Смертный дар

Глава 1

Автобус опаздывал. Инга нервно взглянула на часы – десять вечера. Скоро закроется общежитие, и, если она не успеет, то ночевать, похоже, придется на улице.

Она прошлась, меря шагами остановку. Стоять было холодно. Тонкая ветровка не спасала от промозглого ветра начала осени. Капроновые колготки тоже тепла не добавляли. Ну и зачем она сегодня так вырядилась? Олег все равно не оценил ее короткую кожаную юбку и новые туфли. Он даже не заметил ее новую одежду, купленную на остатки стипендии и присланных мамой денег.

Ах, Олег! Первый красавец их группы, отличник и … бабник. Инга с первого курса влюбилась в него без памяти, а он не обращал на нее никакого внимания. Зачем ему скромная девочка из деревни, когда вокруг него полно столичных штучек, что вешаются ему на шею?

Инга обхватила себя руками, пытаясь хоть чуток согреться. Нелепая мысль пойти пешком была на время отметена, как несостоятельная. Пешком? На другой конец города? На шпильках? Нет, уж лучше еще немного померзнуть. Поймать попутку? Страшно. Да и лишних денег нет, а бесплатно никто не повезет. А если повезет, то…

Размышления прервал звук подъехавшего автобуса.

- Ну, наконец-то! – возмущенно произнесла Инга и поскорее залезла в теплое нутро транспорта.

Расположившись на заднем сиденье, она блаженно прикрыла глаза, отогреваясь. В салоне негромко звучала музыка, убаюкивая замерзшую девушку. Пытаясь сесть поудобнее, она почувствовала, как зацепилась за что-то колготками.

- Черт! – выругалась она, глядя на ползущую по ноге стрелку. Не мудрено порвать колготки, когда на сиденье такая старая потрескавшаяся обивка, то и дело цепляющаяся за одежду. Это ж надо было сесть так неудачно!

Она встала, желая пересесть, благо в салоне кроме нее больше никого не было. И тут же плюхнулась обратно. Выбирать было не из чего – все сиденья этого чуда отечественного автопрома имели жалкий вид.

«Этот вечер именно так и должен был закончиться», - уныло подумала Инга, глядя в окно. «В конце концов, порванные колготки – еще не самое страшное».

На удивление, на улицах, по которым ехал автобус, не горело ни одного фонаря. Инга всматривалась в темные силуэты зданий, силясь понять, где она находится. И не узнавала ничего. Хотя, переживать рано – остановка ей нужна конечная, автобус дальше все равно не идет.

Неожиданно пришло осознание, что она не посмотрела номер маршрута. А если она села не в тот автобус? Вскочив, она бросилась к кабине водителя, чтобы уточнить, туда ли она едет.

Кабина водителя оказалась отделена от салона непрозрачной черной пластиковой перегородкой, без малейшего намека на окошко или дверь.

«Как же он принимает оплату?» - подумала Инга и постучала.

- Простите, - закричала она, перекрикивая шум мотора. – Это какой маршрут?

Но ответа не было. Как и вообще какого-либо намека, что ее услышали. Из-за черного пластика не видно было, есть ли в кабине вообще хоть кто-то.

- Эй! Есть там кто? – в голосе Инги прорезались истерические нотки. – Остановите! Слышите? Я хочу выйти!

Но автобус лишь прибавил скорость. Инга забарабанила кулаками по пластику, но только лишь отбила руки. Поняв, что кричать и стучать бесполезно, она бросилась в конец автобуса.

«Нужно разбить окно! И выпрыгнуть наружу!» - она металась в панике по автобусу, пытаясь найти что-нибудь тяжелое. Как назло, ничего не находилось.

«Телефон! Нужно позвонить в полицию!» - подумала она, поражаясь тому, как эта мысль не пришла ей в голову раньше. Но телефон оказался разряжен. В отчаянье она запустила им в оконное стекло, но повредила лишь сам аппарат, который разлетелся на части и упал куда-то за сиденья.

«Что же делать? Что же делать?» - повторяла она про себя, но решения не находилось. Автобус все так же ехал в неведомую даль, она все так же не могла из него выбраться.

Через некоторое время транспорт начал снижать скорость, а затем и вовсе остановился. Двери распахнулись, и Инга, не теряя ни минуты, бросилась наружу. Неудачно зацепившись каблуком за ступеньку, она рухнула на дорогу. По счастью, дорога была не асфальтированная, а кое-где и вовсе заросшая травой, так что падение можно было считать удачным.

Кое-как поднявшись и отряхнувшись, Инга обернулась и открыла рот в изумлении. Автобус исчез! Вот только что стоял сзади, фырчал негромко двигателем, и все! Пропал!

Пребывая в шоке, она медленно огляделась, пытаясь понять, куда же ее занесло. А вокруг был лес. Самый настоящий! Хвойные деревья стояли стройными вечнозелеными рядами, между их стволами вилась тропинка, в начале которой и оказалась Инга.

Она обошла место, где еще недавно стоял автобус. Ни следа, ни намека, на то, что он только что ее привез, не было. Даже трава не примята.

- Так, будем рассуждать логически, - сказала она вслух, чтобы не сойти с ума от страха. – Назад идти - смысла нет, там даже дороги не видно. Как я сюда добралась? Ведь ощущение было, что еду по асфальту. Впрочем, это пока не важно. Если назад дороги нет, пойду вперед. Вот и тропинка какая-никакая имеется.

Сзади раздался шорох и скрипучий старческий голос произнес:

- Заблудилась, детка?

- Ааа! - от неожиданности заорала Инга, неловко повернулась, каблук поехал по траве, и она со всего маху плюхнулась на землю. – Ааа! – закричала она уже от боли.

- Да не ори ты! Ишь, голосистая какая! Весь лес мне сейчас перебудишь!

- Ты кто? – заикаясь, спросила Инга, все еще сидя на земле. – Не подходи!

- Да больно мне нужно! – хмыкнул голос. – Сиди себе, раз простуды не боишься! Чай не месяц май все же.

Инга решила, что и впрямь в сидении на холодной земле полезного для здоровья мало, и предприняла попытку встать. Но тут же застонала и села обратно. Резкая боль пронзила ногу, которую она, кажется, подвернула.

- Чегой ты там? Ушиблась, что ли? – вдруг насторожился голос.

- Ага, - грустно подтвердила Инга, потирая больную конечность.

- Ох, ты мне! Погоди, сейчас помогу.

Глава 2

Дом старика и впрямь оказался недалеко. Только вот эта короткая прогулка по лесу показалась Инге вечностью. Мало того, что она окончательно дорвала свои многострадальные колготки, которыми как назло цепляла ветки кустов, так еще и подошвами ног она умудрилась прочувствовать каждую шишку, каждый выступающий из земли корень, каждый камушек.

Когда они, наконец, вышли к дому, девушка совсем выбилась из сил. Покалеченная нога сильно разболелась, и последние метры до крыльца Инга преодолевала на морально-волевых, практически повиснув на оказавшемся удивительно сильным для своего возраста старике.

Дверь домика была не заперта, так что дед, не останавливаясь, втащил девушку в дом и усадил на лавку у печи.

- Посиди-ка пока здесь, а я пойду баньку подтоплю.

Инга расслабленно облокотилась на теплую печку и прикрыла глаза. В доме пахло травами, легким дымком от растопки и отчего-то парным молоком. Такие запахи она ощущала только в родной деревне, да и то, пока жива была бабушка. Воспоминания о доме всколыхнули тоску по родителям, которых она не видела уже полгода из-за учебы и нежелания упускать из вида Олега.

Непрошеные слезы хлынули из глаз, и Инга зло вытерла их кулаком. Если она выберется отсюда живой, то непременно бросит все и поедет домой.

Вошедший старик заметил ее покрасневшие глаза:

- Ты чегой-то плакать удумала? Али я тебя обидел ненароком? Так ты прости старика, ежели чего.

- Да вы не при чем, - смутилась Инга. – Я просто по родителям соскучилась.

- А вот это нехорошо. Нет, нехорошо. Родителей почитать надобно и навещать почаще. Что за молодежь нынче пошла? – продолжая что-то бурчать себе под нос о нынешних нравах, он закопался в один из сундуков и вытащил из него серую холщовую рубаху.

- Вот, держи-ка, - протянул он одеяние девушке. – После баньки в чистое обрядиться надобно.

В немом изумлении разглядывая выданный наряд, Инга даже не нашлась с ответом.

- Пошли, провожу тебя, - протянул он девушке сухую мозолистую ладонь. – Смотри, осторожнее там, не обожгись. Париться-то любишь, а?

Инга встала и помотала головой. В их деревенском доме уже был благоустроенный санузел с ванной, так что надобность в бане давно отпала. Затем отец и вовсе превратил некогда добротную баню в кладовку.

- Ох, ты ж мне! – возмутился старик. – Да что же это деется? Ничего, смоешь с себя все плохое. Хорошая банька завсегда радость телу и духу дарит!

Заведя Ингу в предбанник, старик показал ей, где полотенца, мыло и веник. Сам же остался ждать ее на крыльце.

Девушка быстро, насколько позволяла больная нога, разделась. Колготки, на которых не было живого места, полетели в печку. Остальное она аккуратно сложила на лавку и скользнула в парную.

Давно забытый банный дух, жар от печки-каменки, на которую Инга периодически плескала пахучий отвар трав, заботливо приготовленный стариком, свежий березовый веник - все это и правда действовало на нее благотворно. Даже нога стала болеть чуть меньше.

Напарившись и опрокинув на себя пару ковшей студеной воды, Инга принялась намыливать волосы. Мыльная пена застила глаза, и девушка не сразу поняла, что в бане кроме нее кто-то есть. А когда услышала шорох за спиной, повернулась и увидела мелькнувшую сбоку мохнатую ручку, которая звонко шлепнула девушку пониже спины.

От неожиданности она заорала, наскоро промывая глаза, заслезившиеся от мыла. На крик прибежал старик.

- Случилось чего? – он заскочил в парную, нимало не смущаясь голой девицы. Инга немедленно прикрылась веником и покраснела.

- Чаво молчишь? Язык проглотила? Кричала-то почто?

- Меня ударил кто-то, мне страшно стало, - пролепетала Инга, отводя взгляд.

- Да энто банник шалит! Ух, я тебе! – погрозил старик в воздух. Из-за печки послышался сдавленный хриплый смешок.

- Какой еще банник? – заикаясь, переспросила девушка.

- Тот, кто в бане живет! – наставительно проговорил старик и немедленно сменил тему: - Ты давай, дела свои тут заканчивай, да в дом иди. Там тебя кормить и лечить буду. А ты не пугай мне девку! – снова обратился дед к баннику, но ответа не дождался.

Инга наскоро прополоскала волосы и надела рубаху. Взяв свои вещи в охапку, она поспешила к дому, хромая и ойкая при каждом шаге.

Войдя в дом, она положила свою одежду на скамью, а сама села за накрытый стариком стол. Он придвинул ей чугунок со щами, приправленными сметаной, и протянул деревянную ложку.

- На вот, поешь, чем Бог послал.

Почувствовавшая еще в бане зверский голод, Инга с радостью набросилась на еду. Расправившись со щами, она сыто откинулась на стену дома и уставилась на старика, который все это время за ней наблюдал.

- Наелась? – спросил он и, дождавшись согласного кивка, продолжил: - Давай сюда свою ногу.

Инга положила конечность на подставленный табурет. Пока старик осматривал ее ногу, ей вдруг подумалось, что они так и не познакомились.

- А как вас зовут? – нерешительно спросила она.

- Зови дед Панкрат. Леса здешнего Хранитель, - ответил старик, не отвлекаясь от ощупывания ноги.

- А меня Инга зовут.

- Странное у тебя имя. Нездешнее, - заметил дед Панкрат. – Ты не наших что ли будешь?

- Каких ваших? – обиделась Инга. – Я русская!

- Поименовали тебя странно, ну да ладно. Не моего ума это дело.

- Дед Панкрат, а где мы?

- В лесу, где же еще? Аль ты не заметила? – его глаза хитро прищурились.

- А лес этот где? Ну, область там или страна? – настаивала Инга.

- Чудные вещи говоришь. Лес он и есть Лес. Где он испокон веков стоял, там и стоит, - пожал плечами старик.

- А как я сюда попала? – решила она зайти с другого конца.

- Уж не пила ли ты, девица, зелена вина? – нахмурился дед Панкрат. – У таких завсегда память пропадает, уж скольких я повидал.

- Да не пила я ничего! – возмутилась Инга. – Я приехала на автобусе, но он пропал! А я не понимаю, где я и что здесь делаю!

Глава 3

Дед Панкрат разбудил Ингу еще до зари. Она откинула теплый овечий полушубок, заменявший этой ночью одеяло, и сладко потянулась. Нога больше не болела, а сама Инга чувствовала себя отдохнувшей и полной сил.

Старик суетился у стола, раскочегаривая старый самовар. Инге даже показалось, что самовар подмигивает ей блестящим медным боком.

- Садись, почаевничаем. Только пойди, умойся сперва, там за дверью бочка стоит.

Инга вышла за порог и поежилась. Утро выдалось прохладным и туманным. Дальше крыльца ничего не было видно. Зачерпнув ладонями ледяную воду, она наскоро умыла лицо, вытерла висящим тут же полотенцем и вернулась в дом.

На столе перед ней уже стояла чашка с чаем и тарелка с горкой пышных оладий. Рядом в небольших плошках два вида варенья – малиновое и клубничное.

Дед Панкрат перелил чай в блюдце и подул на горячий напиток. Затем отхлебнул и зажмурился. Инга последовала его примеру. Чай оказался удивительно вкусным – со смородиной, мятой и чабрецом.

Когда завтрак подошел к концу, дед Панкрат ушел в небольшую комнатушку за печкой, служившей ему спальней, и вернулся оттуда, держа в руках тяжелую на вид резную шкатулку.

Поставив ее на стол, старик откинул крышку и вытащил круглый каменный шар, размером с кулак. Он был необычного сиреневого цвета с серебристыми прожилками, которые переливались на свету.

- Этот камень не простой. Матерью-Живой даденый людям. Камень мудрости, что укажет, какой дар в тебе проснулся. Держи его крепче, да гляди внимательней.

Дед Панкрат осторожно вложил в сложенные лодочкой ладони девушки отполированный до зеркальной гладкости шар и замер напротив.

Инга вгляделась в сиреневую поверхность камня, наблюдая за переливами прожилок. Они меняли свой цвет от серебристого к голубому, от голубого до светло-желтого, потом опять к серебристому. Затем прожилки камня окрасились в темно-синий, а затем и вовсе почернели. Они будто разрезали поверхность камня острыми черными молниями.

Инге отчего-то стало страшно, и она чуть не выронила драгоценный шар. Дед Панкрат успел подхватить его, и, перекатывая из ладони в ладонь, будто вынутую из костра печеную картофелину, осторожно вложил обратно в шкатулку и закрыл крышку.

- Дела… - произнес он, вытирая рукавом рубахи выступивший на лбу пот. – Давненько такого не было…

- Дед Панкрат… - осторожно начала Инга. – А что это было? Почему он такой страшный стал?

- Это, девка, Дар твой так себя проявил, понимаешь? Черный Дар он таков, что ни тебе, ни другим добра не принесет.

- Что это за Дар такой? – Инга уже чуть не плакала от страха и разочарования.

- Да ты не реви раньше времени. Дар у тебя хоть и страшный, но жить с ним можно. Ежели языком не молоть и об том никому не рассказывать.

- Да объясните вы толком, что мне делать-то? – воскликнула Инга, но осеклась под серьезным взглядом Хранителя Леса.

- Отчего же не объяснить, - протянул дед Панкрат. – Слушай же: Дар твой – видеть смерть людскую. И, если захочешь, смерть ту отвести. Но, не просто так, а ценой своей жизни, ибо Смерть не любит, когда ее жертву уводят из-под носа! Однако же помни, что чем страшнее ждет человека погибель, тем больше ты жизни своей отдашь, да в придачу всю боль, тому человеку предназначенную, на себе прочувствуешь. С умом спасаемых выбирай, ибо жизнь твоя не бесконечна!

Замолчав, старик отвел взгляд и насупился. Инга же сидела как громом пораженная и молча переваривала услышанное. Ну и достался же ей подарочек! Нет, чтоб лечить там, или красиво бросать файерболы…

- Да уж, повезло так повезло! – проговорила она наконец. – А можно как-то от этого Дара отказаться?

- Да ты что! С ума сошла? Слезы Живы обратно не выплюнешь! Коли решила матушка тебя таким Даром наградить – так радоваться надобно! Этот Дар – редкость большая, кому попало не дается. Значит душа у тебя чистая, грехами не запятнанная. Коли ты грамотно Даром своим распорядишься, да на пустых людей не потратишь – тогда и тебе благо выйдет! Главное – не корысти ради спасать, а по совести.

- Совсем ты меня запутал, дедушка. То ли благо, то ли проклятие – ничего не понятно.

- Ты не кручинься раньше времени, - попытался успокоить Ингу дед Панкрат. - Пока в силу полную войдешь, с которой новые грани Дара открываются, пока научишься свой Дар с толком использовать – много воды утечет. Авось и не успеешь жизнь-то до капельки истратить, – добавил он едва слышно.

- Так, хватит! Не нужно меня хоронить раньше времени! Может, я этим вашим Даром вообще пользоваться не буду! Ну, есть, и Бог с ним! - вскочила на ноги Инга, в порыве эмоций всплескивая руками.

- А вот и правильно! – дед Панкрат тоже поднялся, опираясь на свою палку. - Мабуть так и лучше! Да вот еще что – сходи-ка ты в баню, там банник перед тобой повиниться желает за вчерашнее.

- Ой, а он мне точно ничего не сделает? – испугалась девушка.

- Точно, не пужайся. Он смирный, озорной токмо.

Инга вошла в уже знакомую баню, по утренней поре еще не топленную, а оттого сырую и холодную.

- Прощенья просим, – проскрипел голос из-за печки. – Не серчай уж, девица!

- А ты покажись, может, и прощу тебя! – смело заявила Инга и тут же сама испугалась своей смелости. А вдруг он опять какую пакость сделает?

Из-за печи показалось человекоподобное существо небольшого росточка, полностью заросшее курчавой черной шерсткой.

- Я ведь не просто так тебя ударил вчерась, - смущенно заявил банник. – Я тебе жениха тем самым привадил.

- Какого еще жениха? – нахмурилась Инга. – У меня уже есть!

- То разве жених? – удивился банник. – Так себе мужичонка, гулящий. Я тебе лучше нашел. Он пока тебя не увидит, про любовь-то и не прознает. Как, хорошо я придумал?

- Не надо мне ничего, - простонала Инга, закрывая руками глаза. – Сначала Дар непонятный, смертью пахнущий, теперь еще мужик какой-то, заочно в меня влюбленный. За что?

- Эй, ты чего это? – опешил мохнатик. – Я ведь как лучше хотел…

Глава 4

Утренний город встретил Ингу вездесущим туманом. Он проникал сквозь тонкую куртку, вызывая мурашки, и холодил голые ноги. Выйдя с автобуса, который остановился за остановку от общежития, девушка осторожно пошла, практически наощупь выбирая дорогу.

Город потихоньку оживал. Навстречу попадались немногочисленные прохожие так же, как Инга, почти вслепую идущие по своим утренним делам.

Спешащий куда-то мужчина не заметил шедшую ему навстречу девушку и неловко толкнул ее плечом. Инга оступилась и чуть не упала, но мужчина схватил ее за руку и придержал, помогая восстановить равновесие. Короткого касания его руки к запястью Инги хватило, чтобы перед ее мысленным взором пронеслась череда ужасающих картинок.

Она увидела этого мужчину изнутри. В его легких расползается темное пятно, смотреть на которое Инге неприятно. От него к солнечному сплетению девушки тянется толстая черная нить, которую так и хочется разорвать. Нить пульсирует, пятно расползается, стараясь захватить как можно больше пространства. Инга, словно по наитию, протянула руку, чтобы оборвать эту нить, но мужчина уже прошел дальше, бормоча извинения. Наваждение спало, и тяжело дышащая девушка замерла на тротуаре, приходя в себя.

Так вот как это работает! Неужели она теперь всегда будет это видеть и чувствовать? При любом прикосновении? Какой кошмар!

Ингу затрясло. Она поплотнее запахнул куртку, стараясь согреться и унять нервную дрожь. Могла ли она спасти этого незнакомца? Инга чувствовала, что могла. Должна ли? Не об этом ли предупреждал дед Панкрат? На всех людей ее жизни не хватит, говорил он. Выбирай с умом. Сможет ли она пройти мимо следующего умирающего? Сможет ли остаться равнодушной? Этот мужчина все решил за нее, но что делать, если следующим кандидатом на спасение станет близкий ей человек?

Так и не придя к однозначному ответу, Инга решила положиться на волю случая. А то, что вскоре случай представится, она теперь не сомневалась.

За размышлениями о нравственном выборе, она не заметила, как дошла до общежития. Дверь уже была не заперта. Инга проскользнула мимо дремавшей за конторкой дежурной и поднялась в свою комнату.

Соседка еще не вернулась со вчерашней вечеринки, так что девушка быстренько разделась и скользнула в постель. До занятий еще можно было подремать пару часов.

Сквозь сон Инга услышала знакомый голос, зовущий ее по имени. Затем ее потрясли за плечо, пытаясь разбудить. Еще толком не проснувшись и щуря глаза от яркого солнца, бьющего в не зашторенное окно, она села на кровати.

- Ну, ты и спать! – весело произнесла Ирка, соседка по комнате. – Я вот всю ночь танцевала, и то чувствую себя как огурчик!

- Сколько времени? – сонно спросила Инга.

- Уже восемь! До занятий час, еще нужно душ занять, а ты все дрыхнешь!

- Сейчас встану, иди пока первая в душевую, я тебя догоню.

- Как знаешь! – Ирина бодрой ланью унеслась принимать водные процедуры, а Инга, кое-как встав, поплелась за ней.

Душевая на удивление пустовала. Одну из кабинок, судя по доносящемуся сквозь шум воды фальшивому пению, уже заняла подруга. Инга вошла в соседнюю и включила воду. Стоя под тугими горячими струями, она ощущала, как напряжение последних суток медленно покидает ее тело.

Выйдя из кабинки и накинув полотенце, она принялась сушить волосы. Ирка встала рядом, ожидая своей очереди к фену.

- Слушай! Я тут хотела… - соседка коснулась обнаженного плеча девушки, желая привлечь ее внимание. Но Инга так и не услышала, что хотела сказать Ирка. Череда неприятных видений вновь навалилась на нее.

Сердце подруги, стучащее ровно и размеренно, вдруг пропустило удар. Потом еще и еще. Замерло. Застучало вновь. Картинка сменяется, и теперь девушка видит идущую Ирину, которая внезапно замирает на месте и медленно заваливается на пол. Перед мысленным взором Инги вновь появляется сердце, от которого к ее телу тянется знакомая черная нить. Она натягивается как струна, заставляя сердце Ирины сбоить чаще. Не думая, Инга протягивает руку и рвет ее.

А потом пришла боль. Нет, не так. БОЛЬ! В груди как будто разгорелся пожар, сметающий все на своем пути. Инга почувствовала, как отнимается ее левая рука, повисает безжизненной плетью. Она хочет закричать, но не может издать ни звука. Легкие сдавливает, девушка силится вдохнуть в грудь воздуха, но темнота наваливается, и сознание гаснет.

Сначала она почувствовала под собой мокрый холодный пол. Она приоткрыла глаза, и поняла, что все еще лежит в душевой, а голова ее покоится на коленях подруги.

- Господи, ты очнулась! – воскликнула Ирка, вытирая лицо от слез. – Прости, я не знала, что делать! Я испугалась. Ты упала, я пыталась привести тебя в чувство… Я звала на помощь, но никто не шел, а я боялась оставить тебя одну.

- Сколько… времени… - прохрипела пересохшим горлом Инга. Она хотела спросить «сколько времени я тебе подарила?», но поняла, что Ирка не поймет вопроса и испугается еще больше.

- Не знаю, ты лежала минут десять, не больше, - по-своему поняла вопрос Ирина.

На удивление, Инга чувствовала себя хорошо. За исключением ноющего затылка, которым она, похоже, хорошенько приложилась о кафель. Только сильно хотелось пить. Она попыталась встать, и, по привычке, оперлась на подставленную Иркой ладонь. Тут же отдернув руку, она запоздало приготовилась к новой порции боли или видений. Но ничего не произошло. Вновь прикоснувшись к смотрящей на нее озадаченно подруге, она прислушалась к себе. Ни-че-го! Какое счастье!

- Ты в порядке? – спросила подруга, осторожно косясь на улыбающуюся Ингу. – Может скорую вызвать?

- Все хорошо! Голова, правда, немного болит...

- Ты точно хорошо себя чувствуешь? – не сдавалась Ирка.

- Точно-точно! Не переживай, - как можно беспечнее произнесла Инга.

- Тогда пошли скорей, не опоздать бы на занятия. Ты уверена, что хочешь пойти на учебу? Может тебе полежать?

- Нет, завтра зачет, я планирую получить автомат, так что прогуливать нельзя! Пошли!

Глава 5

- Ну вот, даже синяка не будет, - весело произнес парень, убирая руку.

Инга открыла глаза, но незнакомец уже удалялся по коридору. Она осторожно ощупала лоб. Ничего не болело, и даже голова перестала шуметь. Странно, ведь дверью ее приложило знатно.

Инга нахмурилась, глядя в след скрывшемуся за углом парню. Видений не было. Слава богу, хоть он не умирает! Или это ей нужно было его коснуться? Хотя Ирина дотронулась до нее сама… Эх, дал бы кто учебник по этому Дару!

Она с тоской вспомнила деда Панкрата. Вот кто мог бы ей помочь! Но как попасть в тот дом на краю леса? Рискнуть жизнью? Она не была уверена, что это сработает. Да и старик прощался с ней явно навсегда, значит, никаких новых встреч точно не будет, а жаль!

- Девушка, вы или дверь закройте, или входите! Что вы встали на пороге? – окрикнула ее пожилая женщина в белом халате, и девушка очнулась от размышлений. Действительно, она же к врачу шла, а потом этот парень…

Инга решительно шагнула в кабинет и прикрыла за собой дверь.

- Что у вас? – неласково произнесла врач, не глядя на Ингу. Она записывала что-то в большой журнал, параллельно перебирая бумаги на столе.

- Я утром упала в душе и сильно ударилась затылком. А сейчас меня еще по лбу дверью ударили. Думаю, у меня сотрясение… - Инге было неловко разговаривать с этой строгой женщиной.

- Думает она… - проворчала врач, закрывая журнал, подложив в него ручку вместо закладки. – Ну, давай посмотрим, что с твоей головой. Садись сюда.

Инга, опешив от неожиданного перехода на «ты», покорно села на указанное место.

- Вытяни руку и коснись указательным пальцем носа, - велела врач. Инга сделала, как ей велели.

- Сознание теряла? Голова болит?

- Теряла. Кажется, не болит, - Инга прислушалась к себе – и правда, не болит.

- Тошнит?

- Нет, - Инга помотала головой.

Врач пощупала затылок Инги и недовольно скривилась.

- Все с тобой в порядке. Даже шишки нет. Ходят тут, от работы отвлекают, - пробурчала женщина, вновь уселась на свое место и открыла журнал.

- Чего уселась-то? Иди, давай, не мешай мне, - врач хмуро уставилась на все еще сидевшую на стуле девушку.

- Мне бы справку… - Инга замялась, не зная, что еще сказать.

- Какую еще справку? Иди, говорю, будешь мне еще тут голову морочить! Пропускают занятия, а потом ко мне бегут!

- Но я действительно упала! – от несправедливых обвинений на глазах Инги выступили слезы.

- Ты здорова! Голова не болит, не тошнит, координация не нарушена! Никакой справки я тебе не дам! За справкой – в поликлинику! Иди, и не мешай работать!

Инга в слезах выскочила из кабинета. Очень хотелось нахамить этой женщине, но природная вежливость и незлобивый характер не дали этого сделать. Единственное, что девушка себе позволила – погромче хлопнуть дверью кабинета.

Вернувшись в общежитие и не застав там Ирину, Инга решила прилечь. Видимо подруга, обещавшая дождаться, ушла в столовую без нее. Есть не хотелось, навалилась неожиданная усталость, так что девушка предпочла еде сон. В конце концов, Ирка с пустыми руками из столовой никогда не возвращалась, принесет уж что-нибудь подруге.

С этими мыслями Инга задремала. Через какое-то время девушка сквозь сон услышала шорох. Она распахнула глаза и прислушалась. Сначала, кроме стука сердца, она ничего не услышала и решила, что ей показалось. Но шорох повторился. А затем и вовсе чей-то хриплый голосок произнес:

- Опять намусорили, дурынды. Ходи, подбирай за ними! Никакой благодарности! Одна вечно все разбрасывает, другая мусорит. У, разлеглась!

Инга онемела. Тело сковало ужасом. Она боялась даже пошевелиться, чтобы взглянуть на говорившего.

- Вот скажу Аглае, она вам в еду своей настойки плеснет, будете знать! – не умолкал ворчун, шебурша у стола. – А нужник закрою!

Подобную угрозу Инга уже не могла стерпеть. Она села на кровати и уставилась на стоящего к ней спиной…мужичка. Весь покрытый бурой шерсткой, ростом ей где-то по колено, он маленьким веником выметал из-под стола видимые только ему крошки. На нем была ладно скроенная расшитая цветными нитками белая рубаха, коричневые штаны и маленькие, искусно сплетенные лапти.

- Ты кто? – хрипло спросила Инга, рассматривая неведомое существо во все глаза.

Мужичок подпрыгнул от неожиданности и обернулся. У него было заросшее шерстью лицо с носом пуговкой и черными блестящими глазками. Он огляделся по сторонам, но заметив, что Инга смотрит прямо на него, начал медленно отступать под стол, выставив перед собой веник.

- Это чавой-та? А? Это как это? Ты меня видишь что ль?

- Ну, допустим, вижу, - согласилась Инга. – А что? Не должна?

- Да как же так-то? – воскликнул мужичок. – Ясен-красен, не должна!

Инга слезла с кровати и села на пол, чтобы быть вровень с этим странным созданием.

- Так кто ты? – повторила она вопрос. – Не бойся, я тебе ничего не сделаю!

- Вот еще! Чтобы Фомич боялся какой-то… - раззадорившийся мужичок зажал себе мохнатым кулачком рот и затих.

- Фомич, значит, - протянула Инга и улыбнулась. – Ты забавный. На банника похож.

- Никакой я не банник! – воскликнул Фомич и упер кулачок в бок, второй ручкой продолжая держать впереди себя веник. – Я домовик!

- Домовик? Домовой что ли?

- Не домовой, а домовик! – поправил Фомич. – До чего отсталый народ пошел. Никаких тонкостев не разумеют! – посетовал он.

- Прости. Домовик, так домовик, - смиренно согласилась девушка. – А что ты тут делаешь?

- Не видишь разве? Порядок навожу! В дому порядок надобен! А вы, хоть и девки, а порядку в дому не знаете!

- Как не знаем? Пол моем через день. Пыль протираем… иногда.

- Вот! А надо кажный день! Потому я хожу и за вами прибираю.

- Слушай, Фомич, а почему я тебя раньше не видела?

- Откель мне знать? Я обычно прихожу, когда вы спите, али шастаете где, - пожал плечами мужичок и опустил, наконец, веник.

Глава 6

– А кто это тут сидит голодный? – весело произнесла Ирка, входя в комнату и протягивая подруге пакет с выпечкой.

Инга благодарно приняла пакет и принялась разворачивать промасленную бумагу, в которую были завернуты пирожки из столовой.

Она вынула еще горячий, истекающий маслом пирожок и наслаждением откусила кусочек. Из-под кровати раздалось едва слышное недовольное пыхтение. Инга вздрогнула; бережно, стараясь не сыпать крошки, завернула надкусанную выпечку обратно в бумагу и понесла все к столу. Ирка, пытавшаяся выхватить один из пирожков, обиженно надулась, получив по протянутой руке.

- Ты чего? – недовольно пробурчала она.

- Иди за стол есть. Нечего тут бардак разводить, - менторским тоном произнесла Инга, наливая чай.

- С каких это пор ты стала такая правильная? – удивилась подруга, но послушалась.

- Просто убиралась сегодня, вот и заметила, что у нас грязно, - осторожно произнесла Инга, косясь на свою кровать. Вроде домовик не возражал, что его заслуги девушка присвоила себе.

- А, вот оно что. Ну ладно, я тогда окна помою, что ли… - задумчиво сказала Ирка, прихлебывая чай.

- Отлично, а я пока в библиотеку сбегаю. Тебе там нужно что-нибудь?

- Нет, - пожала плечами Ирка.

Быстренько доев, Инга отправилась за необходимыми книгами. Возвращаясь нагруженная учебниками, она заметила в вестибюле стайку однокурсниц, окруживших двух парней. Подойдя ближе, она увидела, что один из молодых людей Олег, а второй – едва не прибивший ее дверью незнакомец.

Парни тоже ее заметили. Инга посетовала было про себя, что вечно встречает Олега не "при параде", но тут же выбросила эту мысль из головы, так как он уже шел ей навстречу.

- Привет, Инга! Ты, как всегда, вся в учебе? – ухмыльнувшись панибратски, похлопал ее по плечу Олег.

- А ты, как обычно, развлекаешься? Когда ты успеваешь учиться, не понимаю? – покачала головой Инга.

- О, это мой великий секрет! – девушки за его спиной захихикали, преданно глядя на своего кумира.

- Кстати, познакомься, это Серега. Будет учиться в нашей группе, - Олег указал на стоящего рядом парня.

- Да мы уже, в некотором роде, знакомы, - подмигнул Сергей, а Инга скривилась. Это прозвучало двусмысленно, и Олег тут же насторожился:

- Когда это вы успели? – показательно нахмурился он, почувствовав небольшой укол ревности. Олег давно догадывался, что девушка к нему неровно дышит, это тешило его самолюбие, поэтому он порой вел себя как собака на сене: и сам не "ам", и другим не дам.

- Столкнулись в коридоре. Неудачно, - отмахнулся Сергей. Инга промолчала, поудобнее перехватив стопку книг.

- Давай помогу, - Олег решил привлечь к себе внимание рыцарским жестом. Едва его рука коснулась руки девушки, Инга вновь окунулась в водоворот картинок.

Олег обнимает со спины какую-то девушку. Она разворачивается и целует его. Между ними знакомая черная пульсирующая нить, конец которой уходит в туман. Картинка гаснет, и на смену ей является новое видение. В туманной дымке борются два человека – Олег и незнакомый мужчина. В какой-то момент незнакомец достает нож и вонзает его в живот Олегу. Тот падает, картинку заволакивает туман. И вновь – Олег и девушка. Нить пульсирует, опутывая этих двоих. Инга тянет руку, чтобы вмешаться, но что-то ее отталкивает, и Инга вываливается из видения.

- Эй! Ты что творишь?! – Инга услышала злобный голос Олега, еще не вполне придя в себя от увиденного. С трудом открыв глаза, она заметила, что за руку ее держит Сергей, закрывая собой от разъяренного парня.

- Извини, мне показалось, что девушке стало плохо. Инга, ты как? Все в порядке? – нарочито громко произнес Сергей, и едва слышно, так чтобы услышала только девушка, прошептал:

- Нам нужно поговорить.

Инга кивнула. Увиденное напугало ее, а Сергей рассердил тем, что не дал спасти Олега. Похоже, парень в курсе, что с ней происходит, так что поговорить определенно стоит. И высказать ему все, что она о нем думает. Надо же, только познакомились, а он уже лезет, куда не просят!

- Инга? – позвал Олег молчащую девушку.

- Мне правда что-то нехорошо, голова закружилась. Я, пожалуй, пойду, - Инга для вида слегка покачнулась.

- Я провожу, - безапелляционно заявил Сергей, забирая у нее из рук стопку книг. – Тем более, причиной головокружения невольно явился я.

- В каком это смысле? – насупился Олег.

- Я приложил ее сегодня дверью по голове. Нечаянно, - весело произнес Сергей, а однокурсницы, все это время наблюдавшие за разворачивающейся сценой, засмеялись.

"Ну все, теперь весь семестр надо мной будут потешаться! Пока другого повода не найдут" – невесело подумала Инга и тихонько прошептала Сергею:

- Я тебя ненавижу! – тот лишь усмехнулся в ответ.

- Я тоже пойду. Вдруг ты по дороге с нашей Ингусей еще что-то сделаешь? – неожиданно развязно сказал Олег, а девушки за его спиной вновь захихикали.

"Да что же это такое!" – мысленно посетовала Инга, а вслух произнесла:

- Не стоит, Олежек, со мной все будет в порядке. У тебя и так дел полно, - она кивнула на однокурсниц. - А Сергей пусть отрабатывает нанесенный вред.

Она направилась прочь из вестибюля библиотеки, даже не посмотрев, идет за ней Сергей или нет. Парень догнал ее почти у самых дверей.

- Предлагаю пойти в парк и там поговорить, - предложил Сергей. Инга кивнула.

Найдя в парке свободную скамейку вдалеке от любопытных глаз, Сергей жестом предложил девушке присесть.

- Почему ты меня оттолкнул? – пробурчала Инга. Пока они шли, запал угас, и ругаться уже не сильно хотелось. Однако, она не могла позволить ему вмешиваться не в свое дело.

- А он стоит того? – вопросом на вопрос ответил Сергей. – Что ты видела? Ты ведь что-то видела?

- Я видела, как Олега убили. Это… неприятно, - Инга поморщилась.

- Так значит ты смертница, - Сергей кивнул, как будто раньше только догадывался, а теперь подтвердил свою догадку.

Глава 7

- Разговор окончен! – припечатал Анатолий Всеславович, вставая из-за стола. Сергей никогда еще не видел отца таким разгневанным. Он совсем не ожидал, что разговор об Инге закончится именно так.

Субботнее утро началось, как было заведено, с завтрака всей семьи Вишняковых.

- Как дела в институте? – спросил отец, когда все немного насытились.

- Нормально.

- А девочек в группе много? – подала голос мама. Наталья Евграфовна, как всякая любящая мать сына, очень переживала, что он до сих пор не привел в дом девушку. Сама она вышла замуж довольно рано – в двадцать один. Они с отцом были ровесниками, дружили со школы, и, как только стало возможно – сразу же поженились.

- Много, мама, - нехотя произнес Сергей, мысленно готовясь к очередному разговору о его личной жизни.

- Тебе кто-нибудь понравился?

- Мама! Я всего неделю, как отучился. Я еще толком никого не знаю. Хотя… - Сергей решил, что более удачного момента для разговора об Инге сложно подобрать.

- Хотя? – тут же заинтересовалась Наталья Евграфовна.

- Я познакомился с одной сокурсницей. Она симпатичная. Зовут Инга. И, папа, у нее есть Дар!

В столовой воцарилась тишина. Отец отложил приборы и пристально взглянул на сына:

- Дар? Ты уверен? Из чьей она семьи? Что-то я не припомню никого с таким именем.

- Она не из нашего города. Инга - стихийница.

- Стихийница? – поморщился отец. Он не признавал «стихийников» - тех, чей Дар не был унаследован, а получен случайно. – И что за Дар ей достался?

- Кажется, Дар Смерти.

- Час от часу не легче! – воскликнула мама. Сама она Даром не обладала, но была из достаточно богатой семьи с хорошей родословной, чтобы компенсировать этот «недостаток». И, как член семьи, она была в курсе всего, что происходит в тесном мире одаренных.

- Смертница? – глаза отца потемнели, как знак того, что он начал злиться. – Зачем ты с ней общался? Ты ведь знаешь, как они могут быть опасны? Как много ты успел ей рассказать?

- Я ничего ей не рассказывал! Как раз хотел пригласить ее на ужин и ввести в наш круг.

- И речи быть не может! – рубанул рукой по воздуху Анатолий Всеславович.

- Но почему? Она совсем неопытная, и, я так понял, только недавно обрела Дар!

- Почему? – вскрикнул отец. – И ты еще спрашиваешь, почему? Чему я тебя учил столько времени? Ни одна из них никогда не переступит порог этого дома!

- Отец!

Мама благоразумно промолчала, провожая глазами уходящего в кабинет мужа. Она положила ладонь на плечо вскочившего Сергея, не давая ему возможности ринуться вслед за отцом.

- Дай ему остыть! Ты же знаешь его характер.

- Мама, ну хоть ты ему скажи! – обиженно протянул Сергей, садясь обратно. – Инга ничего плохого никому не сделала! Она даже пыталась спасти однокурсника, и, если бы я не помешал…

- Боже, Серёжа! Ну, куда ты полез? А если бы она тебя выпила?

- Она ничего не знает… - Сергей наклонил голову, лишь бы не смотреть матери в глаза.

- Она могла бы сделать это случайно, ведь так? – ласково произнесла Наталья Евграфовна, гладя по голове такого взрослого, но еще не слишком мудрого сына.

Сергей нехотя кивнул.

- Мы могли бы ей помочь! – воскликнул он. – Рассказали бы все, она бы не стала как… - он осекся, не решаясь назвать запретное в семье имя.

- Сынок, я понимаю, что ты желаешь девочке добра. Но у каждого свой путь. Как знать, вдруг это, наоборот, склонит чашу весов в сторону зла?

- И что ты предлагаешь? – хмуро спросил он после минуты тишины. – Оставить все как есть? Но ведь скоро инициация. Она останется один на один со своим Даром. А если он ее убьет?

- Да, я бы сделала именно так, - кивнула мама, но увидев протест в глазах сына, продолжила:

- Но ты упрямец, как и твой отец, поэтому дождись, когда он придет в себя и поговори еще раз. А лучше, привлеки к разговору дедушку, - она хитро подмигнула сыну и он, наконец, улыбнулся.

Время до обеда тянулось слишком медленно. Сергей пытался себя чем-то занять, но все валилось из рук. Он мерил шагами свою комнату, потом садился к компьютеру, бездумно рыскал в интернете, потом опять вскакивал.

Отец к обеду так и не спустился и от предложенной еды отказался.

- Он сильно зол, - сказала мама, спускаясь с нетронутым обедом. – Может, ты поговоришь с ним завтра?

Сергей лишь мотнул головой и сам пошел к отцу. Постучавшись и не дождавшись ответа, он толкнул дверь и вошел в кабинет. Анатолий Всеславович сидел лицом к окну в большом кожаном кресле и делал вид, будто не замечает замершего на пороге сына.

- Пап, давай поговорим, - осторожно попросил Сергей, входя и прикрывая за собой дверь. Он прошел вглубь комнаты и сел на стул напротив.

- Я уже все сказал. И ты тоже. Мне очень жаль, что я потратил на тебя столько сил и времени, но все оказалось впустую, - с горечь произнес отец, не глядя на сына.

- Ну почему ты так категоричен? – воскликнул Сергей, вскакивая.

- Ты знаешь, почему.

- Но, пап! Она правда хорошая, я хочу ей помочь!

- Откуда ты знаешь? Вы знакомы без году неделя! Я тоже был хорошего мнения о своем сыне, и что теперь я вижу?

- Вот так ты, значит, ко мне относишься, да? Один промах и всё – ты во мне сразу разочарован? Я ведь всегда делал так, как правильно для тебя! Ты сказал, что я должен быть рядом в момент инициации – и вот я бросаю все и приезжаю, перевожусь в новый институт! Мне скоро двадцать, а я до сих пор не принял ни одного самостоятельного решения!

- Так вот что тебя задевает? Что ты еще слишком мал? Что нужно прислушиваться к старшим, которые во много раз опытнее тебя? Тебе нужна свобода без ограничений? Хочешь сам принимать решения?

- Да, хочу! Хочу, чтобы к моим желаниям прислушивались! Что меня ждет потом? Жениться на той, кого укажешь мне ты? Работать там, куда ты меня пошлешь?

- Что в этом плохого, я не понимаю? Разве мы с матерью указываем тебе неверный путь? Но нет, тебе хочется бунта! Что за подростковый максимализм? Ты знал, что тебя ждет. Я всегда был предельно честен с тобой.

Глава 8

Инга сладко потянулась, но вставать не спешила. Соседка уже убежала на лекции, а у неё самой занятия в расписании стоят после обеда, так что можно подольше полежать. Она взяла с прикроватной тумбы книгу и только углубилась в чтение, как снизу раздался знакомый ехидный голосок:

- Ишь, лежебока! Поздняя птичка глаза протрёт, а ранняя уж песенку споёт!

- Здравствуй, Фомич! – обрадованно воскликнула Инга, отбрасывая книгу и заглядывая под кровать.

- И тебе поздорову, коль не шутишь! – степенно поклонился домовик, неожиданно появляясь перед Ингой. После он вытащил из воздуха свой неизменный веничек и принялся мести пол. Девушка с улыбкой наблюдала за мужичком, который искал и не находил мусор.

- Чавой-та чисто у вас тут, – произнёс он, задумчиво глядя на Ингу. – Никак за ум взялись?

- Взялись, Фомич, еще как взялись, - сказал она, посмеиваясь над недоумением домовика.

На выходных Ирка уехала к родителям. Инга тоже хотела навестить своих, тем более сама себе в прошлый раз пообещала, да и не виделись уже давненько. Но, после звонка маме, пришлось отказаться от этой затеи: отцу выдали путевку в санаторий на неделю, так что родители укатили отдыхать, оставив свое небольшое хозяйство на соседку. Навещать пустой дом желания не было, поэтому Инга осталась в общаге. Делать было решительно нечего, скука одолевала, и Инга изъявила желание провести генеральную уборку. Что и воплотила с успехом в жизнь.

- Ох, молодец, девка, - восхитился Фомич. – Ну, ежели работы мне сегодня нет, так я пойду.

Он уже сделал шаг по направлению к кровати, но Инга его остановила:

- Погоди! Хочешь чаю? Я в кондитерской вкусных рогаликов купила, будешь?

- Чаю? Отчего же не испить, коль от души предлагаешь. Согласный я.

Пока грелся чайник, домовик придвинул к столу табурет, влез на него, достал откуда-то малюсенькую чайную чашку с блюдцем и стал степенно ожидать, пока Инга нальет ароматный чай и подаст ему угощение.

Дождавшись, пока Фомич наестся, Инга задала давно мучивший ее вопрос.

- Как ваш больной поживает? – невинно поинтересовалась она, когда домовик сделал последний глоток чая.

Он подавился от неожиданности, но быстро справился с собой и даже не закашлялся.

- Какой-такой больной? - Фомич сделал вид, что не понимает вопроса.

- Ну, тот, которому лекарь нужен был. Кажется, я смогу вам помочь.

- Чем же? – нахмурился домовик.

- Я нашла лекаря. Но, чтобы его уговорить, мне нужно больше информации.

- Благодарствую за чаёк, да за угощение. Пойду я. Про лекаря старшим обскажу. Коли решат помощью твоей воспользоваться – так тому и быть, - Фомич резво соскользнул с табурета и исчез из виду не прощаясь.

- И тебе до свидания, - протянула Инга в пустоту.

До занятий ещё было время, так что Инга решила прогуляться по парку. Идя по дорожке между деревьями, почти сбросившими свой яркий наряд, она повторяла лекции для предстоящего занятия.

Инга так увлеклась, что вздрогнула, когда ее окликнули:

- Девушка, не поможете встать?

На скамейке, мимо которой она шла, сидел пожилой мужчина. Он одной рукой опирался на трость с искусно выполненным набалдашником в виде змеи, а другую протягивал к ней. Она машинально шагнула к нему и взяла его за руку.

В этот раз калейдоскоп картинок просто погреб ее под собой. Они сменялись с такой скоростью, что она едва успевала вычленить на них этого человека. Наконец, перед глазами замерла сцена, где сидящий в кресле мужчина в забытьи прикрыл глаза, уже не в силах сопротивляться всепоглощающей боли. Одна его нога покоилась на специальной подставке, обмотанная бинтами. Но даже сквозь них Инга видела сжирающую конечность черноту. Она расползалась по венам, неся за собой невыносимую боль. Паутина черных пятен, поднимающихся от ноги, почти добралась до сердца - болезнь готовилась нанести решающий удар. Натянутая пульсирующая нить от старика к Инге завибрировала, и девушка, не раздумывая, протянула к ней руку.

- Эй, тебе плохо? – спросил кто-то, придержав от падения Ингу за локоть.

Наваждение схлынуло. Девушка озадаченно распахнула глаза – перед ней стоял молодой человек, наверное, студент старших курсов. Лицо парня ей было не знакомо, но разве она должна знать всех учащихся института? Краем сознания она отметила необычную брошь на его свитере - змею кусающую себя за хвост, но не придала этому значения.

- Ты не видел здесь дедушку? – спросила она, оглядываясь, но старика и след простыл.

- Нет, я только тебя заметил. Ты чуть не упала. С тобой все в порядке? – озадаченно посмотрел на нее парень.

- Да, спасибо за помощь. Со мной все хорошо, - она все еще не могла прийти в себя. У нее что, галлюцинации? Новое проявление Дара? Что это было, черт возьми?

- Не за что, - неуверенно протянул парень. – Ну, я пойду?

- Да-да, конечно. Еще раз спасибо, - она отмахнулась от нечаянного помощника и села на скамью. Парень пошел прочь, иногда оглядываясь на странную девушку через плечо.

Взглянув в задумчивости себе под ноги, Инга заметила небольшие углубления в почве. Будто палочкой тыкали. Или… тростью?

Девушка провела руками по лицу. Показалось или нет? Что за ерунда? Чьи-то глупые шутки?

Неожиданно спохватившись, Инга взглянула на часы на здании института. Она же безбожно опаздывает! Вскочив с лавочки, девушка опрометью бросилась на занятия. Пробегая мимо ушедшего вперед парня, она услышала, как он говорит кому-то по телефону:

- Я принял решение. Она может прийти.

Выбросив странного парня из головы, она на последних минутах влетела в аудиторию. Слава Богу, успела! Николай Станиславович был бы очень недоволен ее опозданием.

После занятий ее на выходе из института догнал Сергей.

- Привет! – поздоровался он, махнув рукой.

- Привет! – улыбнулась она ему в ответ.

- Что ты делаешь завтра вечером? – хитро прищурившись, спросил Сергей.

- Даже не знаю, - протянула она. – А какие есть предложения?