Скрытые игры

Глава 1

— Старший инспектор Грин, — Обадайя вытянул вперёд ладонь, на которой сразу же проявился знак полицейского управления: собачья морда и личный номер. – Немедленно опустись на землю и перейди в спящий режим.

Десятиметровый бот, изображающий дракона, фыркнул дымом и снова вгрызся в рельсу путепровода, совсем по-собачьи прикусывая ее углом рта и придерживая лапами. Крылья двигались в такт, а хвост недовольно сучил по металлическому покрытию. Дракону здесь не место, его место на «Гейм-Экспо», выставке, посвященной достижениям игровой индустрии. Но бот не просто улетел из павильона, он, мать же ж мать, приземлился рядом с домом Обадайи, сшиб вагон монорельса и теперь потихоньку рушил путепровод.

— Невозможно передать, как я рад видеть здесь твою здоровенную чешуйчатую тушу, также спешу выразить сожаления, что она не появилась через час двадцать, как раз к началу рабочей смены.

На самом деле Обадайя хотел выразиться несколько короче и намного грубее. Но кто использует нецензурную брань, тот позорит своих отца и мать. Дракон же никого опозорить не боялся, он зарычал, резко поднял голову и дохнул пламенем на летающего дрона новостной службы, а после и на столпившихся рядом зевак. Те вовремя отскочили, спасённые включившимися крилл-приложениями для чрезвычайных ситуаций. Поведение бота было неправильным: каждый из биотехнических организмов обязан выполнять приказы сотрудника полиции, этот же игнорировал вложенную программу. А после и вовсе взмахнул крыльями и попытался взлететь.

Встроенный в его тушу антиграв почти разрядился, потому дракон завис в десятке метров над землёй и не мог подняться выше. Ящер ревел, бестолково махал крыльями, но не мог убраться далеко от путепровода.

— Возможно ли подобрать тебе цензурную характеристику?

Дракон обиженно тряхнул головой и попытался сжечь Обадайю. Клуб огня приближался сверху, красиво мерцая бело-оранжевыми язычками, в воздухе плавно летали частицы пыли, а со стороны парка медленно бежала женщина, будто бы попавшая в прозрачное тягучее желе.

Ускоренное восприятие не та вещь, к которой легко привыкнуть. У гражданских не было модулей для его подключения вне вирт-миров, а полицейским и военным восемнадцати кратное растягивание личного времени постоянно спасало жизни.

«Активировать приложения для захвата преступника в городских условиях.» Обадайя набрал команду на внутреннем интерфейсе, тот сразу же откликнулся, предложив варианты: «пакет для полиции» и «другое». Обадайя щёлкнул первый вариант, отчего интерфейс сразу же утонул в рекламных окнах. Боты-спутники, приложения для долгого и качественного секса, призывы вступить в госпрограмму по росту численности населения, баннеры веришей, призывавшие отказаться от криллоцитов и прочих технических примочек и агитки общества защиты ботов, которые рекомендовали проникнуться любовью и нежностью к биотехнологическим организмам. Затем их перекрыла крупная надпись предлагавшая обновить лицензию у блокировщика рекламы на внутреннем интерфейсе. Обадайя закрыл все окна и размялся шею, пробуя обновленную силу и скорость. И прежде, чем его накрыло пламенем, отскочил в сторону, оттолкнулся от перрона, прыгнул на крышу остановки, с нее на фонарный столб и полез по нему вверх. Руки противно хлюпали, почти присасываясь к поверхности, зато совсем не скользили по поверхности, что позволяло взбираться куда угодно на максимально возможной скорости.

Криллоциты изобрели давно, ещё во время войны. Тогда они спасли человечество от вымирания, затем – полностью изменили мир. Крохотные, меньше элементов крови, частицы могли перемещаться по телу, делая носителя быстрым, сильным и практически бессмертным, только плати за специальные приложения. Оборот и создание последних контролировало государство, не позволяя гражданским использовать искусственное увеличение физических параметров. Разумная мера по мнению Обадайи. Люди и в обычном своем состоянии ухитрялись повсеместно нарушать закон, выдай им допуск к сверхспособностям, не миновать новой войны. А вот для полицейских, спасателей и военных сделали исключение, но только на время несения службы. И Обадайя собирался воспользоваться этим. И за время, пока ящер жег пустой перрон, он раскачался на верхушке столба и перелетел на хребет дракону. У каждого бота была специальная зона на шее, надавив на которую можно его усыпить.

Дракон попытался налёту перехватить врага, но промахнулся и впустую щёлкнул челюстью. Обадайя же тяжело упал на загривок бота и надавил на точку. Толстенная, утыканная шипами шкура не проминалась, а антигравы выдохлись, отчего дракон начал падать, бестолково размахивая крыльями. Зато он мог выкручиваться, трясти шеей, мотать головой и с силой ударять ей по тому самому столбу. По ощущениям это не могло сравниться с ежегодным тестом вестибулярного аппарата. Обадайя держался за драконью шею и пытался нажать на «выключающую» точку. Загвоздка была в том, что ее полностью закрывал один из шипов.

Дракон опустился на полотно монорельса и повалился на бок, пытаясь расшибить всадника. Обадайя же выдрал с мясом шип, запихнул пальцы прямо под шкуру и вдавил точку на позвоночнике. Дракон сразу же заснул, вытянув вперёд лапы.

С внутреннего экрана посыпались предупреждения о ранах и переломах. Обидно, что полицейская страховка покрывала только часть из них, скачивание остальных приложений пришлось оплатить с личного и так небольшого счета. Радовало то, что внешнего вмешательства не потребуется, а значит больницу можно не посещать, иначе бы совсем разорился.

— А-а-аташел! Аташел быстра! – справа на Обадайю налетела щуплая женщина с короткой стрижкой. Сдвинуть сотню с лишним килограмм с места у нее не вышло, потому она просто упёрлась в бок Обадайи и попыталась отпихнуть его от дракона. – Падлец! Аташел! Пакалечил Пламеня.

1.2

Огромный медведь заревел, тряхнул головой и попытался догнать мелькавшего между деревьев игрока. Лапы тяжело бухали, проваливаясь в снег, рога цеплялись за ветки, но Бомо несся по редкому лесу следом за одиноким чернокнижником.

— Тормози, тормози его! Если сейчас нападет, нас выкинут из игры! Он же ездовой, а не питомец.

Обадайя не успел напомнить Тони, что не настолько силен в игровой терминологии, как тот скрылся из виду. Пришлось бежать следом и тормозить медведя. Но ради любимого развлечения: «загони человечишку на дерево» Бомо искусно притворялся глухим, приказ пришлось повторить трижды, прежде чем бот замедлился и обиженно заревел, попытавшись укусить хотя бы Обадайю. И то, медведь мог просто устать, а не проникнуться уважением к своему погонщику.

Тони же спрыгнул на снег и резво побежал к незнакомому игроку. На ходу он надвинул на голову капюшон плаща и исчез. Даже следы на снегу исчезали через считанные мгновения. Обадайя присвистнул и выставил руку вперёд. Одна, а следом и вторая снежинки опустились на укрытую перчаткой ладонь. Красивые такие, узорчатые и абсолютно одинаковые. Третья и четвертая были такими же. Интересно, есть ли в Маре хоть что-то настоящее?

Тони тем временем подкрался к чернокнижнику и атаковал его со спины. Незнакомый игрок замер, безвольно опустив руки вдоль тела, и легко покачивался из стороны в сторону. Тони снова стал видимым, ударил того пару раз и исчез, затаившись где-то за деревьями. Чернокнижник очнулся, заорал, поминая всю возможную родню Энтони Рида и их ориентацию, после несколько раз бросил в пустоту зеленоватую магическую сеть. Дрыщ же повторил фокус с обездвиживанием во второй раз. Обадайе надоело смотреть на это избиение, но и вмешиваться было как-то неправильно.

Помочь Тони – значит опозорить все семейство Гринов, помочь незнакомцу – опозорить весь свой отдел. В Долине смертной стужи все сражались со всеми, PvP, мать его, режим. И раз Обадайя хочет добраться до Детей хаоса, нужно принять это. Как учил сын – это не больше, чем игра. А в играх принято сражаться.

Радостный Тони догнал их с Бомо через несколько минут. Напарник сжимал в руках огромный свёрток с вещами чернокнижника.

— Убил и раздел, надеюсь, хотя бы не расчленил ради трофеев, — констатировал Обадайя. – Ты страшный человек, Энтони Рид.

— Админы заберут через пару минут, потом быстро подлатают и отправят домой, изучать тактику действия в PvP локациях. И, предвосхищая нытье на тему, ах как ты мог опозорить своих мать и отца, скажу, что этот парень наверняка поджидал восторженных нубов. Угадаешь зачем? Ну? Ну? Ну?

— Откуда бы мне, — Обадайя внимательно оглядел окрестности в поисках возможной засады. Как ни крути, а он сам тоже подходил под определение «восторженный нуб». А значит, легко мог стать жертвой жадных до быстрой и легкой прокачки игроков.

— Все-то ты понял, старый хрыч, — Тони поднялся в седле, чтобы получше разглядеть появившуюся за деревьями деревню и чуть не стукнулся головой о ветку.

Все же вытребовать у руководства Мары элитного зверя в качестве ездового животного – было не лучшей затеей. Но стандартные, пыхающие голубоватым паром из под черных доспехов скелеты лошадей не внушали Обадайе доверия. Лучше уж Бомо, он проверенный монстр и выглядит… солидно.

— На таких умников все равно регулярно устраивают охоту разные гильдии. А особенно резвых и наглых банят админы, — продолжил Тони. – Кто захочет идти в парк, в котором тебе убьют на первых же минутах игры? Но и совсем убирать этих хитрецов руководству резона нет, они подталкивают клиентов приходить в Мару группами, заставляют сразу же почувствовать опасность, проникнуться духом игры. Эмоции – это то, зачем приходят в Мару.

— А ещё за выпивкой, несбалансированной едой без ограничений и доступными девицами, которые не засудят тебя за предложение выпить вместе чашку кофе.

Проклятый дрыщ, после его слов каждый куст и дерево казались укрытием вражеского снайпера, точно как во время армейской службы. А Бомо – скорее помехой, все же пятиметровый рогатый медведь вместо лошади — не то, что поможет остаться незамеченным.

— За всем этим проще зайти в начальные локации, а то и вовсе прогуляться по туристическим маршрутам. В Долину смертной стужи идут за игрой. Идут те, кто пресытился другими локациями и прокачал все, что можно. Руководство долго готовило это дополнение, здесь все совершенно иначе. Другая магия, другая система прокачки, другие боссы. Видишь этот снег? Настоящее чудо техники! Впрочем, это лучше один раз увидеть. Кстати, в задании, которое мне выдал новый начальник, не сказано, зачем нам "Дети хаоса". Может, выберем гильдию попроще, «Шакалы пустошей» или «Темноцвет». У меня есть пара знакомых в каждой из них, они могут составить нам протекцию. В «Детей хаоса» не попасть двум никому не известным парням из полиции. И спешу напомнить, только один из них знаком с игровой механикой, а второй – старая развалина, которая до сих пор боится выходить в вирт, чтобы не заработать опухоль мозга и не ослепнуть.

— А экранирующая шапочка мне на что? Должен же я убедиться, что именно в вирте сконцентрировано все мировое зло! И нам нужны «Дети хаоса», а не другая гильдия. Только эти ребята научились протаскивать мар-приложения для криллоцитов за пределы парка.

— А ты не думаешь, что...

— Нет, без вариантов. Каждого нарушителя нашли, допросили, изъяли записи с внутренних камер. Никаких зацепок. Они встречались со своими собратьями по гильдии, болтали, пили витаминный чай или ещё что-то, после запись прекращалась. А игроки выходили в какое-нибудь людное место и начинали швыряться огнем или молниями. Другие физические параметры у них тоже были как в игре. Общее у этих парней и девиц – только членство в гильдии, в обычной жизни они все встречались впервые.

Глава 2

— Стужа грядет! – Тони резко развернулся и протянул руки к Обадайе. – Готов ли ты?

— Все в этом мире относительно. Ты отвечаешь «да», а подразумеваешь «нет». И иногда истина запрятана так глубоко, что и сам не можешь найти к ней подход. Или все это ложь, и важен лишь твой страх перед реальностью?

Напарник ещё с минуту таращился, но, так и не дождавшись продолжения диалога и не придумав достойный ответ на озвученную Обадайей чушь, все же отвернулся.

Бомо мерно топал огромными лапами по снегу, иногда ловил ртом снежинки или пытался почесать рога о ствол дерева. Снова поднялась метель, спрятав за белой пеленой все, что дальше пяти метров. Снег, деревья, дорога и редкие кусты, усыпанные красными ягодами. Все такое одинаковое, что устают глаза. Через пятнадцать минут Обадайя понял, что снова попал под реализацию больших задумок на малых площадях: их попросту водили по кругу. Ещё через пятнадцать минут буря стихла, а они оказались на окраине большой пустоши, в самом центре которой возвышалась пирамида.

— Я уж думал, они до вечера будут стартовую группу собирать, — пробурчал Тони.

Обадайя огляделся и заметил, как из леса выходят другие игроки, растерянные и веселые, делающие собственные снимки на фоне пирамиды и абсолютно безразличные к происходящему. Откуда-то послышалась музыка, вначале тихая и спокойная, затем все набирающая громкость и эпичную тревожность. Под такие мотивы в разных блокбастерах обычно появлялся Главный Враг. Разбирайся Обадайя в этом немного лучше, он бы подобрал более точный термин, но их отношения с музыкальной грамотой были полны боли? взаимных обид и разочарований.

— Можно где-то скачать саундтрек? – вполголоса спросил он Тони. Тот кивнул. – Поставлю в плейлист, включающийся при входе начальства.

Лёд в центре пустоши треснул, рассыпался на мелкие осколки и выпустил из-под земли здоровенного десятиметрового бота. Он походил на человека, высохшего от старости, только кожа была голубоватой и будто подсвечивалась изнутри. Глаза светились, а снова разыгравшийся ветер трепал истлевшую одежду и редкие волосы, на голове у него сияла драгоценностями высокая, сделанная в виде стилизованного дерева корона. В руках бот сжимал меч, наверняка дающий плюс тысячу к силе и пафосу.

— Падите ниц перед Королем Стужи, жалкие теплокровные!

— Забыли про саундтрек, я хочу запись этого! Смонтирую в нее другое лицо и…

— Борода, замолчи! Дай посмотрю вступительный ролик!

Тони даже слез с медведя и подошёл чуть ближе. Обадайя же чувствовал смутную тревогу: чем красочнее вступительный ролик, тем тяжелее следующий квест, это он успел понять даже из своего скромного игрового опыта.

— Стужа грядет! – продолжил вопить король. – Готов ли ты к встрече?

Затем он замахнулся и воткнул меч в лёд. Снежный ковер по всему полю взорвался подобиями гейзеров, выпуская многочисленных рыцарей льда. Канонических таких, при полном доспехе и с длинными крючковатыми мечами и узорами по кромке. Обадайя отказался от подобной экипировки, взял привычную одежду, но оружие все равно пришлось брать такое же. Кроме рыцарей появились снежные монстры: похожие на глазастый сугроб-переросток элементали, полупрозрачные феи, летающие целыми стайками, и барсы с непропорционально длинными клыками. И все эти порождения сумеречного сознания разработчиков в один миг бросились на игроков. И Обадайя в их числе. Тело перестало слушаться, полностью перейдя под власть контроллера и мар-приложений. Мерзкое состояние, хотя врезать дрыщу оказалось даже приятно.

Тони продержался секунд двадцать, после его добили сразу двое рыцарей и барс, который за малым ногу ему не отгрыз. Обадайя знал, что ранения в Маре редко выходят за рамки глубоких царапин и ушибов, которые сразу же залечивались криллоцитами, но выглядело все жутковато и непонятно. У них же не было ни малейшего шанса спастись, как тогда пройти квест?

Но уже через минуту Тони, как и другие погибшие игроки, поднялся с земли и вместе с рыцарями направился к королю. Обадайя быстро потерял его из виду, то, что Тони ещё в игре выдавала только зелёная метка на карте игрового интерфейса.

Толпа брела и брела, выстраиваясь полукругом неподалеку от короля, бот толкал вдохновенную речь о грядущем господстве стужи и том, что теплокровным в новом мире не место. Где-то в середине его прервала ярко-зеленая вспышка. Король закричал и отшатнулся, снег вокруг него растаял и пророс травой и цветами. А со стороны пирамиды к нему приближался отряд рыцарей в золотистых доспехах, под предводительством высокой светловолосой женщины в такой же ветвистой короне, но золотой. Следом за ними неслись монстры, похожие на деревья, гигантские волки и тигры, мелькала и другая живность, но с такого расстояния ее так просто не разглядеть. Обадайя отстраненно подумал, что если не уберется подальше, рискует стать первым из Гринов, кого зашиб ходячий дуб. Так себе достижение, как ни глянь.

Женщина резко остановилась коня, взмахнула мечом и прокричала:

— Не пустим стужу! Дорогу весне, пусть ее магия растопит ваши сердца! Вы будете биться рядом со мной?

Всех игроков заволокло золотистым сиянием, а на внутреннем экране Обадайи высветилось новое сообщение:

«Сейчас вам предстоит сделать важный, сюжетообразующий выбор: примкнуть к армии Золотой Девы или же покинуть игру. На данный момент мы работаем над выпуском дополнения, которое позволит игрокам присоединиться к фракции Короля Стужи. Подпишитесь на нашу официальную группу, чтобы быть в курсе новостей!

Внимание! В честь проходящего праздника Зимоворота мы припасли немало подарков для активных участников. В том числе – пропуски на дневное пребывание в нашем парке.

Вы воплощаем мечты, но очень нуждаемся в ваших лайках.»

2.2

Восточные ворота действительно больше подходили для выпендрежников на гигантских медведях или мамонтах, в такие и драконе залететь можно, если, конечно, найдется псих, готовый оседлать неконтролируемого Пламеня. Сразу за воротами начиналась широкая улица, по которой и потопал Бомо. Бот рычал на прохожих, пытался схватить кого-нибудь, но контроллер вовремя останавливал его порывы. Да и Тони оказался более умелым наездником: он уверенно управлял медведем, не позволяя тому объедать праздничные гирлянды и перегораживать дорогу другим ездовым животным.

Мамонтов, кстати, здесь оказалось всего два, как объяснил Тони, квест на них давали в другом городе. В основном игроки передвигались на лошадях-скелетах, белых медведях или гигантских волках. Почти все посетители Мары – с палками-леденцами или же в красных шапках с помпонами, у некоторых и одежда была окрашена зимними узорами. Дома, фонарные столбы и деревья – все это было увешано гирляндами из светящихся шаров и еловых веток. Казалось, ещё минута, и из-за угла покажется Ингрид с кучей покупок и длинным списком того, что еще нужно приобрести для надвигающегося праздника. И бесконечные подарки, подарки, подарки… Не так легко закупиться перед Новым годом, если у тебя наиблежайшей родни под сотню человек. А ещё нужны два очень особенных и разорительных подарка: Мартину и Виктории.

Обадайя тряхнул головой: с женой они давно развелись, дети рады и денежному переводу, а с родными они давно договорились не тратиться на безделушки, а жертвовать деньги в фонд восстановления разрушенных во время войны территорий. Теперь у всех стало меньше головной боли, а где-то на окраине округа появился небольшой парк «Грин» с настоящими деревьями, травой и мелкой живностью. Проблемы решились, но страх перед праздником все равно остался.

— Тони, друг мой, почему ваша хваленая Долина похожа на отдел новогодних товаров?

— Зимоворот же! Ежегодный сезонный праздник. Особая атмосфера, специальные квесты, рост дохода за счёт продажи особой одежды и еды навынос. Туристы его обожают! Кстати, из всей долины они могут побывать только здесь.

Это Обадайя уже успел заметить: почти сразу их облепила разновозрастная толпа восторженных посетителей. Они здоровались, махали руками, пытались погладить Бомо, сделать красивый трехмерный скрин, а после неизменно сбегали в одну из лавок за сувенирами и сладостями.

Тони пообещал пристроить медведя в сухое и теплое стойло для мамонтов, а Обадайю отправил набрать заданий для их группы. Раздавали их в ратуше: высоком деревянном здании, расположенном в самом центре деревни. На площади перед ней было не протолкнуться от туристов и других игроков. Все о чем-то болтали, торговали, делали скрины, объедались уличной едой, танцевали или пытались передавить остальных ездовыми мамонтами. Точнее, пытался это сделать один умник, и уже через минуту его вызвали на дуэль поочередно семь игроков, так что к общему гвалту добавились и выкрики групп поддержки с обеих сторон.

Обадайя кое-как пробрался через толпу на площади, затем отстоял очередь за квестами в ратуше, получил очередное сообщение от администрации, в котором говорилось, как сильно они сожалеют о принесенных неудобствах и как страстно желают видеть его в группе Мары, и, наконец, добрался до Лайонела Светоносного, одного из командиров армии весны.

— Приветствую тебя, рекрут! – усталый светловолосый мужчина в блестящих доспехах похлопал Обадайю по плечу и по-отечески улыбнулся. – Рад видеть тебя в наших рядах! Битва будет сложной, домой вернутся не все, но мы позаботится о жёнах павших! Пока же помоги нам с припасами!

На внутреннем экране сразу появилось сообщение:

«Получен квест: «Оборона Краеснежника». Для его выполнения вам нужно собрать:

50 перьев снежных гарпий;

50 крыльев снежных фей;

50 рогов свирепых снеголеней;

50 хвостов снегоящеров;

50 снежных монет из припасов йети.»

— Знаете, перья сложновато есть, но при должной фантазии можно замутить неплохой костюмированный парад! Король Стужи оценит, – ответил ему Обадайя.

Теперь задание светилось ярко-желтым, отвлекая внимание, а от одного упоминания снега начинали ныть зубы. Другие игроки уже толкались и нервничали, требовали освободить им место и указывали на грустную женщину в самом углу ратуши, как владеющую ещё одним квестом. Лайонел же быстро оглянулся по сторонам и поманил пальцем Обадайю. Стоило сделать шаг вперёд, как командир армии весны обхватил его за затылок и притянул вплотную к себе, почти упёршись лбом в лоб.

— Слушай сюда, засранец! – такое начало разговора не то чтобы испугало, скорее удивило Обадайю. – Я пять лет учился в академии театрального искусства, затем ещё тридцать оттачивал свое мастерство, играя в «Секретах Розалии»возлюбленного Розалии, старшего брата Розалии, отца Розалии, а после – старого черного колдуна, похитившего, — кого бы ты подумал? – правильно, Розалию. Я дважды играл саму Розалию, когда болели актрисы, и надо заметить, моя Розалия была не так плоха! Специально для роли Лайонела Светоносного я трижды бывал в Маре, проникался духом этого места, читал дневники бывших военных, встречался с ними лично, репетировал отеческий взгляд и жесты, подбирал интонацию… И все это не для того, чтобы каждый засранец подходил и подшучивал надо мной! Ответь, тебе не понравился мой Лайонел? Что мешало просто поблагодарить за квест и свалить подальше? Ммм? Зачем принижать и без того нелегкий труд сотрудника сферы услуг?

— Ты чересчур заморачиваешься, брат, это всего лишь игра, — Обадайя хлопнул его по плечу и отошёл.

— Для кого-то игра – и есть жизнь! – буркнул актер и сразу же переключился на следующего по очереди воина весны.

Обадайя же втиснулся в другую очередь, которая привела его к грустной женщине, попросившей отвести к башне одну из ее дочурок. И, судя по количеству стоящих в очереди игроков, производство этих самых дочек было единственным и любимым хобби грустной дамы. Но озвучивать свои мысли Обадайя не стал, здесь не у всех хорошо развито чувство юмора.

2.3

Внутри таверны по кругу стояли поварские столы, исходили паром кастрюли на стилизованных под печи плитах, шипели маслом многочисленные сковородки. Между всем этим металось с десяток игроков, готовивших одинаковые стейки под белым соусом. Всем заправляли несколько поваров, которые давали советы, ругались и тыкали нерадивых кулинаров в написанные на стенах рецепты.

Обадайя взял себе одну из тарелок, расплатился с подошедшей разносчицей и сел в углу зала. Тони тоже нахватал еды и выпивки, после демонстративно оглядел зал, вытащил из кармана набор для игры в «Однорогого дракона» и перетасовал ее. Сразу двое посетителей заинтересовано следили за его действиями, но не спешили подсаживаться. Тогда дрыщ вытащил вторую колоду, с другой рубашкой карт и разложил их.
— Не хочу тебя расстраивать, но на задании иногда нужно трудиться, а не только отдыхать, — Обадайя медленно, с чувством отрезал небольшой кусочек стейка, макнул его в соус, затем отправил в рот. Мясо оказалось жёстким и недосоленным, соус горчил и точно подгорел в процессе приготовления. Такая пища если и лучше привычной, насквозь сбалансированной по питательным веществам, то только своей запретностью.
Тони тяжело вздохнул и спрятал набор.
— Зря, могли бы неплохо заработать. И девчонки любят умных и везучих парней. Хотя тебе это не актуально, после пятидесяти уже сложно получить разрешение на сексуальные контакты с людьми.
— После девяносто двух. В пятьдесят шесть это без проблем. Самый расцвет мужчины, женщины так и липнут.
— Йа вас нашла! Нашла вас! – все ещё покрытая блёстками Пайпер зашла в таверну, растолкав по пути столпившихся возле входа игроков.
Обадайя указал на нее рукой, как бы говоря: «что и требовалось доказать». Тони же хмыкнул в духе: «ну только такие и липнут».
— Меня обсуждаете? – Пайпер плюхнулась на стул рядом с Тони и отняла у него чашку кофе. — Да-да, мужчины меня частенько обсуждают. Я владею их умами!
— Это не всегда повод для гордости, — ответил Обадайя.
Тони же молчал, подозрительно долго рассматривая Пайпер. Они были знакомы? Скорее всего – да, все же работали в одной компании, пусть и в разных отделах.
— Всегда! – она одним махом осушила чашку, затем занюхала рукавом и шумно выдохнула. Напитки попутала, не иначе. – И не надо на меня таращиться – засужу! Смотрите так, — она неопределенно взмахнула рукой, — вскользь, ненавязчиво, избегая долго задерживаться на одной точке. За день-два натренируетесь. Я теперь надолго с вами.
— Прости, но нет, — отрезал Тони, пихнув ее ногой под столом. Сделал он это тихо, но Обадайя все равно заметил. Все же они знакомы.
— Двое бравых напарников не должны позволять женщине вклиниться между ними, — продолжил дрыщ. – Знаешь, как это бывает: мы будем спорить, ругаться, соперничать, ты – улыбаться нам обоим и умолять спасти из плена твоего папочку. А после окажется, что это твой муж, а нам с Бородой останется только уехать в закат на механическом пауке.
— Туда вам и дорога! Не будете мучить несчастных ботов! – она пихнула Тони в ответ, после эти двое успокоились. – А пока я намерена присматривать за моим Бомульчиком. Советую просто смириться с этим фактом: пока вы в Маре, я буду рядом! С медведем, конечно.
Обадайя же кое-как доел стейк и вышел из-за стола. Он целенаправленно пошагал в дальний конец зала, к кривобоким и подгорелым кексам, находящимся на другом полюсе от тех манящих, облитых глазурью шедевров кулинарии, которые Обадайя пробовал в Маре во время прошлых визитов. Хотя запах свежей выпечки все равно дразнил ноздри, потому и очередь к этому прилавку собралась изрядная. Обадайя ни разу не оглянулся на напарника, зато обратился к внутреннему интерфейсу.
«Требуется доступ к специальным приложениям.»
«Полицейские — отказ. Нет доступа на территории «Мара – ВМ». Другие – доступ получен. Выберите нужный пакет приложений.»
«Подслушивание – 2.17. Объект – Энтони Рид. Отсечь лишние шумы.»
Голос Тони все равно звучал приглушённо, да и толкавшаяся рядом магичка здорово мешала тем, что никак не могла выбрать кекс из горы кривоватой и подгорелой выпечки.
— …ачем ты здесь?
— Этот Грин, он не так прост. Постоянно таскается в парк и что-то вынюхивает. Тебя используют втемную, Тони.
Надо же, оказывается Пайпер умеет разговаривать нормально. И в чем же она подозревает Обадайю? Подумаешь, три раза приходил в парк между командировками. Он же Сэмми навещал, а не просто так.
— Бади прост, как двоичный код. Не надо делать из него супершпиона. Лучше уйди, Пайпер.
— Сам уйди, предатель. Мы ещё не воплотили все мечты.
Больше они не произнесли ни слова, а Обадайя быстро отключил приложения, набрал полную тарелку кексов, в надежде, что хотя бы один окажется съедобным, и вернулся к столу.

2.4

— Тони, друг мой, почему здесь так отвратительно кормят? – Обадайя вернулся за стол и поставил на его середину тарелку.
Пайпер вытащила из сумки темную склянку, отпила из нее и шумно выдохнула в сторону. После схватила кекс и сжевала его с противным хрустом, будто бы начиненный стеклом.
— С ромом съедобно, — констатировала она и повторила свои действия. – Даже вкусно. Но не так, как ром без кексов. Или ром без лимонада. Или ром без чая. Да. Пожалуй, чистый ром вкуснее всего. Этот прекрасный безалкогольный ром. Что же может его превзойти?
— Безалкогольный ром с алкоголем. Все двести пятьдесят разрешенных раз в квартал миллилитров. Рекомендую попробовать, неплохо помогает от плохого настроения и ненависти к семейству Гринов.
Обадайя подмигнул ей и на пробу откусил кекс. Орешки в начинке неприятно хрустели, будто бы часть из них запихнули в тесто вместе со скорлупой. И с яйцами поступили также. Зато неизвестный кондитер не пожалел сахара и ванили. Настолько приторного вкуса нет даже у протеиновых витаминизированных коктейлей «супер-сыщик 50+».
— Н-да, — вздохнул Тони, — не задалась у них прокачка поварских навыков. Что-то не доработали в этой квестовой линии.
Тем не менее, он нахватал штук пять кексов и по очереди их сжевал, быстро, жадно, то и дело кривясь от гадковатого вкуса или выковыривая из зубов осколки скорлупы. Обадайя снова развернул скрытый игровой интерфейс и заметил надпись:
«Только что вы употребили 1 порцию «Снежный стейк» и 1 порцию «Леденящий кекс». Улучшены характеристики:
Выносливость +2
Броня +2
Нечувствительность к эффекту «отравление» +2.
Квест «Стужевый гурман» выполнен 2/30».
При показателях брони больше трёх тысяч и выносливости в районе четырехсот, эти плюс два мало что значили, но нельзя же так просто взять и проигнорировать прокачку! Поэтому Обадайя зажмурился и сжевал ещё один кекс.
«Интеллект -1, здоровье -3» — сразу же порадовал игровой интерфейс. Да уж, прав был Мартин: играть нужно с умом. А пихать в рот все подряд – и вовсе порочная практика! Настроение ухнуло вниз, а за ним и вся радость от нового посещения Мары. Ибо если и было что-то хорошее в этом парке, то лежало оно в плоскости еды. Жирной и жареной, печёной, сладкой, солёной и острой, словом всей той, что за пределами парка выдавалась строго по лимиту и неизменно каралась часами пребывания в тренажерном зале.
— Это самые поганые кулинарные курсы, которые я видел! – буркнул Обадайя и вышел из-за стола. Тони и Пайпер поспешили следом. Ведьма теперь значилась членом их группы, быстро они с дрыщом сговорились.
— Это не курсы, а прокачка поварского навыка! – ответил дрыщ. – Раньше делали это за счёт самоформирующихся концентратов, ну знаешь, высыпал из флакона, залил водой и получил отличное блюдо, но пользователи ругались, что рецепты — отстой, пробуют по ним готовить дома, ерунда выходит. Потому и заменили настоящими ингредиентами и даже выписали несколько настоящих шеф-поваров.
Он кивнул на неуравновешенного мужика, лупившего игроков пучком салата и оравшего на всю таверну. Пожалуй, поварской навык – не самый нужный для старого следователя, придется игнорировать эту линию.
На улице Тони запахнул плащ, напялил любимые синие очки с круглыми стеклами и бодро зашагал к выходу из селения, где на карте обозначился восклицательный знак с квестовыми дочками. Рядом с Бомо собралось пару десятков молоденьких девчонок, оглядывавшихся по сторонам. Теперь понятно, как Тони так быстро завершил квест на палку-леденец, непонятно только, что он пообещал девушкам взамен. И не спросишь: напарник стал невидимым и втихую дошел до ворот. Пайпер же, напротив, не отставала ни на шаг, безостановочно бурчала и поносила Обадайю. Ее послушать, так дракон после того случая обзавелся нехилой психотравмой, от которой не каждый киберпсихолог излечит, нужен особенный. Точнее – зоокиберпсихолог, специализирующийся на гигантских огнедышащих рептилиях. Такой профессионал существовал и очень жаждал поработать с Пламенем, если кто-то оплатит его услуги. Обадайя, в свою очередь, покаялся перед Пайпер, что слишком любит дракона, чтобы доверять его шарлатану без опыта работы. Женщина замолчала, затем продолжила бубнеж с новой силой. И мать же ж мать, но если она сотрудник службы собственной безопасности, то зря закапывает столь потрясающий актерский талант. Хотя внешне Пайпер вовсе не походила на бравого бойца: хрупкая, чуть угловатая, телосложением похожа на Сэмми, но, конечно, не дотягивала до совершенного бота, светловолосая и светлоглазая, отчего казалась блеклой и невзрачной. От такой не ждёшь ничего серьезнее скандала. Только криллоциты сделали внешность обманчивой настолько, как ещё не бывало за всю историю человечества. Недаром, вокруг использования боевых и наращивающих физические параметры приложений постоянно велись дебаты.

… Фредерик Нортон, сенатор и ярый активист техэвов метался по новостной студии, размахивал руками и рассказывал суть своего предложения сенату:
— Не все помнят, но перед разрешением на массовое использование медицинских крилл-приложений население тоже захлестнула паника. Ка-а-ак? Что такое? Это погубит всех нас! Но прошло без малого двадцать лет, а мир не рухнул! Он стал лучше! Больше нет нужды ходить к врачам и страдать от болезней – криллоциты сами диагностируют болезнь, а контроллер предложит лучшее приложение для ее излечения. На долю медицины остались только самые тяжёлые случаи. То же самое и с усилением параметров человека. Только представьте, больше не будет неравенства!
По рядам виртуальных проекций зрителей прошла волна ругани и недовольства. Техэвы и эвконсы снова нашли повод сцепиться между собой.
— Если какой-то мудак решит избивать жену, она не станет от него убегать, а развернется, активирует приложения и даст сдачи так, что гада за месяц не соберут в больнице! – под радостные возгласы продолжил Нортон. – Больше не надо будет бояться уличных бандитов. Посмотрите эту запись.
На огромных голо-экранах появилось изображение парня, которого группа уличной шпаны зажала в подворотне. Тот успел связаться с полицией и активировать приложения для побега, потому легко оттолкнулся от земли, ухватился за нижнюю ступеньку пожарной лестницы, раскачался и прыгнул далеко вперёд, вырываясь из окружения. После побежал вперёд со скоростью слабенького гравискутера. Но бандиты быстро догнали его, совершая огромные, недоступные человеку прыжки. Пиратские приложения видно сразу, они сбоят и часто приводят к травмам, не дают нужной скорости и плавности движений, но все равно дают преимущество перед обычным человеком.
Парня догнали прежде, чем прибыла полиция, избили до такой степени, что крилл-приложения по сохранению жизни не справились. Он погиб, а техэвы сделали из этого случая знамя своей борьбы.
— Мы исправим эту несправедливость! Эволюции пора сделать новый скачок! Не только боты смогут встать на новую ступень и называться живым оружием!
Нортона радостно поддержали, а его оппонент долго не мог начать свою речь. В конце концов вмешались техники, просто приглушившие громкость трансляции зрительских голосов.
— Боты отличаются от людей, — Кристина Лейс из партии эвконсов говорила сдержано, без лишних эмоций, — у них усилен скелет, позвоночник и кости черепа почти полностью искусственные, иная мышечная система, видоизменено сердце и кровообращение многих органов. Человек просто не создан для подобных нагрузок.
— А как же игровые парки? – парировал Нортон. – Почему ради развлечения можно стать сверхчеловеком, а ради спасения жизни – нет?
— В парках нельзя пробыть дольше недели, после – обязательный перерыв на восстановление мышц и сердца. И каждый игрок проходит тщательный медицинский осмотр перед установкой игровых приложений, а все попытки использовать их вне сценария сразу пресекаются ИИ парка.
— Поймите, — Кристина вышла вперёд, обращаясь к зрителям, — мы работаем над приложениями для экстренной самообороны. Они будут доступны всем и абсолютно бесплатно. Но разрешить гражданским доступ к боевым приложениям – это не эволюция, а шаг назад, туда, где деньги создают пропасть между людьми. Мы боролись за равную для всех продолжительность жизни, будем бороться и за равные физические возможности…

Глава 3

Возле ворот их уже ждали те самые «квестовые дочки», которых нужно было отвести в одинокую башню, возвышающуюся над долиной. Восемь девиц, почти одинаковых, с корзинками и в красных плащах. Обадайя поздоровался с ними, взял одну из девушек за руку и прочитал задание:
«Получен квест: «Девушка и волк». Вам нужно сопроводить Милли в Одинокую башню за 37.59 минут. Внимание: девушку нельзя отпускать дольше, чем на 2 минуты.
Награда:
Наручи пронизывающего холода;
200 монет.»
— Очень, очень удивительно, что тебя зовут Милли, а не Снежка.
Девушка захихикала и прикрыла рот ладошкой. Обадайя же повлек ее к воротам. Зубчатая верхушка башни торчала над лесом, минут пятнадцать всей дороги, что сложного?
— Она тебе не ответит, долдон! – Пайпер пристроилась с другого бока девушки и вцепилась в ее руку. – Полностью технический бот, ИИ слабенький, рассчитан только на этот квест.
— Пайпер, наш медведь остался возле таверны, мамонты остались возле таверны, чей-то страус-переросток остался возле таверны. Тебе не кажется, что старшему куратору отдела по работе с огромными негуманоидными ботами тоже стоит остаться возле таверны?
— ОНБ. Так сокращённо называется наш отдел, чувствую, тебе тяжело произносить столько длинных слов подряд.
Пайпер хотела казаться недалёкой сварливой грымзой, но Обадайя видел, как она следит за его реакцией, подмечает жесты и мимику, прощупывает пределы допустимого.
— Конечно, — она поправила шляпу, затем покрепче вцепилась в бота, — раз я женщина, то каждый пропитанный тестостероном тестикулоносец норовит запихнуть меня поближе к кухне.
— Они в этом категорически неправы. На кухне переизбыток того, что можно использовать в качестве оружия. Опаснее только вязание или вышивка бисером. Тебе в общем противопоказано вести домашнее хозяйство, Пайпер О'Ши.
Она хмыкнула, но достойно ответить просто не успела: перед ними появился Тони. Напарник сбросил невидимость, вышел вперёд, проверил направление ветра, запустил руку в снег, задумчиво размял снежинки между пальцев, слизнул их, пробуя на вкус и произнес:
— Долгие годы я смотрел на эту игру, жил ей, грезил, но не мог участвовать. Сегодня все иначе, сегодня пришел мой день! Враги падут, а их золото и жены будут наши…
— Хи-хи, ты такой милый, — поддержала его девушка-бот.
— «Мой любимый космовикинг», — Пайпер закатила глаза, — отвратный сериальчик. Я сдалась на триста второй серии.
— Зря, триста третья наверняка не хуже, — вклинился Обадайя.— Ну если первые триста две посмотрела, то на триста третьей уже и неудобно бросать. Что подумали создатели сериала? Это как после пятидесяти лет брака уйти к любовнику-студенту. Нет, раз провела с ними триста две серии, нужно было держаться до финала.
— Образно выражаясь, мой муж сменил ориентацию и стал водить к себе сразу по трое студентов и одного старого профессора с плёткой. Я не уверена, что ты понимаешь такие сложные аналогии, то скажу проще: воды бреда в триста второй серии вышли из берегов моего терпения. Точно как в случае с вот этим.
Она указала рукой на побагровевшего Тони. Он попытался стукнуть их с Пайпер по головам, но Обадайя отобрал палочку-леденец, закрыл игровой интерфейс, призывающий вернуть квестовый предмет его обладателю и демонстративно спрятал трофей за пазуху.
— Ладно, таскай ее сам! – согласился дрыщ и развернулся к лесу: — мы просто возьмём и выполним этот квест! А если наш штатный хиллер ещё сможет немного лечить, то...
— Что? – Пайпер отпустила руку Милли и подскочила к дрыщу. – Я лечила раньше, чем ты впервые вышел в вирт. Я лечила так круто, что получила звание Пайпер «Мынеумрем» О'Ши. Я яростная ведьма отхилла! А вот справишься ли ты?
— А я – стремительный ниндзя дамага! – Тони ткнул ее пальцем в грудь.
— Ой, мне так страшно! – квестовая девушка сразу отбежала на несколько метров и попыталась спрятаться в кустах.
Обадайя развернул игровой интерфейс, заметил убегающие цифры времени, схватил Милли и потащил к башне. Ведьма побежала следом, а «нинздя дамага» стал невидимым и скрипел снегом где-то сбоку. Кто бы не учил дрыща передвигаться скрытно, делал он это скверно. Или же Обадайя чересчур привык полагаться не только на зрение, но и на тихие, едва различимые звуки. Такие чаще всего и выдавали скрытую угрозу. Как скрип снега под невидимой ногой. Или тонкий свист и дуновение ветра, предшествующие появлению гарпий.
— Берегись!
Обадайя задвинул Милли себе за спину и потратил треть здоровья на призыв ледяного монстра. Ближайший к нему сугроб тут же взорвался целым роем мелких фей, с яростью набросившись на первую из гарпий. Они безостановочно атаковали ее ярко-синими магическими шарами и ловко уклонялись от ответных атак. Обадайя несколько раз ударил по двум другим гарпиям, получил несколько царапин и ушибов от третьей и ждал, когда наполнится шкала ледяной ярости. Здоровье ползло вниз, ещё немного, и его останется меньше половины.

Тони пока не спешил на помощь, а Пайпер запустила в спину чем-то стеклянным, по крайней мере лопнуло оно с характерным звоном.
Обадайю окутало зелёным дымом, и здоровье сразу же вернулось к нормальному уровню. Феи продолжали бить гарпию, не давая той взлететь для исцеления. Обадайя же смог заморозить одного бота и убить другого за счёт пары особых ударов. После помог своим феям, а то они начали уже пить здоровье, развернулся к четвертому боту, но его опередил Тони. С помощью дрыща и постоянно швырявшейся склянками с зелёным дымом Пайпер, они за пару минут разделались с гарпиями.
Только Обадайя выдохнул и отпустил фей, как сбоку захрипела Милли. Девушку-бота трясло, она бестолково, будто в судорогах дергала конечностями и срывала с себя одежду. Ее метка на карте покраснела, а игровой интерфейс порадовал сообщением: «Сейчас вы сразитесь с первым боссом на территории Долины смертной стужи. Не забудьте поделиться впечатлениями о битве в нашей группе!».
— Тони, что происходит?
— Представь самое страшное, что ты видел, когда девушка снимала одежду, — он набросил капюшон и исчез из виду, — так вот, то – ерунда. Милли переплюнет все кошмары, подстерегающие адептов случайных связей.
— Это вряд ли.
Обадайя вышел вперёд и на пробу взмахнул мечом.

3.2

Девушка задрожала ещё сильнее, упала на четвереньки и зарычала. Потом ее начало выворачивать наизнанку, в буквальном смысле. Разросшийся рот поглотил голову и часть шеи, руки скрючились и перекрутились во всех суставах. А после из этой мешанины мяса и внутренностей появился крупный волк. Его глаза светились зеленью, а с челюсти капала слюна. Белая шерсть топорщились на загривке, обозначая гнев зверя.

Обадайя призвал ледяного монстра, в этот раз – похожего на сугроб элементаля, затем атаковал волка. От первого же удара он уклонился, отпрыгнул вправо и попытался укусить Пайпер, но налетел на элементаля. Ведьма тоже не зевала, она разом набросилась на волка несколько проклятий, здорово его замедливших. Обадайя атаковал снова, на этот раз эффективнее. Дальше битва так и велась между ним и ботом, изредка прерываясь вмешательством Тони. Дрыщ выныривал из невидимости, наносил удар и исчезал. И, судя по карте, наматывал неплохой круг по лесу. В результате здоровье Обадайи несколько раз доходило почти до нуля, но Пайпер «Мынеумрем» О'Ши знала свое дело, вовремя подпитывая его энергией или закидывая склянками. Зато Тони не получил ни единой царапины. И добивающий удар в спину волку тоже нанес он, заработав больше опыта. Хотя, по совести, всю работу проделали Обадайя и Пайпер. Возможно, Энтони Рид и был «старым волком прокачки», но напарник из него вышел скверный.

После «смерти» волк повторил свой номер с превращением но уже в обратном порядке. Зажмуриваться было бы стыдно, потому Обадайя сделал вид, что увлечен сбором ягод. Когда все закончилось, он подвёл девушку к Тони. На той не было никаких следов происшествия, даже одежда успела вернуться к прежнему виду.

— Помню о твоей любви к ботам, потому вы с малышкой Милли будете неразлучны до конца квеста.

Напарник попытался спихнуть бота Пайпер, но она толкнула речь об унижениях женщины и демонстративно ушла вперед. Якобы собирать ингредиенты для зелий. Что можно найти среди леса, Обадайя не представлял, однако оценил усилия женщины по приучению дрыща к труду на благо общественности, а не только самого себя.

— Я всерьез опасаюсь ваших сценаристов, придумать такое…, — он указал на хихикающего бота.

— Ничего они не придумывали, закупили по дешевке партию «Милли» после разорения «Мира тьмы» и вписали в игровой сценарий, — Тони бодро зашагал по дороге в сторону башни.

Обадайя предпочитал бегать по локациям, так намного быстрее, да и любоваться здесь особенно нечем: одинаковые кусты и заснеженные ели. Первый восторг после прибытия прошел, а криво составленные квесты не увлекали. То ли дело стартовые локации в Маре, там были пёс, мальва, призраки, вдрызгли, расследование, травница и нормальная еда! А Долина ледяной стужи – скучная локация.

Вся их дорога до башни состояла из постоянных стычек с ботами, казалось, их согнали сюда со всей долины, чтобы не дать им довести проклятую Милли до башни. Когда же до цели осталось не больше сотни метров, на них выбежала другая группа игроков. На несколько уровней выше, все в выпендрежных блестящих шмотках, как косплееры на том же «Гейм-Экспо», вроде бы четверо парней и две девушки, но под шлемами рыцарей льда и не разберёшь.

— Готов ли ты к приходу стужи? – рассмеялся первый из них.

Пайпер прищурилась и вышла вперёд, а Тони позорно сбежал к башне, уводя за собой Милли. Противники же приближались медленно, с ленцой, как победители. Ну или обычная шпана. От Пайпер пришло сообщение: «Тяни время, я вызвала шоколадок.». Пойди пойми, что она имела в виду, но тянуть время Обадайя умел.

— Можно ли быть к чему-то готовым в нашем переменчивом мире? Сегодняшний ты предусмотрит все, а ты завтрашний окажется совсем другим человеком и сожжёт возведённые мосты. Ты же год спустя будешь смеяться над ними обоими, уступая в мудрости лишь тебе столетнему. Такова вселенная и не нам противиться ее законам.

Игроки несколько мгновений таращились на него, осмысливая то, что в принципе невозможно осмыслить здоровому человеку, затем ближайший к нему рыцарь льда замахнулся мечом и попытался атаковать, но Обадайя выставил руку вперед:

— Стойте! Мне нужно помолиться! И ей – тоже.

Пайпер набрала в грудь воздуха для очередной отповеди, но вовремя сообразила и согласилась:

— Аташел! Аташел-аташел! Разговор с богом – штука интимная!

— Ха, нашли…

— Или вы хотите схлопотать штраф за оскорбление чувств верующих? — Обадайя вытянул вперед руку и проявил полицейский значок.

— Верующих в кого? Пресветулую Мару? — они мялись, не решались нападать, но и не уходили. Нельзя же молиться вечно, а двоим нубам никак не совладать с шестеркой прокачанных игроков.

Ладно. Одному нубу и одному матерому хиллеру. Пайпер, в отличие от него, играла весьма и весьма неплохо. И не сбегала в ответственный момент, как Тони. Обадайя же бухнулся на колени и забубнил слова молитвы. Его прабабушка была ярой христианкой, мечтала привести в религию и еще кого-нибудь из семьи, но воздействовать получилось только на маленького Обадайю. Когда в тебе двадцать килограмм, а за спиной всего пять прожитых лет, не так просто отбиться от бабули. Зато теперь его религиозные чувства могут проявляться часа три подряд, и если неизвестные ему «шоколадки» так и не появятся, то этим типам придется проявить неплохую такую выдержку. А если вспомнить, сколько стоит день посещения парка – то и потратить немало денег.

Пайпер тоже не отставала, как по писанному повторяя слова всех самых известных христианских молитв. Наверное, сложности с противодействием авторитарным бабушкам были знакомы не только Обадайе. Игроки ходили вокруг них, переговаривались, пытались подшучивать, но трогать никого не решались.

3.3

— Жизнь полна сюрпризов, — Обадайя заговорил первым. Все же до башни ещё порядочно идти, Тони успел завершить квест, а дальше пялиться на однообразный пейзаж уже сил никаких нет. – Вот кажется, что все видел, ничем не удивишь, но потом происходит нечто, переворачивающие мир с ног на голову. Боевые шоколадки на метлах, или Пайпер О'Ши, как член гильдии. Оказывается, ты умеешь быть нормальным человеком!

— Оказывается, ты умеешь играть! А по прошлому стриму и не скажешь.

Она подняла подол черного платья и через сугробы добралась до темного круга на снегу. После взмахнула рукой, разожгла на его месте костер, поставила рядом две опоры и на перекладину между ними повесила котелок. Пожалуй, раскладывающийся из небольшого шара котелок и опоры могли побороться за звание «Сюрприз дня» с десантом «шоколадок» или выворачивающейся наизнанку девушкой.

Далее Пайпер набросала в котелок снега, каких-то листьев из сумки, цветов, ящерицу, чей-то до сих пор двигающийся глаз, плюнула, размешала все это, полюбовалась на сине-зеленый пар и разлила варево по склянкам. Значит, недостоверность в рецепте кексов их смущает, а в приготовлении отваров и разведению костров – нет. Все же эти геймеры словно с другой планеты.

— Я тренировался в вирте!

Обадайя неуверенно забрал предложенную Пайпер склянку и спрятал ее во внутренний карман пальто. Заодно перевесил на другую сторону отобранную у Тони «тпруньку».Здоровенная палка-леденец мешалась и била по бедру и рёбрам, но не выкидывать же? Ради этой штуки пострадали тридцать женщин!

— Дыа-а-а? – Пайпер затушила костер, сложила котелок и опоры, затем поспешила к башне. – А я думала, что твоим телом во время битв управляет удаленный оператор.

— И это был гигантский червь, живущий в канализации! Но скоро ты об этом забудешь: я только щёлкну специальным прибором, мелькнёт вспышка – и все, память стёрта. Брось, Пайпер, ты образованная женщина, должна знать, что управляемые биоаватары – миф, очередная городская легенда.

Женщина походя прокляла пытавшегося напасть на них йети, Обадайя же добил его за несколько ударов. После собрал монеты, но всего три из шести выпавших. Мимо оставшихся его руки скользили, а игровой интерфейс пометил их как чужую добычу. Пайпер сгребла монеты и продолжила диалог.

— Ты не уважаешь игру, не уважаешь наш парк, ботов и тех не уважаешь. В нашей гильдии таким не место. Шоколадок на метлах он не видел, хам! А эти «шоколадки» не поленились прилететь и помочь. Дела свои бросили, чтобы нас спасти. Но разве ты это оценишь?

— Куда мне до шоколада-кофе-любовника. И сердечек. Сразу видно – серьезная гильдия для серьезных людей.

— Не полуночному бородачу об этом судить! – она побагровела от злости, сжала кулаки и, казалось, готова наброситься. – Мы настоящая семья, а сердечки там для отпугивания всяких обадайегринов! Хотели же сделать милую, уютную гильдию только для девочек, но…

— Штраф от антисексистов?

Пайпер надулась, но промолчала, всем видом излучая: «что б ты понимал в гильдиях». Обадайя в самом деле не понимал почти ничего, и то, зачем мисс О’ Ши тащится вслед за ним, а уж тем более помогает — в том числе. Приказ начальства? Самостоятельная инициатива? Она тоже аватар, управляемый червем из канализации? С такой женщиной любой вариант может оказаться правдивым.

— Откуда ты так хорошо знаешь христианские молитвы? — все же спросил он.

— Я выросла в религиозной семье, понятно? И если ждешь какую-то слезливую и трагическую историю, то зря. Не намерена откровенничать с посторонним качком. И свою историю тоже не рассказывай, нечего!

—  Никакой особенной истории, — Обадайя пожал плечами. Они почти дошли до башни, но спешить вроде некуда, надо дать дрыщу время сочинить правдоподобную легенду и написать рапорт об увольнении. — Меня учила прабабушка. Каждое воскресение таскала с собой на службу, вначале я дико злился и сопротивлялся, затем проникся, хотел стать священником, когда вырасту. Но мама узнала об этом и запретила видеться с бабулей. Еще бы, такой позор для семейства: Грин, и вдруг не в полиции. И знаешь, потом, намного позже, я не раз попадал в ситуации, когда можно только молиться. И по сравнению с «господипомоги» товарищей, чувствовал себя прямо таки продвинутым переговорщиком с высшими силами. Еще бабуля отучила меня ругаться, иногда так и тянет ввернуть нецензурный оборот, но вспоминаю ее нахмуренные брови и это: «Бади, не будь мудаком, выражайся прилично!» — и сразу отпускает. А еще она одной из первых в семье закачала себе криллоциты, хотя на тот момент церковь и не одобряла их установку. Так и сказала, они не стесняются использовать голограммы священников на службах, а мне отказывают в праве дожить свой срок без боли в коленях.

Еще прабабушка долгое время была единственным человеком, который работал не в полиции, а в ОСУ — Особом сенатском управлении. Но это информация не для посторонних, тем более Пайпер и так нахохлилась и обняла себя руками, будто бы вспомнила нечто неприятное.