Шанс для изгоев, или Прощай, Академия!

Глава 1.1. Север или юг?

Атайя Мерлейн Реджиневра Тавеннская… Я ведь искренне верила, что больше никогда не услышу это имя! Здесь, в Подлесье, предрассудки особенно сильны, поэтому Тавенна, опаленная дыханием ненавистного Черного Дракона, стала запретной темой. О ней не говорят по вечерам, но если кому-то хочется почесать языком, выражение «тот город» прекрасно заменяет пугающее название.

Я выросла в Тавенне. Я любила ее так же сильно, как и ненавидела. А еще я ни при каких обстоятельствах не собиралась туда возвращаться.

Мне нравилась нынешняя жизнь. За мной не охотились, меня не предавали, мое будущее принадлежало только мне.

Родной дом, обожаемое занятие, любимый челов… То есть нет, с последним пунктом дела сейчас обстояли не ахти. Ну и что с того?

Я жила, припеваючи, и не вспоминала ни о потрепанной драконом Тавенне, ни о ее обитателях.

Так какого же лешего на окраине подлеского городишка прозвучало имя, принадлежавшее мне целых восемнадцать лет?!

«Снова прозвучало», – мелькнула неприятная мысль.

Да, год назад кое-кто тоже начал рассуждать о тавеннской княжне, и это спровоцировало немало бед… Или свершений – тут уж с какой стороны посмотреть.

Но меня больше не интересовали путешествия. Я… Боги, неужто я превратилась в домоседку?!

– …а-а-я… е-ей… е-е-а… а-а-а! – услужливое эхо не уставало разносить отголоски незнакомого голоса.

Захотелось выйти из-за высокого (в полтора человеческих роста) забора, окружавшего мой недавно отремонтированный дом, и посмотреть на наглеца, что осмелился орать во всю глотку в жилом квартале.

Громыхнули ворота расположенной рядом усадьбы.

– Пасть закрой, недоумок! Ребенок уснул! Вали отсюда! – хриплый шепот недовольного соседа звучал гораздо четче завываний неведомого крикуна. – Куда?! Тебя еще и отправить надо? Да без проблем! – Поток витиеватых ругательств пронесся по успевшей отойти ко сну улице, и в окнах нескольких домов вспыхнул свет. – Адресок записать? Или направление пинком показать?!

Я подавила смешок и повернулась к своему крыльцу. Опыт подсказывал: если уж Кьерн, имевший несчастье жить рядом со мной, взялся кого-то выпроваживать, он не отступится. И потом, какое мне дело до выкриков неизвестного гостя? Он звал не меня – развеявшуюся пеплом княжну с непроизносимым именем. Ту, из-за кого моя жизнь шла наперекосяк столько раз, что и не счесть. И, честное слово, мне ни капельки не было интересно.

Обладатель невнятного голоса оказался человеком с поистине безграничным терпением. Он не только не убрался восвояси, но и принялся что-то доказывать.

Я различила слова «Рен», «письмо» и «срочно».

На душе стало чуть легче. Друзей в столице у меня не водилось, писем я сроду не получала, ну а «срочно»… Любой житель Подлесья знает: там, где до ближайшего города с магами и транспортными порталами несколько дней езды, понятия «срочно» не существует.

– Завтра! Утром! Лучше – после обеда! – чуть миролюбивее рявкнул сосед. – Начнешь орать – не посмотрю, что гильдейский! А теперь – вали!

Я остановилась у двери. Теплый весенний вечер только наступил, но в Барсуках (городке к югу от Лесов, где мне вздумалось осесть) спать ложились рано. Терпко пахла сирень – хилый кустик мне подарили на новоселье год тому назад, и он уже вымахал выше окон. Подозреваю, без магии не обошлось… Нет, у меня способностей к колдовству не наблюдалось, зато среди моих знакомых обладателей дара хватало с лихвой. Очень удобно в хозяйстве – и очень опасно.

«Что же делать?» – мучительно размышляла я, в порыве задумчивости обрывая цветки.

Спокойная жизнь вот-вот закончится! Зачем приходил тот человек? Что ему было нужно? Я могла успокаивать себя как угодно, однако дураку понятно: он приехал в Подлесье из-за меня.

Бежать? Взгляд невольно скользнул вокруг. Молодые деревца, новые постройки, свежевскопанная грядка для цветов… Я годами моталась по миру, нигде не чувствуя себя в безопасности, и наконец нашла свой дом!

Бросить все? Ни за что! Враги остались в Тавенне (навеки остались, спасибо Черному Дракону). Бояться нечего. А то имя… Не спрошу – не узнаю, откуда оно взялось. Может, ошибка? Какая-нибудь бюрократическая проволочка, превратившая Таю из Рысей (сама придумывала, между прочим!) в Атайю Мерлейн?

Трава, что заполонила двор, приглушила шаги. Ворота хрястнули о забор, щеколда с громким лязгом упала вниз. Безусый юнец с бляхой почтовой гильдии на груди, перетаптывавшийся у соседской усадьбы, всполошено подскочил.

– Уже ухожу, – забормотал. – Не кричите.

– Давай сюда!

– Что? – не понарошку испугался он.

– Письмо! – право слово, болтать совсем не хотелось.

– Вы Атайя Мер…

– Нет! – резко возразила я. – Но оно для меня. Или тебе охота застрять в Барсуках навечно?

1.2

После дюжины перечитываний суть письма не изменилась. Мела звала меня в Рен, суля золотые горы. Вроде ни к чему не подкопаешься… Увы, природная подозрительность не позволяла насладиться триумфом.

Вариантов всего два. Первый: Мела прониклась моей безденежной судьбой и, узнав о хлебном месте, замолвила словечко. Второй: каждую монетку придется отработать кровью, причем своей.

Учитывая приписку: «Не смей ничего рассказывать Ив! Их с Кьерном это не касается», последнее казалось более чем вероятным.

«Никогда не хотела в столицу», – рассуждала я, готовясь ко сну.

Оно мне надо? Дорога, приключения, неприятности…

«И сто двадцать золотых кругляшей, которых хватит на сто двадцать лет шикарной жизни», – напомнила подхваченная в скитаниях меркантильность.

Несколько перин, прикрытых гладкими простынями, уверяли, что комфорт мне нравится ничуть не меньше, чем безделье.

Утром решение появилось само собой. Опустошенный ремонтом кошелек беспощадно доказывал: никуда я не поеду, даже если вдруг накатит такое желание. Рен далеко, портал не оплатить. Пока доберусь обычным способом, пройдет месяц, а то и полтора. Никто меня столько ждать не будет, поэтому нечего рассуждать о несбыточном – надо готовить завтрак.

Как на зло, предложение, став недостижимым, обрело непонятную притягательность и отказывалось уходить из мыслей. Меня разбирал интерес не столько к деньгам, сколько к причинам, побудившим Мелу связаться с ненавистным ей сборищем магов. И почему она вспомнила именно обо мне? Неужто… Да нет, история с драконами давно закончена, Тавенна больше не на слуху.

– Хватит! Бессмысленно строить догадки. Это не мое дело, – заявила я маленькой кастрюльке с супом, выплясывавшей на плите. Вообще-то не следовало ставить ее на сильный огонь, но готовка относилась к моим слабым сторонам и особого значения это не имело. – Живем как жили. Столице – столичное, Барсукам – бар… Ах ты ж!

Крышка слетела, варево выплеснулось на раскаленную железяку, кухню мгновенно заволокло паром. Я поспешила распахнуть наружную дверь, порадовалась свежему воздуху, умиленно прислушалась к чириканью крохотной рыжевато-серой птички, что примостилась на воротах… И помянула Разрушителя вместе со всеми его созданиями – над забором торчала вихрастая голова вчерашнего посланника.

– Атайя Мер… – прохрипел он, судорожно цепляясь пальцами за острые доски. – Еще одно-о-о! – Светлые патлы исчезли, глухой удар свидетельствовал о том, что приземлился юнец на мягкое место.

Когда я вышла на улицу, он уже принял вертикальное положение. С достоинством поклонился, извинился за инцидент и вручил небольшую коробочку, почти сплошь утыканную неразборчивыми восковыми печатями.

– Приложение, – пояснил без издевки. – Простите, вчера запамятовал, а после другой доставки вспомнил. И, будьте любезны, распишитесь в ведомо… Ладно, я сам, – вздохнул, завидя мой хмурый взгляд. – А отзыв для гильдии от вашего имени написать можно? – спросил с надеждой. – Ну, подпись же одинаковая будет… Можно?

– Да хоть пять. Счастливо.

Ворота лязгнули, закрываясь. Я распотрошила «приложение» без малейших опасений. Губы непроизвольно растянулись в улыбке. Мела в своем репертуаре! Все под контролем, ничего нельзя оставлять на самотек… По сути она – моя полная противоположность, и хорошо это знает. Но в прошлом году мы весьма успешно работали сообща. Может, поэтому ей вздумалось пригласить меня в очередную авантюру?

– Тая, что там у тебя? – донеслось из-за ограды, разделявшей мой двор и соседскую усадьбу.

– Ничего, – поспешила уверить я.

– А нам пришло письмо от Мелы! Хочешь почитать?

– Конечно! – Изобразить энтузиазм получилось с первого раза. – Сейчас зайду!

– Нет-нет, малыш спит! Погоди, сама принесу.

Убрать плиту до прихода Ив не удалось. Она переступила порог, настороженно принюхалась, наморщила тонкий нос…

– Пригорело что-то, – сообщила об очевидном. – Вот, смотри! – В мою руку ткнулся измятый бумажный лист. – У нее все хорошо, к осени вернется домой.

«Ага, вернется», – скептически подумала я, рассматривая кривоватые строчки. Из путешествия по Суши, а не из Рена, хе-хе. Эх, что-то определенно назревало. Для Мелы Ив была смыслом жизни. Она никогда не лгала сестре.

Раньше не лгала.

– Кьерн говорил, к тебе вчера почтальон заходил?

Я окинула взглядом невысокую, чуть полноватую женщину в неизменно нарядной одежде, приходившуюся мне не только соседкой, но и в каком-то смысле наставницей, и солгала без тени сомнений:

– Верно. Мастер, который чинил крышу, прислал счет. Слушай, ты же в курсе, что у меня сейчас сплошные непонятки? Может, стоит съездить куда-нибудь? Лето на носу… К морю, например? Или в Леса?

1.3

***

Провожал меня лишь Кьерн – Ив не собиралась оставлять ребенка без присмотра на целый час. Порой я искренне ей завидовала, порой терпеть не могла ее сюсюканье и вечную заботу обо всех подряд. К счастью, на меня у нее банально не хватало времени, зато соседу вдоволь доставалось «семейного уюта».

– Спасибо, что не сказала жене, – поблагодарил он, забрасывая мою котомку в нанятую повозку. – Снова бежишь?

– Нет! – возмутилась я. – С чего мне бежать?!

– А ты всегда убегаешь, – Кьерн не колебался ни мгновения. – Как только чувствуешь опасность, бросаешь все.

Он был прав – я привыкла уносить ноги. Сначала из Тавенны, затем…

– Полагаю, письмо от Мелы? – прервал неприятные раздумья закономерный вопрос. – О драконе?

– Да с чего ты взял?!

– Больше никто не знает твоего имени.

– Не моего!

– Это имеет значение?

Ровный тон выводил из себя. Хотелось схватить Кьерна за ворот простой полотняной рубахи и хорошенько потрепать, чтобы вытряхнуть напрочь покровительственные нотки.

– От нее, – буркнула я неохотно. – На работу зовет

– Кем? Манекеном в модную лавку? – хмыкнул сосед, уворачиваясь от тычка. – А что, есть другие занятия, где можно ничего не делать?

Справедливо – моя лень общеизвестна. Но я же исправляюсь! Уже год как стараюсь быть самодостаточной хозяйкой!

– Погоди, Тая! – Кьерн переменился в лице. – Ты же не собираешься… Ну, куда там она тебя пригласила?

– Э-э-э… Нет, – на всякий случай ответила я. – А почему? А-а-а…

Золото – волшебный металл. Его блеск застилает разум и толкает на безумные поступки. Я почти три дня размышляла о столице и перспективах. Мне и в голову не пришло, что осторожная (временами чересчур) колдунья никогда бы не адресовала послание Атайе Тавеннской!

– За дуру меня держишь? – прозвучало насквозь фальшиво. – Думаешь, я не понимаю, что это подстава?!

– Значит, все-таки бежишь, – заключил Кьерн.

– Не бегу! Если на то пошло, просто хочу перестраховаться!

– В Леса?

– Не знаю!

– Удачи.

Я криво улыбнулась и забралась в повозку.

– Не смей огорчать Ив, – предупредила напоследок.

Сосед ухмыльнулся:

– Не смей вестись на такие уловки. Помни: это не Мела. И не возвращайся, пока все не утихнет. Мы позаботимся о доме.

Дверка захлопнулась, лошади неспешно двинулись вперед. Я раздраженно затолкала дорожную сумку под сиденье, отодвинула занавески… Проводила долгим взглядом коренастый силуэт оставшегося на обочине человека и закусила губу.

Кьерн прав: письмо – чистой воды подстава. Но кое в чем он ошибся. Необычные строки писала колдунья – по крайней мере ту часть, которая касалась ее сестры. Так почему же отправителем стал кто-то другой? Неужели кто-то в Рене знал о Тавенне? Или?..

Хм, в тексте Мела не обращалась ко мне по имени. Возможно, изначально послание адресовалось, к примеру, Кьерну, который совсем недавно ушел из королевского сыска и гораздо больше, чем я, подходил для работы с окладом в десять золотых за неделю?

Нет, глупости. Кьерна Мела не назвала бы «подругой».

Карета остановилась у выезда на тракт.

– Север или юг? – прогнусавил извозчик.

Ответа не нашлось. Север – это Леса: безопасная территория, где можно затеряться бесследно до скончания века. А на юге ждала просвещенная Ольшань с гильдейскими магами и транспортным порталом.

Опыт подсказывал, что лучше обойтись без приключений. Хватит, за свою недолгую жизнь я набегалась на столетия вперед. Пусть другие разгадывают загадки и ввязываются в авантюры. Лучше исчезнуть на время.

«Если бы Мела рассуждала, как я, Черный Дракон уничтожил бы Тавенну целиком», – мелькнула неприятная, но правдивая мысль.

Эгоизм у меня в крови, да… Своя шкура дороже и дружбы, и отношений.

– Так куда? – рявкнул недовольный задержкой возница.

– Юг.

Я выбрала риск. Не знаю, почему, – это совсем было на меня не похоже. Наверное, хотела доказать самой себе, что Атайи Мерлейн больше и правда не существует. Или всерьез озаботилась проблемами колдуньи? Нет, наверняка первое.

У Мелы никогда не случалось чрезвычайных ситуаций. Она легко управлялась с магией, а что до остального… Для нее значение имела лишь сестра. Ну и мы с Кьерном, причем я явно уступала соседу второе место. Четвертую позицию занимал Артан – мой то ли «бывший», то ли «нынешний», то ли не мой вообще. Далее шли Дэвия – юная сирота, которую в прошлом году Ив взяла под свое крыло, и Ферн – наша общая головная боль, за ними… Проклятье!

Глава 2.1. Друг или враг?

Ольшань ничуть не изменилась – была такой же добропорядочной, законопослушной и невыносимо скучной, как и в прошлом году. С транспортом пришлось распрощаться у городских ворот: за въезд с повозок требовали пошлину, а пополнять городскую казну своими кровными я не собиралась.

Возница впопыхах пересчитал плату, буркнул: «Счастливо» и развернул лошадей. Три медьки сдачи он, видимо, счел недостойными внимания, поскольку даже не пробормотал традиционное: «Извините, мелких нет».

Под ленивыми взглядами стражи стало неловко окликать его и требовать справедливый расчет. Зря я не разменяла загодя серебрушку. Знала же, каков мир. Но в Барсуках серебро – редкость, его на всеобщее обозрение не выставляют, если не хотят навлечь воров.

Смешно, право слово! Мало кто из жителей Подлесья польстится на вездесущую медь (у многих, между прочим, она мешками хранится), зато более ценные монеты лучше прятать подальше либо же сразу обменивать.

– Цель визита? – Один из привратников неохотно обратил на меня внимание. – Сроки?

– Гильдия магов. Сутки.

Ответ никого не заинтересовал. Подозреваю, я вообще могла ничего не объяснять – чай, вокруг простиралась вольнодумная Рения, а не затурканный Монит.

«Тая из Рысей. Рабочий визит. Бесплатно», – появилось в замызганной книге регистрации.

Меня довольно вежливо пропустили на территорию города, объяснили правила вроде: «Не воровать, не буянить, не орать после захода солнца» и дали адресок колдовского притона, также именовавшегося гильдией.

«Ив права. Люди становятся любезными, когда с ними вежливо разговаривают. Надо привыкать», – размышляла я, вышагивая по центральной улице.

Давненько мне не доводилось путешествовать в одиночку. Прежде рядом всегда витал Ферн – крохотный невидимый демон, обожавший учить уму-разуму и отваживавший любого, кто смел бросить в мою сторону злобный взгляд. Да, Ферн… Лучший друг, единственное дорогое мне существо. Я вернула ему человеческий облик, и наши отношения закончились. Отныне у нас разные дороги. Он нашел свой путь, меня же не отпускала тоска.

Ветер растрепал изрядно отросшие волосы, швырнул выгоревшую прядь в лицо. Заметно потеплело, и я пожалела, что напялила в дорогу толстое платье из шерсти. На последнем из постоялых дворов, где останавливалась моя повозка, его облили малиновым вареньем. Пятно более-менее отстиралось и доказало, что грязно-коричневая ткань способна выдержать все, а вот запах, подозреваю, никуда не делся, и теперь каждая встречная пчела норовила проверить, не осталось ли на подоле немного сладости.

Ближе к центру полосатые проныры начали вести себя наглее, да и дорожная сумка за время ходьбы ощутимо прибавила в весе. Или это я устала? Да ну, невозможно! Я только на вид тонкая и хрупкая (не путать с хилой!), а уж выносливости во мне хоть отбавляй.

Когда впереди замаячила блестящая вывеска, я едва переставляла ноги. Проклятая Ольшань! Ну почему она такая большая? Стоило взять извозчика, как советовали у городских ворот… И эти назойливые пчелы! Спасу от них нет! Того и гляди, цапнут за руки или, не приведи Создатель, ужалят в лицо.

– Ты бы не отмахивалась, деточка. – Моя беда не оставила равнодушной сухонькую старушку в вычурном черно-белом плаще. – Их не пугаешь, и они тебя не трогают.

«Вот бы и у людей все было так просто!» – выдавила благодарственную улыбку я.

Прекратила размахивать конечностями, притворилась, что навязчивое жужжание совсем не беспокоит, бестрепетно пересекла порог колдовской гильдии…

– Только личные вещи, – огорошил меня маг, заправлявший транспортными порталами. – За багаж надо доплачивать.

Эдак надменно заявил, наверняка не веря, что у кого-то с самодельной котомкой может найтись золото.

– И карманы выворачивать? – уточнила я, сверля его уверенным взглядом обладательницы пусть не алмазных рудников, но целой золотой монеты.

– Нет!

Отлично. У меня имелся немалый опыт путешествий без багажа.

В одном из расположенных поблизости нелюдимых переулков сумка постепенно опустела. Хмельной мужичок из местных с интересом наблюдал за моими действиями, вряд ли веря в их реальность. Меня это мало волновало.

Стиснув зубы, я напяливала на себя одежду: хлопковое платье поверх шерстяного, затем – длинную рубашку, безрукавку, кожаную куртку… И три пары штанов не забыла: привычные для Лесов вязаные, обычные хлопковые, а поверх всего – широченные полотняные, издали неотличимые от юбки.

Белье прекрасно уместилось за поясом под одним из «слоев», туда же отправились мелочи вроде зеркальца и расчески, сбережения остались в карманах. Даже котомка в разложенном виде превратилась в фартук, и хоть ручки (то бишь завязки) сходились с трудом, бросать ее в Ольшани я не собиралась.

Пчелы метаморфозу оценили и отстали. Забулдыга осенил себя защитным жестом, перевернулся на другой бок и захрапел.

Я сделала несколько неуверенных шагов, приноравливаясь к тряпкам, что сковывали движения. Трудно, неудобно, медленно… Ничего, зато доплачивать не придется.

2.2

***

Карта показывала, что до ближайшей гостиницы рукой подать – всего-то пройти два перекрестка и повернуть на третьем. Я стоически преодолела этот путь, оценила роскошный фасад и блестящую ливрею привратника, поняла, что с моим кошельком сюда лучше не соваться, и начала целенаправленно выискивать извозчика.

Нашла. Спросила о ценах. Быстро высчитала, что зря не взяла с собой лошадь – три поездки с лихвой окупили бы портал.

«Ничего, пешие прогулки укрепляют здоровье», – безуспешно попыталась себя утешить.

«Угу, особенно в шерстяном платье и теплой куртке под полуденным солнцем Суши», – словно воочию услышала насмешливый голос Ферна.

Решительное настроение уступило место унынию. План провалился, «туда и обратно» не получилось, денег на дорогу назад нет. Если не тратиться ни на еду, ни на жилье, и продать янтарные бусы, должно хватить на портал.

Но что я буду делать в Ольшани без монеты за душой?! Прошли времена, когда меня не пугали бесконечные путешествия. Да, после побега из Тавенны я прошагала пол-Рении, не жалуясь на условия. Сейчас же все изменилось. Беглянка Тая осталась в прошлом, и мне совсем не с руки вспоминать на практике те ужасные годы!

«Никаких гостиниц! Где-нибудь переоденусь, узнаю о Меле и вернусь. Если она в беде и не займет денег, так и быть, поголодаю несколько деньков. Напишу из Ольшани Кьерну, авось приедет. Или лучше Ив – она мигом проникнется моим положением», – размышляла я, выискивая безлюдный закоулок.

Как на зло, народу в столице хватало. Непривычно одетые люди проходили мимо, в обязательном порядке косились в мою сторону, порой оглядывались, порой опускали глаза.

«Приезжая или ненормальная?» – вопили их любопытные взгляды. Я же угрюмо шагала вперед, игнорируя нездоровый интерес.

За очередным поворотом обнаружился ряд любопытных лавок – преимущественно дорогих, рассчитанных на богатую публику. Искусно оформленные витрины привлекали внимание. Да, мне нравились красивые вещи… Тьфу ты, не мне – Атайе!

Я резко отвернулась и ринулась вперед, подальше от соблазнов.

– Умоляю, господин Вальен! – стекло приглушило близкий выкрик. – Не трогайте его!

«Разборки знати. Главное – не попасть под раздачу», – несмотря на обилие одежд, моя скорость возросла в разы.

Совсем рядом слышались глухие тумаки и возня. Что-то падало, грохотало, разлеталось на осколки. Кричала женщина, очень быстро говорил мужчина, кто-то громко стонал и сыпал проклятиями.

Стало гадко и неприятно. Когда-то я тоже могла вцепиться в чужие волосы из-за пустяка, свято уверенная, что имею на это право. Время расставило все по своим местам и преподало мне хороший урок, но с тех пор аристократов я на дух не переношу.

Витрина разбилась, засыпав тротуар острыми кусками стекла. Я шарахнулась вбок, одновременно оглядываясь и прикрывая глаза. Вовремя – изнутри вылетело худосочное тело и его траектория…

– А-ай!

Умная мысль оборвалась в тот момент, когда некто, облаченный в широкую мантию гильдии магов, сбил меня с ног и, не останавливаясь, рванул прочь.

– Что вы наделали?! – заголосили внутри лавки.

– Ох ты ж… Старушку сшиб, – прохрипел неприязненный голос без тени сожалений. – Непорядок… Э, не кипятись, хозяин, – она вроде живая.

Подозреваю, владельца волновало отнюдь не мое здоровье, но о покореженной собственности он заявить не успел.

Разбуянившийся посетитель вышел следом за своей жертвой. Остановился, уперев кулаки в бока, окинул меня изучающим взглядом.

Сказать по правде, я почти не ушиблась – толстый слой одежды смягчил падение на выложенную камнем дорогу. Однако подняться на ноги не получалось, и не только потому, что из-за обилия тканей суставы отказывались сгибаться.

Я смотрела на Вальена и с трудом верила в его существование. Он был выше всех, кто когда-либо встречался на моем пути. Выскочивший вслед за ним торговец едва дотягивал ему до плеча. Кстати, насчет плеч... Создавалось впечатление, что передо мной стоит не человек, а эдакая огромная груда мышц, откликавшаяся, как ни странно, на человеческое имя.

– Вам придется заплатить! – к счастью, это адресовалось не мне.

– С какого перепугу? Твой ручной колдун первым начал.

– Стража!

Я непроизвольно вздрогнула. Пусть времена, когда вид служителей закона повергал меня в панику, давно остались в прошлом, сталкиваться с властями более чем не хотелось.

– Э, бабуль, не пугайся! Руку дай! Сейчас подниму и потопаешь дальше.

«Спасибо, не стоит!» – мысленно завопила я, вместе с тем судорожно отмахиваясь от непрошенной помощи.

Ага, как же! Беспорядочные движения лишь подхлестнули благодетеля.

Глава 3.1. Наставник или надсмотрщик?

В моем воображении Рен являлся чем-то из ряда вон выходящим. Столица, знать, королевский дворец… Этот город казался запредельной мечтой, на деле же отличался от Барсуков разве что размерами. Ну и дворцами, надо признать.

О да, за несколько незаметно пролетевших часов я повидала немало дворцов, потому что Вальен изволил обитать чуть ли не у покоев самого Треннана.

Ладно, преувеличиваю. Не «чуть ли», а «примерно в том же квартале», однако, если верить Меле, по дороге мы видели настоящего принца. К сожалению, примерно тогда моим вниманием завладели потрясающая живая изгородь и выкованные розы на воротах какого-то учреждения, поэтому принца я прошляпила.

Ну и Создатель с ним. Вокруг хватало других достопримечательностей. В Рене любили жить красиво, этого у столицы не отнять.

Но не Мела.

Впрочем, мне понравился небольшой домик на окраине, куда она привела меня после того, как передала высокородного негодяя толпе слуг. Много зелени и цветов, смешные кролики за забором смежной усадьбы, потрескавшаяся от зноя грунтовка, бесконечное чириканье воробьев на крыше – я словно и не уезжала на край света. Единственное, что раздражало, – страшная жара, из-за которой приходилось постоянно обмахиваться надорванным веером и глотать воду в немереных количествах. А так…

После быстрого прохода через рынок мой багаж пополнился нормальными для Суши вещами, прохожие прекратили зыркать вслед, об оставленном в Подлесье Артане я не вспоминала несколько часов кряду, Ферн привиделся всего дважды…

Такое положение вещей меня устраивало. Небольшое уточнение: когда колдунья изволила объясниться, я резко изменила мнение.

Бесплатного сыра и правда не бывает. Она без зазрения совести обвела лучшую (в смысле, единственную) подругу вокруг пальца! И Кьерна с Ив заодно – понимала же, что в городишке вроде Барсуков о послании из Рена просудачат неделю.

– Конечно, письмо от меня. А, не понимаешь, почему адресат – Атайя Тавеннская? Чтобы сестра ничего не заподозрила. У нее малыш, да и Дэвия со своими заморочками на шее… Наша попрыгунья до сих пор уверена, что раннее замужество лучше учебы?

– После рождения твоего племянника ее мнение резко изменилось. – Поскольку Дэвия имела привычку в раздражении орать громче младенца, я была хорошо осведомлена о ее нынешних взглядах на жизнь. – Считает, что дети – изобретение Разрушителя, призванное повергнуть мир в хаос. Но на свиданки бегает, так что это ненадолго. А ты все-таки решила вернуться… И таишься от Ив?

– Не хочу, чтобы она волновалась. Я обещала ей, что никогда больше не вляпаюсь в магическое дерь… Не бери в голову.

Путанные фразы Мелы, как ни странно, прояснили ситуацию.

Если посыльный разыскивает Атайю Мерлейн, значит, у Таи из Рысей большие проблемы, и неважно, какое имя стоит в графе «отправитель». Я не обольщалась: Ив охотно посочувствует, накормит до отвала, подарит вязаный шарф, однако на риск не пойдет и удержит от опрометчивых действий Кьерна. Ее список дорогих сердцу людей не включал меня.

– Ты не могла знать, что я приеду. У меня хватило мозгов заподозрить неладное. Если бы в последний миг не передумала, прохлаждалась бы сейчас в Жати.

– Передумала же. – Возможный провал плана Мелу не волновал, и это раздражало.

– Балуешься ясновиденьем?

– Сто двадцать золотых монет – залог того, что ты выберешь правильное направление.

– Чего?!

Колдунья поморщилась.

– Брось, Тая. Ты здесь, хватит возмущаться.

Я проскрежетала нечто крайне невежливое, но пререкаться не имело смысла. Она права: с тех пор, как моя жизнь более-менее наладилась, вопрос денег вернул былое значение.

– Мне надо уйти. Не смей засыпать. На столе, твоя речь и расписание. Чтоб до утра выучила.

– Угу. – После сытного ужина глаза слипались сами по себе.

– Я на тебя рассчитываю.

– Угу.

– Золото, подруга! Представляй золото и учи!

– Иди, куда шла!

Входная дверь хлопнула, под ногами Мелы зашуршал гравий, пронзительно скрипнула калитка. Я услышала, как колдунья поблагодарила соседа за одолженного ослика, и усмехнулась. За полдня мы успели обсудить всех подлесских знакомых, включая тех, кого я и по имени не знала. Даже о деле немного поговорили. Жаль лишь, что в пылу встречи я не спросила, какого лешего Мела забыла в Рене и на кой ей сдалась Академия магии!

«Речь? Какая еще речь?» – несмотря на сонливость, хотелось проявить ответственность.

На столе в глубине гостиной обнаружился лист со столбиком ровных рядков.

«Торжественно клянусь…» – шло вместо заголовка.

Я протерла глаза. Толкнула стеклянный шар с огоньком магического происхождения, чтобы горел ярче, и взглянула на текст внимательнее.

3.2

***     

– Ты почему в постели, Тая?!

«А тебя где носило полночи?» – напрашивался встречный вопрос.

Я сморгнула, прогоняя остатки сна. Потянулась, морщась от яркого утреннего солнца, сфокусировала взгляд в нужном направлении.

Мела торчала в дверях, и ее правильное, чуть резковатое лицо выражало полнейшее неодобрение.

– О расписании забыла, правда? – обычно безразличный голос колдуньи сочился негодованием. – Я же просила тебя, как человека!

Стало немножечко стыдно. Ну да, забыла. Речь вызубрила честь по чести, а об этом и не подумала. Ничего, я умела собираться быстро и без шума.

– Остынь, подруга. Ты сама пока в пижаме.

Мела выдохнула со свистом. Взъерошила некогда каштановые, а ныне золотистые волосы (Ив удар хватит, когда она узнает, что разлюбезная сестричка перекрасилась), уперла кулаки в бока и, пригнув голову, переступила порог.

– К девяти надо быть в центре. Поднимайся, надевай хоть тулуп и, ради всех богов, умойся!

Я присмотрелась внимательнее к ее одежде. Просторная рубаха песочного цвета без намека на рукава, широкие светло-серые штаны выше колена, на ногах – хлипкая на вид обувь вроде сандалий. Ага, и пластинка мага пришпилена на груди. Серебряная, окаймленная золотом. В Рении таких больше нет, и это одна из причин, почему Мела избегала гильдий и магической Академии.

– Собираешься шокировать народ?

– Здесь Сушь, Тая. Привыкай. К тому же с этим, – она ткнула пальцем в пластину со своим именем, – в любом случае становишься изгоем. И вообще, ты вчера купила то же самое. Шевелись!

Мела слегка преувеличивала. То, что мне впарили на рынке, выглядело гораздо приличнее: длиннее на две пяди, из более плотной ткани, с короткими рукавами и… Хорошо, сдаюсь: оно практически не отличалось. Но если на колдунье подобный наряд смотрелся к месту (с хорошей фигурой и мешок к лицу), то на мне он попросту болтался. Пусть не как на вешалке, однако каждый порыв ветра превращал рубаху в подобие паруса.

– Великовато, – сообщила очевидное Мела. – Ничего, потом подберем что-то другое. Не переживай, среди практикантов мы будем самыми нормальными. Пошли уже!

– Пешком? – Я не заметила у ворот ни намека на транспорт.

Вместо ответа она указала на часы, почти скрытые дверной занавеской. Без двадцати девять… Ясно – будет портал.

– Постарайся держать себя в руках, ладно?

Я удивилась по-настоящему. У меня хватало недостатков, однако склонности к истерикам не наблюдалось с тех самых пор, как Атайя Тавеннская канула в небытие.

– Будет трясти, – предупредила колдунья, заталкивая меня в каморку с испещренным меловыми линиями полом. – Осторожнее! Не стирай заклинание!

«Левитировать не обучена», – и все-таки я постаралась не шаркать ногами, хотя непривычная обувь норовила слететь.

В пальцах Мелы сверкнули несколько крупинок серебряной пыли.

– Мало.

Комментарий улетел в пустоту. Она и не повернулась в мою сторону. Бросила волшебный метал наземь, прикрыла глаза, сосредотачиваясь…

– Твою ж!..

В сотый раз пообещав себе пользоваться только лицензированной магией (глупое обещание – у меня не было шансов его выполнить), я огляделась.

Сухая каменистая почва, безоблачное небо, высоченный забор из железных листов, какие-то шесты с флажками…

– Идем!

– Куда?

– К начальству. Ты что, никогда на работу не устраи… Точно, никогда. Не переживай, профессор Лукош – милейший человек. Он подпишет все, лишь бы поскорее покончить с этим делом. Речь помнишь? Если принесло профессора Дола, придется рассказать.

Перевернутые порталом внутренности вроде бы вернулись на предназначенные им места. Я рискнула подняться. Сначала на четвереньки – исключительно в целях безопасности. Конечности слушались вполне сносно, позволяя выпрямиться во весь рост.

Шаг, второй… Крепкое здоровье – моя отличительная черта. Оно никогда не подводило. Стоило ли удивляться, что кошмарное перемещение отразилось на самочувствии скорее испугом, а не реальными неприятными ощущениями?

– Вчера ты говорила, что ничего сложного не будет. Так почему этот твой профессор подпишет все без оглядки?

Пространство не ответило, Мела тоже смолчала.

Мне пришла в голову нехорошая мысль. Известно ведь, что у порталов есть начальная и конечная точки. Тогда почему мы с колдуньей «приземлились» посреди чистого… чего, кстати? Больше всего это напоминало полигон.

Сандалия зацепилась за камешек, и я едва удержалась, чтобы не зарыть носом. Ладони ударились о грунт, пыльное облако заставило расчихаться. Пальцы будто обожгло – под тонким слоем песка обнаружились прилично нагретые солнцем полоски металла.

3.3

Меня завели в прохладное помещение с унылым интерьером и зарешеченными окнами. Усадили за широкий металлический стол, выдали стопку заполненных листов. Приказали прочесть, спросить, что непонятно, и расписаться в формах ДР2, БП2, ЗН6 и МО3.

Первые два пункта я, скрепя сердце, пропустила. Не стоило обольщаться – даже после десятикратного прочитывания бюрократической писанины я не поняла бы всех деталей. Оставалось полагаться на совесть Мелы и собственную удачу.

– Стандартный контракт, – перечисляла она, подсовывая бумаги. – Страховка. График. Отказ от претензий в случае чрезвычайной ситуации. Еще одна страховка. Соглашение о неразглашении. Доверенность на имя близкого человека… Да, на мое. Вдруг понадобится? Заявление о добровольном участии…

– В чем? – Воображение предположило, что меня собираются предоставить практикантам в качестве подопытного кролика.

– В общественно полезных работах и просветительском кружке. Вернемся, получишь значок. Дает полуторапроцентную скидку на порталы Рении, между прочим.

Как будто я собиралась мотаться по свету! Нет уж, с меня хватит путешествий. Это сумбурное лето станет последним моим приключением.

Не в буквальном смысле! Я очень на это надеялась.

Наконец пытка документацией закончилась. Часы показали без пяти девять, и мы вернулись на жаркий полигон.

– Отдохни пока, Тая, – посоветовала Мела. – Я мигом.

Она направилась к будочке у дальней стены – единственному сооружению в обозримом пространстве. Залетела внутрь, уронила кроху серебряной пыли, исчезла спустя мгновение…

«В правилах безопасности сказано, что дверь надо запирать», – почему-то вспомнилось мне. Хотя колдунам закон не писан.

Меня разбирало любопытство. Интересно, с каким местом соединен тот портал? Понятно, что Мела не могла использовать громадный рисунок на полигоне – благословенного серебра он вытянул бы немало. Как отправная точка гораздо удобнее небольшие кабинки, но они накладывают ограничения и обычно привязаны к определенному маршруту. Зато магии тратится в разы меньше.

Я прошлась взад-вперед, привыкая к обуви и песку. Огляделась, размышляя, не передвинуться ли в тень, которую отбрасывал забор. Принялась отсчитывать секунды, зная: пунктуальная колдунья не задержится сверх необходимого, и если отправление назначено на девять, она появится в восемь пятьдесят девять.

– Ласка, давай перелезем ограду и сделаем вид, что прибыли через портал, – послышался неуверенный шепот за ближайшим железным листом. – Надоело быть неимущими. Снова начнут обзываться и гонять с поручениями. Оно нам надо?

Голос мужской, хрипловатый, на удивление смешливый.

– Говори за себя, Хряк. Меня никто не посмеет задеть. Поторапливайся! Опоздаем – сразу штрафные баллы начислят.

Женщина. Надменные нотки, покровительственный тон.

Попробую поверить, что мы сработаемся, хотя с такими, как она, у меня отношения обычно не ладятся. Высокомерие – отличительная черта Атайи Тавеннской. Тая из Рысей его ненавидела и успешно искоренила из своего характера.

Точнее, научилась не демонстрировать всем подряд.

Незнакомцы шуршали песком за оградой, я же повернулась ко входу на полигон и скрестила руки на груди, ожидая их прибытия.

Академия магии, практиканты, управленческая работа – сложить два и два было нетрудно. Меле всучили подопечных на целое лето – это раз. Ей на них плевать с высокой колокольни, но долг требует участия – это два. Мне она предложила недолгую подработку по доброте душевной (очень надеюсь) в качестве ответственного за быт нерадивых студентов – это три.

Да, с экономией у меня полный порядок. Каждая медька будет на счету, братию магов не разорю, воровать не стану. Наверное. Общаться с наглыми недорослями умею, перед бюрократией не спасую. И вообще, мы же подруги. Не удивлюсь, если колдунья попросту затосковала по дому. Ну и приврала, понятное дело.

Еще вчера она признала, что ста двадцати золотых мне не видать, зато двенадцать получу всенепременно. Плюс казенные расходы, командировочные, премиальные, надбавка за риск… Восемнадцать кругляшей Мела гарантировала.

Зря я не уточнила насчет риска… Но когда заоблачная сумма потеряла нолик, разочарование затмило все рассуждения.

Подобным жалованьем в Рене никого не удивишь. Тайна, выманившая меня из Подлесья, оказалась банальным разводом. Мела захотела подсобить моему пустому кошельку и воспользовалась служебным положением. Намудрила с посланием, чтобы сестра не узнала, что она вновь связалась с Академией, и добилась своего. Иного объяснения ее поступкам в настоящее время не находилось.

Проклятье, я попросту отказывалась искать другие варианты! Меня устраивали недомолвки и уклончивые взгляды. Мне было лень разбираться в происходящем.

О, Создатель, во что я ввязалась?

Неважно. Буду верить, что лето пройдет скучно и бессмысленно. Ничего, выдержу. В кои-то веки выпал шанс улучшить благосостояние законным способом. Восемнадцати монет хватит до конца жизни – при условии, что жить я буду в городишке вроде Барсуков.

Глава 4.1. Черный или красный?

«Этим летом вы не убьете ни одного человека», – повторила про себя я.

И все стало на свои места.

Вернее, почти все.

Речь шла о магии, Академии, гильдиях и оценивании.

Мела редко говорила о своем прошлом, но кое-что из ее скупых рассказов я усвоила. Насколько бы талантливым ни был студент из простолюдинов, максимум, на что он мог рассчитывать, – серебряная пластина с именем. Насколько бы бездарным ни был знатный ученик, его минимумом являлось то самое серебро.

Несправедливо? Как посмотреть. В прошлом веке даже профессорские должности передавались по наследству, поэтому нынешнее положение вещей считалось чуть ли не прогрессорством.

Не буду привирать – от подобного разграничения собирались отказаться. Но пока что оно существовало, и являлось одной из причин того, почему колдунья избегала гильдейских порядков.

Ее серебряную пластину мага окаймляло золото. Уникальный случай! Сам Треннан некогда распорядился создать этот знак отличия и самолично оплатил стоимость обучения, что позволило Меле сразу же после выпуска убраться в Барсуки к больной сестре, не отрабатывая положенные годы в качестве государственного мага.

Теперь Ив прекрасно себя чувствовала и, казалось бы, ничто не мешало колдунье если не вступить в гильдию, то хотя бы вернуться в Академию. Она и вернулась… Но почему?! Я не понимала этого! Тамошние порядки вызывали у нее приступы бешенства. Особенно последний экзамен. Ужаснейшая пытка, через которую предстояло пройти каждому выпускнику.

Им требовалось продемонстрировать навыки в так называемых «полевых» условиях. Проще говоря, показать, чему они научились, используя в качестве подсобного материала живых людей.

Осужденные на смерть преступники, безнадежные больные, неимущие – нехватка подопытных магам не грозила.

Связь же между золотой каемкой на пластине колдуньи, экзаменами и восхищением короля заключалась в том, что за все годы существования Академии Меле единственной удалось добиться стопроцентной выживаемости.

Она набрала сто баллов из ста. Сохранила жизнь сотне людей – каждому из тех, на ком ей довелось практиковаться. Стала легендой.

Ее прозвали «соткой».

Приглашали в качестве преподавателя, советовали выдвинуть свою кандидатуру в Драконий комитет, поздравляли с немыслимым успехом.

Ну а колдунья возненавидела магию и правила. Людей вроде бы тоже, но к тому времени, как я с ней познакомилась, она настолько хорошо спряталась за маской безразличия, что судить об этом наверняка было сложно.

Единственное, что я знала точно: Мела просто так не свяжется с Академией. Однако меня это не касалось. К моей работе ее проблемы не имели отношения.

Я убеждала себя, что не имели.

Колдунья приблизилась к невозможному, и ее нарекли «соткой». Тех же уникумов, кто недотягивал до семидесятипроцентной выживаемости, звали «убийцами». Конечно, большая часть их провалов была так называемыми «условными смертями», и преподаватели успевали предотвратить трагедию, но «большая часть» – далеко не все подопытные.

«Убийцы» получали знак мага – учеба вытаскивала из казны столько средств, что признавать их несостоятельность было бы нерационально. Говорят, из этих людей получались неплохие подручные.

Увы, правила Академии требовали, чтобы «убийцы» год за годом пробовали пересдать экзамен. Многим это удавалось. Некоторые сходили с ума. Другие теряли человечность.

Но профессора не отчаивались. Неудачников гоняли на курсы повышения квалификации, устраивали практические занятия, читали дополнительные лекции…

Думаю, кому-то это помогло вырваться из бесконечного кошмара.

А кто-то привык убивать.

Подозреваю, для большинства людей, стоявших на полигоне рядом со мной, верным было второе предположение.

***

Мы снова расписались в каких-то ведомостях. Я не присматривалась к крохотным буковкам – мои мысли занимало предстоящее дело. Работа внезапно показалась не столь привлекательной и легкой, как выглядела вначале.

Подумать только, на счету подопечных немало смертей… Не спорю, никто не застрахован от ошибки, и даже лекарей порой называют коновалами, а уж о служителях правопорядка или солдатах регулярной армии и говорить нечего, однако у меня мороз шел по коже от одного лишь присутствия «убийц». Неудивительно, что колдунья вообще избегала на них смотреть.

– Все сдали вещи в багажный отдел? – осведомилась Мела после завершения бумажной волокиты.

Практиканты вразнобой закивали. У меня же появился неотложный вопрос, сформулировать который я пока не могла.

– Э-э-э…

– Тая, ты купишь все на месте, – колдунья верно истолковала мое мычание. – Журналы учета, планы и денежные средства получишь по прибытии. Если больше замечаний нет…