Скованные

Глава 1

Когда Геката открыла глаза, был уже поздний вечер. Повернув голову, она увидела Уайлда, стоящего возле портрета на стене и тихо разговаривающего с ним.

Магичка на картине сразу же заметила движение и кивнула ему, указав на Гекату. Он замолчал и, медленно развернувшись, уставился на нее.

Он выглядел уставшим и совершенно не обеспокоенным предстоящим отцовством.

Геката чувствовала, что ее сейчас стошнит.

Она зажмурилась, обхватив себя руками, и попыталась не расплакаться снова. Девушка слышала стук ботинок Уайлда, когда он пересек комнату и подошел к ее кровати.

Наступило долгое молчание, и она почувствовала на себе его пристальный взгляд. Опустив подбородок на плечо, она мысленно желала ему поскорее убраться отсюда.

— Тебе не разрешается причинять себе вред или делать что угодно, что может привести к аборту или выкидышу.

Это было не утверждение, а приказ. Геката почувствовала, как жар окутал ее запястья.

— Я уверен, ты попытаешься обойти этот приказ, объясняя своё поведение в голове как защиту, но это не так. Тебе не разрешается делать ничего, что помешает твоей беременности.

Она почувствовала, как в уголках ее глаз появились слезы, и тихо всхлипнула.

— Тина теперь будет постоянно следить за тобой, чтобы ты не споткнулась на лестнице или не рискнула попробовать каких-нибудь ягод. Она и раньше ухаживала за беременными ведьмами, поэтому прекрасно знает, что можно, а что нельзя употреблять в пищу. И у нее есть мое разрешение немедленно остановить тебя, если ты попытаешься что-нибудь предпринять.

Геката ничего не ответила. Уайлд продолжал стоять у ее кровати несколько минут, а потом тихо вздохнул. Она услышала его удаляющиеся шаги и щелчок двери.

Девушка оставалась в постели, свернувшись калачиком и обхватив руками живот.

— Мне очень жаль. Прости меня. Я очень сожалею, — шептала она снова и снова. — Я сделаю все, чтобы избавить тебя от этого мира.

Уайлд появился через четыре дня.

— Ты не можешь лежать неподвижно все девять месяцев, — сказал он. — Тебе нужно поесть. И ты должна выходить на улицу.

Геката проигнорировала его и понадеялась, что он уйдет. Если только Уайлд не планировал силой поднять ее с кровати. Она не собиралась двигаться. Наступило долгое молчание. Девушка чувствовала на себе его пронзительный взгляд.

— У меня есть кое-что для тебя, — наконец сказал он.

Она почувствовала, как что-то тяжелое упало на покрывало, и приоткрыла один глаз. Рядом с ней лежала увесистая книга. «Руководство по эффективному ведению магической беременности и родам».

Геката снова закрыла глаза.

— Я не могу прикасаться к вашим книгам, — сказала она, ее губы скривились, а голос слегка дрожал. — Астория наложила на все книги защиту от ведьм.

— Она не из библиотеки поместья, — тон Уайлда был слегка удивленным. — Книга не обожжет тебя.

Последовала пауза.

— Я ожидаю, что завтра ты встанешь с постели.

Когда он ушел, Геката снова открыла глаза и неуверенно потянулась к книге, слегка коснувшись пальцем обложки. Когда она дотронулась до нее и положила сверху руку, жжения не было.

Девушка взяла ее и притянула ближе, прижала к груди и крепко обняла.

На следующий день Геката заставила себя встать с кровати и подойти к окну. Книга была совершенно новой. Кожаный переплёт слегка скрипел, когда она раскрыла обложку, ее страницы слабо пахли машинным маслом и чернилами. Книга была толщиной в три дюйма и напечатана на писчей бумаге. Геката начала с оглавления и продолжала читать несколько часов подряд.

Это был медицинский учебник, не обычное руководство по беременности для ведьмы. Со стороны Уайлда было очень милым понять, что она предпочла бы именно такую книгу.

Девушка углубилась в главу об эндокринной регуляции, влияющей на инвазию трофобласта, когда Уайлд снова вошел в ее комнату.

Она схватилась за края книги, а он смотрел на нее с задумчивым выражением лица.

— Когда ты в последний раз выходила на улицу? — наконец спросил он.

Геката заколебалась и сглотнула.

— В тот день, когда ты уехал по приказу Темного. Я выходила на веранду.

Его глаза сузились.

— И как долго это длилось?

Геката слегка выпятила челюсть и покраснела.

— Меньше минуты.

На его лице промелькнуло раздражение.

— А до этого?

Девушка замолчала и опустила глаза.

— Ты ведь не выходила на улицу с самого Солнцестояния?

Геката, не мигая, смотрела на страницу перед собой, пока слова не стали расплываться.

Уайлд вздохнул.

— Поднимайся, — приказал он.

Она встала, крепко прижимая книгу к груди. Он снова вздохнул.

— Ты не можешь взять книгу с собой, она весит почти пять фунтов. Я не позволю тебе таскать ее по поместью. Оставь учебник здесь.

Геката только крепче сжала книгу. Он поднял правую руку и схватился за виски, как будто у него болела голова.

— Никто не украдет и не заберет книгу, если ты оставишь ее здесь. Если все же что-то произойдёт, я куплю тебе еще одну. Оставь ее. — Последние слова были приказом.

Геката неохотно положила книгу на кровать и пошла за своими ботинками. Пока она собиралась, Уайлд смотрел в окно, изучая горизонт. Затем он резко повернулся и бросил на нее быстрый взгляд, прежде чем направиться к двери.

Геката медленно последовала за ним.

Он остановился в дверях веранды и посмотрел на нее.

— Мы не будем подходить близко к лабиринту из живой изгороди.

Он повел ее через розарий, а затем по одной из аллей, на которой зацветали фруктовые деревья. Весной в поместье было прекрасно. Геката не могла отрицать этого, но красота казалась ей горькой и ядовитой, когда она начинала думать об этом.

Пролог

— Ты беременна. — Голос Грейбек был полон триумфа.

Руки Гекаты замерли.

Нет.

Пожалуйста, нет.

Девушке показалось, словно ее резко опустили в ледяную воду. Ей не хватало воздуха и она чувствовала давление, сжимающее ее тело со всех сторон. Геката ощущала, как ускоряется ее пульс, пока шум крови в ушах не перекрыл все остальные звуки.
Грейбек что-то говорила, но девушка не могла разобрать ни слова.

Она не могла дышать.

Грейбек говорила все громче и громче. Геката слышала звуки, но не могла связать их воедино. Она задыхалась, пыталась набрать воздух в легкие, но ее горло словно сдавило тисками.

Сердце гулко стучало в груди, и в какой-то момент ее грудную клетку пронзила резкая и острая боль — словно в нее воткнули нож.

Грейбек стояла перед ней, смотря ей в лицо. Она продолжала что-то говорить, снова и снова. Движения губ целительницы повторялись, пока та склонялась над Гекатой и активно жестикулировала. Но девушка все ещё не могла разобрать ни слова. Выражение лица Грейбек становилось все более и более нетерпеливым, пока она продолжала повторять одно и то же. Все звуки вокруг сливались в один неопределенный гул.

Геката не могла дышать. Ее легкие горели от усилий, пока она пыталась сделать хотя бы глоток воздуха. Лицо целительницы расплывалось у неё перед глазами. Казалось, что женщина растворяется в окружающем ее воздухе.

Все вокруг становилось все более и более расплывчатым. Геката чувствовала, словно в ее ноги и руки вонзаются тысячи маленьких иголок.

Вдруг перед ней возник Уайлд. Он обхватил ее плечи руками.

— Успокойся.

Его жесткий голос прорвался сквозь неясный гул в ее ушах.

— Дыши.

Геката открыла рот, пытаясь глотнуть воздуха, и смогла, наконец, сделать дрожащий вдох. А потом она разрыдалась.

Нет. Нет. Пусть это будет ошибкой. Она не может быть беременной. Пусть ее отдадут кому-нибудь, чтобы он замучил ее до смерти.

Каждый раз, когда девушка делала вдох, ее пронзала острая боль, словно нож вонзался в ее грудь.

— О боже... Нет... — Геката продолжала плакать, дрожа всем телом.

— Дыши. Продолжай дышать, — снова приказал Уайлд. Его лицо выглядело изможденным. Сжав челюсти, он наблюдал, как Геката с трудом делала вдохи и выдохи.

Только через несколько минут она перестала делать поверхностные, прерывистые вдохи и немного восстановила дыхание. Хватка Уайлда на ее плечах ослабла, и он повернулся к целительнице Грейбек. Его взгляд пылал яростью.

— Ты знаешь, что она склонна к паническим атакам. Ты не можешь вот так вываливать на неё информацию, — сказал он разъяренно, все ещё крепко сжимая дрожащие плечи Гекаты.

— Я думала, ее панические атаки провоцируют только открытые пространства, — Грейбек скрестила руки на груди и приподняла подбородок. — Учитывая, в какой ужас она пришла от идеи отдать ее вашему отцу, я думала, она будет рада.

— Значит, тебе стоило подумать получше, — ответил Уайлд ледяным тоном. — Я начинаю подозревать, что ты специально травмируешь ее. Сначала ты угрожала отдать ее моему отцу, потом без предупреждения подложила ей афродизиак. Ты специально делаешь все, чтобы довести ее до нервного срыва?

Целительница Грейбек только фыркнула, накладывая на Гекату ещё одно заклинание диагностики.

— Можете не беспокоиться, я не делаю ничего, что могло бы хоть как-то нарушить целостность ее воспоминаний. Я и сама с нетерпением жду, когда она все вспомнит, после того, как узнала, что это она была ответственна за нападение на лабораторию, — Грейбек окинула Геката холодным взглядом. — Интересно, как ведьма, даже не закончившая Академию, без какого-то специального обучения, смогла изготовить бомбу, способную убить всех моих коллег?

Повисла долгая пауза, прерывавшаяся только тихими всхлипами Гекаты. Уайлд продолжал прожигать целительницу взглядом.

— Она террористка Сопротивления. Ее обучали в разных странах для того, чтобы она стала целительницей, способной разрушать проклятия. И это ещё не считая того факта, что она мастерски разбиралась в зельях. Если она могла обнаружить и нейтрализовать проклятие, очевидно, она могла и изобрести его. Если тебя так мучило любопытство, могла спросить у меня, — холодно произнёс Уайлд. — Доведя ее до срыва, ты бы не получила никаких ответов. Особенно учитывая, что она сама ничего не помнит. Твоя программа — это не возможность отомстить. Похоже, ты забыла, что я делаю с идиотами, которые мешают мне выполнять приказы.

— Я не мстила...

— Именно это ты и делала. Тёмный Повелитель доверил ее мне. Ты отлично знаешь, насколько она важна. Я прилагал немалые усилия, чтобы она оставалась в безопасности. Учитывая, что Повелитель не возражал, когда я убил одного из его последователей за то, что тот полез к ней, как думаешь, будет ли он сильно переживать по поводу тебя?

Грейбек смертельно побледнела.

— Моя программа...

— Просто фарс, — Уайлд усмехнулся. — Причина, по которой ты еще жива в том, что твою программу посчитали научно необоснованной, а тебя саму не допустили до лабораторий. Где статистические данные по твоей программе? Где доказательная база и историческое обоснование? Весь этот спектакль с программой, о которой трубят в специально проплаченных статьях газет, может легко продолжаться и без тебя. — Глаза Уайлда злобно сверкали, пока он говорил. — Это мое единственное предупреждение. Тебе больше не разрешается находиться с ней наедине. Сегодняшний визит окончен. Если у тебя появятся новые инструкции для неё, ты передашь их мне. Тина!

Эльфийка появилась в комнате с характерным щелчком. Уайлд не отводил глаз от Грейбек.

— Сопроводи целительницу в гостиную. Я спущусь вниз, как только закончу.

Женщина раздраженно хмыкнула, но она все ещё оставалась бледной от страха, а ее руки била мелкая дрожь, пока целительница собирала свои бумаги и складывала их в портфель. Когда дверь за ними закрылась, Уайлд повернулся к Гекате и посмотрел на неё сверху вниз. Она уже перестала плакать и старалась теперь размеренно дышать.