Шаманка. Невеста слепого мага

Пролог

— Может, лучше на мужской стриптиз? — с надеждой спросила я, поглядывая на довольную донельзя Женю. — Все эти ваши штучки меня пугают.

— Тебе же нравилось в универе гадать на суженого, — фыркнула Алина, неожиданно занявшая сторону невесты. — Не трусь. Это её девичник, весело должно быть ей.

— Ты так говоришь, потому что не видела, что она может, — заявила я и сняла пальто. — А нам с Олежей его продюсер такое рассказывал, что волосы дыбом вставали!

Бывшая Василевская закатила глаза и первой вышла из прихожей в гостиную. Я ожидала увидеть чучела птиц на полках, глаза, плавающие в прозрачной жидкости, или хотя бы череп захудалого барашка на журнальном столике. Но ничего особенного дома у наставницы нашей шаманки не обнаружилось. Самая обычная квартира.

— А где чёрные свечи и мешки с могильной землёй?

— На кладбище, где им ещё быть? — ответила стройная брюнетка в тёмном трикотажном платье. — Я же не ведьма.

— София — шаманка, — улыбнулась невеста продюсера моего мужа. — Хотя свечи в работе использует. Устраивайтесь. Мы сначала почаёвничаем и только потом ритуал будет.

Евгения сама общалась с духами, а накануне свадьбы попросила наставницу провести несколько чисто женских ритуалов. Да, Гараева угораздило влюбиться в девушку, виртуозно стучащую в бубен и регулярно уходящую в глубокий транс. Ещё и раскрутить её, как эксперта, в Инстаграме. Воистину, чего только в жизни не случается. И вот мы с Алиной, как ближайшие подружки невесты, рассаживались вокруг подноса со сладостями и керамическим набором для чаепития.

— Ручная работа, — толкнула меня в бок художница, — кто-то на круге сгончарил, а ручку сделать из ветки — это вообще вышка. Смотри сколько грибов на чайнике под глазурью.

Меня интересовало больше, сколько грибов подруга съела перед поездкой сюда. Она же пальцем у виска крутила, когда я предлагала тётю Дашу к целителю свозить.

“Подорожник не поможет, — отмахивалась она. — И травяным чаем рак не вылечить!”

А теперь бывшая Василевская светилась энтузиазмом.

— Чай какой-то особенный? — спросила невеста, перекинув тугую пшеничную косу за спину.

— Нет, принцесса Нури, — подмигнула София. — Угощайтесь конфетами, девушки. Духам я чуть позже подношение сделаю.

— Духи едят конфеты? — я развернула блестящий фантик и с сомнением присмотрелась к шоколадному лакомству. — Тогда хоть умирать не страшно. Посмертие обещает быть не таким уж скучным.

— Конфеты едят люди, — мягко и почти ласково объясняла шаманка, разливая ароматный напиток по чашкам. Слукавила насчёт “Принцессы Нури”. Я в своей необеспеченной юности хорошо знала её запах. Другое что-то было. С травами. — А духи получают энергию удовольствия и благодарности, когда мы ставим вазочку, любуемся яркими фантиками, прислушиваемся к шороху обёртки. Сегодня мы будем призывать род Евгении. Просить для неё защиты и благословения у всех матерей, дочерей, бабушек.

— Ресурс, — уточнила невеста. — А то я волнуюсь перед замужеством.

— О, я тоже волновалась, — улыбнулась я. — У меня ещё пузо на лоб лезло, мама требовала традиционную русскую свадьбу, а свекровь — европейскую. “Ресурс” от любимого черпала. Сказала бы Артёму, что тебя беспокоит, он утешил бы без труда.

— Все люди разные, — цыкнула на меня Алина. — И вспомни, как ты на следующий день лежала в постели, потому что свадьба была событием радостным, но очень уж утомительным. Если есть обряд, помогающий невесте пережить всю суматоху легко, то почему бы не воспользоваться?

“Потому что это жутко!” — подумала я, но больше спорить не стала.

Очевидно, я в меньшинстве, так что смысла нет пытаться отговорить подруг от шаманизма.

Болтали под чашечку чая мы недолго. София вкратце рассказала “непосвящённым”, что будет происходить, а потом вместо подноса с чайником на полу появился нарисованный на ткани круг. Четыре сектора: чёрный, белый, жёлтый, красный. Зелёный центр и синий обод. Конфеты тоже были другие, а ещё зефир в шоколаде и печенье. Интересно, у духов бывает диатез от сладкого? Аллергия на что-нибудь? Непереносимость лактозы и глютена?

— За руки браться будем? — с воодушевлением спросила Василевская-Давыдова.

— Можно, если хотите, — ответила хозяйка квартиры. — Я буду бить в бубен и иногда звучать другими инструментами.

— А бубен тоже ручной работы? — поинтересовалась я. — Или есть магазины для шаманов специальные?

— Есть мастера, — кивнула Евгения. — Отдельно по бубнам, отдельно по ножам, зеркалам, амулетам. Редко, когда один человек делает всё. Я свой бубен заказывала. Амулеты вот тоже приходится, хотя руки к камням и дереву тянутся.

— Всему своё время, — успокоила её София.

Подняла бубен и ударила в него колотушкой. Звук у инструмента был интересный. Чем-то похожий на африканские барабаны, но вибрация захватывала сразу и уже не отпускала. Девушки прикрыли глаза, Алина начала слегка раскачиваться из стороны в сторону. Две шаманки бормотали, и в середине процесса даже я перестала чувствовать себя глупо. Тело стало лёгким, разум пустым.

— Я обращаюсь к роду Евгении, — тихо сказала София, — и призываю тех, кто может, знает и хочет помочь…

Она не успела договорить. Входная дверь вздрогнула от удара и открылась.

— Блин, — выругалась Алина. — Как в фильме “Звонок”. Уже пришли!

Шаманка опустила бубен, мы синхронно обернулись к арке, ведущей в прихожую. Те, кто “пришёл”, выглядели, мягко говоря, странно. Трое мужчин в театральных костюмах. Двое в чёрном, один в синем и с завязанными белой материей глазами.

— Забористый у вас чай, — призналась я. — Или это всё-таки стриптизёры?

— Вряд ли, — начала Евгения, но брюнет в чёрном жестом попросил её сидеть на месте. Не вставать. — Чем обязана, господа?

Шрам у него был через всю щёку. Длинный, уродливый. Волосы с проседью. Двое других незванных гостей по возрасту ему в сыновья годились. Смазливые блондины. Кудрявые ангелочки с голубыми глазами. Да, я была уверена, что оба с голубыми. Похожи, как братья.

Глава 1. Переход

Я умела работать через сны. Задавала вопрос перед тем, как закрыть глаза, и получала на него ответ. Прошли две недели после визита троицы магов из другого мира, а я до сих пор спрашивала у духов-помощников, что делать дальше. Знала, что ответ не изменится, но он мне не нравился.

“Это твой путь. Выбор, который сделала твоя душа ещё до твоего рождения”.

Слепой Франко сказал, что я не могу отказаться. Видимо, не хуже меня знал, что такое предназначение. Но от видений во снах шерсть дыбом вставала.

Там я умирала от тяжёлой болезни. Уже не могла встать с кровати, цеплялась за руки лекарей и молила только об одном: прекратить мои страдания. Мужчины в длинных рубашках молчали. Смотрели на меня с болью и молчали. Тогда я сама скрутила для себя петлю.

“Нет! — Тот, чьё лицо мне не показывали, вынырнул из темноты. Убрал петлю и крепко меня обнял.

— Убей, — просила я. — Сил моих больше нет. Убей, всё и так кончено”.

Я вложила в его руку нож. Я просила и умоляла, пока он не сдался. Нож выпал из раны в моей груди. Мужчина поймал его и воткнул себе в сердце”.

***

Проснувшись, я несколько мгновений просто дышала, лёжа в кровати с закрытыми глазами. Ни один сон не сбывался буквально. Образы что-то значили, но не более того. Чуть позже истинный смысл откроется, а нож в сердце так и останется метафорой.

Я повернулась на другой бок и вдруг осознала, что одеяло и подушка не мои. Другой вес, другая плотность, иные ощущения от ткани.

— Софи-и-ия, — певуче позвал меня приятный женский голос. — Не пугайтесь, пожалуйста. Здесь никто не причинит вам вреда.

Поздно предупреждать. Сердце уже забилось чаще, я инстинктивно сжалась и открыла глаза.

Комната раза в два больше моей спальни. Мебель вычурная, одежда на тех, кто сидел возле кровати, до боли знакомая. Голова закружилась, когда я узнала братьев-блондинов. Нет, на девичнике они не представились, но Анюта была готова спорить на деньги, что приходились друг другу братьями. Слишком похожи для посторонних людей. А вот женщину я видела впервые.

Как там обращался к нам мужчина со шрамом? “Благородные лины?” Похоже, одна из них и просила меня не пугаться. Строгое воспитание девушки из приличной семьи чувствовалось в каждом жесте. Но особой робости я не заметила. Девушка смотрела на меня открыто, заговорила первой и явно чувствовала себя в доме хозяйкой.

Спасибо многолетним шаманским практикам, я не ударилась в панику, оказавшись в незнакомом месте. В Нижнем мире бесполезно орать и что-то требовать. Лучшая стратегия там — молча наблюдать. Запоминать мельчайшие детали, внимательно слушать. От того, как с тобой разговаривают и что предлагают, зависит очень многое.

— Вы знаете моё имя, — осторожно начала я. — Могу ли я узнать ваше?

— Хельда, — ответила она. — Хельда Делири. Как вы себя чувствуете? Переход через грань миров плохо изучен. Мы хотели повременить, но ваш суженый оказался слишком нетерпелив.

Переход. Значит, я уже в другом мире? Однако.

Вот теперь хвалёная шаманская выдержка отказала, и меня шибануло давлением. Перед глазами поплыли круги, дышать стало трудно. После фразы “до встречи” от слепца я надеялась, что переход понадобится в метафорическом смысле. Что мне дадут доступ в особое пространство, куда я буду залетать в шаманском путешествии.

— Я физически перешла через грань? Моё тело вместе с сознанием в другом мире?

— Да, вы всё верно поняли. — В разговор вмешался зрячий блондин. Его чёрный костюм наводил на мысли о военной форме. Да и осанка тоже. Сидел так, будто лом проглотил. — Вас буквально перенесли через брешь в месте соприкосновения двух миров. Застали спящей, обрадовались, бережно подняли заклинанием левитации и перенесли.

“Благодарю, — вертелось на языке, — получилось действительно бережно. Вот только я...”

Теперь накатило по-взрослому. Меня затрясло, перед глазами собралась белёсая муть, а тело требовало немедленно сделать хоть что-нибудь. Я села, натянув покрывало почти до подбородка.

— Вы бледны, — забеспокоилась Хельда. — Позвать лекаря?

— Нет, спасибо. Я справлюсь. Скажите, пожалуйста, а вернуться домой мне нельзя?

— Вы уже спрашивали, можно ли вам отказаться, — заговорил блондин с завязанными глазами. — Я думал, мы друг друга поняли.

Чёрт, да, но о переезде на ПМЖ в другой мир мы не договаривались! У меня своя жизнь, практика, клиенты. Что будет с квартирой, с моими вещами? А родители? Им скажут, что дочь пропала без вести?

— Зачем я здесь? Почему?

Фразу “неужели нельзя по-другому” я героически проглотила. Перенос материи требовал колоссального количество энергии. Если на это пошли, значит, по-другому было нельзя. Так ведь?

— Не совсем, — зрячий “брат” смутился, как мальчишка. На щеках появились ямочки, в глазах заплясали озорные искорки. — Мы вытащили вас, потому что в нашем мире проще. Здесь больше силы, и у магов с чёрным уровнем больше возможностей.

Ох, почему я забыла, что он читает мысли? Хорошо, что не успела покрыть его матом.

Блондин в чёрной военной форме сделал вид, что смутился ещё больше.

— Меня зовут Фредерико Гвидичи. Я действительно младший брат слепого мага, что сидит рядом, тут вы угадали. Чёрную форму на мужчинах вы будете видеть часто. В Клане Смерти её носят все воины. Да, ещё одна деталь. Меня называют Соколом. Когда-то я был одним из лучших наёмных убийц.

Я впечатлилась. Честно. Лекаря звать не стала, но стакан воды из рук Хельды приняла и залпом его осушила. Минуту пыталась прийти в себя, украдкой разглядывая братьев. Если младший такой, то кто же старший?

— Франко Гвидичи, — представился он. — Некогда сильнейший маг и цепной пёс иномирца Плиния, но сейчас скромный калека на попечении родного брата.

Хельда улыбнулась уголками губ и закатила глаза. У неё они были пронзительно-зелёными. Редкое сочетание для тёмных волос и светлой кожи. Косметикой благородная лина почти не пользовалась. Красила губы чем-то, напоминающим перламутровую помаду, и подводила чёрным карандашом глаза.

Глава 2. Трудности адаптации

Сокол вышел из спальни Софии первым, дождался Франко и плотно закрыл дверь.

— Мы будем подслушивать? — шёпотом спросил слепец. — Ай-ай, братец, не хорошо.

— Я держу заклинание. Пока плетение не распалось, женщины ещё могут обсудить будущую жизнь твоей невесты в особняке Делири. Дай им время.

— Моей невесты, как ты верно заметил, — раздражался Франко. — Что она вообще делает в доме Кеннета? Мы так не договаривались. За прикрытие спасибо, за помощь в удержании портала тоже, но дальше я сам. Мой дом в Бессалии ничуть не хуже. Слуг мало? Найду новых. Только свистну — очередь у крыльца выстроится.

— Куда ты торопишься? — вздохнул Сокол, опираясь плечом на стену. — Она не понимает, где очутилась. Мира за пределами спальни для неё не существует. А из тебя, уж прости, брат, плохой экскурсовод.

Франко поджал губы и по привычке вытянул спину. Смотрел мимо Фредерико, ему было всё равно, где стоял собеседник.

— Я прекрасно ориентируюсь в собственном доме, если ты об этом. Ухаживать за мной не нужно. Подтирать слюни, выносить ночные горшки и застёгивать пуговицы на штанах. А рассказать, как устроен мир, я могу не хуже преподавателей в вашей академии.

— Я в курсе, — спокойно ответил Сокол. — И продолжаю настаивать, чтобы вы первое время жили раздельно. Тебе никто не запрещает навещать её у Кеннета. Двери открыты, глава клана и его жена слово держат. Ухаживай за Софией, как за обычной девушкой. У неё ничего нет здесь, ты можешь завалить её подарками. Будь внимателен, будь терпелив и ты завоюешь её сердце. Тебе ведь жена нужна, верно? А не женщина, которая терпит тебя, потому что у неё другого выбора нет.

Франко упрямо молчал. До сих пор с трудом выносил, когда что-то шло не по его плану. Сокол взял на себя дерзость посвятить в затею с похищением Софии главу клана. Кеннет с такой охотой ввязался в авантюру, что недавняя шутка старшего Гвидичи звучала, как правда. Лин Делири действительно был счастлив получить мага с чёрным уровнем. Обустроил для гостьи покои из пяти комнат, придумал легенду, откуда она приехала.

“Дальняя родственница Хельды из Бессалии. Жила под опекой у чрезвычайно строгой тётушки. А когда она умерла, сердобольная лина Делири решила устроить личную жизнь кузины”.

Ох, Франко ещё не знал, что в течение года ей будут искать других женихов. Подсовывать лучших воинов клана, первых красавцев, холостых и перспективных. Вдруг пророчество не сбудется? Вдруг София даже близко к себе не подпустит предсказанного мужа? А её колоссальная магическая сила уже подтверждена артефактом. Тогда Кеннет выдаст её замуж и официально примет в клан.

“Брат полкоролевства разнесёт, — мрачно подумал Сокол. — И не факт, что на этот раз его получится удержать глушилками”.

— Я на твоей стороне, — тихо сказал он, сжав плечо Франко. — Я хочу, чтобы у тебя получилось.

— Тогда забери Софию в свой дом. Чтобы ни Кеннета, ни его предприимчивой супруги рядом не было.

— Не могу, — расстроился Сокол. — Там Амелия и наш новорождённый сын. Обстановка и так сложная, первый зуб режется…

— А тут я, — подхватил брат, — как ячмень на глазу. Не простила твоя суженая того, что было? Жалеет, что я выжил?

Младший Гвидичи не стал отвечать. Сначала просто в пол смотрел, а потом отвлёкся на заклинание. Плетение чуть не поплыло.

— Хорошо, я понял, — сдался Франко. — Сыграю по вашим правилам. Не в первый раз меня вынуждают вписываться в жёсткие рамки.

Старший Гвидичи коснулся стены и на ощупь пытался найти, куда ему сесть или встать. Сокол бросился помогать. Взял его под руку и довёл до кушетки. Ещё полгода назад получил бы резкий отпор и выцеженное сквозь зубы: “Я сам. Не нужно со мной нянчиться”. Но время шло, Франко привык, что о нём заботятся.

— Устал? — спросил его брат.

— Не то слово. Вычерпал себя до дна. Больше не буду ставить межмировые порталы в ближайшие дни.

Сокол мягко улыбнулся на шутку. Похлопал его по плечу и сел рядом.

Да уж, порталы Франко удавались блестяще. Было у кого учиться. Кстати, богатый опыт опыт общения с иномирцами мог сыграть ему на руку. Благодаря Плинию и его элезийцам старший Гвидичи прекрасно знал, какие проблемы могут быть у мага, переселившегося в другой мир. И когда придёт время, он будет полезен Софии. А там глядишь и чувства вспыхнут. Пророчество есть пророчество.

***

Когда за мужчинами закрылась дверь, Хельда заметно расслабилась. Поправила широкий браслет на запястье и повела плечами.

— Сокол, конечно, душка, но его привычка копаться в твоей голове выводит из себя. Я думаю, вас тоже. А без младшего Гвидичи мы друг друга не поймём даже на жестах. Боюсь, Франко прав, нужно учить язык.

Хорошо бы по ускоренной программе. Я уже не в том возрасте, чтобы первый год потратить на алфавит и простейшие слова, как было с английским.

— Прошу, лина Делири, скажите, что у вас есть разговорник с русской транскрипцией и пояснениями. Или зелье с нужным эффектом. Два глотка и ты полиглот. Красота!

— Увы, всё намного сложнее, — хозяйка дома развела руками. — Франко чрезвычайно умён, он знал бы о существовании такого снадобья. Но раз дело дошло до сложного заклинания, значит, по-другому никак.

— Или ему выгодно, чтобы я так думала? — уточнила я, вглядываясь в серьёзное, но спокойное лицо собеседницы. — “Покинув особняк, вы проживёте не дольше недели”. Поэтому я должна быть послушной и разумной. Мне же без его помощи не выжить в вашем мире. Уж простите, но я не верю, что человек, не побрезговавший шантажом, был со мной до конца честным.

Она задумалась. Я видела, как мелькнуло в зелёных глазах сомнение. Кажется, я попала в точку в своих рассуждениях. Старший лин Гвидичи мог хитрить. И по поводу изучения языка, и по поводу остального.

Да уж, везло мне как утопленнице. Едва переступила порог другого мира, как получила в суженые настоящего аристократа с его хитровымудренными интригами.

Глава 3. Навязавшаяся гостья

Франко попрощался с братом и услышал, как за его спиной с тихим шипением закрылся портал. Фредерико поставил светящуюся арку на лужайке возле бассалийского дома, как всегда делал. На своей территории ослепший маг в защите не нуждался. И что было уж совсем невероятно, до спальни мог дойти сам.

Да-да, сам. Без трости, зомби-поводыря и других ухищрений. Чёрный уровень позволял. Вернее, сочетание особой чувствительности и одного иномирного фокуса.

Бывший работодатель Франко по имени Плиний привёз из родного мира сок дерева богини, смешанный с кровью дракона. Вещество испускало яркое фиолетовое свечение. Обычные маги видели его через иномирный же артефакт, а Франко просто так. Даже без глаз.

— Дом, милый дом, — пробормотал он, уверенно направляясь к фиолетовой сетке, маячившей перед носом.

Убегая через межмировой портал обратно домой, Плиний не успел забрать с собой и половину привезённого добра. Самое ценное из его логова вывезли дикие ведьмы. Второе логово, где жили оборотни-медведи, разграбил Клан Смерти. Драгоценную эссенцию вместе с артефактами-стёклами приспособили под свои нужды разведчики. Делали крошечные маяки. Например, булавки с иномирной начинкой. Но Фредерико выпросил для брата остатки эссенции совсем с другой целью. Франко разбавил её в несколько раз, смешал с краской и пометил углы дома. Пороги, ступеньки, дверные проёмы. Неделикатно испачкал обивку мебели. Даже края тарелок и ручки столовых приборов вымазал. Всё, ради того, чтобы у себя дома чувствовать себя здоровым человеком. Полноценным. Зрячим.

Дорожки в саду тоже раскрасил бы, но эссенция почти кончилась. Поэтому приходилось ступать осторожно. Ногой проверять, не запнётся ли обо что-нибудь. Руки перед собой вытягивать.

— Потрясающе, — раздался полный яда женский голос. — Просто великолепно. Нет, мне рассказывали, что ты ослеп, но видеть цепного пса Плиния, тыкающегося везде, как тощий, задрипанный котёнок — особое удовольствие.

Оборачиваться он не стал. Аккуратно намотал на пальцы заклинание удавки и поприветствовал давнюю знакомую.

— Лиана! Сколько лет, сколько зим. Твои подружки по ковену давно сгорели на главной площади Фитоллии, а ты жива-здорова. Не кашляешь. Сбежала? Ай, как некрасиво. Неблагородно. Нет, мне говорили, что ведьмы совесть потеряли вместе со стыдом, но видеть бывшую претендентку на трон Верховной под кустом в собственном саду — отдельное удовольствие.

— По поводу “видеть” ты, конечно, погорячился, Франко, — фыркнула ведьма. — Я пришла предложить сотрудничество, но теперь сомневаюсь, можешь ли ты мне помочь. Ушёл на покой великий маг или есть ещё ягоды в ягодицах?

Старший Гвидичи замер, прислушиваясь, не хрустнет ли ветка под лёгкой поступью ведьмы? Стояла она правильно. Ветер не доносил до слепца её запах.

— Тебе нечего предложить мне, Лиана, кроме своего не слишком молодого тела. Я же не Плиний. С голодухи на всё подряд не бросаюсь.

— Глупый мальчишка, сам не знаешь, от чего отказываешься! Опытная женщина в постели стократ ценнее молодой и наивной девицы… Вроде супруги твоего брата, — несостоявшаяся Верховная поцокала языком. — Впрочем, я и не надеялась отделаться близостью взамен на помощь. Нет. Ворон на хвосте принёс, что ты искал эссенцию. Редчайшее вещество, штучный товар. Сок иномирного дерева богини и кровь их короля-дракона. Нашёл небольшую склянку. А у меня её больше. Гораздо больше, Франко. Достаточно, чтобы заинтересовать тебя?

Ах, вот оно что. Ближайшая соратница Плиния по заговору против Верховной ограбила его запасы. Интересно, до того, как он пошёл на заранее провальные переговоры с Кланом Смерти или после? Помнится, Лиана уговаривала Кеннета переметнуться на её сторону. Не срослось. Лин Делири имел больной зуб на всех иномирцев вообще и на дочь Плиния в частности. По её приказу дважды чуть не убили Хельду. Примечательно, что во второй раз за дело взялись сами дикие ведьмы.

— И какой помощи ты хочешь, — сдержанно спросил Франко, — в обмен на эссенцию?

— Может, я хочу, чтобы ты расплачивался натурой? — протянула она в ответ. — Таких красавчиков у меня давно не было. Белокурый, голубоглазый. Был… Ладно, не пугайся. Мне нужна маска Дайны. Я так и не смогла найти её в схроне. Ты забрал?

Маску, меняющую внешность? Ту маленькую вещицу, сплетённую из ветвей дерева богини и щедро пропитанную эссенцией? Ты самую маску, что позволила старшему Гвидичи притвориться студентом бессалийской академии Марко Ведари и втереться в доверие к королю?

“Нет, не я, — вертелось на языке. — Понятия, не имею, куда она делась”.

— Спроси у Кеннета Делири. Наверняка его воины прикарманили.

— Я бы спросила, но он тут же пронзит меня своим огромным мечом. И, к сожалению, это не метафора, — продолжила кривляться ведьма. — Велена жаждет казнить “подлую заговорщицу”, а дядюшка Нэт рад стараться. Другое дело ты. Родной брат главы совета, маг с чёрным уровнем и просто гениальный засранец. Ты маску из-под земли можешь достать, Франко.

— Могу, — не стал спорить он. — Всё ещё, представь себе. Но не буду. Зачем мне портить отношения с Кланом Смерти? Подставлять брата? Зачем? Ради эссенции? Она мне уже не нужна.

— Да брось, мы оба знаем, что такими ценными вещами не разбрасываются. Эссенция может быть не нужна прямо сейчас, но отказаться от неё совсем? Ты ведь корил Плиния за его недальновидность. А теперь и сам наступаешь на его грабли, — пыталась воззвать к его разуму Лиана. — К тому же, тебе самому на руку, если я получу маску. Сменив внешность, я смогу подобраться к фитоллийской верхушке. Вместе со зрением ты потерял способность копаться в чужих мыслях. Контролировать соплячку Станы будет сложно, учитывая, что тебя не пускают во дворец. Я могу стать твоими глазами. И, когда ты решишь вернуться в строй, у тебя будет свой шпион на самом верху.

Франко потёр пальцами лоб, а потом начал медленно поправлять повязку. Ведьма в отчаянье. Боится за свою жизнь, но хочет мстить. Не будет у него шпиона во дворце. Как только Лиана доберётся до дочерей и приближённых Станы, тут же попытается всех убить. Её поймают и казнят, естественно. Но перед костром допросят с венцом правды. И тут вылезет только что состоявшийся диалог.

Глава 4. Преображение в кочевницу

Хельда Делири кого угодно могла напугать своими напором и деловитостью. Стоило её мужу придумать план, как она стала методично разрабатывать его до мелочей. Для начала уговорила брата моего суженого задержаться в особняке и послала кого-то за его женой и сыном. Теперь Сокол с семьёй сидел в соседней комнате, занимаясь своими делами, но не забывая подрабатывать гугл-транслейтом.

— Без перевода нам будет сложно, — посетовала лина Делири, и никто не стал возражать.

Я так точно не посмела бы. Пантомима никогда не была моим скрытым талантом, так что объяснять мысли на жестах я не умела.

Когда глава Клана Смерти известил, что вечером в дом приедет тётя местной королевы с решением нашей проблемы, Хельда и вовсе развела бурную деятельность. Привела ко мне портниху и заставила снять мерки.

“Боже, — мысленно стонала я. — Девочки, они и в другом мире девочки. Без платьев, туфель и шляпок никак”.

— Нам нужен хотя бы один типичный наряд женщины из кочевого племени, — объясняла задание лина Делири. — К сегодняшнему вечеру. Если сумеешь сделать так, чтобы платье выглядело поношенным, я тебя расцелую, Риль!

— Сумею, — ответила портниха. — Другие платья не нужны?

— Полный гардероб, — распорядилась Хельда. — От нижнего белья до тёплой накидки. Но в первую очередь займись кочевым нарядом.

— Сделаю, — кивнула она. — Их наряды похожи на наши, треянские, только намного проще. У меня есть ткань и шапка. Нужно богатое платье?

— В нашем мире у шаманов из племени кочевников были дорогие одеяния, — подтвердила я.

— Тогда возьму шёлк, — пробормотала Риль. — Молочный для рубашки и красный с белым для юбки. Шубу и сапоги-чулки не успею к вечеру подготовить.

— Шубу ей наверняка Франко подарит, — хмыкнула Хельда. — Ваш жених очень щедр, София. И деньгами не обделён.

— Да он со всех сторон хорош, куда ни посмотри, — с долей сарказма отозвалась я. — Разве что “забыл” у меня спросить, хочу ли я замуж.

— А зачем спрашивать? — нахмурила брови треянка. — У кочевников мужчина выбирал жену.

— Как и в Клане Смерти до недавних пор, — поддержала её Хельда, не дав мне возмутиться. Кажется, портниха запуталась, откуда я взялась. То ли родственница хозяйки, то ли кочевница. — Кеннет надел на меня брачный браслет и забыл предупредить, что он не снимается. Когда мы поссорились, мне пришлось угрожать, что отгрызу себе руку.

— Высокие отношения, — протянула я.

— О да! Вы не представляете, как я мечтала отложить свадьбу, — Хельда закатила глаза и улыбнулась своим мыслям. — Боялась брака жутко. Он же навсегда. Без развода, без возможности сбежать на край света. Таковы привилегии главы клана. Лишь его брак благодаря артефактам считается нерасторжимым. Но вам переживать не о чем. Франко родом из Бессалии, а там законы мягче. К тому же, если вы примете наше предложение остаться в клане, то можете рассчитывать на защиту. Я строго слежу за тем, чтобы наши девушки и женщины были вольны сами выбирать себе мужей. Если вдруг Франко не придётся вам по душе, всегда можно обратить внимание на других мужчин.

— Правда? Чудесная новость. Что ж вы сразу не сказали? А можно всех женихов посмотреть? — не сдержалась я.

Вряд ли лина Делири до конца поняла шутку, но всё равно рассмеялась.

— Можно, София, — она взглянула на меня, хитро прищурившись. — Но Сокол очень переживает за брата, поэтому я прошу вас дать Франко фору. Заодно освоитесь, выучите язык. А потом все достойные холостяки клана будут в вашем распоряжении.

Я не ответила, надеясь, что мы оставим шутку шуткой. Учитывая деятельный характер моей новой знакомой, она вполне могла устроить шоу “холостяк” наоборот. Буду дарить воинам клана красные розы, устраивать им свидания, пересплю со всеми финалистами, а потом выйду замуж за самого крутого.

Риль сняла мерки и упорхнула выполнять заказ, а мы с линой Хельдой остались пообедать. Всё время до вечера она была со мной, периодически отвлекаясь на корреспонденцию и общение с маленькой дочерью. Малышка бегала по комнате, смешно топая ногами, и дёргала за ручки шкафов.

“Интересно, Франко хочет ребёнка только из-за пророчества?” — внезапно подумала я, но мысль не развила.

К ужину мне стало жаль Фредерико. Так долго держать заклинание-переводчик без единой передышки должно быть утомительно. Да, шаманские процессы тоже длятся часами, но они не требуют постоянного контроля. Или я как-то неправильно провожу аналогии с магией?

— Лина Делири, — мелодично пропела девушка в простом платье и переднике. — Я могу забрать Фрейю? Нам пора купаться.

— Конечно, — жена главы клана взяла дочь на руки, звонко чмокнула в пухлую щёчку и передала своё сокровище няне. — Я приду почитать ей перед сном. У нас сегодня гости.

“Одна гостья. Ведьма, — мысленно уточнила я, провожая взглядом милую Фрейю-егозу, — высокопоставленная ведьма”.

От того, насколько странно это звучало, голова шла кругом.

— Хельда, скажите, а у ведьм особенный дар? Он чем-то отличается от силы магов?

— Нюансами, — расплывчато ответила она. — Любое преимущество, полученное ведьмами, чуть позже компенсировалось эволюцией дара у магов. Мир стремится к балансу, София. Раньше особый дар был только у ведьм, потом появился у магов. Свой резерв ведьмы лучше использовали. Могли расширить его упорными тренировками, а ещё использовать сырую магию. Преобразовывать её в энергию заклинания. А что у магов? У них появились братья Гвидичи с чёрным уровнем и поистине бездонным резервом. Равновесие.

— Понимаю, — кивнула я. — В общих чертах. Постоянно пытаюсь перевести на знакомый мне шаманизм, но получается со скрипом. У нас резерв — это возможности тела. То, сколько мы можем через себя пропустить. По сути шаманы — проводники. Через нас работают системы большего масштаба. И то, что я не слышу даже собственных духов-помощников, ставит меня в тупик. А что, если я теперь совершенно бесполезна?

Признание далось нелегко. Апофеозом моего дискомфорта в новом мире была не новая одежда или непривычная еда, а чувство абсолютной беспомощности. Как будто Франко криво открыл портал и вытащил лишь часть меня. Очень маленькую. А шаманка София осталась дома.

Глава 5. Ужин

Все заботы по покупке, упаковке и доставке подарков для Софии старший Гвидичи возложил на свою “сиделку”. Бывшего боевого мага, прослужившего в Клане Смерти до глубокой старости. Франко его никогда не видел. Узнавал по голосу и звуку шагов. Ещё во время знакомства слепому магу показалось, что старик носил самые скрипучие и шумные сапоги с хитрым умыслом. Обозначал для хозяина своё присутствие, чтобы лишний раз не отвечать на вопрос “где ты”. И за прошедший год догадка укрепилась.

Характерный стук каблуков не перебивал даже шорох передвигаемых по полу сундуков.

— Сколько их всего? — нетерпеливо спросил Кеннет Делири.

— Восемь, — ответил Анри, пыхтя от натуги. — С одеждой почти закончили, остались книги, бумага, перья, чернила, зеркала, баночки с косметикой, гребни, заколки…

— Я понял, — оборвал его глава клана. — Не проще было бы купить для Софии целый магазин? Франко, ты меня практически оскорбляешь. Неужели мы позволили бы твоей невесте ходить голой?

— Я не сомневаюсь в щедрости Клана Смерти, — сухо ответил старший Гвидичи, — но раз уж я выдернул девушку из родного мира, не позволив даже собрать вещи в дорогу, то мне и обеспечивать её всем необходимым.

— Развратными нарядами в стиле ведьм? Здесь одни верёвочки. Непонятно, чем грудь прикрывать.

Франко дёрнулся, собираясь на ощупь искать ближайший сундук. Если Анри посмел нарушить приказ и разыграть хозяина, насмехаясь над его слепотой, то жить ему осталось пару часов.

— Не шутите так, лин Делири, — сердито ответил старик. — Я за покупками ездил вместе с работницами трактира “Медвежий угол”. Досточтимой Нэди и прекрасной Эрикой, невестой Тахиса. Здесь всё по последней бессалийской моде. И такого качества, что не стыдно надеть даже принцессе.

— Значит, мне привиделось, — отказался от прежних слов Кеннет. — Спутал платье с вязаной шалью. Бывает. Успокойся, Франко, дыши глубже. Краснеть за подарок не придётся.

Кулаки чесались разбить ему морду. В былые времена старший Гвидичи в чужих мозгах чувствовал себя как дома. Читал мысли, стирал память, насылал видения. А теперь любая не слишком остроумная шутка выводила его из равновесия. Чего добивался Кеннет Делири? Хотел проверить, не вернулось ли зрение? О, нет. На лице Франко после кислоты мало что осталось. Повязка закрывала обезображенный лоб, глаза и нос. Под пальцами ощущалось сплошное месиво из шрамов. Грубая, узловатая, неприятная маска.

— Анри, ты закончил с сундуками?

— Да, лин Гвидичи, — старик подошёл к нему, скрипя сапогами, и встал перед креслом.

— Тогда жди меня в повозке.

Старик, видимо, хотел спросить, кто проводит слепца до ворот особняка, но благоразумно прикусил язык. Да, верно, Франко сам справится. В крайнем случае попросит брата.

— Зовите, если буду нужен, — Анри щёлкнул каблуками и отправился к выходу.

Тихого щелчка замка слепой маг уже не слышал. Повесил купол тишины, накрывая себя вместе с Кеннетом.

— Прости, если обидел, — выдохнул он где-то над правым ухом. — Проклятая шаль лежала сверху, я действительно перепутал.

— Верю, — почти не соврал Франко. — И тебе, и помощнику. Анри хорошо исполняет обязанности. Но тем не менее, я без своих артефактов, как без рук. Верни мне маску из ветвей иномирного дерева богини. Пожалуйста.

Кеннет облокотился на кресло, спинка слегка скрипнула. Франко ощущал его присутствие так чётко, будто видел главу наёмников.

— Зачем она тебе?

Ожидаемый вопрос. Верным ответом будет: “Лиана попросила. Иначе ей не выжить. Взамен ведьма похитит из кланового убежища другие артефакты”. Но жизнь — штука разнообразная. Не бывает одной правды и единственной причины что-то делать. Всегда можно взглянуть на проблему с другой стороны.

— Сам буду её носить. Предвосхищая твоё удивление, скажу, что нет. Я не собираюсь притворяться кем-то другим. Маска может вернуть мне моё же лицо. Такое, каким оно было до кислоты. Хочу показаться перед невестой, когда она разберёт подарки. Пусть увидит меня настоящего, а не то чудовище, в которое я превратился.

И почти не больно. Год прошёл, рана в душе зарубцевалась. Франко учился жить в новых обстоятельствах и считал, что у него получалось.

Кеннет долго молчал. Стучал пальцами по спинке кресла, задерживал дыхание, переваривая то, что творилось у него в голове.

— Я не могу запретить тебе. Если хочешь носить маску — пожалуйста. Отдам приказ, мои разведчики её вернут. Но подумай сам. Это же обман. Не лучше ли, чтобы София сразу принимала тебя таким, как есть…

— Никто не принимает, — остановил его слепец. — Вы только делаете вид. Постоянно сравниваете меня нынешнего с тем, каким я был. То в лучшую, то в худшую сторону. “Надо же, беззубый цепной пёс, какая прелесть”. Или “бессалийская наука многое потеряла из-за твоего увечья”. Но одно остаётся неизменным. Вы помните меня. У вас тот образ в голове есть. Я хочу, чтобы у Софии он тоже был.

Молчание снова повисло в комнате. Франко столько чувств вложил в речь, что желание действительно выйти перед невестой в маске стало нестерпимым. Возможно, женщины любили ушами. Возможно, поступки ради них и подарки они ценили намного выше привлекательной внешности избранника. Хмурый Кеннет с уродливыйм шрамом и красавица Хельда — лучшее тому подтверждение. Но зачем испытывать Софию? Зачем заставлять любить чудовище, если можно показать другого Франко Гвидичи?

— Хорошо, — вздохнул Кеннет. — Я не стану разубеждать тебя в том, насколько мы принимаем тебя слепого, я просто отдам маску.

Раздался тихий шорох. Слепому магу показалось, что от одежды.

— Пруст, — позвал глава клана.

Точно! Кеннет достал зеркало из кармана.

— Слушаю, лин Делири, — ответил глава разведки.

— Найди, пожалуйста, маску-артефакт и отдай её мне. Привези в особняк. Как можно быстрее.

— Сделаю, командир.

***

Эльвира Ассен, тётушка королевы и первая настоящая ведьма в моей жизни, полностью оправдывала свои титулы. Она выглядела моей ровесницей, хотя, по словам Хельды, была старше на десяток лет.

Глава 6. Второй шанс произвести первое впечатление

На ужин с ведьмой старший Гвидичи принципиально не пошёл. До сих пор не мог простить Эльвире того, насколько вольно она обращалась с собственными предсказаниями.

“Ах, одну и ту же женщину прочили в жёны сразу двум братьям? Не беда. Значит, один из них умрёт или потом найдётся другая женщина со способностями, идеально подходящими под текст, произнесённый в трансе”.

Удобно. А Франко и Фредерико чуть глотки друг другу не перегрызли из-за Амелии.

Дверь открылась практически бесшумно. Слуги четы Делири молча взялись за сундуки и поволокли их в соседнее крыло особняка. Вручать подарки Софии. Ждать назначенного свидания осталось недолго, но где же Пруст? Разведчик решил проигнорировать приказ главы клана? Или сейчас кто-нибудь явится от него, чтобы, повесив голову, виновато отчитаться: “Мы потеряли маску, лин Делири, нигде не можем её найти”. Хитрозадые наёмники. Когда речь идёт о редких и чрезвычайно ценных артефактах, они становятся бессовестнее торговцев на бессалийском рынке.

Но вот пространство вздрогнуло, и до Франко докатилась волна тёплого воздуха из открытого портала. Запахло свежей сдобой.

— Тёмных ночей, — хрипло поприветствовал Пруст.

— Ясного неба, — ответил старший Гвидичи и протянул руку.

До пяти не успел сосчитать, как в ладони появилась знакомая, и чего уж обманывать, приятная тяжесть маски. Слепой маг на ощупь проверял, все ли веточки целы. Не грохнулся ли кто-нибудь задницей на хрупкий артефакт? Фиолетовая магия иномирной эссенции горела по-прежнему ярко. Значит, есть шанс, что маска не утратила своих свойств.

— Учти, Франко, — разведчик продолжал стоять возле его кресла, хотя правила приличия давно продиктовали бы ему отойти. — Мы видим её свечение через иномирное стекло. Затеешь какую-нибудь гадость…

— Я в курсе. Клан Смерти пристально за мной следит. Как говорят у вас в разведке: “Если объект пошёл в уборную, то мы знаем, сколько раз он стряхнул”. Расслабься, Пруст. Я буду щеголять в маске исключительно перед невестой. Чтобы её не тошнило, когда она ляжет со мной в постель.

— В постели маска иногда слетает. Так что осторожнее там.

Франко повернулся к нему и приподнял подбородок, изображая, что смотрит на собеседника. На языке вертелось “один-один”, но Пруст в признании своего мастерства ответить в тон явно не нуждался.

— Хорошо, я спрошу прямо. Что тебя гложет? Я ни разу не навредил Клану Смерти. Наоборот, помогал Кеннету решать ваши проблемы совершенно бескорыстно. Сколько можно держать шпионов возле моего дома?

— Я в прошлом месяце всех разогнал, тебе ли не знать?

Франко поджал губы и снова повернулся к пустоте перед собой. Он знал. Иначе Лиана близко не подошла бы к кустам в его саду. Теперь слежка возобновится. Но был один трюк, о котором разведчики клана могли забыть. Ведьма получит очень хорошую маскировку. Такую, что украденные из логова элезийцев стёкла-артефакты ничем не помогут.

— Уходи, Пруст. Ты выполнил приказ, а что я буду дальше делать со своей маской — не твоя забота.

— Я помочь хочу, — хмуро ответил разведчик, доставая из кармана две светящиеся фиолетовые искорки. Те самые маячки с несколькими каплями эссенции. Булавки. Их цепляли на одежду жертвам, а потом смотрели через стекло, куда объект идёт и что он делает. Работало даже в полной темноте. Уж Франко проверял неоднократно. — Видишь их? Я отправил своего бойца, чтобы он прицепил одну такую на платье нашей иномирной гостьи. Сможешь подойти к ней и даже пригласить на танец. Булавка будет в украшении на лифе. Строго по центру её груди.

Если бы у Франко сохранились брови, он приподнял бы их удивлённо.

— С чего такая забота? Ты же испортишь себе удовольствие наблюдать, как слепец, прикидывающийся зрячим, поцелует руку служанки вместо своей избранницы. Споткнётся раз десять, обнимет портьеру. То-то смеху будет.

Разведчик промолчал. Чувство юмора ему изменило? Неужели?

— Франко, я знаю, ты уверен, что мы все наслаждаемся твоей слепотой, но это не так. Я представить не могу, как ты справишься с невозможной задачей сыграть зрячего. Я двадцать лет в разведке, кем мне только не приходилось притворяться. Но совсем без глаз… Смотри на булавку, пожалуйста. Так ты хотя бы не ошибёшься, протягивая руку невесте.

Настал его черёд молчать. Старший Гвидичи нащупал защитный браслет на запястье и несколько раз его повернул. Запоздало накрыло тревогой. В особняке Делири никто не рисовал линии на стенах, чтобы помочь слепцу не заблудиться. Сплошная чёрная пелена перед глазами и мешанина голосов. Он собирался представиться Софии, стоя на пороге комнаты. Позволить разглядеть себя и уйти. Несколько минут хватило бы, чтобы произвести второе первое впечатление. Уникальный ведь шанс. Мало кому боги его дают.

— Тебе интересно, как я справлюсь без глаз? — тихо спросил он у разведчика. — С трудом. Буду чувствовать себя хуже, чем в первые дни, когда пытался ходить по дому. Такова цена. И я готов её заплатить за одну лишь возможность понравиться невесте.

“Такова цена”, — повторил он мысленно.

Как же часто ему приходилось так себя успокаивать. Когда погибли родители, когда Плиний привёл пятнадцатилетнего сироту к элезийцам, и на него смотрели, как на собаку.

Такова цена выживания.

Такова цена величия.

Такова цена стать кем-то и не зря прожить свою жизнь.

— Справлюсь, — подтвердил Франко. — Не в первый раз делаю то, что считают невероятным. А за булавку спасибо. Искренне.

Пруст на прощание сжал его плечо и ушёл.

***

Ужин закончился, гостью с почестями проводили до повозки, а все остальные обитатели особняка Делири разошлись по комнатам. Не скажу, что мне прямо уж не терпелось приступить к обучению. Другого выбора не было. Без прохладного яйца, приложенного к виску, я не понимала ни слова. Младший Гвидичи решил отдохнуть от заклинаний. Побыть с семьёй. А я запоминала, как звучит иномирная речь.

— Лина Делири, — звонко пропела служанка, приоткрыв дверь в мою спальню. — Муи зитифике на сас по оти у лин Франко эстеили дора.

Глава 7. Свидание

В воздухе стоял аромат духов, летали частицы пудры и звенел колокольчиками женский смех. Яйцо-переводчик пришлось положить обратно в шкатулку. Я полностью отдалась в руки Хельды, Риль и двух служанок. Стояла куклой посреди комнаты и позволяла себя наряжать. Зато сразу выучила почти все названия цветов. Красные туфли, золотые украшения, белая меховая накидка. Своё согласие я подтверждала кивком. А если задумывалась хотя бы на мгновение, разглядывая отражение в зеркале, то вещь тут же меняли. Выбор, мягко говоря, был огромный.

Не выдержав приступа любопытства, я всё-таки потянулась к артефакту.

— Не верю, — неуклюже повторяла за переводчиком, — что Франко собрал сундуки за один день. У вас же нет онлайн-магазинов и быстрой доставки до дома.

— Конечно, нет, — закатила глаза Хельда. — Готовые платья выставляют на продажу редко, наши швеи работают на заказ. И не все настолько расторопны, как Риль. Здесь пара недель вдумчивых походов по лавкам. У Франко хорошие помощники.

Я снова кивнула, прикусив губу. Завязав последние бантики и воткнув последние шпильки в причёску, женщины разошлись, оставив меня наедине с зеркалом.

— Ну как? — нетерпеливо спросила лина Делири.

Я молчала. Слов не могла найти. Всю жизнь считала себя достаточно современной и продвинутой, чтобы не гоняться за красотой. Почти не пользовалась косметикой, одежду занашивала до дыр. Ведь важно то, что внутри.

О, я просто никогда не видела себя такой снаружи.

Изящный лиф на тонких бретелях, украшенный вышивкой и камнями так, что под ними не угадать цвет ткани. Иссиня-чёрная пышная юбка. Удобные туфли на невысоком каблуке и кружевные чулки. Да, их было не видно, но я знала, что они есть. Шёлковые, изысканные. Они обнимали меня так же ласково, как лёгкая накидка из органзы обнимала голые плечи. 

— Прекрасно, — ахнула одна из служанок.

— Да, — тихо ответила Хельда. — Жаль, что Франко не увидит.

Мне показалось, в её глазах блеснули слёзы, но лина Делири тут же улыбнулась.

— Ему расскажут. София, вы можете идти в изумрудную гостиную. Лея, проводи нашу гостью.             

Я подобрала юбки и, затаив дыхание, поплыла по коридорам. Одна дверь, вторая, третья, пятая. Боже, я без проводника здесь точно заблужусь. Наконец меня впустили в комнату с зелёными стенами и тёмной мебелью. Я зажмурилась от яркого света ламп.     

— Кафарос уранос, — поприветствовали меня.

Артефакт остался в руке. Я забыла приложить его к виску. Мгновение не могла сообразить, что случилось. Вместо Франко в особняк Делири приехал третий брат Гвидичи? Он был умопомрачительно красив. Благородная стать, аристократически тонкие черты лица. Да, чем-то похож на Фредерико, но когда я смотрела на младшего Гвидичи, даже близко ничего подобного не чувствовала. А сейчас сердце ёкнуло. Да чего там сердце? По всему телу прокатилась волна дрожи. 

“Ты пропала София”.

— Кафарос, — запинаясь, ответила я, — уранос.

Когда оцепенение прошло, я начала узнавать его. Улыбку ни с чем не спутаешь. Позу, разворот плеч. То, как старший Гвидичи держался. Его, да простят меня местные боги, шикарное тело. Не перекаченное, как у некоторых воинов клана из охраны особняка, но и не тощее. Самый сок. 

“Боже, что я несу? О чём я думаю?”

Я приложила артефакт к виску и почувствовала, как сильно дрожали руки. 

— Франко?

— Вы узнали меня? Приятно. А то я уж думал, что придётся заново представляться.

Он уверенно шагнул ко мне. Не пытался поймать рукой препятствие, не проверял ногой, куда наступать. Просто шёл, как совершенно зрячий человек. Даже смотрел, сфокусировав взгляд. 

Как такое возможно? Случилось чудо исцеления? Но почему сейчас, чего ждали лекари?

— Благодарю, — выпалила я, повторяя за голосом переводчика, — за восемь сундуков. Очень красивые платья. Особенно красное с золотой вышивкой. Вот только я переживаю, не слишком ли оно вычурное?

— Вам идёт, — заверил Франко, и я разочарованно поморщилась.

Потому что платье было чёрным. Чудо не случилось. Маг с высшим уровнем придумал какой-то трюк. 

Какой именно, я не стала гадать. Жених протянул руку, и я вложила в его ладонь свои пальцы. Тело снова отреагировало волной жара. Будто мне пятнадцать лет, а передо мной самый красивый мальчик школы. И он смотрит на меня, слушает. 

Ноги стали ватными до того знакомо, что я испугалась. На самом-то деле мне тридцать. Все романтические переживания давно в прошлом. Я знаю мужчин и понимаю, что мне от них надо. Вернее, не надо. Строить отношения терпения не хватало, а для остального были игрушки из интимн-шопа. Зачем мне очередное помутнение рассудка? Для чего? Опасное состояние. Совершенно недопустимое для шамана. 

— Вы молчите, потому что вам тяжело без переводчика, — вздохнул Франко и коснулся моей руки поцелуем. — Но я не хочу звать брата. Хочу побыть с вами наедине.

Ох, лин Гвидичи, мне тяжело по другой причине. У вас такие руки, что хирурги отдыхают. Нежная кожа без мозолей, чуткие пальцы. Или магам положено? У них, как у пианистов, да? 

— Нет, мне комфортно. Немного непривычно, но я справлюсь. Вижу, слуги накрыли нам второй ужин. Хотите чаю? Я не отказалась бы от десерта. 

Ой, зря я ляпнула про чай. Дойти до меня через пустую комнату ещё можно, но вот налить кипяток в кружку и не промахнуться…

— Конечно, — ответил Франко, но я почувствовала, как дрогнула его рука.

Слепой маг не знал, куда идти.

— Сюда, — я позволила себе потянуть его в нужную сторону. — Три шага, и будет кресло.

Он повиновался, не думая. Движения стали плавными, осторожными. Возле кресла он остановился, но сел в него только, когда со второй попытки нащупал подлокотник. Настроение у старшего Гвидичи слегка испортилось. Он посмотрел на меня хмуро и спросил:

— Как вы догадались, что я по-прежнему слеп?

— Платье чёрное, — моментально призналась я.

Глава 8. Служанка лина Гвидичи

Маску из элезийского дерева богини Франко бережно завернул в кусок материи и держал возле груди всю дорогу до дома. Вечер удался. Хотелось петь и танцевать, как замечательно он провёл время.

“Эльвира, ты почти прощена”, — тихо бормотал под нос старший Гвидичи.

Пророчество о любимой женщине начало сбываться. Конечно, рождение ребёнка не подразумевало пылкой страсти между его отцом и матерью. Оно ничего не подразумевало, кроме того, что младенец появится на свет. Но Франко хотел семью. И верил, что она у него будет.

— Приехали, лин Гвидичи, — объявил Анри, когда повозка остановилась.

— Проводи меня до крыльца и можешь быть свободен.

Дверца повозки распахнулась, вдалеке замаячили фиолетовые росчерки на фоне абсолютной черноты. Дом, милый дом. Франко почувствовал, как Анри положил его руку себе на плечо и послушно пошёл за помощником. Под ногами хрустел мелкий гравий дорожки, потом зашелестела трава. Старик срезал путь.

— Вы весь день ничего не ели. Накрыть на стол?

— Я ужинал фруктами.

— Фрукты — не еда, — ворчал старый боевой маг на должности заботливой сиделки. — Баранина со вчера осталась. Разогреть?

“Нет”, — вертелось на языке вместе с гневной отповедью. Почему он должен повторять свои распоряжения по два раза? Но внезапно вспомнилось, что в подвале сидела Лиана.

— Хорошо, — выцедил сквозь зубы слепой маг. Старательно изображал недовольство тем, что приходиться уступать. — Разогрей и принеси в библиотеку. Поупражняюсь в магии на ночь глядя. Заодно перекушу.

— Скоро утро, — брякнул в ответ старик, но, услышав тихий рык хозяина, тут же осёкся. — Как скажете, лин Гвидичи.

Ступени крыльца светились фиолетовыми росчерками. Франко поднялся по ним, потянул за яркое пятно дверной ручки, и оказался в холле. Ради шутки подписал каждую комнату. Ещё и комментарии добавил. “Кровать с балдахином, не врежься в столбы”. Или “сидеть тут” со стрелочкой над креслом. Арку над входом в хозяйственное крыло украшала надпись “обитель зануды в скрипучих сапогах”. Первое время хлопотать по дому Анри помогали женщины из Клана Смерти. Он строил их и ровнял командным голосом. Потом Франко надоела домашняя казарма и он переманил от профессора бессалийской академии его кухарку с прачкой и подсобной работницей. Оставшись в меньшинстве, Анри притих. Да и кухарка там была такая, что боевой маг сам ходил мимо неё на носочках. Бесшумно.

В библиотеке царил бардак. Кто-то забыл закрыть окно, и ветер таскал по полу листы бумаги. Они шуршали громче осенних листьев.

— Выходи, — потребовал Франко, усаживаясь за рабочий стол. — Подвал у меня большой. Один из тайных ходов ведёт в библиотеку.

— Говорят, размером жилья мужчины компенсируют свои комплексы, — проворковала ведьма. — Но у тебя другой случай, я уверена. Достал маску?

— Да.

Старший Гвидичи выложил её на стол и медленно развернул тряпицу. Элезийский артефакт сиял всеми оттенками фиолетовой магии. Особенно ярко выделялись управляющие узлы.

— Кем хочешь стать?

— А кто тебе больше нравится? — протянула она. — Брюнетки, блондинки, рыженькие?

— Немые от рождения, — соврал Франко. — И желательно, чтобы они не были ведьмами.

— Не будь таким занудой! — потребовала Лиана, подходя к нему сзади. — Я ведь могу стать любой, кем пожелаешь. Представь, какой простор для фантазии? Могу даже сыграть невинную овечку. Только не долго, иначе я умру от скуки.

Слепой маг стряхнул её ладонь с плеча, будто там была не рука ведьмы, а паук.

— Играть не получится. Тебе нужна надёжная, постоянная легенда. Такая, чтобы пробраться в убежище Клана Смерти было намного легче, чем сейчас.

— Тогда выдай мне личину Кеннета Делири, — фыркнула ведьма. — Уж своего командира туда пропустят любые охранники.

Франко задумался. Мысль бредовая, но может оказаться верной. Играть Кеннета не очень сложно. Достаточно держать морду кирпичём большую часть времени. Однако стоило учесть все нюансы.

— Я сомневаюсь, что там есть постоянные охранники. Когда Дартмунд сидел в убежище, спасаясь от дворцового переворота, никого рядом не было. Пещера, такое ощущение, что изолированная. Его Величеству стало скучно, он пошёл погулять, но далеко не ушёл. Кругом камень и тупик на тупике.

— Дартмунд не очень умён, — напомнила Лиана. — От кого ты ждал вдумчивой разведки?

— И тем не менее. Я догадываюсь, что убежище скрыто в недрах одного из необитаемых островов. На территории Клана Смерти, разумеется. Но сколько я ни крутился возле них, ничего не заметил.

— Тогда забудь о своих артефактах. Если не сподобился вытащить координаты для перехода из головы Кеннета, пока умел читать мысли, то сейчас рассчитывать не на что. Или ты предлагаешь мне соблазнить Делири? А-а-а, я поняла, — Лиана громко хлопнула в ладоши. — Маска нужна, чтобы превратить меня в Хельду. Лягу в постель под тёплый бок муженька и начну ворковать: “Дорогой, страсть как хочется спрятать свои украшения подальше. А то служанки нынче пошли вороватые. Так и норовят что-нибудь спереть. Откроешь портал в убежище, м-м-м?”

Франко тихо рассмеялся. Ведьма любила кривляться, яда у неё на языке было больше, чем в сундуках у любого аптекаря, но идеи подкидывала стоящие.

— Кстати о служанках. Жить у меня дома будешь под личиной одной из бессалийских проституток. Не слишком дорогой, чтобы воины клана брезговали к ней ходить. Я поставлю тебя на кухню мыть посуду...

— Проститутку? — взвизгнула ведьма. — Мыть посуду? Ты меня с кем-то перепутал, Франко! Я не собираюсь тебе прислуживать, даже не надейся. Пекло! Да я без пяти минут Верховная Фитоллии! Как тебе вообще такое в голову пришло?

— Ты без пяти минут обуглившийся труп на столбе, — сухо напомнил старший Гвидичи. — Или работаешь у меня служанкой, или пошла вон из моего дома.

— У тебя фетиш такой? Только на баб со швабрами встаёт? — огрызнулась Лиана. — Демоны с тобой. Пока не достану артефакты, буду играть, кого скажешь.

Глава 9. Сон, заслуживающий внимания

Над головой раскинулся купол шатра. Я не видела его, просто знала, что он есть. Там, за пределом клочка реальности, созданном для меня. Сон-видение, сон-послание. То, что не забудется даже через пару лет, но всё равно его нужно запомнить в мельчайших подробностях. Я попробовала оглядеться. Отвернулась от расплывчатых силуэтов передо мной и заметила деревянную колонну. Сверху её украшала бахрома. Нет, амулеты на тонких кожаных полосках. Роспись. Чёрная вязь незнакомых букв чужого языка.

“Юрта, — догадалась я. — Или что-то на неё похожее. Колонна — центральная опора”.

— Дарга, — позвал кто-то из темноты.

Картинка смазалась, моё внимание вернули к главному. Фигуры отступили в темноту. Я поняла, что лежу на полу. Мне сухо, мягко и тепло. Рядом горит огонь. Свет в шатре-юрте золотой. Картинка снова плывёт. Я вижу мужчину. Его шею, голую грудь, сильные руки. Но не вижу лица. Зато чувствую, что мы оба раздеты. Я обнимаю его ногами.

“Брат, — вспыхивает воспоминание. — Дарга — мой старший брат”.

Он ласкает меня. Гладит по груди и животу. Красивые у него руки. Невероятно, невозможно красивые руки. На плече что-то чёрное. Длинный росчерк, а под ним завитки и полосы. Я веду пальцем по чёрным линиям и замечаю свои руки. На них тоже татуировки. Украшены средний и безымянные пальцы, тыльная сторона ладони, запястье. На предплечье что-то есть, но я не вижу. Дарга наклоняется ко мне и целует. Низ живота наливается тяжестью. Я возбуждена, я хочу его. Родного брата.

— Ты должен взять её, — шепчут голоса. — Оставить силу рода у нас. Не хотим отдавать никому.

Я крепче обнимаю его ногами. Мне страшно, но совсем чуть-чуть. Дарга тяжело дышит, наши тела пропитываются жаром. Сейчас он войдёт в меня. Сделает своей. Навсегда своей. Как мы хотели.

Тени качаются над его головой. Смотрят, следят. Меня запоздало накрывает стыдом. Я толкаю брата в грудь, но получаю новый поцелуй.

— Здесь никого нет, кроме нас, — говорит он.

Тело пронзает боль. Я кричу, хватаю его за плечи, но становится только жарче.

Идеальная иллюзия. Я чувствую каждое его движение во мне. Мы становимся одним целым, соединяемся в нечто большее, чем были с рождения.

— Дарга, Дарга, — повторяю я. — Дарга.

Наслаждение накрывает волной. Тело дёргает судорогой уже наяву. Я просыпаюсь, успев почувствовать, как пульсирует во мне мужская плоть, отдавая семя.

Идеальная иллюзия. Максимально правдоподобная. Такая, что мне до сих пор жарко.

Сбрасываю одеяло и сажусь в кровати. Первая ночь в другом мире. Первая, и сразу же сон, заслуживающий внимания. Дома я бы уже тянулась к блокноту и ручке, чтобы записать его. Пока не забылся. Пока сознание не исказило детали и не заполнило пробелы логичными, по его мнению, связками.

— Чёрт, — сорвалось с языка.

Бумага здесь в дефиците. За весь день я не видела ни одного клочка, кроме записки от Франко.

— Сундуки!

Да, что-то было на дне зелёного с красной росписью. Вывернув одежду на пол, я счастливо выдохнула. Две стопки чистых листов, конверты и чернильница с перьевой ручкой. Почтовую шкатулку, как ценный артефакт, ещё с вечера поставили на мой комод.

“Пишите, София, — просил Франко. — По любому поводу. Даже если просто станет скучно и захочется поболтать”.

Нет, скучно мне точно не будет. Я узнала татуировки на плече мужчины из моего сна. Дрожащей рукой зарисовывала самую яркую деталь. Чудом разобралась, что нужно повернуть колпачок ручки, и чернила польются. Там копыто с завитками. Татуировка обнимала плечо воина, покоившегося в другом кургане. Не знаю, сколько километров между ним и замёрзшей могилой шаманки. Плато Укок большое.

— Быстроногий конь, — шептала я, пытаясь вспомнить, как он выглядел.

Морда, шея и тело уходили на спину воина. Задние ноги и хвост не сохранились. Татуировка почти вся чёрная. Такие делали, прокалывая кожу пучком игл. Да, это намного больнее, чем одной иглой.

— Зараза! — шипела я от злости.

Нужно было тщательнее рассматривать рисунки, запоминать наизусть. Я знала, что левая рука женщины была “забита” от плеча до кончиков пальцев, но кроме оленя с ветвистыми рогами не смогла больше ничего вспомнить. Левая рука, да. Как у меня во сне. А у мужчины право плечо. Мамочки, всё сходится или мне хочется, чтобы всё сошлось?

Риль сшила точно такой же костюм, как у шаманки с плато Укок. Я впечатлилась, вот сознание во сне и отыграло.

— Нет, — сказала я себе, откладывая лист с рисунком в сторону. — Не торопись, София, подожди. Сон заслуживает внимания, но подожди.

Мало ли как он отыграется в жизни. Метафоры бывают настолько сложными…

— Да кого я обманываю?

Татуировок у меня на руках нет. Себя в образе другого человека шаманы видят только в одном случае. Когда к ним “стучится” история из прошлой жизни. Из моей прошлой жизни. Выходит, что я была той самой принцессой Укок?

— Нет.

Ну, нет. Эго сейчас рухнет в обморок. Это всё равно, что считать себя Наполеоном. Манией величия попахивало. Нет, присниться может что угодно. Я практически не разглядела татуировки. Руки чесались написать Франко письмо с просьбой открыть портал в мой мир и забрать книгу “Всадники Укока”. Именно там я увидела рисунки татуировок на теле шаманки, жившей две с половиной тысячи лет назад.

Глупость. Франко откажет. Игра не стоила свеч. Какой-то сон — и портал в другой мир. Нет, старший Гвидичи не будет впустую тратить силы.

Что же тогда делать? Мне нужен другой шаман. Хельда рассказывала, что в клане есть маг Этан. Если повезёт, он сможет мне помочь. Сама я в Нижний мир сейчас не загляну и связь с прошлой жизнью не распутаю.

***

Ведьмы гуляли на балу в логове Плиния. Закрылись в ритуальном зале и звенели бокалами под взрывы хохота. Толпа пьяных, распущенных женщин. Франко ёжился от их развязных мыслей и прятал нос в вороте рубашки. С ужина сбежал. Не настолько был голоден, чтобы терпеть подколки Лианы.

Глава 10. Два шамана

Утром я через служанку передала Хельде, что мне нужно срочно увидеться с клановым магом. Приснившийся сон, естественно, не рассказала. О поразительных совпадениях между нарядами местных кочевников и наших с плато Укок тоже пока умолчала. Сослалась на проблемы с даром.

Ответ пришёл вместе с завтраком. Жена главы клана положила на поднос с моей едой записку.

"Этан приедет в особняк. Я употребила всё красноречие, чтобы выманить нашего затворника с его острова. Думаю, вам лучше переодеться в наряд кочевницы. Этан женат на родной сестре Верховной. Не будем путать ведьм разными легендами. И раз уж речь идёт о походе в бездну (у нас так называют Нижний мир), то я взяла на себя смелость пригласить Сокола. Он единственный в клане, кого туда пускают. Думаю, сможет помочь. Но если вы считаете его присутствие неуместным, просто скажите. Мы все поймём".

От удивления у меня чуть лицо не вытянулось. Единственный маг в клане, кто может спускаться к мёртвым? Не может быть! Наверное, он ходит в бездну совсем не так, как шаманы. У нас тоже "допуск" есть не у всех, но ничего сверхъестественного в том, чтобы увидеть воды Стикса, нет. Или я обнаглела? Привыкла общаться с сильными шаманами, вот и кажется, что ничего сверхъестественного, да?

Ох, как захотелось посмотреть на младшего Гвидичи в деле. Вообще на высшую магию мира, куда я попала. До этого меня баловали только бытовыми заклинаниями. И сложными переводчиками, не спорю. Но визит в бездну в компании Фредерико обязан быть захватывающим.

Я и от Франко не отказалась бы. Однако раз Хельда ни слова о нём не сказала, значит, проблемы с привязкой из прошлой жизни не по его части. Жаль. Искренне жаль. Я уже представляла красивые руки старшего Гвидичи, сплетающие из нитей силы замысловатый узор.

От фантазий меня отвлёк тихий вздох служанки.

— Что-то не так? — спросила я, приложив яйцо-переводчик к виску.

— Завтрак остынет, — улыбнулась девушка. — А ещё вы так похожи на наших магов. Те тоже получат было письмо, и задумаются на полчаса. Такое передаётся вместе с силой, правда?

— Скорее, с трудоголизмом, — рассмеялась я. А потом сообразила, что нужно пояснить. Переводчик вариантов не предложил, слово прозвучало по-русски. — То есть с привычкой ставить работу на первое место, забывая обо всём. Подождёте минутку, я напишу ответ?

Служанка присела на мгновение и распрямилась пружиной. Так выглядит молчаливое "да"? Ох, на портале Госуслуг легче зарегистрироваться, чем разобраться в местных обычаях. Хельде я написала слова благодарности и заверила, что буду рада обществу Фредерико. На завтрак оставался примерно час.

Отдав записку, я умяла за обе щёки хрустящий хлеб с маслом и малиновым вареньем. Классический тост. К нему не хватало кофе, но спасибо и на том, что кухня оказалась привычной. Что-то чрезвычайно острое, как в Индии, я есть не могу. Не выдерживаю. И отдельное спасибо, что всё натуральное. Никаких "Е", ГМО, антибиотиков и пестицидов. Надеюсь, организм не будет слишком сильно удивлён. И не подарит мне "в благодарность" расстройство пищеварения.

Этан прибыл к обеду. Я успела превратиться в кочевницу и устроиться в кресле рядом с Фредерико в той же гостиной, где встречалась с Франко. Заклинание, делавшее бесполезным моё яйцо-переводчик, снова работало. Ох, в Клане Смерти жонглировали разрешенной к огласке информацией, как хотели. Легенда "для ведьм", а правда о мастерстве Фредерико "для своих".

— Ясного неба, — поздоровалась я.

Клановый маг церемонно поклонился и поцеловал мне руку. На шамана он был не похож. Разве что одежду носил не совсем привычную для клана. Рядом с военным мундиром младшего Гвидичи его холщовая рубашка с простыми штанами смотрелась, как пижама. Ох, а под ней на груди что-то пряталось и шуршало. Амулеты? Беру свои слова обратно. Маги носили артефакты из золота и драгоценных камней. Этан же аккуратно вытащил из-за пазухи связку черепов, костей, камней и деревяшек.

— Не удержался? — улыбнулся Фредерико.

— Хотел увидеть реакцию. Обычно юные лины пугаются или морщатся от отвращения, а у Софии глаза загорелись.

Спалилась, признаю. Вкусы у меня специфические. Да и шаманизм в принципе не для брезгливых и слабонервных. С чем только не приходилось работать. Особенно в Нижнем мире.

В бездне. Пора привыкать к местным названиям.

— Мне нужна ваша помощь, Этан. Я не слышу духов-помощников, а без них тяжело расшифровать послание из сна.

— Не удивительно, что не слышите, — мягко ответил он. — Иномирцы из Элезии, когда попали к нам, тоже потеряли всю свою магию. Пришлось идти на серьёзные жертвы, становиться гибридами, оборотнями-медведями, чтобы сила наших богов начала слушаться.

Я расстроенно цокнула языком. Паршивая новость. Значит, читать христианские молитвы для избавления от проклятий и другого негатива я не смогу даже, если дар вернётся. Об архетипических силах в лице греческих и египетских богов тоже можно забыть. Что у меня тогда останется? Тотемные духи? Шаманское посвящение? Да, наверное, только оно. Бездна одна на всех.

— Не спешите впадать в траур, — поддержал меня Фредерико. — Выход есть. Спасибо Франко, он знал его, пока жил с элезийцами, и поделился с Кланом Смерти. Магам нашего уровня плевать, в каком мы мире. Мы не теряем силу во время перехода. Она вообще практически ничем не ограничена.

Я тихо выдохнула и прикрыла глаза. Мысленно благодарила тех, кто причастен к такому исходу. А когда открыла, увидела пристальный взгляд Этана на Фредерико.

— Да, — кивнул младший Гвидичи. — У Софии тоже чёрный уровень.

— Проклятье, — выругался он. — То не клюёт, то косяками. Сколько вас теперь? Трое?

— И все рано или поздно будут в клане, если ты поможешь.

— Да я только за, — Этан засучил рукава и сложил руки на груди прямо под связкой амулетов. — Но я не знаю как.

— Мне нужно подтверждение, — осмелилась я встрять в разговор. — Чтобы второй шаман или маг, способный читать из поля, свидетельствовал обо всём, что я видела. Иначе слишком велик соблазн объявить послание из сна пустой игрой воображения.