Снежный дракон

Снежный дракон

Когда за родителями закрылось зеркало перехода, Эсти мгновенно превратилась из нежнейшего фееподобного существа в чертенка в юбке и с горящими глазами посмотрела на брата:

– И сьто мы будем деять?

Райх не мог обмануть ее ожиданий, а вот поддразнить – запросто.

– Ну... твоя мама просила уложить тебя спать, – сложив руки на груди заметил он.

Эсти надула щеки и посмотрела с укоризной, мол, взрослый дядя уже, а глупости такие говоришь.

Ну да, мама-то попросила, на то она и мама, а вот отец, дагон Алирийский, знал сына как облупленного, поэтому ограничился расплывчатым: «Присмотри за сестрой». А где и как присматривать, это, мол уже исключительно ваше дело. Развлекайтесь, дети.

И Райх собирался этим воспользоваться.

Конец года выдался хлопотным: текущая должность его и так не особенно радовала – консультант-метеоролог, конечно, пост нужный, но уж больно занудный. Так еще в последние годы климат следом за магическим фоном начал сходить с ума, и погоду шарашило так, что глаза на лоб лезли. У людей. Райх же отделался тем, что неплохо прокачал надбровные мышцы... Короче, работа достала. Временные подружки приелись. Горы и те надоели. Хотелось от души повалять дурака и расслабиться, но дракону как-то не солидно. А вместе с Эсти, вроде как, можно.

И потом, сидеть дома в предпраздничный вечер в такую погоду, да еще когда наконец выпал долгожданный снег, – это нужно быть полным придурком.

– Пьидуйком... – зачарованно повторила сестренка, и Райхарр досадливо крякнул: «Ну, молодец, что сказать»...

– Так, – быстро взял он дракона за рога, – предлагаю отправиться в парк и слепить снеговика.

– Уллаааааа!

Эсти тут же как ветром сдуло. Уже через минуту она заявилась в гостиную в комбинезоне, одном сапоге и с трогательными рукавичками на резинке, волочащимися за ней хвостом.

– Я пойду безь сапки, как ти... – категорично заявила мелкая нахалка.

– Э, нет, не пойдет, – присек это безобразие дракон.

– Как ти... – настаивала Эсти. – Ти зе мой любимый блатик...

Он, конечно, растаял, но виду не подавал.

– Так, за манипуляции пять, но над выражением лица еще нужно поработать, – оценил он. И вздохнул: – Ладно-ладно, принцесса, я тоже надену шапку. И даже куртку, довольна?

Драконы всего этого не носили, предпочитали и зимой щеголять в излюбленных своих сюртуках, разве что слегка утепленных.

Подходящую куртку он позаимствовал в гардеробе отца. А вот с шапками вышла осечка – Экхарт головные уборы тоже терпеть не мог, как любой уважающий себя дракон, впрочем.

После недолгих раздумий Эсти взяла дело в свои надежные ручки и отжалела брату роскошный темно-синий экземпляр с огромным меховым помпоном и сверкающими снежинками

– Мне больсая, – пояснила она.

Райх вздрогнул, но не брать же данное слово назад. Он скинул на спинку стула сюртук, набросил куртку, и, сглотнув, натянул шерстяное чудовище по самые брови. Зеркало отразило детинушку крайне странного вида. Райх состроил блаженную рожу под названием «я у папки младшенький» и удостоился аплодисментов и хихиканья. Ладно, по-крайней мере никто не заподозрит в этом придурковатом парне грозного дракона.

Спустя десять минут они уже были в парке – одетые как положено и вооруженные до зубов распиханными по карманам морковками.

И началось.

– Мы будем лепить снезьного длакона! – объявила Эсти, первым делом как следует вывалявшись в сугробе.

Снежный дракон в ее представлении выглядел так: два огромных шара внизу – тело – и один маленький наверху – голова.

– Дявай-дявай! – подбадривал прораб, пока подчиненный вовсю пыхтел над конструкцией.

Потом девчушка деловито обошла дело не своих рук, но своего креатива и со знанием дела коварно воткнула морковку в драконий зад.

Райх от души посочувствовал сородичу и решил к сестре тылом не поворачиваться. На всякий случай.

– Это хвость! – объяснила та с восторгом.

Следующая морковка была приделана к драконову затылку.

– И это хвость!

На этом юное создание призадумалось: «И есе один где-то спееди, но не зьнаю где», – она выжидательно уставилась на брата.

– Эээ, на лбу, – уверенно соврал он и приставил третий корнеплод к голове бедолаги.

Ощетинившийся морковками дракон вызывал нешуточную жалость.

– Давай я закончу, а ты слепишь ему маленького приятеля, – предложил он, стесывая с боков лишнее и формируя из снежной стружки зачатки лап.

– Ну неть! – неожиданно возмутилась сестра. – Маинькие длаконы – пьидуйки!

– Нельзя говорить «придурки», если ну выговариваешь букву «Эр», – заявил Райх и, выдержав паузу, за которую Эсти успела надуть губы, спросил: – Что, с Грегором поссорились?

Дагон Грегор Кардельский, сын Гиларда Ливейского, был старше Эсти на два года, и считался ее женихом. Считался, в основном самой девчушкой, мнение остальных, включая самого Грегора, ее не слишком интересовало. Хотя ладили эти двое неплохо – оба деловые, сообразительные, с шилом в одном непоседливом месте.

– Он казял, сьто надет себе невесьту полутьсе, – в голубых глазках сверкнуло фамильное упрямство.

Ох, парень, это ты зря. Теперь она не успокоится, пока ты не возьмешь слова обратно и не приползешь на коленях, готовый бросить к ее ногам свои сокровища: солдатиков, дракончиков и весь мир в придачу.

– Он ошибается, – ответил Райх.

Эсти покивала, мол, да, да, я тоже так думаю, а потом вдруг спросила хитро:

– А де твоя невесьта, Ллайх?

– Хм.. думаю, она еще не родилась, – хмыкнул он, оставляя на спине и груди «снеговика» узоры, напоминающие чешуйчатые дорожки.

Кажется, он увлекся: хотел всего-то придать дракону узнаваемую форму, но снежный змей под его ладонями зажил своей непостижимой жизнью – выгнул длинную шею, склонил изящную голову вправо, словно желая разглядеть кого-то получше.

Эсти пришла в полнейший восторг: залезла дракону на спину и щебетала ему умильные нежности, пока Райх работал над хвостом. Нормальным снежным хвостом. Морковку он малодушно зарыл в сугроб.