Солома

Солома

Чучело «Масленицы» горело ярко. Осыпало блестящий снег трескучими искрами и хлопьями пепла. Вечер Прощёного воскресенья выдался на славу. Конечно, если не брать в расчёт густой белый дым, который то и дело летел прямо в лицо. Но ребят это не расстраивало. Алёна, Таня, Костя, Вася и Лёша стояли у дотлевающей кучки обрядовой соломы. Они молчали и заворожённо смотрели, как умирают угольки.

– Ну, шо, Морану сожгли, пора пойти зиму проводить, да изнутри согреться? – Задорно улыбаясь, предложил Вася.

– Господи, Вась, – буркнула тут же Алёна. – Это не Морана, а просто олицетворение зимы и всего старого. Не жгли славяне богов и вообще…

Договорить ей не дали:

– Всё, срочно бежим отсюда в дом, – Таня засмеялась, – пока мисс «я филолог на заочке в большом городе» всю деревню не задушнила.

– Да ну вас, – обиженно буркнула девушка.

– Алён, ну, это, ну в самом деле, мы уже поняли, шо и чучело не чучело, и жечь его придумали в прошлом веке. Какая разница-то? Пошли лучше беленькой бахнем, да посидим.

Девушка томно вздохнула и поправила две длинные чёрные косы.

– Да, да, село я неасфальтированное, знаю, – Вася наигранно скривился в глуповатой улыбке, – мы ж, ну, это, веселиться собирались, а не лекции слушать.

Алёна улыбнулась. Она подошла к Васе, схватила его за шапку, быстро натянула её на глаза и побежала в дом.

– Кто последний, тот спит на раскладушке, – прокричала девушка.

Ребята засмеялись и толкаясь ломанулись за ней. Последним, конечно же, оказался Василий. Парень и не старался никого догнать. Ему в принципе было всё равно, на чём спать. Главное, чтобы не на улице.

В доме было тепло. Компания шумно провожала зиму: блины с мясом, крепкая выпивка, количества которой никто, кроме Лёхи (хозяина дома) не знал. Смех, шутки, воспоминания из детства, тихая музыка на фоне и стойкий запах табака.

К середине второй бутылки просто так сидеть стало скучно.

– А давайте сыграем в прятки? – перебила Таня Костю, с его «может в картишки или домино». – Как в детстве.

– А давайте, – поддержала подругу Алёна.

Парни переглянулись, пожали плечами и молча согласились. Других подвижных идей всё равно никто не предложил. Да, к тому же, не каждый день можешь позволить себе сыграть в детскую игру, когда тебе не сегодня-завтра стукнет тридцать.

– Только давайте, кого первого найдут, тот исполняет желание, чтобы стимул играть был, – предложил Лёха.

Все согласились, но с оговоркой: «никаких пошлостей и опасных идиотских затей». Особенно это касалось Васи. Из всех ребят он был тем, у кого напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. Хотя и сам по себе – рубаха-парень.

Короткую спичку и право искать первой выпало Тане. Ребята погасили в доме свет. Оставили только ночник в гостиной, чтобы не расшибиться.

– Только, Алён, – обратилась к ней Таня, – оставь свою книжку на столе. А то засядешь где-нибудь читать, ищи тебя до завтра. И так целый день с ней ходишь.

Девушка закатила глаза. Он положила книгу в потрёпанной временем обложке на стол и демонстративно показала всем пустые руки. Читать она всё равно не планировала. Градусы спиртного играли в голове так, что сосредоточиться на буквах стало непростым занятием.

– Один, два, три, – начала счичать Таня. Половицы заскрипели, входные двери хлопнули.

На улице уже стемнело. Алёна стояла посреди двора и думала, куда ей спрятаться. В подвал она идти не хотела, с детства их побаивалась. К тому же, туда уже заскочил Костя. Она бы побежала вместе с Лёшей, из всех троих парней он её привлекал. Не только внешне, но и интеллектуально – с ним она могла поговорить не только о трудностях на работе и несправедливости жизни. Вот только куда он спрятался, она не увидела.

В нескольких метрах от девушки заскрипела дверь старого деревянного сарая. Времени выбирать не было и Алёна поспешила туда. Внутри было темно. Лишь одинокие лучи света от фонаря, который освещал двор, пробивались сквозь узкие щели досок. Она осторожно шагала, чтобы не споткнуться о короба и мешки, которые кучками стояли повсюду.

В дальнем от двери углу лежали тюки соломы. Один из них ребята сегодня распотрошили, чтобы сделать чучело. Алёна забралась в мягкую сухую траву и легла. Со стороны входа её было не видно, тем более в полумраке, который царил внутри сарая. Она вдруг на секунду представила, что, если бы здесь сейчас был Лёша, то, возможно, игра в прятки стала бы куда интереснее. Мозгу много было не надо. Фантазия быстро запестрела картинками. Девушка улыбнулась и вздрогнула от приятного покалывания там, внизу живота.

Дверь заскрипела. Сердце девушки тарабанило, как ей показалось, где-то в горле. Ей не хотелось, чтобы её нашли первой. Алёна хорошо знала свою подругу и понимала, что если Таня будет загадывать желание, то это будет что-то очень глупое. Девушка затаила дыхание. Дверь снова скрипнула. Кто-то шёл тихо, почти безшумно. Алёна слышала, как шаги приближаются.

Чёрная тень остановилась прямо рядом с ней. Девушка подняла глаза и с облегчением улыбнулась. Это была не Таня. Было темно, но она разглядела очертания, которые хотела бы сейчас увидеть.

– Привет, – тихо сказал Лёша и опустился рядом с ней.

– П-привет, – Алёна неуверенно прошептала. Она чувствовала, как внутри неё всё сжалось.

Его глаза блеснули. Парень улыбнулся. Алёна этого не видела, но услышала, почувствовала.

– Ты испугалась?

Девушка молча кивнула. Лёша взял её за руку. Его пальцы были холодными, но в то же время обжигающими. Алёна вздрогнула.

– Не бойся, – тихо сказал он и дотронулся до её щеки.

Ей хотелось ему ответить, что сейчас уже ей не страшно, но не успела. Его губы коснулись её. Робко, словно спрашивая разрешения. Сердце девушки затарабанило в груди. Она не понимала, как правильно отреагировать, но тело решило за неё.

Алёна ответила на его поцелуй. Также робко, словно боясь, что он сейчас просто уйдёт. Но он не ушёл. Лёша расстегнул её куртку и прижал девушку к себе. Она поняла, что слова больше не нужны. Прямо здесь и сейчас всё говорило за них обоих: её дрожь и неровное дыхание, его крепкие властные руки и шелест соломы.