Содержанка моего мужа

Глава 1

Наверное, в жизни любой женщины, которая к тридцати пяти годам полностью состоялась, наступает тот момент, когда можно без зазрения совести начать посвящать время себе.

Например, проваляться в постели дольше обычного в будний день, предварительно отменив дела. Встать, пройтись босиком по квартире, не спеша скорее-скорее бежать в душ и переодеваться в деловой костюм. Также неторопливо приготовить себе завтрак, заварить кофе и просто сидеть на балконе, наслаждаясь моментом.

Позади годы, наполненные грязными пеленками, режущимися зубами, первыми шагами и улыбками. Волнениями по поводу того, как ребёнок пойдёт в первый класс, тревоги, когда сын сломал ногу. Безденежье, через которое проходили с мужем, крепко держась за руки и удивляясь тому, как другие пары не выдерживают таких мелочей. И ещё миллион всего - пугающего, радостного, счастливого и горького. То, что в итоге трансформировалось в устоявшуюся и устаканившуюся жизнь.

Так было и у меня. И эти мгновения, когда я позволяла себе маленькие, но такие важные радости, стояли на особом пьедестале.

Знала ли я в один из таких моментов, что он будет жестоко нарушен самым беспощадным образом? И не кем-нибудь, а той, что является самым жутким проявлением предательства со стороны мужчины, которому я отдала все свои жизнь, любовь и сердце?

Но обо всем по порядку.

Сегодня с самого утра все шло не так, как я планировала. Макс проспал тренировку, и с недовольством уехал помогать бабушке на даче. Муж, которому я всю последнюю неделю «проедала плешь» по поводу того, что нам пора вложиться в новую квартиру, был рассеянным, и я так в итоге и не поняла: искать мне варианты жилья, или нет.

А я сама проснулась еще затемно и долгое время лежала, пялясь в потолок. Так что к моменту завтрака была невыспавшейся, раздраженной и понимающей, что сегодня мои минутки наедине с собой будут уже не такими радужными, как раньше.

В общем и целом, когда мои мужчины отбыли из дома, настроение у меня было сильно так себе. Отказавшись от хитромудрого приготовления тоста с авокадо, сёмгой и яйцом пашот, я наскоро нарезала себе бутерброды и, сунув их в духовку, нахмурилась.

Обычно я не позволяла каким-то мелочам вывести меня из состояния титанического спокойствия, но ночь, во время которой я лежала в постели, то проваливаясь в зыбкое забытье, то выныривая на поверхность, внесла в мой уклад свои коррективы.

Всё же решив, что мне сегодня срочно надо исправлять тот кривой путь, по которому направилось это утро, я заварила себе кофе и включила тихую музыку. Жизнь сразу заиграла новыми красками.

Которые потускнели в ту минуту, когда раздался звонок в дверь.

В последнее время мама завела себе привычку падать мне на голову, словно сосулька с крыши. Не то чтобы у нас с нею были плохие отношения, но я никак не могла донести до родительницы простую, как две копейки, вещь. Мы - взрослые люди. Мы загодя обязаны обговаривать такие моменты, как прибытие друг к другу на чашку чая. Один раз она и вовсе заявилась, когда мы с Кириллом планировали романтический вечер. И не просто планировали, но он вошёл у нас в весьма откровенную фазу.

И никакие мои уговоры и попытки отправить маму к матери Кира, которая жила за городом, на неё не действовали. Она приезжала, говорила, что ей скучно, а потом все наши дела шли по одному известному месту.

И вот снова наверняка явилась мама, которая приехала побыть со мной, раз «Макс уже взрослый и с ним не нужно возиться».

Вздохнув, я отставила кофе и пошла открывать. На какое-то время замерла перед дверью, решая, не стоит ли сделать вид, что меня нет дома. Кажется, я вообще не говорила матери о том, что сегодня первая половина дня у меня свободна, так что можно было притвориться, будто мы все втроём отсутствуем. Но я знала, чем это закончится. Мать наверняка поедет ко мне на работу.

Я вздохнула и открыла дверь. И тут же удивлённо застыла, потому что обнаружила на пороге совсем не того, кого ожидала.

- Виолетта… только не прогоняйте меня. Ваш муж меня убьёт, когда узнает, что я беременна.

Молоденькая девушка, стоящая за дверью, произнесла эту фразу, и глаза мои полезли на лоб. Что-что она сказала? Кирилл убьёт её, когда узнает про беременность?

Пока я приходила в себя, лицо девицы стало искривляться от подступающих слёз.

- Он меня на дороге подобрал год назад, поселил в пригороде, - заговорила она торопливо.

Слова звучали тихо, но для меня были сродни грому среди ясного неба. Как она вообще смела придумать всё это, а потом приехать со своей идиотской историей? С чего взяла, что этот цирк можно вывалить мне на голову и надеяться, что я поверю? Кто она вообще такая, чёрт бы её побрали, и откуда у девки наш адрес?

- Между нами была только постель… за деньги. Он запретил мне беременеть. Но это случилось.

Она положила руку на совершенно плоский живот и взмолилась:

- Мне нельзя избавляться от ребёнка. Может, когда я рожу, вы его возьмёте себе?

Все эти совершенно ужасные и абсурдные фразы попросту не укладывались у меня в голове. Я стояла, смотрела на девицу, не понимая, что это за нелепый розыгрыш. Кому он мог понадобиться?

- Простите… а вы вообще кто? - прохрипела я и добавила, видя недоумение на её лице: - Как вас хоть зовут? И кто вас подослал?

Глупо было о таком спрашивать, согласна. Но вся эта ситуация в принципе была фантасмагорической.

- Меня никто не подсылал, - замотала она головой. - А зовут меня Света… Ваш муж подобрал меня на дороге год назад.

Я начала приходить в себя. Поверить в то, что Кирилл не только взял в машину эту девицу, но ещё и поселил её где-то за городом, а потом трахал за деньги, было просто невозможно. Это была чушь. Ложь чистейшей воды.

- Светлана… вы - шлюха? - спросила я, искривив губы в усмешке.

Сложила руки на груди, посмотрела на девку свысока. А она опять стала всхлипывать, пустив слезу. Как будто если бы перестала плакать, наш разговор бы тоже завершился.

Глава 2

- Посмотрите его номер телефона в записной книжке, - подсказала Светлана в тот момент, когда я уже подумывала вернуть ей мобильник, сказав, что смогу состряпать такой подлог в считанные минуты.

- Он там один-единственный. Кирилл подарил мне этот телефон на Новый год. За… хорошее время, что мы проводили вместе. Виолетта, я бы к вам не пришла и всё осталось бы тайной, если бы не ребёнок… - затараторила она, но я оборвала этот словесный поток:

- Хватит! - рявкнула на девку.

Она вжала голову в плечи и опустила взгляд. Руку от живота не убрала, да и сама прочь убираться не спешила.

- С какого перепугу ты решила, будто я стану слушать всю эту ахинею и в неё поверю? Мой муж слишком чистоплотен, чтобы хоть кого-то забирать на дороге. Как ты вообще там оказалась? - потребовала я ответа, сунув телефон обратно в руки Свете.

Да, я убедилась. В её мобильнике был действительно записан именно номер Кира, но фиг его знает, как он там оказался. И почему с него приходили такие сообщения.

- Я приехала в этот город на учёбу. Вылетела с первого курса, - с готовностью и даже наспех, словно боялась, что её оборвут в любой момент, начала говорить Светлана. - Потом устроилась на подработку, но там был ужасный хозяин. А потом я решила возвращаться домой. Там меня никто не ждал, но всё проще в родном месте обживаться заново, чем в мегаполисе. А на автовокзале у меня сумку украли. Там было всё…

Она жалобно всхлипнула и отёрла побежавшие по лицу слёзы.

Сколько ей было лет? На вид - немногим больше, чем нашему с Кириллом сыну. И на вот это позарился бы мой муж? Да никогда в жизни.

- И ты решила, как Ломоносов, идти по дорогам к светлому будущему? - не удержалась я от язвительного уточнения.

Его, впрочем, Света восприняла за чистую монету.

- А другого способа добраться хоть куда у меня не было. Решила - может, по дороге на заправке какая работа найдётся. Так на попутках и доберусь.

Я не удержалась и рассмеялась.

- Девственница искала приключений и их нашла, - констатировала я, кивнув на живот Светланы.

А хотя, может, она врала? Может, никакого ребёнка не было и в помине?

- Виолетта Викторовна… - начала она, но я вновь её прервала:

- Я для тебя Виолетта и точка! И вообще, ты отнимаешь моё время. Быстро признавайся, зачем ты придумала всё это про Кирилла и проваливай!

Почувствовав такое острое раздражение, что оно, словно кипящая лава, расползлось по нутру, я ощутила ещё и потребность сделать хоть что-то. Дурацкое желание вытолкать девицу прочь, да так, чтобы она поняла, как опрометчиво было приезжать сюда со своими сочинениями, зазудело на кончиках пальцев.

- Я не придумала! Кирилл меня усадил в машину, а потом, когда я ему всё рассказала, предложил… в общем, что он меня поселит за городом, будет приезжать иногда, станет за это платить! А я смогу отложить денег и потом вернуться или в этот город, или к себе.

Она мотнула головой, указывая в каком-то абстрактном направлении. Говорила так запальчиво, что даже румянец на щеках проступил.

- Только запретил беременеть. Сказал - убью, если залетишь. А я знаю, он может!

Теперь мои брови взлетели к небесам, а с губ сорвался нервный смешок. Он может убить? Это она про Сафонова Кирилла? Муж у меня даже самые острые конфликтные ситуации предпочитал решать словом, а не физикой. Так что Света сейчас своими фразами закопала себя ещё глубже.

- И ты залетела, несмотря на всё предохранение? - усмехнулась я.

Конечно, зря я с нею тут теряла время - это с одной стороны. С другой - такого цирка я давно в жизни не встречала. Да и надо было всё же прояснить для себя много вещей. А вечером мы с Киром сядем и здорово посмеёмся над всей этой ситуацией.

- Я не знаю, как так вышло, - вновь заслезоточила Светлана. - Таблетки я принимала, Кирилл привёз. А оказалось, что они не сработали-и-и.

Она завыла в голос, заметалась по коридору, из которого в квартиру её я, разумеется, так и не пустила. Если Света и была актрисой, то роль, которую она играла, ей удавалась прекрасно. Так себя ведёт только человек, который попал в безвыходную ситуацию.

- Ну, допустим, ты рассказываешь правду, - подпустив в голос насмешку, проговорила я, останавливая это броуновское движение. - Что тебе нужно от меня? Чтобы я забрала этого ребёнка и растила его от шлюхи моего мужа? Зачем? Это первое. И второе - у тебя явно накопилась какая-то сумма денег за этот год. Почему не взять их и не уехать, скрыв ребёнка?

Я говорила это и не верила своим ушам. Не могла убедить себя в том, что действительно выдаю все эти предположения, сентенции и варианты развития событий для Светланы.

- Одной… с ребёнком? Нет, это невозможно, - остановившись, замотала она головой. - А аборт нельзя делать, я узнавала. Иначе у меня детей вообще не будет.

- А! То есть, впоследствии ты всё же рассчитываешь от моего мужа уйти, выйти за другого и родить детей?

Какие нынче продуманные девственницы с трасс пошли. Всё-то у них было спланировано.

Светлана посмотрела на меня, закусив нижнюю пухлую губу. Эта девочка была весьма привлекательна, но то, что в её облике бросалось в глаза в первую очередь - трогательная невинность. Наверное, именно на неё и клюют мужики.

И зачем я вообще об этом думаю?

- Кирилл сказал… он просил, чтобы я оставалась с ним как можно дольше. Ему нравится то, как всё происходит.

- У вас в постели? - вырвался тут же вопрос помимо воли.

Удивительно, но эта молоденькая шлюшка залилась краской.

- В жизни… - ответила она, едва прошелестев эти два слова. - Ему нравится, как сейчас складывается его жизнь. Дома вы… Он вас любит, правда. Уважает очень. А там, - она неопределённо махнула куда-то рукой, - там мы с ним.

Она смотрела на меня и смотрела, а я стояла и не могла дать себе ответ на простой вопрос: почему я всё ещё с ней говорю? Почему даю ей возможность посчитать, что могу поверить в эти сказки?

Глава 3

Насколько же не вязались слова «убьёт» и «уничтожит» с тем, что я знала про Сафонова. И как же опрометчива была Света, когда говорила мне о муже именно в таком тоне. Только по этим косвенным признакам я могла уверенно сказать, что она лжёт.

- Тогда что ты предлагаешь? Чтобы я промолчала, ничего ему не сказала, поселила тебя где-то, где он не найдёт, а потом забрала бы вашего ребёнка и интегрировала в нашу с Киром семью?

Абсурд… Какой же всё это абсурд!

- Можно и так… - закивала Светлана. - Срок пока небольшой, мы с вами успеем всё сделать…

Я замахала на неё руками, чтобы она замолчала. Чем дольше мы об этом беседовали, тем больше я словно бы давала возможности этому бреду стать правдой. Но я была уверена - если выставлю Свету, она придёт снова. И уж конечно, я тут же брошусь к Кириллу, чтобы потребовать от него объяснений, но кто мне может гарантировать, что эта сумасшедшая девчонка не станет обивать порог моего дома регулярно?

- Вы мне не верите, Виолетта. Так давайте я докажу, что Кир ко мне приезжает! - запальчиво заговорила Света. - Он собирается завтра. У нас сейчас с ним что-то вроде… вспышки в отношениях.

Она как-то странно запунцовела и отвела взгляд. А меня затошнило. Представить хотя бы на мгновение, что Кирилл приезжает к ней, а потом у них случается или нежный романтик, переходящий в постель, или яростный секс с криками, стонами и всхлипами, было выше моих сил. И меж тем, именно эти картинки замелькали в голове.

- Объясни мне одну вещь. Зачем мне это всё, по-твоему? - задала я насущный вопрос.

- Затем, что Кирилл вас любит, а вы явно любите его. Я исчезну, как только ребёнок родится, обещаю. Вы обо мне больше никогда не услышите. Я знаю, Кир говорил, что вы очень мечтали о дочке… Я надеюсь, что будет девочка…

- Замолчи ты уже!

Не выдержав, я подлетела к Светлане, схватила её за плечи и встряхнула. Она смотрела на меня испуганно, а я уже ненавидела эту сучку всем сердцем. Она знала ту информацию, которая совершенно не предназначалась ни для кого, кроме меня и Кира.

Я была беременна семь лет назад, но ребёнок погиб на третьем месяце, а после начался ад, когда я лишилась впредь возможности иметь детей. И да, я мечтала о дочке, но это были лишь ничего не значащие желания, потому что умом я понимала и принимала: больше я никого и никогда не рожу.

- Замолчи и больше никогда не поднимай эту тему, дрянь! - зашипела в лицо девчонке.

Чего доброго, таким образом уже она сможет угрожать мне записями с видеокамер, а не наоборот.

- Я не знаю, откуда ты всё это откопала… но знаю другое. Мне не нужен чужой ребёнок. Хоть от Кирилла он зачат, хоть от папы Римского.

Отпустив перепуганную Свету, я отступила назад. Эмоции немного поулеглись, но лишь для того, чтобы я настояла на своём: пусть убирается ко всем чертям и больше не смеет приближаться к моему дому даже на расстояние пушечного выстрела.

- Вон! - рявкнула я, указав Светлане на выход. - И больше чтобы духу…

Она подскочила ко мне и, пока я стояла, растерянная, сунула мне в руку бумажку, которую извлекла из кармана курточки. А потом развернулась и убежала прочь, вновь начав рыдать по дороге к лифтовому холлу.

Я же быстро ретировалась в квартиру и смогла хоть отчасти прийти в себя лишь в тот момент, когда заперла за собой дверь на все замки. Это не вернуло мне чувство безопасности, которого я лишилась стараниями Светланы, но хотя бы выставило физические преграды между мною и больной фантазией молоденькой шлюшки.

Вернувшись на кухню, я первым делом выбросила испорченные бутерброды. Даже если бы они были верхом кулинарного искусства, я бы к ним не притронулась. Аппетит пропал.

Взяв телефон, я стала раздумывать, стоит ли набрать номер Кирилла и рассказать ему о визите Светланы. Очень быстро пришла к выводу, что нет. О её приходе мы станем говорить тет-а-тет, чтобы я видела лицо мужа. Смотрела в те глаза, где каждый оттенок эмоций был мне знаком до чёрточки, и понимала, как Кир отреагирует.

А потом я стала задавать себе вопросы. Что ты станешь делать, Виолетта, если рассказ Светы окажется правдой? Как переживёшь это жуткое предательство, если всё же допустить мысль о том, что оно могло состояться?

Трусливо хотелось просто взять и забыть о прибытии молоденькой шлюхи. Но я понимала, что это невозможно. А когда мне позвонил сын, который был весьма чем-то озадачен, если судить по голосу, сердце моё заколотилось о рёбра.

- Мам… такое дело… я тут случайно бабулю подслушал, пока она на огороде говорила с папой по телефону. В общем, они какую-то бабу обсуждали вроде как.

Макс замолчал, а я ощутила, что полетела вниз, будто на американских горках. Только без страховки и без возможности затормозить.

- Какую… бабу? - выдохнула я, даже не ругая Макса за пренебрежительное слово в адрес какой-то женщины.

- Какую-то Свету. Бабуля говорила, что она никуда от папы не денется. И чтобы он не переживал, что её потеряет.

Максим снова сделал паузу, пока я пыталась смириться с этим сюрреализмом. Потом спросил совершенно закономерно о том, на что у меня не было ответа:

- Кто это такая, мам?

Глава 4

Что я могла ему ответить на заданный вопрос? Что мне кажется, будто вокруг нашей семьи затевается нечто жуткое, что в итоге её разрушит? Что невозможно назвать это чередой совпадений - сначала приезд Светланы, и почти сразу - звонок сына.

Нереально представить, что в одной точке сошлось сразу столько событий, от которых хотелось бежать, словно я была чёртом, рога которого пропитали ладаном.

Рога… Господи, как смешно…

- Мам? - с опаской спросил сын, и я отвисла.

- Макс, я не знаю, о чём они говорили, - произнесла чужим холодным голосом, в котором не узнала саму себя.

Он помолчал, а потом добавил:

- Ещё она сказала, что завтра поедет с папой к этой Свете. Мне у неё спросить, кто это?

- Нет!

Я выкрикнула это слово так громко, что показалось, будто даже стены задрожали. Хотя, на самом деле это меня колотило в ознобе. Даже челюсти друг о друга клацали, как будто я сидела по горло в ледяной воде.

- Нет, Макс. Не нужно. И вообще ни словом, ни делом не показывай, что ты в курсе чего-то. А лучше приезжай домой, если всё уже сделал.

Получив заверения сына, что он будет совсем скоро, я положила трубку и уставилась в одну точку перед собой. Если окажется, что Светлана не соврала и её можно смело назвать содержанкой моего мужа, то это станет катастрофой. А если ещё в этом всём участвует и Нина Тихоновна… Господи, что за кошмар? Разбудите меня, хоть кто-нибудь!

Я вскочила и забегала по кухне, пытаясь привести мысли в порядок. Потом схватила чёртову бумажку, на которой был написан номер телефона Светы, и сделала рваный вдох.

Создать иллюзию того, что ничего не произошло? Жить и дальше, как привыкла и просто наблюдать? Рано или поздно содержанка признается Кириллу в беременности. Что сделает он? Уж точно не убьёт её. Скорее другое - уйдёт к ней и станет воспитывать этого малыша с любовью. Мы с Максом станем для Сафонова страницей прошлой жизни.

Но пока Светлана уверена в том, что Кир сведёт её в могилу из-за того, что она носит его ребёнка, я могу повести свою игру.

Стоп!

СТОП!

Виолетта, ты с ума сошла, раз уже размышляешь об этом, как о чём-то реальном?

Я бросилась в ванную, стала плескать себе в лицо холодную воду. Посмотрела на себя в зеркало и ощутимо похлопала по щекам. Это немного привело в чувство, так что у меня быстро сформировался план. Сейчас же звоню Светлане и говорю, что завтра приеду убедиться в её словах. А потом пытаются утерпеть и не высказать Кириллу всё сегодня в лицо, чтобы он не успел что-то предпринять и как-то «отмазаться».

Вернувшись на кухню, я набрала Свету. Она ответила сразу же, как будто всё это время не выпускала телефон из рук и ждала, когда я позвоню.

Узнав у неё адрес того самого дома, где её поселил Кирилл, я соврала, что про беременность Светланы от меня муж точно не узнает, добавила, что завтра приеду, чтобы во всём убедиться и, положив трубку, опустилась на стул.

Ноги меня больше не держали.

Следом была ещё одна ложь. На этот раз - сыну. Как только он приехал, я поняла, что разговора о Свете не избежать. Скрывать от Максима всю правду я не стала, поведала лишь, что ничего толком не знаю и буду разбираться. О визите Светланы, конечно же, я умолчала.

- Это может быть какая-то женщина, к которой папа уйдёт? - спросил мой пятнадцатилетний сын.

Смотрел на меня волком, будто именно я была инициатором вероятного краха нашей семьи, но я понимала его чувства.

- Я так не думаю, Максим, - покачала головой. - И я разберусь, обещаю. А сейчас иди к ребятам во двор, как и собирался.

Мы с сыном обнялись, при этом Макс прижал меня к себе так крепко, словно показывал, что у меня есть опора. То, чего мне так отчаянно не хватало те пару часов, что я сражалась с ощущением, будто у меня из-под ног ушла земля. Мой мальчик был очень ко мне привязан. И к Кириллу - тоже. И даже мысль о том, что он может стать свидетелем нашего с Сафоновым развода, была убийственной. Но поделать с этим я уже ничего не смогу. Если Кирилл целый год творил непростительные вещи, нашей совместной жизни конец.

А чтобы хоть как-то отрезвиться и послушать стороннее мнение, я позвонила подруге. Алина точно подскажет что-то путное. Ну или хотя бы даст мне возможность высказать всё, что на душе.

Это в моей ситуации очень немаловажно…

С Алей мы прошли огонь, воду и медные трубы, потому подруге я выдала всё, не таясь и не скрывая своих чувств. Она слушала с таким выражением на лице, что, видя ужас, который проступил у Алины, я получила очередное подтверждение: ситуация настолько нереальная, что я не зря думала, будто попала в фантасмагорию, написанную сумасшедшим автором.

- Я не верю в это, - выдала вердикт Аля, когда я, наконец, закончила повествование. - В то, что Нина Тихоновна могла что-то замутить на стороне, чтобы свести Кирилла с некой Светланой - да. А в то, что Кир просто подобрал на дороге девчонку, которую потом год трахал за деньги…

Я поёжилась от простоты слов, в которые облекла этот кошмар Алина. Трахал за деньги свою содержанку…

- Я завтра еду к ним. И буду во всём разбираться, - сказала подруге, всё же заставив себя выпить хотя бы половину чашки травяного чая.

- Хочешь, отправимся вместе? - тут же предложила Аля.

Без просьб с моей стороны, без сомнений. Просто сказала, что готова быть рядом, и от этого мне стало гораздо легче.

- Хочу, - откликнулась я, понимая, что если при виде Кирилла, который приедет к Светлане, потому что у них страсть в отношениях, да ещё и привезёт с собой свою маму, я просто не устою на ногах, рядом будет верный друг.

- Тогда я буду с тобой, Летка, - взяла меня за руку Аля, и я горько всхлипнула.

Глава 5

Мне удалось собраться. Я даже отправилась на работу, где на меня напало состояние апатии. Удивительно, но именно в этом чувстве я черпала силы, которые планомерно утекали через огромную дыру в сердце, что разрасталась с каждым мгновением всё больше.

Работа была у меня интересной и творческой. Я курировала огромный природный комплекс, который не так давно отдали в ведение крупного инвестора. Он планировал вложить в него большие деньги, и на мои плечи легла основная задача по выбору подрядчиков, обсуждению с ними всех направлений, в которых будет развиваться наш проект. И прочее, прочее, прочее.

Сегодня, как будто вселенная решила меня на что-то отвлечь, день был особенно насыщен событиями, так что в реальность я вернулась лишь когда поняла, что на часах девять вечера.

За это время мне несколько раз звонил муж, который становился всё более обеспокоенным по мере того, как я не выходила на контакт. Так что когда я вернулась домой, Кир встретил меня в прихожей.

- Слава богу! - выдохнул он. - Я уж думал, ты не придёшь ночевать.

Я слабо и натянуто улыбнулась. Увернулась, когда Сафонов попытался притянуть меня к себе.

- Очень устала, прости.

Стащив обувь, я направилась в ванную, краем сознания отмечая про себя, что пока меня не было, Кирилл, похоже, состряпал что-то вроде ужина. По крайней мере, об этом свидетельствовали две тарелки и два же комплекта приборов, разложенных на столе, а также аромат запечённого мяса, витающий в воздухе.

Кирилл поймал меня за руку и заставил повернуться лицом к нему. Нахмурившись, он приподнял его за подбородок и посмотрел в мои глаза. Меня стало вести от жуткого понимания, что он точно так же стоял напротив Светы, касался её, а после целовал и тащил в постель.

- У нас всё в порядке? - задал вопрос Кирилл глухим голосом.

Я рвано выдохнула. Желание выдать ему всё в этот момент стало особенно острым, но я засунула его куда поглубже.

- А что у нас может быть не в порядке? - задала ответный вопрос.

Сафонов такого не жаловал. Он поджал губы, но никаких ремарок по поводу игр в «вопрос на вопрос» задавать не стал. Просто пояснил:

- Макс какой-то не такой. Смурной, есть отказывается. Ты приходишь позже обычного и тоже от меня отстраняешься. Что случилось, Ви?

Как дорого бы я сейчас заплатила за то, чтобы сказанное Светой оказалось неправдой! Ведь не мог же Кирилл настолько искренне тревожиться за то, что у нас с ним какая-то брешь в отношениях, при этом зная, что этому есть огромная причина. И имя у этой причины есть. И живот - весьма беременный.

- Мы немного с ним повздорили. Глупости, - соврала я.

Заставила себя быстро чмокнуть Кира в щёку, после чего отстранилась. На лице Сафонова проявилось такое острое облегчение, что оно стало лишь дополнительным поводом увериться в том, что ему есть что скрывать.

- Что-то серьёзное? - уточнил он. - Я могу с Максом поговорить.

Я замотала головой.

- Нет, вообще ерунда. На самом деле, я просто чертовски устала. Сейчас у нас проект входит в активную фазу, так что работы будет по горло.

Скрывшись в ванной, я вновь стала плескать себе в лицо ледяную воду. Немного помогло утром - поможет и сейчас. Так думала я, пока не поняла, что всё больше погружаюсь в пучину какого-то глухого ужаса, от которого хочется кричать, а когда открываешь рот, из него не вылетает ни звука.

В этот вечер я ещё несколько раз была очень близка к тому, чтобы выложить Сафонову всё. Особенно меня задевали те моменты, которые можно было назвать родными. То, как муж выходит из душа и проходит к шкафу в одном полотенце, намотанном на бёдра - родное. То, как он тихо смеётся, глядя на экран планшета - тоже безумно родное.

Всё пропитано чувством, что Кирилл мой на миллиард процентов. Но он и его сердце, если верить Свете, принадлежат ещё и другой…

- Я люблю тебя, - шепнул Сафонов, когда я отвернулась и сделала вид, что заснула.

Ничего не ответив, закусила губу до боли и тихо-тихо заплакала…

Час икс, когда мы с Алинкой направились по адресу, данному Светой, наступил очень быстро. С Максимом мы ничего не обсуждали, но я видела, как сын напряжён, словно в ожидании удара. За него сердце болело особенно сильно - такого предательства со стороны отца Макс не заслужил. Но планировала я обсудить это позже, когда всё станет кристально ясным.

- Машину кинем здесь. Этот дом - вон там, - указала по-деловому Аля вдоль улицы, на которой мы припарковались.

Подруга была собрана, в отличие от меня, превратившейся в кисель. Но я имела право на любую реакцию в моменте. Это потом соберусь, достану из потайного шкафчика железный стержень, а сейчас, как я считала, у меня имелась особая привилегия на рефлексию.

- Давай вот сюда переместимся, - постучала она пальцем по экрану телефона, на котором была открыта карта. - Оттуда должен быть виден подъезд к Светиному обиталищу. Она сказала, что калитку и дверь не закрывает? - уточнила Аля.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

- Тогда идём. Скоро шесть.

Мы вышли из машины и переместились в том направлении, которое обозначила Алина. Она вела меня, поддерживая под локоть, потому что ноги стали ватными, а под ними не чувствовалась земля.

Скрывшись за перголой, увитой хмелем, мы застыли. Я получила возможность составить представление о том, где поселил Кирилл свою содержанку. Обычный посёлок, коих тысячи по всей стране. Где огромные особняки соседствуют с покосившимися хибарками, которые давно пора отправлять под снос.

Дом Светланы был небольшим, аккуратным и ладным. Из светлого кирпича, двухэтажный, чистенький и опрятный на вид.

Впрочем, очень быстро я напрочь потеряла интерес к осматриванию местности и жилища, а все мысли из головы улетучились напрочь.

У домика остановилась машина Кирилла. Наша машина. А следом из неё вышли Нина Тихоновна и сам Сафонов. Очень быстро они скрылись за забором, калитку от которого закрыть были не должны, если верить содержанке. А когда прошло минут десять, что я провела в состоянии, близком к смертельному, Алина повернулась ко мне и уверенно сказала:

Глава 6

С момента, как я сделала первый шаг навстречу той пропасти, куда уже утянуло и мой брак, и всю мою прошлую жизнь, и все мои светлые чувства, что я испытывала в сторону Сафонова, мир словно померк.

Наверное, такое чувство испытывали герои «Ночного дозора», когда шагали на изнанку, где всё было иным. Казалось, что сумрак заполонил пространство и проник в мои лёгкие. Он расползся по венам, пропитав собою каждую клеточку тела. Я заступила за черту, откуда не было возврата.

Дверь в дом, как и обещала Света, была не заперта. Мы спокойно, ни капли не таясь, вошли в небольшой коридор. Причём Алина шла, словно ледокол Красин, взрезающий собой крепкую поверхность льдов, а я послушно следовала за ней.

Наше прибытие осталось незамеченным и это дало мне возможность немного перевести дух. Я слышала, как Нина Тихоновна что-то говорит, но не могла разобрать ни слова.

- Хочешь проникнуться речами, или сразу же идём? - шёпотом спросила у меня Алина, когда мы остановились, чтобы составить план на дальнейшие передвижения.

- Сейчас… дай мне несколько секунд.

Я стала рвано дышать, понимая, что кислород внутрь почти не проникает. Тело моё превратилось в пластиковое подобие, нечто вроде манекена. А у манекенов вовсе нет потребности в воздухе. Но так, наверное, будет проще столкнуться с неизбежностью.

Пока я стояла, приходя в себя, Алина потянула приоткрытую дверь, и та легко поддалась и распахнулась без лишнего шума.

- … ну что ты там будешь делать в этой своей деревне? - вещала Нина Тихоновна. - Я тебя полюбила, как родную дочь. Кирюша тоже тебя любит. Да, у вас сложилось так. Виолетта никуда не денется, и это нормально. Она - жена Кирилла, она родила ему сына. Но так живёт множество семей. Жёны годами не догадываются, что у мужчин есть вторые супруги.

Я слушала Нину Тихоновну с ужасом. Свекровь открывалась для меня с настолько другой стороны, что у меня ужас по телу волнами разливался. И, судя по тому, какими круглыми стали глаза Алины, это чувство она со мной разделяла на все сто.

- Нина Тихоновна, но я правда так больше не могу! Сижу тут затворницей! Кирилл ведь даже работать мне запрещает!

Я попала в параллельную реальность. Только этим обстоятельством можно было хоть как-то объяснить то, что происходило кругом.

Кирилл и запрещает. Два совершенно не вяжущихся друг с другом слова.

- Я не запрещаю, а настаиваю, Света, - раздался голос Сафонова.

Несмотря на кажущуюся мягкость, в тоне Кирилла прозвучали нотки, которые я слышала впервые. Даже захотелось взглянуть на мужа и увериться в том, что это действительно он. Но вместо этого я застыла, замерла, как каменное изваяние. Жадно вслушивалась в то, о чём они будут говорить дальше, хотя мне всё стало понятно и так.

- Тебе нет никакого смысла ни работать, ни возвращаться к себе. Ты прекрасно жила в этом доме и тебя все устраивало до последнего момента. Что же изменилось сейчас?

Клянусь, если бы у меня спросили, кого я могу посоветовать на озвучку какого-нибудь демонического персонажа, я бы без раздумий рекомендовала взять моего мужа. Именно такого, каким он предстал передо мной сейчас. Каким-то странным, чужим… каким-то не моим.

Света молчала, хотя я и жаждала услышать, что же она скажет. А когда молчание затянулось, в разговор вновь вступила свекровь:

- Светочка, ну потерпи ты немного. Кирилл и так с ума сходит от того, что ты уедешь…

- Мама! - процедил Сафонов с предупреждением.

- А что мама? Может, Светочке нужна уверенность в будущем? Она молоденькая, но умная. Ей нужны гарантии. Например, что рано или поздно вы родите ребёночка…

- Этого не будет! Я же сказал, что я категорически против! У меня есть сын, мне этого достаточно!

- А обо мне ты подумал? А о ней? Она юная женщина, конечно, когда-нибудь Света захочет детей…

Оставаться и дальше в укрытии я не смогла. Мне было достаточно того, что мы с Алиной услышали. Всё было ясно… Светлана не соврала. Она действительно содержанка Кирилла.

- Ну почему же нам всем теперь не подумать о Нине Тихоновне и Светочке?

С такими словами я, уже ни капли не таясь, появилась в кухне-гостиной, где и собралась эта троица. Переступила порог, оглядывая помещение и Кирилла со Светланой, а на свекровь, которая как-то жалобно пискнула, даже не взглянула.

Сафонов прохрипел что-то нечленораздельное и побелел так, что показалось, будто краски больше никогда не вернутся на его лицо. В чертах же Светы проступило явственное облегчение. Вот только на что она надеялась, я не знала. После всего услышанного, ее ребенок - последнее, о чем я стану думать. Хотя, пока придержу эту информацию до лучших времен.

- Летти… - начал Кирилл, но осёкся. - Как ты… приехала…

Схватился за горло, видимо, понимая, насколько глупо сейчас будет начинать оправдываться.

- Да, именно так, Кирилл. Твоя жена приехала к твоей содержанке, чтобы лично убедиться в том, какая ты нечистоплотная сволочь. Что ты на это скажешь, м? Может, вы, Нина Тихоновна, что-то мне поведаете? Говорите, что Света нужна вам для того, чтобы нарожать детей вместо жены вашего сына?

Я прошла на середину гостиной, встала так, чтобы в поле зрения оказались все трое. А Алина, как мой верный страж, присоединилась ко мне мгновением позже, заняв место по правую руку.

Тишина, которая растеклась по пространству, была звенящей, зловещей и гнетущей. Но очень скоро её нарушил голос свекрови:

- Даже хорошо, что ты теперь всё знаешь, Виолетта.

Она поднялась с дивана, на котором сидела неподалёку от содержанки, и, оглядев всех нас, добавила:

- Думаю, что уступить место той, кто сможет родить Кириллу ещё детей, в твоём случае будет совершенно правильно.

Глава 7

Уступить место. Как будто я стала старой ветошью в шкафу, которую нужно было отправить на помойку, а взамен повесить туда новую блузку. И как бы абсурдно это ни звучало, Нина Тихоновна была совершенно уверена в том, что именно так мы и должны поступить.

Но что стало причиной, по которой свекровь настолько быстро и просто переметнулась на сторону этой молоденькой содержанки? Неужели действительно её способность рожать, которой я сама уже была лишена?

Странно… Нина Тихоновна никогда не вела себя как женщина, которая не проживёт без отряда внуков. С Максом у неё были прекрасные отношения. Да, сын куксился, когда ему нужно было ехать помогать бабушке на даче, но, как мне казалось, так делали все подростки.

И вот, как выяснилось, свекровь мечтала о том, чтобы моё место заняла другая…

- Мама, хватит городить чушь! - рявкнул Кирилл, но Нину Тихоновну было уже не остановить:

- Никакая это не чушь! Ты сам говорил, что хотел бы ещё детей…

- От Виолетты! Я хотел их от Виолетты, а не от кого-то другого!

- Но она уже не может…

- Я же сказал - хватит!

Он так громко выкрикнул эти слова, что я даже охнула. Да что такое успело стрястись с Кириллом, если он за короткий промежуток времени превратился в незнакомца? А главное, как он исхитрялся существовать в двух разных личинах? Со мною был всё тем же Сафоновым, которого я знала, как свои пять пальцев, как мне казалось. А со Светой становился мужчиной, глядя на которого я с уверенностью могла сказать, что вижу его впервые.

- Почему же хватит, Кирилл? Или ты думаешь, что после всего увиденного и услышанного я останусь на том месте, на котором находилась столько лет? Конечно, нет. У меня вся жизнь впереди, пусть твоя мама и считает меня неполноценной.

Меня опять перестали держать ноги, и каким чудом я оставалась в вертикальном положении, только Господу было известно. Знала только, что если бы не компания Алины, мне было бы ещё тяжелее. Я просто рухнула бы на пол, как подкошенная.

- Виолет… мы с тобой поговорим дома, хорошо? - спросил Кирилл тихо.

- Конечно, поговорим, - кивнула я. - Втроём. Потому что Макс уже тоже кое-что слышал. Слышал про эту самую твою Свету, которую ты содержишь на наши деньги. Слышал, что она от тебя никуда не денется.

Всё это время содержанка сидела ни жива, ни мертва. Мне бы даже стало её жаль в любом другом случае. Руки сжаты в кулаки, взгляд какой-то стеклянный. Как будто она всеми силами пыталась вытолкнуть сознание из замершего тела, оставив рядом с нами лишь оболочку.

- Откуда ты вообще… про всё это узнала? - выдохнул Кирилл, на что я приподняла бровь.

Потому что на этот раз Света хоть как-то отреагировала. Она посмотрела на меня с такой мольбой, как будто от моего ответа зависела ни много, ни мало, а её жизнь. Чего она так боялась? Вернее, кого? Неужели Кирилла? Того человека, который был совершенно не страшным и не грозным?

Я могла сейчас вынести ей приговор одним своим словом, раз уж она так опасалась, что я скажу правду. А потом поведать Сафонову про ребёнка и побыть хоть несколько мгновений в состоянии отмщённости. Но мне в голову пришла другая мысль. А что если повести свою игру? Соврать, а потом продолжать держать связь со Светой?

За спиной Кирилла перевезти её в другой дом, заручиться обещаниями не видеться с ним никогда? А когда Сафонов знатно настрадается, не зная, где его любимая, послать его ко всем чертям.

Боже, Виолетта, о чём ты вообще думаешь? Что за мысли лезут в твою голову? Они ведь втянут тебя в свои игры, после которых встать и отряхнуться будет уже совсем не просто.

Впрочем, мне нужно было время. Сказать Кириллу про беременность Светы я всегда успею. Ещё непонятно, что он станет плести мне, когда мы останемся один на один.

- А какая разница? - пожала я плечами. - Твоя мама особо ничего не скрывала, говорила при внуке так, что не услышать было невозможно. Но я ей даже благодарна. Жила бы себе спокойно и знать не знала, что мне надо отойти в сторону и подарить вольготную жизнь какой-то другой барышне.

- Виолетта… это не так. Ты - моя жена. Я тебя люблю, - проговорил Кирилл.

- А её? Её любишь тоже? - указала я пальцем на Свету, а сама жадно всмотрелась в черты лица мужа.

Ему совершенно необязательно было произносить ответ. Я могла прочесть всё сама.

Да. Он был ею очень увлечён, хоть и проговорил совсем другое:

- Я просто помог Свете. А потом, сам не знаю, как у нас всё закрутилось.

- Я спрашивала не об этом, Сафонов, - проговорила с нажимом.

Если уж пошла такая пьянка, как говорится, пусть говорит откровенно. Или врёт, что никаких чувств у него к содержанке нет.

- Я к ней привязался, - наконец, выдохнул Кирилл, подаваясь ко мне. - А тебя я люблю.

Оставаться и дальше в этом фарсе я не желала. И без того услышала сверх меры и сверх человеческих способностей вместить в свой новый мир настолько изменившуюся реальность.

- Всё понятно, Сафонов. Что ж… не стану больше отравлять своим присутствием вашу сложившуюся компанию. Вам же с мамочкой надо уговорить Светлану не дурить и остаться с тобой. Ей ведь ещё детишек тебе рожать.

Зло расхохотавшись, я вышла из этого чёртова дома, хотя мне хотелось бежать. Следом за мной по пятам шагала Алина.

На этом моя семейная жизнь с Кириллом закончилась. Я осознавала это особенно остро в данный момент.

Да, будут ещё разговоры, обсуждения, возможно, даже мольбы со стороны Сафонова. Но в том, что с ним разведусь, я была уверена.

- Да, мать… это было сильно. Ты молодец! - похвалила меня Алина, когда мы устроились в машине.

Я видела, что пальцы подруги дрожат. Она взяла пачку сигарет, которые валялись на приборной доске, нервно закурила.

- Поехали отсюда, - просипела я в ответ едва слышно, и через мгновение мы уже мчались прочь.

Прочь от этого места и тех осколков моего прошлого, которые я оставляла в дар женщине, что должна была занять отныне моё место.

Глава 8

Более-менее выдохнуть я смогла только когда мы отдалились от всей этой вакханалии на приличное расстояние. Сил не осталось ни на что, так что я просто погрузилась в целебную прострацию, каждое мгновение которой вытесняло ужасные ощущения.

- Что будем делать дальше? - спросила Алина, докурив.

Я пожала плечами.

- Не знаю, но у меня велико желание просто послать всё к чёрту. Развестись с Киром, разделить имущество и начать жизнь заново.

Подруга вздохнула. Она знала, сколько всего мною вложено в этот брак. И сколько планов, спасибо Сафонову, сейчас летело к черту. Плевать. Не исполнятся - значит, так тому и быть.

- Почему не сказала Киру все? Ну или хотя бы то, что Света сама к тебе пришла? - уточнила Аля.

Ответа на этот вопрос у меня не было. Вернее, имелся, но, по правде, сейчас его обмозговывать я не желала.

- Потому что пока не решила, что с ней делать, - расплывчато ответила я. - С содержанкой, имею в виду.

Повернувшись к подруге, которая уже тоже собралась и сейчас сосредоточенно вела машину, я все же созналась:

- Была мыслишка за спиной Кирилла провернуть кое-что… Но это будет зависеть от того, не упадет ли сейчас Светочка в ноги любимому и не признается ли в беременности.

Как бы язвительно я об этом ни говорила, от сказанных слов стало окончательно тошно. Представляю эту сцену, когда содержанка, рыдая горючими слезами, будет икать от страха, но сознается в наличии ребенка, а Нина Тихоновна станет крестить и благословлять растерянного Кирилла и драгоценную Свету.

- Уверена, она все это и затевала, чтобы себе Сафонова прибрать к рукам, - хмуро констатировала Алина. - А если все же ничего не сделает, как поступишь?

Идея только лишь формировалась в моей голове, но стоило признаться самой себе: она крепко засела в мозгу и требовала дальнейшей работы с этой мыслью.

- Пока не знаю. Наверное, дождусь того, что скажет Кирилл. Хотя, и так ясно, что врать смысла у него нет. Ну а потом свяжусь со Светланой… Если она будет настаивать на том, что готова отдать их ребёнка мне, а сама уедет после родов и больше не вернётся…

Я произнесла эти слова и сразу поняла, насколько они абсурдно звучат. Алина была права - это была спланированная акция со стороны содержанки, чтобы Кир отныне стал принадлежать ей, словно переходящий приз. Однако, я не совсем понимала, почему было не поступить проще - прийти ко мне и всё выложить, как на духу? Зачем все эти спектакли в стиле: Сафонов меня уничтожит, спасите-помогите?

- Да уж, Летик… Вот это переплёт, - вздохнула Аля, паркуясь возле моего дома.

Я перевела взгляд на подругу, в глазах которой читалось искреннее сочувствие. Протянула руку и сжала её запястье.

- Спасибо, - прошептала едва слышно, после чего покинула Алину машину, бросив короткое: - Созвонимся.

И направилась к дому, уверенная в том, что не минует и пары часов, как Кирилл примчится восвояси.

Так и случилось.

Сафонов явился через час после меня. Все те минуты, что я металась по дому, когда меня стало накрывать окончательным осознанием случившегося, муж что-то делал наедине с любовницей.

Она призналась ему? Он счастлив, что его род продолжится не только в Максиме? Он сейчас скажет, что всё сложилось как нужно, соберёт вещи и уйдёт в свою лучшую жизнь?

Почему до сих пор так больно, хотя я искренне надеялась на то, что мои чувства отныне под ледяной коркой непробиваемого панциря?

- Летти… - начал Кирилл, входя в квартиру так тихо, словно боялся нарушить идиллию рухнувшего брака неосторожным звуком.

- Я сейчас позову Макса и мы поговорим, - отчеканила я, что удалось сделать спокойно и даже почти не дрогнувшим голосом.

Направилась в сторону комнаты сына, который за этот час лишь единожды выглянул из двери, видимо, прекрасно понимая, что творится, но Сафонов меня перехватил за руку.

- Не надо звать Макса… умоляю. Я сказал Свете, что у нас с ней всё завершено.

Это было так внезапно, в голосе Кирилла звучало столько молящих ноток, что я приостановилась. Посмотрела на мужа, в его глаза, в которых полыхала боль. А может, это было лишь отражение того, что чувствовала я сама.

А ещё эта пауза была необходима мне, чтобы успеть обмозговать сказанное Сафоновым. Верила ли я ему на все сто? Конечно, нет. Но если он сказал правду - это даст мне возможность повести игру по-своему.

- То есть, ты рассчитываешь на то, что я просто кивну, скажу тебе - окей, молодец, а потом приготовлю семейный обед? - зашипела я в лицо Кирилла. - Ты содержал эту малолетнюю шлюшку на наши деньги! Ты поставил в известность Нину Тихоновну и она мне прямо заявила о том, что теперь место твоей жены займёт новая женщина, потому что старую можно сдавать в утиль.

- Это не так, Виолетта! Это не так! За всё, что наговорила моя мать, она готова извиниться! Это было просто помрачение рассудка, Летти. У меня было просто помрачение! Дороже тебя и Максима никого нет, пойми! Мы сегодня всё решили. Я отпускаю её… Я больше никогда её не увижу. И нет, конечно, я не рассчитываю на твоё прощение… вот так вот сразу. Но я прошу дать мне шанс.

Мели Емеля, твоя неделя. Мне ты поёшь одно, а Свете - другое. Но мы ещё посмотрим, как ты станешь корчиться от мук!

Такие мысли мелькали в моей голове, пока я лихорадочно соображала, как и что ответить на тираду Кирилла. Однако эти измышления прервал встревоженный голос Максима.

- Мам… пап… Может, вы уже расскажете мне обо всём, что происходит? - спросил он, заходя на кухню. - Я ведь тоже имею право знать…

Глава 9

Конечно, он был совершенно прав в том, чтобы потребовать ответов на свои вопросы. Я ему по понятным причинам ничего в красках расписывать не стала. Сама была ни в чём не уверена, пока не убедилась в предательстве Кира, увидев его собственными глазами. А сейчас лгать, изворачиваться и делать хорошую мину при плохой игре уж точно не собиралась.

- Давай, Сафонов, - кивнула я мужу, проходя на кухню и устраиваясь за столом.

Мои мужчины последовали за мной.

Мои мужчины.

Нет, Летти, один из них уже не твой.

- Максим действительно имеет право знать. Расскажи сыну, что происходит, - велела я Кириллу, отмахиваясь от мыслей, которые не приносили ничего кроме страданий.

Сложив руки на груди, стала испепелять мужа взглядом. К острой боли, которую я ощущала до сих пор и которая, конечно же, пока никуда не денется, прибавилась злость. Но я сдерживалась, чтобы её не выплеснуть на голову Кирилла. Потому что правду Максим заслужил, а вот некрасивый скандал с рукоприкладством, когда я бы выписала мужу пару пощёчин, - нет.

- Вообще… Я считаю, что нам нужно поговорить с твоей мамой наедине, - начал Сафонов, но я его тут же оборвала:

- Нет! - заявила громко. - Если тебе смелости не хватит рассказать - это сделаю я. Только в этом случае ты лишишься шанса на представление информации сыну в мягкой форме.

Кирилл сцепил челюсти и отвёл взгляд. Наверное, ему хотелось быть где угодно, только не здесь. Он предпочёл бы, пожалуй, оказаться в смертельно опасных джунглях, а не наедине с семьёй, которой должен был полноценно признаться в грязи, которую развёл.

- Мы с твоей мамой сейчас станем решать важный вопрос. Я совершил ошибку, Максим. Обратил внимание на другую женщину. Мама об этом узнала… Но я уже не с ней, не с той женщиной. Поэтому я буду делать всё, чтобы наша семья осталась в том составе, в котором существует с давних пор…

О, как красиво завернул! Можно заслушаться… Но Макс не стал вникать и обмозговывать сказанное отцом.

- Ты изменил маме, - констатировал он. - С кем?

Мой сын поразил даже меня. До глубины души. Он ведь просто мог кивнуть, сказать, что его полностью устраивает тот факт, будто папа одумался и дальше всё пойдёт как прежде. Но Максу, кажется, совершенно не интересно было, на что там надеялся Кирилл.

- Есть разница? - уточнил Сафонов, приподняв бровь.

- Если спрашиваю - значит, есть.

Максим опустил голову и смотрел на отца исподлобья. Он буквально сверлил его взглядом и посылал предупреждение: лучше тебе быть со мной откровенным. И Сафонов, на удивление, его понял.

- Вы её не знаете. Она просто девушка, попавшая в беду.

- Ты её спас, а потом влюбился? - буркнул Макс.

Ну, слава богу… А то я уже начала подозревать, что упустила какой-то период взросления сына, который был очень важным, но прошёл мимо меня. И его вопрос, который больше подходил подростку, чем то, о чём расспрашивал Макс папу до этого, заставил меня даже вздохнуть. С облегчением.

- Нет, Максим. Я в неё не влюбился…

- А зачем тогда бабушка говорила тебе, что та девушка никуда не денется? Ты переживал за то, что эта женщина от тебя уйдёт. А сейчас говоришь, что больше не с ней.

Макс умел делать логичные выводы, что не могло меня не радовать. И его утверждения, подкреплённые вопросами, порождали во мне всё более крепкую уверенность в том, что Кирилл мне лгал. Он намеренно отстранит Свету, но лишь на время. Спрячет её в другом месте, ненадолго сделает вид, что он - самый хороший семьянин на всей земле. А потом, когда живот Светланы начнёт расти, как на дрожжах, попросту свалит в закат.

- Я тогда ошибался, сын. Был уверен в том, что смогу… вести двойную жизнь. Но когда понял, как больно сделал твоей маме… когда осознал, что именно могу потерять - у меня будто пелена с глаз упала. Я сказал Светлане, что мы больше не вместе. Она уедет в ближайшее время. Вернётся в родной посёлок и мы ни единого раза с нею не увидимся.

Он посмотрел сначала на сына, затем на меня. Пристально, долго, словно хотел прочесть что-то на наших лицах. А затем задал вопрос:

- Вы сможете меня простить и принять обратно? С этого момента у нас будет всё ещё лучше, чем раньше. Макс… ты ведь хотел щенка…

Нет-нет-нет! Это запрещённый приём и использовать его мужу я попросту не позволю! Однако делать что-то или говорить не пришлось.

Несмотря на то, что Максим от неожиданности очень воодушевился, состояние это длилось недолго. Сын всё понял и так. Осознал, что разменивать на щенка собственную мать - это как продать Христа за тридцать сребреников. Как бы пафосно это ни звучало.

- Это решать только маме… Я буду на её стороне в любом случае, - размеренно сказал Максим. - И пока я не хочу ни смотреть с тобой футбол, папа, ни вообще говорить о чём бы то ни было.

Прежде, чем уйти, он посмотрел на меня и проговорил:

- Я буду у себя, мам. Если что - зови.

Мне хотелось вскочить, подбежать к сыну, крепко его к себе прижать и не отпускать. Но вместо этого я кивнула и ответила:

- Спасибо, Макс.

Поднявшись из-за стола, прошлась по кухне. Не знала, что сказать Кириллу. Вернее, умом понимала, что гнать его надо поганой метлой, но очень хотелось всё же попробовать привести свой план в действие.

- Ты спишь с этого момента на диване. Твою маму видеть в обозримом будущем я не желаю. О Светлане я слышать даже близко не хочу, тем более - вновь видеть вас вместе. В случае, если ты всё же уйдёшь к ней, нам с Максом останется всё, что мы с тобою нажили вдвоём. Это мои условия для того, чтобы ты пока оставался рядом на правах человека, который может жить в этом доме, - отчеканила я.

- Пока? - тут же вскинулся муж.

- Да. Пока. Как только узнаю, что ты снова стал ездить к ней…

Я не договорила, когда Сафонов шагнул ко мне и попытался схватить за руки.

- Этого не будет, я же сказал! - с жаром заявил он.

Я не позволила ему к себе прикоснуться.

Глава 10

Для дальнейших действий мне нужна была Алина. Надо ли говорить, что подруга согласилась на то, чтобы мне помочь, без лишних вопросов?

А ещё подоспела мама, которая появилась внезапно, как и всегда, но которая сегодня была как нельзя кстати.

Со Светой мы должны были увидеться на следующий вечер после моего ей звонка. Ту ночь, которая предшествовала наступающему дню, я провела без сна. Всё металась в мыслях с одной дикой потребности на другую, но так на чём-то конкретном и не остановилась. Вернее, решение-то принято было, только внутренне я понимала, что на определённые действия готова весьма условно. Не имелось у меня в душе твёрдой уверенности в том, что поступаю верно.

- Боже мой, Виолетта! - охнула мама, когда мы втроём - я, Аля и моя родительница - увиделись в кафе, где я рассчитывала впихнуть в свой несчастный измученный желудок хотя бы небольшую порцию еды.

Мама смотрела на меня с ужасом, который передался и мне. С утра Кирилл выпил кофе, пообещал быть вовремя и уехал из дома, а мы с сыном просто позавтракали и разошлись каждый по своим делам. Точнее будет сказать - я силой заставила себя прикончить чашку капучино, не чувствуя вкуса и не получая от напитка ни капли удовольствия. А потом поехала на встречу с Алиной и мамой. На работе взяла отгулы - слава богу, на данном этапе можно было обойтись звонками и дистанционным участием в делах.

И вот теперь сидела, смотрела на то, как на лице матери появляются те эмоции, что стали самым лучшим отражением того, что испытывала я сама, и ощущала себя так, словно сдулась в одночасье.

- А Максим?.. мой бедный мальчик! - начала она заламывать руки, но я твёрдо попросила:

- Пожалуйста, мам… Давай без настолько острого проявления чувств. Мне сейчас нужна ваша помощь. И разумные головы на плечах.

Аля тут же закивала, а мама вздохнула, но после небольшой паузы заверила:

- Мы поможем обязательно! У меня никак не укладывается, что он пошёл на подобное! Но может, Кирилл действительно так быстро всё осознал и понял?

Мы с Алиной мрачно переглянулись. Старое поколение, которое считало, что мужчину можно простить даже за большие грехи, лишь бы был рядом, сейчас начнёт мне советовать подумать, помозговать и взять паузу.

- В общем, я сегодня вечером увижусь со Светой. Она просила о поддержке - я ей её дам, - проговорила я, а когда увидела удивлённые взгляды мамы и Али, пояснила: - Естественно, на своих условиях.

Они так и продолжали глазеть на меня с такими выражениями на лицах, что мне даже стало не по себе.

- Слушайте, - велела я маме и Алине, и они, как по команде, склонили ко мне головы.

Едва я вошла в небольшое придорожное кафе, где мы условились встретиться со Светланой, сразу же стала искать на лице содержанки моего мужа что-то, что навело бы меня на конкретные выводы. Ведёт ли она свою игру, или действительно готова отойти в сторону, предварительно выполнив все мои требования?

- Это Алина, - представила я подругу, когда мы уселись напротив Светы.

Юная и трогательно беззащитная, она не вызывала у меня ничего кроме раздражения. Но с ним я уже начала учиться справляться.

- Здравствуйте, - проговорила, словно даже прошелестела, Светлана.

- Она поможет сегодня нам в том, для чего мы с тобой увиделись, - продолжила я, пока Света смотрела на нас во все глаза. - Перво-наперво, уточню ещё раз: ты твёрдо решила пропасть с радаров Кирилла, раз он сказал тебе, что у вас всё кончено, но ребёнка хочешь отдать мне. Верно?

Я вцепилась взглядом в лицо Светланы, на котором не появилось даже капли неуверенности и растерянности.

Она кивнула и ответила с хрипотцой в голосе:

- Да. Мы с вашим мужем действительно расстались. Я очень благодарна вам за то, что мне не придётся идти на ужасный шаг…

Вскинув ладонь, я жестом заставила её замолчать. Мне эти политесы и прочие сюси-пуси даром не сдались.

- Тогда давай телефон. И те деньги, о которых мы сегодня говорили в переписке, - велела я Светлане. - Ещё документы. Ты ведь восстановила их, я права? На учёт ещё не становилась?

Света превратилась в замершую статую. Похоже, она только теперь начала осознавать, что всё всерьёз.

- Не становилась, - помотала она головой. И да - документы восстановила, - проговорила она, облизнув пересохшие губы. - Виолетта Викторовна…

- Виолетта! - рявкнула я, напомнив шлюшке о том, о чём уже говорила. - Я для тебя Виолетта и давай по существу.

Представляла, какие сейчас начнутся тирады, и не желала слушать ни капли лишнего.

- Виолетта… Я не стану искать встреч с Кириллом, обещаю! Я не понимаю, что вы задумали! - чуть ли не вскричала она.

И тогда я пояснила:

- Прямо отсюда ты поедешь в квартиру, в дальний пригород. Никакой связи с Сафоновым - для этого отдаёшь мне телефон. Никаких новых номеров - для этого я забираю паспорт. На учёт встанешь по месту проживания - я или Алина будем приезжать, когда понадобится паспорт и полис. Но дёргать нас по пустякам не стоит. Денег у тебя будет по минимуму. И то - на карте, которая принадлежит мне.

Я вытащила из сумки банковскую карточку и положила её на стол перед собой.

- На продукты и небольшие бытовые нужды хватать будет. В остальном ты все услышала. Это главные мои условия. Скромная жизнь вдалеке от города и моего мужа до момента, пока не родится ребёнок. Потом - будем решать, как всё оформить документально. И после ты уедешь на все четыре стороны и я больше никогда о тебе не услышу. Но стартуешь в эту новую жизнь ты прямо сегодня и прямо отсюда.

Я была уверена в том, что Сафонов не выдержит. Станет рыть носом землю, но попытается эту шлюшку отыскать. А я посмотрю за его метаниями и даже если они продлятся всего день - получу удовольствие от процесса.

- Ты сказала, что Кирилл тебя убьёт, когда узнает о ребёнке - обещаю, не узнает. Так что решайся, Света.

Я демонстративно взглянула на часы и добавила:

- У тебя ровно десять секунд.

Глава 11

Этого времени не понадобилось. Не прошло и половины от отведённого содержанке срока, как она протянула мне свой телефон. Затем открыла сумочку, покопалась в ней. Выудила паспорт, карточку, оформленную на имя Кирилла Сафонова. Наличные деньги. Их, видимо, копила, когда мой муж трахал её и за это платил. Судя по внушительной пачке, секс у них был регулярный.

- Виолетта… Я обещаю вам… - вновь начала Света, но опять мне пришлось её оборвать.

- Не нужно никаких обещаний. Я вообще не верю ни тебе, ни Кириллу. Он хоть и сказал, что чувства к тебе - это всего лишь помрачение рассудка, пока доверия ему нет. А тебе и подавно.

Говоря это, я складывала в сумку всё, что мне передала любовница Кира. Краем глаза видела, что сказанное мною задело эту малолетнюю шлюху за живое, но как ни в чём не бывало продолжила:

- Я понаблюдаю за вами, и если всё пойдёт так, как обговорено между мною и тобой, уже будем предметно разговаривать про роды, оформление опеки или чего-то подобного.

Я говорила расплывчато. Никакого ребёнка, конечно, забирать не стану. Кир сдастся гораздо-гораздо раньше. Но пока мне было достаточно того, что я затеяла сейчас.

- Хорошо, - покорно опустила голову Света.

Забрала мою карту, на которую я предварительно положила немного денег, после чего уточнила:

- Можем ехать? Только я без вещей.

Она или играла, или действительно была готова на всё, что её ожидало впереди. Задумываться об этом времени да и желания не было. Я поднялась из-за столика и ответила:

- Можем ехать. А вещи куплю тебе и передам позже. Будем считать, что ты зарабатывала тем, что у тебя между ног, чтобы сбежать от Кирилла не без трусов.

Усмехнувшись, я направилась на выход. Аля зашагала рядом, а Светлана - следом.

Первая часть плана прошла удачно.

Вторую тоже удалось провернуть без сучка, без задоринки, так что вскоре Света была отвезена Алей в то самое место, где ей предстояло жить в обозримом будущем, а я, предварительно отдав подруге мобильник шлюхи, вернулась домой.

Сафонов уже приехал и ужинал на кухне. Когда увидел, что я пришла, засуетился.

- Привет, - поздоровался он, оставив курицу и картошку недоеденными. - Макс есть отказывается, а я и на вас, конечно, рассчитывал.

Он попытался забрать у меня сумку, но я не дала. Деньги, переданные Светой, по дороге закинула на свою карточку, справедливо полагая, что попросту возвращаю себе украденное мужем. Но не хотела рисковать, чтобы ни единым намеком не дать Киру понять, что именно произошло сегодня.

- Окей, - ответила Сафонову. - Сейчас переоденусь и перекушу.

Он кивнул и после некоторого колебания ушёл обратно на кухню, а я проследовала в нашу спальню, где сначала спрятала Светины документы, а затем сменила одежду на домашнюю.

Заглянула к сыну, он сообщил, что поел сам, а отец может засунуть ужин себе куда поглубже. Я вздохнула - вот-вот мы с ним сядем и обо всём обстоятельно поговорим. Вдвоём. Потому что повторять ту беседу, которая у нас произошла между мною, Киром и сыном, было бы глупо.

Наконец, я вернулась к Сафонову. Он был озадаченным и хмурым. Я списала это на то, что Кир мог попытаться позвонить Светлане, но она не ответила. Впрочем, расспрашивать его об этом я не стала бы в любом случае.

Когда уселась за стол, а муж стал за мной ухаживать, накладывая то, что наготовил, спросила вскользь:

- Как дела?

Он тут же, словно только и ждал этого вопроса, ответил:

- Всё в порядке. А у тебя? У нас?

Последний вопрос прозвучал даже забавно.

- У нас всё хорошо. То, как мы с тобой живём сейчас, меня полностью устраивает, - ответила, принимаясь за вполне сносные картофель с курицей.

- Ты имеешь в виду - спим врозь? - уточнил Кирилл.

- Я имею в виду - без твоей шлюхи. Ты ведь отправил её прочь от себя, я верно понимаю?

Сафонов замялся. Сцепил челюсти, после чего посмотрел на меня твёрдо.

- Отправил, - заявил он, на что я мысленно хмыкнула.

Внешне же никак не проявила этой горькой насмешки. Просто пожала плечами и ответила:

- Тогда у нас пока всё хорошо. А дальше посмотрим. И давай без обсуждений того, что может привести тему к твоим изменам. Просто помолчим.

Кирилл вздохнул, откинулся на спинку стула и сложил руки на груди, а я принялась за еду.

Аппетит вернулся.

«Мать, слушай. Кажется, я видела машину Кирилла у своего офиса. Как и договаривались, отвезла туда шлюшкин мобильник. Похоже, он её ищет».

Такое сообщение пришло мне от Алины через пару дней. Они протекли вполне спокойно, что мне было только на руку. Я приходила в себя, готовясь к тому, что обязательно случится впоследствии.

И вот - первый звоночек.

«Спасибо», - просто ответила я подруге.

Скорее бы уже разрядился этот чертов Светин телефон! Или стоит немного поводить Кира за нос и поездить с мобильником по городам и весям? А эта мысль была занятной.

Домой сегодня я вернулась пораньше, намереваясь всё же провести разговор с сыном. Нам никак не удавалось сесть и серьёзно пообщаться - то были дела, то рядом находился Сафонов.

Когда же вошла в квартиру, оказалось, что Кирилл уже дома. Он был в состоянии, не заметить которое стало невозможно с первых секунд.

Встревоженный, взлохмаченный, с бегающим взглядом. Как только я вошла в прихожую, Кир бросился ко мне и всмотрелся в моё лицо.

- Что-то случилось? - как можно спокойнее уточнила я, хотя у самой мурашки по спине побежали.

Возникло странное ощущение, что Сафонов открывался для меня с совсем другой стороны в данный момент.

- Нет… ничего не случилось, - просипел он.

Я прошла вглубь квартиры и, повернувшись к мужу, склонила голову набок.

- А я уж грешным делом подумала, что ты опять весь в переживаниях из-за своей шлюхи.

Кирилл выдохнул, как будто даже с облегчением. Видимо, потому, что я сама завела речь о Светлане.

- Ты что-то о ней знаешь? - потребовал он ответа.