Шёлковый плен

Пролог

— Раздевайся.

Взгляд голубых глаз инеем сверкнул из угла спальни. Эрина сжала в пальцах подол простенького платья и опустила голову. Всю жизнь она слышала лишь одни приказы, и как только крохотная надежда на свободу осветила её постылое существование, этот заклинатель теней уничтожил её.

— Ждёшь, чтобы я сам сорвал с тебя платье?

Ледяному тону мужчины вторили тонкие полоски тени. Они отделились от мрака комнаты и потянулись к девушке. Эрина ощутила прохладные касания на своей коже.

Вздрогнув от страха перед тёмной магией, девушка торопливо замахала головой и онемевшими пальцами потянулась к пуговицам. Заклинатель следил за ней из глубокого кресла с пугающей невозмутимостью.

Как только платье с тихим шорохом упало на пол, Эрина попыталась прикрыть обнаженную грудь, но тени крепко схватили её за запястья, не давая пошевелиться.

Оценивающий взгляд мужчины пробежался по телу девушки. Невыносимо медленно, беспристрастно. Словно она была никчемной вещью.

— Подойди ближе.

Он мог бы и не отдавать приказа. Тень подтолкнула Эрину в спину, и она упала на колени перед заклинателем. Мужчина наклонился, небрежно схватил девушку за подбородок и грубо приподнял её голову.

— Покажи мне, чему тебя научили, рабыня.

Эрина безмолвно смотрела в пол, сдерживая ужас и ярость. Ведь если она проявит чувство, если покажет ему свою силу, то проиграет. И тогда эти пустые глаза её хозяина станут последним, что она увидит перед тем, как он украдёт её сердце.

***

Книга участвует в литмобе "Шелка и цепи": https://litnet.com/shrt/iQuc

Глава 1. Надежда и отчаяние

Неделей ранее

Королевство Илдор. Город Лиррос

Хриплый петух пропел утреннюю песнь в третий раз, когда двери хлева со скрипом отворились. Тонкая полоска солнечного света упала на бледное девичье лицо. Морозные клубы со свистом взметнули с пола пожухлую солому.

Каждый тяжёлый шаг отца отзывался в теле девушки громовым набатом. Она зажмурилась и замерла в предчувствии привычной боли.

— Не стану я тебя колотить сегодня. — Мужчина в изысканном камзоле из рубиновой парчи с меховой оторочкой потрепал дочь по щеке. — Завтра важный день, личико твоё поберечь надо.

Девушка съежилась, грубая ткань платья больно впивалась в отголоски былых наказаний, оставивших лиловые следы на её коже.

— Но и кормить тебя до завтра не намерен, Эрина. Останешься здесь ещё на ночь. Утром тебя приведут в порядок, чтобы заблистала перед лордом Арвидом. И только попробуй сплоховать, живьём сгною, девка! — Мужчина замахнулся для пощёчины, но тут же одёрнул руку. — А чтоб не подумала учудить чего на смотринах, напомню-ка я, что будет ждать тебя дома, если ослушаешься.

С силой дернув девушку за золотистую косу, он протащил её по полу к свиному корыту. Едва голова Эрины оказалась над ним, мужчина вылил на неё кувшин колодезной воды. Девушка безмолвно задрожала, прикусив нижнюю губу. Один лишний звук, и просто так отец её не отпустит.

— То-то же! — Он оттолкнул её в стог сена, и Эрина застыла, не смея пошевелиться. — И не вздумай опозорить нас перед лордом, иначе кости твои на перекрестке закопаю.

Дверь хлева скрипнула, забрав за собой боль и мучения. Девушка зарылась в колкие сухие травинки, по щекам её стекали студёные капли. Мысли о побеге согревали её, притупляли страдания.

«Ещё немного, — она глухо всхлипнула и натянула подол платья на острые коленки. — Осталось потерпеть совсем чуть-чуть».

***

Лорд Норз Олсон нервно постукивал носком сапога и поглядывал на багровый полукруг солнца, медленно выползающего над горизонтом. Его нежданный посетитель предпочёл гостевому креслу невысокий диван у окна. Широко расставив мускулистые ноги, черноволосый мужчина проследил за взглядом лорда и хищно ухмыльнулся.

— Торопитесь?

— Что? — лорд Олсон часто заморгал и добродушно улыбнулся. — А, н-нет, что вы, залюбовался восходом. Так о чём вы хотели поговорить, генерал Кайлас?

Генерал оперся локтями о колени и сложил мозолистые пальцы в замок. Его широкие плечи туго обтянула темно-синяя ткань потрепанного мундира.

— Я объездил десятки домов лордов по всей Северной провинции с одной единственной просьбой — продовольствие. Морозы крепчают, моему войску требуется пища и теплая одежда. Кому как не вам знать, насколько напряженная обстановка на границе с Эндосом.

Лорд Олсон искоса поглядел на стопку бумаг на своём столе — всё это прошения о помощи от пострадавших в многолетней войне их королевства, Илдора, с соседним Эндосом.

— Да-да, я понимаю. А что же король Матиас?

Кайлас осклабился. Шрам, прочерчивающий тонкой линией его левый глаз сморщился.

— К сожалению, мои прошения остаются без ответа. Его Величество считает, что заклинатели теней не нуждаются в пропитании. Нас, по слухам, питает ночной мрак и кровь врага, как бастардов Тёмной Матери.

Каждое слово генерала сочилось ледяной яростью. Заклинателей теней по всему континенту считали отбросами, проклятыми богиней. Однако в минуты опасности короли часто прибегали к их помощи, ведь не найти во всём мире людей свирепее и кровожаднее, чем отвергнутые обществом заклинатели. А генерал Кайлас среди них считался самым искусным и жестоким, недаром в нём текла королевская кровь, пусть и подпорченная родством с рабыней.

— Ах, это ужасно! — воскликнул лорд Олсон с искреннем сочувствием. Его волнистые каштановые волосы прикрыли помрачневший взгляд, когда он опустил голову. — Но, к сожалению, у меня сейчас туго с деньгами. Могу позаботиться о теплых одеялах и одежде, но вот пища… У меня не так много рабов в услужении, а поля мои дают скудный урожай. Понимаю ваши трудности…

— Трудности? — Тени в углах скромно обставленного кабинета дрогнули и потянулись к Кайласу. — Вы называете трудностью то, что мои люди гибнут от мороза и голода прямо на моих глазах, пока лорды набивают свои животы и греют зады в теплых стенах поместий? Как вы запоёте, лорд Олсон, если мои заклинатели откажутся вас защищать, а воины Эндоса окажутся на вашем пороге?

Лорд шумно сглотнул. Голос его дрогнул, когда он тихо проговорил:

— Я дам вам всё, что смогу. А за других лордов говорить не смею, мне не дано понять их слепоты и самонадеянности, — Норз Олсон взял чистый лист, быстро написал что-то стройными буквами и отдал послание генералу. — Вот, передайте это моему помощнику.

Тени вернулись на свои места, когда Кайлас поднялся с дивана. Его грозная фигура приблизилась к столу и нависла над лордом. Воздух в кабинете трещал от морозного напряжения и тёмной магии, однако Норз встретил суровый взор грозовых глаз генерала с почти невозмутимой стойкостью.

Глава 2. Ледяной генерал

Рассветные лучи рассеивались в колком тумане. Снежный буран, что прошёл накануне ночью, стих, но дороги покрылись толстым слоем снега, и повозка Йорса, груженная крупой и сырными головами, с трудом пробиралась через заносы. Мохнатая лошадь всё время артачилась и норовила повернуть обратно к городу, так что путь затянулся.

Эрина куталась в меховую накидку, которую дал ей из жалости Йорс, и вглядывалась в туман. Белоснежное марево вокруг успокаивало девушку, стирало границы сурового мира, где ей не посчастливилось родиться. Издалека слышался гул непрекращающихся сражений на границе, но он не мешал Эрине наслаждаться свободой.

После встречи с Норзом, она тайком вернулась в хлев, где её запер отец. Он делал это так часто, что Эрине удалось, часами напролет выцарапывая ржавые гвозди из досок, создать себе лазейку для побега. Пользовалась она ею нечасто, чтобы не попасться на глаза покорным отцу рабам и не лишиться единственной надежды на спасение.

Девушка вдохнула морозный воздух и несмело улыбнулась, проверив не торчат ли волосы из-под шерстяной косынки. С самого рождения она терпела унижения от отца и старших братьев ради этого момента. Так что, когда Йорс подобрал её у дерева Висельников в полночь, Эрина впервые за долгие годы вздохнула с облегчением.

Торговец же радости попутчицы не разделял. Он напряженно поторапливал лошадь и беспрестанно оглядывался, отпуская нервные шуточки.

— Да благословит нас Тёмная Матерь, если к закату не доберёмся до Трольха. Волки нынче голодные, а мы им на один зубок, — Йорс коротко хохотнул и умолк, не дождавшись от Эрины ни словечка.

Он по натуре был человек нелюбопытный, в дела лордов не лез, но истощенная девушка на козлах рядом с ним занимала всё его внимание. Светлые глаза, бледная, будто фарфоровая, кожа — выдавали в ней девицу знатного происхождения. Однако Йорса смущали её коротко обрезанные ресницы и измазанные толстым слоем коричневой грязи брови.

«Чудна́я она, — торговец хлестнул притормозившую лошадь по крупу. — Лорд Олсон мог себе любовницу и покрасивее найти».

— Там, впереди, — Эрина пальцем указала на густые чёрные пятна в тумане. — Не деревня ли?

Йорс прищурился. По его расчетам, до Трольха им ещё добрых четыре часа трястись в обход границы, и ничего кроме густого хвойного леса в округе не значилось.

— Деревья, наверное, ветром повалило или…. — лицо торговца покрылось неровными белыми пятнами. — Лагерь…

Эрина нахмурилась.

— Лагерь? Беженцы?

Йорс потянул поводья на себя в попытках развернуть лошадь, но колёса увязли в мокром снегу и намертво застыли. Торговец грязно выругался и спрыгнул с козел.

— Если бы, заклинатели, — он голыми руками откапывал колесо, поглядывая на сокрытые туманом палатки. — Вон, видишь, черные флаги развеваются, а на них… Увядшая роза! Это же войско генерала Кайласа!

Дёрнув колесо, Йорс убедился, что оно свободно, и запрыгнул на своё место.

— Давай, глупая ты кобыла, поворачиваем, — он дернул поводья и больно хлестнул лошадь. — Придётся в обход ехать. Я с лорда Олсона прибавку возьму, помяни моё слово!

Лошадь заупрямилась и громко заржала, встав на дыбы. Эрина от испуга зажмурилась, а когда открыла глаза, заметила, что тени впереди пришли в движение. Послышался топот десятка копыт — к ним приближалось несколько всадников. Все в черных кожаных доспехах с металлическими вставками на плечах и локтях. Плотные капюшоны плащей и маски скрывали их лица, оставляя взору лишь жестокие глаза.

— Молчи, слышишь? Ни слова им не говори, голову опусти и притворись хворой, — шепнул Эрине Йорс и натянул ей до носа капюшон. — Чего они так близко подобрались? Граница в десятке километров отсюда. Тихо сиди!

Но Эрина и не думала подавать голос. Она покорно съежилась и задрожала, благо промозглый ветер помог девушке в её притворстве. Страха она не испытывала. Кто бы ни попался ей на пути, вряд ли он совершит с ней что-то хуже, чем она пережила в родительском доме.

«Смерть, так смерть, — выдохнула Эрина, когда лошади заклинателей заржали и окружили их повозку. — Главное, чтобы домой не вернули. Там мне точно покоя не найти».

Трое всадников спешились, двое подошли к повозке сзади, а один, тот, что покрупнее, взял лошадь Йорса под уздцы и прикрикнул:

— Здрав будь, папаша! Чего везёшь? Куда путь держишь?

Эрина почти согнулась пополам и прижалась боком к торговцу, хрипло дыша и подрагивая всем телом. Йорс приобнял девушку и с едва заметной паникой в голосе ответил:

— Да знамо что везу, торговец я, в Трольх путь держим.

— Торго-овец, — протянул заклинатель и свистнул товарищам: — Повезло нам, парни. Поглядите-ка, что там у него.

Двое всадников откинули полог повозки, один из них забрался внутрь, вынул из-за пояса кинжал и принялся безжалостно вскрывать деревянные ящики.

— Эй, постойте! — Йорс развернулся на козлах, взгляд его в растерянности заметался от одного заклинателя к другому. — Да разве так делается? Вы что же, разбойники какие? Свои же!

— Свои не свои, а кушать хочется, — буркнул за его спиной воин, что возился в товарах. — Тут крупа, сыр, а это что? — он вынул из одного из ящиков небольшой бочонок, отпер пробку и принюхался. — Вино! Дар Тёмной Матери, не иначе.

Глава 3. Склизкий рынок

Вопреки опасениям Эрины, генерал Кайлас не стал въезжать в Лиррос по главной дороге, а повёз их окольным путём. Девушка из-под капюшона осматривала неведомый ей сумеречный город, в котором она прожила двадцать три года, так толком и не узнав о нём ничего. И всё же Эрина неуверенно предположила, куда её вёз «спаситель».

Ей доводилось слышать из разговоров братьев о Склизком рынке, где торговали контрабандой из Эндоса и людьми. Королевский двор Эндоса боролся с рабством и давно сделал всех людей в своей стране свободными, тогда как Илдор держался на рабском труде столетиями и не собирался лишаться бесплатных работников, чтобы примириться с соседом. Особенно, когда война предоставляла им возможность беспрепятственно красть людей Эндоса и лишать их всех прав.

Бедняцкая окраина Лирроса встретила путников зловонием. По пропитанным сыростью проулкам сновали лысые мужчины с чёрными бездонными глазами — воины Эндоса, лишенные языка и достоинства. Они прислуживали любому, кто мог выложить за них десяток монет. А вот женщины вражеского королевства ценились гораздо выше: красть их труднее, а желающих приобрести светловолосых красавец ради плотских утех — не счесть.

Одноэтажные покосившиеся от старости и бедности владельцев домики вскоре сменились двухэтажными каменными домами со следами плесени и промерзшей влагой на темных стенах и черепичных крышах. Почти все окна были плотно закрыты ставнями, из труб в пасмурное небо поднимались столбы серого дыма. Северные земли Илдора не отличались яркостью красок и чистотой улиц, ведь испокон веков сюда ссылали неугодных короне, преступников и тех, кто не смог найти себе место в городах побогаче.

«Его ведь тоже изгнали, — Эрина прислушивалась к ровному дыханию Кайласа, греясь в тепле его вынужденных объятий. — Бастард умершего короля, брат нынешнего. Проклятый принц, убивший собственную мать своим рождением. Смерть преследовала его с первого крика, и он сеет её, убивая во благо короны».

Однако Эрина не испытывала страха рядом с этим мужчиной вопреки здравому рассудку.

«Как же привычна мне стала жестокость, — мрачно хмыкнула она, глядя на кучку обездоленных беженцев с границы, что сидели с протянутой рукой на ступеньках небольшого храма Тёмной Матери. — Теперь и убийца кажется мне добрее собственного отца».

У одного из домов на площади Склизкого рынка Кайлас остановил коня. Здание заметно отличалось от остальных светлой кладкой стен и окнами с витражами. Эрина прищурилась и ей показалось, что в узоре мозаики виднелись обнаженные девушки. Надпись на резной вывеске, подкрашенной позолотой, гласила: «Яблоневый сад Магнуса».

«Публичный дом?» — сердце Эрины пропустило удар. Её братья частенько посещали подобные заведения, а потом хвалились друг другу, сколько девушек успели обойти и сколько золота оставить в карманах хлебосольных хозяев.

— Слезай, прибыли, — раздался выкрик Кайласа над её ухом. Он спрыгнул на промерзшую землю и хмуро поглядел на девушку, когда она не сдвинулась с места.

Эрина в панике осматривалась, будто только сейчас осознала своё незавидное положение. Толпа в полумраке кружилась по мощенной площади возле лотков с запрещенными в Илдоре товарами из Эндоса и Диких земель. Склизкий рынок просыпался в потёмках, и до самого утра здесь было не протолкнуться.

«Смогу ли затеряться среди людей? — лихорадочно думала девушка, медленно вылезая из седла с противоположной стороны от той, где её ждал Кайлас. — Не станет же он бежать за мной через всю площадь у всех на виду. Смогу ли я….»

— Глухой прикидываешься? — прикрикнул он и уже двинулся за ней в обход, как Эрина резко сорвалась с места и побежала. Побег её продлился недолго. Что-то схватило её за щиколотку и потянуло назад. Девушка упала и больно ударилась локтями о брусчатку.

— Любишь поиграть? — генерал навис над ней и дернул за шиворот, а затем без усилий закинул Эрину себе на плечи, как мешок с картошкой.

— Не со мной, дорогуша, — он похлопал её по бедру и понёс в «Яблоневый сад Магнуса». Девушка не сопротивлялась. Уж слишком хорошо понимала безнадежность её попыток убежать от того, кто держал в страхе два королевства.

«Хотя бы попыталась...» — тоскливо подумала она.

В широком холле их встретил улыбчивый старичок в очках в золоченной оправе.

— Генерал Кайлас! — он всплеснул руками, когда мужчина внёс Эрину внутрь вместе с вихрем снежных крошек. — Вы к нам зачастили. Сегодня как продавец, как я погляжу? Или на ночь всё же останетесь? Всегда к вашим услугам.

— Не лебези, Магнус, — Кайлас поставил Эрину на ноги и стянул с неё плащ, явив взору владельца публичного дома золотые спутанные волосы девушки. — Сколько?

Магнус плотоядно улыбнулся, его крохотные светло-серые глазки сверкнули из-под кустистых бровей, когда он потянулся к Эрине. Девушка отступила на шаг и врезалась спиной в крепкую грудь Кайласа.

— Тут надо посмотреть, что там у неё под платьем, — хихикнул Магнус. — Так сразу и не скажешь.

Генерал оттолкнул от себя Эрину, и та почти упала в скользкие ладошки старика.

— Потом поглядишь, сколько я спрашиваю?

Магнус взял девушку за щеки, пристально осмотрел лицо, затем раскрыл пальцами губы и проверил зубы.

— Из Эндоса? — уточнил он, прищурившись.

Глава 4. Следы прошлого

— Тёмная Матерь, кто ж тебя так?

Лекарь Ярлок бережно ощупал бедра Эрины, покрытые лилово-желтыми отметинами. Старые синяки накладывались на свежие.

«Тот, кто породил меня на этот свет», — девушка морщилась, когда теплые пальцы лекаря проводили по недавним ушибам. Отец и братья никогда не трогали её лицо, а вот тело, скрытое под платьями с высоким горлом, неоднократно страдало от их дурного настроения.

Когда Лисса вернулась и увидела обнаженную Эрину, она не стала ни о чём спрашивать. Рабыня молча выполнила свою работу, едва касаясь кожи девушки, а затем наказала ждать прихода лекаря. Выходя из комнаты, она бросила на Эрину нечитаемый взгляд и поджала губы. Так на девушку смотрели немые служанки из отцовского поместья, которым приходилось залечивать её раны, что никогда не успевали затянуться.

— Шрамы есть? — бурчание Магнуса вывело Эрину из воспоминаний. Хозяин публичного дома сальным взором блуждал по тощему телу девушки, лежащей на диване.

— Нет, кожа чистая. Но… — лекарь, худой темноволосый мужчина с сеткой морщин вокруг светлых глаз, развел руками. — Немыслимо.

Эрина отвернулась к спинке дивана. Её тошнило от мерзости, от того, как её осматривают, будто кусок мяса. Годы издевательств сделали девушку немой, когда в её границы вторгались без разрешения, но всё внутри неё кричало от ярости.

— Девственность проверь, — Магнус сел на диван напротив и закинул ногу на ногу. — Раз её так колотили, то и пользовались наверняка.

Лекарь Ярлок сочувственно вздохнул и мягко обратился к Эрине, погладив её по колену.

— Будет неприятно, но постарайся расслабиться.

Девушка кивнула. Несколько минут унизительных касаний мужчины показались ей вечностью. Она с силой зажмурилась, представив глумливую улыбку генера, что обрёк её на эти мучения.

«Не будь он уже проклят Тёмной Матерью, — с горечью думала Эрина, — я бы пожелала ему подавиться тем золотом, что он выручил за меня».

— С её невинностью всё в порядке, господин Магнус, — наконец заключил Ярлок и тут же накинул на девушку платье, подготовленное Лиссой. — Можешь одеваться.

— Фух, не соврал, значит, — расплылся в улыбке Магнус, неотрывно смотря на то, как Эрина натягивает открытое платье, не скрывавшее её ссадин. — И долго всё это добро сходить будет?

Ярлок поднялся, хрустнув коленями.

— Думаю, не меньше недели.

— Тьфу ты, — скривился Магнус и хлопнул себя по бедру. — Надо было сразу же её раздеть. Этот Кайлас… А ресницы что?

Эрина изогнула брови, удивляясь переменам характера Магнуса. При генерале он ужом вертелся, а с лекарем говорит жёстко и отрывисто.

— Уйдёт несколько недель, пока они снова отрастут, — Ярлок втянул голову в плечи, словно боялся удара.

Магнус причмокнул губами и слащаво протянул:

— Ничего, её и так купят на будущем аукционе, уверен. Мужчины Илдора любят таких кротких девиц. Ступай, — с суровой миной он повернулся к Эрине. — Ешь вдоволь, а то смотреть страшно на эти кости. И учись хорошенько, только попробуй меня опозорить на аукционе, оставлю в «Саду» и буду подкладывать тебя под самых мерзких клиентов, поняла меня?

Девушка снова кивнула. Босыми ногами она встала на теплый деревянный пол и оправила подол платья, скрючив лицо от неприятных ощущений после осмотра.

— Ах да, — щелкнул пальцами Магнус и дёрнулся к карману жилетки, — пойди сюда. На колени встань.

Эрина послушно опустилась на ноющие коленки. Хозяин обвил чёрный ремень с лиловым камнем, как у Лиссы, вокруг её шеи. Он как влитой прилип к распаренной от омовений коже.

— Если попытаешься дёру дать, этот амулет тебя обездвижит, — Магнус махнул ладонью, приказывая девушке встать, и та подчинилась. — Так что не советую помышлять о свободе.

«Да мне и так это уже ясно, — Эрина склонила голову и направилась к двери. — Пять дней ещё точно проживу, а там видно будет».

Она коснулась ручки, надавила и открыла дверь в свою новую безвольную жизнь, которая мало чем отличалась от её прошлого постылого существования.

***

Лисса ждала Эрину у порога, чтобы отвести к остальным рабыням, что ютились в общей комнате до исхода аукциона. После их либо отправят к новым владельцам, либо выделят отдельную комнату в «Яблоневом саду», где они смогут приступить к своим обязанностям.

В светлой комнате у стены стояли в ряд десять узких кроватей с одинаковыми белыми простынями. Рабыни сидели на полу у пылающего камина, грели руки и тихо переговаривались. Они разом умолкли, когда Лисса ввела Эрину. Все светловолосые, с тёмными глубокими глазами и одинаково печальными лицами.

— Сестрицы, знакомьтесь, это Рин, — Лисса положила ладонь на плечо девушки. — Она займёт кровать Айлы у окна. Позаботьтесь о ней.

С пола грациозно поднялась невысокая рабыня с белёсыми прямыми волосами, приблизилась к Эрине, мельком осмотрела её синяки и вопросила:

— И почему же ты не плачешь, не кричишь? Обычно новоиспечённых рабынь приходится волоком таскать по дому, пока они не привыкнут. Давно ты в рабстве?

Глава 5. Триумф

Несколько дней вдали от Лирроса, в снежных пустошах, полных врагов и голодного зверья, дали свои плоды. Купленные на сто пятьдесят золотых мечи и лекарственные отвары помогли заклинателям теней выдержать натиск врага. Обескровленная восточная граница Илдора выстояла ценой свободы одной девушки.

Глядя на трупы врагов и их светлые волосы, окрашенные кровью, Кайлас оперся о свой меч и задумался. В его воспоминаниях среди цветущих белых роз сада Олсонов в свете полной луны кружилась девочка с улыбкой, счастливее которой он не встречал за двадцать восемь лет. Он наблюдал за ней сквозь щёлочку между досок заброшенного хлева, где его спрятал от ищеек отца юный Норз. Девочка ничего не знала о странном госте их поместья, а Кайласу тогда казалось, что он смог увидеть её светлую душу и покориться ей.

«У них похожие глаза, но это не может быть она», — генерал вынул меч из брюха врага и закинул его на плечо. Образ девицы, проданной им, всё не выходил у него из головы и смешивался с легкой девичьей фигуркой, что порхала среди цветов под неслышимую музыку. Изящные движения дочери лорда Олсона отпечатались в памяти Кайласа яркой кляксой среди беспросветного мрака.

— Генерал, письмо от лорда Норза Олсона, — посыльный из Лирроса, не слезая с коня, брезгливо покосился на искореженные тела воинов Эндоса и сдержал рвотный позыв.

Кайлас выхватил из рук мужчины конверт, испачкав изящную бумагу багрянцем, и зубами вскрыл его. Внутри оказалось короткое послание:

«Генерал Кайлас, я получил ваше письмо о том, что моя помощь оказалась полезной. Я рад, что поспособствовал скорой победе над врагом, и надеюсь, что смогу поддерживать вас в будущем.

Спасибо, что спросили о моей сестре. Эрина, слава Тёмной Матери, в полном здравии, готовится к свадьбе с лордом Арвидом.

Желаю вам дальнейших побед, всегда рад видеть вас в «Безмолвном дворе».

Лорд Норз Олсон».

«Значит, всё же не она, — Кайлас сжал бумагу в кулак и выбросил её в усыпанное убитыми поле. — Всё равно больше мы с ней не увидимся».

Однако он не смог забыть тот пронзительный взгляд голубых глаз незнакомки, что взирала на него с осуждением. Она смотрела на него так, будто видела его суть, запрятанную в тенях.

«Устал, — Кайлас выдохнул облачко пара в морозный воздух. — Как же я устал».

***

Пять дней Эрина провела в «Яблоневом саду Магнуса», и как бы странно ей это ни казалось, но эти дни были одними из лучших в её жизни. Она успела немного поправиться от хорошего питания. «Как свиней на убой кормят», — бурчала Илла, когда им приносили запеченных в меду рябчиков и огромные чаны с рагу. Раны и ссадины почти сошли с тела Эрины, и она перестала ловить на себе любопытные взгляды.

Кроме еды и праздных шатаний по дому, рабынь вынуждали учиться искусству любви и танцам. Первое удавалось Эрине хуже. Тонкости мужских желаний девушка понимала с трудом, однако именно эти уроки Магнус проверял с особенной тщательностью.

Каждый раз, когда дверь публичного дома открывалась, Эрина вздрагивала и ждала, что её найдут люди отца и отведут к нему. Но новых рабынь тщательно скрывали от глаз гостей, чтобы те не смогли передать сведения об имеющихся у Магнуса красавицах конкурентам. Не только рабыни мечтали о лучшем исходе своей продажи — больше всего переживали хозяева публичных домов, как бы кто не урвал у них награду пожирнее.

Вскоре Эрина привыкла к тому, что её не заставляют заниматься уборкой и скотиной, а её тело не подвергают издёвкам. Она могла свободно перемещаться по выделенным рабыням комнатам, общаться с кем-то кроме родных братьев и немых слуг. Впервые в жизни Эрина могла поговорить с девушками. И как оказалось, общих проблем у них было намного больше, чем противоречий. Она не обрела подруг, но отыскала молчаливых соратниц по несчастью, и не успела заметить, как подоспело время аукциона.

Утром субботнего дня Магнус в приподнятом настроении ворвался в их комнату и сообщил о прекрасных новостях с фронта. Заклинателям теней удалось одолеть воинов Эндоса и оттеснить их с границы, пока те не залижут раны.

При упоминании заклинателей Эрина скривилась, вспоминая о своём «благодетеле». И пусть жизнь девушки стала лучше после того, как Кайлас продал её, она ни за что бы ему в этом не призналась.

«Да и не представится мне такой возможности, — Эрина разглядывала свои отросшие ногти, пока нежные пальцы Лиссы приводили в порядок её волосы. — Сегодняшний день может стать для меня последним».

— А ты похорошела, — Лисса дернула девушку за золотистую прядку и поймала её взгляд в зеркале. Светлые ресницы Эрины немного отрасли, щеки сияли здоровым румянцем. В ней трудно было признать ту оборванку, что пересекла порог дома пять дней назад.

— Спасибо, — выдохнула она и поглядела на себя в отражении. Эрина мало что понимала в собственной внешности, кроме того, что отец считал её отвратительной и приказывал прятать любые напоминания о грязном происхождении дочери.

— Это не комплимент, — Лисса поправила косу девушки и положила ладони ей на плечи. — В нашем деле, если ты красивая, то жизнь твоя долго не продлится.

Эрина нахмурилась. Она подслушала однажды разговор Иллы с одной из рабынь, откуда узнала, что Лисса не принимает клиентов, да и продавать Магнус её не спешит. Илла с издёвкой упомянула о некой травме рабыни, что делала девушку непривлекательной для мужчин. Однако лицом Лисса была прекраснее многих в «Яблоневом саду».

Глава 6. Ценный дар

Кайлас наполнил бокал вином до краёв и вытянул ноги на резной столик. Хозяин гостиницы «На перепутье» скривился, но промолчал. Победителя в Лирросе встречали с почестями, наплевав на его происхождение и статус изгнанника, по крайней мере на один день. С рассветом этот беспринципный мужчина вновь превратится в изгоя, гонимого отовсюду, кроме самых злачных мест.

В кресле у камина восседал молодой лорд. Его темные длинные волосы спускались до талии, в светло-зеленых глазах плясали лукавые искры. На вид ему можно было дать не больше двадцати лет, однако мужчина держался с такой гордостью и достоинством, будто юность его совершенно не волновала.

— Я польщен, лорд Дарсен, — Кайлас отпил полбокала разом и исподлобья взглянул на своего гостя. — Пришёл в моё тайное логово лично.

— Не такое уж оно и тайное, — широко улыбнулся лорд, закинув ногу на ногу. — Все в Лирросе знают, где вы обычно обитаете. Скрытность не ваша черта.

Генерал осушил бокал и небрежно отбросил его в сторону. Стекло звонко разбилось, а хозяин гостиницы едва слышно пискнул.

— Я получил твоё письмо, — Кайлас закинул руки на спинку дивана. — Раз я не скрытен, то почему тогда ко мне обратился с такой деликатной просьбой?

Лорд Дарсен посмотрел на хозяина гостиницы, одутловатое лицо коего отливало багрянцем, и неопределенно повёл плечом.

— Предпочту обсудить это в более подходящее время. Я здесь, чтобы поздравить вас, генерал Кайлас. Жители королевства молились денно и нощно за вас. В том числе и я. Пусть мне и не удалось поспособствовать вашей победе раньше, но впредь можете рассчитывать на моё золото. Надеюсь, вы также примите от меня в дар и более прекрасные вещи.

«Лицемерный ублюдок», — улыбнулся ему Кайлас. Он хотел было ответить с напускным радушием на щедрость лорда, как из коридора послышалась возня и громкие выкрики заклинателей. Дверь резко распахнулась, а хозяин гостиницы, не успев отскочить, полетел на пол от испуга.

— Лорд Дарсен, лучших привели, как и договаривались! — внутрь, пригнувшись, вошёл высокий заклинатель. Широкое, исполосованное шрамами лицо его сияло мальчишеским задором. — Торговцы хоть рожи и покорчили, но согласились в обход аукциона девиц продать. Двойную цену попросили, говнюки, так что сдачи, увы, не осталось.

— Это ничего, — лорд расстянул губы в мягкой улыбке. — Пускай проходят, Харальд. Поглядим, кого вы для нас подобрали.

Заклинатель посмотрел на генерала, ожидая одобрения. Кайлас с усталым вздохом кивнул товарищу, мечтая, чтобы это представление поскорее закончилось.

Едва они вернулись с границы, одолев отряд эндосских воинов, как лорд Ивар Дарсен тут же прислал генералу письмо, а затем и сам заявился на пороге его временного обиталища в «На перепутье» без приглашения. Если бы король Матиас знал, какие задания дают его брату лорды Лирроса, давно бы обезглавил каждого знатного человека. Но Кайласу было плевать: пока расходы на войну оплачивались — он готов был сделать что угодно, лишь бы заклинатели, его единственная семья, не знали нужды.

Обойдя Харальда, в гостиную проскользнул худощавый мужчина с длинными седыми волосами, собранными в хвост. Он неодобрительно покосился на лорда Дарсена, а затем встал за спинкой дивана, где восседал генерал.

— Шустрее, девочки! — подгонял Харальд, стоя в проходе. — Перед смертью не надышишься.

Громкий гогот заклинателей сотряс стены «На перепутье». В комнату ввели десять девушек с ошейниками невольниц. Светлые волосы их и миловидные лица добавили красок невзрачной обстановке гостиной. Все были красивы, но только одна из них привлекла внимание Кайласа.

Спустив ноги со столика, он поддался вперёд, не веря своим глазам. Перед ним с горящим взглядом бок о бок с остальными рабынями замерла та самая девушка, с которой он и не надеялся вновь увидеться.

«Не удивительно, что парни её не признали», — хмыкнул генерал, жадно осматривая похорошевшую Эрину.

Лорд Дарсен поднялся с кресла и в восторге хлопнул в ладоши, разглядывая рабынь, они покорно склонили головы и почти не шевелились.

— Каковы красотки, все, как на подбор! Твои люди, Кайлас, знают толк в женских прелестях.

Генерал хмыкнул и обвёл девушек широким жестом.

— Выбирай первым, Ивар. Ты мой гость и благодетель, прошу, забирай себе любую.

«На твои же деньги», — мысленно добавил он.

Лорд почтительно склонил голову, прижав ладонь к груди, и принялся прохаживаться вдоль ряда девиц.

В открытую дверь комнаты заглядывали заклинатели, не стесняясь в похотливых выражениях расписывать фигуры рабынь. Щеки нескольких девушек покрылись румянцем. Эрина, потупив взор, комкала подол платья, подчеркивающего её аккуратную грудь и тонкую талию. Генерал с трудом сдержался, чтобы не подойти к ней, не приподнять её лицо за подбородок, чтобы насладиться той ненавистью, что она подготовила для него.

«Кто же ты такая?» — генерал щёлкнул пальцами, мужчина за его спиной взял со столика новый бокал и наполнил его вином.

— Прелестно, — лорд остановился напротив Эрины, протянул руку и коснулся её золотистой косы. — В этот раз из Эндоса привели прекрасных пленниц. А что вы, Кайлас? Какая по вкусу вам? Хочу сравнить наши предпочтения.

Глава 7. «Дворец отчуждения»

Повозка остановилась в глубоких сумерках. Заклинатели с зажженными факелами вытащили на стылую землю мужчин-рабов и вывели девушек. Невольницы растерянно оглядывались по сторонам, пытаясь различить во мраке, куда их привезли.

Эрина выбралась вслед за Иллой. Высокие сосны и ели скребли вершинами темное небо. Падал тихий снег. Прямая дорога вилась между холмов и редких домов с потухшими окнами к пикам горного хребта.

«Разве в Илдоре где-то есть такие горы?» — Эрина вспомнила нарисованную карту в одной из книг, что приносил ей Норз. Их королевство почти полностью покрывали просторные долины и густые леса, тогда как Эндос пересекали горные хребты и глубокие овраги.

— Каков дворец, а? — Харальд указал ладонью на чернеющие пики. — Получше королевского будет.

Заклинатели зашлись хохотом.

«Как только у них животы не болят столько смеяться?» — Эрина пригляделась, но ничего похожего на поместье не отыскала.

— А где же… — начала было Тэсса. Харальд взял её голову за подбородок и резко дернул в сторону.

— А ты приглядись, красотка.

Эрина последовала её примеру и ахнула. То, что показалось ей горами, на самом деле и было поместьем генерала Кайласа. Особняк из чёрного камня терялся среди гигантских деревьев и цепи холмов. Множество башен с острыми вершинами окружали уродливое строение, придавая тому устрашающий вид. Вокруг поместья высился каменный забор с бойницами, будто в крепости.

«Укрытие ото всех, — Эрина разглядывала узкие длинные окна, в которых горел тусклый свет. — От кого же он так хорошо прячется?»

Самого генерала видно не было, когда заклинатели привели рабынь к воротам. Тяжелая решетка со скрипом поднялась вверх. За ней невольниц встречала высокая девушка с длинными черными волосами, заплетенными в две косы. Тёплый рубиновый тулуп скрывал её тело от мороза, но нос девушки всё равно краснел, а сама она переминалась с ноги на ногу от холода. Рядом с ней стоял лысый мужчина без бровей в длинной чёрной тунике, скрывающей его покатые плечи. Черные глаза незнакомца впивались в рабынь, словно заглядывали им в душу.

— Пока, красотки, — отсалютовал Харальд и повёл лошадь под уздцы в конюшню, за ним двинулись остальные заклинатели. — С кем-то из вас мы точно увидимся.

Его слова звучали как неприкрытая угроза. Илла с презрением проводила широкоплечего воина взглядом и процедила сквозь зубы:

— Не дай Отец.

Приветствующая их черноволосая девушка украдкой улыбнулась и указала ладонью на жуткое поместье за своей спиной, когда рабыни встали неровным полукругом.

— Добро пожаловать, меня зовут Аннет, я главная наложница. За порядком у нас следит Иттар, — она кивнула молчаливому мужчине, тот невозмутимо скривил тонкие губы.

— Мужчина в гареме? — вскинула бровь Илла, а Эрина только подивилась её смелому языку. Сама же она застыла за спиной рабыни, искоса выискивая слабые места в новом «доме» без надежды когда-либо их отыскать.

— Он евнух, — прямолинейно ответствовала Аннет и направилась к тяжелым деревянным дверям с кованными скобами. — Прошу, покажу ваши комнаты, они располагаются в задней части особняка.

Двери распахнулись с протяжным стоном. Двое лысых рабов, склонившись по пояс, покорно ожидали, пока невольницы не войдут внутрь, чтобы с грохотом захлопнуть за ними последний путь к отступлению.

Скромная прихожая в темных тонах освещалась всего лишь несколькими свечами, так что рабыням пришлось цепляться друг за друга, чтобы не потеряться. Иттар куда-то скрылся, а Аннет уверенно повела их по мрачным коридорам без какого-либо освещения, кроме звездного света, что лился в узкие окна. На полу лежали чёрные ковры, на каменных стенах висели знамена с гербовым знаком Кайласа — увядшей чёрной розой, символом протеста против родного брата и королевской семьи, изгнавшей генерала из столицы.

«Удивительно, как особняк походит на своего хозяина. Такой же гнетущий, — Эрину под руку подхватила Илла, так что ей не пришлось непрестанно глядеть под ноги, чтобы не споткнуться в складках ковра. — Но… Здесь так тепло и тихо».

В родном доме Эрины всегда стоял непрестанный гомон. Отца и братьев часто навещали гости, а каждые выходные лорд Олсон устраивал званые вечера, чтобы через них плести паутину связей и выпутывать из знатных людей королевства их грязные тайны.

«Если генерал и вправду будет редко появляться в поместье, может, мне удастся здесь прижиться? — девушка прищурилась, когда из сумрачных коридоров Аннет вывела их в комнату с ярко пылающим камином. — Сюда отец точно не доберётся. Он всей душой ненавидит генерала Кайласа и желает ему скорой погибели».

Эрина не знала о причинах такой его нетерпимости к бастарду погибшего короля. Хотя отец её редко к кому проявлял благосклонность.

— Располагайтесь здесь, — Аннет обвела ладонью комнату с высокими потолками. Помещение чем-то напоминало общую спальню в «Яблоневых садах Магнуса». Те же скромные кровати с белым постельным бельём, круглый невзрачный ковер на полу и отсутствие хоть какой-либо возможности уединиться. — Пока не пройдёт распределение, вам придётся потесниться в одной комнате.

Илла придирчиво осмотрела новые владения и вопросила, пока остальные нерешительно мялись у порога:

Глава 8. Непокорная рабыня

В гостевом зале «Дворца отчуждения» царил хаос. Пьяные музыканты выдавали нестройные ноты, а певец настойчиво не попадал в них и горланил похабную песню, которую подхватили заклинатели. Они рассыпались по залу: кто сидел за длинными деревянными столами, уставленными блюдами с мясом и незамысловатым гарниром, кто валялся на полу в обнимку с бурдюками с вином, а кто играл в карты на деньги вдали от всеобщего веселья.

Огромная люстра под потолком не рассеивала сумрак. Магические тени отделялись от заклинателей щупальцами и развеивались в душном воздухе, как рванные стяги.

Единственным мирным уголком празднества являлись три небольшие софы, что полукругом располагались у камина. На них восседали прекрасные рабыни, фаворитки генерала. Они дразнили заклинателей своей чистотой и нежностью, но никто из воинов не посмел прикоснуться к собственности Кайласа, как бы сильно им того ни хотелось.

Сам генерал расположился во главе стола на стуле с треснувшей от недавней потасовки спинкой и отрешенно поглядывал на товарищей. Мысли его блуждали далеко за пределами зала и чёрными воронами кружили вокруг невинной особы, что волею судьбы вновь попала ему в руки.

— Голодать стоит только ради того, чтобы потом наедаться до отвала! — Харальд вскинул кубок, расплескав вино на пол и на сидящего рядом воина. — Генерал Кайлас! Без вас мы — никто. Вы наша тьма среди света, вы…

— Этому больше не наливать, того и гляди разревется, как баба, — худощавый заклинатель с впалыми щеками оттолкнул от себя Харальда, и тот завалился на пол, не переставая восхвалять господина. — Кстати, о прекрасных дамах. Ваши фаворитки, генерал, прелестны. Никогда не встречал женщин красивее.

Он мечтательно подпер щеку кулаком и уставился на полуобнаженных невольниц. Девушки переговаривались между собой, поедая фрукты и сладости с бронзовых подносов, будто нимфы из древних сказок.

— Попробуй выбираться хоть иногда из дешёвых борделей, — тучный заклинатель пихнул тощего и огляделся. — А где же новенькие? Что-то их не видно.

Генерал моргнул, выпутываясь из собственных дум, и обернулся к стоявшему за его плечом седовласому помощнику.

— Айнар, привести.

— Слушаюсь, мой господин, — мужчина поклонился и скрылся в боковой двери.

Заклинатели приосанились, утерли жир с губ и принялись ожидать прибытия невольниц. Кайлас же со скучающим видом отставил кубок и прикрыл глаза. Восторгов своих воинов мужчина не разделял. Ни одна из девиц, коими его так щедро одарил лорд Дарсен, ему не приглянулась.

Кроме одной.

«Глупости, — он потёр переносицу. — Я слишком много времени провел среди неотёсанных болванов, которые только и делают, что обсуждают женщин и вино. Отосплюсь с денёк и пройдёт».

— Эх, какие фигуристые! После того, как рабынь начали откармливать перед продажей, от них глаз не отвести!

Восхищенные возгласы воинов заставили Кайласа неохотно распахнуть веки. В зал ввели девять рабынь, они смущенно оглядывались по сторонам и жались друг к другу. Лишь одна из них, с белесыми бровями и мёртвым взглядом, с издевкой вскинула подбородок и хищно уставилась на заклинателей в ответ. Харальд, завидев эту нахалку, поднялся с пола и, расправив плечи, сел на скамейку рядом с товарищами, будто это не он с минуту назад распевал хвалебные песни во славу господина.

Генерал равнодушно махнул рукой на вошедших:

— Обслужите нас, да-амы, — с издевкой протянул он. — Поднимите настроение уставшим воинам.

— Моё настроение уже поднялось и готово к бою, — булькнул тучный заклинатель, и его товарищи загоготали. — Генерал, чего дразните нас недоступными особами? А где же ваши остальные рабыни? Почему они не с нами?

Кайлас усмехнулся уголком губ.

— Они не успели оправиться от вашего прошлого визита.

— Прошло две недели! — воскликнул Харальд. — Смотри-ка нежные какие!

С софы у камина поднялась Аннет и с добродушной улыбкой направилась к растерянным рабыням. Она что-то тихо проговорила им, а затем распределила девушек по группкам и подвела к столам.

— Хозяин, — Аннет сделала книксен и ласково взглянула на генерала. — Позвольте помочь новеньким обслужить вас и проследить за ними.

— Валяй, — протяжно зевнул Кайлас и строго взглянул на разгорячившихся воинов. — Руки не распускайте. Дождитесь своей очереди.

Заклинатели скисли, но перечить приказанию генерала не смели.

— Ты, — Кайлас щелкнул пальцами в сторону Иллы. — Подлей мне вина.

Невольница скривила губы, но послушно приблизилась к генералу. За её спиной всё это время пряталась Эрина. Она прямо посмотрела на Кайласа и тут же отвела взгляд в пол.

— А ты мне налей, — Харальд ткнул пальцем в Эрину. — Лицо у тебя больно знакомое. Мы раньше не встречались? Или, может, я убил твоего брата?

Девушка прикусила губу и направилась исполнять указание. Всё время, пока она наливала вино Харальду, тот не спускал с неё пристального взора.

— А ну-ка, посмотри на меня, красавица.

Харальд наклонился, чтобы получше разглядеть Эрину, однако та склонила голову ниже и взялась за ручку кувшина.

Глава 9. Беглянка

Семья Олсон

Мясистый кулак лорда Ульриха Олсона ударил по столешнице, чернильница упала на бумаги, и тёмное пятно расползлось по белоснежному листу.

— Ты хочешь сказать мне, Алрик, что она сумела сбежать так, что никто не заметил ни единого следа во всём городе? Ты меня за идиота принимаешь? Мы заставляем ждать лорда Арвида, пока эта девица не объявится, что прикажете мне ему ответить на сегодняшнем приёме?

Алрик, тёмноволосый мужчина с орлиным носом и оспинами на лице, нахмурился и поджал тонкие губы. Каждое утро со дня побега его сестры, Эрины, начиналось в этом доме одинаково.

— Отец, мы уже всё обыскали. Как мы должны искать ту, кого никто не знает? — Марлок, второй сын лорда Ульриха, небрежно закинул ногу на ногу, достал из кармана камзола сигару и закурил. — Ты сам велел никому не рассказывать об Эрине, так чего от Алрика теперь требуешь?

Воздух кабинета лорда Олсона наполнился табачным дымом и сомнениями. Два его старших сына ежедневно давали отчет о поисках пропавшей дочери. Алрик руководил городской стражей, а Марлок, главный кутила Лирроса, знал каждую крысу в городе и куда надавить, чтобы получить то, чего он пожелает.

В гневе Ульрих вскочил из-за стола и в два коротких шага приблизился к молчаливому Норзу. Тот сидел в кресле вдали от старших братьев, взявшись за голову. Чувство вины пожирало его изнутри, всё происходящее вокруг для него покрылось густой дымкой.

— Где она, щенок? — лорд Олсон схватил Норза за грудки и встряхнул. Даже в свои шестьдесят лет Ульрих мог дать фору любому молодому мужчине. Седые усы его дрогнули, когда он в очередной раз тряхнул поникшего сына.

— Откуда мне знать? — Норз поднял влажные глаза на отца, и того всего передёрнуло от омерзения. — Я давно покинул дом, я не видел Эрину несколько лет.

— Врёшь! — Ульрих замахнулся и со всей силы влепил сыну пощёчину. Звонкий удар эхом прокатился по кабинету.

— Сядьте и подумайте, отец, — устало вздохнул Марлок и прикусил горький кончик сигары. — Куда могла податься светловолосая девица без денег и знакомых?

Ульрих оставил Норза в покое и провёл ладонью по сальным седым волосам.

— В лес? — предположил Альрик, почесав пышную бакенбарду.

Марлок стряхнул пепел прямо на ковёр и злорадно усмехнулся.

— Значит, от неё давно остались одни косточки. От волков Эрина вряд ли бы убежала.

— Мы не знаем этого наверняка, — покачал головой Альрик, пока отец мерял шагами кабинет. — Она могла хорошо спрятаться. Голодом и холодом её не испугать, так что Эрина могла и выжить.

Марлок затушил сигару о подлокотник дивана, испещренный давнишними подпалинами.

— Леса полны солдат короля и заклинателей.

— Если она попалась им, значит, точно мертва, — кивнул Альрик. — Все знают, как воины поступают с эндосскими женщинами.

Норз неожиданно выпрямился, лицо его с ярко-красным пятном на щеке вытянулось. Ульрих замер и пристально уставился на младшего сына.

— Что? Что ты там задумал?

Ссутулившись, Норз замотал головой и умерил пыл озарения.

— Ничего. Я согласен с братьями. Эрина не смогла бы так долго выживать в одиночестве. Она наверняка давно мертва.

Его слова не убедили Ульриха. Он выругался и снова занял своё место за тяжелым дубовым столом.

— Ещё раз обойдите Склизкий рынок, — лорд поочередно зыркнул на старших сыновей. — Зайдите в каждое заведение и поспрашивайте о ней. Скажите, что рабыня сбежала, никто ничего и не заподозрит.

— Да спрашивали мы уже, — Марлок закинул руки на спинку дивана и откинул на неё затылок. — И зачем её искать? Сбежала и сбежала. Что, лорд Арвид себе другую не найдёт? Мало ли желающих сдохнуть мучительной смертью. Отдай ему Норза для его опытов.

Ульрих до хруста в суставах стиснул кулаки. Марлок тут же сел ровно и напряженно воззрился на пышущего ледяной яростью отца.

— Это отродье не должно жить и радоваться, — выплюнул лорд Олсон. — Всё, что ей полагается — страдание. И я воздам ей сполна, когда мы отыщем её.

***

Аннет вела Эрину, Иллу и несколько девушек, кого Кайлас не захотел избрать своими фаворитками, по заднему двору и показывала им хозяйственные постройки, где с самого рассвета трудились наложницы.

— Здесь у нас швейная, а там сыроварня, — Аннет указала рукой на низенькие постройки, кутаясь в плащ. Промозглый ветер залетал под её капюшон, лохматя тёмные волосы. — Господин скуп для тех, кто ему не приглянулся, так что придётся работать, если не хотите умереть с голоду. Что ты умеешь?

Она обернулась к Эрине. Та отрешенно пожала плечами.

— Не знаю. Я ничего не пробовала.

Меньше всего ей сейчас хотелось обсуждать свои способности с энергичной фавориткой того, кого Эрина вспоминала с тошнотой. Прошлая ночь всё не выходила из головы девушки. Грубые тёплые руки генерала на её теле, его пронизывающий голос и холодные глаза. Она ожидала от него худшего, однако Кайлас не сделал ничего такого, о чём предупреждала Аннет.

Глава 10. Наказание

Отрезанная голова покатилась к ногам Кайласа. Он остановил её ступней и внимательно оглядел. Темные волосы опускались до точенного подбородка, светло-серые глаза с ужасом застыли перед лицом убийцы.

Вороны на соснах гаркнули, их чёрные глаза-бусинки кровожадно разглядывали скорый обед.

— Харальд, — крикнул за спину генерал. — Позаботься, чтобы голову хорошенько упаковали. Отправим подарочек лорду Дарсену.

Харальд хрюкнул, стирая кровь со лба.

— Думаю, подарочек ему не очень понравится.

Кайлас оглядел безголовое тело убитого воина. На груди золотом блестел герб королевской семьи Илдора — белая роза в окружении шипов, а над ней венец, украшенный сапфирами. Генерал презрительно скривился и отвернулся к Харальду, который схватил за волосы голову и взял её под мышку.

— Наоборот, — ощерился Кайлас. — Он хотел голову генерала Карса, он её получит.

Задание лорда Дарсена, принёсшее отряду заклинателей немалый доход и надежду на сытые дни на фронте, Кайласа мало волновало. Он не задавал вопросов, зачем Ивару понадобилась смерть приближенного короля Матиаса. Он бы убил генерала Карса ещё раз, даже если бы ему за это не заплатили. Просто, чтобы позлить сводного братца. Кайлас долгие годы ходил по грани, проверяя терпение Матиаса, который сквозь пальцы смотрел на деяния изгоя семьи, пока тот исправно защищал границы. Однако стоит войне закончится, Матиас вновь объявит на него охоту, как отец когда-то.

— Король будет недоволен, что мы его лучшего генерала зарубили, — Харальд ущипнул убитого Карса за нос.

— Отлично, — Кайлас присел на корточки и обтёр меч от крови голубым плащом генерала. — Можешь половину головы ему отправить, чтобы наверняка.

Харальд пожал плечами и задумался, будто и вправду планировал осуществить предложенное.

Кайлас окинул взглядом поле утихшего сражения. Мёртвые воины королевской гвардии Илдора смешались с солдатами Эндоса. В этот раз заклинатели в живых не оставили никого, чтобы не очернить имя лорда Дарсена его предательством короны.

— Возвращаемся в Лиррос, — Кайлас поднялся и вложил меч в ножны. — Дальше пусть крысы Матиаса трудятся. Путь мы им расчистили, а там уже не наше дело.

Вдруг его кто-то схватил за щиколотку. Генерал посмотрел вниз — полуживой гвардеец Илдора смотрел на него заплывшими кровью глазами.

— Г-гене… рал.

— Что такое? — ласково протянул Кайлас и щелкнул пальцами по навершию меча, что торчал из тела воина. — Меч в груди мешает говорить? Какая жалость.

— Т-ты изменник. Король Матиас это… — кровь булькнула в горле солдата и потекла по потрескавшимся от мороза губам. — Не оставит.

Генерал пожал плечами. Угрозы старшим братом давно не работали на том, кому было нечего терять.

— Пусть Тёмная Матерь соблаговолит ему на пути мести. А ты, — он вытащил меч из груди воина и перерезал ему горло, — отправляйся в её жаркие объятия.

Солдат прокряхтел что-то невнятное напоследок и затих. Вороны довольно гаркнули и зашелестели крыльями.

— Его голову кому-нибудь отправить? — кивнул на погибшего Харальд.

— Себе на память оставь.

Генерал пошёл прочь, к черным палаткам лагеря, где теснились его братья по оружию. Полотнища флагов с его самопровозглашенным гербом трепетали на ветру.

Неделя в полях сражений опутала Кайласа безумием. Он потерял счёт тем, кого отправил в обитель богов. Потерял человечность и голос совестливой жалости к врагам и соратникам. Единственной его семьёй были такие же, как он, головорезы и проклятые, которых отвергли во всех уголках мира. Только они держали Кайласа на плаву в море крови и гнили. Они и…

Он поднял голову и взглянул на небо. Ясная голубизна слепила взор, взывала к потаённым желаниям и страхам. Весна медленно и неотвратимо наступала на северные земли Илдора.

«Домой», — выдохнул Кайлас, не чувствуя никакой радости.

***

В занавешенной плотными бархатными шторами гостиной пахло жженым сахаром и сладкими духами. На софе возле камина лежали две наложницы и болтали ногами, держа в руках засаленные карты. Эрина сидела на ковре и с недоумением разглядывала картинки на своих, пока её «сёстры» выкладывали на софу одну за одной, следуя давно изученной тактике.

— Ты проиграла, — победно пропела Тэсса и села, смахнув карты на пол. Её подруга, молчаливая Юллана, бросилась собирать их.

— Я же говорила, что не умею играть, — Эрина отдала Юллане свои карты и обняла себя за коленки. Бывшие соратницы частенько приглашали девушку к себе от скуки. После того, как генерал избрал их фаворитками, они маялись от безделия и праздности, так что даже тихая Эрина казалась им интереснее их однообразных будней.

— Ничего, научишься, — Тэсса взяла веер и принялась обмахиваться им. Пусть на её шее чернел тот же ошейник, что и у Эрины, вела она себя гораздо вольготнее, ведь на поясе невольницы белела нефритовая подвеска в виде головы волка. — Иногда же нужно отдыхать.

Эрина опустила голову на софу. Треск поленьев в камине успокаивал, навевал чувство уюта и дома, которого девушка никогда не знала. Наложницы не стали для неё семьёй, но с ними она ощущала себя иначе, чем в кругу родных. Безопасность — это слово начинало обретать для Эрины значение, пусть на горизонте всегда маячила угроза возвращения Кайласа и его ненасытных товарищей.

Глава 11. Подозрение

Тринадцать лет назад

— Вон она! Лови её!

Крики Марлока настигали девочку быстрее, чем камни, летящие в её спину.

«Скорее, в сад! — подгоняла она сама себя. — Там можно спрятаться. Там меня не найдут».

Ноги несли Эрину вперёд. Она бежала по двору, стопы увязали в грязи, косынка норовила слететь с головы, но девочка крепко прижала ладони к ушам, чтобы никто не увидел золота её волос. Если отец заметит дочь без косынки, оставит без еды на несколько дней.

Эрина вбежала в сад. Ветвистые кусты цветущих белых роз теснились с покрытыми нежной зеленью деревьями, мраморными статуями Тёмной Матери и её детей, великих героев Илдора. Безлунная ночь искажала силуэты, придавала им жуткие формы. Девочка испуганно озиралась по сторонам, страшась мрака.

Ветви дерева впереди показались ей крючковатыми лапами чудища, девочка на миг запнулась, и упала в траву.

— Ага, попалась! — Марлок кинул камень прямиком под лопатку сестры. — Говорил же, что сюда побежит. Хватай её!

«Не надо, пожалуйста! — заплаканными глазами Эрина воззрилась на статую Тёмной Матери. Суровый лик безглазой богини с окрашенным черным пальцами застыл в немом крике. — Помоги, Матерь! Защити!»

Марлок и Алрик схватили сестру за ноги и потащили прочь из сада. Девочка цеплялась ногтями за землю, звонко вереща. Каждый раз, когда отец покидал поместье, братья насильно завлекали Эрину в свои игры, в которых она постоянно проигрывала.

— Заткни ей рот, Алрик! — шипел Марлок, коему девочка заехала пяткой в нос.

Старший брат ухмыльнулся и наклонился к сестре, чтобы стянуть с неё косынку и завязать Эрине рот, как вдруг тени вокруг них пришли в движение.

— Что за ерунда?! — в ужасе вскричал Марлок, бросив сестру. Бесплотные щупальца вылезали из укромных уголков сада, холодом окружали братьев Эрины, трепали их волосы, тянули за одежду.

— Эрина! Что ты делаешь? Прекрати! — Марлок отмахивался от теней, но те сильнее опутывали юношу, стягивали его шею мертвой хваткой.

Девочка поднялась на дрожащие ноги и уставилась на тёмную магию, о которой в их доме говорили с презрительным придыханием, а затем посмотрела на статую Тёмной Матери. Сумрак ласкал фигуру богини, окружал её чёрным сиянием.

«Услышала, — ахнула она, глядя на то, как тени мстят её обидчикам. — Услышала мои мольбы».

Не дожидаясь, пока магия расправится с братьями, Эрина бросилась бежать и спряталась так глубоко в саду, что найти её смогли лишь через несколько дней.

***

Стойкий запах конского навоза щекотал ноздри. Эрина купалась в вязкой темноте, покрывавшей её кожу плотной оболочкой, через которую никто бы не смог пробиться. В тепле и уюте мрака вся её жизнь казалась девушке выдумкой. Только здесь, в утробе Тёмной Матери, она ощущала покой. Лишь из её обители не желала выбираться и всегда мечтала вернуться в неё вновь, стоило открыть глаза.

Но кто-то настойчиво тряс Эрину за плечо, вынуждая вынырнуть в реальность.

— Рин! Да очнись ты, глупая!

Сильный щипок за локоть привёл девушку в чувства. Она судорожно вздохнула и села, хватаясь руками за грудь.

— Что с тобой такое? — Илла с неясной тревогой в тёмных глазах оглядела Эрину. — Ты припадочная что ли?

Девушка дрожала всем телом из-за недавнего жуткого сна. Воспоминания о детстве всегда приводили её в ужас. После того, как братья нажаловались отцу о «магии» Эрины, жизнь её превратилась в кошмар наяву.

— В-всё хорошо, — она обняла себя за коленки. Сырое платье липло к телу. — П-порядок.

Илла протяжно вздохнула, сняла с ржавого крючка на стене изношенную попону и накинула её на девушку. Кони в стойлах за стенкой заброшенного хлева громко ржали, требуя угощений и внимания хозяев.

— Тебе надо научиться признаваться хотя бы самой себе, что ты не в порядке, — Илла села напротив Эрины и оперлась спиной о стог сена. Белесые волосы её сосульками свисали вдоль загорелого лица. Хлев освещался тусклым масляным фонарем, который им оставил Иттар, чтобы рабыни в темноте не наткнулись на торчащие из досок гвозди случайно или намеренно.

— К-кто бы говорил.

Илла сощурилась и ненадолго умолкла, поглощенная своими воспоминаниями.

— У тебя взгляд был, как у мертвеца, когда нас сюда Иттар закинул.

Выдохнув, Эрина уняла дрожь и поплотнее закуталась в пропахшую конским потом попону.

— Много ты мертвецов видела?

— Достаточно, — отрезала Илла и похлопала по полу рядом с собой. — Ближе садись.

Эрина вскинула брови в недоумении, чем разозлила подругу.

— Не смотри так на меня, делай, как говорят. Мне что по всему хлеву за тобой бегать, если у тебя вдруг опять припадок случится?