Следующая остановка — последняя

Глава 1.

Открыть дверь не получалось. Может, опять что-то с магнитом, подумала Ева. Хотя обычно из-за этого дверь наоборот не запиралась, и открыть её можно было даже без ключа или звонка по домофону. А сейчас она просто не двигалась.

Это было так нелепо. Ева так торопилась спуститься вниз. Специально не стала пользоваться лифтом. Чтобы не шуметь, потому что уже было довольно поздно. О том, что она поехала на нём, узнал бы весь подъезд. А ещё подумала, вдруг он застрянет. Это было бы так глупо. Ведь она торопилась. Но говорят, что если что-то плохое может случиться, то оно случится. Вот она и не стала рисковать. Даже не думала, что может сломаться подъездная дверь. Раньше ведь такого не бывало.

Домофон запищал после очередного нажатия на кнопку. Ева навалилась на дверь посильнее, сжав руками свою спортивную сумку. Наконец, дверь поддалась. Сначала она открылась совсем немного, но потом дело пошло лучше. Ева выскочила на улицу. Порыв ветра тут же с грохотом запер дверь за её спиной. Это наверняка было слышно не меньше, чем лифт. Она отошла от двери. С опаской высунулась из-под козырька и посмотрела на окна. Ни в каком новом свет не загорелся. Никто не отреагировал на грохот. Не пошёл проверять, что это было.

Ева уставилась на дверь. Очередной порыв того же ветра, который запер дверь, нагнал на неё ещё кучу снега. Сугроб, видимо, он и не давал ей сразу выйти, стал ещё больше. Точно. Она же проверяла по прогнозу, что будет снег. Но потом забыла об этом, а перед уходом как-то и не думала смотреть в окно. Не до этого стало.

Ева посмотрела вперёд. Едва ли видела на несколько метров перед собой. Направление ветра то и дело менялось, но видеть лучше это не помогало. Она достала из кармана телефон. Он тут же выскользнул из варежек и упал на снег. А спустя секунду утонул под слоем нового.

— Нет, нет, — пробормотала Ева. Шарф, прикрывавший лицо, тут же промок. А потом покрылся коркой.

Она выкопала телефон. Посмотрела на экран. Там было сообщение. Наверное, пришло, пока она боролась с дверью. «Машина не заводится, не смогу приехать». Вот так. И никакого извинения. Как будто она не знала, как для неё это важно. Ладно, и правда не знала. Ева по привычке использовала размытые формулировки, толком не объясняя, в чём проблема. Привыкла стыдливо скрывать детали. Вот и поплатилась. Может, если бы Ева рассказала, как ей важно срочно уехать, она приложила бы больше усилий, чтобы забрать её. Хотя это вряд ли. Скорее, предприняла бы что-то, что только ухудшило бы её положение.

Ева подумала попробовать вызвать такси. Но для этого пришлось бы снять варежки. Она представила, как быстро её руки обветрятся. Как потрескается кожа. Потом будет долго заживать, стягиваясь и доставляя ещё больше боли. Казалось бы, это не так серьёзно, учитывая, как важно было уехать. Но она сказала, что машина не завелась. За то время, что Ева провела на улице, по дороге, находившейся в нескольких метрах от дома, тоже не пронёсся ни один автомобиль. Хотя обычно их в это время было много. Она это точно знала, потому что не могла заснуть: в этих машинах всегда орала музыка. А сейчас на улице было тихо. Только ветер свистел. А ещё дыхание. Не её.

Ева повернулась. Эту девушку она заметила, когда в первый раз отошла от подъезда проверить окна. Та стояла, но сразу опустилась на лавку. Дышала тяжело, как после пробежки. Но глаза её были прикрыты. А руки раскинуты в стороны. Может, ей было плохо? Может, надо было вызвать скорую?

Да, для этого тоже пришлось бы повредить руки. В другой ситуации Ева готова была пойти на такое, но не сейчас. Если бы она сейчас начала помогать этой девушке, пришлось бы остаться с ней до приезда скорой. Которая бы точно перебудила полдома и привлекла внимание. Может, ей бы не позволили так сразу уйти. Может, она бы стала свидетелем. Может, дело бы дошло до вызова полиции.

Ей это было ни к чему. В конце концов, девушка ведь дышала. Наверное, просто перепила или ещё что-то. И она ведь не просто так оказалась у этого подъезда. Наверное, живёт тут. Сейчас очухается и зайдёт внутрь. Или кто-то другой, кто не так торопится, выйдет и впустит её. Всё уже и так шло не по плану. Дверь была дурным знаком. И всё, что последовало за этим, только ухудшало её положение. Она не станет всё портить ещё сильнее сама.

Знакомая её кинула (на самом деле Ева её ни в чём не винила, просто почему-то для драматизма захотелось сформулировать это именно так). Такси вызвать вряд ли получится. Можно было пойти на остановку и попытать счастье с общественным транспортом. Конечно, он и в нормальную погоду в это время ходил уже не так часто, а уж сейчас... Но другого выхода не осталось. Вдруг по пути попадётся хотя бы до сих пор открытый магазин, и уже оттуда она рискнёт вызвать такси. Всё лучше, чем позорно возвращаться назад.

Поэтому она оставила этот дом позади и отошла от подъезда. На всякий случай посмотрела назад, на окна. Свет по-прежнему горел в тех же, что и раньше. Она отошла ещё вперёд, добралась до конца дома и снова уставилась на свой подъезд, но теперь из-за снега разглядеть что-то было сложно. Она отвернулась и пошла к остановке.

«Пошла» звучало громко. По непритоптанному снегу идти было сложно. То одна, то другая нога утопала в нём. А чтобы освободить её, приходилось прилагать усилие. Как будто её засасывало в болото. Она думала, что в очередной раз может достать только ногу, без ботинка.

Ботинки тоже оказались не самым удачным её выбором. Дурацкие, слишком короткие дутики. Снег уже успел набиться в них. Пальцы мёрзли. Вот-вот он растает, носки, а потом и сами ноги промокнут. Ничего страшного, если она заболеет. Она и так надеялась, когда доберётся до конечной точки своего путешествия, несколько дней спокойно валяться в кровати. На улице ей точно будет лучше не появляться, так почему бы не расслабиться впервые за столько лет. А простуда станет отличным оправданием этому. Нет, её бы вряд ли стали осуждать и так, если бы она нормально объяснила, почему приехала. Но она сомневалась, что сможет сразу это сделать. Ведь не стала же рассказывать все подробности знакомой тогда.

Глава 2.

Вера проснулась от будильника. Возможно, только благодаря тому, что дурацкие беруши выпали у неё из уха, иначе бы она его не услышала. Как не услышала и предыдущий. Каждый вечер она прекрасно знала, что пропустит первые два-три будильника. Но она и не собиралась просыпаться от них. Поэтому и ставила на более раннее время. Зато она надеялась, что их услышат её соседи. Из-за которых ей и приходилось спать в берушах. Хотя, учитывая, как они полночи пели песни, вряд ли простой мелодии телефона было достаточно, чтобы побеспокоить их. Но самой мысли о том, что она могла доставить им неудобство, было достаточно, чтобы почувствовать небольшую радость от мести.

Вера нашарила на полу беруши. Убрала их в коробку. Раз это был только второй будильник, она вполне могла поваляться в кровати ещё пять минут, до того, самого главного. Полистать социальные сети. Дурная привычка, от которой она никак не могла избавиться.

Наконец, прозвенел третий будильник. Вера не стала отключать его, а положила телефон обратно на пол. Пусть послушают ещё немного. В это время она умылась и пошла готовить завтрак. «Готовить», конечно, громко сказано. Разогрела остатки вчерашних полуфабрикатов, которые и изначально нужно было просто греть, а не готовить.

Она глазела в окно, механически прожёвывая еду. Только заканчивая есть, Вера наконец поняла, что было не так. Всё было завалено снегом. Наверное, он шёл всю ночь. Уже сейчас на дороге перед её домом образовалась пробка. А ведь это был просто небольшой закуток. Что уж говорить о том, что было по пути в центр. Куда ей и предстояло добираться на общественном транспорте.

Она вскочила из-за стола, бросив уже дважды недоеденную еду. Всё равно бы вечером не стала в этом ковыряться. Лишь бы не испортилось и не начало пахнуть за день. Но времени убирать всё равно не осталось.

Вера быстро натянула колготки, джинсы, свитер. Пинком отправила сумку в коридор и сама же выбежала туда. Пока, прыгая то на одной, то на другой ноге, натягивала сапоги, разглядела в зеркале пятно на свитере. Ничего, ототрёт салфеткой в транспорте. И нормально причешется, наверное, тоже там. Времени явно будет предостаточно.

Когда она добежала до остановки, то нужный автобус стоял там. Хоть в чём-то повезло. Вера запрыгнула в него, расплатилась, пробилась через толпу к окну. И через пять минут поняла, что не такое уж это было везение. Наверняка автобус стоял там довольно долго ещё до её появления. И теперь простоит как минимум столько же.

Она уже собралась написать сообщение начальнице, чтобы предупредить её об опоздании, но потом подумала, что и та может застрять в пробке и приехать даже позже. Или вообще не явиться, как иногда бывало. Тогда Вера сможет проскользнуть незамеченной, и никаких проблем. Лучше уж если что извиниться потом, чем так самой подставлять себя.

Она хотела почитать ещё что-нибудь, может, даже немного пособирать источники с телефона. Но он начал разряжаться. Вера порылась в сумке. Нет, пауэрбанк с собой не взяла. Оставалось только пытаться смотреть в окно, но от белизны вскоре заболели глаза. Она прикрыла их и слегка задремала. Возмущение людей вокруг не давало ей провалиться в настоящий сон.

Поэтому она смогла услышать название своей остановки. С трудом пробилась через толпу, которая за время пути стала только больше. Возможно, это был единственный автобус, который вышел на маршрут. Вывалившись на улицу, Вера вдохнула поглубже. От холодного воздуха в лёгких ей сразу полегчало. Даже не заметила, как устала от духоты за этот... Она достала телефон. За эти полтора часа. Что же, не так уж сильно и опоздала.

Но всё же она бегом, насколько это было возможно на нерасчищенной дороге, бросилась в здание. Решила не ехать на лифте. Рванула по лестнице, чтобы, если начальница всё же была на месте, показать, как она торопилась. Может, тогда ругать её не станут. Ругать. Как будто она была в школе.

Спешка была напрасной. Она оказалась вторым человеком, пришедшим в редакцию. Первым был Тимофей. Он писал в их журнале криминальную хронику. В отличие от всех остальных сотрудников, которые ютились за соседними столами, ему поставили отдельный, в небольшом кабинете. Главный редактор явно ставила его выше остальных сотрудников. Он пропускал летучки, потому что всё равно его раздел слишком отличался от остального содержимого их издания, и, как говорила редактор, ему не стоило забивать голову чужими задачами. И уж на его опоздания бы точно никто не стал обращать внимания. Но отследить его график было сложно. Он часто приходил очень рано и в тот же день уходил позже всех. Или наоборот заявлялся в середине дня всего на пару часов. Якобы это было связано с тем, что он выезжал на места преступлений, как мог выуживал информацию от свидетелей и полицейских. Хотя никто не знал точно, так ли это было. Вера читала его материалы. Наверное, в отличие от главного редактора. И она знала, что смогла бы лучше. Это были дежурные пересказы. Может, просто перепечатки пресс-релизов полиции. Он не видел в том, что писал, истории. Просто наборы фактов. Потому что ему было наплевать. А ей нет.

Но только Вера понимала, как это было важно. Потому что изначально она хотела устроиться именно в этот отдел. Но главный редактор её не пустила. Пришлось браться за то, что она разрешила ей делать. Потому что она была единственной, кто вообще согласился нанять её без опыта.

Вера скинула куртку и уселась перед компьютером. В отражении тёмного экрана разглядела пятно на свитере. Выругалась и побежала в туалет, чтобы там оттереть его. Когда она вернулась, в офисе было всё так же пусто. Зато к её появлению старенький компьютер как раз успел загрузиться. Она открыла текстовый редактор и припомнила, на чём остановилась в пятницу. Точно. Сейчас ей надо было проверить свой текст о необычном применении уксуса в быту. Только сосредоточиться никак не получалось. Боковым зрением она заметила, что Тимофей схватил телефон, а потом вскочил с места, взял куртку и направился к выходу.

Глава 3.

Ева сразу побежала. И ей легко удалось оторваться, потому что она хорошо бегала, потому что пробежки были одним из немногих занятий в её скучных днях. Или в ту ночь она вообще не вышла из дома. Потому что догадалась заранее посмотреть прогноз погоды, запомнила, что будет сильный снегопад, и решила перенести свои планы. Всего на одну ночь позже. Максимум две. К тому моменту снег уже успели расчистить, немного потеплело, так что проблем не возникло, и знакомая приехала за ней.

Но всё было не так. Она не могла побежать, потому что её ноги увязли в снегу, и тут не имело никакого значения, как часто она тренировалась. Да и хоть она бегала регулярно, но не слишком старательно, и о скорости никогда не думала, так что, даже если бы и смогла поднять ноги, не факт, что сумела бы оторваться с такой лёгкостью, как представила. Может, и хорошо, что возможности не представилось, а то бы потом он говорил «так и знал, что и это не осилишь, только зря время тратила» этим своим голосом. Не настолько явно ехидным, чтобы человек со стороны мог вот так сразу понять, что что-то не так. Но если слышишь эту интонацию регулярно на протяжении нескольких лет, то конечно усвоишь её истинное значение.

Ева не понимала, замедлилось ли время для неё, или это всё происходило в реальном времени, и человек с ножом почему-то тормозил. Она попробовала оглядеться. Голова двигалась нормально. Может, дело было в том, что он видел кого-то за её спиной? Тех, кто мог бы прийти к ней на помощь? Нужно было только подождать, пока они подошли бы ближе. Если прислушаться, она бы услышала, как хрустел снег у них под ногами... Нет. Потому что он не хрустел. Потому что никого там не было. А он просто решил её помучить. Или пока раздумывал, что именно сделать.

Ей стоило воспользоваться возможностью и подумать тоже. Но она боялась, что если ещё хоть шевельнётся, то это заставит его принять решение. Со стороны они, наверное, выглядели как парочка влюблённых, которая должна была уже расстаться и разойтись по домам, но не могли, даже в такую погоду, поэтому стояли и любовались друг на друга. На таком близком расстоянии, потому что стоило бы сделать пару шагов, как метель скрыла бы их друг от друга. Так не могло продолжаться вечно. Снег уже пробрался в её ботинки. От холода начало сводить пальцы. А стоявший напротив неё, наверняка испытывавший то же самое, как будто этого не чувствовал. Может, жажда крови его согревала.

Ева для проверки попыталась пошевелить пальцами. Она слегка отвела одну ногу назад. Он на это никак не отреагировал. Потом вторую. После следующего шага расстояние между ними увеличится уже слишком заметно, тогда он точно поймёт, что она делала. Так что сразу следом за этим всё же нужно будет попытаться побежать. Как будто решив подбодрить её, по ногам прошла лёгкая судорога. Это был словно сигнал, который она уже не могла игнорировать. Сейчас или никогда. Иначе в лучшем случае придётся выслушивать язвительный комментарий и по этому поводу. «Только с тобой могло такое случиться. Зачем ты вообще выперлась куда-то ночью?». Худшим будет не услышать и этого.

Ева шевельнула правой ногой. По его глазам поняла, что он заметил, что она делала. Но вот что дальше происходило в его голове, она решила не узнавать. Вдруг откуда-то взялось так много сил. Она разбрасывала снег своими ногами в дурацких коротких ботинках. И бежала. Просто вперёд. Вперёд в данном случае определялось всего лишь метром-двумя, потому что в любой момент она могла влететь, например, в остановку, с которой ушла уже сама не знала, сколько времени назад.

Ева увидела сбоку свет. Это был не фонарь, слишком низко. Наверное, машина. Сейчас она точно слышала хруст снега, а значит, он бежал за ней. Нужно было попытаться. Она рванула в сторону, к дороге. Остановит водителя, попросит подвезти её. Не станет просить вызвать полицию, это всё только усугубит. Пусть это происшествие останется в памяти лишь как незначительное препятствие на пути к её цели. Или вообще забудется. Раз уж такое незначительное.

Чтобы выбежать на дорогу, нужно было сначала преодолеть несколько метров дороги, заваленной толстым слоем снега, поэтому только словом «преодолеть» этот путь и можно было описать. Но свет не двигался, и это давало ей надежду. Кажется, там был светофор. Наверное, даже на абсолютно пустой ночной дороге этот водитель соблюдал правила дорожного движения. А это показалось Еве хорошим знаком. Такому человеку она бы сейчас точно могла довериться. Хотя планка была низкой. Подошёл бы кто угодно, у кого не было в руках ножа и кто не гнался за ней.

Был и другой вариант, что машина застряла в снегу. Но попытаться забраться в неё всё равно стоило. Вряд ли бы человек с ножом смог бы в неё легко проникнуть. И не стал бы долго торчать снаружи в такую погоду.

Когда она наконец-то перебралась через трамвайные пути и выскочила на дорогу, машина сорвалась с места и поехала вперёд. Не так уж и быстро, по такой-то дороге. Она могла догнать её или по крайней мере привлечь внимание водителя. Ева лишь слегка повернулась назад и увидела, что её преследователь оказался уже куда ближе. Поэтому она побежала вперёд. Состояние дороги тормозило машину, но и её тоже. Она достала телефон из кармана, крепко сжимая его, включила фонарик и принялась размахивать им. Но либо водитель так и не увидел света из-за снега, либо просто не придал ему особого значения.

Это была глупая идея с самого начала. Она же не какая-то героиня боевика. Крутая героиня боевика вообще бы не оказалась в такой ситуации. В её стиле было бы отбежать подальше, улечься на землю и понадеяться, что снег быстро заметёт её так, что она станет совсем незаметной, и преследователь просто пройдёт мимо неё. Или даже и заметит её, но посчитает это прикрытие таким жалким, что только посмеётся над ней, и на этом всё закончится. Может, ещё не поздно было так сделать. Она обернулась. Новая вспышка света. Теперь на путях. Трамвай приближался к остановке.