Шанс для бесприданницы. Книга 2

Глава 1

Глава 1

Леалана

Чопорный дворецкий распахнул передо мной входную дверь, я шагнула на крыльцо и замерла. Следом за мной вышел Молло и тоже остановился. Я словно в баню попала: после приятной прохлады холла на улице жарко, влажно и душно. Солнце такое яркое, что я с непривычки зажмурилась.

— Всё хорошо, госпожа? — Райна, вышедшая за мной, уже раскрыла зонтик. — Помочь вам? — И она протянула мне руку.

— Б-благод-дарю. — Я осторожно открыла глаза, оперлась на её ладонь и осторожно спустилась по ступеням. Прямо к крыльцу ведёт широкая дорожка, вправо и влево отходят ещё две. Молло кое-как спустился со ступеней и громко чихнул.

— Н-не хв-ворай, х-хороший. — Я погладила его по спине.

Райна подняла зонт над моей головой.

— В какую сторону пойдём сначала? — Она огляделась. — В общем-то, обе дорожки ведут к заднему двору, там оранжерея госпожи Оды, вольеры с собаками господина Эррета, фонтан, беседка, качели, площадка для игр и место для пикников. Ну а перед домом, собственно, клумбы. Возле некоторых клумб есть скамейки, так что присесть можно, когда захотите.

Я пожала плечами.

— П-покажите т-то, чт-то с-считаете н-нужным.

— Как скажете, госпожа. Может, вы вовсе не хотите гулять, а предпочитаете сразу пойти в беседку? — Она кивнула на корзинку у себя на локте. — Я взяла холодного лимонада, печенья, орешков. И книгу тоже прихватила.

Я вздохнула. А ведь мы просто вышли в сад возле дома. Но всё равно такая забота приятна.

— Б-благод-дарю. Д-давайте н-немного п-погуляем, а п-потом п-посидим.

— Хорошо, госпожа.

Я уставилась на свои начищенные до блеска ботинки. Дорожки здесь вымощены плиткой, они ровные и прямые. Можно даже не смотреть под ноги: не споткнёшься о проросший корень или щербатую плитку. С одной стороны растут так же идеально ровно подстриженные кусты лавра. Кажется, лавра: ботаника в пансионе давалась мне почему-то с трудом.

Молло слегка обогнал нас и с воодушевлением задирает лапу то на один куст, то на другой. Райна тихо усмехнулась.

— Ох, как бы госпожа Ода возмущалась, если бы увидела!

Руки мгновенно похолодели.

— М-может, н-не н-нужно б-было м-мне его г-гладить? Т-теперь он х-ходит с-следом…

— Да что вы, госпожа! — В голосе Райны послышалось сочувствие. — Это же пёс! Он и без вас ходил бы, где вздумается. Да и ворчит госпожа Ода для вида: она сама собак любит, вы же видели её болоночек.

Я кое-как смогла сделать вдох. Рёбра заныли.

— А что Молло за вами ходит, так это тоже его выбор. — Райна одобрительно глянула на пса, снова поравнявшегося со мной. — Он парень с характером: если бы не хотел, никто бы его не заставил к вам подойти.

Я тепло улыбнулась, глядя на пса: тот уже высунул язык и часто дышит. Бедняга, ему жарко… Надо бы, наверное, поскорее добраться до тенистого места, чтобы пёс не страдал.

Я с любопытством огляделась вокруг. Всё-таки как же здорово жить в таком месте! Вечерами, когда всё озаряют закатные лучи, можно бродить по дорожкам между этими высокими кустами, будто в лабиринте. Или сидеть на скамеечке с книгой… А может, даже самой создать клумбу… Нет, я не мечтаю о таком же доме, мне хватит и чего-нибудь поменьше, и такой большой сад тоже вовсе не обязателен. Но не могу не признать, что хотела бы иногда такой безмятежной жизни и простора. Мы дошли до угла дома, и Райна кивнула.

— Сейчас мы выйдем прямо к оранжерее госпожи Оды. Правда, самой её там, наверное, нет: госпожа предпочитает возиться в оранжерее рано утром, когда не так жарко.

— Ах, в-вот к-как.

Мы с госпожой Одой виделись утром: она пришла справиться о моём самочувствии, немного поговорила со мной. Спросила, нравится ли мне еда и то, как меня обслуживают. А вот про Дэньеля ничего не сказала. Он вчера снова не появился, и я опять ощущаю приступы тоски. Понять бы, почему он не появляется. Хотя и не обязан, но он вроде как проявлял заботу, а тут просто исчез и всё.

Нам навстречу из-за поворота быстрым шагом вышел какой-то мужчина в панаме и с лопатой в руках. Я невольно вздрогнула. Здесь мужчины, конечно, для меня угрозы не представляют, но я всё равно их боюсь.

— Доброго денька, госпожа. — Он сорвал с головы панаму и низко поклонился.

— Д-доброго, — пробормотала я, невольно задержавшись взглядом на его лице: оно всё в каких-то мелких шрамах. Он, наверное, переболел оспой. Но ярко-голубые глаза смотрят почтительно, с лёгкой смешинкой.

— Это наш садовник, Солер. — Райна обернулась ко мне. — Солер, а это госпожа Леалана.

— Очень рад познакомиться, госпожа Леалана. О вас тут все говорят. — Он потеребил в руках свою панаму. — А я вот куст посадил, который госпожа Ода вчера привезла. Теперь в саду ещё больше красоты будет. Райна, ты не видела Ласса?

— Нет, я думала, он с тобой в саду.

— Несносный мальчишка! — беззлобно проворчал садовник. — Отпросился на пять минут, а самого уж час как нет! С вашего позволения я пойду, госпожа? — Он виновато глянул на меня и снова огляделся вокруг.

— Д-да, к-конечно. — Я заторможенно кивнула. Зачем садовник спрашивает у меня, можно ли ему идти? Я всего лишь гостья.

— Хорошего денька, госпожа. — Садовник ещё раз поклонился, неловко одной рукой напялил панаму и зашагал в ту сторону, откуда мы пришли, то и дело оглядывая кусты.

Райна бросила нечитаемый взгляд ему вслед.

— Ласс — сынишка Солера, лет одиннадцать ему. Господин Эррет позволил взять его в помощники, а мальчишечка шустрый! То и дело от работы отлынивает. Наверняка где-нибудь в кустах спрятался и слушает, как отец его зовёт.

Я улыбнулась. Всё это звучит как-то по-доброму и весело. Словно речь не о слугах, а о членах семьи. Мы тем временем обошли дом. Из окна выделенной мне комнаты немного видно часть сада, но почему-то сейчас он кажется просто огромным. На лужайке возятся беленькие собачки госпожи Оды. Неподалёку на корточках сидит рыженькая служанка. Здесь даже у собак есть прислуга? Одна из болонок увидела нас, замерла и принялась лаять. Её подруги тоже прекратили возню, и все трое понеслись к нам.

Глава 2

Глава 2

Дэньель

Противный, тоненький звон врезался в уши, и голову пронзила жуткая боль. Что за демоны? Кто надо мной так издевается? И почему башку будто придавило к подушке? Не только от боли. На ней лежит что-то очень тёплое и тяжёлое. И откуда этот звон, демоны его раздери? Я застонал и протянул вверх руки в надежде прикрыть голову подушкой. Пальцы утонули в шерсти, и меня легонько за них куснули.

Опять генеральская морда спит у меня на башке? Вот же сволочь мохнатая! Ещё и кусается. Грэль утверждает, будто кошки лечат боль, но что-то не похоже. По комнате снова поплыл звон. Переговорник, чтоб его демоны драли! Кому я понадобился? Сколько времени? Неужели проспал? Да вряд ли, мне на дежурство только к восьми вечера. И Грэль бы разбудил. Надо же было вчера на радостях так надраться… Или наоборот с горя, что потерял привычную должность, которую всё-таки люблю. Теперь башка раскалывается, и думать совершенно невозможно.

Переговорник заткнулся. Я кое-как приподнял голову и посмотрел на будильник: без четверти час. Ну ничего себе… И ведь не так поздно я вчера вернулся. Ну, может, около полуночи… Я со стоном опустил голову обратно на подушку. И тут опять зазвонил переговорник. Я снова приподнялся и кое-как нашарил его на тумбочке. Прижал руку и уронил голову на подушку. Вернее, частично на кота. Тот тут же вскочил и положил хвост мне на лицо.

— Дэньель? — В уши врезался бодрый возглас маменьки. — Дэньель, ты меня слышишь?

Вот только матери мне сейчас не хватало. Отличное пробуждение, ничего не скажешь.

— Доброго дня, маменька. — Собственный голос я даже не узнал. Какой-то демонский хрип.

— Дэньель? Это ты? Почему ты так странно разговариваешь? Ты что, спишь на службе?

Я кое-как втянул воздух сквозь стиснутые зубы.

— С чего вы взяли, что я сплю, да ещё на службе?

— Не разыгрывай из себя невинность. Как будто мы не общаемся с Дамиэном.

Я осторожно выдохнул. И сколько пройдёт времени, прежде чем Грандес расскажет, что я теперь городской стражник и старший лейтенант? Я кое-как приподнялся и сел.

— Я просто проводил допрос и немного охрип.

Маменька скептически фыркнула.

— Ладно, к этому мы ещё вернёмся. Лучше скажи: ты, надеюсь, не забыл про завтрашний визит Ауресов к нам? Ты тоже приглашён.

К горлу подкатил тошнотворный ком. Какой ещё визит Ауресов? Зачем?

— Э-э… Не помню, чтобы вы говорили про Ауресов.

— Боги, Дэньель! Я упоминала об этом ещё три недели назад! Только не говори, что не помнишь.

Я потёр щёку. А ведь проблем с памятью у меня нет. Похоже, это очередная хитрая уловка матери.

— Не помню, — отрезал я. — И не собираюсь приходить.

— Об этом мы ещё поговорим, но при личной встрече: не будем тратить энергию переговорника.

Здравая мысль. Я вздохнул и запустил руку в волосы. Как же трещит башка…

— Я хотела спросить: не забыл ли ты про Леалану? — В голосе маменьки явственно послышались ядовитые нотки. — Уже два дня не навещаешь и даже не связываешься со мной, чтобы узнать, как у неё дела.

В виски ударила острая боль. Вот демоны! И правда, надо бы заехать навестить Лану. Хотя не очень понятно, с чего вдруг маменька так радеет о ней.

— Так как, тебя ждать сегодня вечером? — добавила та.

Я взъерошил шевелюру. Вечером. Вечером? У меня же демоново ночное дежурство.

— Э-э… вечером никак не смогу. Но, пожалуй, навещу Лану прямо сейчас.

— Кажется, она отправилась отдохнуть. Гуляла в саду и, наверное, устала.

— Неважно, я всё равно приду. Буду через четверть часа: только дела закончу.

И я положил руку на переговорник, прерывая разговор. Встал и направился к шкафу, куда Грэль обычно вешает собранную с пола одежду: моя форма тщательно выглажена и развешена на вешалке. Бедняга Грэль наверняка взгрустнул, когда приводил её в порядок. Я нажал на кнопку вызова слуги. Тот появился спустя несколько секунд: будто ждал где-то поблизости.

— Доброго дня, господин Дэньель. А я уж не решался вас будить: вы ведь сказали, что на службу вам только вечером. И вид у вас вчера был уставший.

Я хмыкнул.

— Да ладно уж, говори как есть: «Ох и надрались вы вчера, господин Дэньель».

Грэль насупился.

— Разве моё это дело, господин Дэньель? Я вам не маменька и не жена, чтобы осуждать.

— Я пошутил. Приготовь обычную одежду: мне надо срочно отлучиться.

— А как же завтрак, господин Дэньель?

Я хохотнул и тут же поморщился: голову прострелила боль.

— Вообще-то, уже время обеда, а ты насчёт завтрака переживаешь. Ладно, сделай мне быстренько отвара.

— Лечебного? — Грэль сочувственно обозрел мою наверняка помятую физиономию.

— Пожалуй, да.

И я, прямо в одних панталонах, прошлёпал к ванной комнате. Надо привести себя в порядок: у маменьки прекрасное обоняние и чуйка на похмелье. Если начнёт читать мне нотации, башка точно треснет. А ещё не хотелось бы пугать Лану: ей дядюшки хватило.

Я вошёл в ванную и посмотрел на свою физиономию в зеркало: видок тот ещё: под глазами синяки, сами глаза красные, и весь я какой-то помятый. Не лучше дядюшки Мэйена, чтоб его демоны драли. Я быстро поплескал на лицо холодной водой, почистил зубы и тщательно причесался. Ну вот, теперь не так страшно показываться на глаза маменьке и Лане.

Вернулся в комнату и обнаружил, что кровать идеально заправлена, и на ней с недовольным видом уже укладывается генеральская морда. Ну да, как же это Грэль посмел потревожить Его величество? Я подошёл и потрепал котяру по спине. Тот куснул меня за палец.

— Скотина мохнатая, — бросил я. — И неблагодарная к тому же.

Кот нервно принялся вылизывать то место, до которого я дотрагивался. Одежду Грэль повесил на дверцу шкафа. Я быстро влез в брюки и нацепил рубашку. Руки слушаются плоховато. Пожалуй, и правда стоит завязывать с неумеренными возлияниями. Но это всё приятели виноваты. Помолвку мою им, видите ли, отмечать понадобилось. Я заправил рубашку в брюки и застегнул ремень. За дверью послышались неровные шаги Грэля.