Серебряные крылья любви

Глава 1

Андрей Одонецкий сидел в такси, и с обречённостью во взгляде, смотрел в лобовое стекло, на образовавшуюся впереди, нескончаемую дорожную пробку. Он периодически бросал свой взгляд на наручные часы. Через два часа, ему нужно быть в аэропорту вместе с Алиной. Самолёт дяди должен был приземлиться в Пулково, точно по расписанию.

Он посмотрел в боковое стекло автомобиля. Лето неспешно вступало в свои права, хотя в Петербурге, оно как всегда, немного опаздывало. Первый день июня, на редкость выдался тёплым, несмотря на то, что накануне прошёл сильный дождь. Асфальт, покрывшийся лужами, унылые лица прохожих, спешащих по делам и многочисленные машины, заполонившие улицу, навевали уныние обычного рабочего дня. Но молодая, зелёная листва на деревьях, обилие солнечного света и яркие цветочные клумбы, согревали сердце и давали надежду, на скорое приближение настоящего тепла, долгожданного лета, ежегодный отпуск и поездку к родителям на юг, в гостях у которых он был в последний раз три месяца назад.

В последнее время он приезжал к ним редко, после того как переехал в Санкт-Петербург и устроился на работу вторым пилотом в одну из крупнейших авиакомпаний страны. За последний год, количество его полётов можно было считать рекордным. Территория охвата рейсов по России была впечатляющей и протянулась от Калининграда и до Хабаровска. Он побывал во многих городах бывшего объединённого союза. Астана, Самарканд, Ереван, Баку. Города, сменялись перед его глазами так быстро, что он уже перестал их запоминать, и делать заметки в свой личный ежедневник, который вёл постоянно, с момента начала работы в авиакомпании.

В последние полгода он работал в основном на международных рейсах. Красивейшие города Европы: Прага, Париж, Рим, Милан, Мюнхен, Стокгольм. Отличное знание иностранных языков необыкновенно облегчало его работу и давало свободу в общении с коллегами из иностранных авиакомпаний. Обмен опытом, новые впечатления, эмоции, новые знания и умения. Он впитывал из своей работы всё, что только мог, потому что любил её всем сердцем.

Давняя детская мечта стала реальностью. Он был пилотом гражданской авиации во втором поколении. Его дядя Ярослав Одонецкий, своим личным примером и невольным влиянием, рано сформировал в голове Андрея, любовь и уважение к людям, которые занимаются этой сложной, но такой интересной и нужной работой. Которая теперь и для него самого, стала главным делом всей его жизни.

Машина, наконец, медленно тронулась с места, и Андрей снова попытался набрать номер телефона Алины. Но автоматический женский голос, снова ответил, что абонент недоступен. Он знал её неизменную привычку, всегда отключать телефон на ночь, но продолжал набирать её снова и снова.

Алина Одонецкая… Они были неразлучны с детства. Случайное знакомство пятнадцать лет назад, когда ей было всего пять, а ему десять лет. Но именно в этот день, он впервые по-мальчишески обратил на неё своё внимание. Детская дружба, которая образовалась из брачного союза её матери и его дяди, переросла в семейное родство. Словно брат и сестра, как их все называли, имеющие даже одинаковую фамилию, они росли всё время рядом. Совместные семейные поездки, дни рождения, учёба в школе, игры во дворе, ссоры, скандалы. Андрей практически вырос в доме Ярослава и Полины Одонецких, к явному недовольству своих родителей, которые видели своего сына реже, чем его дядя.

Его всегда со страшной силой тянуло к этой девчонке, которая уже с детства, была с далеко нелёгким характером. Упрямая и своенравная, в их детской компании, состоявшей в основном из мальчишек, всегда заправляла она, девчонка. Которая выстраивала всех мальчишек в шеренгу, потому что была красива, необыкновенно красива с самого юного возраста, и это прощало ей всё.

Он и был для неё долгое время просто другом, старшим братом. На улице защищал от обидчиков, колких словечек, утешал и подбадривал в трудные жизненные моменты, радовался вместе с ней её успехам, и делил с ней её детские секреты, тайны и радужные мечты. Ровно до того момента, пока не вернулся домой два года назад, после окончания Санкт-Петербургского университета гражданской авиации, куда уехал поступать вместе с лучшим другом, и который окончил с отличием.

Помнил, как ехал домой окрылённый, полный уверенности в завтрашнем дне, потому что начальный жизненный рубеж был преодолён. Он получил образование и профессию, о которой так долго мечтал. Исполнил свои мальчишеские надежды, стал пилотом и был готов начать свою трудовую деятельность. Он готовил себя к этой профессии заранее, всё своё отрочество и юность. Хорошая физическая подготовка, безупречное здоровье, активное занятие спортом и изучение трёх иностранных языков. Он в совершенстве владел английским, немецким и французскими языками. Твёрдость духа и абсолютная уверенность в своих силах, подкреплённая полученными знаниями и умениями в университете.

И вот с огромным багажом знаний и красным дипломом он и появился на пороге дома своего дяди, два года назад, чтобы порадовать его своими успехами и достижениями. Именно за это, он в первую очередь был благодарен Ярославу Одонецкому, который своим собственным примером и опытом, состоявшегося в профессиональном плане человека, дал ему напутствие и путёвку в его будущую жизнь.

Но, когда входная дверь дома Одонецких открылась, и перед ним на пороге появилось прелестное создание в лёгком белом шифоновом платье, с немного удивлёнными сияющими глазами цвета неба и распущенными по плечам длинными волосами, он в один миг понял, что пропал… и влюбился в эту девчонку, с первого взгляда.

Глава 2

Спустя три часа все волнения и страхи Алины прекратились. Она стояла на пороге кабинета службы персонала авиакомпании и прижимала к груди папку с документами.

Ярослав поднялся со стула и подошёл к ней ближе.

— Ну что? Как всё прошло?

Она посмотрела на него и улыбнулась.

— Всё в порядке. Меня приняли на работу. Написала заявление, и получила направление на медицинскую комиссию.

— Поздравляю тебя, доченька! — он обнял её за плечи и, прижав к себе, поцеловал в щёку.

— Спасибо, папочка! Это всё только благодаря тебе и твоим стараниям, — она крепко обняла его за шею.

— Думаю, делами займёшься завтра, а сейчас поедем домой. Ну что, будем сдаваться маме без боя?

Алина улыбнулась и согласно кивнула головой.

Ворота к дому автоматически открылись, и машина въехала на территорию двора. Алина вышла на улицу из автомобиля, и глубоко вдохнув полной грудью, прикрыла глаза.

— Какой всё-таки здесь чудесный воздух! И как хорошо дома!

Ярослав рассмеялся.

— Ну вот, видишь, ты и начала ощущать разницу. А разве Питер за два года, не стал для тебя домом?

— Нет. В первые дни, когда уехала отсюда, мне постоянно снился наш дом. И я так по нему скучала.

Полина появилась на ступенях лестницы, и Алина резко обернулась.

— Мамочка… — она поспешно направилась к женщине и, поравнявшись, прижалась к ней, крепко обнимая руками за плечи. — Как же я соскучилась!

Полина обняла дочь руками.

— Здравствуй, мой котёнок. Я тоже очень соскучилась! Кажется, не видела тебя, целую вечность, — женщина погладила дочь по волосам. — Ну, пойдём в дом. Тебе нужно покушать и отдохнуть с дороги.

— А где все? Бабушка, дедушка, мальчишки…

— Уехали в Геленджик за покупками. Приедут к ужину. Ты как раз успеешь отдохнуть. Иди в дом.

Алина поднялась по ступеням и скрылась за дверью.

Полина подошла к мужу и, обняв его руками за плечи, коснулась его губ своими.

— Здравствуй, милый! Как слетали?

— Здравствуй, родная! Отлично. Я так соскучился!

— Я тоже очень соскучилась! Андрей не прилетел с вами?

— Нет. У него ночной рейс сегодня. Приедет послезавтра.

— Ну, хорошо, пойдём. Буду тебя кормить.

Ярослав обнял жену за плечи, и они вместе направились к дому.

Алина стояла в центре своей бывшей детской комнаты и медленно обводила глазами уютное помещение. Всё было по-прежнему, как и до её отъезда из дома. Все вещи на своих местах, а одежда выстирана, выглажена и аккуратно развешана на вешалках в шкафу. Она подошла к своему первому импровизированному мольберту, который когда-то сделал для неё отец, и нежно погладила его ладонью. Первые детские рисунки на стене. Она аккуратно коснулась пальцами, слегка пожелтевших от времени листов бумаги, и задумалась. Родители хранили всё, что было ей дорого, когда-то в детстве. Они окружили её жизнь удивительной атмосферой всеобъемлющей любви, заботы и обожания. Она росла, как маленькая принцесса, купаясь в их нежности и не знающая, никогда, и ни в чём отказа. Обласканная счастливой семейной аурой, она выросла, и сама стала человеком с открытой душой. Верила в настоящую любовь и светлые жизненные идеалы.

Алина поспешно разделась и с разбега нырнула в свою постель. Мягкое одеяло, две взбитые подушки и нежное ароматное, наполненное необыкновенной свежестью постельное белье яркого лимонного оттенка. Она зажмурилась от удовольствия, и, обняв подушку руками, прикрыла глаза. В душе воцарилось абсолютное спокойствие от того, что вернулась домой, от того, что решила все проблемы, которые терзали её всю последнюю неделю. Осталось преодолеть всего лишь последний этап и приложить усилия, чтобы воплотить в жизнь свою давнюю мечту, и оказаться на борту самолёта, в качестве бортпроводника.

Она не заметила, как заснула, словно провалилась в пустоту, погружаясь в удивительный мир спокойствия, блаженного отдыха и приятных сновидений.

****

Вечером Алина сидела за большим столом в кухне. С окончательным переездом в посёлок бабушки и дедушки, их семейный стол в доме действительно стал большим, и все субботние и воскресные ужины стали совместными, тёплыми, плавно перетекающими в увлекательные беседы, обсуждение дел и планов.

Она медленно обводила взглядом, собравшихся родных.

Дедушка, несмотря на преклонные годы, по-прежнему был активным, энергичным и необыкновенно отзывчивым человеком. Оформленный в больнице на полставки, он работал и консультировал всех, кто приходил в их дом и обращался за помощью. Никому не отказывал и всегда говорил, что бывших врачей не бывает, а хирургов тем более. Сам он уже не оперировал. Но не отказывал в консультации молодым ученикам, которых здесь у него оказалась немало, не только среди местных поселковых, но и из других близлежащих городов.

Глава 3

Самолёт приземлился в аэропорту Домодедово ровно в полдень. Безветренная погода и солнечные лучи, которые преломляясь, проникали сквозь стёкла иллюминаторов, радовали глаз и поднимали настроение прилетевшим гостям столицы.

Последние пассажиры покинули самолёт, и Алина тяжело опустилась в кресло. Её настроение было на нуле. Она сбросила туфли на пол, и аккуратно прокручивая стопу в воздухе, разминала пальчики. Ноги устали и затекли от постоянного перемещения по салону. Весь полёт она нервничала. Ей всё время казалось, что она не справляется с работой, не так обращается к пассажирам, не так улыбается и поэтому всё время была, словно натянутая струна.

В свой первый рейс, она обслуживала эконом-класс. И как начинающий бортпроводник работала в паре с девушкой, которая уже имела достаточное количество часов налёта. Она помогала Алине советом, всё рассказывала, показывала, и последний час полёта, наконец, подарил ей уверенность и спокойствие. Но внезапно на смену психоэмоциональной нагрузке, навалилась усталость физическая. С непривычки казалось, болело всё тело, ныли ноги, и было только одно желание, забиться куда-нибудь, сбросить туфли и платье, которое до полёта было очень удобным, а сейчас просто раздражало, сковывая движения.

Она сидела и смотрела в одну точку. Стихнувший, наконец, гул моторов подарил голове облегчение и оглушающую тишину в салоне, которая действовала на неё сейчас умиротворяюще.

— Что, устала?

Алина подняла глаза и моментально вдела ноги в туфли. Она стремительно поднялась с кресла. Перед ней стояла Петровская Галина Андреевна, старший бортпроводник их экипажа.

— Нет, что вы. Я совсем не устала, — тихо ответила Алина.

— Знаю, что устала, не скрывай. У меня было также, в первом полёте. Пойдём в аэропорт, отдохнём, пока самолёт будут готовить к обратному рейсу. У нас есть три часа свободного времени.

Алина согласно кивнула и пошла за женщиной по проходу салона самолёта, на выход.

Они присели в кафе за столиком. Заказали две порции овощного салата, несколько кусочков ржаного хлеба и минеральную воду без газа.

— Никогда не ем ничего тяжёлого перед полётом и не пью кофе и чай, - сказала Галина Андреевна.

— А я вообще от переживаний, боюсь, съесть ничего не смогу.

— Перестань. Думаешь, будет хорошо, если ты потеряешь сознание от голода прямо на борту? Немного лёгкой еды пойдёт тебе только на пользу. Поешь и расслабься, наконец. Первое боевое крещение ты прошла. Я довольна твоей работой. Ты была вежлива, обходительна с пассажирами, улыбалась, выполняла все инструкции, а это уже половина успеха. Сегодня рейс короткой продолжительности, так что прилетим вечером домой, выспишься, отдохнёшь и в следующий раз с новыми силами ринешься в бой.

Девушка заулыбалась.

— Ничего Алина, если ты пришла в эту профессию, как и твой отец с желанием работать и быть в небе, то всё у тебя получится. Вон, посмотри на Веронику, пришла желторотым птенцом, всего боялась, а теперь в скором времени, и меня заменить сможет.

— А вы планируете уходить?

— Пока нет. Но всё может быть. Мне уже сорок пять. Поэтому и начинаю готовить себе замену заранее. Знаешь, в нашей профессии случайные люди долго не задерживаются. В начале трудового стажа все приходят с огромным азартом и желанием работать, но очень быстро перегорают и уходят, а остаются только фанатики своего дела, кому действительно в небе комфортнее, чем на земле.

— Простите, а вы замужем?

— Конечно. Уже двадцать пять лет. Он тоже летает. Командир экипажа авиалайнера, только в другой авиакомпании.

— Наверное, удобно, когда вы оба занимаетесь одним и тем же делом?

— Не знаю. Не задумывались никогда над этим. Наши выходные не часто совпадают, видимся крайне редко, но мы привыкли. И когда бываем дома вместе, в редкие совместные выходные, наш дом превращается в абсолютный островок счастья. Мы познакомились, когда ещё были студентами. Я училась в медицинском институте, а он в своём лётном училище. Встретились на дискотеке, полюбили. И я как то, не задумываясь, влилась в его работу, окончила школу стюардесс, пришла работать в его авиакомпанию и осталась в этой профессии навсегда.

— А как же врачебная практика?

— Её не было ни дня, хотя знаешь, навыки, полученные в институте, иногда пригождаются по жизни.

У женщины зазвонил телефон, и она сосредоточенно взглянула на экран.

— Извини, — она обратилась к Алине. — Да, Вероника. Что значит, не сможет полететь? Я сейчас подойду. Будьте там, на месте, — она отключила телефон и, поднявшись из-за стола, взглянула на Алину. — Пойдём, дорогая, тебе тоже нужно зайти к врачу перед вылетом. Там у девчонок какие-то проблемы. Сейчас во всём разберёмся.

Алина вытерла губы салфеткой и, поднявшись, направилась вслед за женщиной.

Спустя полчаса она стояла у стены, ожидая остальных бортпроводников. Она получила у врача разрешение на полёт и стояла в сторонке, ожидая команды отправляться к самолёту.

Глава 4

Машина въехала на территорию роскошного особняка. Разумовский с интересом, осматривал в лобовое стекло свои новые владения.

— Красивый дом! — произнёс он вслух.

— Да, ваш отец очень любил этот особняк. Он много вложил в него, и постарался, чтобы дом был максимально комфортен для проживания.

Разумовский открыл двери автомобиля и вышел на улицу. Он окинул взглядом трёхэтажное величественное здание, огромный сад и прилегающую к дому кленовую аллею. Красиво подстриженные кустарники, редкие виды карликовых деревьев причудливой формы, фигурные клумбы с цветочным многообразием и большой фонтан перед входом в дом. Он обернулся и посмотрел на тонкие изящно кованые секции длинного забора, за которым всего в нескольких десятках метров, поблескивая голубой бесконечной лентой, разливалось море, наполняя воздух на территории двора ароматом свежести и шелестом волн.

Восхитительное место! – подумал про себя Олег. Он развернулся и направился в сторону особняка. Его сопровождающий ждал его на ступенях лестницы.

— Олег Алексеевич, дом полностью готов к вашему заселению. Я только не уточнил у вас, вы будете жить один, или к вам ещё кто-нибудь приедет? Я имею в виду, ваша жена или подруга.

— Нет, Геннадий Николаевич, я буду жить один. Мне нужно уединение и покой. Кстати, я хочу, чтобы никакой прислуги в доме не было. Я не люблю этого. Обедать и ужинать я планирую в ресторане, так что домработница мне не нужна. У моей матери во Франции огромное количество людей, которые на неё работают. Меня это всегда раздражало. Чашку кофе и бутерброд для себя утром я в состоянии приготовить сам.

— А уборка? Закупка продуктов?

— Ну, кто-то же убирал здесь до моего приезда?

— Местная женщина. Она на пенсии и ей очень нужны деньги.

— Ну, вот и пусть продолжает работать. Скажите, сколько будет нужно, и я ей отдельно буду доплачивать и за покупку продуктов. Просто не хочу, чтобы здесь жили посторонние люди. Мне будет вполне достаточно, приходящего человека, для осуществления уборки в доме.

— А охрана?

— Мне? Охрана? Я не бизнесмен. Если вы не против, я бы хотел, чтобы вы остались в особняке, и продолжили выполнять свою прежнюю работу. Вы все эти годы заботились о доме, и доказали свою преданность, так что ваши услуги охранника дома, меня вполне устраивают. А по поводу водителя, я в нём не нуждаюсь. Завтра же я куплю автомобиль, и буду ездить за рулём сам.

— Хорошо. Я всё понял.

— Я хочу освоиться в доме и немного отдохнуть. Мои вещи оставьте, пожалуйста, в спальне, и можете быть свободны на сегодня.

— Хорошо, Олег Алексеевич! Всё сделаю.

Разумовский поднялся по белокаменным ступеням и, открыв входную дверь, зашёл внутрь и оказался в огромном холле. Сразу отметил для себя, что отец очень любил роскошь и помпезность. Красота дома поразила его. Во всём чувствовалась профессиональная работа лучших архитекторов и дизайнеров. Изысканная дорогая мебель, текстиль, натуральные материалы, обилие бытовой современной техники, большой бассейн на первом этаже, тренажёрный зал, бильярдная и спальня, поразившая его больше, чем все остальные комнаты. Огромная кровать с отделкой из натуральной белой кожи, камин, несколько уютных кресел, и огромные панорамные окна с видом на море.

Олег раздвинул занавески и, раскинув руки в стороны, прикрыл глаза. Ему определённо здесь нравилось. Несмотря на то, что он был сторонником современного минимализма, менять в доме он ничего не собирался, уважая память отца и его желание обустроить свой дом по собственному вкусу.

Разумовский разобрал свои вещи, принял душ и с удовольствием погрузился в свежую постель. Тело требовало отдыха и полноценного сна. Уже завтра ему предстоит встретиться с организаторами выставок, и поэтому о долгожданном отдыхе на море пока придётся забыть.

Он прикрыл глаза и, потянувшись, обнял подушку руками. Спустя мгновение, он заснул, оставляя в стороне свои новые идеи и завтрашние неотложные дела.

****

Алина открыла глаза и посмотрела на часы. Почти одиннадцать. Она проспала до обеда. Прекрасно отдохнувшая и выспавшаяся, она проснулась в хорошем настроении.

Крепко зажмурилась от проникающих солнечных лучей, сквозь неплотно закрытые шторы, и на мгновение погрузилась в свои мысли о вечере накануне. Нетерпеливые расспросы мамы и всех остальных домочадцев о первом полёте, закончились для неё сумбурно и скомкано. Настроение было отвратительным, и она нехотя отвечала на их многочисленные вопросы и делилась впечатлениями о рейсе.

После ужина, она долго сидела в садовой беседке, погружённая в свои мысли о таинственном незнакомце, с которым встретилась в самолёте. Была расстроена, что их встреча оказалась случайной и, к сожалению, единственной. Он исчез из её жизни также быстро, как и появился.

Алина не заметила, как Андрей тихо присел с ней рядом. Долго смотрел на неё молча и взяв её за руку, прижал к себе. Обнял за плечи, и осторожно коснувшись губами волос, нежно погладил пальцами по голове. Она обняла его руками за плечи, и они просидели так, почти до полуночи. Ей было хорошо с ним рядом. Он не лез в душу, не задавал лишних вопросов, но своим участием поддерживал и облегчал физическую усталость и тяжесть, внезапно образовавшуюся на душе.

Глава 5

Андрей остановил машину у дома Алины, заглушил двигатель и вышел на улицу. Открыв задние двери и, склонившись, извлёк из салона огромный букет белоснежных роз и стремительно направился к дому.

Семейство Одонецких-Дягилевых завтракало в полном составе в кухне. Заметив Андрея, разговоры в комнате стихли, и присутствующие устремили на него внимательные взгляды.

Он остановился в дверном проёме с ослепительной улыбкой, в строгом чёрном костюме, небесно-голубой рубашке и с огромным белоснежным букетом в руках.

— Доброе утро, всем! — обратился он к присутствующим в комнате.

Все дружно ответили приветствием.

— Алинка, это к тебе, — хмыкнул Владимир и, улыбнувшись, посмотрел на сестру.

— Андрюша, садись с нами завтракать, — пригласила мама Алины.

— Спасибо, Полина Владимировна, но я уже позавтракал. Я за Алиной. Мы едем сегодня на выставку известного фотохудожника, — он подошёл к девушке и, поцеловав её в щёку, положил ей на колени букет цветов.

Алина улыбнулась и, прикрыв глаза, вдохнула аромат роз.

— А что за фотограф? — спросил Ярослав.

— Олег Разумовский. Знаменитый фотограф с мировым именем, — ответила Алина. — Я была на его выставке в Петербурге три месяца назад.

— И тебе не скучно, смотреть одни и те же фотографии по нескольку раз?

— Папочка, если бы ты их увидел, ты бы тоже захотел их пересмотреть не один раз. Уникальные работы. Этот человек очень талантлив. Ладно, я пошла переодеваться, — Алина поцеловала обоих родителей, поблагодарила за завтрак и, нежно коснувшись руки Андрея, вышла из комнаты.

Она стояла перед зеркалом, осматривая со всех сторон белое ситцевое платье до колена, с юбкой полусолнце, и туго затягивала тоненький кожаный ремешок на своей талии.

Ладони Андрея скользнули по её телу и она, откинув голову назад, прижалась к его груди.

— Ты меня напугал. Так тихо вошёл, что я не заметила.

Он поцеловал её в мочку уха и тихо прошептал:

— У меня самая красивая девушка на свете. Ты сногсшибательно выглядишь. Провоцируешь меня и моё желание?

— Как ты угадал?

— Нетрудно догадаться…

Он развернул её к себе и моментально накрыл её губы своими. Целовал настойчиво, требовательно, крепко прижимая её к себе. Скользящими движениями пальцев ласкал её спину, невольно сминая лёгкую струящуюся ткань её одежды. Осторожно опустил её на кровать и, накрыв своим телом, склонился к её лицу.

— Боюсь, мне будет трудно, дождаться нашей следующей встречи у меня дома, — тихо прошептал Андрей.

— Мне тоже… — Алина притянула его к себе за шею и коснулась его губ своими. Её хрупкие ладони медленно заскользили по его спине. Она крепко прижимала его к себе, отвечая на многочисленные поцелуи. — Андрюш, мы не опоздаем? — пытаясь восстановить сбившееся дыхание, тихо спросила она.

Одонецкий слегка отстранившись от неё, посмотрел на часы.

— Да, ты права. Пойдём, — он стремительно встал на ноги и подал ей руку.

Алина подошла к зеркалу и провела пальцами по своим припухшим губам.

— Ну, вот… над макияжем губ я больше не колдую. Естественные и натуральные, а главное, без помады… — она загадочно улыбнулась и посмотрела на Андрея.

Он подошёл ближе и, обняв её, коснулся губами её затылка.

— Ты и без помады, очень красивая. Пойдём, а то нам ещё добираться до города. Боюсь, на трассе будут пробки.

Они спустились по лестнице и, попрощавшись с домочадцами, уехали в город.

Городской выставочный зал был полон народа. Красивая огромная афиша венчала вход в зал, с изображением ночного Парижа и огромных дождевых капель, скрывающих город за серой и угрюмой пеленой осени.

Алина держала Андрея под руку и осматривалась по сторонам.

— Странно, что нигде нет его портретов. Это такое впервые. Мне нравятся работы фотохудожника, но я не знаю, как он выглядит.

— Ну, значит таково его желание. Ты же знаешь, у этих творческих людей, всегда есть свои особые запросы и требования. И все должны их беспрекословно выполнять.

— Ты прав. Такой как он, наверное, может себе это позволить. Пойдём в зал, там, на входе, по-моему, уже начинают пропускать посетителей.

Они предъявили билеты, и зашли в вестибюль.

Алина держала Андрея за руку и медленно шла по проходу огромного светлого выставочного зала. Они с интересом осматривали экспозицию фотоснимков. Многочисленные портреты в чёрно-белом и цветном изображении, были больше похожи на художественные картины, выполненные красками. Чувственные и осязаемые портреты людей разнообразных возрастов, национальностей и принадлежностей к различным слоям общества. Многообразие и вместе с тем абсолютная уникальность каждой работы. Снимки не походили один на другой. Они завораживали и вдохновляли одновременно, вызывали бурю эмоций и заставляли терять ощущение пространства, погружаясь с каждой работой в её особый чарующий мир магии современного искусства.

Глава 6

Самолёт приземлился час назад, а Алина всё ещё была в аэропорту. Она пообещала маме, что сегодня будет ночевать дома и ожидала отца, сдающего полётную документацию и проводящего пост полётный брифинг с членами экипажа. Он появился на пороге кабинета через несколько минут.

Алина поднялась со стула и подошла к нему ближе.

— Ну что, всё сдал? Едем домой?

— Да. Кстати, забыл тебе сказать, я получил расписание рейсов на следующий месяц.

— Покажешь?

— Да, только чуть позже. Устал и хочется домой. Жаль, Андрея нет в городе, придётся брать такси.

Они вышли на улицу и направились к стоянке автотранспорта, обслуживающего аэровокзал.

— Добрый день! Такси, не желаете?

Одонецкий с дочерью обернулись. Ярослав внимательно посмотрел на молодого человека, заговорившего с ними.

— Желаем. Вы водитель?

— Да, прошу вас. Моя машина стоит немного дальше. Позволите, взять ваши вещи? — спросил Разумовский, обращаясь к Алине, и протягивая руку.

Она взглянула на отца и передала Олегу свою сумку.

— Прошу за мной, — он жестом, пригласил их обоих, следовать за ним.

Ярослав задумчиво смотрел, на дорогую спортивную машину, которая стояла перед ними на парковке.

— Молодой человек, а вы уверены, что с такой машиной вам необходимо заниматься частным извозом?

— Уверен. Мне это крайне необходимо. Присаживайтесь.

Ярослав сел в салон автомобиля, и назвав свой домашний адрес, внимательно посмотрел на притихшую Алину.

Машина тронулась, и она повернулась к окну. Внутри неё кипела злоба на Разумовского. Ей очень хотелось устроить ему скандал, расцарапать физиономию и придушить своими собственными руками. Но при отце, устраивать публичную казнь этому мерзавцу, было нельзя.

Алина повернула голову и посмотрела в салонное зеркало автомобиля, и тут же, встретилась с улыбающимися чёрными глазами Олега. Она смерила его уничтожающим взглядом, и снова отвернулась к окну, рассматривая мелькающие перед её глазами деревья, и пытаясь успокоить свой нарастающий гнев.

Машина остановилась у дома Одонецких, и Ярослав протянул деньги водителю, но Разумовский сложил руки в протестующем жесте.

— Благодарю Вас, но у меня сегодня акция. Каждая вторая поездка бесплатно.

— Очень интересно. Ну, как угодно,— Ярослав улыбнулся и, посмотрев на Алину, вышел из машины на улицу.

Олег повернулся и, протянув руку, убрал прядь волос с лица Алины. Девушка сидела молча, и смотрела прямо перед собой.

— Алина, нам нужно поговорить. Я подожду тебя здесь. Сможешь, выйти ко мне, чуть позже?

Она отбросила его руку и поспешно вышла на улицу, громко хлопнув дверцей автомобиля. Вошла в дом и, опустив сумку на пол в прихожей, сразу же направилась на второй этаж в свою спальню. Ей очень хотелось переодеться, принять душ и по возможности избежать разговоров с отцом, который наверняка всё понял, о горе водителе такси, на дорогой иномарке.

Алина начала подниматься по ступенькам и резко остановилась на месте, пристально вглядываясь в ковровое покрытие пола вокруг себя. Розовые лепестки разнообразных оттенков были рассыпаны по всей лестнице. Она недоуменно осмотрелась по сторонам.

Бабушка, появившаяся перед нею на втором этаже, улыбнулась и обняла её за плечи.

— С приездом Алина. Как первый полёт?

— Здравствуй, бабушка. Всё в порядке. Бабуля, а это что? — она показала рукой на пол.

— Это мне у тебя, хотелось бы спросить… — женщина улыбнулась.

Алина посмотрела на неё вопросительно и стремительно направилась к двери своей спальни. Дорожка из розовых лепестков вела как раз туда. Она распахнула дверь своей комнаты и ахнула вслух.

Комната была заставлена огромными корзинами роз. Цветовое наполнение и разнообразие их оттенков, было подобно россыпи калейдоскопа. Цветовой палитре, какая только возможна в природе, от чистых и нежных, словно первый снег, до чувственных, цвета спелой вишни с чёрным бархатным оттенком. Нежный аромат цветов заполнил комнату и слегка закружил голову.

Она обернулась и посмотрела на улыбающуюся бабушку.

— Кто это сделал?

— Высокий и очень красивый молодой брюнет на дорогой машине. Он представился, как Олег Разумовский. Очень приятный молодой человек, воспитанный и вежливый. Цветы доставили огромной машиной. Ты не представляешь, сколько людей было задействовано, чтобы их сюда все внести.

Алина бросила пиджак на кровать и сорвалась с места.

— Алина, куда ты? — крикнула ей вслед бабушка.

Но девушка её не слышала.

Она выскочила из дома и направилась на улицу, громко хлопнув калиткой.

Разумовский сидел на капоте своей машины и спокойно смотрел на приближающуюся к нему Алину.

Глава 7

Разумовский ходил возле дома Алины уже не один час, и беспрестанно набирал номер её телефона. Но абонент по-прежнему был недоступен.

Она ответила ему только в половину девятого, тихим, слегка охрипшим после сна голоском.

— Доброе утро, моя девочка!

— Олег, это ты?

— Я.

— Ты что так рано звонишь? Что-то случилось?

— Случилось, что я без тебя не могу.

— Где ты?

— Под твоим окном.

Алина поднялась с кровати и накинула халат поверх сорочки. Она отодвинула занавеску и приоткрыла окно. Разумовский улыбнулся и махнул ей рукой.

— Я сейчас оденусь и спущусь, — тихо сказала она ему.

— Лучше одевайся, и поедем сразу ко мне домой.

— Но, Олег… я…

— Алина, мы просто позавтракаем. Я покажу тебе свой дом, новые фотографии. Я просто хочу, чтобы ты была рядом со мной.

Она немного подумала.

— Ну, хорошо. Я сейчас спущусь, — она прикрыла окно, а Разумовский вернулся к своей машине.

Алина вышла в коридор и направилась в ванную комнату, но на лестнице столкнулась с Ярославом.

— Доброе утро, папочка! — она поцеловала его в щёку.

— Доброе утро! Ты куда-то собираешься?

— У меня дела…

Она немного замялась.

— Вероника меня ждёт.

— А едешь к ней, я так понимаю на том же такси, что мы возвращались из аэропорта? Смотрю, дежурит у ворот нашего дома с семи утра.

Алина промолчала.

— Андрей мне звонил. Говорит твой телефон и вчера и сегодня был недоступен.

Ярослав внимательно посмотрел в её глаза.

— Я ему перезвоню чуть позже.

— Алина, что у вас происходит? Ты не хочешь мне ничего рассказать?

— Ничего не происходит. Всё в порядке. Папочка, давай поговорим вечером. Мне пора. Пока!

— Пока.

Алина развернулась и стремительно сбежала по ступенькам лестницы вниз.

Ярослав снова взглянул в окно на припаркованную машину у своего дома, нервно вышагивающего возле неё молодого человека и, развернувшись, поспешно вернулся в свою спальню.

— Полина, мне не нравится, этот новый поклонник Алины.

Женщина на него внимательно посмотрела.

— Мне тоже. Но что я могу сделать? Я вчера говорила с ней. Ты знаешь, мне кажется, она влюбилась.

— Что значит, влюбилась? А с Андреем что было? Разве не любовь?

— Я не знаю. Я сама не понимаю свою дочь. Она ведь никогда не была такой легкомысленной. Меня пугают все эти перемены, но не могу же я её посадить под замок.

— Я хочу поговорить с ней сегодня вечером и очень серьёзно.

— Ярослав, может не стоит? Я боюсь, что наша строгость сейчас, будет неуместна, и она всё равно сделает по-своему. Только уже нам назло. Я думаю, нам лучше не вмешиваться. Я её обо всём предупредила, а она сама должна сделать выводы. Ей через месяц исполнится двадцать один год. Она взрослый человек. Пусть сама делает свой выбор.

Одонецкий вздохнул.

— Может ты и права. Хотя, я всё равно очень переживаю, — он обнял жену и, коснувшись её щеки губами, прижал её к себе.

— Ты думаешь, я не переживаю. Всякий раз, когда она тайком уходит из дома к этому человеку, у меня душа не на месте. Но, я ничего не могу сделать. Только теперь, я начинаю понимать свою маму, когда вспоминаю себя в возрасте Алины. Мне тогда было абсолютно наплевать на чужое мнение и на все предостережения. Потому что, на тот момент в моей жизни, Беркутов был для меня самым важным и любимым мужчиной на свете.

— А сейчас? — Ярослав уложил её на спину, нависая над ней, и пристально вглядываясь в её глаза.

— А сейчас… — она погладила его по волосам. — Для меня уже пятнадцать лет, существует только один мужчина на свете.

— И кто же он? Я его знаю? — он склонился к её губам.

— Думаю, знаешь… Он такой….

Ярослав не дал ей договорить. Он требовательно поцеловал её в губы, и накрыл их обоих с головой одеялом.

Алина появилась у машины Разумовского, спустя полчаса, после разговора с отцом. Олег подошёл к ней ближе и, обняв за талию, помог ей сесть в салон автомобиля. Присел рядом, и внимательно посмотрел на неё.

Сегодня она была практически без макияжа, в простых голубых джинсах, белой футболке с забавным девичьим рисунком, лёгком пиджачке, накинутом на плечи, а её волосы были собраны на затылке в конский хвост.

Глава 8

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь большие стёкла зала ожидания аэропорта, преломляясь, осыпались прозрачными пылинками на мраморную плитку пола. Алина стояла на месте и, обняв себя руками, слегка поёживалась, точно от холода. Изнутри её бил нервный озноб.

Она ходила из угла в угол. Подходила к окну и смотрела в стекло на приземляющиеся лайнеры. Она судорожно вглядывалась в коридор терминала аэропорта и в лица прилетающих пассажиров.

Рейс Андрея задерживался, и она уже второй час ходила по залу, собираясь с мыслями, терзаемая страхом, от ожидания предстоящего неприятного разговора, который продолжал откладываться, по независящим от неё причинам.

Разумовский уже позвонил ей не единожды по телефону. Предлагал ей вернуться домой, и приехать позже на квартиру Андрея, и там обо всём поговорить. Но она категорически отказалась.

Наконец, объявление о приземлении самолёта Андрея, прозвучало в зале ожидания, и сердце Алины бешено забилось в груди. Она не знала, как начать этот разговор, как объяснить, как сделать так, чтобы он её понял. Как сгладить новость, которая разобьёт ему сердце.

Через тридцать минут Андрей появился в коридоре терминала аэропорта. Он с волнением во взгляде осматривал зал ожидания и, заметив Алину, стоявшую у окна, улыбнулся. Забросив ремень сумки на плечо, он направился прямиком к ней.

Алина внимательно следила за его приближением.

Поравнявшись с ней, Андрей обнял её ладонями за талию и легко приподнял её в воздухе. Медленно опуская на пол, он коснулся губами кончика её носа, и крепко прижал к своей груди.

— Котёнок мой, привет! Наконец-то я вижу тебя. Как же я соскучился! Думал, что эта поездка никогда не кончится.

— Привет, Андрюша.

— Я звонил тебе, но твой телефон постоянно был не доступен.

— Я его уронила на пол, и он не работает.

— Так нужно срочно купить новый телефон.

— Я уже купила.

Он склонился к её губам, но она подставила ему для поцелуя щёку. Андрей улыбнулся и поцеловал её. Обняв за плечи, он снова прижал её к себе.

— Я был у Джианни в Канелли. Привёз ему продукты и одежду. Он передавал тебе привет.

— Как он?

— Очень плох. Почти не встаёт с постели. Но знаешь, когда я ему рассказал, что мы теперь вместе, он очень обрадовался. Ты бы видела его сияющие глаза. Он сказал, что наша судьба была предрешена ещё с детства. Джианни сказал, что увидел это, когда мы были у него четырнадцать лет назад. И когда ты впервые меня с ним познакомила, он сказал, что мы, как две половинки одного целого, и он видит это. И был очень рад, что предчувствия его не обманули. Ты знаешь, я уже неплохо его понимаю. В последнее время занялся в свободное время итальянским языком. Правда, кое-что пока без Винченцо мне было трудно ему объяснить. Ну, ничего, я думаю в следующую свою поездку к нему, я удивлю его своим познанием итальянского языка.

— Я очень бы хотела, тоже его снова увидеть. Он для меня стал очень близким и почти родным человеком. Мне так жаль, что он болен. А с ним нет никого рядом из близких людей. Но теперь у меня работа, и в течение полугода, я не смогу выбраться к нему.

— Мы поедем к нему вместе. Обещаю. Всё будет хорошо. Ты снова его увидишь. Ну что, поедем домой?

Алина немного помолчала и осмотрелась по сторонам.

— Пожалуй…

Андрей смотрел на неё недоуменно.

— Что с тобой? Что-то случилось? Ты не заболела?

— Нет. Я не заболела. Пойдём на парковку. Я приехала на машине.

— Всё нормально? Как успехи за рулём?

— Ты знаешь, я почти не ездила на машине. Времени не было.

— Вот как? И чем же ты была занята? Надеюсь, подготовила грандиозный план, по изменению нашего дома?

Алина промолчала.

Они дошли до машины, и Андрей, положив сумку на заднее сидение, присел за руль. Алина села с ним рядом. Он повернулся к ней и, склонившись к её губам, хотел поцеловать, но она отвернулась.

— Алина, ну здесь же нас уже никто не видит, кого стесняться? Я жутко по тебе соскучился. Иди ко мне, малыш! — он протянул руку и погладил её по плечу.

— Андрюша, давай поедем домой. Мне нужно поговорить с тобой.

— Поговорить? О чём?

— Давай, приедем домой. Я скажу всё там.

Андрей удивлённо на неё смотрел.

— Ну, поехали. Хотя я думал, что сегодня мы устроим себе романтический вечер, съездим куда-нибудь поужинать и проведём время вместе. А у тебя оказывается какой-то неотложный разговор, — он повернул руль направо и выехал с парковки.

По дороге Алина молчала и смотрела в своё окно. Она боялась посмотреть на Андрея, потому что чувствовала его постоянный и внимательный взгляд на себе.

Машина остановилась у его дома, и, поднявшись на лифте, они оказались в квартире.