон вздохнул и снова двинулся вперед. Его дом был уже близко, но парень не спешил. Ночь была тихой, и только шум прибоя вдали нарушал тишину. Он думал о Лиле, о ее доброй и такой искренней улыбке, о том, как она всегда верила в него и поддерживала, даже когда он сам опускал руки. Эйрон не мог позволить ей умереть. Не мог.

Глава 1

За сотню километров от морского берега, среди бескрайних плодородных земель и зеркальных глубин озер, возвышался замок Корвент. Его древние стены, сложенные из темного камня, казалось, вросли в саму землю, а высокие башни упирались в небо, словно пытаясь достать до звезд. Замок был окутан тишиной, нарушаемой лишь редкими криками ночных птиц да шелестом ветра в узких окнах.

В одной из самых высоких башен, в кабинете, освещенном тусклым светом свечей, сидел король Малрик. Его фигура, облаченная в темно-бордовый бархатный плащ, казалась почти призрачной в полумраке комнаты. Перед ним на массивном дубовом столе лежала древняя книга, ее страницы пожелтели от времени. Король склонился над книгой, его длинные седые волосы спадали на плечи, а глаза, обычно холодные и расчетливые, теперь горели странным, почти безумным блеском.

Пальцы медленно скользили по шершавой поверхности страницы, где была изображена обнаженная длинноволосая красавица с рыбьим хвостом вместо ног. Русалка. Ее глаза, нарисованные с такой точностью, что казалось, будто они живые, смотрели прямо на него, словно звали, манили. Король замер, его дыхание стало прерывистым, а губы шептали что-то неслышное, как будто он разговаривал с самим собой.

— Русалочий остров... — произнес он хриплым голосом.

Король откинулся на спинку кресла, его глаза закрылись, а пальцы сжались в кулаки.

— Когда? — его голос прозвучал резко, как удар кнута. — Когда остров снова покажется?

Тишина в комнате была настолько густой, что казалось, даже воздух замер в ожидании ответа. И вдруг из тени книжных шкафов, заполнявших стены кабинета, отделилась стройная фигура. Молодой мужчина, с живым взглядом и копной густых светлых волос, облаченный в длинную мантию из темно-синего бархата, приблизился к столу. Его шаги были почти бесшумными, словно он был тенью, а не человеком. На его лице читалась тревога, но не за себя — он смотрел на короля, и в его глазах был страх за того, кто сидел перед ним.

— Если верить расчетам, — начал он, слегка склонив голову, — то остров откроет себя людям примерно через пару недель. Но сказать наверняка, в какой день это случится, невозможно, мой король.

Король медленно поднял голову, его глаза, горящие безумием, устремились на юношу. Молодой человек почувствовал, как холодный пот пробежал по его спине, но он не отступил. Его звали Элиан, и он был придворным астрологом и ученым, чьи знания ценились даже королем.

— Нельзя? — голос Малрика был низким, почти звериным. — Ты, который знает движение звезд и тайны древних книг, не можешь сказать мне точный день?

Элиан сжал губы, чувствуя, как тревога сковывает его сердце. Он знал, что король не потерпит неудачи. Но он также знал, что остров русалок — это не простое место. Это загадка, которую невозможно разгадать до конца…

— Остров, мой король, — начал юноша осторожно, — подчиняется законам, которые мы не до конца понимаем. Его появление связано с... — он замолчал, видя, как глаза короля сужаются.

— С чем? — прошипел Малрик, а его пальцы сжали край стола так, что костяшки побелели.

— С волей океана, — тихо ответил Элиан. — Мы можем лишь предполагать, но не контролировать…

Король встал, его тень, огромная и угрожающая, легла на стены комнаты. Он подошел к Элиану, и тот почувствовал, как дыхание короля, горячее и прерывистое, коснулось его лица.

— Ты говоришь мне, что я, король Малрик, повелитель этих земель, должен ждать милости океана? — его голос был тихим, но в нем чувствовалась ярость, готовая вырваться наружу.

Элиан опустил глаза.

— Я говорю, мой король, что даже величайшие из нас не могут управлять стихией... Но если мы будем готовы, если будем ждать... Остров откроется. И тогда...

— Тогда я получу то, что заслуживаю, — прервал его король, ледяным голосом. — Вечную жизнь. И никто не остановит меня. Никто.

Король Малрик медленно отошел от стола, его тяжелые шаги глухо отдавались в тишине кабинета. Он подошел к высокому арочному окну, за которым простиралось черное ночное небо, усыпанное мерцающими звездами. Его губы беззвучно шевелились, повторяя одни и те же слова, известные только ему. Слова, которые, казалось, стали его проклятием. Он стоял неподвижно, его взгляд был устремлен вдаль, словно пытался разглядеть в темноте что-то, что скрыто от глаз обычных людей.

Пальцы Элиана нервно перебирали край мантии. Юноша с беспокойством поглядывал на короля, но не решался заговорить. В воздухе витало напряжение, словно перед грозой. Он знал, что король на грани, что его одержимость вечной жизнью превратила его в нечто пугающее. Но что он мог сделать? Как остановить того, кто не желал слушать?

Вдруг король резко обернулся. Его глаза, горящие нездоровым блеском, казались еще ярче в полумраке комнаты. Он смотрел на Элиана, и в его взгляде читалась смесь безумия и решимости.

— Отплываем на рассвете! — громко произнес он. — Мы найдем его!

— Но, ваше высочество... — начал молодой человек, но Малрик не дал ему закончить.

— Ты хочешь возразить мне? — король скривил губы с презрением, его голос стал резким, как лезвие. — Глупый мальчишка! Я продолжу поиски, которые начал мой отец! Продолжу, чего бы мне это ни стоило! Я найду остров! Перережу всех русалок и добуду бессмертие!

Он захохотал, но смех его был безумным, пугающим.

Король одним резким движением оказался возле Элиана, а его костлявый палец впился в грудь юноши.

— И ты! — прошипел он, его дыхание было горячим и тяжелым. — Ты мне в этом поможешь!

Элиан опустил взгляд, чувствуя, как страх и отчаяние сжимают его горло. Он знал, что спорить бесполезно. Король уже не тот человек, каким был раньше. Одержимость поглотила его, превратив в тень самого себя.

— Как скажете, мой король, — тихо произнес он.