слияние двух магий

ожидания и реальность

Глава 1

В моей жизни не было права на ошибку.
Ни запасного варианта, ни «потом разберёмся». Был только один путь — и один шанс пройти по нему.

Меня зовут Мирослава, мне семнадцать лет, и завтра у меня будет экзамен, от которого зависит больше, чем просто поступление. Я не спала почти всю ночь, перебирая в голове формулы и правила, словно повторение могло изменить цифры на листе. Даже тишина комнаты казалась мне шумной — каждый скрип пола и каждый вдох отзывался тревогой.

Я заканчивала одиннадцатый класс и знала: если я не пройду на бюджет, медицинский для меня закроется. Я мечтала стать врачом. Тем, кто действительно помогает людям. И у меня не было права на «чуть-чуть не хватило».

Утро экзамена было тихим. В классе сидели знакомые лица — ребята, с которыми мы делили парты последние годы.

Экзамен начался. Я сосредоточилась. Задания были сложными, но решались одно за другим. Сердце билось слишком быстро, ладони немного вспотели, а время до объявления результатов тянулось бесконечно.

Через несколько часов проверка закончилась.

Сердце колотилось, когда я открыла результаты экзамена… Он был… хорошим. Достаточным для большинства специальностей. Но для бюджета в медицинский не хватало всего одного балла. Одного-единственного. Я несколько раз перечитала цифры, будто они могли измениться, если смотреть достаточно долго.

В классе кто-то шутил, кто-то радовался, кто-то уже строил планы на свободное лето. А я просто сидела и смотрела на лист с цифрами, чувствуя странную пустоту. Я старалась. Училась. Надеялась. От этой мысли внутри поднималась злость — тихая, вязкая. Не на себя. На то, что иногда усилия и результат оказываются не равны. И теперь понимала: этого оказалось недостаточно.

Родители предупреждали меня заранее — в медицинский только на бюджет. Денег на платное обучение у них нет, и это даже не обсуждалось. Я знала это. Понимала. Поэтому сейчас мне было страшно не из-за цифр в ведомости, а из-за дороги домой. Я уже знала, что там не будут спрашивать, как я себя чувствую. Там будут говорить о том, чего я не дотянула.

Я не провалилась. Баллов хватало, чтобы поступить. Но не туда, куда я хотела всем сердцем. Не туда, ради чего последние годы жила между учебниками и тетрадями. В классе обсуждали результаты. Кто-то радовался, кто-то уже строил планы. Несколько девочек оказались выше меня всего на пару баллов — слишком мало, чтобы считать это поражением, и достаточно, чтобы снова остаться позади. Я знала это чувство. Знала, что дома его тоже заметят.

Я молча собрала вещи. Рюкзак показался тяжелее обычного, хотя в нём были всё те же тетради и ручки. Выйдя из школы, я не сразу пошла домой — прошлась пару кварталов, стараясь собраться с мыслями. Оттягивая момент, который всё равно был неизбежен.

Дорога всё равно оказалась слишком короткой.

Когда я открыла дверь, стало ясно: родители уже знали. В доме было тихо, но эта тишина была напряжённой, выжидающей. Мама сидела на кухне, отец стоял у окна.

— Мы видели результаты, — сказала мама ровно, без эмоций.
— Нам уже сообщили, — добавил отец.

Я кивнула. Слова застряли где-то внутри.

— Мы рассчитывали, что ты поступишь на бюджет, — продолжила мама. — Мы это обсуждали.
— Да, — сказал отец. — Мы надеялись, что ты справишься сама.

Разочарование звучало в каждом их слове, и я чувствовала, как оно давит на меня, как невидимый камень на груди.

— Теперь получается, что если ты хочешь в медицинский, нам придётся платить. А это не входило в наши планы.

Мне хотелось возразить — напомнить, как мало меня отделяло от проходного балла. Но я знала: ни цифры, ни слова сейчас ничего не изменят.

— Другие ведь смогли, — произнёс отец после паузы. — Значит, можно было лучше.

В этот момент мне захотелось спросить: а если бы я была «другой», меня тоже любили бы больше? Но я промолчала.

Эти слова были знакомыми. Я слышала их не в первый раз. Никто не кричал. Никто не говорил, что я плохая. Просто стало окончательно ясно: я не оправдала ожиданий.

Когда разговор закончился, я молча ушла в свою комнату. Закрыла дверь и села на кровать, глядя в стену. Злость, которую я сдерживала весь вечер, наконец догнала меня. Не бурей — тяжёлым, давящим ощущением под рёбрами. Всё, к чему я шла, оказалось под вопросом.

Я вспомнила Игоря из параллельного класса. Он едва дотянул до проходного балла и сам говорил, что не ждал ничего хорошего. А когда объявили результаты, его родители прыгали от радости, обнимали его, говорили, что он молодец и что главное — он справился.

А я — нет. Выходило, что для одних «достаточно» — это повод для гордости, а для меня — причина для разочарования.

чужая в своем доме

Глава 2

Слова, которые я собиралась сказать, крутились в голове, как рой пчёл. С каждым кругом они становились всё тяжелее.
Я подбирала слова так, чтобы они не прозвучали как просьба о невозможном. Я не просила денег. Я просила попробовать.

— Можно подать документы, — сказала я за завтраком, стараясь говорить ровно.
— Есть внутривузовские гранты. Иногда их дают уже после зачисления. Или целевые места… я узнавала.

Мама отложила чашку. Отец поднял на меня взгляд.

— Мы не будем этим заниматься, — сказал он спокойно. — Бумаги, комиссии, ожидания. Это всё пустое.

— Но ведь это шанс, — тихо сказала я. — Мне не хватает всего одного балла. Я могу хотя бы попытаться…

— Мы уже обсудили, — перебила мама. — Ты идёшь туда, куда позволяют твои результаты.

Я сжала пальцы под столом.

— Но я же не провалилась, — голос дрогнул, хотя я старалась держаться. — Я хорошо сдала. Просто… не идеально.

— Вот именно, — сказал отец. — Не идеально.

Это было сказано не громко. Не зло. Просто — окончательно.

— Я готова сама заниматься документами, — добавила я. — Вам почти ничего не нужно будет делать.

— Мы не хотим в это ввязываться, — ответила мама. — И тратить деньги тоже.

— Но вы даже не знаете, понадобятся ли они! — вырвалось у меня. — Вы даже не хотите попробовать.

В комнате повисла пауза.

— Мы не обязаны, — сказала мама.

Эти слова прозвучали слишком точно.

— Не обязаны? — переспросила я.

Отец вздохнул, будто разговор ему наскучил.

— Послушай, Мира, — сказал он. — Мы дали тебе всё необходимое. Школу, дом, условия. Дальше ты должна справляться сама.

— Так другие родители помогают своим детям, — тихо сказала я. — Даже если баллы не самые высокие.

— Другие — это другие, — отрезала мама. — У нас всё иначе.

— Почему? — спросила я. — Почему у нас иначе?

Они переглянулись.

— Потому что ты не наша родная дочь, — сказал отец.

Слова повисли в воздухе. Просто констатация. Без пафоса. Без сожаления.

Я не сразу поняла смысл. А потом поняла — и вдруг стало пусто.

— Что?.. — выдохнула я.

— Ты приёмная, — сказала мама. — Мы никогда этого не скрывали… просто не считали нужным говорить раньше.

Раньше. Словно было какое-то «подходящее время» для такого.

— Поэтому, — продолжил отец, — мы не собираемся делать больше необходимого. Свою часть мы выполнили.

Все странности вдруг сложились в одну линию. Холод. Ожидания. Отсутствие поддержки. И это вечное ощущение, что я здесь — как будто временно.

— Значит… — голос почти не слушался. — Поэтому?

Никто не ответил.

Вечером у меня был выпускной бал. Платье висело в шкафу, выглаженное заранее. Ткань пахла свежестью, но внутри было пусто. Школа закончилась, а я осталась стоять на пороге неизвестности.

Мысли: где мои настоящие родители? Почему от меня отказались? Неужели и для них я недотянула? Нет. Разбираться я не хотела. Всё так, как сложилось.

когда музыка стихла

Глава 3

Платье сидело идеально, но я всё равно долго стояла перед зеркалом, привыкая к своему отражению. Рост — всего метр шестьдесят, фигура мягкая, живая. Я никогда не казалась идеальной с первого взгляда, но в этот вечер была довольна собой.

Медные, слегка вьющиеся волосы спадали на плечи, подчёркивая бледную кожу. На щеках — едва заметные веснушки, которые раньше я прятала, а сегодня оставила. Зелёные глаза казались слишком яркими, словно в них накопилось больше эмоций, чем я могла удержать.

Платье было смелым — облегающее, подчёркивающее фигуру, с открытой линией декольте. Я выбрала его не для кого-то, а для себя. Позволяя себе быть заметной. Высокие каблуки делали шаги неуверенными, но добавляли решимости.

На выпускной я пришла несмотря ни на что.

Музыка, огни, смех — всё почти как в кино. Среди знакомых лиц было легко притворяться, что всё в порядке. Я смеялась, танцевала, поддерживала разговоры. Не в центре внимания, но и не терялась в тени. Пару раз ловила взгляды — удивлённые, оценивающие, даже восхищённые — и это странным образом грело. Будто я действительно существую.

На танцполе я позволила себе забыться. Музыка заглушала мысли, свет размывал границы. В этот момент я была просто выпускницей. Не приёмной дочерью. Не девочкой, которой не хватило одного балла. Просто собой.

Но любой праздник имеет свойство заканчиваться.

Когда всё стихло, я не поехала домой сразу. Решила прогуляться. Ночь была тёплой и тихой, а на небе — слишком много звёзд. У реки стояла скамейка. Я опустилась на неё с облегчением, сняла туфли и поставила рядом. Вытянула ноги и посмотрела на воду — тёмную, спокойную, отражающую свет.

Я сидела так несколько минут. Просто дышала. Не думая ни о чём конкретном.

— Поздно гулять одной, — раздался голос сбоку.

Я слышала лёгкий шорох шагов по гравию и почувствовала чьё-то присутствие рядом, прежде чем он заговорил. Я вздрогнула и повернулась. Рядом стоял парень. Он был высоким. Слишком высоким. Плечи широкие, движения ровные. Светлые волосы. Голубые глаза — чистые и яркие, будто в них светилось что-то странное.

— Извини, я не хотел напугать, — добавил он уже мягче. — Просто… — он на мгновение замялся. — Смотрю на тебя и думаю, почему же ты такая грустная?

Я не ответила. Слов, если честно, не было.

— Можно я присяду рядом? — спросил он после короткой паузы. — У меня сегодня тоже выдался нелёгкий день.

Я поколебалась, затем кивнула.

Он сел рядом, оставив между нами немного пространства. Я оперлась на руки, глядя на тёмную воду. Парень казался спокойным — будто наконец смог передохнуть после долгого дня.

Я моргнула. Вокруг закружилось, лёгкий ветер превратился в вихрь. Пространство перед нами сжалось.
Воздух закрутился в чёрную воронку. Она пульсировала, словно живая, втягивая свет и тени вокруг.
Парень улыбнулся тихо, почти насмешливо, и шагнул прямо в её центр.
— Стой! — выдохнула я.
Но голос потерялся в вихре.
Невидимая сила схватила меня. Мир стал зыбким, ноги не держали — словно сама воронка знала, что забирает именно меня.
Мгновение — и всё исчезло.
Темнота схлопнулась. Воздух стал плотным и чужим.
Знакомый мир остался позади, будто его никогда и не было.

что-то здесь не так

Глава 4

Голова кружилась, тело дрожало. Мысли распадались, не давая сосредоточиться. Пока я пыталась прийти в себя, услышала голоса. К моему знакомому подошли парни.

Первый шагнул ближе всех. Почти два метра, широкие плечи, чёрные волосы, глаза красные, глубокие, словно угли под пеплом. Он посмотрел на парня жёстко — и даже я почувствовала в этом взгляде тревогу, смешанную с недовольством.

— Кай, ты вообще понимаешь, что натворил? — голос был резким, с оттенком злости и отчаяния одновременно. Хотелось отступить назад, но взгляд словно приковало.

— Мы тебя еле нашли. Хорошо, маячок был. Ты хоть представляешь, что могло бы быть? Магистр вот-вот вернётся.

Кай что-то ответил, но я не разобрала слов.

Второй стоял чуть в стороне, почти не двигаясь, как тень, которая наблюдает за миром со стороны. Фиолетовые волосы приглушённого оттенка сразу привлекли внимание. Его серо-стальные глаза были спокойны, но в них скользила ледяная оценка. — будто он уже делал выводы.
Он не смотрел на Кая. Он смотрел на меня. И от этого взгляда стало по-настоящему не по себе.

— Это ещё кто? — тихо сказал он. — Мы её сюда не тащили, — добавил, не сводя с меня глаз.

Я хотела сказать хоть что-нибудь, но губы не слушались.

— Такого быть не должно. Портал не должен был тянуть ещё кого-то. Он был настроен на одного.

У меня похолодело внутри.

— Значит, её затянуло само… — сказал знакомый, голос казался растерянным, а пальцы сжали прибор крепче.
Тишина повисла как свинцовый купол. И именно тогда я поняла: они испугались не меня. Они испугались того, что я здесь.

Я всё ещё стояла, пытаясь осознать происходящее, как вдруг почувствовала странное напряжение внутри себя. Сначала едва заметное, потом всё усиливающееся. Грудь сжало, ноги подкашивались, а в голове забилась странная боль- будто что-то рвалось наружу.

— Эй… — кто-то сказал рядом.

Голос был далёким, и мир вокруг поплыл.

Я попыталась шагнуть, устоять на ногах, но тело больше не слушалось. Сильная, острая боль прошибла каждую клетку, перед глазами вспыхнули белые пятна. Слова начали распадаться, я ловила лишь обрывки.

— Она не выдержит, — услышала я холодный, ровный голос.

— Резерв огромный, — другой, тревожный.

— Перегрузка, — тихо произнёс третий, взгляд которого всё ещё был прикован ко мне.

Я почувствовала, как меня подхватывают. Чужие руки были сильные, уверенные. Я попыталась удержаться, но силы покинули меня окончательно.

— Беру её, — сказал фиолетоволосый, и в тот же миг меня прижали к себе, крепко, чтобы я не упала. — В штаб. Быстро. Магистр скоро будет.
Мир вокруг потемнел, а внутри вспыхнула последняя боль, жгучая и пронизывающая. Затем наступила темнота.
Я теряла сознание, зная: всё, что было раньше, осталось по ту сторону.

когда проснулась магия

Глава 5

Палатка тихо шуршала на ветру. Я пришла в себя, тяжело дыша… Сначала было тихо — только шум ветра снаружи и моё тяжёлое дыхание. Потом я услышала голоса. Один из них был громкий, такой, что сразу заставлял слушать и прислушиваться.

— Рей, Кай, Тео! — раздался окрик. — Подойдите сюда!

Я не знала, кто это сказал, но тон не оставлял сомнений: они сделали что-то серьёзное.

— Вы втроём, — и именно все втроём, — жестоко накосячили, — продолжил голос.

— Кай, ты артефактор. Твоя задача была ясна: проверять новый портал. Ты забрал его, решил попробовать… и что? Привёл его на Землю.

Я затаила дыхание, сердце стучало быстрее. Не знала, чего ждать, но понимала: теперь всё во власти этих людей. Что будет со мной, если они решат, что я опасна? Могут ли они меня отпустить?

— Рей, Тео, — продолжал голос, — вы поддерживали Кая. Помогали ему. Вытащили его — да, хорошо, что спасли. Но всё это стало вашей общей ошибкой. — Она оказалась здесь из-за вашей ошибки. Вы её сюда привели. Иногда люди попадают сюда через порталы — сам мир притягивает тех, в ком есть магия. Это не противозаконно, но случается крайне редко.

Я постепенно открыла глаза. Палатка казалась большой, слабо освещённой. Сначала всё вокруг было смутным, затем я начала различать фигуры.

— Она пришла в себя, — услышала я спокойный, но строгий голос.

Передо мной стоял человек, которого я раньше не видела. Он был высокий, в строгой робе, с длинными пальцами, аккуратно сложенными перед собой. Он не улыбался, но его взгляд был проницательным, будто он видел сквозь меня. Даже стоя тихо, он излучал силу и спокойствие, которые делали всё вокруг менее хаотичным.

— Меня зовут Иори Коддингтон, — произнёс он ровно и уверенно. — Давайте коротко. Ты оказалась здесь потому, что один из наших студентов случайно активировал портал. Это происходит нечасто, но иногда миры пересекаются. Судя по всему, твоя магия притянула тебя сюда. Кризис миновал, сейчас она стабильна. Сила проснулась…
Я вскинула голову, сердце колотилось как сумасшедшее. «Моя… сила?» — мысли норовили вырваться наружу, но каждая казалась чужой и невероятной. «Нет, не может быть… Это не я! Как такое вообще возможно?»
Внутри всё сжалось, паника и недоверие смешались с каким-то странным любопытством. Я зажмурилась, пытаясь прогнать эти мысли, но страх и изумление не отпускали. «Если это действительно я… если это моя сила… что теперь со мной будет?

— Магия… — прошептала я, не до конца понимая, о чём речь.

— Да, — продолжил Иори. — Обычно у женщин нашей системы магия проявляется слабо: бытовая, зельеварение. Но по твоим данным… возможно, у тебя очень сильный потенциал.

Я замерла. Сердце колотилось, ладони вспотели. «Сильный потенциал… я?» Слова казались чужими, а тело дрожало от смеси страха и удивления.

И тут мужчины, стоявшие рядом — Кай, Рей и Тео, — внезапно изменились. Их взгляды, до этого сосредоточенные, стали тревожными, напряжёнными.

Кай скрестил руки, челюсть сжата — в глазах смесь раздражения и вины. Рей нервно качнул плечом, как будто хотел что-то сказать, но не решался. Тео смотрел прямо на меня, глаза сжались в прищур, словно пытаясь понять: насколько всё опасно.

Я не понимала, что именно они видят. Всё, что я чувствовала, — собственный шок, недоумение и лёгкий страх. Внутри что-то щёлкнуло — резкое, не поддающееся воле.

Мир вокруг будто стал плотнее, шумнее, будто воздух наполнился чужими мыслями и эмоциями.

Рей схватился за виски, дышал тяжело, будто его голову сдавило невидимой рукой. Тео побледнел, плечи дернулись, как у человека, получившего удар током. Кай попятился назад, хватаясь за сердце, словно ему стало трудно дышать.

Я поняла, что происходит: не они двигаются сами, а моя сила заставляет их реагировать. Я не прикасалась к ним. Не хотела причинять боль. Но присутствие моей магии само по себе оказалось слишком сильным.

Малейшее движение моего сознания — и оно передавалось в их мысли. Я считывала их страхи и усталость и невольно умножала их, словно зеркало отражало моё состояние. Даже артефакт на столе задрожал, раздался треск — не потому что я хотела, а потому что давление внутри меня было слишком большим для всего вокруг.

— Отойдите, — скомандовал магистр, но даже его защита была слабее внутреннего напряжения.

Я судорожно закрыла глаза и сжала кулаки. Сердце колотилось. Тело дрожало. Мысли — чужие и свои — смешались. И тогда я впервые почувствовала: это моя магия, и именно я её источник.

Вдох за вдохом я концентрировалась на себе: дыхании, телесных ощущениях, ощущении веса в руках, ногах, в груди.

Медленно, шаг за шагом, напряжение спало. Рей сел, дыхание выровнялось. Тео оперся о стену, лицо восстановило цвет. Кай чуть покачнулся, но удержался на ногах. Артефакт лежал целый.

Я открыла глаза. Магистр посмотрел на меня с тревогой и уважением одновременно: он видел, что опасность исходит от меня и что я единственная, кто может её контролировать.

В палатке повисла тишина. Я чувствовала её. Я чувствовала себя.

И впервые сама подумала: это моё. Только моё. И я решаю, когда это использовать.

Я не собиралась причинять боль. Я не собиралась захватывать чужие мысли. Но теперь знала, что сила есть, она реальна, и я могу её удерживать.

— Это невероятно, — наконец сказал Иори. — Никогда ещё не встречал такой комбинации сил у одного человека. Это крайне редкое явление.

Он посмотрел на меня снова — уже иначе. Не как на случайную проблему. Как на угрозу масштаба всему миру.

Внутри меня зашевелилось нечто новое, странное и мощное. Я не чувствовала угрозы — скорее странное, непривычно сильное. Словно я оказалась редким исключением, чужим элементом в этом мире, и никто не мог сказать, к чему это приведёт.

Кай шагнул вперёд, явно нервничая:

— Магистр, она даже не понимает, что происходит.

выговор

Глава 6
ФРИНА МИЛАНИ

Фрина наблюдала за магистром, пока он докладывал, её пальцы слегка постукивали по столу, словно считали не слова, а последствия.
Она не перебивала, не задавала вопросов сразу — только смотрела, как магистр докладывает. Его голос был ровным, но она слишком хорошо знала этот тон, чтобы не слышать напряжение под ним.

Случайный портал.
Артефактор.
Земля.
Человек из другого мира.
Девушка.

На слове девушка Фрина чуть прищурилась.

— Повтори, — сказала она спокойно, но в голосе дрожала сдержанная сила. — Факты. Не выводы.

Магистр вдохнул глубже.

— Девушка была притянута порталом. Не перенесена намеренно. Не зацеплена побочно. Именно притянута. Перегрузка. Потеря сознания. Резерв — нестабильный.

Фрина медленно встала из-за стола и подошла к окну. Её взгляд был холодным, но в нём сквозила решимость.

— Возраст? — спросила она, не оборачиваясь.

— Семнадцать. По их меркам.

Фрина сжала пальцы.

— Поздно, — тихо сказала она. — Слишком поздно для инициации.

Она повернулась.

— Ты уверен, что это не всплеск? Не ложное срабатывание?

— Уверен, — ответил магистр сразу. — Я видел это однажды. В хрониках. И… сейчас.

Молчание.

— Последний подобный случай был три тысячи лет назад, — сказала Фрина медленно, ровно, почти шёпотом, но каждый звук резал воздух. — И закончился катастрофой.

Она посмотрела на магистра прямо.

— Ты понимаешь, что это означает? оценивая каждый шаг, каждую мысль.

— Да, ректор.

— Тогда слушай внимательно. Студентов — ко мне. По одному. Девушку изолировать. Мягко. Без давления. Чары поставить так, чтобы она не чувствовала угрозы.

Она сделала паузу.

— Она не пленница. Но и не свободна.

Магистр склонил голову.

— А если подтвердится?

Фрина не ответила сразу.

— Тогда академия перестанет быть академией. А этот мир — безопасным.

Она посмотрела в окно ещё раз, будто проверяя, что никто не наблюдает за её эмоциями.

— После разговора со студентами приведёшь её ко мне. Я поговорю с ней лично. Затем необходимо доложить Его Величеству.

— Кай, — сказала ректор спокойно. — Начнём с тебя.

Дверь за ним закрылась мягко, но звук показался слишком громким. Он стоял прямо, руки сжаты, взгляд упрямо ровный, но в нём мелькнула тень страха: он понимал, что теперь ответственность полностью на нём.

— Артефакт. Назначение. Причина сбоя.

Кай отвечал чётко. Сухо. Без оправданий.

Фрина слушала, не перебивая, лишь иногда делая пометки.

— Ты понимал риск? — спросила она.

— Да, — ответил он сразу.

— Тогда отвечать будешь не только за результат, но и за решение, — сказала Фрина. — Наказание будет строгим, но справедливым: ограничение доступа к порталам на месяц и обязательное дежурство в учебных лабораториях под контролем наставника. Свободен. Пока.

Следом зашёл Рей.
Меньше слов. Больше напряжения. Руки сжаты, плечи чуть поджаты — он явно пытался удержать эмоции.

— Ты знал, что вмешиваешься в работу портала?

— Да.

— Почему не остановил?

— Потому что он бы погиб там.

Фрина чуть приподняла бровь, её взгляд был строгим, но справедливым:

— Эмоции — плохой советчик для мага, — сказала она. — Особенно для боевого. Тебя ждёт трёхдневное наблюдение и практика контроля силы.

Тео вошёл последним. Он молчал дольше всех. Взгляд пронзительный, но лицо старался держать ровным.

— Ты заметил отклонения? — спросила она.

— Да.

— Почему не сообщил?

— Думал, успеем.

Фрина закрыла папку. Её пальцы лёгким движением провели по краю.

— Не успели. И теперь последствия — на вас. — Она посмотрела на каждого по очереди, чтобы они почувствовали вес своих решений. — Дальше — моя забота.

МИРА

Комната была слишком тихой. Сидя на краю кровати, я пыталась понять, где нахожусь и что со мной. Меня не били, не кричали, но и не спрашивали, хочу ли я быть здесь. Горло сжало, дыхание сбилось, и слёзы пришли сами — горячие, злые.

— Я просто хотела поступить… — прошептала я. — Просто учиться… Почему именно я? Почему не кто-то другой?

Ответа не было. Слёзы текли сами, дыхание сбивалось, и я почти не сразу заметила, что воздух передо мной изменился.
Он дрогнул.

Прямо передо мной появился тонкий светящийся знак. Он не ослеплял, не пугал — просто был.

Символ сложился в короткую строку.

ПОСЛАНИЕ.

Я замерла, забыв вытереть слёзы. Тонкий светящийся знак трепетал в руках — и я поняла, что это не просто символ.