— Любимая, — этот чарующий шепот и лёгкое дыхание, коснувшееся мочки уха, и эти нежные руки на моей спине.
Все это было поводом не желать открывать глаза, но пришлось. Я, развернувшись в этом заботливом кольце рук, и раскрыв глаза, увидела перед собой бездонные зелёные глаза Элверда — в них плескалась такая любовь, что у меня защемило сердце.
— Сегодня состоится наша свадьба, и я смогу наконец-то назвать тебя своей, — мужчина, что держал меня в своих объятиях страстно поцеловал меня в шею, а я тихо рассмеялась, уткнувшись носом в его плечо.
Да, сегодня наконец-то произойдет то, чего я так долго ждала.
Наконец настал день, когда Элверд сможет назвать меня своей женой и одеть на мое запястье плетеный браслет.
— Знаешь, — я нежно провела ладонью по его волнистым волосам, заворожённо глядя в глаза. — Бабка говорит, что мы с тобой бесстрашные дураки. Но ничего поделать уже не может.
— Отчего же? — удивленно приподняв бровь Элверд, мой будущий муж, подхватил меня на руки и сел вместе со мной на большую охапку сена. Аромат сухого сена и едва уловимый запах дыма, доносившийся с улицы, окутал нас, словно защитный кокон в этот холод.
Да, пока наши чувства нельзя было раскрывать, мы с ним прятались на сеновалах наших с ним семей.
У моего жениха из родни в живых был лишь покалеченный отец, которому уже не интересен был сын и то, чем он занимался. От того и Элверд ничего не боялся. Да и я не боялась быть поймана своей семьей.
С самого раннего детства я воспитывалась женщиной-знахаркой, которая меня нашла плачущей в лесу еще младенцем. Ее ворчаний я не боялась.
И сейчас, лежа на его груди и смотря перед собой, я все же решила прояснить обеспокоенность своей бабки.
— По ее словам, мы с тобой опрометчиво решили в один из самых лютых дней зимы заключить брак. А они…
— Эти три дня считаются самыми проклятыми и приносящими собой лишь горе, — закатив глаза продолжил за меня Элверд, при этом нежно перебирая пряди моих волос. — Любимая, все это дурость. Фэйри и все, что связанно с ними…
— Не стоит такое в слух произносить, Элверд, — я чуть повернула голову и прикрыла его губы ладонью, ощущая под пальцами лёгкую щетину. — Я же сирота. А кого у нас уже шесть лет подряд приносят в жертву фэйри? Правильно, сирот. Бабка всегда зло говорит, что король фэйри ищет в эти дни определенную душу. Вот и предлагают ему нас — сирот.
Снова со вздохом положила обратно голову на его крепкую грудь.
— Ты — моя почти жена, — жарко выдохнул он мне прямо в макушку, и по спине пробежала стайка мурашек. — И я никому тебя не отдам.
Как же я была счастлива такому его ответу. От переполнявших чувств я не могла больше смотреть на него — и перевела взгляд на небольшое, расположенное под крышей заиндевелое окно, за которым начиналась вьюга.
— Правда? — я повернулась к нему лицом, вглядываясь в черты, которые знала наизусть и продолжила, словно испытывая его. — А если меня сегодня схватят и силой заставят уйти в лес?
— Даже так, — страстно прошептал Элверд, прижимая меня к себе так крепко, что стало трудно дышать — но я не возражала. — Я отобью тебя у односельчан, а если будет нужно, то и у фэйри. И вообще, откуда такие мысли?
— Не знаю, — честно призналась я. — Просто не могу я поверить, что все так хорошо складывается.
— Эй! — Элверд, дёрнув меня за рукав тулупа, обхватил подбородок и притянул моё лицо к своему — так близко, что наши носы соприкоснулись.
Нежно поглаживая скулу большим пальцем, он прошептал мне в губы:
— Даже не думай про всякое! Я же договорился со странствующим жрецом, и он скрепит наши клятвы своим благословением. Что же касается фэйри…возможно, все это выдумки и такие холодные зимы в течение этого времени просто совпадение? Просто, если вспомнить, то у нас раньше всегда были отличные урожаи…
— Но не эти восемнадцать лет, Элверд … — заупрямилась я.
— Тише, — накрыв мои губы поцелуем, мой мужчина не дал мне более и слова произнести, отвлекая своими ласками.
Но стоило его руке проникнув через тулуп к коже слегка подняться по бедру, как я резко встрепенулась. Слегка отстранившись, я с упреком выдохнула:
— Только когда будет на моей руке браслет, Элверд. Только тогда…
— Невозможная женщина, — простонал он, опустив голову на моё плечо. — Но и за это я тоже люблю тебя.
Но долго так сидеть у нас не получилось. Нужно было возвращаться по своим домам и готовиться…к свадьбе!
Хотя, Элверд не торопился меня отпускать от себя. Он постоянно возвращался к моим губам и целовал: то жарко, то нежно. Отчего я просто парила в облаках.
— Пора, Элверд, — в очередной раз сказала я ему.
И в очередной раз хмыкнул, ослабив объятия, как уже через минуту снова целовал мое лицо, волосы, шею.
Я со смехом увернулась от его очередных объятий, игриво погрозив ему пальцем, и, наконец, выскользнула за дверь.
Меня встретил обжигающий холод, от которого я вздрогнула, и укутавшись потеплей в тулуп побежала в свой дом.
Распахнув дверь, я вместе с собой впустила в это небольшое помещение холодный порыв ветра, и лежащая на кровати старая знахарка закашлялась.
— Прости, — быстро произнесла я, прикрывая за собой плотнее дверь.
— Ты снова ходила к нему? — прозвучал скрипучий старческий голос.
— Верно, — кивнув ей, я, поспешно сняв теплый платок и тулуп, посмотрела на знахарку. — Сегодня все решено — я выйду за него замуж, Грейла.
— Еще не вечер, а лишь утро, — последовал ответ.
На что я лишь плечами пожала и подойдя к стоящему возле стены небольшому сундуку, откинула крышку.
— Вместо того, чтобы ворчать порадовалась бы за меня, — прошептала я.
И словно услышала в ответ едва уловимое: «Не могу».
Вынув приготовленное нарядное платье: длинною в пол, нежно-голубого цвета и вышитое по подолу и рукавам охранной вышивкой от духов. Я с улыбкой приложила его к себе и покрутилась на месте, чувствуя на спине тяжелый, неотрывный взгляд Грейлы.
Старый мужчина с посохом и за ним стояли еще двое мужчин, физически сильные. Все они были жителями нашего селения — друид и его сподручные!
— Я погляжу, нам и не придется тебя к обряду готовить, сама уже нарядилась. Умная девочка, — произнес мне друид с отвратительной улыбкой на лице.
— Нет… — прошептала я, отступая от них вглубь дома. — Нет! Я не должна была быть отдана фэйри! Я замуж выхожу! Нет!
— Да какое это «замуж», — ухмыляясь ответил мне друид. — Ты выбрана нами для обряда. Схватить!
Резкая команда, после которой эти двое его сподручные скрутили меня так, что я и шевельнуться не смогла.
Грейла зашевелившись на своей кровати проговорила, зло смотря на друида:
— Ты мне обещал старик, что не тронешь девочку, пока я жива!
— Да посмотри на себя, Грейла! — бросил он ей через плечо, уже выходя из дома. — Ты едва дышишь, и тебе явно нашептали духи, что я приду. Так что, — в этот момент он повернулся к ней и зло прошипел: — Не серчай, сестра. Я просто забираю то, что ты смогла найти.
— Лэйван! — крик знахарки потонул в начинающейся вьюге.
А меня уже тащили к лесу, и с каждой секундой снег вокруг кружился всё злее, словно сама природа была рада моей жертве.
— Эта Грейла, — ворчал друид, пробираясь к месту принесения жертвы фэйри — опушке леса, на которой стоял белый камень. — Обещал я ей. Ха! Я уже который год приношу в жертву вас — сирот!
При этих словах он зло посмотрел на меня, все еще сопротивляющуюся, но безрезультатно. В моей душе все еще горела ярким пламенем надежда, что вот сейчас за тем поворотом появится Элверд и отобьет меня у друида.
Я постоянно вертела головой, стараясь высмотреть своего спасителя, но нет, мы шли и никого не было.
— Не стоит, не придет он, — произнес ведущий меня один из сподручных друида. — Мы его надежно вырубили и теперь твой Элверд видит счастливые сны с твоим участием у себя в доме.
Внутри меня что-то оборвалось. Холод стал не снаружи — он поселился в груди, тяжелый и липкий.
В голове стучала лишь одна мысль: «Нет! Это не со мной! Я невеста, а не жертва для фэйри!»
Не выдержав напряжения, я потеряла сознание…
Резкий звук будильника ворвался в мое сознание.
Распахнув глаза, я хватала ртом воздух, и несколько секунд просто хлопая ресницами, не понимая, где я. Сердце все еще колотилось где-то в горле. Наконец, я сообразила, что нахожусь не в том злом и холодном месте. Где меня желали принести в жертву, а в теплой кровати гостиничного номера.
— Господи, — прикрыв глаза ладонью, я прошептала. — Вот стоило мне отправиться наконец в путешествие по этой стране, как всякие ужасы сниться стали. Надо же, жертва фэйри. И придумает же мой мозг. Хотя, тебе София меньше всяких легенд стоит слушать от гида.
Произнесла я, натянув до подбородка одеяло. Но что странно, это ощущения покалывания в подушечках пальцев оно не ушло. Я его и сейчас чувствовала.
— Плохо, — проворчала я, смотря на свои руки. — Я еще и умудрилась отлежать их, и во сне свои физические ощущения я, получается тоже почувствовала?..
Стук в дверь заставил меня слегка вздрогнуть и замереть. Но уже после повторного стука я резко откинула от себя одеяло. За дверью стояла моя подруга.
В одной сорочке я пробежала босыми ступнями по холодному деревянному полу и быстро распахнула дверь.
— Давай, — произнесла ярко разодетая Зоя, отодвигая меня в сторону и проходя в номер. — Не стоит дрыхнуть. Нам скоро выезжать.
С размаху сев в стоящее возле окна кресло она посмотрела на меня выжидательно.
— Софа? Я тебе говорю — собирайся! Конечно, — тяжело вздохнула она. — Может и не стоило нам вписывать себя в этот автобусный тур до Стоунхенджа, но раз мы наконец выбрались в Британию, отчего не посмотреть на камни?
— Зоя, — улыбнувшись произнесла я, понимая наконец, что увиденное мной и вправду было только сном. — Прости, что заставляю тебя таскаться с собой по всяким историческим местам.
— Оставь, — благосклонно махнув мне рукой, Зоя, почесывая ногу проворчала. — Я что, зря разве готовилась к встрече с истинным англичанином? Нет! Поэтому и таскаюсь с тобой по экскурсиям. Может, познакомлюсь с кем...