Служанка для тёмного графа

Тень над замком де Варенн

Карета въехала в ворота ровно в полдень.

Я стояла в тени конюшни, прижимая к груди охапку чистых простыней, и смотрела, как тяжёлые колеса месят грязь на замковом дворе. Лошади нервно косили глазами на стены. Что-то чувствовали.

— Элинор! — гаркнул кто-то сзади, и я едва не выронила белье. — Не стой столбом! Бельё отнеси и живо в главный зал! Госпожа приехала, нужно прислуживать.

Я кивнула и нырнула в боковую дверь, но вместо того, чтобы бежать в прачечную, замерла у окна в коридоре, чтобы посмотреть.

Дверца кареты распахнулась, и оттуда выпорхнула она.

Леди Амелия.

Я ожидала увидеть кого-то... обычного. Но она была красива той страшной, ледяной красотой, от которой веет холодом за версту. Чёрные волосы были уложены в сложную прическу, платье из синего бархата стоило так дорого, что я за всю жизнь не заработаю даже на лоскуток. Кожа белая, как первый снег, и глаза - прозрачные, почти бесцветные. Она оглядела двор, и мне показалось, что там, куда упал её взгляд, трава привяла.

Граф вышел встречать.

У меня сжалось сердце. Себастьян де Варенн стоял на ступенях, невероятно красивый в своём чёрном камзоле. Он не улыбался. Он смотрел на невесту так, будто оценивал стать лошади, но в этот раз я почувствовала страх перед ним, будто от него расползались невидимые щупальца тьмы, которые я ощущала в старых стенах замка и которые могут обитать разве что в подземельях, куда никто не ходит, в склепах предков. Раньше я не замечала.

— Леди Амелия, — его голос без тени тепла раскатился по двору. — Добро пожаловать в замок де Варенн.

— Граф, — она присела в идеальном реверансе. — Ваш замок мрачнее, чем я думала.

— Он умирает, — спокойно ответил граф. — На то и нужна ваша живая кровь.

Она улыбнулась.

Я поёжилась и побежала относить белье. В прачечной было сыро, запах щекотал ноздри. Я провозилась там не дольше минуты, сунула простыни в корзину и рванула в главный зал, откуда уже доносились голоса. Встала у стены, среди другой прислуги, опустив глаза. Леди Амелия стояла у камина, грея руки. Граф сидел в кресле, барабаня пальцами по подлокотнику.

— Велите принести вина, — бросила леди, даже не взглянув в нашу сторону.

Я сделала шаг вперёд, потому что была ближе всех к двери в погреб, но она меня остановила.

— Ты.

Я замерла. Она смотрела прямо на меня.

— Подойди.

Я подошла. Сердце ускорилось.

Она оглядела меня с головы до ног, презирая моё старенькое серое платье, залатанное на локтях, фартук, выцветший от бесконечных стирок, и грубые башмаки. Её тонкие губы скривились.

— Граф, ваша прислуга даже не умеет одеваться сообразно статусу замка, — она хмыкнула. — Впрочем, чему удивляться. Эй, девка, принеси вина. И смотри, чтобы твои грязные руки не коснулись кубка.

В зале повисла тишина. Кто-то из слуг за моей спиной шумно выдохнул.

Я подняла глаза.

Я смотрела на неё всего секунду, но в этой секунде было унижение, злость, и щемящая обида от того, что граф видит это. Что он сидит в кресле и молчит.

Я присела в реверансе, как учила мать.

— Слушаюсь, леди.

И вышла.

Вино я несла так, чтобы не расплескать, потому что не хотела давать повода орать на меня снова. Когда я вошла, она уже сидела рядом с графом, близко, касаясь его плечом.

— Ваш замок такой холодный, — ворковала она. — Мне нужен отдельный камин в спальне. И побольше свечей. Я не выношу тьму.

Граф кивнул, но взгляд его скользнул по залу и на секунду задержался на мне. Я поставила поднос на стол и отошла к стене.

Леди Амелия взяла кубок, отпила и поморщилась.

— Кислое. Впрочем, чего ждать от захолустья.

Она встала, поправила платье.

— Я устала с дороги. Проводите меня в мои покои.

Граф поднялся и подал ей руку. Она взяла его под локоть собственническим жестом, и они пошли к лестнице. Я смотрела им вслед, сжимая край фартука.

Она красивая. Она знатная. У неё есть кровь, которая нужна замку.

У меня нет ничего.

Ничего, кроме воспоминаний, которые жгут изнутри.