Сольвейг

Глава 1

— Отдавай девку замуж! Или на торжище веди!—Кричала тетка Росава, упирая руки в бока. Рядом на лавке сидел трёхлетний Могута, размазывая грязными ручонками слёзы по щекам,жалко сестрицу…

— Да как же я дочь родную, да на торжище… — Горислав, снял с головы шапку, и заискивающе посмотрел на разгневанную жену. — Девицу замуж за Молчуна отдавать боязно ! Больно нрав у него дурной… Жену свою покойную уж шибко лупил…— Росава, убрав с лица прядь волос, шикнув на сына подошла к мужу.

— Не нужна мне тут распутница в доме! Сам слышал, как Вышень отказался от Своемилушки нашей! А она то у нас и умница и красавица! Не чета твоей клятой Леле! Тьфу!И что нашел только в юродивой!

— Да кто виноват что он на Лелю глаз то положил? И сваху к ней прислал? Сама же ее прогнала. Эх дура баба! — Горислав махнул широкой пятерней.

Тетка Росава отодвинула со стола плетённую корзину с брюквой и громко стукнула по столу.

— А ты поди защищаешь ее? Она небось и бегала к нему по ночам!Опозорила тебя на всю деревню! Да нас всех! Не твоя она!Нагулянная Любиморой!совсем на тебя не похожа!

— Да чтоб тебя!

— А соседи судачить не будут почем зря! Ты поди спроси сам! Слово мое таково - Либо за Молчуна гончара отдаешь,либо вон из избы моей!

Нахмурился Горислав после слов жены. Не хотел он дочь родную за Молчуна отдавать,вдовец гончар жену свою колотил так,что на всю округу вопли слышны ее были…

С другой стороны изведет Росава ее, а после того как Вышень сватов прислал не к Своемиле а к Леле,то баба совсем злая стала на падчерицу.

И ведь прислал сваху,несмотря на то что шрам у Лели на щеке …

Помнил Горислав как той весной упал Могута в речку,да течением его понесло аки пушинку.Леля не думая кинулась за младшим братом,долго карабкалась да кое как вытащила мальца из воды студенной,только вот сама об корягу щекой… С тех пор и шрам остался на лице девушки,как память о том страшном событии…

В сенях показалась Своемила. Дочь тётки Росавы.Волосы взлохмачены, утро ранее, косу не плела ещё.

— Горемычная ты моя! — Росава протянула руки к дочери, усаживая ее за бревенчатую лавку, наливая квас из крынки.

— Ты не печалься, вот мы тебе у купцов заморских, бусы янтарные купим, да ленты атласные, и такого жениха найдём, не чета этому Вышеню!

Своемила устало зевнула отмахиваясь от матери, беря со стола румяный калач.

— Киселя бы наварила…Лельку хоть домой приведите, змеюка у бабки своей бездельничает считай седьмицу уже!

Росава погладила дочь по голове, и взяв на руки Могуту, подошла к печи.

— Будет кисель тебе голубка, ты главное больше не переживай, дитятко. — Утирая краем платка разводы от слез с лица младшего сына, она шикнула на мужа, который так и стоял понурив голову.

— Ступай, и сделай как я велела.Потом еще спасибо скажешь что Молчун в жены взял девку! С ее то лицом… Ей ли выбирать!

— А не прогонишь? Бабушка Белява? Девушка сощурила зелёные глаза, стараясь не заплакать, но в носу предательски защипало. Знахарка по доброму подмигнула Леле. На морщинистом лице появилась улыбка.

— И оставайся. Нечего маяться. Совсем извела тебя змея Росава. Иш удумала… За гончара старого девицу молодую отдать …

Знахарка Белява, что жила на окраине деревни, знала Лелю ещё с младенчества. И матушку ее знавала, красавицу Любомиру. Когда той не стало, помогала старуха Белява по хозяйству Гориславу. Пока тот не женился на вдовой бабе Росаве. С тех пор почти каждый день прибегала к ней Леля, то в лес ходили вместе, травы какие целебные собирали, то учила ее Белява мази различные делать, да отвары лечебные от хвори какой или немощи. А после случая с Могутой,девушка и вовсе днями пропадала в лесной избе знахарки,пока щека не зажила полностью,только вот тонкий рубец остался на всю жизнь.

— Благодари Лелюшка Макошь матушку, за дары лесные. В руках умелых каждая былинка и росточек может стать спасением, а коли что, то и смертью. — Внимательно слушала ее девушка, впитывала каждое слово сказанное знахаркой, и вскоре сама стала различать целебные растения среди бурьяна и осоки.

Водила Знахарка с малых лет Лелю на капище священное. Учила молиться богам всесильным Перуну-Громоотвержцу и Макошь матушке, богине плодородия. Приносила старая Белява требу, ложила у подножья божества каменного петуха жертвенного или каши ячменной, и шептала губами морщинистыми, глаза закрыв-

— Перуне! Вми призывающим Тя, Славен и Триславен буди! Здравия и множество Рода всем чадам Сварожьим дажьди, Родам покровительства милость яви…

Смотрела Леля на бабку Беляву, как та кланяется, и тоже в ноги божеству склоняла голову.

— Бабушка-спрашивала она уже по пути домой, — А зачем мы Перуну требу возносили? Поди только воины к нему на поклон идут, да силы просят …

Знахарка, опираясь на высокую трость, поправила платок на голове.

— То и прошу,что бы защитил нас от меча всякого и драконов северных…

Леля округлила от страха глаза, на секунду остановившись она схватила бабку Беляву за руку.

— Какие ещё драконы, о чем ты толкуешь бабушка? — Девушка нахмурилась, внимательно смотря в глаза знахарке—Не о варягах ли ты молвишь?

— Княже нас защитит, тебе нечего боятся голубка. Коли что, то дружина у него большая. — Бабка Белява потупила взор. Нечего пугать девчонку своими ведениями. На все воля Перуна.

Леля улыбнулась, и отпустила руку. Знахарка заковыляла следом за ней, смотря на стройный стан своей подопечной. Лучи солнца забивались в медовые косы, отливая чистым золотом, тонкие пальцы изящно держали плетённую корзину. Вскоре наступят иные времена для этой девочки, долгий путь придётся ей пройти, долгий и не простой.

После смерти Любомиры, матушки Лели, отец девушки спустя год женился на вдове Росаве, взяв ее с дочерью Своемилой. Дурной характер имели обе, что мать что дочь. Но Горислав, устав нести бабью ношу по воспитанию дочери и хозяйским делам по дому, не замечал как те относились к его родной дочке Лели. Имея покладистый нрав, немолодой Горислав не спорил с женой, и на все закрывал глаза,стараясь не вмешиваться в дела женские . Спустя время, родился у них малец, плаксивый и болезненный Могута.

Глава 2

Седьмица пошла как Леля жила у бабки Белявы, помогала по хозяйству знахарке, да думы свои думала, о жизни и что делать дальше.

Как то в полдень в избу нагрянули Горислав и тетка Росава. Леля соскочила с лавки, оправляя руками складки сарафана, убирая только что собранные лесные ягоды в чашу.

Бабка Белява выглянула из за печи, утирая руки холщовой тряпицей.

— Доброго дня тебе хозяйка, — Поклонился ей Горислав, недобро поглядывая на Лелю.

— И тебе не хворать, — Прошамкала Знахарка тонкими губами.

Тетка Росава деловито огляделась, и села на край скамьи.

— Зачем пришёл? — Спросила Белява.

Горислав посмотрел на дочь. Леля стояла, вскинув подбородок.

— За дочерью пришёл. Не гоже девице вне дома отчего жить!

Бабка Белява хитро взглянула на Росаву.

— За дочерью говоришь? Или небось хозяйство вести некому, вот и пришли забрать девку! Своемила то твоя кроме плошки в руках ничего не держала поди!

Тетка Росава соскочила с лавки.

— А ты не лезь старуха, отец он ей! А ты никто! Того глядишь больше совсем ее не увидишь! Замуж Леля выходит! За гончара Молчуна! Уж договорились давеча !
Леля вдруг почувствовала как пальцы заледенели от ужаса. Замуж? За Молчуна?

— Я не пойду! Я останусь с бабушкой! — Леля встала возле Белявы, на лице мачехи показалась злая усмешка.

— Не пойдёшь? Слову батюшки перечишь?

Леля молча смотрела на неё глаза не отводила, спину держала ровно.Замуж за гончара Молчуна девушка хотела меньше всего на свете. Не зря его молчуном то назвали, говорить то он не говорил совсем,только звуки издавал. Уж две жены схоронил гончар,первая от хвори какой скончалась,вторая вроде как в болоте повязла,да люди судачили мол сама удавилась…

— Коли не пойдёшь, так сам поволочу! За косу намотаю! Пущай все видят! — Горислав стукнул кулаком по столу, отчего вся снедь заходила ходуном.

— А ты не шуми Горислав, и хозяйство мне не порть! Раз не хочет, пусть остаётся! — Знахарка нахмурилась, не нравилось ей все это.

— А я тебе говорила отвести эту дрянь на торжище! Говорила я тебе не твоя она дочь! Нагулянная! Теперь и сама вон вольничает!

Горислав подошёл к Леле и грубо схватил ее за руку.

— Слово отца для тебя уже ничто? Я вот проучу тебя! — Леля стала убирать руку Горислава, бабка Белява покачала головой.

— Отпусти ее Горислав! Это же кровь твоя и плоть! Совсем голову заморочила тебе Росава, как можешь ты дочь родную, да на торжище?Вспомни как Любомире тяжело она досталась…

— А вот так! Коли мое слово для неё все что ветер в поле, так я ее!

В избу вошел гончар Молчун. Немолодой мужик неуверенно переступил через порог избы Белявы. На вид ему было ровно столько,сколько самому Гориславу. Мазолистые ладони потянулись к голове ,снять шапку. Гончар кивком головы поприветствовал всех,при этом жадно пожирая взглядом Лелю.

— А вот и жених пришел! Проходи Молчун,проходи …— Тетка Росава как то неестественно подскочила с лавки.Вчера еще сговорились с ним о свадьбе,уж и выкуп за молодую невесту отдал Гончар.

Росава те монеты в платок свернула,да припрятала в укромное место в земляном полу,под настилом.

— Ммм-мм — Молчун на Лелю смотрит,сказать хочет,мол вот он я. Муж твой будущий.
Несчастная Леля при виде гончара ненавистного, от досады чуть не плакала .

—Вот Леля,жених де твой! Батюшка уж все решил,просватали тебя пока ты у Белявы была! — Закивала Росава,косо смотря на мужа. Пусть только попробует девчонка что нибудь выкинуть,она то ей покажет!

— Не пойду … — зашептала в ужасе Леля,— Не пойдуу!- Голос ее перешел на жалобный крик. Молчун хмуро свел брови на переносице,широкой пятерней приглаживая косматую голову. Не отвертится девка! Как пить дай а моей будет,думал гончар. Иначе пусть Росава ворачивает назад монеты. Да только на отдаст та ничего,уж больно жадная она,раз за серебро падчерицу променяла. Только вот то теперь не его забота.
— Пойдешь! — зашипела Росав на падчерицу.— Как миленькая пойдешь не то я тебя на торжище сведу и…

Внезапно дверь избы с грохотом распахнулась, на пороге появился здоровый чужеземец, в кожаных штанах и полотняной рубахе, украшенной по вороту двуцветной тесьмой с изображениями животных. К рукавам рубахи были пришиты серебряные застежки, на плечах его был накинут плащ, пристёгнутый золотой фибулой. Следом зашёл ещё один, только ростом поменьше. Леля от страха вдруг перестала сопротивляться.

— Варяги… — Прошептала тетка Росава, пятясь назад.

Гончар Молчун от неожиданности подскочил на лавке.

Чужаки тем временем, огляделись. Тот что был повыше, чуть наклонил голову, низки были потолки в избушке знахарки для такого великана. Бугры мускул перекатывались при каждом движении его рук, на бедре поблёскивала большой меч с серебряной рукоятью. Пегие как лён волосы доходили до плеч, пряди некоторых волос были заплетены в замысловатые косы, перетянутые кожаной тесьмой. Он с безразличием осмотрел всех присутвующих, и что то сказал своему товарищу. Тот что был пониже, держал железный топор, на руках его были вытатуированы узоры и сакральные руны.

Высокий воин прошёл в горницу, скрепя половицами, поступь у викинга была мягкая, но твердая. Оперся плечом об дверной косяк, скрестив крепкие руки на груди. Северянин оглядел всех присутствующих в избе,и чуть сощурил глаза на Леле.

Неужели княже не дал отпор варягам? Напали душегубы? Али за травами какими зашли к бабке Беляве?

В комнате чувствовалось напряжение, Харальд смотрел на этих напуганных людей, смотрел в их лица, в которых читался ужас и страх смерти. Тысячи глаз он повидал в многочисленных набегах и военных походах. Но таких как у этой девчонки, что стояла прижавшись к старухе, викинг ещё не встречал. Красота богини Фрейи ничтожна мала, по сравнению с красотой этой вендской девки. Даже тонкий рубец на нежной щеке ничуть не портил ее лица. Красивая незнакомка была вся соткана из света. Ее шёлковые волосы цвета меда, водопадом падали на плечи и струились по тонкой талии. Хрупкие запястья, нежная лебяжья шея… Ее зелёные глаза цепко следили за каждым движением викинга.

Глава 3

Леля вдруг резко остановилась повернувшись к идущим следом за ней викингам. Дорога по которой они шли вела к берегу реки, видимо там и стоял драккар викингов.

— Зачем ты купил меня, варяг? На что я тебе?

Харальд сощурил глаза. Девчонка выглядела растерянной. С другой стороны она должна принять свою судьбу.

— Мне нужна рабыня, твоя мать сказала что ты умеешь шить. — Легкая улыбка коснулась его лица. Он ждал этот вопрос, но пока и сам не знал на него ответ.

Леля горько усмехнулась.

— Она вовсе мне не матушка! Родная не отдала бы дочь на поруки грязным варягам… — Девушка вдруг поняла, что сказала последние слова вслух. Харальд оскалился, подойдя в плотную к Леле, он грубо взял ее за волосы.

— Этот грязный варяг, теперь твой хозяин. Ты не хуже меня видела как твои родичи с радостью приняли золотые монеты. И твоя жизнь будет зависеть от моей милости. — Он смотрел в ее зелёные глаза, каёмка их покраснела от слез, веки припухли. Но все равно девушка оставалась хороша собой. Отпустив ее наконец он закончил -

— Строптивые рабы не в милости у хозяев! А теперь шагай! Поторопись. У меня много дел и нет времени возиться с тобой!

Орм ухмыльнулся.

— Клянусь Одином, девчонка с характером ! Тебе следует научить ее послушанию! Наврятли ярл придет в восторг от строптивой рабыни.

Ступая по жухлой траве и сухим веткам, Харальд и сам это понимал.

Викинг был сыном конунга. Непризнанным сыном от служанки. Конунг Ингви, отец Харальда, боясь осуждения людей, опасаясь за трон, так и не признал ещё тогда, новорождённого Харальда своим наследником. Не положил на колени и не нарек именем, как того требовал обычай. Но и из поместья не прогнал. В двенадцатилетнем возрасте, юный Харальд устав от гонения старшего законного брата Ингемара, сам поддался в земли двоюродного брата отца, ярлу Отару. Харальд поклялся служить ему, стать сильным воином, и когда викингу исполнилось пятнадцать лет, получив свой священный браслет воина, Харальд отправился в свой первый поход.

Ярл Отар сильно не баловал племянника, зная что тот рождён от служанки, бастарду дали понять что претендовать на кресло ярла или тем более конунга,ему не стоит.

Но Харальд не сетовал на судьбу, усердные тренировки, военные походы в конце концов сделали своё дело, Харальд стал могучим воином… Завоевав много земель, обогатив поместье ярла, Харальд так ничего себе не нажил. Конунг Ингви гордился сыном, и в тайне стал жалеть что не признал его. Он выделил для сына обширную плодородную землю, но тот от всего отказался. Горечь детской обиды не отпускала его. Со временем боль затупилась, но Харальд в этот раз решил вернуться с летнего похода и купить свой драккар, собрать свой хирд, и отправится искать новые земли.
О его отваге и силе ходили легенды, скальды складывали о нем стихи и висы, на пиру восхваляя его:

«— Не страшен воину топор!

Он плавит сталь одним лишь взглядом!

Он славный Харальд! Сын севера!

Он кровью Одина помазан!»

Ярл Отар стал дорожить своим племянником. С его помощью земля ярла обогатилась, никто не смел напасть на поместье. Со временем, захмелев на пиру, Ярл стал садить племянника по правую руку от себя, отведя лучшие покои в своём доме, отдавая самых красивых рабынь для ублажения. Но Харальд по привычке после пира шел ночевать либо на сеновал с какой нибудь служанкой, либо к своему другу Орму.

И когда перед походом, в начале весны Харальд сказал что перестанет плавать под началом ярла, и хочет купить свой драккар, Отар не на шутку испугался.

Отпустить Харальда он попросту не мог! За столько лет, его земля обогатилась в несколько раз, с его помощью он завоевал множество земель!

— Но чем тебе плохо у меня? Мой дом, твой дом…-- Ярл лицемерил и викинг это чувствовал. Для Отара,племянник был лишь средством для обогащения своей земли.

Харальд громко стукнул по столу, кувшин с элем опрокинулся, худая рабыня, стоявшая в углу, быстро метнувшись, стала собирать осколки и черепки.

— Ты кажется не расслышал меня Ярл, я больше не хочу плавать на твоих драккарах. Думаю я сполна рассчитался с тобой за кров и хлеб. — Харальд на секунду вспомнил холодные ночи в нетопленной комнате,жёсткую цинковку, как порой ночами сводило живот от голода, когда все пировали а ему, бастарду, был запрещён вход в главный дом.

— Ну что же… твой выбор! — Ярл Отар отпил из кубка, задумчиво глядя на парня. Ничего! Вернувшись с похода, Харальд не сможет купить драккар. Отар поднимет за него такую цену, что у викинга просто не хватит денег. А там и зима скоро, никуда не денется. Впереди ещё много походов, много славных битв, и пока Харальд не отправился пировать в небесную чертогу, сила и мощь викинга ему нужна.

У старого ярла не было сыновей. Имея одну дочь, прекрасную Хельгу, он считал Харальда подарком богов. Какой же глупец Игнгви, думал часто Отар, его законный сын Ингемар конечно тоже храбрый викинг, но с силой Харальда мало кто может сравнится на севере.

Подходя к берегу, Леля увидела множество мужчин, те завидев Харальда и Орма, громко поприветствовали их.

— Я вижу охота удалась на славу! Поймали хорошенькую птичку! — К ним подошёл кормичий Ульви, разглядывая Лелю. — Кто эта девчонка?

Орм улыбнулся.

— Харальд решил купить себе рабыню! Он сказал что ему некому зашивать рубахи! — берег разразило смехом, викинги громко смеялись смотря на Харальда.

— Харальд, дам тебе дельный совет, иногда рабыни не только могут шить рубахи! Советую ночью посмотреть что у неё под юбкой! — Ульви отвесил сальную шуточку, и викинги вновь разразились смехом.

— Советую тебе заткнуться Ульви, и начать спускать драккар на воду! Аксель! — Харальд окликнул молодого воина, тот в два счета оказался возле берсерка.

— Присмотри за девкой, пока я разбираю снасти, Орм закатывай бочки с пресной водой, Асбьерн и Лейв, ставьте парус! — Берег вдруг оживился, и хотя Леля ничего не понимала на варяжском наречии, девушка поняла, викинги готовятся отплывать.

Глава 4

— Перестаньте грести! — Харальд жестом показал викингам отложить вёсла.

— В чем дело? Мы и так потеряли уйму времени пока ты бегал по лесу за этой девкой. — Ульви приложил ладонь к глазам, всматриваясь в берег. — Кажется к нам гости!

— Есть одна проблема. Всем оставаться на драккаре, я скоро вернусь.

— Я с тобой! — Крикнул Орм, вытаскивая боевой топор.

— Это лишнее. Присмотри за девчонкой.

Леля вытягивала шею пытаясь разглядеть махавшего руками Горислава. Батюшка родимый! Одумался таки! Заберёт домой от варяг проклятых!

Харальд как будто угадал ее мысли, и усмехнулся про себя. Нет девчонка. Теперь твоё место возле меня.

Викинг быстро перепрыгнул через борт корабля, и размашистым шагом направился к берегу.

Лицо Горислава было растерянным, старик нервно мял шапку в руках. Когда наконец Харальд оказался в зоне слышимости, Горислав заговорил.

— Славный воин! Ошибку совершил я! Послушал с дуру бабу глупую, с горяча дочь родную отдал…

Мужик опустил голову. Выйдя на каменистый берег, Харальд молча вылил воду с сапог, его лица коснулась холодная улыбка.

Дурак старик! Видит Один, таких глупцов я ещё не встречал!

— И что ты хочешь?

Горислав нервно полез в карман потасканных штанов, трясущимися руками он достал золотые монеты перевязанные в белый узелок платка.

— Вот… Отдать пришёл…Верни девицу …

Харальд оперся на рукоять топора,взирая на протянутый куль с золотом. Нет, девчонку он не отдаст теперь она его собственность.

— Твоя дочь теперь принадлежит мне, и останется со мной.

Горислав растерянно посмотрел на викинга. Казалось за эти несколько часов он постарел ещё на десяток лет. Глаза впали, седую бороду трепал ветер, он походил на обезумевшего старца. Его взгляд был полон скорби о содеянном.

— Но…

— Послушай старик. Мой хирд ждёт отплытия, ты задерживаешь нас.Ответ ты услышал.

Горислав сильно сжал куль в руке, так что костяшки его пальцев побелели. Душевная боль съедала его изнутри.

Внезапно за высокой сосной, что росла поодаль от берега, выскочил всадник.

Добротный жеребец, громко фыркал носом пытаясь снять с себя сбрую.

Всадник быстро спешился, привязав лошадь к стволу дерева, животное яростно забило копытом.

Харальд прищурился.

Молодой парень поправляя взлохмаченные рыжие волосы, быстрым шагом направился к стоявшим неподалёку Гориславу и викингу.

— Вышень! — крикнула с драккара Леля так, что ее крик донеся до берега.

— А ну! — Аксель шикнул на неё. Весь хирд устремил взор на берег. Орм напрягся. Что это ещё за всадник приехал?

— Меня звать Вышень! Я сын мельника! Слыхал я что ты девицу полонил за горсть монет! — Парень встал рядом с Харальдом. Вышень не доставл воину даже до плечей,викинг изогнул светлую бровь спокойно взирая на него. Сегодня Боги решили посмеяться над ним? Еще один жених? вот так девчонка!

— Так и есть! Я Харальд Ингвирссон, говори зачем пришёл!

Вышень потрогал небольшой нож припрятанный за рубахой, он придавал немного уверенности перед этим великаном. Варяг был на две головы выше его, шире в плечах.

— Я пришёл забрать Лелю! Верни назад девицу отцу родному! И злато своё забери! Чай не козу купил на ярмарке!

Губы Харальда растянулись в недоброй усмешке. Голова этого венда может в один миг оказаться у его ног. Его храбрость граничит с безумством.

— Нет. Я ее купил и теперь она моя. — Спокойно ответил Харальд. На его лице не дрогнул ни один мускул. — Или может ты хочешь возразить?

Вышень сжал руки в кулаки. Проклятое варяжское отродие! Парень одним движением руки вынул из за пазухи длинный нож. Сталь его блеснула в зажатой ладони.

— Тогда я убью тебя!

Горислав выпучил глаза.

— Да что ты хлопец, против крепкого воина не выстоять! Убери нож!

Харальду это все порядком надоело, если глупый венд вызвал его на поединок,то так тому и быть. Если парень хочет поскорее встретится с старухой Хель, то сейчас он ему в этом поможет.

— Ну что же, я даже оставлю топор на песке, что бы наши силы были равны! — Харальд сбросил на землю оружие, он сделал пару шагов к центру и развёл руками, давая понять что готов к бою.

На драккаре послышался громкий смех и свист.

— Малец явно не дружит с башкой, раз пошёл против Харальда! — Смеялся Лейв.

— Смотри ка, Ингвирссон глумится над ним! Даю десять серебренных что венд не успеет и рукой взмахнуть, как останется без ножа! — Заключил Ульви.

Леля сидела белее снега. Зачем он это делает! Дурень! Ведь убьёт его варяг!

Вышень разбежался, и с громким кличем бросился на Харальда.

Викинг слегка пригнулся и когда Вышень был уже рядом, одной рукой сбил его с ног.

Нож со звоном отлетел и ударился о прибрежные камни.

Харальд навис над ним и больно схватил за горло, отчего парень крепко вцепился в его руку.

— Я не дерусь с теми кто слабее меня. Но если ты настолько глупый, и пришёл найти свою смерть, то я прикончу тебя! — Горислав бросив шапку на песок кинулся к ним.

— Отпусти его воин! Молод он ещё, чай не понимает что делает! Не губи хлопца!

Вышень стал жадно хватать воздух ртом, хватка Харальда была железная.

— Надеюсь ты усвоил урок, венд!

Харальд встал с песка, и сплюнув себе под ноги направился к драккару, поднимая на ходу топор.

Горислав упал на колени и схватился за волосы раскачиваясь из стороны в сторону. Макошь матушка покарала его за поступок бессердечный. Горячие слёзы полились по морщинистым щекам, капая на седую бороду.

Драккар викингов стал отдаляться от берега, пока не превратился в чёрную точку на горизонте.

Хельга ждала возвращения Орма. Наступал конец лета, август выдался на удивление жарким в северных краях, как будто решил напоследок побаловать солнцем и тёплом.

Работала Хельга по дому не покладая рук. Не страшилась она мозолей, несмотря на своё положение трудилась девушка вместе с рабынями, лён и шерсть трепала, то паруса шила для драккаров с остальными женщинами. Лишь к вечеру прекрасная Хельга выходила из поместья и спускалась к причалу, смотря на морскую рябь, мечтая скорее увидеть заветный драккар. Или же часами сидела на большом валуне на утёсе фьорда, того самого где они в последний раз расстались с Ормом.

Глава 6

Подплывая к заливу озёра Малеран, викинги оживились.

Главный торговый центр, рынок Бирка кишил людьми.

Поселение было обнесено стеной из деревянного частокола и высокими сторожевыми башнями. У причала Бирки стояли множество кораблей и драккаров, купцы и торговцы с разных земель приплывали сюда в надежде продать свои товары.

Здесь можно было найти франкское стекло, византийские вазы и гобелены, растительное масло и вино, шкуры бобров и куниц, тончайший шёлк из Китая, кожаные пояса с металическими заклепками из Персии.

Викинги тоже продавали здесь свои товары, это были клыки моржа, янтарь, рога северных оленей, шкуры горностаев.

Леля выглядывала из за борта, множество людей, абсолютно разных, заполонили бухту.

Вдали она увидела темнокожего араба, одетого в белое одеяние, с золотыми браслетами на руках. Следом за ним шли жалкого вида мужчины. Держа в руке массивную железную цепь, которая оковывала шеи несчастных, он вёл троих рабов.

Грязные мужчины, перевязанные лишь набедренными повязками, покорно ступали за ним, понурив голову.

Невольники! Подумала Леля, их участь ничем не отличалась от неё самой.

Викинги о чем то переговариваюсь, не обращая на неё никакого внимания. Варяги доставали мешки с добром, кто то продать, а кто то наоборот спешил на рынок приобрести какой нибудь товар.

— Асбьерн и Ульви, останетесь на драккаре, — Харальд перевёл взгляд на Лелю. — Я развяжу тебе руки. Если надумаешь сбежать, я лично скормлю тебя Ермунгарду! — Викинг подошёл к девушке, и развязал грубую верёвку на нежных запястьях.

Леля потёрла онемевшие ладони, руки не слушались ее, тысяча мелких иголок закололо в подушечки пальцев.

— Я с тобой! Хочу купить подарок для Хельги! — Орм шустро перепрыгнул через борт корабля, Харальд улыбнулся. Все думы его друга занимала прекрасная Хельга. Он вдруг поймал себя на мысли, что и сам постоянно думает о словенской рабыне. За время пути, викинг часами наблюдал за ней, сидя за вёслами. Девчонка была опечалена. Ее грустный взгляд, почему то доставлял Харальду неимоверную боль. Но вспоминая ту ночь, когда она хотела его убить, жалость мигом улетучивалась.

Глупая баба! Неужели она не понимала что убив его, ее подвергли бы самой ужасной казни! Наивная, она полагала что сможет скрыться на необитаемом острове? А что если… Харальд перевёл взгляд на Акселя. Молодой воин часто скользил сальным взглядом по Леле. Нет. Он не мог придумать эту нелепую ситуацию. С одной стороны он мог ее оболгать, пытаясь задрать ей платье, и когда та начала сопротивляться, попросту сочинить небылицу. С другой стороны, девчонка даже не пыталась себя оправдать, либо ей мешала гордость, которой в словенке было через край, либо глупость. В любом случае теперь он будет присматривать за ним.

— Сиди здесь. Я скоро вернусь.

Перекинувшись парой слов с Ульви, Харальд направился к Орму.

Леля проводила их взглядом. Асбьерн недовольно смотрел на неё, и пригрозив ей топором, сел играть с Ульви в кости.

Леля глубоко вздохнула. За время плавания ее волосы без гребня превратились в большой колтун, грязный сарафан неприятно лип к телу, которое тоже просило чистой воды и щёлока. От постоянного нахождения на солнце и морских брызг, ее лицо загорело, кожа обветрилась и покрылась пленкой. Оставалось лишь догадываться как сейчас она выглядит.

Проходя мимо рядов с различными товарами, Харальд отмахивался от назойливых торговцев. Сколоченные наспех лавки, ломились от обилия товаров.

В воздухе витал запах пряностей и благовоний, голоса и смех наполнял рынок Бирки.

Внезапно его взгляд привлекли красивые резные серьги, с маленьким зелёным камешком. Харальд подошёл к торговцу.

Толстый грек, заметив его внимание начал громко говорить, оголяя ряд желтых зубов.

Серьги понравились Харальду.

Он представил как же хорошо они будут смотреться на девчонке.

Проклятье! Почему он постоянно думает о ней!

— Покупать, не жалеть! — Говорил старик грек, держа серьги в руке. Зелёный камень красиво переливался на солнце.

Отдав за украшение три золотые монеты, Харальд сунул их в карман, и направился искать Орма. Тот уже битый час выбирал подарок для Хельги.

Ступая по доскам, которые служили спасением от грязи, Харальд пробивался сквозь шумную толпу.

На встречу выбежала большая свинья, викинг чуть не споткнуться о скотину, следом за ней бежала маленькая рыжеволосая девочка. Держа в руке хворостину, она пыталась догнать бедовое животное, которое громко похрюкивало.

— А ну стой! Вот я тебя!

Харальд направился к бухте, придерживая на ходу секиру. Орм сам придёт, как купит то что хотел.

Морской ветер трепал волосы нормандца, над скалами надрывисто кричали чайки. Полуденное солнце согревало своими лучами, близился конец августа.

Внезапно его кто то окликнул.

— Харальд Ингвирссон! Ты ли это?

Викинг оглянулся. По золотистому песку шагал молодой воин.

— Торольв! Видит Один! Не ожидал тебя здесь увидеть! — Харальд искренне обрадовался появлению своего давнего друга. Давно, когда им обоим было по семнадцать лун, Торольва крепко ранили. Харальд не бросил друга. Будучи сам задетым вражеской стрелой в ногу, берсерк дотащил товарища до лагеря. Когда уже Торольв оправился, викинги дали клятву на свящённых браслетах, всегда и везде приходить друг другу на помощь и не бросать в беде. На священных браслетах мужчины дают самые важные клятвы неисполнение которых может навлечь позор, викинг может стать нитингом, изгнанным. Кроме того, эти серебрянные браслеты имеют символы веры перед главным богом Одином.

— Какими судьбами? Рад видеть тебя в добром здравии! Боги милостивы к тебе!

Торольв стоял широко улыбаясь. Он был красив собой, красный плащ, подбитый мехом, развивался на ветру. Длинные светлые волосы заплетены в тугую косу. Шёлковая рубаха обтягивала широкие плечи воина.

— Я плыву в Каттегат! Но сначала решил заехать в Бирку! Хочу купить своей невесте подарок!

Глава 7

Конунг Ингви уже четыре дня не вставал с ложа. Рана от лап медведя, полученная три дня назад на охоте, была глубокой. В конечном итоге конунг все таки победил зверя, но и сам слёг в этот же вечер.

Ингеборг была взволнована. Примочки и отвары которые она делала, не помогали отцу, на четвёртый день у конунга начался жар.

— Ивар! — Принцесса подозвала верного хирдмана конунга. — Возьми пару воинов и лошадей, прочешите все окрестности,найдите вельву или знахарку! Приведите ее в поместье! Ступай! — Ингеборг махнула рукой. Викинг учтиво поклонился принцессе, и отправился выполнять приказ.

Девушка намочила тряпицу в глиняной миске, и приложила ее ко лбу отца.

Губы ее задрожали, мысленно она молилась богине Фрейе, что бы отец не отправился раньше времени в Хельхейм.

Подходил конец августа, старший брат Ингемар так и не возвращался с похода, о нем не было никаких известий, сердце ее болезненно сжималось от мысли, что тот мог пасть на вражих землях.

Не было вестей и от Харальда. Бастард, непризнанный сын конунга, их совместного отца, Ингеборг все равно любила брата. Часто в детстве она тайком набирала целый подол сдобных булочек, и приносила их Харальду. Викинг тоже любил свою сестру, и души в ней не чаял. В отличии от брата Ингемара, сестра Ингеборг всегда поддерживала Харальда, и когда тот наконец решил покинуть Хедебю, девушка долгое время горевала.

Нечастые визиты Харальда, приносили Ингеборг радость. Она всегда была рада видеть брата в землях Хедебю.

Девушка видела, как отец пытался наладить связь с сыном, но та пропасть которая образовалась за десятки лет, была просто безгранична.

Харальд относился к отцу учтиво, холодно и сдержанно.

Конунг печалился, и всегда радовался что Харальд вернулся с очередного похода живой.

К вечеру в поместье вернулся Ивар. Быстро спешившись с лошади, хирдман отдал поводья старому рабу, и быстрым шагом направился к главному дому.

Принцесса сидела у очага. Завидев Ивара, девушка вскочила с места.

— Госпожа, мы проверили все окрестности, все ближайшие деревни и селения, но знахарки нигде нет! Одна из женщин нам поведала что за лесом живет вельва, но и та как оказалось спустила дух две зимы назад!

Ингеборг нервно заломила руки. Что же делать! Нельзя терять ни минуты, сейчас от ее решения и действий, зависит жизнь отца!

Стараясь держаться спокойно и хладнокровно, как положено дочери конунга, Ингеборг поправила складки зелёного атласного платья.

— Прикажи воинам снаряжать ладью.Через пару часов мы отправляемся к ярлу Отару. Надеюсь в его землях мы все таки найдём травницу.

— Да моя госпожа. — Ивар склонил голову, и вновь поспешил исполнять приказ.

— Подожди! — девушка окликнула его-Собери два десятка крепких воинов, и оставь их в поместье. Нескольким парням прикажи день и ночь стоять у дверей покоев конунга пока я не вернусь.

Ивар молча кивнул. Слова принцессы были благоразумны. Хоть до земель ярда плыть всего сутки, конунг должен быть надежно защищён.

— Арна-Принцесса обратилась к сидевшей рядом служанке-Присмотри за конунгом в мое отсутсвие. Делай все возможное, постарайся сбивать жар.

— Да моя госпожа.

Отар стоял на берегу и нервно поглаживал бороду. Дозорные сообщили что к ним подплывает корабль конунга.

Что же понадобилось Ингви в его владениях?

Каково же было его изумление, когда к бухте причалил драккар, где была юная Ингвидоттир.

Отар подбежал к племяннице и спешно протянул ладонь, помогая ей ступить на сушу.

— Дорогая моя племянница! — Ярл поцеловал руку девушки-Видит Один! Ты расцвела с прошлой весны ещё больше! Но что же привело тебя в мои владения, ещё и одну, без сопровождения брата или отца?

— Рада видеть тебя, Ярл! С милостью Богов ты в добром здравии, что меня очень радует! — Ингеборг ступала рядом с Отаром по вымощенной каменной дороге, которая вела в поселение.

Следом за ними шел Ивар, и воины из команды принцессы.

Восседая за столом, Ярл наблюдал как рабыни не смея поднять голов, сновали у стола.

Подливая принцессе самый лучший сидр, и ставя ближе к ней свежие фрукты, Ярл жестом показал им скрыться.

Ингеборг бегло взглянула на стол, и взявшись тонкими пальцами за деревянный кубок, начала говорить.

— Дорогой Ярл! Не буду медлить. Отцу нездоровится, я приехала в поисках травницы или вельвы. В наших владениях таковой не нашлось, поэтому я надеюсь на твою помощь! — Девушка держала спину ровно, взгляд был цепкий. Истинная дочь севера.

Ярл облокотился на резную ручку кресла.

Хм.Значит старому Ингви не здоровится!

В его краях была повитуха, но травницы не было. Женщины сами лечили своих детей и стариков.

Отар поглаживая бороду смотрел на племянницу.

— Какое несчастье!И как давно конунг заболел?

— Пятый день.

— Что же случилось? Насколько я знаю Ингви еще крепок!

Ингеборг грустно вздохнула. В ушах сверкнули серьги из самоцветов.

— Медведь подрал на охоте. Плечо перед моим отъездом начало гноиться! Медлить нельзя, подумай Ярл, где найти в твоих землях травницу?

— Дитя! Тебе следует отдохнуть с дороги, я позабочусь о том, что бы мои люди сьздили в деревню и поискали лекарку. А пока моя дочь позаботится о тебе!

В дверях показалась Хельга. Ингеборг радостно воскликнула завидев сестру, девушки крепко обнялись.

— Благодарю тебя Ярл за твою доброту. Скажи мне, хирд Харальда ещё не вернулся?

Отар отпил немного эля.

— Пока что нет. Но я полагаю в скором времени они вернуться. С ним все хорошо, я в этом уверен.

Ингеборг одобрительно кивнула головой. Ярл Отар усмехнулся

— Есть ли какие нибудь известия о Ингамере? Полагаю конунг очень тревожится, близиться конец лета.

— Да, ты прав. Мы с отцом ждём брата домой. На все воля Одина! Он храбрый воин! Я верю что он жив!

Скорее всего трусливый но хитрый, подумал Ярл. Такой нигде не пропадёт, в Ингемаре нет и доли честолюбия как в Харальде. — Я думаю Ингемар жив. Прошло слишком мало времени что бы переживать — заключил Ярл.

Глава 8

Харальд шел по тёмным улицам поселения, в сторону дома Лейва. Медлить было нельзя, если верить словам Ингеборг, то рана на плече отца начала гноиться. В любую минуту конунгу могло стать хуже.

Оставалась вся надежда на девчонку лекарку, надежда на то что она разбирается в травах и сможет помочь.

Постучавшись в жилище Лейва, спустя пару минут на пороге появилась беременная Тора.

— Харальд! Рада видеть тебя, проходи!

Викинг вошёл в небольшую комнату. Из за перегородки выглядывали двое рыжих малышей. Дети Лейва и Торы. Они с любопытством поглядывали на викинга.

Женщина прикрикнула на них, и те со звонким смехом мигом скрылись.

— Доброй ночи тебе, Тора. Я пришёл за девчонкой. Где она?

— Да, Лейв привёл эту девушку, сказал что по твоей просьбе. Я накормила ее ячменной кашей. Она заперта в хлеву. Перед уходом на пир, Лейв сказал что она рабыня. Поэтому я не знала куда ее пристроить! — Женщина развела руками.

Третья беременность не прошла бесследно для Торы. Она то и дело прижимала руки к пояснице. Устав за день с детьми и хозяйскими делами, женщина мечтала поскорее прилечь.

— Да, она моя рабыня. Приведи ее.

Тора кивнула и поспешила к выходу.

Харальд глубоко вздохнул. Казалось время тянулось бесконечно.

Вскоре во дворе послышались шаги, после чего в дом вошла Леля, следом за ней Тора.

Девушка изумилась. Сейчас перед ней стоял вовсе не тот варяг которого она привыкла видеть во время долгого плавания. Вымытый после бани, он был гладко выбрит. На нем была чистая полотняная рубаха, с вышивкой на вороте, красный плащ, подбитый по низу волчьим мехом, и штаны, выделанные из мягкой кожи.

Леля поёжилась. Ей вдруг стало не ловко перед ним. Она даже заметила как Тора сморщила лицо, смотря на неё. Это было неудивительно! За время плавания, ее длинные волосы не видели гребня, платье износилось и перепачкалось. И сейчас выйдя из хлева, где держали коз, сено забилось ей в пряди, навоз перепачкал подол платья.

Но Харальд казалась не замечал этого всего. Куда важнее было узнать о навыках лекарки.

Поблагодарив Тору, он взяв Лелю за руку вышел в ночную прохладу Каттегата. Девушка едва поспевала за ним.

Ступая по узким улочкам, им на встречу попадались хмельные воины. Кто то громко распевал песни, сидя у ворот какого нибудь дома, кто то прижимал неуспевшую вовремя убежать служанку.

Подходя все ближе к дому ярла Отара, Харальд вдруг прислонил Лелю к бревенчатой стене.

— Я задам тебе вопрос словенка. Ответь на него честно-Викинг смотрел в ее зелёные глаза, в них отражалось пламя факела.

— Хорошо…

— Твоя бабка была вельвой?

Леля удивлённо вскинула тонкие брови.

— Нет… она знахарка, людей лечила в нашей деревне…

— Это ещё лучше! — Харальд даже присвистнул. — Скажи, научила ли она тебя чему нибудь?
Леля кивнула головой.

— Да, бабушка Белява обучила меня многому..-Неуспела девушка договорить, как Харальд взял ее ладонь.

— Послушай меня внимательно. Один человек очень болен, ему потребуется твоя помощь. Согласишься ли ты ему помочь?

— Хорошо, я сделаю все что смогу. — Леля видела с какой тревогой об этом говорил варяг. Бабка Белява учила ее помогать всем людям, вне независимости от их статуса и положения. Так велела сама Макошь матушка.

Харальд просиял. Он ожидал что девчонка начнёт упираться.

— Тогда поспешим! Я познакомлю тебя с моей сестрой!

Ингеборг металась по комнате. Харальд все не возвращался, принцесса нервничала. Она надеялась на брата, он должен найти травницу во что бы то не стало!

Девушка села на край кровати, в покоях которые учтиво отвел ей ярл.

День был богат на события, особенно вечер.

Проводив Хельгу в свою комнату, Ингеборг отдала ей серебряный гребень, и видя состояние сестры, велела рабыням помочь ей раздеться и уложить скорее в кровать.

Когда дверь за Ингеборг закрылась, Хельга прогнала служанок, и наконец оставшись в полном одиночестве дала волю своим слезам.

Девушка зажгла лучину, и сев на деревянный пол, начала молиться всем богам Асгарда, что бы в предстоящем бою Орм остался жив. Торольв не простит ему дерзкого поступка, да и сам Орм слишком гордый, что бы откупаться от поединка.

— О Небесные Духи! Прошу защитите моего возлюбленного! Один! Великий отец! Даруй силу этому храброму воину, не забирай его в свои чертоги!

Горячие слёзы капали на деревянный пол, Хельга прижимала к груди серебряный гребень, пытаясь унять рыдания. Сегодня она не уснёт. Сегодня она будет молится до рассвета, а после поспешит на свящённую гору Холасвенг, сделать жертвоприношение Богам.

Войдя в пировальный зал, Харальд собирался отвести девчонку к Ингеборг. Женщин за столом уже не было, отведённое им время было завершено, и как того требовало приличие дамы разошлись по своим покоям. Слуги все так же металась между столами, поднося хмельным викингам эль и варёное мясо.

Ульви опрокинув пустую бочку, залез на неё сверху, рассказывая смешную вису, о проделках Локи.

Северяне громко свистели, в зале было шумно. Ульви оказался неплохим скальдом.

Леля от страха спряталась за спиной Харальда. Прежде ей не доводилось видеть столько хмельных мужчин. Она с сочувствием смотрела на бедных рабынь, которым приходилось прислуживать этим пьяным варягам.

— Харальд! Где ты был! В твоё отсутсвие старина Орм наломал дров! — Лейв рассказал другу о случившемся. Орма заперли на ночь в погребе.

— Сын Тролля! Почему вы не помешали ему?

Лейв пьяно икнул.

— Ты же знаешь Орма! Он набросился на Торольва как разъярённый медведь! Думаю теперь поединка не избежать! — Харальд перевёл взгляд на Торольва. На его лице красовался большой синяк. Да уж, хорош жених!

Какой идиот! Из за бабы терять одного из друзей ему совсем не хотелось. Может стоит поговорить с Торольвом, и отделаться вирой?(откуп от боя) или заменить Хольмганг на кулачный бой?

Торольв хмуро пил одну за одной. Орм нанёс ему сильнейшее оскорбление, теперь на все воля Одина.