Сердце ведьмы.

Глава1. Прах и шёпот.

Название: Искры над пеплом

Свинцовое небо давило на вершины гор, а ветер, резкий и колючий, гулял по руинам деревни у их подножия. Он приносил с собой запах гари и смерти — сладковатый, приторный, въедливый. Вилья стояла на краю пожарища, сжимая в кулаках складки своего плаща. Ее пальцы, обычно такие теплые от внутреннего огня, сейчас были ледяными.

Она опоздала.

Всего на несколько часов. Но в мире, где охота на нечесть стала повальным увлечением людей, нескольких часов хватало, чтобы стереть с лица земли целое поселение. Не ведьм, не вампиров. Просто людей, которые осмелились жить по соседству с «проклятым» родом Лагуз, торговать с ними, иногда — лечиться их зельями.

«Предупреждение», — беззвучно прошептали ее губы. Это было предупреждение для ее рода.

— Никто, — тихий, знакомый голос прозвучал прямо за ее спиной. — Никто не выжил.

Вилья не обернулась. Она узнала бы этот голос, полный тихой грусти и невысказанной поддержки, в самом сердце урагана. Элиан. Он всегда находил ее, даже когда она пыталась спрятаться ото всех, даже от самой себя.

— Они даже детей не пощадили, Элиан, — ее собственный голос прозвучал хрипло, будто пропущенный через ту самую золу, что покрывала землю. — Какое нам дело до их страхов? Какое им дело до наших законов? Мы не трогали их.

Элиан шагнул вперед, встав с ней плечом к плечу. Его стройная фигура в простых одеждах колдуна казалась неестественно хрупкой на фоне черных скелетов домов.

— Страх слеп и жесток, Вилья. Он не нуждается в причинах, лишь в мишени.

Она наконец посмотрела на него. Его карие глаза, обычно такие теплые и насмешливые, сейчас были полны того же горя, что пожирало ее изнутри. Элиан был из рода Ансуз, второго из великих родов ведьм. Их семьи соперничали столетиями, но они с Элианом выросли вместе, учились контролировать свои дары на одних и тех же лугах. Он был для нее не соперником, а частью дома. Безопасной гаванью.

— Совет собирается, — мягко сказал он. — Твоя мать послала меня за тобой. Они… они говорят о войне.

Война. Слово повисло в воздухе, тяжелое и зловещее, как похоронный колокол. Вилья резко выдохнула, и на ее ладонях вспыхнули крошечные искры — непроизвольный выброс магии. Она сжала кулаки еще сильнее, задушив пламя.

— Хорошо. Идем.

Они шли обратно к скрытому ущелью, где располагалось их убежище, молча. Лес, окружавший тропу, был неестественно тих, будто и он затаился в ожидании бури. Вилья чувствовала каждую песчинку под ногами, каждое движение воздуха вокруг. Ее дар, сила над четырьмя стихиями, была натянутой струной, готовой лопнуть. Земля шептала ей о боли, воздух — о страхе, вода в ручье — о застывших слезах. Огонь… огонь молчал. Здесь его не осталось.

Внезапно Элиан остановился, положив руку ей на предплечье.

— Вилья, подожди.

Она обернулась, вопросительно глянув на него. Его лицо было напряжено, он прислушивался к чему-то, что было за гранью ее восприятия.

— Что? Охотники?

— Нет… Хуже.

Из чащи, бесшумно, как тени, вышли трое. Двое мужчин и женщина. Их одежды из тонкой темной кожи и меха, их раскрашенные охрой лица, их дикие, не знающие компромиссов глаза — все кричало об одной принадлежности. Оборотни. И не просто оборотни, а Волчье Племя, самое гордое и воинственное из трех.

Вилья мгновенно заняла боевую стойку, ладоши раскрылись, готовые метнуть в них сгусток пламени или ледяной осколок. Элиан стал чуть впереди, прикрывая ее, его пальцы сложились в начале защитного заклятья.

— Вы зашли далеко на наши земли, дети волка, — холодно произнес Элиан.

Вперед шагнул их предводитель — высокий, широкоплечий мужчина с черными, собранными в беспорядочный пучок волосами и пронзительными глазами цвета янтаря. Его взгляд, тяжелый и оценивающий, скользнул по Элиану и уставился на Вилью.

— Твои земли? — его голос был низким, с хрипотцой, будто он только что рычал. — Этот лес принадлел Племени с тех пор, как ваши предки учились читать по звездам, колдунья.

— Меня зовут Вилья Лагуз, — отрезала она, гордо вскинув подбородок. — И у нас нет времени на территориальные споры. Люди сожгли деревню у подножия гор. Если вы ищете боя, вы опоздали.

Глаза оборотня сузились. Он внимательно посмотрел на нее, и в его взгляде мелькнуло что-то, кроме привычной ненависти. Любопытство.

— Мы видел дым, — сказала женщина за его спиной. — Пришли посмотреть.

— Мы знаем, — оборотень-вожак не сводил с Вильи глаз. — Мы пришли посмотреть, как ведьмы оплакивают своих слуг.

Гнев, горячий и ярый, вскипел в груди Вильи. Искры снова заплясали у нее на кончиках пальцев.

— Это были не слуги! Это были люди! Они не заслужили такой смерти!

— В этой смерти виноваты вы, — его слова упали, как удары кинжала. — Ваша гордыня. Ваша магия, что маячит над этими землями, как дурной сон. Вы привлекаете их, охотников, как мед привлекает мух. А гибнут те, кто слабее.

Элиан шагнул вперед, его лицо побелело от ярости.

— Ты посмел…

— Каэл, — резко сказала женщина-оборотень, кладя руку на его руку. — Совет ждет.

Каэл. Так его звали. Он на секунду задержал на Вилье свой взгляд, полный презрения и чего-то еще, какого-то дикого, необъяснимого интереса. Потом фыркнул, развернулся и, не сказав больше ни слова, скрылся в чаще. Его сородичи последовали за ним.

Вилья выдохнула, не понимая, что все это время задерживала дыхание. Ее руки дрожали.

— Дикари, — сквозь зубы прошипел Элиан, разжимая пальцы. — Они никогда не поймут.

— Он был прав, — тихо сказала Вилья, глядя в ту сторону, где скрылся Каэл.

— Что? Вилья, он…

— Он был прав, — она повторила громче, обернувшись к нему. В ее глазах горело новое, страшное понимание. — Мы — маяк. Наша сила… она как костер в ночи. Она согревает нас, но и видна всем охотникам. И пока мы горим, все, кто рядом с нами, в опасности.

Элиан смотрел на нее с болью и тревогой.

— Ты не можешь думать так. Наша сила — это то, что мы есть. Твоя сила… она прекрасна. Не прячь ее. Не туши.