Сказ о Ведьме и очень нежелательном отце ее сына

Часть 1. Болото, изгнание и первый сбой. Глава 1

На тридцать седьмом по счету «проклятом насекомом», умудрившемся оказаться ей на пути, у Риннэ Аэри Янтес кончилось терпение. Она не королева, конечно, уже пять лет как не королева, но даже бывшая монархиня, живущая на болотах, имеет право на личное пространство. А комар размером с ноготь, настойчиво пытающийся выпить из нее всю кровь — это прямое нарушение её суверенитета.

— Решение, — провозгласила она пустому, влажному воздуху. — Смертная казнь.

Она щёлкнула пальцами. Или, точнее, попыталась. Вместо изящного щелчка, способного испепелить тварь, её пальцы скользнули друг о друга с противным чвакающим звуком. Отсырели. Как и всё в этой богом забытой дыре.

С проклятием она потянулась к волшебной палочке, прислонённой к скрипучей двери своего убежища. «Крыльцо» — это было слишком громко сказано. Пара досок, сколоченных на скорую руку над вечной лужей. Но это её доски. И её лужа. И её болото.

Она выбрала это место не за красоту пейзажей, не за комфорт, и уж тем более не из-за склонности к мазохизму. Она провела месяцы в изучении старых карт и лей-линий магии, прежде чем найти эту точку. Самое гнилое, самое гиблое болото в королевстве оказалось узлом титанической силы, местом, где магия мира сочилась из-под земли, как чертов фонтан изобилия, — густая, дикая и не поддающаяся приручению. Идеальное место для ведьмы, которую все боялись и втайне желали забыть. Её личный источник энергии, её крепость и её трон — пусть и сделанный из грязи, корней и отчаянной воли.

Палочка, кусок полированного черного дерева со встроенным хрустальным дисплеем, отозвалась неохотным вибрационным урчанием. На экране мигал заветный значок.

Батарея: 3%. Рекомендуется срочная подзарядка от мана-камня или солнечного света.

Солнечного света. На болоте. В канун Нового Года. Вот умора.

— Хватит и трёх процентов, — буркнула Риннэ, нацеливая палочку на комара, который, наглец, приземлился прямо на её запястье.

Она мысленно произнесла короткое, отточенное заклинание низкоуровневого поражения. «Испепели». То, чему учат магических лицеистов на первом курсе.

Палочка дрогнула в руке. На дисплее замигал жёлтый восклицательный знак.

Ошибка выполнения. Файл «испепелить_насекомое.exe» не найден. Возможно, требуется обновление прошивки.

А следом, быстренько, прежде чем она успела что-то сообразить:

Реклама. «Ведьмачьи подушечки» от Мадам Zora! Непревзойденный комфорт для полета на метле! Покупайте сейчас по промокоду «ТИШИНА10»!

Риннэ зажмурилась. Комар, довольный, принялся трапезничать.

— Чёрт бы побрал всю эту магтех-цивилизацию, — прошипела она, тряхнув запястьем и отправляя насекомое в бесславный полёт.

Она сунула палочку за пояс, смирившись с временным поражением. Болото, надо отдать ему должное, в вопросах выживания — и в качестве источника первозданной, неукротимой мощи — было куда эффективнее любого магического артефакта. Оно не требовало подзарядки. Оно просто было. Вечное, вонючее, мокрое.

Холодная сырость забиралась под одежду, въевшийся запах гниения и серы стал фоном её существования, а по ночам кости ныли от промозглой влаги. Её тело, воспитанное в мягкости дворцовых покоев, до сих пор не могло простить ей этот выбор. Но что поделать — её магия здесь ликовала и пела, пульсируя в такт с биением сердца трясины, а вот её бренная оболочка была обречена терпеть. Лучшего в её нынешнем положении все равно не предвиделось.

Её королевство. Размером с пару акров трясины, пару кривых деревьев и один покосившийся домик, который она с горем пополам поддерживала в состоянии «условно пригоден для жизни, если не брезговать плесенью».

Риннэ обошла свой дом, попутно пиная комки влажной земли. Дом был… особенным. Когда-то, в прошлой жизни, она правила из мраморного дворца с ажурными шпилями. Теперь её тронным залом была единственная комната, где кухня плавно перетекала в спальню, а та — в мастерскую.

Она толкнула дверь, где замок регулярно заедал, плечом и вошла внутрь. Тёплый воздух обволакивал её, как старое, надоевшее одеяло. На каминной полке, где когда-то стояли фамильные реликвии, теперь ютилась её скромная коллекция: самая простая мана-лампа, которая вечно мигала, серебряная ложка, что иногда зависала в воздухе и небольшая картина с изображением простого старого пейзажа, который она не стала сжигать из-за приличной рамы.

— Я дома, — объявила она пустоте. Ответом ей было тихое шипение от котла, стоявшего в камине.

Котёл был не простой, а «Умный котёл «МагияВари» с функцией авто-помешивания и доступом к тысяче рецептов». Подарок. Или насмешка. Уже и не вспомнить. Сейчас он медленно кипел безо всякого огня — видимо, ещё один глюк. На его боку светилась надпись: Режим: «Бульон обыкновенный». Ожидаемое время готовки: 3 ч. 45 мин.

Обыкновенный. Простой. Без прикрас. Прямо как её новая жизнь.

Она смотрела, как пузыри лопаются на поверхности с тихим чваканьем. Ностальгия? Нет, это не то слово. Ностальгия — это когда с теплотой вспоминаешь что-то утраченное. Её воспоминания не тлели тихим огнём — они были похожи на обугленные, острые обломки, о которые можно больно пораниться, едва к ним прикоснувшись.

«Светлая семейка», — пронеслось в голове обрывком, пока она снимала мокрый плащ. — Их сияющие, самодовольные физиономии. Святая матушка-Элеонора с её фирменным взглядом «я всё прощаю, но никогда не забуду», и её верный принц-консорт — эта вечно улыбающаяся тень при троне. Ах, да, нельзя забыть и их чарующую старшую дочь, Гвеневру — наглую девицу, считавшую, что мир обязан пасть к её ногам просто за то, что она умеет эффектно входить в помещение.

Глава 2

Она с силой швырнула плащ на крюк. Её ярость, старая и едкая, как болотная кислота, была направлена не столько на него — пусть и пустоголового, но хоть искреннего в своём фанатизме идиота. Нет, она кипела на всю эту фамильную труппу, играющую в праведников. На их непробиваемую уверенность в своей правоте, на их театральные жесты и на то, что они даже её низложение умудрились превратить в помпезное, лицемерное шоу для толпы.

Она резко тряхнула головой, отгоняя наваждение. Нет. Не сейчас. Не в эту и без того паршивую ночь.

Новогодняя ночь. Время Магического Сброса. Период, когда вся налаженная, технологичная магия мира, пронизывающая каждый артефакт и заклинание, внезапно объявляла себя в бессрочном и беспощадном отпуске.

Она капризничала, бунтовала и откровенно глумилась над пользователями. Порталы могли зависнуть на полпути, выплюнув половину путешественника в пункте назначения, а вторую — бог знает где. Заклинания давали осечку, превращаясь из грозного огненного шара в жалкий дымящийся комочек. А артефакты начинали вести себя как старые, захламлённые подзаборные девайсы, у которых после семи кругов обновления окончательно поехала прошивка.

Всё, к чему прикоснулась магия, становилось непредсказуемым, смешным и по-настоящему опасным.

И она, Риннэ Аэри Янтес, та самая «Злая Королева», «Ведьма-Узурпаторша» и прочая, и прочая — ярлыки, которые история любезно на неё навесила, — была вынуждена отсиживаться в своей болотной берлоге, как затравленный зверь. Прятаться от всеобщего безумия, которое сама же магия и устраивала. Ирония заключалась в том, что её, властительницу тёмных искусств и жёсткого порядка, эта неконтролируемая стихия раздражала куда больше, чем любого «светлого» заклинателя. Она привыкла повелевать, а не пережидать, пока мироздание закончит свой ежегодный приступ истерики.

Риннэ Янтес плюхнулась в единственное более-менее целое кресло и потянулась к палочке, чтобы проверить защитные периметры. Может, и с 3% заряда что-то получится.

Запуск приложения «Охранные Чары v.7.2»…

Экран палочки погас, потом засветился снова.

…Ошибка. Недостаточно прав для запуска данного приложения. Обратитесь к системному администратору.

— Я и есть системный администратор, идиот! — рявкнула Риннэ, стуча палочкой по коленке.

Вибрационная отдача отключена для сохранения заряда.

— Ах ты ж…

Её прервало ложка. Обычная, её собственная серебряная ложка. Она вдруг подпрыгнула на полке, зависла в воздухе и, вращаясь, начала проигрывать весёлую, навязчивую мелодию. Из неё же, как из голографического проектора, появился прыгающий мультяшный пончик.

«Вкусно-Чарим!» — кричал тоненький голосок из ложки. — Волшебные пончики, которые тают во рту, а не в руках! Только сегодня скидка на заклятье доставки!»

Риннэ мрачно смотрела на это представление. Ложка была неодушевлённым предметом. Убить её она не могла. Осталось только ждать, пока рекламный ролик не закончится. Она закрыла глаза, пытаясь найти в себе остатки просветлённого спокойствия, которым никогда не славилась.

Её пальцы непроизвольно забарабанили по старой столешнице, выбивая раздраженный, нервный ритм. Стук-стук-стук. Словно капли дождя по подоконнику в её бывших покоях... или отдалённый эхо шагов стражи в мраморных залах. Она замолчала, прислушиваясь к этому навязчивому звуку. Стук-стук-стук. Чёткий, размеренный, неумолимый. Как шаги того, кто уверен в своей правоте на все двести процентов.

И в голове, будто сама собой, всплыла его физиономия. Леонар Линь. Светокрыл. Герой. Освободитель. Засранец.

«Он всегда знал, как «правильно», — ядовито подумала она, с силой вдавливая пальцы в дерево, чтобы прекратить этот стук. — Правильно — это свергнуть королеву, которая стала слишком сильной и самостоятельной, чтобы танцевать под дудку его семейки. Правильно — это верить в слезливые доносы о её «тирании», которые сочинялись такими же прожжёнными интриганами, просто они были хуже одеты в тени. Правильно — не замечать, что половину этих разоблачительных памфлетов писали его же придворные, бледнеющие от страха при одной мысли, что кто-то умнее и сильнее их может лишить их крохотной властишки».

Она с презрением фыркнула, глядя на свою глючащую палочку. «О, эти детские интриги... Они возились со своими кознями, как младенцы в песочнице, пытаясь подложить друг другу камушек в песочный кулич. А он, этот благородный идиот, смотрел на их крокодиловы слёзы и раздувался от праведного гнева, будто сам Архангел Справедливости. Проглатывал наживку, даже не замечая крючка».

И самое противное было в том, что он искренне верил в эту комедию. Этот самодовольный, напыщенный... идеалист. Спаситель, который даже не понимал, что его самого использовали как таран.

Она с силой выдохнула. В её правлении, конечно, были жёсткие меры. Но это была необходимость! Когда тебе приходится управлять государством, где магические гильдии ведут друг против друга тихую войну, а аристократы только и ждут, чтобы воткнуть тебе в спину нож, украшенный семейными драгоценностями, не до сантиментов. Она наводила порядок. Железной рукой. И да, возможно, несколько человек слишком громко возмущавшихся отправились в изгнание. Или в тюрьмы с относительным магическим комфортом, чёрт возьми, даже не в каменные шахты!

Глава 3

Риннэ поднялась, чтобы поднять её. И в этот момент свет мана-лампы на полке резко померк, а потом заморгал, как стробоскоп в дешёвом таверн-баре. Жёлтый, красный, синий. Жёлтый, красный, синий.

— Ладно, — проворчала она. — Начинается.

Она подошла к окну. За стеклом, в сгущающихся сумерках, болото жило своей жизнью. Но сейчас эта жизнь стала… хаотичней. Струйки тумана, обычно лениво ползущие по воде, вдруг начали закручиваться в неестественные спирали. Папоротники на берегу резко дёргались, будто от удара током. А с поверхности воды поднялся пузырь газа размером с её голову и лопнул со звуком, похожим на гигантскую отрыжку.

«Руны. Нужно проверить руны».

Защитные руны были выжжены по периметру дома и на всех окнах. Обычно они светились ровным синим светом. Сейчас они напоминали гирлянду после того, как в неё врезалась пьяная летучая мышь. Одни мигали, другие потухли, третьи пытались сменить цвет на ядовито-зелёный.

Она подошла к главной руне на дверном косяке — руне стабильности. Вместо ровного свечения, её поверхность неестественно мерцала, а по сияющим линиям пробегали резкие, рваные вспышки, словно невидимая рука выводила на ней сообщения чистыми импульсами магии, которые её сознание тут же переводило на привычный язык предупреждений.

… Сканирование системы… Прервано.

Поток маны нестабилен…

Обнаружен критический сбой в секторе: Рунический кластер «Альфа»…

Инициирование перезагрузки через 5… 4…

И на тройке всё застыло. Цифра «3» пульсировала, подрагивала, но сдвинуться с места не желала, застыв в немом укорачивающемся отсчёте, который так и не достиг нуля.

— О, великие болота, — прошептала Риннэ с плохо скрываемым раздражением. — Неужели в вашем гниющем календаре отмечен только этот единственный проклятый вечер в году? Подарите же мне хоть одну новогоднюю ночь без этого шапито. Хотя бы одну!

Она с тоской посмотрела на зависшую руну. Это было хуже, чем просто сбои. Это было как ежегодное напоминание о том, что даже самые основы мироздания ненадёжны. И что именно в эту ночь все её попытки создать хоть каплю стабильности в этом болотном царстве были обречены на провал.

Ответом ей стал громкий хлопок из угла комнаты. Её плащ, висевший на вешалке, внезапно задымился. На нём проступили чёрные пятна. Спонтанная магическая коррозия. Прекрасно. Просто замечательно.

Она вздохнула и потянулась к банке с мазью от ожогов, потому что она наверняка ей потребуется если судить по опыту последней пятилетки, как вдруг весь дом содрогнулся. Не сильно, но ощутимо. С полки с лязгом скатилась кружка. Стол дёрнулся под её ладонью, передавая тревожную вибрацию.

Риннэ замерла. Раздражение мгновенно улетучилось, сменившись леденящим, до тошноты знакомым ощущением — будто кто-то провёл ледяным пальцем по её позвоночнику. Это был не просто сбой. И даже не обычный новогодний хаос, с которым она в принципе научилась справляться.

Она стояла, впитывая кожей, костями, самой сутью своей магии то, что творилось за стенами. Обычно в Канун магия буйствовала, как пьяная толпа на празднике — беспорядочно, громко, но предсказуемо в своей глупости. Сейчас же она вела себя иначе. Не сбивалась с такта. Она... напрягалась. Извивалась, будто гигантский змей под болотной ряской, и в её спонтанных, казалось бы, конвульсиях проступала странная, зловещая закономерность. Энергия не только трещала по швам — её выворачивало наизнанку, скручивало в узлы, которые она, со всем своим опытом, не могла распутать.

Это было похоже на рождение. Или на смерть. Или на то, что находится где-то посередине. Дрожь прошлась по её рукам и позвоночнику. И вместе с тем пришла уверенность:

«Нет, — с абсолютной, кристальной ясностью осознала она. — В этом году глючить вокруг будет «хуже». Что-то изменилось. Вопрос только — насколько?»

И, как будто в подтверждение её слов, снаружи, со стороны болота, донёсся нарастающий, неестественный гул. Как будто кто-то включил гигантский, неисправный вентилятор.

Доброго всем времени!

Эта история - часть околоновогодних историй из ЛитМоба "Новогодний беспредел"

Можно ознакомится со всеми участниками