Штормовая луна

Пролог

Шотландия. Около Килмахога. Февраль 1722 года.

За стенами замка бушевала непогода. В предгорье февраль выдался вьюжный и снежный. Сугробы росли и росли, лишая всякой возможности покинуть пределы замка.

Запасов еще хватало. Но свежей дичи обитатели не видели уже давно. И отправиться на охоту у мужчин получится ой как не скоро.

Сегодня мело особенно сильно. Ветер ожесточенно бился в окна и жутко выл в печных трубах, заставляя вздрагивать прислугу, сновавшую по боковым лестницам, и замолкать, прислушиваясь, хозяина замка - Рогана Макларена и его кузенов, пировавших в большом зале.

А еще детей Рогана, сидевших на галерее для музыкантов и встревоженных как звуками снаружи, так и тем, что происходило в материнской спальне.

Они знали, что сегодня родится их новый братик или сестричка. Они очень ждали малыша, но слышали, как мама, иногда, кричит, и детские сердечки сжимались от страха.

Адэйр Макларен, которому едва исполнилось десять, как старший старался успокоить младших.

- Гилмор, что ты плачешь как девченка? - выговаривал он восьмилетнему братишке. Ты уже не малыш. Смотри, даже Лавина молчит. А она младше тебя! Ладно Риган ревет, но ей всего два, она ничего не понимает.

- Но я хочу к маме. Я боюсь. - размазывая по лицу слезы, хныкал Гилмор.

- И я. - всхлипнула, вдруг, Лавина. И по ее щечкам скатились две слезинки. Она одной рукой обнимала малютку Риган, а другой притянула Гилмора, который уткнулся в ее колени, пытаясь унять плач.

Адэйр сглотнул комок в горле и обнял брата и сестёр. Ему тоже отчаянно хотелось заплакать, но как он может, ведь он уже взрослый.

Порыв ветра яростно налетел на замок, заставив зазвенеть стекла в окнах. Но сквозь толстые гобеленовые занавеси на окнах не проникало ни единого дуновения в небольшую жарко натопленную спальню с большой резной кроватью, на которой лежала женщина в одной сорочке. По щекам струился пот. Глаза полуприкрыты. Длинные светлые волосы распущены и разметалась по постели спутанными прядями.

Гвен Макларен громко застонала, потом закусила деревянную палку, сделанную из рябиновой ветви. Скоро сутки, как она рожает. Это ее пятое дитя. Вот же упрямый младенец! Весь в отца. Никак не желает покидать материнское чрево.

Боль ненадолго отпустила, и женщина обессиленно откинулась на подушки.

Служанка подала ей кубок с рябиновым отваром, который был призван не только укрепить силы роженицы, но и защитить ее и пока нерожденного малыша от фейри, чтобы не навлекли зло и не подменили ребёнка.

Снова началась схватка и Гвен с отчаянием посмотрела на повитуху.

- Уже скоро, мадам.- Ответила та.

Женщина снова вцепилась зубами в уже изрядно покусанную деревяшку. Кричать было бы, конечно, легче, но не стоило пугать остальных детей и беспокоить мужчин, собравшихся в замке в ожидании вестей о новом наследнике или наследнице рода Макларен.

Девочка родилась незадолго до полуночи, возвестив о себе громким плачем, но малютка сразу успокоилась, едва повитуха положила ее на грудь матери.

- Здравствуй, моя дорогая девочка, - заворковала Гвен над новорожденной, - ты меня изрядно помучала, но я тебе очень-очень рада. Мы назовем тебя Грания, что значит "любовь". Ведь ты дитя большой любви, как и твои братья и сестры. Добро пожаловать в этот мир, Грания Макларен.

В это время метель за стенами замка улеглась, снег перестал, тучи рассеялись, и на темно-синем бархате ночного неба, усыпанном мириадами звезд, засияла полная луна.