Смерть - это только начало

Пролог, Глава 1-10

ПРОЛОГ

           Наконец этот длинный день закончился и можно лечь в постель, расслабиться, почитать лёгкую, фантастическую, возможно, эротическую историю о любви, приключениях, а потом сладко заснуть. Но стоило голове коснуться подушки, я решила обойтись без любовных романов, слишком устала и с блаженством вытянулась на кровати, закрывая глаза, и тут раздался… Дзинь-дзинь. «Убью, просто кого-нибудь убью».

– Алло, – я устало ответила в трубку телефона.

– Юлечка, на даче холодно, и мы с папой решили вернуться домой, – «а мне что делать?».

– Мама, а раньше это решить никак нельзя было или похолодало только сейчас? Уже 10 часов вечера и я почти сплю, – только мои родители на такое способны! У меня глаза слипаются, начальница попросила выйти завтра пораньше на работу, а тут на тебе. На дачу и обратно – это 40-50 минут как минимум!    

– Ну, доченька, ты моя хорошая…

– Ладно, мама. Буду через 20 минут, – если маму не остановить вовремя, она начнет канючить и вспоминать, как они с папой мне помогают и всё таком духе, бррр, бесит. Но если не поеду, то завтра всё будет ещё хуже. Пришлось переодеваться, схватить сумку с документами и ключи от машины. Закрыла двери и побежала вниз по ступенькам ухоженного подъезда советской пятиэтажки.

– Снова привет, красавица! Мои родители не дают отдохнуть ни тебе, ни мне.

Моя красавица – Opel Omega вишнёвого цвета стояла рядом с подъездом под райской яблоней. Люблю свою девочку, правда, если она ломается, я, как нормальная женщина, звоню механику Вите, и он решает любые проблемы. Я, конечно, могу открыть капот, клеммы подергать, незамерзайку залить, проверить уровень масла, но на этом мои познания и авто навыки заканчиваются. Говорю же, что я нормальная молодая женщина двадцати пяти лет, работаю экономистом на заводе, не замужем, так как еще не встретила того единственного, с которым хотелось бы прожить всю свою жизнь.

            Но, вернемся к даче. А на улице действительно похолодало. Лужа рядом с машиной покрылась льдом. Одно неосторожное движение, и я поскользнусь.

– Надо ехать внимательно и осторожно.

Моя красавица с тихим урчанием бодренько отозвалась на любимой волне, весёлые ритмы Maroon 5 немного подняли настроение. Я люблю водить – чувствовать адреналин. Совершать маневр при перестроении на грани. Хоть в это время машин на дорогах нашего города немного, но скоростной режим нарушать я не собиралась. Вот выеду на кольцо, там и разогнаться можно, а пока есть время насладиться красотами города. Вечером много огней, он чистый и спокойный. Пока ещё холодно, но весна потихоньку вступает в свои права. Вот и выезд на кольцевую дорогу, перестраиваюсь в третий ряд, можно и разогнаться, дорога вроде сухая, но ехать быстрее не рискую. Мимо мелькают частные коттеджи, черные поля, темные непроглядные лесные полосы. Перестраиваюсь и снижаю скорость, скоро поворачивать. Руль вправо, но машина только слегка сдвинулась, колеса скользят, тормоза не срабатывают. Главное не паниковать, но повернуть так и не получается. Проехав поворот, скольжу по полосе разгона, приближаясь к оврагу по правой стороне дороги. Руль влево, но машина не реагирует и едет прямо в овраг, снова кручу руль влево, но ничего не меняется. В овраге снег и одинокие деревья, теперь главное не врезаться в то, что стоит прямо на моём пути. Но до него даже не успеваю доехать, резкая остановка, удар о руль и темнота.

ГЛАВА 1

            Вас когда-нибудь били ногами? Меня – нет. Но именно так я себя ощущала, открыв глаза – тщательно избитой ногами. При этом больше всего досталось моей голове, она просто раскалывалась. Глаза то я открыла, но увидев лишь пелену, закрыла. Попыталась изменить положение головы, но это только усилило боль, и я снова провалилась в темноту.

            Не знаю, сколько времени пролежала без сознания, меня потревожили звуки. Я слышала голоса, но они были так далеко, что слов не разобрать. Голова болела меньше, в теле чувствовалась легкость. Открыла глаза и увидела белый матовый потолок, он светился мягким светом, стены рассмотреть не удалось, похоже помещение было большим, а я где-то в середине.

           «Наверное, я в больнице». «Полное восстановление», – услышала в голове, а может просто показалось. «Пить хочется». Рядом раздался негромкий звук, и губ коснулась трубочка. Втянула, в рот попала прохладная жидкость с легким лимонным вкусом.  Сделала несколько глотков, на большее сил не было. «Спасибо», - снова легкий звук. Закрыла глаза, попыталась пошевелить рукой или ногой, получалось плохо. Я как будто находилась в киселе, точнее моё тело, а голова на поверхности. Рядом раздался звук, как у электрички, когда двери открываются или закрываются, и в поле зрения попадает парень. Длинные чёрные волосы заплетены колоском на висках, далее сплетаются в более толстую косу, а из всего этого великолепия торчат острые кончики ушей совсем как у…

– Дроу, – мой голос был тихим, его ушки дернулись, и парень повернулся ко мне.

– Обычно говорят «Эльф», – я просто зависла, его лицо было не совсем лицо. Ну, в смысле было лицо, но не такое как у людей. Глаза, нос, губы, всё как у нас, но при этом оно не было похоже на человеческое. Чёрная челка закрывала высокий лоб прямо до глаз. Глаза голубого цвета, большие и раскосые, без ресниц, с темно-синим зрачком, расположены ближе к вискам. Нос как у негра, простите, афроамериканца, полные губы в широкой улыбке. Пожалуй, лицо было необычное, но симпатичное, хотя и немного надменное из-за бледности кожи. На нём был комбинезон с разными нашивками, который плотно облегал неплохо подтянутую фигуру. Красный крест, который говорил о его причастности к медицине, был и на груди, и на предплечье.

Глава 11

На Назге была ночь. Тысячи ярких звезд встречали нас, и только где-то там за горизонтом появлялись блики, готовясь к рассвету. Будет ли он так же прекрасен как в моём сне? Что принесет мне новый день?

            Нас поставили в несколько рядов. Я, освободившись от девчонок, спряталась сзади. Мы стояли на большой площади, справа выстроились назгулы. Впереди Стронгвил и Неостан, рядом Миргон и дальше по рангу. Военная форма назгулов впечатляла, она подчеркивала фигуры. Эмблема теперь занимала правую половину кителя, и при движении руки она оживала. Казалось, что вот сейчас когти разорвут ткань и начнут кромсать тело. От здания к нам приближалась процессия мужчин и женщин, но из-за разволновавшихся девушек рассмотреть что-то уже не могла.

– Юля, – от попыток что-то разглядеть меня отвлек Бормир.

– Что?

– У меня нехорошее предчувствие, – тут раздались громкие крики назгулов, приветствуя отца Неостана.

– С чем оно связано? – чтобы лучше слышать Бормира, мне пришлось прижаться к нему спиной.

– Нас встречает Император с дочерью и ближайшими соратниками, – ему виднее, он выше на целую голову, – слишком все торжественно.

– Чем это мне может грозить? – паника поднималась из глубины, но тут в просвет увидела Стронгвила. Он стоял прямо, но расслабленно, легкая улыбка на лице, слушал речь Императора, – Стронгвил уверен, что я в его каюте, а остальное не важно.

            Бормир хотел еще что-то сказать, но следующие слова императора остановили его:

– Стронгвил, я рад, что моя дочь ответила согласием на твое предложение. Я не хочу заставлять её ждать, – повисла многозначительная пауза, – сегодня командор Стронгвил и принцесса Неорила соединят свою судьбу. Командор «Безликого когтя» примет молодую найру. Да будет Великий Праздник! – громкие крики сотрясали воздух. Пальцы Бормира крепко сжали меня за плечи. До меня медленно стало доходить: «добровольной жертвой награждают отличившихся во время празднеств». Повернулась к Бормиру, он был бледен:

– Вот этого я и боялся, – потом посмотрел в сторону. Я последовала за его взглядом. Похоже, все серые мышки спрятались в задних рядах, но за каждой стоял назгул. Как будто по команде назгулы стали расплетать волосы девушкам. Пальцы Бормира разбирали мою косу, а слезы заполняли глаза, сдержать их не смогла, и они медленно потекли по щекам. Теперь я знала, что приготовил мне этот день, и что мне осталось жить совсем не много. Я смотрела на Бормира, прощаясь, пытаясь взглядом выразить благодарность, что в такой момент он рядом со мной. Ладонью вытерла слезы:

– Приглядывай за Оксаной и Далилой, – он ничего не ответил, только приложил руку к груди и кивнул.

– Добровольная Жертва! – Бормир встал впереди меня и сделал несколько шагов, раздвигая девушек в стороны, остановился и, повернувшись ко мне боком, снова приложил руку к груди.

            Теперь я видела всё, Императора и всю процессию, но больше всего меня заворожило лучи поднимающегося Огна за их спинами. Луч солнца коснулся земли, он как будто освещал мой путь. Я сделала первый шаг, позволяя лучу коснуться ткани платья. Луч Огна скользил по моему телу все выше и выше с каждым маленьким шажком. Остановилась только тогда, когда Бормир оказался за моей спиной. Еще раз порадовалась, что он рядом, хоть какая-то поддержка. Справа мигнул большой экран, и на его поверхности появилось изображение четырех девушек. Три незнакомки выглядели одинаково: страх и паника в глазах, а в моих глазах, слегка покрасневших от слёз, была обречённость. Неужели я сдалась?! Внимательно всматривалась в своё изображение, замечая малейшие изменения в своей внешности: от слёз цвет глаз стал зеленее, оттеснив серый к ореолу. Из глаз ушла обреченность, на ее место пришла решимость, которую дополнили легкий румянец и милая улыбка. Вот такой ты мне больше нравишься, Юлечка!

            Я настолько отвлеклась от реальности, что вздрогнула, когда меня кто-то толкнул. Рядом стояла одна из трех незнакомок, блондинка моего роста. Она настолько была деморализована, что назгулу приходилось держать ее под мышки. Стоило к нам присоединиться еще двум девушкам, тут же подъехало небольшое транспортное средство. Двери открылись прямо напротив нас, и назгулы стали передавать девушек из рук в руки другим назгулам, находившимся внутри. Резко повернулась к Бормиру, он все также стоял с рукой, прижатой к груди. Положила свою поверх его и, глядя прямо в грустные глаза, сказала:

– Помни то, что я показала тебе и знай, что только ТЫ можешь сделать свою жизнь полной счастья и любви, – сжала его холодную ладонь и быстро вошла внутрь. Внутри стояли четыре кресла, три из которых были заняты девушками: одна сидела, свернувшись калачиком, две другие рассматривали транспортное средство. Размеры его были небольшие, кроме кресла оставался небольшой проход. На стенах четыре больших окна, наличие водителя технически не запланировано. Подошла к окну, из которого была видна вся площадь. Увидела Гвистрона, Стронгвила и Неостана. Никто из троих не ожидал такого. Они переговаривались, наверное, ругались, что было понятно по их злым лицам и грубой жестикуляции. Интересно, как звучит назгульский мат? Что за глупости лезут мне в голову? Я должна думать о себе, о том, что будет дальше, а не о назгулах, которые сделали мне так больно. Мини-автобус, так его назовем, начал плавное движение. Гвилстрон дернулся в мою сторону, но стоявший рядом с ним Мирбор остановил его.

– Займи своё место, – сказал назгул, который стоял рядом со мной, указывая на свободное кресло. Спорить не стала. Удобно уселась, закрыла глаза, стараясь по максимуму расслабить мышцы. Мини-автобус двигался тихо, да и беспокойная ночь дала о себе знать, я не то чтобы задремала, а полностью ушла в себя. Через какое-то время чья-то рука несильно сжала плечо. Медленно открыла глаза. Мы остановились, и в открытые двери мини-автобуса стали выходить девушки, каждую провожал назгул до входа в здание. Вложила свою руку в протянутую ладонь и вышла. Ноги коснулись черных плит с блестящими крапинками. Улыбнулась, в очередной раз убедившись, что в моём сне были реальные места Назга. Только на этот раз вокруг были слышны тихий людской гомон и шум техники. Стоявшее передо мной здание было длинное и одноэтажное. Двери бесшумно открылись. Назгул отпустил мою руку, давая понять, что остается снаружи. Я вошла в небольшой коридор и, как только закрылись двери за мной, открылись двери впереди. Я медленно зашла в большое помещение, заполненное девушками и молодыми женщинами, и не сразу поняла, что здесь не так. Да, одежда у них непривычная для меня, движения скованные, напряженные, взгляды обреченные, как у меня на экране. Но самым страшным была – тишина. Это было неестественно и неправильно. Нас если двое, то это тихая беседа, если четверо, то уже базар, а тут нас двадцать или тридцать, а в комнате ни звука, только зловещая тишина. Она давила на тебя, заставляя терять самообладание и веру. Пробираясь между креслами и диванами, расставленными по всему помещению, старалась забраться в самый дальний угол, спрятаться. Быстро нашла свободное кресло, но мне не сиделось. Волнение, страх неизвестности не давали расслабиться. Стала ходить туда-сюда, насколько позволяла свободная площадь вокруг. Туда-сюда, всё быстрее и быстрее.