— Меня попросили следить за тобой, Ханна. Ты никуда от меня не денешься.
И он был прав.
Я помню, когда начала замечать на себе его взгляд. Орехово-зелёный, в крапинку. Он всегда смотрел чуть с прищуром, оценивал обстановку, изучал меня.
От одного только этого взгляда тело покрывалось трепетными мурашками страха, но было недостаточно, чтобы ощутить именно ужас — это понятие, кажется, было бы более подходящим к ситуации, когда за тобой не прекращая следит один и тот же человек.
Игры могли бы продолжаться сколько угодно, но от первого его появления и до сегодняшнего дня прошло достаточно времени…
И я хотела бы рассказать об этом переломном моменте.
О том, как моего терпения просто не хватило — и я столкнулась с ним лицом к лицу.
С парнем, который преследовал меня, ходил по пятам, постоянно настигал, где бы я не была…
С момента, как впервые столкнулась с ним взглядом и до того, как узнала, почему он следит за мной.
Парнем по имени Итан Майерс.
Я медленно осматривала школьную парковку.
Пустые смятые кофейные стаканчики медленно и вальяжно, в танце с ветром, летали вокруг; забивались под припаркованные машины одноклассников, путались в кустарнике у ворот, служили игрушкой для битья отдельных ребят — те швырялись ими по мокрому треснувшему асфальту и грозились зарядить в лицо.
На небе не было пустого места — эта осень окончательно решила доконать моё желание провести её без депрессии.
К тому же, говорить или думать о чём-то позитивном я пока не могла: взгляд всё ещё скользил по всем, кто попадал в поле зрения — начиная от ребят у курилки, заканчивая учителями, говорящими с другой стороны школьного двора: он мог быть где угодно.
Он — это парень, который следит за мной уже несколько недель не переставая. Я могла бы смело назвать себя параноидальной дурочкой, но была бы не права.
Всегда смотрел на меня, прямо в глаза — не стесняясь, находился именно там, где была и я — иногда даже ни минутой позже, и, что было больше всего удивительно, не был знаком никому из моих друзей.
По описанию, которое я скупо собирала день за днём, видя его поодаль, я могла сделать лишь несколько замечаний.
Выше меня, обычного телосложения (он постоянно в тёмной куртке, за которой ни черта не видно), с лёгкой щетиной, волосы отросшие, аккуратно уложенные.
Он не был похож на алкоголика, наркомана или же другую сомнительную личность — просто парень в приличной одежде, чистый, опрятный, не выражающий никаких эмоций.
— Ханна! — окликнули меня сзади, и я, поправив тяжелящий спину рюкзак, пошла к подруге, которая уже ждала меня у своей машины, — Давай, поехали, папа снова бесится!
Я едва не закатила глаза. Каждый раз, когда она отпрашивается хоть куда-то, а особенно ко мне, её отец устраивает сцены странной «родительской любви» — ему вечно хочется, чтобы его дочь была на виду, а мы живём в разных районах.
Сегодня мы собирались сгонять в местный магазин комиксов — я хотела взять себе что-то новенькое на выходные — так мы и развлекались с Джули вместо того, чтобы гонять на вечеринки (хотя иногда жутко хотелось)!
— И что на этот раз? — улыбнувшись, я прижалась к крылу её машины, пока Джули подкуривала тонкую ментоловую сигарету, — Когда он опять в рейс?
— Надеюсь, скоро... — пробубнила она сквозь зажатый в пухлых розовых губах фильтр, — Задрал, скотина...
Их отношения с отцом всегда ставили меня в неловкое положение: я была рада, когда мистер Мендез уезжал в их родной Альбукерке и пропадал там на неделю-другую в дороге — мы зависали в их доме, тоннами ели чипсы и играли в визуальные новеллы про любовь.
— Да что, — наконец-то Джули сорвало и она взбешённо сжала кулак, раздражённо рыча, — Мы давно с тобой хотели куда-то сходить, и как только подворачивается возможность — он всё обламывает.
— О чём ты? — спросила я, провожая взглядом говорящих о чём-то учителей, стараясь не акцентировать внимание на незнакомцах, — Ты что-то придумала?
— Ага, — выдохнула дым подруга, — У Мика намечается игровечер, ему купили новую Playstation, будет немного текилы и всего прочего, я хотела сделать тебе сюрприз перед днём рождения...
— Так он же только через неделю, — нахмурилась я, — Ты хочешь сходить к Мику?
Мик Луисс — хороший, спокойный парень из параллели. Любит старую музыку, ни с кем не водится, но приятелей у него много — таких как он ещё поискать. Его отец — хозяин местной заправки, поэтому у него всегда есть что-то новенькое в плане развлечений.
Признаться честно, я была бы не прочь вырваться из дома и поиграть с компанией людей в какую-нибудь интересную штуку вроде Street Fighter’a, но сейчас думать о развлечениях хотелось меньше: Джули грустно поджала губы, запихивая окурок в полупустую пачку сигарет.
Я выдохнула, потирая плечи; осень становилась всё холоднее, а я всё ещё хожу в тонкой ветровке — пора бы доставать свою любимую куртку а-ля «Канадский лесник» — с тысячей карманов, за то тёплую.
— И что он сказал? — спросила я уже в салоне, когда девушка завела машину и прогревала двигатель, глядя перед собой с толикой агрессии; она стучала ногтями по обшивке руля и кусала кожу во рту.
— «Никаких алкопати! Не хватало ещё напиться чёрт знает где!», тьфу!
— С чего он вообще взял, что мы собираемся пить...
— Потому что его больше ничего не беспокоит.
В такие моменты мне всегда становилось жаль Джули.
Она любила яркую жизнь — насколько её вообще можно было таковой назвать в наших с ней реалиях.
Городок маленький, ближайший крупный — за несколько десятков миль, поэтому всё, чем мы можем тут заниматься — это ходить друг другу в гости, ждать, пока кто-то из одноклассников решит собрать компанию для посиделок или кататься каждые несколько дней в поисках новых комиксов.
Мы любили вылезать на местные сходки, проводить время на улице — ярмарки печенья, День Тыквенного Пирога и прочие шалости жизни, вроде бесплатных пробников духов на городской площади...
— Я очень хочу развеяться, — выдохнула Джули, пока мы ехали в другой конец города; за окном крапинками шёл моросящий дождь, ветер неспокойно трепал уже и без того облысевшие деревья, — Ещё и осень эта, мать её...
— Тоска, — пробубнила я, — Ничего, мы сходим к Мику. Я сделаю куклу вуду твоего отца и пришлю ей вызов на рейс...
Джули улыбнулась, и я повторила её улыбку — так уж точно лучше, чем сидеть с кислым лицом.
— Так, а теперь о другом...
— О чём?
— О твоём преследователе...Где ставить метку на карте в этот раз?
Я вздохнула.
Всё началось не так давно.
Я стала замечать, что один и тот же человек появляется в одном и том же со мной месте — в принципе, ничего страшного, казалось на первый взгляд.
Город не такой большой, лица везде знакомые, но...
Слишком уж чётко мы пересекались: первый раз это вышло недалеко от моего дома, когда я вышла с утра, чтобы покататься на велике. Я встретилась с взглядом, запомнив только чёрную джинсовую куртку и бронзовый оттенок волос.