Смерть Идола

I. ДО ТОГО, КАК Я УМЕР

«Если у тебя есть силы сдаться, значит ты можешь двигаться дальше»

— Девин, чёрт возьми. Выключи своего робота!

— Сейчас! Он снова сбился с курса.

Парящий робот-прислуга врезался в стол и снёс с него стопки с бумагой. Кругом был сплошной беспорядок из-за хаотичных механичных движений. Девин наконец схватил робота, повернул лицом к себе и приложил большой палец к его верхней панели. Система считала его отпечаток, и робот мгновенно перешёл в спящий режим. В комнате повисла тишина.

— Ты зачем снова его включил? Он какой-то бракованный, — возмущенно спросил Клифф Маккензи, главный инженер на корабле и по совместительству — гид Девина на этом космическом судне.

— Я просто хотел, чтобы он принёс мне поесть с кухни, — Девин был настоящим примером человека нового времени. Он не привык самостоятельно действовать и распоряжаться собой, потому что дома, на планете Гитери, вся работа, даже самая незначительная, возложена на плечи миллионов роботов, отчего абсолютному большинству людей не приходится ничего делать.

Девину приходилось уживаться с теми немногими, кто до сих пор не только лишь существует, но и созидает. Учёные, которых осталось не так много, трудились на благо Доктрины. У каждого из них в голове около виска находилось отверстие для использования Системы Ускоренного Получения Знаний, она же СУПЗ. Само устройство выглядело как небольшой черный куб, внутри которого был толстый провод и маленький компьютер для вычислений. Всё работало довольно-таки просто — в это самое отверстие ввинчивался провод, который передавал напрямую в мозг нужные знания. Каждое слово или число, внесённое в СУПЗ, программировалось с помощью встроенного компьютера в несколько разных параметров, таких как ток, который воздействует на мозг с разной интенсивностью, а также множество вибраций и звуков. Обычным людям вживление таких технологий было запрещено, тогда как каждый без исключения человек, занимающий хоть сколько-то значимый пост, обязан был «вывести свой разум на новый уровень». Так говорилось в агитациях Доктрины, единственной и неоспоримой правящей силы на планете.

— Чтоб тебя. Из-за таких лентяев, как ты, мир на полной скорости мчится на станцию «Средневековье», — злостно рявкнул Клифф.

— Извини, я не привык к тому, что приходится делать всё самому, — Девин убирал беспорядок после своего робота.

— Как ты вообще пронёс этого робота сюда? Техника безопасности запрещает их использование в космосе.

— Может и так, но контролер, проверявший меня, не особо интересовался тем, что я провожу. Думаю, я просто счастливчик по жизни, вот мне и достался такой проверяющий, — он ухмыльнулся, — да и вообще, как вы тут выживаете без прислуги? Я понимал, что без помощника будет тяжело, но реальность оказалось ещё хуже! А мой старый робот, как назло, сломался за день до вылета, поэтому пришлось купить первого попавшегося. «Клавис — ваш лучший друг-лакей, который не нуждается в подзарядке!». Ага, может, заряжаться ему и не нужно, но эта прямоугольная железяка постоянно теряет сигнал со мной и начинает сходить с ума. Как прилетим, сразу же сдам этого Клависа на металлолом.

— Как же ты жалок, я не могу это слушать. Иди посмотри в стену, или чем вы там занимаетесь.

Общество негласно разделилось на два слоя — тех, кто просто беспечно существовал в полной беззаботности, и тех немногих, кто взял в свои руки поддержание системы и технологий в рабочем состоянии. От нескольких сотен, если не десятков, тысяч человек зависел весь современный мир. Ко вторым относились инженеры, учёные, изобретатели и так далее.

— Да если бы не норма, по которой нужно было использовать эту путёвку, то я бы в жизни здесь не оказался! Всё, что здесь есть — кучка сумасшедших, которые сутками смотрят на графики и расчёты! — Девин психанул.

— Я тоже не в восторге от всех этих туристов. Ходят здесь, лапают всё, что видят. Но скоро твой тур закончится, и как же я этому рад! — Клифф не сдерживался и говорил всё, что думает.

Завтра будет последняя развлекательная программа — все находящиеся на корабле погрузятся в крио-сон на один год, пока компьютеры будут обрабатывать новые данные, а потом за Девином прилетит корабль. Доктрина решила, что это дешевле и проще, чем постоянно отсылать еду с земли, и содержать людей, поэтому чуть что — людей погружают в сон.

Клифф ушел в обсерваторию, чтобы написать заключение по наблюдениям. Он бы ударил дверьми, но они были автоматическими.

Девин заметил в углу женщину, которая всё это время наблюдала за ними. Её зовут Бит-Дзет, она, как и миллионы подобных ей, выполняет только одну функцию — наблюдает за всем происходящим. Неизвестно, кто такие эти наблюдатели. Люди, которым промыли мозг, или роботы, превосходно симулирующие человека, — никто точно не знал. Они не принимали никакого участия в совместной работе и не являлись частью общества, ведь с ними было запрещено контактировать. Они были всегда и везде. Бит-Дзет стояла в дальнем конце комнаты, смотря на Девина. Его бросило в дрожь от этой жуткой картины, и он поскорее удалился.

Снаружи послышались удары. Девин подошёл к иллюминатору и увидел множество астероидов разных размеров, которые пролетали возле космического судна. «Ничего нового», — подумал он. Лишь мысль о скором возвращении домой успокаивала его. Он ещё немного посидел, уставившись в прекрасную пустоту Вселенной, и решил тоже подвести итоги своего пребывания в космосе, записав видео. Он зашел в свою комнату, уселся на кровать и стал жаловаться перед камерой на всё, что только можно. Когда он закончил, то отправил видео с задержкой, используя опцию «Отправить после открытия крио-камеры», после чего на экране появилась надпись: «Видео с кодом „Девин 67023.1 Элион. Девятое августа текущего года“ было отправлено на проверку. Спасибо за сотрудничество». В номере после имени была закодирована вся информация о Девине, и использовался этот номер везде, где только можно, чтобы легко отслеживать деятельность человека. А в случае потребности благодаря этому номеру можно было быстро найти и узнать о человеке всё, что нужно.

II. МЫ БЫЛИ ЖИВЫ

Холод пронизывал изнутри. Голова раскалывается. Такое чувство, словно из тебя вырвали душу, а заодно и все внутренности. Девин открыл глаза — комната за замерзшим стеклом наливалась красным светом, послышались крики и ругательства. Он закрыл глаза. Когда он снова пришел в себя, капсула уже полностью оттаяла, и дверь открылась. Девин вывалился из крио-камеры и упал на пол. Он смотрел вниз. Вокруг бегали люди, звуки становились всё громче. Вдруг кто-то резко поднял его. Девин еле стоял на ногах, его держала Кэтрин. Он смотрел на неё, видел, как она кричит, но не слышал её. «Последнее слово техники, тоже мне». Кэтрин растормошила его, и он наконец-то окончательно пришел в себя, хотя все-ещё опирался на её руки.

— Что вообще происходит? Я уже дома? — сонно спросил Девин.

— Девин, прости, пожалуйста, прости, это всё моя вина, — испуганно сказала Кэтрин.

— Подожди, что так… — он опустил взгляд и не увидел на себе одежды, — боже мой, как неудобно.

Он отпустил её и ринулся за одеждой, думая, что это самая большая из его проблем сейчас.

— Девин! Мы проспали всё! — на неё напала паника.

— Что значит проспали? — спросил он, натягивая обувь.

— Сто девятнадцать лет… мы спали сто девятнадцать лет, — она не сдержалась, и заплакала.

Она прижалась к нему. Теперь ей нужна была опора.

— Что? Почему сто девятнадцать лет? — Девин был растерян.

— С Гитери не пришел сигнал, который должен был разбудить нас. Я не знаю почему. За всё это время пришло лишь обратное сообщение о том, что наш сигнал не был получен. Ни одной попытки связаться, ничего. Ноль! — она окончательно впала в истерику, — мы посылаем им сигналы, но они будут идти на Центр связи больше месяца!

— Что за Центр связи? — спросил Девин.

— Космическая станция, предназначенная для более качественной передачи сообщений, — сказал Клифф, и помог им обоим встать: — нам всем нужно успокоиться и отправляться домой. Наверняка всему этому есть объяснение.

Центр связи находился возле Гитери так, что он мог беспрепятственно получать сигнал с планеты и отправлять его в любое направление. Когда сигнал приходил с Гитери, его нужно было направить в конкретную точку, чтобы избежать потери данных и доставлять информацию только туда, куда было нужно. Само место получения должно было вручную указываться с Гитери.

— Не удивлюсь, если это дело рук проклятых мятежников, — в полтона сказал Клифф.

— Заткнись, ходячая энциклопедия. Эти люди борются за свои права. Когда такое было видано, чтобы меньшинство, которым вы, грамотеи, являетесь, правило большинством?

— Эти люди не имеют ни малейшего понятия о том, как распоряжаться теми ограниченными ресурсами, которые остались на планете, если за эти сто девятнадцать лет там хоть что-то осталось! Вам дали возможность беззаботно существовать, но вас всё равно что-то не устраивает!

Кэтрин лежала на полу, окутавшись в одеяло печали. Клифф и Девин посмотрели на неё, перевели взгляд друг на друга, и решили на время приостановить выяснение отношений. Когда Клифф увёл её, и Девин остался сам в комнате с крио-камерами, он наконец осознал всё. Осознал, что его мир умер сто девятнадцать лет назад. Осознал, что там, внизу, не осталось никого, с кем бы он мог разделить этот мрак. Куда он вернётся — в мир, безжалостно захваченный врагами Доктрины, или в тот же утопичный мир грёз, где он жил до этого? Будет ли действовать гарантия на Клависа?

Открылась ещё одна капсула.

Высшее руководство корабля провело собрание в круглой комнате, дабы придумать план дальнейших действий. В комнату вошла Кэтрин и обратилась к капитану корабля, которого звали Фонс Либор.

— Капитан, со всей непримиримой скорбью на душе хочу доложить, что ваш старший внук Сагуан не выжил. Вероятнее всего, герметичность кислородного отсека была нарушена, и он просто задохнулся. Я не знаю, как так вышло, мы всё проверяли, мы… — Кэтрин нервничала.

— Оттоссон, отставить. Узнайте имена механиков, которые следили за состоянием капсулы на Гитери, и тех, кто пользовался ею в предыдущем полёте, — резко ответил капитан.

— Будет сделано, — Кэтрин вышла из комнаты.

«Интересно, чего он ждёт от мертвеца. Кто бы не испортил этот кислородный отсек, вряд ли он смог прожить сто девятнадцать лет», — подумал Клифф.

Дверь закрылась за уходящей девушкой. Капитан Либор, видный коротковолосый мужчина с морщинистым лицом, был сам на себя не похож. Он был подавлен. Ещё минуту после этого он был втянут в свои мысли. «Я должен вернуться к своей семье». Ему было около пятидесяти лет, что при средней продолжительности жизни в восемьдесят пять лет было средним возрастом. У него уже была семья из нескольких сыновей и двух внуков. Своей роднёй он дорожил, поэтому, выслушав все предложения, он принял решение совершить экстренный рывок, чтобы прибыть на Гитери в течение тридцати часов. При таком манёвре достигалась максимально возможная скорость, превышающая световую, но даже при том, что это космическое судно имело новейшие системы защиты от внешнего воздействия, не все могли пережить такую превысокую нагрузку, тем более после столетнего сна. Капитан отверг все претензии и приказал выстроить маршрут.

— Чтоб тебя, Фонс! Как ты смеешь подвергать нас всех смерти из-за своих эмоций? — Клифф резко встал из-за стола и ударил о него руками.

— Мистер Маккензи, соблюдайте субординацию. Пока мы здесь, приказы отдаю я, — он злостно смотрел на Клиффа, указывая на него пальцем.

Оставленный на обочине без чьей-либо поддержки, Клиффу не оставалось ничего, кроме как повиноваться и привести приказ в исполнение. Все люди на корабле разбрелись по своим комнатам, чтобы собрать вещи и включить локальную гравитацию. Из-за чрезвычайно большой скорости полёта корабль буквально разрывал само пространство, что влекло за собой серьёзные перегрузки. Находиться в общих помещениях было запрещено — воздух сжимался, убивая всё живое, и только изменение гравитации в пределах своих комнат давало возможность выжить.

III. МАМА, КТО НАС УБИЛ?

«Я не хочу домой. Не думаю, что у меня всё ещё есть дом. Был ли он у меня вообще? Я Девин Элион. Это моя первая запись в аудиодневнике. Я боюсь лететь назад. Я бы хотел, но не знаю, чего ожидать.

Эти двое, капитан Либор и Клифф, в последнее время не очень-то ладят, а теперь на них свалилось всё произошедшее… Внук капитана умер. Впервые узнал, что у него был внук, да и ещё что он был членом команды. Кэтрин сказала, что он «замер, словно палач в момент своей собственной казни», но больше он никак не отреагировал на смерть Саруг… Сау… Сагуана. Может, они и не были близки, так, просто по связям взяли работать на корабль.

Кстати, Кэтрин работает инженером на этом корабле. И, собственно, это всё, что я о ней знаю. Но она славная. Какое-то добро от неё исходит. Мы вроде как дружим, если я правильно всё понимаю. По крайней мере, она хорошо ко мне относится. Я вроде бы тоже. Иногда мы вместе смотрим в космос. Надо бы узнать её получше.

Клифф — он словно всегда готов ко всему. По крайней мере, выглядит он уверенно, словно знает всё на свете. Мне кажется, Клифф может задумать что-то недоброе против капитана. Так странно он на него смотрит. Да он кого угодно может напугать своим взглядом, уж поверьте. Я ему не очень нравлюсь, он считает себя выше по статусу, да и лучше в общем. Надеюсь просто переждать этот период.

Начинает трясти, похоже, входим в атмосферу. Буду заканчивать. Девин Элион. Гражданин», — он выключил запись.

Корабль нагревается и пробивается сквозь атмосферу планеты, наполняя её своим присутствием, занося новую жизнь, которая пробыла в инкубации долгих сто девятнадцать лет. Космическое судно село на поверхность Гитери, планеты, некогда кишащей жизнью, планеты, на которой человеческий мозг одержал победу над работой, планеты, которая медленно катилась обратно во времени. Они совершили посадку на разрушенном космодроме возле какого-то городка.

Внимание команды было приковано к нескольким небольшим иллюминаторам, каждый из которых сейчас был проводником, светом, прорезающим тьму и неведение. Но этот свет светил слишком ярко. До такой степени, что выжег глаза всем, кто смотрел на него, ведь показал он отнюдь не беспечный мир, так сильно впавший в людское сердце, но мир, что на последних издыханиях жалостно полз к границе между жизнью и бесконечным забвением. Опустошенные на километры вдаль горизонты, вышедшая из строя техника, разрушенные дома, воронки от взрывов… всё это никак не походило на утопичный мир, из которого они все прилетели. Всё выглядело брошенным на произвол судьбы.

Мир погиб. Погиб без них.

Первые мгновения были наполнены пустым изумлением. Дальше началось жуткое. Некоторые люди тотчас же словно превратились в безумных животных, неспособных к самоконтролю, полностью съеденные паникой. Они бегали со стороны в сторону, пытаясь не думать о случившемся. Другие же, наоборот, полностью утонули в мыслях о необратимом, забились кто куда, лишь бы подальше ото всех, и, потеряв себя в пучине страха, отстранились от окружающего мира.

Как бы сильны не были потуги капитана Либора и его приближенных, они не могли успокоить этих людей. Но вот у других получилось… Прозвучал удар, ещё один. Вот уже корабль немого пошатнулся, а снаружи послушался скрежет и низкий глухой крик. В одном из иллюминаторов явилось нечто — высокое существо с иссушенным тонким телом, обмотанным в какие-то тряпки, с закрытым лицом, и облезлой кожей, освещающей почерневшие от времени кости. Это нечто залезло на верх корабля, но после того, как шум внутри стих, спрыгнуло вниз, аккурат возле моторного отсека. Из тишины родился взрыв, ракета накренилась и чуть было не упала. Из черного густого дыма вышло не опалённое диким пламенем существо. Оно опустило голову низко к земле и очень медленно удалилось прочь, обходя посудину вокруг.

Ракета покрылась пеной сверху вниз, и пожар был моментально потушен. Сработала так называемая автоматическая система самосохранения.

Теперь, когда люди были сверх меры одарены страхом, Либор смог завладеть их вниманием, хотя так же, как и все, не мог скрыть ужаса от происходящего — его голос заметно дрожал, а сам он постоянно бегал глазами от одного иллюминатора к другому. Так как они приземлились в относительной близости к научному городку, который, собственно, и управлял космодромом, на котором они сейчас находились, капитан настоял на необходимости выслать туда несколько человек, чтобы позвать на помощь.

Он приказал двум охранникам взять добровольцев и отправиться туда. Один из них, Келмиур, охранял вход в капитанскую комнату, а другой, Бегмар, — вход в нижний блок, где находились системы жизнеобеспечения и контроля. Им нужно было взять на себя ношу первооткрывателей нового мира. Но все по-прежнему надеялись, что смогут вернуться к прошлой жизни, что всё не так уж и плохо. Люди всегда надеются на лучшее и не желают принимать отвратительную действительность.

Двое предложили всем возможность поучаствовать в вылазке, но желающих не нашлось.

«Пс-с», — послышалось сзади. «Эй, Девин», — Девин обернулся. За его спиной стояла улыбающаяся Кэтрин.

— Кэтрин! Наконец-то ты вышла. На тебя как-то слишком сильно повлияло то, что случилось, — он аккуратно и бессознательно взял её за левую руку. Как только он заметил это, то сразу отпустил её, словно отпрянув чего-то горячего.

— Да, я решила, что нужно встретиться с этим всем лицом к лицу. По-э-этому, я думаю, что пойду сейчас с ними в этот научный городок. Хочу сама убедиться в том, что… ну, ты знаешь, –- она не смогла сказать это, для неё было очень трудно принять то, что планета, на которой она выросла, так сильно изменилась.

— Я… это вроде как опасно. Может лучше оставить это профессионалам?

— Каким ещё профессионалам? Эти двое — чистая формальность, на корабли уже лет двести устанавливают охранные системы. Я должна убедиться во всём сама, — она уверенно и безукоризненно смотрела на него. Её глаза засверкали алмазами. Она отвела от него взгляд и пошла к охранникам.

IV. ГОРОД, В КОТОРОМ Я РОДИЛСЯ ВНОВЬ

Пока добровольцы собирали вещи для вылазки, Девин заметил, как Клифф тихо подзывает всех, кроме него самого, к себе и засовывает им в карман какую-то вещь. «Что он снова задумал?» — подумал Девин, но постарался не подавать виду.

Мощная дверь с рокотом отворилась, упав на землю и оглушив всю пустошь. Перед людьми показалась пустая комната, отделявшая вход от основного блока. После того, как воздух внутри был проверен, открылась толстая дверь. Оттуда вышли добровольцы, готовые увидеть свой новый дом. Первый шаг на Гитери сделал Бегмар. От важности момента он чувствовал себя неуверенно и чуть было не потерял равновесие. Достойный охранник. Сразу же за ним покинули корабль остальные добровольцы. Капитан Либор тоже вышел, чтобы проводить их. Они начали отдаляться от огромной металлической махины, стоявшей посреди равнины. Чем дальше они отходили, тем тише слышались оправдания и вдохновляющие обещания Либора, отчаянно борющегося за свой титул.

Группа осторожно шла по равнине с редкой травой. Они шли настороженно, в то же время стараясь как можно быстрее добраться до цели и покончить со всем этим. Время от времени в земле и далеко в небе был слышен какой-то стук и скрежет, но сам источник звука не был виден. В какой-то момент справа от них на землю село существо, похожее на большого ястреба, усеянного точно лезвиями острыми перьями, и пристально смотрело на них. После этого оно изрыгнуло что-то, покрытое фиолетовой слизью, и тотчас же взмыло вверх. Хорошо, что никто не ел в этот момент.

Всё больше и больше становились здания на горизонте, пока они не дошли до забора, окаймляющего весь научно-исследовательский комплекс. Правда, забор был здесь чистой формальностью, так как был практически полностью усеян отверстиями, а в некоторых местах его части лежали просто на полу.

Все они надеялись на то, что смогут найти людей в этом месте, в котором с отголоском слышалась цивилизация. Но Бегмар думал о другом — о том, какой поступок он совершил: «Первый из ступивших на эту… ммм… на эту такую загадочную планету. Да, это я. Наконец-то я смогу показать себя».

— Ну же, идём скорее! — он энергично и очень громко зазывал всех как можно скорее продвигаться по городу, но по большей части он мешал. Пока остальные пристально вглядывались в каждую щель и передвигались пригнувшись, он метался от одного здания к другому, «анализируя обстановку вокруг».

— Бегмар! — резко прошипел Диметри.

Он косо посмотрел ему в ответ, и группа двинулась дальше, вглубь леса из разрушенных домов. Весь город вымер. Большинство зданий были обстреляны, кое-где из земли торчали невзорвавшиеся ракеты. Обгоревшие стены были окутаны растительностью.

Пока они шли, Бегмар внезапно упал, схватившись за ногу, и начал стонать.

— Что уже случилось? — недовольно спросил Келмиур. Он был высокого роста и с широкими плечами, но во всех его движениях замечалась какая-то скованность, словно он постоянно чувствовал себя некомфортно. Он подошел к упавшему напарнику и присел.

— А-а-а, — закричал Бегмар, — Не знаю, кажется, я на что-то наступил, — он снял правый ботинок и увидел покрасневший участок кожи. Словно его укусило насекомого. В этот момент Келмиур поднялся и наступил на что-то. Под его ботинком лежал раздавленное нечто, отдаленно напоминающее скорпиона, покрытого той самой фиолетовой слизью.

— Чтоб тебя. Только этого нам не хватало, — удрученно произнес Келмиур.

— Да ладно, всё в порядке. Я могу и-и… — встав на ноги, Бегмар сразу же повалился на землю, но Келмиур успел его поймать. Он исступленно посмотрел на остальных.

— Ну что делать, сможешь понести его? — спросил Девин.

— Смогу, если заберешь его оружие. Уж больно оно тяжелое, — Келмиур передал Девину раскладную многофункциональную винтовку, и перекинул тело Бегмара через плечо.

— Предлагаю как можно скорее покончить с тем, за чем мы сюда пришли, и бегом возвращаться. Кто знает, что это за насекомое и занесло ли оно яд своим укусом, — с опаской сказала Констанция.

— А ты не можешь сейчас помочь ему? — возразил Диметри.

— Ему нужна нормальная помощь в стерильных условиях. Здесь я могу только больше навредить ему.

Теперь им предстояло максимально сократить их миссию, чтобы как можно скорее вернуться на базу и оказать Бегмару помощь. Поэтому они ускорились и направились в главное здание, центр управления полетами, в надежде найти там людей, хотя предпосылок к этому было не много — город был давно уничтожен и заброшен. Из стен торчали большие сухие деревья, из которых росли другие, молодые деревья, от дороги почти ничего не осталось — одна часть её была полностью съедена жёсткой травой, а другая часть просто рассыпалась и превратилась в песок.

В небе раздался пронзительный птичий крик, и что-то стремительно пролетело над их головами. Подняв свой взор вверх, они увидели то самое птицеподобное существо, летящее на них с огромной скоростью. В какой-то момент оно начало раскручиваться и лететь точно в Келмиура. Он сбросил груз со своей спины и шмыгнул за ближайший угол, а птица пронзила своими острыми перьями Бегмара и буквально превратила его в фарш за несколько мгновений. Она, как миксер, разделила его тело на множество мелких частей, залив кровью и внутренностями всё вокруг — стены, столбы и людей. Существо моментально взмыло вверх, а через секунду уже летело в сторону Девина и Констанции. Оно снова издало истошный крик и расправило крылья. Девин по наитию прыгнул на пол, и в этот момент птица пролетела над ним, задев Констанцию. Та сразу же упала вниз. Её голова отделилась от тела, и из шеи вдарил фонтан крови. Безжизненные глаза смотрели прямо в душу Девина, лежащего напротив, и одурманивали его. Он не понимал происходящего, рассудок затуманился, и он просто смотрел в глаза только-что живущему человеку, схватившись за винтовку.

Время как будто замедлилось, вокруг слышались крики, и бегали люди. Девин, вырвавшийся из гипноза смерти, прикрыл рукой голову, подполз к обезглавленному телу Констанции и схватил выпавшую из её кармана вещь, полученную от Клиффа, — рацию. Келмиур поднял Девина за руку, и вся группа забежала в здание.

V. ВЕРНИСЬ

В голове очень сильно гудело. Лицо онемело. Рядом слышались какие-то странные звуки. Диметри открыл глаза. Он лежал ничком, уперевшись лбом в землю. С некоторыми усилиями он смог перевернуться на спину, с которой сползли человеческие останки. Яркая звезда на чистом небе ослепляла и жгла глаза. Он отвел взгляд в сторону – ему в душу смотрела птица, устроившая здесь кровавую баню. Она то ли закричала, то ли заревела на него, отчего он тотчас же взбодрился и, словно подпрыгнув, вскочил на ноги. Существо стремительно ускорялось, приближаясь всё ближе и ближе, как бы быстро он не убегал. Он оглянулся, птица повисла прямо над ним, занеся свои острые крылья прямо ему над головой. Но не успев поразить его, животное упало, придавив Диметри, и издало предсмертный хрип. Над его трупом возвысилось человекоподобное существо, такое же, что недавно напало на корабль. Диметри так быстро, как мог, вылез из-под туши птицы и побежал вперед к ближайшему зданию.

Он добежал к двери и врезался прямо в неё, не успев остановиться. Он начал дергать ручку и налегать на неё всем весом, пока дверь не открылась. Он пулей вбежал внутрь и затворил вход. Подойдя к окну, он посмотрел на существо, которое, похоже, спасло его — оно просто стояло. Через какое-то время оно ушло и скрылось за домами. Диметри прислонился к стене спиной и сполз на пол. Он схватился за голову. Его накрыла сотня эмоций, всё вперемежку — от вырывающейся из глубин души злости и жгучей ярости целого мира до безграничной подавленности вкупе с отчаянием, способным утопить в себе океан. Он напрягся, словно сдерживая в себе всю эту бурю чувств, но, не выдержав, высвободил их наружу. Он проклинал весь мир, бил себя по голове, увеличивая силу удара, пока не заплакал.

Остановившись, он прислонился лицом к полу. Горячие слёзы текли по его лицу и капали на потрескавшуюся плитку.

Он всё же собрался с мыслями и, решив, что плачь здесь не поможет, встал, чтобы осмотреться. Лестница, ведущая наверх, была сломана, поэтому он принялся исследовать первый этаж. За ближайшей дверью находился кабинет с перевернутой мебелью, но ничего полезного там не оказалось. Дальше по коридору было несколько комнат. Большинство из них было либо пустыми, либо с упавшими потолками, но за дальней проржавевшей дверью обнаружилась узкая винтовая лестница на второй этаж. Диметри ступил на неё и стал подниматься выше. Он подымался в полной темноте, которая пожирала последние спрятавшиеся лучи света. Возраст лестницы давал о себе знать — дважды он чуть было не провалился вниз.

Он встал перед ещё одной железной дверью, открывающей путь на второй этаж. Огромных усилий пришлось приложить, чтобы открыть этот запечатанный временем проход. Он вошел на второй этаж и направился к ближайшей комнате, но сзади его кто-то схватил за шею. Диметри пытался вырваться, но враг оказался сильнее. Нужно было срочно придумать способ выжить!

Противник очень быстро и четко вколол ему в шею шприц с неизвестным содержимым, и буквально через несколько секунд Диметри упал без сознания. Нападавший, который оказался оголенным аборигеном, которого, как казалось, одолел Девин, отпустил Диметри. Он забежал в комнату, в которой лежал его погибший соратник, снял с его пояса ракетницу и запустил из окна сигнальный огонь. Когда он вернулся к жертве, Диметри не оказалось на месте. Зато он уже стоял прямо за спиной дикаря. Он притворился, что отключился, чтобы вырваться из лап врага.

Вооруженный куском доски, он молниеносно занес оружие над собой и ударил незнакомца в голову. Противник упал. Из головы потекла кровь. Теперь он действительно умер. Вслед за ним упал и Диметри — что бы ни было в том шприце, оно подействовало.

Вернёмся к Девину. После того, как Окада заметил пропажу Бегмара, Констанции и Диметри, Фонс быстро отвёл оставшуюся группу добровольцев в свой кабинет, и они закрылись изнутри.

— Как, мать вашу, можно было потерять троих человек?! — Фонс выплескивал на них всю агрессию, скопившуюся со времени пробуждения.

— Капитан! — не выдержал и громко ответил Келмиур, — отчитаете нас после того, как узнаете главное — судя по всему, на планете, по крайней мере в ближайших окрестностях, не осталось людей. Также, исходя из того, что мы пережили, некоторые виды животных сильно изменились, став намного опаснее для неподготовленных людей. А мы и есть те самые неподготовленные люди! Бегмар и Констанция, они были убиты одним из этих свирепых существ. Мы ничего не могли с этим поделать, оно напало из ниоткуда, и буквально за мгновение расправилось с ними!

— Келмиур, нельзя так говорить. Мы должны серьёзнее отнестись к нашей утрате, — недовольно сказала Кэтрин.

— Что же касается Диметри, мы потеряли его во время нападения. Началась паника, и мы не заметили, как он отстал.

Фонс выслушивал всё это с лицом, закаменевшим где-то между злобой, сменяющей страх. Какое-то время после этого он сидел, смотря за их спины. Он тяжело выдохнул и потер лицо ладонями

— Ладно. Ладно, всё ясно. Нужно рассказать остальным об этом как есть, всю правду.

В дверь начали ломиться.

— Фонс, открывай! Мы не договорили! — Клифф бешено стучал кулаками в дверь и кричал.

Капитан открыл дверь, за ней стоял Клифф и ещё с десяток людей.

— Так, Фонс, слушай… — Клифф начал говорить, но невозмутимый Фонс прервал его и приказал всем собраться снаружи, словно не замечая его.

Когда люди собрались перед космическим кораблем, воздымающимся над всеми окрестностями, капитан произнес речь, в которой рассказал о случившемся с Диметри и остальными, и призвал всех держаться в этот непростой час вместе. Над толпой повисла тишина.

— Фонс. Мы полетим на этом треклятом судне как можно дальше отсюда, — произнес Клифф, выйдя из толпы поближе к Фонсу, — Хочешь ты этого или нет, эти люди, окружающие меня, полетят со мной. Мы не хотим быть зарезанными какой-то птицей. Это больше не наш дом, здесь ничего и никого не осталось!

— Не стоит торопить события. К тому же, куда именно вы полетите?