Слезы Азазеля

Пролог

Они пришли ко мне вдвоём, Тамал и Алессио.
- Здравствуйте, мадам!
Заулыбались.
Я удивилась, увидев Тамала другим — подстригся...
- Здравствуйте!
Я тоже улыбалась.
Подошла.
- Как ваши дела?!
Посмотрела в глаза Тамалу, посмотрела на Алессио.
- Хорошо…
Он сиял, мужчина, одетый в костюм цвета штормового неба.
- А ваши, Мюзетт?
Заглянул в глаза.
Понизил голос:
- Как проходит ваш день?!
И голос зазвучал участливо-нежно.
- Хорошо... Иду на обед!
- Можно с вами?!
Бездна его глаз вспыхнула теплом и нежностью.
- Или вы — с нами!
- Я — за!
Мы заулыбались друг другу.

Он водит сам, ноги позволяют ему водить машину.
Я села рядом с ним.
- Куда мы едем, Тамал?
- На край света…
Запустил двигатель автомобиля.
- Где только мы втроём!
Улыбнулся, ласково посмотрев на меня.
- Люблю людей… не любя!
Нота в его голосе… глухая, сдавленно-стальная.
- Почему?
- Мы друг друга не прощаем, Мюзетт...
- За что?
- Они верят, что есть выход... А я не верю!
- «Выход»?
Я вдруг поняла, почувствовала:
- Вы... Оправдываетесь?!
Улыбнулся… так взволнованно.
Сказал с надломленной доверительностью:
- Не судите!
Я поняла: он — необычный...
Я понимала это и раньше, но…
Человек со своей болью и со своей волей.
Я вдруг подумала, - Самое страшное, что дано человеку — это воля.
- Вы молчите...
Посмотрел на меня.
И я посмотрела на него.
- Вам к лицу эта стрижка.
- Вы заметили?!
Удивился. И, Засмущался.
- Да... Как я могу не заметить!
- Почему?! Почему не можете?!
- Вы мне очень нравитесь!
- А вы — мне!
Он нашёл мою руку, сжал:
- Спасибо, Мюзетт!
- За что? - Удивилась я.
- За вашу…
Вновь глянул на меня.
- Нежную силу!

Мы расположились в милом кафе, — официант принёс меню.
- Чего ты желаешь?! - Спросил Тамал, сына.
Посмотрел на меня:
- А вы, Мюзетт?!
- Что-нибудь сытное, - Улыбнулась я. - Вы помните… я люблю поесть!
Посмотрел очарованно:
- Значит, у моей дамы хороший аппетит?
Я засмеялась:
- Передумали?!
- Ни за что!
Я снова засмеялась.
- Я вас не разорю?
- Я смогу прокормить мою девушку…
Посмотрел на Алессио, подмигнул:
- И дитя!
Алессио заулыбался отцу и мне.
Мы сделали заказ.
Я увидела… Тамала, — его костюм, сидящий на нём как влитой.
Клирически строгий, как узда.
Я увидела его фигуру — я думала, он хрупкий, а он… по-звериному жёсткий, натянутый как струна...
- О чём вы думаете? - Чутко спросил меня Тамал.
- О вас! - Весело сказала я.
Посмотрела ему в глаза.
- Я теперь слишком часто думаю о вас!
- Значит, мы похожи... - Заключил он, не сводя с меня цепких глаз.
- «Похожи»? - Удивилась я.
- Я тоже думаю о вас!
Накрыл мою руку, рукой.
- И мне лучше!
- «Лучше»?
- Оживаю!
И вновь это чувство... Он очень непрост, в нём есть что-то опасное, но я чувствую, что он добр!
Безумие?
Да!
Я посмотрела на его костюм клирика, в глаза строго-мягкие. Да, он — добр...
- Вас что-то смущает во мне? - Проникновенно спросил Тамал.
Я ушла от ответа:
- Всё! И, ничто!
Он понимающе улыбнулся.
- Вы умеете изящно уйти от ответа!
Я засмеялась.
- Я хочу пригласить вас на свидание…
Улыбался, чутко наблюдая за мной.
- Давайте сходим в кино, а потом поужинаем где-нибудь?!
- Я не против! - Лукаво сказала я.
Тамал засмеялся, ласково посмотрев на меня.
- Какое кино вы любите, Мюзетт? Какой жанр?
- Мне нравится всё, - Задумалась я. - От Долларовой трилогии до…
Я улыбнулась.
- Мультфильмов!
Он снова засмеялся.
Посмотрел с нежностью:
- Я понял!
- Что «вы поняли», Тамал?
- Я должен был встретить вас раньше!
- Раньше вы были не свободны. - Улыбнулась я.
- Был! - Кивнул Тамал, кивнул охотно — и мрачно.
Он был слаб перед Мортрой, — беспомощен — он этого не скрывал.
Мне захотелось спросить его:
- Как это…
- Любить живого человека? - С прагматичной усмешкой добавил он.
- «Живого»?
Мне стало интересно — мне и было интересно!
Тамал с тоскливой любовью посмотрел на Алессио, отошедшего от нас, погладить роскошного хозяйского кота.
- Быть живым человеком, значит ощущать на себе проклятие свободы воли — и… власть Судьбы!
- То есть несвободу как она есть? - Поняла я.
- Бремя смертного — всё не вовремя, всё как захочет сын Судьбы, Случай!
Я задумалась:
- Свобода воли... Это внутренняя свобода человека?
- Это — Божественная искра! Когда Он вдыхает в нас жизнь, Он говорит нам: ты свободен от меня, но не от себя...
Я почувствовала себя страшно несчастной: значит, всё зря?! И от себя не спастись...
- О чём вы думаете? - Проникновенно спросил Тамал.
Я потеряно улыбнулась:
- У меня такое чувство…
Я поняла, что не так! Со мной… и с ним!
- Какое? Какое у вас чувство?!
Он ласково взял меня за руку.
- Это уже было…
Я ощутила смятение.
- Это место и вы держащий меня за руку!
Он посмотрел на меня долгим полным печали взглядом.
- Возможно, этот мир для нас слишком тесен, и мы встречались в нём не раз — и сидели так, как сидим сейчас, и говорили, и я не отпускал вашей руки!