Шериф мертвого сердца

Глава 1. Дьявол путешествует инкогнито

Пробудившись от долгого сна, Каин не отстал от времени. На самом деле, если не брать в расчет очевидный технический прогресс, мир за это время не так уж и изменился.

С его точки зрения, случай в Хайдвилде подтверждал, что полицейские остались такими-же психопатами и, в общем-то, тупицами, какими были в прошлом. Так что любой вампир или человек, у которого была должная сообразительность, мог нарушать закон и уходить от наказания.

Он обнаружил себя той ночью обессиленным, лежащим на берегу какого-то болота в окружении кислотно-зеленых огоньков, парящих высоко над землей. Болотные огни заставили его вспомнить. На что они похожи? На праздничные гирлянды? Казалось, Каин уже был не способен что-либо чувствовать внутри своего сердца, тем более ностальгию, но…

Навязчивая мысль о триумфальном возвращении в Новый Орлеан будоражила его.

Облаченный в грязный костюм и блестящий от влаги кожаный плащ, пахнущий пожаром, он забрел в ближайшее же заведение, попавшееся на проселочной дороге. Внутри гостеприимно горел свет, а опустив взгляд вниз, он поднял черные брови, увидев под дверью коврик с надписью «Добро пожаловать!». Каин улыбнулся.

Посмотрев выпуск вечерних новостей в этом замызганном придорожном баре, он еще больше уверился в правильности своих планов. Теплокровный Скот измучен нищетой и постоянно готов: либо к массовым беспорядкам, либо к карнавалам, либо к наводнениям. Какой контраст. Везде, кроме пары богатых районов, царит уличная преступность. И пусть это густонаселенный портовый город, он знал — эти улицы, склепы, катакомбы и кладбища позволяли сохранить многое в секрете. Кроме того, высокий черный мужчина там совершенно не будет выделяться из толпы.

С такими мыслями Каин сел на ночной поезд до Нового Орлеана, где дела Сородичей, как он надеялся, не сильно отличались от тех, к которым он привык за последние тысячелетия. Точное количество тысячелетий он назвать бы не смог даже если бы искренне захотел — для этого понадобится заглянуть в книги смертных. Время шло для него совершенно иначе: то слишком медленно, то слишком быстро, то он просто спал в ожидании, когда сама земля встряхнет его новую могилу. Гробница не улучшила его эфиопские инопланетные черты. Вампиры не ухаживают за собой во время комы, по понятным причинам. Когда потомок пришел разбудить Каина, пыль лежала на его теле толстым слоем, паутина покрывала его лицо, полностью заполняла его рот и внутренности, а одежда почти сгнила. Теперь же он выглядел как типичный фанат джаза, направившийся в Новый Орлеан.

Нет, кое-что могло его выдать. В минуты раздумий он рисковал застыть на долгое время, словно неподвижная статуя. Люди в поезде мельтешили перед глазами как надоедливые мухи, и он по-человечески вздохнул. Сегодня ему нужен был суетливый шум, чтобы заглушить чувство вины и подавить ноющую потребность вернуться под землю и попробовать уснуть еще раз. Сколько раз он пытался отдалить срок неизбежных событий?

Каин понаблюдал за ними немного, чтобы настроить свое тело. Нужно было двигаться, дышать и моргать в одном темпе со смертными…

Со смертными всегда так, поэтому приходится торопиться: отвернешься на мгновение — и их уже нет.

«Как же быстро пролетает их жизнь, — думал он, глядя в запотевшее стекло. — Только вылез из кричащей женщины — и сразу же летишь в деревянный ящик и в землю».

— Ты сделаешь кому-то больно. Разобьешь чье-то сердце.

Миловидная зеленоглазая женщина в поезде сказала это и даже не подняла взгляд от своей книги. Сначала Каин подумал, что не мог же он ослышаться или уловить последнюю часть частного разговора — он не видел мобильного телефона у ее уха, но женщина носила наушники, зеленые провода которых змеились вниз в ее карман. Все это, а также ее пристальное внимание к книге и горделивая поза с прямой спиной ясно сигналили: "Не отвлекай меня". Что Каин и сделал.

Только вот женщина повторила это снова, на этот раз громче:

— Ты сделаешь кому-то очень больно. Разобьешь много сердец.

Каин украдкой бросил еще один заинтригованный взгляд, любопытство взяло верх над ним. Книга закрывала большую часть ее лица. Толстая кожаная обложка в центре потрескалась, да и в остальном была в ужасном состоянии.

Теперь стройная женщина смотрела на него поверх очков в изящной оправе, пригвоздив вампира к месту своим взглядом, который ощущался как тысяча глаз.

«Это ещё что за паучиха?»

Наблюдательница была одета в обычную униформу офисной секретарши. Это если не брать в расчет очень грязные туфли на тонких ногах. Судя по исходящей энергии человечности, эта женщина была просто очередной мелкой сошкой под его сапогом — не его матерью. И все же Каин почему-то чувствовал себя так, словно вернулся в детство, пойманный матерью за тем, что витает в облаках вместо работы. Он даже испытал нечто вроде слабой благодарности к незнакомке за пробудившиеся эмоции. Поезд с грохотом остановился.

Каину не требовался кислород — он вдыхал воздух, только чтобы говорить. Однако инстинкты, давно спящие, но не умершие окончательно, заставляли его дышать чаще от напряжения.

— Прошу прощения?

— Ты бы мог остановиться, как этот поезд, но ты этого не делаешь. Почему? — глаза женщины за тонкими стеклами очков были добрыми, как будто она точно знала, от чего просила его отказаться.

— Кажется, мы уже где-то встречались раньше.

Женщина захлопнула книгу и встала, схватив сумку, чтобы вскоре исчезнуть в центральном проходе поезда. Каин смотрел ей вслед, испытывая лишь легкое разочарование. Однако, загадочная незнакомка взбодрила его.

В ту же ночь Каин успел сделать пару незначительных визитов на Бурбон-стрит. Состав местной элиты не особенно поменялся — в каждом приличном доме все те же знакомые лица. Кто-то называл их «Старые деньги». Клыкастая аристократия с потухшим пресыщенным взглядом. Удивительно, но, когда они видели на пороге своего дома Всеотца, целого и невредимого, их глаза почему-то очень по-человечески сияли от влаги.