Сириус и Сириус

Предисловие, в котором автор предупреждает

Важно! В тексте в прошлом главных героев упоминаются однополые отношения, которых в настоящем времени не будет, и они не являются главным двигателем сюжета. Упоминание о них там просто есть на периферии и заднем фоне по задуманной автором идее. 

Графического описания любых постельных сцен не ждите — не будет.

В тексте присутствует графическое описание насилия, ранений и психологических хоррор-сцен.

~~~

Этот текст — реинкарнация фанфика за авторством S.A, поэтому: 

1. Текст действительно отобран у автора, но с его разрешения и одобрения, переписывается и дописывается с участием автора. Для желающих проверить лично, его страница: http://siraristocrat.diary.ru/ 

2. Название «Сириус&Сириус» было заменено на «Сириус и Сириус» потому что не все ресурсы поддерживают возможность сохранения оригинального названия (недопустимый символ &). 

3. Старый текст вычищен из интернета, но если вы где-то наткнётесь его на копию, то читаете её на свой страх и риск. 

4. Риу Блэк — целиком и полностью выдуманный S.A. персонаж.

~~~

Приятного чтения.

Часть 1. Звездочка ясная, звездочка светлая

где-то, когда-то
— Жил-был Поттер…
— Поттер? Вы о чайнике? Ну, таком… электрическом.
— Тьфу ты, господи! Да о каком чайнике?
Впрочем, чайником он тоже был — и ещё каким!
Но об этом после. Итак, жил-был Поттер: и не предмет
бытовой техники, а мальчик по имени Гарри Поттер.
И был он волшебником!
— Да нет же, волшебников не существует — это доказано.
— Ну и молодежь пошла! Вам пять лет или пятьдесят пять?
Я вам тут корячусь сказку рассказать или научно-популярную
статью для лекций зачитываю?
S.A.

***

Конец июля. Азкабан. Камера № 602.

Звёздочка ясная, звёздочка светлая, хочу предупредить сразу и заранее: всё, о чем я буду тебе сейчас рассказывать — это такой изощренный бред-бред, что я даже, наверно, не обижусь, если потом получу между глаз Авадой или чем похуже (хотя, куда уж хуже?). Только дослушай, а? Потому что выговориться с последних пор мне больше некому.

Веришь или нет, но жил-был мальчик по имени Гарри Поттер, и был этим мальчиком не кто-нибудь, а я собственной персоной. Хотя «мальчик» из меня уже никакой, но не суть.

Детство мое прошло незабываемо — такое и в страшном сне не приснится. Какой бы пяткой не бил себя в грудь Волдеморт, а ставлю я всё же на то, что по сравнению со мной он в своем приюте как сыр в масле катался. Ну, или не катался. Или всё относительно и для каждого индивидуально? Впрочем, я сейчас и не про него рассказываю, а про себя, поэтому — опустим. Так вот, жил я на редкость ужасно, хоть и сам того не понимал — сравнить в то время было не с чем. Но, несмотря на Дурслей, каким-то образом я всё равно продолжал верить в чудеса: «…прилетит вдруг волшебник в голубом вертолёте». Правда, в моих снах этот волшебник летал не на вертолёте, а на мотоцикле. И мне нравилось думать, что этот волшебник — моя крёстная фея, а сам я — что-то вроде Золушки. А Золушка обязательно победит злую мачеху и её семью, если будет оставаться доброй и трудолюбивой. По-детски, но как-то так. Да и был я тогда ребенком, вот и верил во всякую чепуху.

Может быть, мне стоило не ждать, а сбежать из дома? Не знаю. Сейчас бы сбежал, только б пятки сверкали, а тогда я просто даже и не знал, что так можно. Что можно просто уйти из дома, где ты хуже мусора, и отправиться куда глаза глядят. С другой стороны, а, может, и лучше, что я никуда не ушел? Куда мне было идти-то? Это сейчас я лоб — дверь откройте, а дальше я справлюсь. А тогда я был всего лишь пяти-десятилетний недокормленный хиляк. Меня бы на улице к одному ногтю прижали, а другим придавили. Вот и нет Гарри Поттера. Волдеморт со смеху бы сдох.

Так прошли мои осознанные годы детства, и, когда я уже смирился со своей долей аутсайдера, случилось невероятное: «добрая фея» (не путать с крёстной) в лице Альбуса Дамблдора изволила вспомнить о моём существовании и перевернула мой хрупкий мир с ног на голову. На горизонте будущего яркими красками замаячили те самые «чудеса», которых я так долго ждал, что уже отчаялся.

— Мальчик, — хором сказал мне весь волшебный мир, восторженно взирая на меня. — Ты волшебник! Ты знаменит и богат.

Эти слова прозвучали как гром посреди ясного дня. Из нищенки без будущего я в один миг превратился в маленького принца. Был ли предел моему счастью? О, вряд ли! Тогда меня не могли смутить Малфой, Снейп и Волдеморт вместе взятые, потому что в мире, который наполнен чудесами, все они пукали бабочками и питались только сладкой ватой (ну, ладно, Снейп — кровью особо бездарных учеников в целом и моей в частности, но это уже лирика). Позже, гораздо позже я уже понял, куда попал на самом деле, и что мой статус Мальчика-который-выжил — это скорее обязанности, а не лавры. В одиннадцать лет я безоглядно бросился вперёд по новой жизни, забыл о том, что настоящих чудес не бывает, и за всё нужно платить. В неполные шестнадцать — благополучно залетел в Азкабан по собственной недальновидности.

Сначала я кричал здесь, потом плакал, потом пытался убить себя. В общем, занимался тем же, чем и все прочие заключенные. А потом, в перерывах между дементорами, увлёкся единственным доступным тут хобби — размышлял. Размышлял о своей жизни и о том, как докатился до камеры. Я обвинял окружающих, потом обвинял себя, потом искал ответ на потолке, и так по кругу, пока в моей голове не сложилась окончательная мозаика событий. Да, нужно отдать должное ещё и моим соседям — Пожирателям, запертым по камерам вокруг. Год-другой в камере, и даже лютый враг становится вполне себе приемлемым собеседником — выбирать не приходится. Они-то и открыли мне глаза на другую сторону вопроса. Нет, я ни в коем случае их не оправдываю, и встретились бы они мне сейчас опять на передовой, драл бы им жопы кривой лопатой… ну, может быть, уже и без такого остервенения, но как факт: Волдеморт — это не наше всё. А через прутья решетки: ну, МакНейр и МакНейр, палач и палач, тоже ведь человек? Вроде бы даже общительный, анекдотов знает много, правда, больше про пытки, казни или выпивку. Через пару лет, привыкнув к его манере общения, вообще перестаешь делать разницу между ним и Роном.

На почве темы про Волдеморта и его политики мы долго и упорно ругались, мысленно перегрызая горло друг другу, но зато узнал я про него много нового и полезного. Тот же Малфой, растратив всё свое жлобство и подобрав сопли к третьему году заключения, раскрыл многие карты, а также высказал компромиссное мнение: Волдеморт — это вот тот чувак до встречи с Гарри Поттером, а то, что поднял Петтигрю на кладбище, — с этим снова ни один Пожиратель встречаться не хотел. Я попытался вставить свои коронные пять кнатов про невинно убиенных родителей своих, но все трое лениво отмахнулись, заявив, что там была война вообще-то, так что… «Что они там вообще делали с годовалым-то ребенком на руках? — резонно спросил Малфой. — Мало того, что у Лорда как встал вопрос про Нарциссу и метку, так и отпал быстро с моей подачи, а как Драко родился, я их обоих выдворил из страны к родственникам во Францию — от греха подальше. А что твой отец? А ничего. И это при том, что состояние у него было приличное и недвижимости хватало, а увезти жену с ребёнком из страны он не догадался. Да тьфу! Не говори мне больше про него». Так что за первый раз умерщвления Волдеморта они все дружно готовы бить мне морду, а за второй — выстроиться в очередь жать руку. Последнее они, кстати, воплотили в жизнь воздушно-жестовым способом. Это как воздушные поцелуи, только пожатия. А так как после великой победы меня сразу засунули в Азкабан вместе со всеми пойманными Пожирателями, то это была единственная почётная церемония поздравления меня как победителя. Такие вот пироги.