Скажи мне где ты

Глава 1

Стрей

В центре столицы, в огромном доме, в углу второго этажа, в сумрачном помещении царила тяжелая атмосфера. Такая, словно черные тяжелые тучи, надвинулась на это место еще два года назад и все никак не растворялась. Два года напролет работающие здесь, трудились едва ли не круглые сутки для получения крупиц результата.

Сегодняшним вечером дознаватели с особым доступом в кабинете отсутствовали. Пятница, поздний вечер – двое из троих решили устроить себе отдых.

Только один Стрей и сегодня задержался.

Мужчина стоял у открытого окна и вдыхал морозный воздух. С каждым вздохом он выдыхал клубок пара изо рта. Его руки, расположенные на подоконнике, уже успели покраснеть от холода, но, казалось, мужчина и не замечал этого.

Он размытым взглядом взирал на главную улицу столицы. Там сновали повсюду магмобили, кое-где виднелись телеги, владельцы которых еще не успели накопить на новые изобретения магов. Громкие возгласы прохожих слышались каждую секунду, смех детей доносился до уха мужчины так же часто. Столица вообще редко когда замолкала. Круглые сутки кто-то да и странствовал по огромному городу королевства. Горящие огни освещали темные улицы ярче, чем даже днем солнце. Это ли не прекрасная атмосфера для прогулок со своими вторыми половинками?

Уже наступила зима. Снежный покров крыш домов переливался в свете магических фонарей, деревья, окутанные снежинками, вызывали трепет и благоговение, наступление сказки.

Снова наступила зима.

И снова без нее. Уже третий декабрь наступил без нее…

Стрей резко выдохнул и ударил по оконной раме что было силы. Стекла жалобно задребезжали, створки скрипнули. От удара с крыши здания посыпался снег, прямиком на прохожих. Те тут же начали кричать ругательства, совершенно не зная, кому направлять их, только вверх кулаком трясли. Молодой мужчина даже не посмотрел вниз.

Стрей в очередной раз осознал, что подвижек в его деле нет. Вот уже два года он искал свою жену повсюду. Был едва ли не в каждом уголке страны, поднял едва ли не каждый камень на своем пути, но это никаких результатов не принесло.

От осознания собственной никчемности, Стрей хлопнул створкой со всей силы, не замечая, что стекла едва не выпали из своих гнезд. Он ничего не замечал. Все его мысли занимала его жена. Все еще его жена.

На правой руке молодого мужчины висел мужской брачный браслет, сверкая при лунном свете золотым отливом. Змея-замок красовалась на самом видном месте, напоминая, что расстегнуть ее никто не сможет и тут же посмеиваясь над владельцем. Ведь его жена так легко когда-то расстегнула его и оставила на стеллаже. Второй такой браслет хранился у него на шее. Чтобы, как только он найдет свою беглянку-жену, тут же надеть на нее утерянное украшение. И лучше бы ей объяснить, почему бросила своего мужа вот так, ничего не объяснив.

Злости он никогда не испытывал по отношению к поступку жены. Ада всегда рационально мыслила, всегда взвешивала каждое свое решение. Спонтанности в ее поступках была лишь крупица. Потому была причина, по которой браслет сейчас висит на шее мужа, а не красуется среди других украшений на изящном запястье жены.

Наконец, осознав, что продрог, Стрей прошел вглубь сумрачной комнаты и остановился у своего стола.

На рабочем столе догорала обычная свеча на подставке. Можно было использовать и магическое освещение, но мужчине нравился запах зажженной свечи, а ее едва подрагивающее пламя немного успокаивало.

В освещении свечи были видны очертания кабинета. Диван и столик рядом с ним в самом центре, стул и невысокий столик в самом углу – это то, что всегда здесь было. Но чуть более года назад, когда у его друзей и напарников появились невесты, комната постепенно стала дополняться мягкими подушками, несколькими креслами, пледами, вазами и всякой другой мелочью. Невесты друзей теперь здесь стали частыми гостями, ведь они так же были друзьями его Ады.

Ближе всего свеча стояла к стене, на которой была закреплена огромная карта мира. При взгляде на карту можно было увидеть большие и маленькие крестики, зачеркнутые города и поселения, вычеркнуты лесные массивы и озера. На территории страны вообще не осталось пустых мест, где бы не стояли черные крестики.

Такими пометками Стрей отмечал где уже успел побывать и поискать Аду. На случай, если девушка прибудет после него самого – он пригрозил строго-настрого всем в городах и поселениях, чтобы с ним тут же связались. Ну а если найдется тот смельчак, что проигнорирует его предупреждение – тут же отправится в тюрьму до скончания своего жизненного срока.

Не то, чтобы это был блеф. Все же Стрей занимал высокое положение при короле, расследовал самые тяжкие и запутанные дела, действовал тайно и только по приказу самого короля. Потому блефом это назвать было сложно.

Итак, на карте на месте королевства уже не осталось свободных мест. Стрей успел исколесить за эти два года страну не по одному разу, но ничего не нашел. Не было никакой зацепки, ни одного намека, что Ада появлялась когда-то в тех местах.

Потому сейчас, облокотившись на стол и рассматривая карту в миллионный раз за это время, Стрей не мог понять, что же было упущено.

Совсем недавно крестики стали появляться и за границей государства, но это был огромный мир. Можно было искать веками и так и не найти жену. И все же одно место было отметено сразу. Крайний Север. Торминский лес. Самое холодное место на свете, самое густо населенное грыгхами, самое редконаселенное людьми.

Глава 2

Путешествие Стрея затянулось на долгие недели. День за днем он посещал все новые и новые деревни и города, день за днем слышал все новые слухи, домыслы и банально фантазии. Все дни слились в одну белоснежную картину. Чем дальше он заходил на Север, тем больше снега оказывалось в его сапогах, тем быстрее разряжалось его магическое тепло в куртке, тем стремительнее он уставал, чаще мерз и еще чаще – разочаровывался.

Его даже настигло нестерпимое желание принять закон, по которому запрещалось пускать выдуманные слухи, не подкрепленные никакими фактами. И все потому, что каждый, кого встречал на своем пути Стрей, говорил то, что совершенно отличалось от предшественника.

За три недели странствий Стрей услышал тысячи и сотни тысяч образов ведьмы. Встречались мнения, что ведьма – людоедка, а были и те, кто называл ее своей богиней и жаждал поклоняться ведьме до скончания веков. Кто-то считал ее выдумкой, а кто-то уверял, что ведьме уже не одна сотня лет.

Идея «поспрашивать на улице» обратилась прахом. Молодой мужчина понятия не имел, на какие сведения опираться, чтобы узнать побольше о девушке. Чтобы узнать именно правду, а не фантазии.

В один из таких перегруженных пустой болтовней дней дознаватель с особым доступом заглянул в небольшую таверну. Есть ему приходилось именно в таких забегаловках. Еда там была почти безвкусной, сильно жирной и тяжело перевариваемой. Чем ближе к крайнему Северу, тем жирнее пища становилась. Здесь мало кто заботился о хорошем насыщенном вкусе, сильно приправленным пряностями. На Севере востребовано было то, что долго переваривалось.

Это стало еще одним пунктом в списке непринятия Севера. На первом месте в нем значились бескрайние белые покрывала снега, на втором – холод, зачастую такой, что пробирал до костей с первых минут пребывания на улице. Вновь и вновь молодой мужчина убеждался, что Ада сюда даже нос не сунет. Правильно он сделал, когда вычеркнул земли Севера на карте.

Так вот, сидел Стрей за столиком и ковырялся в тарелке с непонятной коричневой бурдой, мечтая теперь уже только о том, что кто-то за него закроет это ужасное дело и даже переговоры проведет.

Вдруг до его слуха донесся разговор двух женщин в возрасте. Обе они были прилично одеты и болтали об обычных вещах, таких, как готовка пищи или стирка белья. Вначале это Стрей пропускал мимо ушей, но после ему стало интересно.

– Так я отправляю свою в Торминскую академию, – довольно отозвалась женщина в синем платье. – Там ведь хорошие знания дают. Ты не смотри, что в академии всего три этажа и общага. Там действительно можно получить все навыки для выживания.

– Я боюсь, что дочурка не потянет сложную программу для магов, – сокрушалась женщина в красном. – Наверняка это сложно. Я так беспокоюсь… А если грыгхи вдруг нападут на академию? А если…

– Так, – гаркнула первая дама. – Прекрати свои «а если». Ты вообще знаешь кто там учится? Сама ведьма Ада там обучается.

– Да ладно, – округлила глаза вторая дама.

Вместе с дамой округлил глаза и Стрей, слегка подавшись вперед. Имя «Ада» как пронзило мужчину в макушку молнией. Он так долго искал… Неужели его Ада все время скрывалась на Севере?

Любящее сердце забилось с тройной скоростью. Все тело вытянулось в натянутую струну, в ожидании новых деталей. Если все так, как думает Стрей – сама вселенная направила его по нужному пути. Лишь бы скорее удостоверится в своих выводах. Дамы же как назло замолчали, каждая думая о своем, не подкидывая ни слова новой информации.

– Извините, – воскликнул Стрей, тут же оказываясь рядом с болтушками. – Кто такая Ада?

– Кто. Такая. Ада? – в непонимании произнесла, запинаясь, одна из женщин, та, что в красном. – Вы не знаете Аду? Вы не из наших мест?

– Нет, я путник, – поспешил ответить Стрей, лишь бы услышать ответ на свой вопрос.

– Ада – наша местная знаменитость, – произнесла вторая дама, в синем платье. – Она приносит умиротворение в дома наших городов.

Игла разочарования поспешила кольнуть сердце молодого мужчины. Его Ада – ведьма, а эти женщины говорят… совершенно не понятно о ком.

– Простите? – с нажимом произнес мужчина, давая понять, что подобные загадки – не его сильная сторона.

– Она отправляет души умерших в другой мир, – для непонятливых пояснила дама в красном, добродушно стараясь сгладить острые углы, видя как ее собеседница начала выходить из себя. – Служит для неприкаянных душ проводником и помогает обрести покой.

– Ну говорю же – приносит умиротворение в дома, – недовольно произнесла женщина в синем. – Что тут не понятного?

– Она как лучик света появляется в городе, – произнесла ее собеседница. – Только слышится перезвон ее украшений на шее, все тут же высыпают на улицу и, затаив дыхание, выжидают, в какой же дом в этот раз снизойдет благословение.

– Ада уже многим помогла, – закивала вспыльчивая дама.

– Если слышишь серебряный перезвон – должен радоваться, что девушка добралась до твоих мест, – все так же воодушевлённо говорила сплетница в красных одеяниях.

– Она молодец, – закивала дама в синем. – Думает о нас. Другие бы на ее месте стали брать плату за такие обряды. Ведь так сложно работать в нашей местности, но Адочка даже медяка не принимает.

Глава 3

Ада

– Чтоб ты сдох! – проорала вдова на своего мужа, стоя в опасной близости от призывного круга, сложив руки на груди. Глаза ее сверкали ненавистью, а губы, накрашенные яркой помадой, постоянно кривились от возмущения и презрения.

– Я и так помер! – не менее громко проорал ее покойный муж, брюзжа призрачной слюной во все стороны. – И между прочим я помер из-за тебя!

– ХА! – воскликнула вдова, перемещая руки на бока, принимая угрожающий вид. Сковородки только не хватало для полной картины. – Ты сам споткнулся и упал!

– Я из-за тебя споткнулся и упал! – не унимался покойный, тряся указательным пальцем в воздухе прямо перед носом своей еще живой жены. – Ты мне изменила! Я был рассержен, а ты воспользовалась моментом!

– У тебя в посмертии мозг начал отсыхать? – ехидно поинтересовалась вдова, кривя четко очерченные губы. – Я тебе не изменяла, в отличие от тебя, паршивца!

– Я?! Я! Премерзопакостная женщина! – проорал что было мочи мертвый муж. – Как только я женился на тебе?! Вокруг было столько прелестных дев, а я попался в твои сети! Приворожила меня и рада стараться!

– Подлец! – воскликнула вдовушка. – Я потратила на тебя лучшие годы своей жизни, я могла выйти замуж за богатого и красивого! Это ты меня приворожил!

– И для чего мне тебя привораживать! Смотреть не на что! Я был в помутнении разума, когда женился на такой, как ты! – продолжал настаивать на своем покойный, сверля вдову призрачным взглядом, полным ненависти.

– Плевать! – неожиданно произнесла вдова. – Ты уже отобрал у меня мои лучшие годы. Вернуть их не смогу. Зато смогу потратить все твои накопленные деньги! Я знаю куда ты складывал монетку за монеткой все тридцать лет совместной жизни.

– Не смей! – закричал что было сил призрак.

От его ора дом заходил ходуном, а половицы запрыгали на месте. Справедливости ради стоит сказать, что дом был не хиленькой избушкой, содержащей три стены и дверь. Это был большой особняк с богатой отделкой и не дешевыми побрякушками, стоящими там и тут. К тому же его жена была одета в дорогое платье, на шее у нее висели золотые украшения. Словом, сказать, что эта семья бедствовала – язык не поворачивался.

Потому, как только этот особняк заходил ходуном, тут же стало ясно насколько разозлен дух умершего.

Только призрак увидел на что способен, как его глаза удовлетворенно блеснули. Он понял, что, если убрать одну из половиц, круг, что сдерживал полупрозрачное существо, окажется разорван. Одни Боги знают, что произойдет в этом случае. Когда я зашла в дом, а это было несколькими часами ранее, призрак готов был подсыпать яд в стакан с вином своей живой жены. Что сейчас задумал дух – неизвестно.

– НЕ СМЕЙ! – прокричала уже я. – Или я закольцую тебя в квадратном метре, скажем на выходе из таверны. Станешь местным достоянием. Все будут проходить мимо и тыкать в тебя пальцем, напоминать какой ты жалкий урод с рогами на голове, которые тебе наставила твоя любимая жена.

– Она не любимая! – запротестовал призрак, обратившись уже ко мне. – Я ее ненавижу! Она меня убила!

– Ты сам упал! – продолжили твердить вдова, высокомерно взирая на своего муженька.

– Ты меня убила, – не унимался муж, тыча призрачным пальцем в самую границу круга. – А я убью тебя! Я выберусь отсюда и убью тебя!

Дом снова задрожал, половицы заскрипели, грозясь вылететь одна за другой и разрушить мой охранный круг.

– Ты отвратителен! Всегда был таковым! – прокричала вдова, падая на пол и заливаясь слезами. – Ты ничтожество! Давно надо было избавиться от тебя!

– Сволочь! – поцедил сквозь зубы разъяренный призрак, ударяя кулаками по защитному контуру, стремясь разрушить его быстрее.

– ТЫ! ... обозвал меня?! – взвилась на новый круг вдова. – Я расчленю твои останки и разбросаю по разным углам леса, да так, чтобы их еще и распотрошили дикие звери, а кости разнесли птицы или еще лучше, растоптали грыгхи. Чтобы никто и никогда не смог вспомнить о тебе.

– Пригрел на груди змеюку, – процедил сквозь зубы покойник, расшатывая дом все сильнее.

– Пустила за пазуху урода, – выплюнула вдова.

– Дылда неухоженная!

– Грязный гном!

– Старуха морщинистая!

– Бессильный коротышка!

– Ах ты…

– А ну заткнулись все! – рявкнула я что было силы, останавливая вибрацию в доме.

Не хватало еще, чтобы мне на голову какая балка прилетела. Призрак проорался, выплеснул всю свою ненависть и хватит с него.

У меня же голова разболелась от этих остолопов. Уже за полтинник, а грызутся как подростки.

– Ты че, пигалица, мне указывать вздумала? – зашипела на меня вдовушка.

А ведь именно она и позвала меня с мольбами, слезами и соплями на лице. Отвратительное зрелище. Умоляла и день, и ночь, таскаясь за мной хвостиком. Пришла сюда, лишь бы избавиться от назойливой женщины.

– А ты че рот раскрыла? – рявкнула я на вдову. – Страха еще не испытывала? Мне призвать все сущности в этом доме, чтоб как следует продемонстрировать тебе важность проявления уважения к некромантам?

Глава 4

– У тебя сегодня еще и пара придворного этикета, – пробурчала Чуба, сегодня обернувшаяся рыжей пушистой лисицей. – Говорят, новый препод вести будет.

Ее выбор образа на сегодня был неслучаен. Мы уже второй час блуждали по Торминскому лесу, где тропинок отродясь не существовало. В таком обличии по поверхности снега бродить очень удобно.

– Какая разница кто ведет бесполезный предмет, – безразлично пожала я плечами, осторожно ступая на снежный покров.

Все же я не лисица, и вес мой гораздо больше. Поддерживать себя магией на самой поверхности у меня слабо получалось. Да и резерв мне понадобится полный для сегодняшней работы.

Торминский лес страшил всех в мире, но у меня был специальный пропуск. Я заключила сделку, потому и могу пользоваться его дарами сколько захочу. Хранительница этого проклятого со всех сторон леса позволила мне блуждать по бесконечным белым простыням, находя самый короткий пусть до моей цели. Я же взамен согласилась отправить всех духов за грань безвременно почивших на этой земле.

Всего шестьдесят лет назад это была спорная территория. И даже если она ничего не приносила, ее желали получить в свои руки абсолютно все. Три страны сражались друг с другом, стремясь, завоевать этот лес. Сколько полегло воинов и по сей день неизвестно. Их духи возникают повсюду в виде призраков, что пугают людей близлежащих городов. Излишне разъяренные превращаются в умертвий, поднимаясь из-под толщи снега и держа в страхе всех сильнее самих грыгхов.

– Может он молодой красавчик, – принялась мечтать Чуба. – Приглянется нам, а после и заберет из этого холода в жаркие страны.

Слова фамильяра меня едва не сбили с дорожки. Провалилась бы по самую шейку.

Остановилась, глубоко вздохнула и со всей яростью, на которую только была способна, зыркнула на чертенка.

– Если ты будешь дергать меня за хвост так же, как и тех, кто тебе не нравится, отправишься обратно в подземный мир к родителям, – угрожающе процедила я.

Верхняя губа нервно задергалась, выражая высшую степень моего недовольства.

– Да поняла я, – отмахнулась от меня мой фамильяр. Судя по ее поведению, она сначала взболтнула и только после осознала, что именно сказала.

Для меня тема отношений теперь под запретом. Табу, о котором нельзя даже заикаться. Моя первая и единственная любовь превратилась в самый дикий ужас, который я могла только себе вообразить. Те отношения никак не восстановить. Их даже не собрать, потому что их осколки разлетелись по всей стране, оставаясь частичкой в тех местах, что я посещала два года назад в поисках своего пристанища.

И вот теперь, два года спустя, у меня добровольный запрет на отношения, некромантия в одной руке, огонь и ведьмовство в другой. Под боком фамильяр, а впереди снежный покров. Весело же мне живется.

– Как долго мы будем бродить на снегу? – возмущённо пискнула Чуба, напоминая о себе любимой.

– Пока не найдем призрака, – ответила спокойно, осматриваясь по сторонам с предельной внимательностью.

Уверена, Чуба не замерзла. Лишь привлекает внимание, чтобы быстрее добраться до своей еды и поиздеваться над первокурсниками. Такова Чуба. На месте ей не сидится, монотонная работа ее не привлекает – постоянно что-то новое жаждет делать.

Я, как и фамильяр, не чувствовала холода. На мне дорогая куртка, которую мне зачаровали в академии, вместо сапог валенки, такие же зачарованные. Огонь моей стихии дает утеплять себя. Не в Торминском лесу естественно, это учуют грыгхи, но за его пределами огонь замечательно работает.

Никогда бы не подумала, что окажусь на Севере. Холод для меня раньше был невыносим. Но снежный покров для меня все равно что белый лист. Знак, за который я ухватилась, как только его увидела.

В лесу сегодня было слишком тихо. Солнце, что ярко светило на ясном небе, мешало мне искать призраков. Духи не любят солнце, потому сегодняшний поход грозил остаться без улова.

Но мне все же повезло.

Одинокий призрак, проснувшийся от моего легкого некроматического толчка, стоял в тени раскидистого дерева. Хотя тенью это было назвать очень сложно, ведь листьев на дереве не было.

Молодой паренек, лет двадцати, опасливо осматривался по сторонам и жался к стволу дерева. Все еще напуган, все еще не знает, где оказался. Одет он был ожидаемо в темный зеленый костюм солдата, с темным поясом на талии, черных высоких сапогах. Фуражка его потерялась, вместо этого виделись короткие русые волосы, едва пробирающиеся из лысой головы. Новобранец. В армии поди успел отслужить всего месяц. Не повезло парнишке. А может и повезло. Кто знает как на самом деле обстояли дела в тех сражениях и что было лучше? Оказаться убитым в первом же бою или попасть в плен и увидеть самые ужасные стороны людей в виде своих врагов.

Погиб он конечно от удара в сердце. Небольшой магический заряд попал в левую половину груди, оставляя там большую сквозную дыру. Мгновенная смерть.

– Я – Ада, – без расшаркиваний сразу представилась призраку, протягивая свою холодную руку для рукопожатия.

– Я….Я…, – не придя в себя, призрак замямлил, все еще оглядываясь по сторонам.

– Кроме нас здесь больше никого нет, – внесла я ясность, чтобы большее не видеть этого опасливого оборачивания от парня. – Кто ты?

Глава 5

– Заходите, – немного надменно произнес Стрей, мазнув по мне скользящим взглядом. – Это первый и последний раз, когда я впускаю после звонка. В следующие разы это станет пропуском.

От его низкого голоса в голове зашумело так, будто я сейчас свалюсь в обморок. Перед глазами все поплыло, а сердце счастливо забилось, как будто встретило свою родственную душу.

– Чего вы стоите? – недовольно произнес Стрей, нахмурив брови. – Займите место в аудитории или вообще ее покиньте!

Суровый тон смахивал больше не на преподавательский, а на дознавательский. От такого давления я еще и икнула на всю аудиторию, приводя сидящих студентов в секундный ступор, а после и в неудержимый смех.

– Ада, – шикнула на меня Чуба, прикусывая мне руку. – Нам на галерку. Давай-давай, переставляй ноги, сначала надо присесть и перестать привлекать внимание.

Стушевавшись от реакции своего организма на внезапное событие, я поспешила подняться к своему месту, едва переставляя непослушными ногами.

Дважды споткнулась о ступеньки и один раз о чей-то рюкзак. Только после смешков в спину смогла присесть на свое место и выдохнуть с тяжелым облегчением.

– Тихо! – командовал Стрей таким тоном, словно в армии находился. Он командир, а мы его новобранцы, не знающие ничего о службе.

Все студенты разом замолкли и перевели внимательный взгляд на преподавателя.

Кашлянув в кулак, Стрей начал свою первую лекцию на нашем потоке. «Как вести себя с королевскими особами простым магам, если вдруг те окажутся при дворе».

На лекцию я забила. Но не потому, что ни первая, ни вторая часть ко мне не относится. Я на нее забила, потому что передо мной стоял Стрей. Все такой же высокий, такой мужественный, привлекательный и завораживающий. За два года он нисколько не поменялся. Только его голос стал только еще более притягательным.

И мое глупое сердце нисколько не позабыло этого паршивца. Все так же сильно и взволнованно билось в его присутствии. Мое тело словно пробудилось и теперь желало быть рядом с обманщиком и предателем.

Недовольно сжала ладони в кулаки, хотя бы таким образом выражая свой гнев. Чего я тут размечталась? Он меня даже не узнал. Скорее всего он давно снял брачный браслет со своего запястья и теперь ухлестывает за другими девушками.

Вскинула голову, тряхнув косами и величественно взглянула на запястья Стрея, совершенно уверенная, что там ничего нет.

В ту же секунду мне по голове как книгой прилетело с верхней полки, прямо ее углом. На запястье Стрея находился тот самый золотой браслет, с застежкой-змейкой. Он женился снова? Ну да, чего тянуть. Женился на мне потому, что я сама просила. Свои слова тогда он не контролировал, а как я смогла снять со своей руки брачный браслет – тут же подыскал достойную. Так ведь тогда обо мне отзывались они с отцом в приватном разговоре. А я стала невольной свидетельницей.

Почему он тогда прибыл в такую глушь?

За все время лекции он ни разу не посмотрел в мою сторону. Ни взглядом, ни жестом не намекнул, что узнал меня. Он… не узнал меня? Он… не понял кто перед ним? Или Стрей решил поиграть? Я его бросила, и он теперь и знать меня не хочет? Такие мысли в его голове? Намеренно меня игнорирует, делает вид, что я ничто для него?

В тот же момент, когда я испепеляла взглядом мужчину, он поднял глаза, остановившись на моем лице, задержавшись на длительное время, рассматривая тщательно, будто изучающе. Я не могла отвести взгляда от его глаз. Просто не могла заставить себя это сделать. Его взгляд оставался той моей слабостью, к которой я обращалась в моих редких фантазиях. А уж сейчас, когда его глаза, настоящие глаза, смотрели на меня внимательно, я даже шелохнуться не могла.

Так он узнал меня или нет? Неужели я настолько сильно изменилась за эти два года, что меня попросту не узнать?

Меня тут же пронзило молнией от макушки и прямиком в пол. Он ведь никогда не видел этого моего лица. Мое изменившееся лицо стало настолько другим, что никто не мог догадаться кто перед ними.

Когда я первый раз показалась в поместье, перешедшим ко мне по наследству от родственников, все слуги испуганно жались по углам, не смея взглянуть в мое лицо. Они знали меня с самого детства, потому перемены, что случились со мной, не смогли принять по щелчку пальцев.

Воспоминания накатили новой волной. Тогда, два года назад, увидев свою новую внешность, я попросила наложить мне иллюзию, чтобы не шокировать своих друзей и Стрея. Только спустя несколько часов решилась все же раскрыться перед своим мужем. А в итоге подслушала неприятный разговор.

Как итог бежала из столицы. Даже больше от своей внешности, чем от услышанной фразы я бежала из столицы. Разноцветные глаза еще как-то можно принять, но седые волосы… Их ни закрасить, ни обрезать, ни сжечь – нет никаких способов скрыть некромантскую седину. Не многие некроманты оказывались помечены именно таким способом своего дара. Мне же не повезло. Но даже если с грехом пополам можно было смериться с сединой и сделать это своей визитной карточкой, то шрам на лице молодой девушки только отталкивал от себя окружение. Особенно на лице аристократки. Его, как и седые волосы, скрыть было невозможно, потому что я получила его от зачарованного ножа. Только временная иллюзия могла спасти положение.

Да, в столице бы меня не приняли. Зато приняли на крайнем Севере. Никого из здешних студентов не отталкивали ни шрамы, ни волосы, ни глаза. Для них это боевые шрамы, которые только показывают насколько опытный маг перед ними предстал. Только здесь меня приняли, и только здесь я смогла немного принять себя настоящую.

Глава 6

Ранее утро. Морозный воздух, солнце уже виднеется на горизонте, дразня очередным холодным днем без намека на снегопад.

Соскучилась я уже по снегопаду, хоть и живу в окружении бесконечного снега.

После так называемого общения со Стреем я провалялась всю ночь без сна. И если бы только в голову лезли нормальные мысли по типу «как обходить его стороной». Но нет, в моей голове только и делали что кружили воспоминания о наших веселых деньках, проведенных вместе. Была бы возможность – избавилась бы от них, выжигая каждое.

Встряхнулась, отгоняя тоску, и снова вздохнула морозный воздух. Он будоражил похлеще холодного душа. Стояла я на самой развилке основных дорог в городе и просто наслаждалась спокойным тихим утром. Давненько у меня такого не было. Можно и наверстать упущенное.

– Адочка, – прозвенел звонкий голос проплывающей мимо дамы.

– Добрый день, мадам Риминс, – кивком головы поприветствовала я призрака. – Сегодня снова наставляете внуков на путь истинный?

– Они совсем от рук отбились, – воскликнула возмущенная дама, отплывая от меня уже на приличное расстояние.

– Наша надзирательница снова на месте, – хохотнул старичок, возникший из ниоткуда, едва достигавший мне до плеча. – Я все еще хороший призрак. Злобы не испытываю, разве только на своего сына за то, что выбрал слишком правильную жену. Агрессия из меня не бьет ключом, убить никого не хочу, покалечить тоже не хочется.

– Это же замечательно, – расплылась я в улыбке. – Всем нам будет хорошо, если все останется на своих местах.

– Да-да, – скучающе произнес старичок. – За грань не собираюсь, сына еще уму-разуму не обучил как надо.

– Всегда жду вас у себя, – прокричала я в спину старичку, и помахала рукой, хоть он и не увидел.

– А вот и наша Ада пришла, – раздался рядом голос молодой полупрозрачной девушки. – А вот и я пришла на ежедневное изучение показателей.

– Я просто смотрю все ли в порядке, – снисходительно произнесла я, наслаждаясь таким замечательным утром и тем, что все мои призраки в норме.

– Я снова сегодня излучаю только радость и теплоту, – произнесла молодая девушка. – Мой сыночек растет, муж о нем заботится все лучше. Мне попался очень хороший муж.

– Может вам уже пора отправится за грань? – аккуратно поинтересовалась я у девушки.

– Еще…. Рано, – стушевавшись произнесла девушка. – Я еще не уверена… мой ребенок…

– Все в порядке, – улыбнулась я, и погладила ее по плечу. – Главное, что вы не ощущаете гнева и жажды убийства. Вы же понимаете, что если это произойдёт, а вы утаите, вас придется убить без возможности когда-либо вернуться в этот мир?

Я не запугивала никого, я говорила правду. Они должны знать, что последует за таким их решением. Утаивать любят все люди, что при жизни, что после смерти. Но если при жизни последствия не всегда бывают серьезными, то после смерти только развеивание без права возвращения.

– Я помню, – утвердительно кивнула девушка. – Как сильно бы я не хотела остаться с сыном как можно дольше, если я почувствую злость и ненависть – сразу к вам.

– Прекрасно, – ободряюще улыбнулась я девушке и отошла в сторону, пропуская ее по ее же маршруту.

Оставлять призраков в этом мире не правильно, однако же я взяла на себя ответственность за эти души. Каждый из призраков когда-то пришел на поклон ко мне сам. Каждый из них слезно умолял дать им немного времени, лишь бы помочь своим родственникам.

У старика тогда остались только двое внуков из всего рода, которым едва ли исполнилось по тринадцать лет. Сами они нуждались в помощи. Старик получил ее от меня. Девушка умерла при родах. Совершенно ни к чему не готовый новоявленный отец впал едва ли не в безумство и уже хотел отправить младенца в детский дом. Сейчас он вполне уверено справлялся со всеми домашними делами и с заботой ребенка. У дамочки, что прошла первой, сын слишком близко к сердцу воспринял тот факт, что остался один. Едва не ушел вслед за матерью.

Выслушивая каждого призрака я чувствовала, что если их прямо сейчас отправить за грань, то последствия станут уже моей ответственностью.

Глупа? Недальновидна? Наивна? Возможно. И даже обжигаясь в прошлом на таких разрешениях я готова и отправить призраков за грань, как только будет выполнено их обещание, или же спалить их до тла, не оставляя даже праха. В любую сторону отправлюсь.

– Сегодня снова все спокойно, – заключила Чуба, появляясь в образе волчонка. – Призраки на месте. Уровень агрессии мал, никто не проявляет признаков разложения. Мы можем сегодня быть спокойны.

– Ага, – бодро отозвалась я. – Что может быть лучше, чем осознавать, что наша работа выполнена хорошо?

Только то, что из-за угла вынырнул Стрей. Чтоб ему пусто было.

– Прячемся. Прячемся! – тут же всполошилась я, отбегая к углу. Поймала первого попавшегося призрака и использовала его как защиту.

– Ты же в курсе, что твоя защита полупрозрачная? – хохотнула рядом со мной Чуба.

Ну… да. Совсем разумом помутилась. Это все Стрей на меня так действует.

– Извините, – поспешно произнесла я, отпуская полупрозрачное тельце из захвата.

Глава 7

Окраины Торминского леса привычно были тихи. Ни огромных темных животных, ни легких дымок нигде не наблюдалось.

Чуба неслась на всех порах к центру возмущенного пространства. Ветер хлестал щеки, глаза слезились от лютого мороза, руки даже в шерстки Чубы-волка постепенно превращались в две ледышки.

Все так бы и было, если бы я ехала на Чубе одна. Но сегодня все это досталось тому, кто вдруг решился поехать со мной в Торминский лес. Стрей получил весь набор езды верхом по морозу.

Злорадно улыбалась каждый раз, как Чуба увеличивала скорость. Сам же напросился поехать со мной и даже место сам занял. Надеюсь, после этой поездки он больше не станет прикапываться ни к фамильяру, ни тем более ко мне.

Приятное тепло разливалось от такой пакости по всему телу, побуждая все глубже вдыхать аромат, который я так люблю. Так, стоп. Это от пакости разливается тепло или от того, что я прижимаюсь к спине мужчины, обнимая его за талию? Нет, конечно нет! Я ненавижу Стрея и ощущать такую реакцию на него совершенно не могу. Это точно! Ощущение теплоты появилось только от злорадства.

– Долго е-е-е-ще, – проскрежетал Стрей, едва шевеля губами.

Вот и первая стадия замерзания – губы совершенно не слушаются. Сдержать смешок не удалось, потому пришлось заглушить покашливанием.

– Еще несколько минут, – прокричала ему в ухо, чтобы он меня точно услышал.

– За эти не-е-е-есколько м-м-м-инут я продро-о-о-о-огну до костей-й-й, – простучал Стрей, закапываясь руками глубже в шерсть Чубы.

Надо было ему дать замерзнуть. Определено это бы отвадило мужчину от нас. Но как я могу это проделать? Сердобольность во мне завопила о необходимости его подогреть… желательно на вертеле. Но пока пришлось только руками, пробираясь ему под тонкую куртку.

– Что? – возмутился Стрей, но быстро затих.

Можно было погреть и воздух вокруг, однако на вспышку как магическую, так и тепловую к нам сбегутся грыгхи. Мне такое счастье не перепало, у нас еще умертвия неприкаянные шастают в самом центре леса.

– Спаси-ибо, – протянул Стрей, прижимаясь к моим рукам.

– Куртку для начала купите, – фыркнула я, усиливая тепло. – Не бомжуете же.

– Это было гру-убо, – не преминул поучить меня Стрей.

– Могу все вернуть как было, – предложила я замечательный вариант, который устроил бы обоих: и я осталась бы при злорадстве и этот при своих занудных фразах.

– НЕТ! – воскликнул Стрей. – Грей дальше.

Командир чтоб его. Не слишком ли я сердобольна к таким персонажам, которые все мои прекрасные воспоминания успели омрачить своими выходками?

Пока я грела мистера дознавателя, мы все ближе приближались к центру. Атмосфера в тихом лесу становилась все тяжелее. Все напряжённое. Даже тучи стали сгущаться над нами все сильнее, кое-где так и вообще висели тяжелым грузом. Казалось, что еще немного и упадут на плечи, придавливая к земле.

Стала появляться черная дымка, стелясь сначала по снегу, по самой его поверхности, после все увереннее, все плотнее поднималась ввысь, погружая во мрак весь лес. Было еще ранее утро, но по тому, что я видела, сидя верхом на Чубе – сгустились сумерки.

Кто бы ни был этот некромант – силы у него много, однако пользоваться еще не научился. Была бы моя воля и знание местонахождения этого некроманта – пригнала бы в академию и заперла в практической комнате до тех пор, пока не научится хотя бы азам.

– А вот и наши ребятишки, – бодро произнесла Чуба, замедляя бег, постепенно переходя на шаг.

Снег под ее лапами давно перестал скрипеть и превратился в подтопленный едва ли не лед. Тепло от умертвий разносилось далеко по лесу, потому снег подтаивал и тут же примораживался, окрашивая белизну в серые разводы.

– Наконец мы прибыли, – едва дыша произнес Стрей, и соскочил с фамильяра в ту же секунду, как она остановилась.

– Осто…. рожно.

Предупредить я естественно не успела. Этого мистера дознавателя вообще сложно остановить словами. Не послушался вот и валяется теперь звездочкой на сером снегу. И чего я тратила на него свою магию? Теперь он снова охладился… Очень надеюсь, что он себе ничего не отморозит. Все же не хотелось бы, чтобы Стрей заболел. Жа-а-а-алко… обормота этого. Конечно в глубине моего сердечка скреблось совсем иное чувство нежели жалость, однако ей я волю не давала. Не надо мне повторно наступать на те же грабли. Не надо!

– Они какие-то странные, – произнесла настороженно Чуба, возвращая меня в русло работы.

Работа! Расплылась я тут в ванильную лужицу, глупая дурочка. У меня сейчас работа в приоритете!

Растерла лицо и глаза, настраиваясь на рабочий лад. А после пристально осмотрела все вокруг. Умертвий около нас было всего несколько. Но чем дальше от нас и чем ближе к центру леса, тем гуще становилась толпа умертвий. В центре так и вообще толпились более двадцати штук, переминаясь с ноги на ногу.

– И что в них странного? – не понял Стрей, подходя ко мне, отряхиваясь попутно от снега и … серой жижи.

– Они стоят на месте, – ответила я дознавателю. – Почему-то они все стоят на месте. Где жажда убийства? Где желание вкусить свежей плоти? Мы стоим совсем рядом с ними, так почему они не учуяли мою кровь?

Глава 8

Ветер взлохматил мои волосы до такой степени, что вместо двух кос теперь были растрепанные в разные стороны локоны. От порывов ветра крестики на моей груди звенели, переливаясь от удара друг об друга, этому так же способствовала моя высоко поднимающаяся и резко опускающаяся грудь, позволяя цепочке на шее следовать той же траектории.

Однако на этот перезвон призраки не обернулись, не подплыли ближе, не шелохнулись в мою сторону. Эти призраки, что парили на территории академии, были уверены – я им не страшна.

Чуба метнулась в здание, чтобы проверить что там происходит, а если нужно и оказать помощь. Я же осталась со Стреем на улице.

В воздухе все еще присутствовала призывная некроматическая сила. Именно здесь она была сильна как нигде на всем пути от центра Торминского леса до академии. В этом месте даже не пытались скрыть, что призывали духов намеренно. Мне нужно было точное их местоположение. От развеянной магии в воздухе толку не было никакого, однако если найти точное место – можно выследить и призвавшего.

– Петро! – прокричала я на всю округу.

Из академии тут же вылетел небольшой дух, представ передо мной маленьким человечком, с длинной бородкой, хвостом из длинных волос, в костюмчике для хозяйственных работ и в сапожках цвета болота. Дух дома, что проживал в академии и нес за нее ответственность.

– Хозяйка! – вытянулся в струнку Петро.

– Когда они появились? – без приветствий я тут же перешла к делу.

Этот дух должен был следить за порядком в академии, а вместо этого в здании произошел беспорядок.

– Так…. Уже час как блуждают, – беззаботно ответил Петро, совершенно не видя в том никаких проблем.

– Кто их призвал? – продолжала я спрашивать, хотя по моему тону можно было сказать, что я допрашиваю, а не спрашиваю.

– Так это ж… вы, – замявшись ответил Петро. – Вы и призвали.

– Что? – нахмурилась, наклоняясь к домовому ближе. Может у него с глазами проблема и он не смог меня рассмотреть, вот и принимает любую блондинку за меня? – Кто, говоришь?

Последняя фраза прозвучала с нажимом, требовательно и даже угрожающе, но домовому хоть бы хны. Он слишком уверен, что я его не развею.

– ВЫ! – уверенно заявил дух дома. – Это точно были вы. Седые волосы, разноцветные глаза…. Только…. Вы подросли что ли за этот час?

– Подросла? – усмехнулась я, стараясь сдерживаться и все же выуживать информации по капле.

Терпением я сегодня не блистала, потому…. Ухххх…. Пальцы уже давно держались в кулаках, губа была прикушена изнутри, а язык за зубами сидел, нетерпеливо вибрируя от угроз, не высказанных в нужный адрес.

– Да, час назад вы были ниже на десять сантиметров, – ничего не подозревающий Петро улыбался мне до самых ушей, сверкая глазками.

– Свободен, – процедила я сквозь зубы.

Дух академии, так же улыбаясь, убрался с глаз моих в эту же секунду.

Что за ерунда? Почему все эти призраки собрались здесь?

– Значит ты все же сама запустила ту волну некромантии, – холодно произнёс Стрей за моей спиной.

Удивительно, что он вообще последние несколько минут стоял молча и даже не пытался влезть в разговор.

– Умертвия в лесу были показательным выступлением? – продолжил говорить дознаватель. – Все просчитала и заставила меня с тобой увязаться? Для чего?

Началось. Теперь и этот меня решил подозревать в неизвестных коварных планах.

– И зачем мне вы нужны? – высокомерно произнесла я, скрещивая руки на груди.

Развернулась к Стрею и одарила презрительным взглядом с ног и до головы.

– Вроде вы и дознаватель, а делаете какие беспечные быстрые выводы.

– Я делаю предположения, выстраиваю догадки, – язвительно произнес Стрей, так же пронзая меня негодованием. – Но что я не потерплю – это чтобы играли со мной. Ты специально взяла меня с собой, чтобы пробудить этих призраков.

– И с какой же целью я это сделала? – надменно произнесла я, поднимая в усмешке уголок правой губы. – Чтобы поработить эти души? Для чего? Чтобы наслать на вас проклятье? С какой целью? Чтобы уничтожить вас? И что дальше? Вместо вас прибудет еще один такой же чудак и примется меня обвинять во всем, что происходит на Севере. Лучше уж такой балбес как вы будет околачиваться, чем к другому привыкать.

– Ба-балбес? – переспросил мужчина. Ноздри его раздувались от злости, брови сошлись на переносице галочкой, глаза готовы были меня испепелить. – Соблюдай субординацию, ведьма!

– А стоит ли? – хмыкнула я, поворачиваясь к призракам. – Вы чересчур много надумываете, и совершенно отошли от действительности. Начните писать романы – они быстро окупятся с вашей-то фантазией.

– Не хами мне, девочка, – проскрежетал за моей спиной Стрей.

Резко развернулась к Стрею и быстрым шагом приблизилась вплотную.

– А то что? – дерзко произнесла я, поднимаясь на носочки, чтоб оказаться лицо к лицу. – Обвините меня в несуществующем преступлении? Придумаете доказательства? Притащите за собой подкупных свидетелей? Осудите, лишь бы осудить? Вы только на это способны?