Сказки мертвых магов

1

Потеряли приглашение в ад?

Призраки меня не пугали. Застигнутые врасплох, они исчезали в холодном, удушающем пространстве. Этого места боялись как огня. Призраки нападали на путников, высасывали из них душу. Попал в переулок – попрощайся с жизнью. Никто о тебе не побеспокоится.

Потусторонние. Необъятные. Самовлюбленные. Эти призраки знали как подступиться к путнику, как войти к нему в доверие и как отобрать его магию. Не только у меня связаны руки. Не даром учителя запрещали нам приходить сюда. В этом проклятом месте не действовали правила, рушились законы. Бесполезно звать на помощь, когда тебя схватят.

Никто не поможет.

Никто не спасет.

– Да ты ж издеваешься! – Недовольно буркнула я.

По правде говоря, зря я пришла сюда. Это я прекрасно понимала, как и понимала то, что мой путник, прознавший о слежке, злился. Он умел злиться.

А еще я прекрасно понимала, что не могла остаться в стороне. Наблюдать за крадущимся мальчишкой из окна собственного дома не так весело, как преследовать его.

Необъяснимое чувство. Меня будто магнитом к нему потянуло.

Из-за угла донеслось шипение, а за ним послышалось проклятие. Он близко.

Если он верил, что я испугаюсь призраков…То здорово ошибься. Мой рот скривился в ухмылке. Разъяренный призрак подливал масла в огонь. Я не жаловалась. Знала на что шла, выходя из дома.

Призрак вот-вот наброситься на меня, думая, что я легкая для него добыча.

Я справлюсь. Каждая мышца дрожала от напряжения, голова болела. Тоненькие волоски на шее встали дыбом. Еще чуть-чуть и он нападет, не оставив мне шанса. О моей смерти одному богу будет известно. Никто не устроит мне пышные похороны, а мое бездыханное тело навсегда останется лежать в потустороннем переулке.

В призрачных глазах пылало яростное пламя. В сочетании с некогда черной рубашкой и черным, изношенным до дыр жилетом он выглядел так, будто сам дьявол вылез из адской норы, только чтобы меня поймать. Его окружала странного рода тьма.

Напарник, появившейся из ниоткуда, знатно выругался. Мне пришлось подвинуться, и ощутить сильный удар ветра, нахлынувшего мне прямо в лицо. Я старалась игнорировать неприятные ощущения, но вдруг почувствовала как ненависть внезапно исказила мое лицо.

Ничего, сама виновата.

Призрак в недоумении уставился на меня. Впереди появилась черная дыра, похожая на межпространственный портал. Призрак отшатнулся, стоило порталу увеличиться в размерах и постепенно всасывать в себя легкий весенний ветерок.

– Пора, – Себастьян миролюбиво приблизил к призраку черную дыру и не сводил с него взгляда, наблюдая.

Призрак-новичок. Однодневка. Ужасный запах смерти распространился по переулку, заставляя меня сморщить нос. Отвратительный запах усиливался. Брови сошлись на переносице. Пот проступил на моем теле. Изображение черной дыры пошатнулось. Я увидела перед собой усыпанную гравием дорожку, петляющую вдоль небольшого ручья. Послышалось едва заметное щебетание певчих птиц. Бабочки порхали с цветка на цветок. Одна из крылатых вспорхнула и безбашенно пролетела сквозь открытый межпространственный портал, сев недоумевающему призраку на плечо.

– Чего ждешь? Шагай. Скатертью дорожка.

Призрак продолжал злиться. Призраки не злятся просто так. Необходимо постараться, чтобы вывести из себя призрака. Себастьян целенаправленно шел в потусторонний переулок. Но зачем? Вряд ли для того, чтобы позлить призрака. Неловко поежилась. С отвращением посмотрела на одноклассника. Чувство отчужденности от происходящего продолжало преследовать меня.

Любовь к бывшему меня когда-нибудь погубит. В этом я нисколько не сомневалась. Себастьян неплохо поработал надо мной. Он прекрасно знал, что я не справлялась с магией. В грубой форме выяснил мои слабые места. Один секрет мне удалось сохранить. Он не знал, что у меня были проблемы с межпространственными прыжками, которые начались сразу же после изгнания. Во время прыжка я чувствовала легкое недомогание. После меня несколько минут сопровождала рвота и неприятная головная боль. Первое время я списывала недомогание на голод, сопровождающий меня на протяжении нескольких дней, которые я провела в клетке. Чуть позже, окончательно поправившись, симптомы повторились и никуда не исчезли. Прыжки через порталы сократились. Я могла воспользоваться межпространственными порталами до двух раз в день. Именно столько могло выдержать силу межпространственного маневрирования мое истощенное магией тело.

Посмотрев на призрака в последний раз, я без зазрения совести шагнула в открытый портал.

От сильной вспышки головной боли стиснула зубы, потянула ногу. Резкий запах гнили и отходов забрался в легкие. Желудок скрутило, и я стала отсчитывать оставшиеся секунды, способные избавить меня от этого неприятного состояния и привести натренированный организм в норму.

Я знала: настанет день, когда меня погубит мое же любопытство. Вернувшись с острова моя жизнь нормализовалась в привычное русло. В городской библиотеке я искала любые сохранившиеся упоминания о магическом истощении организма. Поиски информации ни к чему не привели. Сохранившиеся фолианты хранились в запретной секции. Чтобы их изучить, следовало получить разрешение от правительства, а на бумажную волокиту у меня попросту не было времени.

2

Воззывая ад

В груди полыхал пожар. Кислород вышел из легких. Кажется, я забыла как дышать.

Как он сохранил эту власть надо мной, ни сказав ни слова? Почему я позволила ее сохранить? Почему я позволила ее сохранять?

Усталая и измученная я продолжала исследовать его рот. Я не могла найти в себе силы разорвать поцелуй. Не смогу и дальше, если он продолжит возводить стены между нами. Мне давно пора возвести свои собственные. В последнее время я была к Себастьяну близка, но этого было недостаточно, чтобы он подавил свои чувства к другой девушке. Предательское сердце снова пустилась вскачь, стоило Себастьяну обхватить мою талию руками. Тело помнило его нежные прикосновения. Все до единого.

– Мне жаль, – отстранившись, Себастьян прочистил горло.

Я закусила нижнюю губу, ожидая других объяснений. Мне бы хотелось знать, почему он убегал от меня, а затем возвращался снова и снова. Я могла бы спросить у него обо всем, что произошло между нами вслух, но вместо этого я как обычно отгородилась.

Я сглотнула саднящую сухость в горле. Постаралась как можно правдоподобнее изобразить безразличие.

– Перестань драматизировать.

– Не преувеличивай. Я еще даже не начинала. – В моих словах скользило предупреждение.

Я корила себя за сентиментальность, за невнимательность. Меня никто не убил, и меня никто не собирался убивать. Тело продрогло. Мне бы согреться, чтобы не чувствовать холода, ведь из дома я выскочила одетая в одну футболку.

– Ты замерзла.

– Какой наблюдательный. – Я закатила глаза. – Не буду лгать, мне действительно холодно.

– Оставь свои саркастические замечания. Это не смешно. – Тон Себастьяна был сух, а взгляд, которым он меня окинул нескрываемо критичен. – Сама виновата. Не стоило обращать на меня никакого внимания.

Я пожала плечами.

– А я не шутила. Мне действительно холодно, Себастьян.

Я совершила ошибку, позволив себе расслабиться. Но в следующий раз я не совершу подобной оплошности. Не позволю ему снова застать меня врасплох.

Накануне мы с родителями праздновали весеннее солнцестояние. Отец умудрился достать бутылку дорогого игристого вина, а матушка накрыла шикарный стол, пригласив на праздник соседей по лестничной клетке. Но не праздник стал поводом, а повышение отца по службе. Новую должность уже утвердили в министерстве, и на днях отец завершит оставшиеся формальности с документами. На празднике родители предложили нам выпить. Сестра согласилась, но я отказалась от выпивки. Зря. Сейчас я бы все отдала, лишь бы не испытывать возникшую между нами неловкость, образовавшуюся после прерванного поцелуя.

Неловкость я испытывала и раньше. В школе. Несмотря на принесенные обеты Карины и Себастьяна, старший Ривер встречался со мной тайно на протяжении года. Несколько месяцев назад я сама ушла от него, заподозрив в неверности. Не смогла перебороть свою гордость и приревновала Себастьяна к его будущей жене, с которой они обязаны пожениться сразу же после выпускного.

Глупо, признаю, но мое сердце еще не зажило от саднящей раны, нанесенной ответом Себастьяна, прозвучавшим сразу же после моего предложения прекратить наши недомолвки и расстаться, пока мы оба ни о чем не пожалели. Он согласился со мной. А его глаза, искрящиеся нежностью, превратились в ледяную глыбу.

Черт!

До этого момента я и не предполагала, что мое тело настолько иссохло по мужской ласке. Мне хотелось большего. Через натянутую ткань футболки я чувствовала как предательские соски твердели один за другим, не оставляя мне никакого шанса на отступление. Возможно, но только возможно, я хотела, чтобы Себастьян сошел с дистанции и завладел мной прямо здесь на холодном и грязном асфальте.

По телу побежали мурашки. Я протянула левую руку и поморщилась. Кожа была горячей и реагировала на прикосновения. Плечо от падения опухло. Но рана не казалось мне настолько серьезной.

Молчание затянулось. Слова не шли с языка, и внезапно пришло осознание, что по моему лицу снова текут слезы. Горечь, обида, сожаление все смешалось, не предоставляя мне выбора. Я хотела казаться сильной, но в итоге все равно ощущала себя слабой. Я радовалась, что Питера здесь не было и он не видел, в каком плачевном состоянии я оказалась.

Невольно вспомнился случай, когда Питер не сдержался и грубо трахнул меня прямо около нашего дерева. На следующее утро тело пронзила похожая боль.

Днем мы тренировались, занимались повседневными делами. Девушки готовились к предстоящей коронации, а мальчишки отправились в эпицентр Ясного Пугалого, где добывали верой и правдой необходимые сведения для предстоящего переворота. Из друзей мы превратились в соперников, хотя каждая из нас явственно видела кому достанется столь желанная корона. Из-за порочной связи я осталась совершенно одна. Время от времени ко мне присоединялись Повелительницы, не участвующие в отборе.

Проблема заключалась в том, что я не горела желанием становиться королевой. Не хотела восходить на трон и править не существующим на карте островом. Видия подготавливала план побега, благодаря которому я могла уйти с острова, никому не причинив вреда. Во мне укрылась маленькая девочка, жаждущая приключений.

3

Дивный новый мир

Где-то вдалеке раздался пугающий гортанный вой, испугавший меня до чертиков. Вой не принадлежал одичащей собаке. Он мог принадлежать заблудившемуся волку или оборотню. Однако, волки никогда не подходят близко к жилым домам, расположенным в большом городе. А оборотни превращаются в свои сущности только в полнолуние.

Собрав все свое самообладание, я вздернула подбородок.

– Что происходит? – спросила я.

– Тебе не о чем беспокоится.

Я скрестила руки на груди.

– По тебе и не скажешь.

– Это просто меры предосторожности.

– Меры предосторожности? Ты уверен, что они сработают на недовольно изучающим нас демоне?

Сейчас не самое лучшее время для препирательств. Оставлю их на потом, когда мы будем находиться в относительной безопасности.

Стараясь дышать ровно, я разглядывала стоящего перед нами демона. Он оказался не таким страшным, как его описывали ученые в учебниках истории. Демон был одет в свободную футболку, подчеркивающую его широкие плечи и узкие штаны с высокой талией. От него исходила демоническая сила, чувствовавшаяся за версту. Я ничего не могла с собой поделать и изучала его лицо, скользя по нему взглядом. От меня не укрылась ни одна складочка, ни одна черточка, ни одна более-менее важная, запоминающаяся деталь.

Демон, стоящий перед нами, был не просто красив. Он был прекрасен. Я смотрела на его идеальное тело и восхищалась идеальным строением скульптора, сумевшего воссоздать такую божественную красоту. Идеальное лицо, прямой нос, острый подбородок, высокие скулы и соблазнительная линия губ. Тонкие серые брови, слегка изогнутые и отличающиеся от всего серого облика черные глаза, придавали ему дерзкий вид, не суливший ничего хорошего. Бьюсь об заклад, он был идеален в постели.

Если бы не его отталкивающая от необдуманных поступков аура, я бы уже кувыркалась в его постели и вскрикивала от удовольствия его имя.

– Асмодей. – Поприветствовал демона Себастьян. – Оставь свои капризы.

– Познакомишь нас?

– Может, позже.

Я планировала слегка позабавиться и разрушить коварные планы демона, какими бы они не были. Корректировала мои планы опухшая рука, вновь приносимая нестерпимую боль. Чтобы хоть как-то от нее отвлечься, я считала про себя находящихся в стенах Тенерожденной Академии ненавистных правительству ворон. Ворон, как и других живых обитателей, относящихся к человеческому миру, правительство истребило десятилетия назад. Несмотря на все принятые правительством усилия, вороны продолжали обитать в стенах нашего мира, только они звались подметышами и ничем не отличались от обычных гибридов.

Подметыши практически не вылезали из своего укрытия. Они, как и другие, узнавали после Посвящения о существовании второй активированной внутри организма сущности. Если гибридов чистокровные еще хоть как-то выносили, то подметышей в магическом мире абсолютно не жаловали.

Мои родные беспокоились обо мне. Черт! Если я не вернусь в ближайшее время, они могут забить тревогу и поставить на уши все правительство. Надо выбираться отсюда. Чем скорее я попаду домой, тем лучше.

Асмодей достал из заднего кармана джинсов аккуратно сложенный сверток и протянул его застывшему Себастьяну. Судя по выражению его лица, он искренне мне сочувствовал.

– Мне очень жаль, что так вышло. Клянусь, мы сами не в восторге. Твоя матушка попросила на днях заскочить к ней и подписать всевозможные формальности передачи трона в твои руки. Будь у нас другой вариант…

– Оставь свои извинения при себе, будь добр. – Огрызнулся он в ответ.

Демон не обратил внимания на его враждебность.

– Считай этот шаг небольшим уступком. Уверен, тебе понравится восседать на троне и отдавать нам приказы. Поверь мне, мы не допустим, чтобы ты пострадал. Сделаем все возможное чтобы…

– Ты правда думаешь, что я соглашусь? Я польщен желанием матушки передать трон в мои руки, но я не отказываюсь от ранее принятого решения оставить трон и передать бразды правления семье основателей города. Как только мне стукнет двадцать один, я свалю из этой помойки.

– Матушке это не понравится.

– Мне плевать, Асмодей. Прежде чем завоевывать трон, нужно было продумать все возможные варианты его…удержания.

Асмодей, словно маленький мальчик, поджал недовольно губы и покачал головой из стороны в сторону.

Правда ли все это? Себастьян действительно отказывался от трона? Как бы то ни было, меня это никак не касалось. Их внутриполитические проблемы, связанные с правлением, меня не волновали. Единственное, что для меня все еще имело значение, – моя оставленная в живом магическом мире жизнь и существующий лишь в голове план мести.

Здесь у меня не было союзников. Придется прибегнуть к проснувшейся магии и выбираться отсюда самой.

Вновь забушевал сильный ветер. С ног до головы окутал непривычный холод. Мое нежное тело, не восприимчивое к любому изменению погоды, покрылось мурашками.

– Пошли, нам пора выдвигаться.

Граница, пересекающая Эстон Хиллс и Кровавую Пустыню находилась в тысячи миль отсюда.