Случайное счастье для босса

❤️‍

- Я нарисовала маму и папу. Показать?

- Конечно, показывай, - с готовностью отозвался босс.

Дочка принялась объяснять:

- Вот я. Рядом мама, а это мой папа. Посмотри, какой он большой и сильный!

Я вжалась спиной в кресло.

- Вижу, - кивнул отец моей дочери.

- На самом деле я его ни разу не видела, но когда‑нибудь он обязательно приедет…

- Уверен, так и будет, - улыбнулся ей босс. – Кстати, а где твоя мама?

Сердце пропустило удар.

- Как где?! – Дочка резко развернулась, расплылась в улыбке и вытянула руку в мою сторону: - вон она!

Босс медленно поднял взгляд. Наши глаза встретились.

На его лице одно за другим пронеслись десятки чувств.

Удивление…

Недоумение…

Гнев?.. И…

Больше всего меня испугало то, что я прочла в его глазах: понимание.

Дамир всё осознал за долю секунды до того, как я вскочила и бросилась к ним, заслоняя Эмилию собой.

Пять лет назад у нас был короткий роман, но он выбрал не меня.

Я ушла, не сказав, что жду ребёнка, а теперь судьба столкнула нас снова.

Он стал моим новым боссом.

❤️‍Ставьте звездочку/нравится, добавляйте в библиотеку!‍❤️‍

Пролог

Экран ноутбука мерцает холодным светом.

В конференц-зале тишина, которую не нарушает даже скрип офисного кресла. Мы все здесь: бухгалтерия, отдел кадров, пара менеджеров, смотрим на человека, который смотрит на нас сверху вниз, хотя его изображение всего лишь на мониторе.

Он сидит в своём московском кабинете, откинувшись в кресле, как римский патриций на трибуне. Идеально сидящий пиджак, волевой подбородок, глаза, которые даже через камеру заставляют ёжиться.

Красивый. Как дорогое оружие! Как бог, которому плевать на смертных.

- Ждите, - голос низкий, спокойный, без тени сомнения. – Скоро приеду. Разберусь лично.

Вера Павловна, наша главный бухгалтер, нервно поправляет очки.

Ленка рядом со мной замирает, даже дышать перестаёт.

Он делает паузу, пробегается взглядом по лицам в кадре, хотя видит нас, наверное, только как мелкие иконки.

- За последний год в филиале пять сотрудниц ушли в декрет. – Его голос становится ледяным. – Пять! Это не просто статистика, это системная проблема. У вас что там, конвейер?! Декреты, пропуски!

Я сижу, вцепившись пальцами в край стола. Кровь отливает от лица, потому что я когда-то была первой, а теперь постоянно беру отгулы, потому что растить дочь одной сложно…

Только он об этом не знает. Моя дочь не просто цифра в отчёте.

- С этого момента, - продолжает он, и его губы искривляет в усмешке, - молодых свободных женщин мы больше не трудоустраиваем. И свободных тоже. Не нужен мне здесь детский сад. А если у нас трудится женщина, не состоящая в браке, ведущая свободный разгульный, так сказать, образ жизни – уволим.

По залу проходит нервный шёпоток. Ленка бледнеет.

- Я всё сказал. – Он уже тянется к клавиатуре, чтобы завершить сеанс.

И тут в динамиках раздаётся голос мастера участка, дяди Миши:

- А мам-одиночек с детьми, Дамир Викторович, пощадите? Или их тоже…

Я замираю.

Внутри всё обрывается.

Только не это! Только не сейчас!

На экране он замирает. Его лицо становится непроницаемым, только желваки ходят ходуном. Тишина длится вечность.

- Нет. Жалость не мой конек. – Голос режет, как лезвие. – Исключено. Либо индивидуально приму решение, в зависимости от умений. Если сотрудница докажет, что её ребёнок не мешает работе, возможно, я передумаю. Но чудес не ждите.

Он усмехается, и эта усмешка пощёчина всем нам.

- Учитесь работать головой, а не… - он не договаривает, но мы всё понимаем. – Всё. Свободны.

Экран гаснет.

В конференц-зале повисает гул.

Ленка что-то говорит, Вера Павловна охает, дядя Миша ругается матом себе под нос.

Я не слышу ничего.

Потому что смотрю на тёмный экран, на котором ещё минуту назад было его лицо.

Лицо человека, который не знает, что у него есть дочь. Что эта дочь моя. Что я та самая «сотрудница с ребёнком», которую он только что вычеркнул из списка живых.

Он красивый. Наглый. Жестокий.

И он отец моей Эмилии.

Я медленно встаю, чувствуя, как дрожат колени. Выхожу в коридор, прижимаюсь спиной к холодной стене и закрываю глаза.

Если он узнает, что я та, кого он вычеркнул, но при этом ношу в сумке свидетельство о рождении с прочерком в графе «отец», меня уволят. А если не узнает, я продолжу врать.

Врать ему. Себе. Дочке, которая каждую ночь спрашивает: Мама, а где мой папа?.

Я открываю глаза и смотрю в окно на пустую дорогу.

Отсюда, из города, не видно нашего дома, не видно зелёного Посада, где меня ждёт моя девочка. Но я знаю: он приедет. И тогда всё рухнет.

Или начнётся заново.

____

КНИГА участвует в литмобе

"Сюрприз для генерального" https://litnet.com/shrt/VNFL