Сосед на Камри

1 глава

Март

— Успела? — в трубке раздается встревоженный голос подруги, пока я чувствую себя участником каких-то сумасшедших гонок.

— Почти, я в паркинге, — глушу двигатель. — Перезвоню из дома, а то осталось шесть минут.

Хватаю сумку и выскакиваю. Ух ты, да быть такого не может! Место напротив, которое всегда пустовало, оказывается занято. Я так торопилась, что не сразу заметила черную Камри, вылизанную до блеска. Как хозяин умудрился сохранить ее чистой, несмотря на слякоть и грязь? На руках принес, не иначе. Это, конечно, интересно, но я опаздываю, опять мама будет отчитывать.

Небольшая пробежка сначала до подъезда — с передышкой в лифте — заканчивается около входной двери. Легкие горят, но разве это имеет значение, когда на кону моя призрачная свобода?

— Мама, я дома, — пытаюсь отдышаться.

— Кристина, ты опоздала! — безупречный внешний вид усиливает эффект сурового лица мамы. Как всегда, требовательный взгляд сверху вниз, брови сдвинуты к переносице.

— Всего на три минуты! Пробки на дороге из-за дождя, потом еще лифт не ехал.

— Снова оправдания, — губы недовольно вытягиваются в тонкую линию. — Значит, надо заблаговременно выезжать. На всю следующую неделю время сокращается на час.

— Мама, в моем возрасте и до восьми гулять стыдно, а до семи — просто кошмар! Уже однокурсники смеются. Какой комендантский час в двадцать один год?

— Очень плохо, что ты так безответственно относишься к своим обязанностям, при условии, что от тебя не так много и требуют, — стальной голос обрывает слабую надежду на благополучный исход беседы. — Поужинай и принимайся за домашнее задание.

Обреченно плетусь в свою комнату, переодеваюсь и сразу за учебу, есть настроения никакого. Ну почему так? Мы с мамой никогда не найдем общий язык, она помешана на идеальности, каких-то своих выдуманных правилах и рамках приличия, которым я должна соответствовать.

«Следи за осанкой! Ну что за походка, ты же девушка? Крась только ресницы, остальное вульгарщина. Выпрями волосы, а то как пугало. Это платье не носи, слишком простое или короткое. Опять купила джинсы не по возрасту!» — остается лишь мысленно ее передразнить.

Главное — не опозорить семью.

Поэтому Игорь, старший брат, при первой же возможности сбежал, и появляется теперь только по праздникам. Одного не понимаю: почему он не общается со мной, я же ничего не сделала плохого?

Врут, все врут, деньги не дают свободу, они ее забирают. Со стороны посмотреть, так я живу хорошо: вся техника последних моделей, брендовая одежда, а счастья нет.

Опять Милка звонит:

— Только не говори, что опоздала, — и тут слышны назидательные нотки.

— Ага, ближайшие семь дней еще раньше придется возвращаться. Достало все, — откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза.

— Мы же хотели сходить в бар, потанцевать, — жалобно тянет та.

— Перенесем на пару недель. Мать остынет, и отпрошусь к тебе с ночевкой по нашей проверенной схеме. Повезло же тебе с родителями, они даже меня прикрывают.

— Понятно…

— У меня есть план, — так долго эти мысли крутились в голове, что хочется уже хоть с кем-то поделиться. От волнения начинаю наворачивать круги по комнате, закусывая губу.

— Да не томи!

— На последнем курсе я выйду замуж.

— Чего?! За кого? С ума сошла?!

— Пока найду симпатичного парня, повстречаемся, поженимся, найду работу. Там, туда-сюда… Через год разведусь и буду свободна.

— Э-э-э, ты уверена? — подруга не разделяет моего энтузиазма. — Вряд ли какой-нибудь дурачок так просто отпустит золотую антилопу. Из-под одной опеки перекочуешь в другую.

— Уверена. Папа составит супер-пупер-мега страшный брачный договор, так что несчастный женишок не сможет ничем пользоваться. Мне главное немного встать на ноги, укрепиться, тогда уж точно не вернусь к родителям.

— Странная. Да любая на твоем месте радовалась бы тому, что имеет, а ты с жиру бесишься! Вот честно, я завидую даже!

— Мила, ты просто не понимаешь!

— Да куда уж нам — простым смертным! — фыркает подруга.

— Давай остановимся, а то поругаемся.

— Как скажешь. Пока.

Она так быстро отключается, что не успеваю даже ответить. С тяжелым вздохом падаю на кровать. Да, мне повезло иметь свою комнату, дорогое постельное, но разве может шикарное одеяло, облаченное в ткань изысканного мятного цвета с золотыми вензелями, заменить радость от общения, ночных прогулок с друзьями, когда легкий ветерок пьянит, и хочется обнять весь мир? Или это сделает светлая мебель, что органично расставлена умелым и очень востребованным дизайнером? Нам с Милой и правда не понять друг друга. Думаю, впредь не стоит обсуждать с ней такие вопросы.

Нехотя заставляю себя приступить к домашнему заданию, размышляя над тем, как завтра буду мириться с подругой.

Без сомнений придется потрудиться, чтобы вернуть доброе расположение мамы, поэтому с утра пораньше наряжаюсь полностью так, как она требует: строгое бирюзовое платье чуть ниже колена без лишних деталей, русые волосы выпрямлены и собраны в высокий хвост. Даже тушью не стала пользоваться, чтоб наверняка. Хотя обычно и так не сильно крашусь. К сожалению, мои усилия остаются незамеченными: мама даже не вышла к завтраку, а папа уже свалил на работу. Понуро плетусь до своей маленькой аудюшечки. Только она и поддерживает, если это можно так назвать.

— Привет, — грустно улыбаюсь фарам, что приветственно подмигивают. — Как только дороги подсохнут, помою тебя, рыжуля-грязнуля.

Место напротив снова пустует. Наверное вчера был просто глюк или кто-то оставил машину на одну ночь, какая теперь разница.

Мила старательно избегает меня в университете, преподаватели с особым рвением мучают и вдалбливают бесполезные знания в и без того опухшие головы. Да плевать!

Чтобы хоть как-то отвлечься, вечером возвращаюсь к своему излюбленному занятию: просмотру дорам. Недавно попался сериал «Я знаю, но…», к сожалению, сильно не впечатлил, а вот музыка перекочевала в плейлист. Даже в ВК опубликовала заглавную песню, хотя вообще стараюсь не афишировать свое увлечение Кореей — могут не понять. Однажды проговорилась родителям, что хотела бы попасть на концерт группы БТС, так они подняли на смех и запретили даже думать об этом. В этот раз меня ждет «Сонбэ, не крась губы». Долго откладывала из-за героини, но все-таки не устояла после просмотра другого фильма, где снялся тот же актер. Уж очень он понравился.

2 глава

За неимением альтернативы вечера провожу также с фильмом «Сонбэ, не крась губы».

— Привет. Я остыла, — звонок Милы прерывает просмотр на очередном комичном моменте, когда главный герой радостно танцует со шваброй, а девушка застает его за этим нелепым занятием.

— Привет. Тогда сходим завтра в кафе после пар?

— Хорошо, козявка, — она смеется.

— Сама такая, — наигранно возмущаюсь.

Одной проблемой меньше. Целый час мы обсуждаем всякую ерунду, прощаясь перед самым сном. Лежа в кровати возвращаюсь мыслями к просмотренному. Иногда я представляю себя на месте героинь. Вот бы и меня кто-нибудь так спас, и чтобы обязательно был красивый, умный, успешный, короче идеальный. Ну и пусть все говорят, что идеальных не бывает, а я верю.

Утром в прекрасном настроении собираюсь в университет. В этот раз искренне радуюсь завтраку в одиночестве, перебирая варианты кафе, где нам в прошлые разы очень понравилось. Может, «Колибри» или «Библиотека»? Хотя, чего мучаюсь, Мила, как всегда, забракует мой выбор, и в итоге пойдем туда, куда решит она. В принципе, я не против такого исхода.

В паркинге сразу замечаю, что у Камри работает двигатель. Закидываю сумку на пассажирское сидение и прикидываю, насколько могу задержаться. Минут пять-семь есть в запасе. Поднимаю взгляд, и в поле зрения проскальзывает та же черная куртка, которая заставляет замереть за открытой дверцей. Аккуратно слежу за действиями незнакомца, пока он не видит… Кажется, спалилась. В следующую секунду он уверенно смотрит прямо на меня, после чего садится и резко стартует.

Очуме-е-еть, разве законно быть таким неотразимым?! Спасибо, спасибочки обслуживающей компании. Как раз неделю назад заменили освещение на более яркое, а то было темно, как в подвале. Ликование отправляет ноги в победный танец. Запоздало озираюсь по сторонам, чтобы убедиться в отсутствие свидетелей своего позора. К счастью, пусто.

На протяжении дня ощущаю себя как на иголках. Неумение ждать снова дает о себе знать. По окончании занятий мчусь на встречу с подругой.

— У меня появился обалденный сосед в паркинге, на Камри! — без промедления вываливаю новость, плюхаясь на соседний стул.

Тут же появляется официантка и принимает заказ.

— Прям уж красавец? У тебя каждый второй такой, — не поднимая взгляда, Мила вяло ковыряет салат, не придавая должного значения моим словам. — Через неделю посмотришь новую дораму и про этого даже не вспомнишь.

— Мила, в этот раз сто из ста, забудь предыдущих! И он тоже посмотрел на меня! — эмоции переполняют, отчего хочется делиться ими со всеми.

— Кореец, что ли?! — отложив вилку, она склоняется вперед, округлив идеально подведенные глаза.

— Почему? Русский, — искренне не понимаю вопроса и продолжаю тараторить. — Это было как в любовных романах: они встретились взглядами и сразу зацепили друг друга… — мечтательно вздыхаю.

— Ну, просто не припомню, когда ты последний раз так восторгалась кем-то, кроме них. Что планируешь делать?

— В смысле? — о таком я даже и не задумывалась.

— Собираешься просто так пялиться на него до старости?

— А-а-а… Ну, нет, сначала понаблюдаю, дальше видно будет.

— Понятно, — проскальзывает разочарование.

Мила теряет всякий интерес к теме и кокетливо перекидывает на одно плечо толстую косу. Не составляет труда заметить, что в ближайшем радиусе нарисовался интересный парень и поглядывает на нее. Иногда я завидую ее уверенности и яркой внешности: темные волосы с красивым шоколадным оттенком, карие глаза, грудь — полная тройка, узкая талия, пропорциональные бедра. Она прекрасно осознает свои преимущества и пользуется этим. Когда к нам подходят молодые люди, то стараются привлечь именно ее внимание. Я так, бесплатное приложение.

— Когда в клуб пойдем? — Мила прерывает досадные размышления.

— Тут такое дело, — меня одолевает чувство вины. — Родители в стадии «холодной войны», я даже не суюсь к ним.

— Блин, Крис! — сейчас она напоминает капризного ребенка, увидевшего вкусную, но очень вредную конфетку.

— Мы обязательно сделаем это, но чуточку попозже, — а я будто няня, которая пытается успокоить и отвлечь.

— Иногда мне кажется, что ты преувеличиваешь авторитаризм своих предков, и все гораздо проще.

Черт, она еще и умная, знает, когда и какое словечко можно вставить, не то, что я, дуреха. И почему я с ней дружу? Ах да, никто особо не стремится со мной общаться. К тому же с ней весело, несмотря на сложный характер.

— Ладно, подожду тебя. Как я могу кинуть свою подругу.

— Спасибо, — и потому что она не бросает в трудную минуту и действительно мне нравится. Поэтому я готова иногда подстраиваться, а пустяки пропускать мимо.

— Препод по криминалистике совсем разбушевался, сегодня половину группы завалил на зачете, но мне повезло.

— С чего бы? Раньше ты говорила, что он нормальный мужик.

— Ходят слухи, что с женой разводится, вот и лютует, — Мила капризно отодвигает тарелку. — Невкусно.

— Ого. Не, у нас спокойно, до экзаменов же далеко. Старушки-преподавательницы предсказуемо готовятся к дачному сезону, и темы соответствующие. Мы уже провели анализ почвы, принесенный Екатериной Петровной. Девчонки молятся, чтобы на практику к себе не загнала, ухаживать за посадками.

— Как тебе вообще пришло в голову учиться на эколога?

— Ну-у-у, — чтобы не отвечать, усердно налегаю на десерт, который очень вовремя принесли. Почему-то стыдно признаться, что это отголоски подростковых переживаний. — Так получилось.

— Хотела бы я, как ты, поглощать сладкое в таких количествах и не толстеть, — к счастью подруга отвлекается.

— Ты и так стройняшка!

— Ты просто не представляешь, как тяжело мне это дается: специальное питание, изнуряющие тренировки.

— Зато какая фигура, а я доска доской!

— Ну давай поспорим, у кого больше недостатков, — Мила смеется. — Ты не доска, а стройная. Подумаешь, маленькая грудь, зато не обвиснет до пояса после сорока. У меня вот нос большой, спасибо армянским корням, но я научилась грамотно отвлекать от него внимание. Вот и ты должна придумать, что в себе подчеркнуть или наоборот скрыть. Наряды не мешало бы сменить.

3 глава

Начав выходить на полчаса раньше, я перестала с ним пересекаться. Было ли мне плохо? Да, увы…

Ирина Владимировна ругается, что я не ем ее вкуснейшие булочки и еще больше похудела, Мила недовольна вечно кислой миной. Родители… они ничего не заметили, но вроде как помирились. Зато с утра я успеваю покататься по относительно пустым дорогам, ощущая ту самую свободу, что мне так не хватает. Аудюшечка оказалась единственной отдушиной, где можно плакать, пока никто не видит, и громко петь песни, которые никто не слышит.

Конец апреля выдался напряженным, подготовка к проверочным зачетам перед экзаменами забирала последние силы, и я потеряла бдительность. В обычный теплый вечер захотелось чего-то холодного, поэтому из паркинга собралась заскочить в магазин за Колой. Возле шлагбаума встречает до боли знакомая Камри, а тонировка боковых окон по-прежнему скрывает водителя. Как в замедленной съемке стекло опускается, чтобы водитель приложил карточку к датчику. Зависаю, рассматривая жилистую руку с аккуратными пальцами, в которых зажат белый прямоугольник. После чего он проезжает внутрь.

Какого черта?!

Очнувшись спустя время, понимаю, что было не так. Песня. Песня в его машине, откуда сосед знает ее? Этого просто не может быть! Такой парень не интересуется корейскими дорамами, а уж тем более, не слушает музыку из них. Но как…

Даже не задумываясь о некогда желанном напитке, мчу домой.

— Ириночка Владимировна, ты где? — запыхавшись, проверяю кухню. Пусто.

Родителей еще нет, можно без опаски кричать:

— Ириночка Владимировна!

— Зачем так орать, Кристина?

— Мне нужна твоя помощь.

— Что опять случилось? — она испуганно охает, спускаясь по лестнице.

— Ты как-то упоминала, что имеешь знакомства с представителями силовых структур, а именно ГИБДД?

— Предположим, — Феечка настороженно ждет продолжения, начиная догадываться о сути моей просьбы.

— Помоги узнать владельца одной машины.

— Нет, я не возьмусь за такое, — Ирина Владимировна разворачивается, чтобы подняться. Если я не путаю, то она убиралась в кабинете отца, там надо быть предельно осторожной. Он очень не любит, когда передвигают что-либо.

— Ну, пожалуйста-пожалуйста. Умоляю, это единственный раз. Ты же не хочешь, чтобы твоя любимая девочка и дальше мучилась? — включаю режим кота из Шрека и давлю на самое больное место.

Я видела, как она волновалась за меня, но собственные переживания полностью застелили разум. Успеваю заметить подкатывающие слезы, прежде чем Ирина Владимировна берет себя в руки. Из-за стыда даже возникает желание отказаться от затеи.

— Хорошо, пиши номер, но за это ты пообещаешь больше так себя не вести, снова начнешь нормально питаться и улыбаться.

— Обещаю! Готова хоть сейчас слопать гору твоих вкусняшек.

— Ой, пройдоха, не подлизывайся. Только это дело не быстрое, нужно подождать немного.

— Я на все согласна!

Оставив Ирине Владимировне листок с заветными цифрами и плотно поужинав, поднимаюсь к себе. Наверное, это глупо, да и у него есть Даша, чтоб ее… Как его личные данные помогут выяснить что-то касаемо этой единственной опубликованной мною песни до конца непонятно. Но проснувшийся азарт уже не запихнешь обратно.

— Кристина, можно? — вечернее появление отца в моей комнате оказывается полной неожиданностью.

— Да, входи, — даже не вспомню, когда он вообще появлялся здесь. В последнее время он даже не смотрел в мою сторону.

Кажется, что папа чувствует себя так же неловко, как и я.

— Мы с мамой долго обсуждали летние каникулы и пришли к компромиссу. Полетите не на два месяца, а на один.

— Как скажете, — отвечаю равнодушно. Вообще не проблема.

— Тебе все равно? — он удивлен.

— Нет, просто знаю, что от моего мнения ничего не зависит, так что, — не находится подходящих слов, чтобы избежать грубости.

— Ты считаешь нас… — папа замолкает.

И? Я сама должна догадаться?

— Нет, ничего. Это все, что я хотел сообщить, — не дожидаясь какой-то реакции, он покидает комнату.

Не припомню, когда он или мама разговаривали со мной открыто по душам. Каждый раз это односторонние холодные указания без интереса к чужому мнению, отсутствие чуткости и заботы о своем ребенке. Нет ничего удивительного в том, что Игорь перестал общаться с ними, как только стал финансово независимым и смог оплачивать съем квартиры сам. Я поступлю так же.

***

Ждать было очень тяжело. Как назло, Ирина Владимировна пресекала на корню любые попытки начать разговор, а когда я психовала, лишь ухмылялась и подключала к домашним делам. Тиран, а не Феечка, вот она кто. Не ожидала, что власть так испортит мою любимую Ириночку Владимировну, лучик света в темном царстве, верного друга и соратника.

— Кристина, танцуй, период рабства объявляю закрытым! — воскресным вечером она появилась на пороге комнаты, хитренько улыбаясь.

— Достала? — подскакиваю с кресла так резко, что нечаянно цепляю и скидываю бумаги со стола.

— Ой, растяпа, — женщина помогает с уборкой, после чего отдает лист с информацией.

Владислав Юрьевич Керимов.

Даже номер телефона есть, но вряд ли он пригодится.

— Двадцать семь лет. Не слишком ли взрослый для тебя?

— Значит, Влад… Я почему-то думала Кирилл, — пытаюсь совместить образ хозяина Камри с именем. Непривычно. — Что? Возраст? Да нормально вроде.

— Что собираешься делать?

— Знамо что, прошерстить социальные сети, — уже предвкушаю, чем займусь ближайший час. Долой занятия!

— Ну хоть покажи парня, который так заинтересовал тебя. Давненько такого не было, а то все корейцы, да корейцы. Начала подозревать, что планируешь сбежать из страны с одним из них.

— Аха-ха-ха, — не могу сдержать громкий смех. Значит, я была права.

Она вытирает руки о передник и важно, практически как министр, достает очки, чтобы лучше разглядеть, пока я открываю ВК и нахожу его профиль. Фото пусть и старое, но это точно он.

4 глава

— Ну, так что? — он улыбается, что вообще не способствует продуктивной деятельности мозга.

— Что?

Надо же, стоит весь из себя спокойный и уверенный, хоть бы один мускул дрогнул. Мила пихает в спину, пытаясь вернуть в реальность.

— Э… наверно, да.

Он уверенно ведет меня обратно. Я, конечно, и раньше танцевала с мальчиками, но сейчас не понимаю, как себя вести, куда класть руки, насколько близко позволительно подойти. Молодой человек сам решает эти вопросы, оставляя микроскопическое расстояние между нами и закидывая их себе на шею. Каблуки немного скрадывают разницу в росте, но не достаточно. Я очень стесняюсь, поэтому не решаюсь смотреть ему в глаза, уставившись в шею.

— Влад.

На языке так и вертится «я знаю», но мне удается не проболтаться.

— Кристина.

И ты знаешь.

Он молчит, я тоже. Продолжаем медленно двигаться в такт мелодии. Мне некомфортно, опять бросает в жар, как тогда в паркинге. Его парфюм с легким приятным ароматом постепенно обволакивает и намертво врезается в память. И что? Мы теперь типа знакомы, и можно разговаривать при встрече. Как расценивать происходящее? Не понимаю его поступков. Или это из-за того, что он не в курсе, что я видела его девушку. Становится гадко на душе. Ирина Владимировна всегда говорит: поступай так, как хочешь, чтобы поступали с тобой. К концу танца принимаю решение: надо прекратить то, что изначально было неправильным, я не должна о нем мечтать, искать встреч, надеяться…

— Если не против, я потом отвезу вас с подругой?

— Спасибо, не надо, — не уверена, что выдержу его близкое присутствие.

— Как скажешь, — он не настаивает и, проводив до столика, растворяется в толпе.

— Знакомый? — Мила чуть ли не подскакивает от любопытства.

— Тот самый сосед на Камри.

— М-м-м, он начал действовать, не проворонь шанс. Если б знала, получше рассмотрела бы.

— У него есть девушка, — совсем сникаю.

— Подумаешь, — она фыркает, поправляя прическу.

— Я так не могу, — пожалуй, еще выпью и чего-нибудь покрепче. — Закажу виски с колой, будешь?

— Нет, мне хватит.

Настроение ниже плинтуса, чувствую себя противно, словно взяла чужое без проса. Бывают же такие индивидуумы. Она его ждет дома, волнуется, переживает, пока он развлекается, а потом лицемерно врет с непробиваемым выражением лица.

Из-за ажиотажа официанты никак не реагируют на попытки их позвать, поэтому сама иду и беру напиток, стараясь не глазеть по сторонам. К моему возвращению Мила успевает подкрасить губы и начать беседу с очередным незнакомцем. Парень даже не обращает внимания на появление нового человека за столиком. Да собственно, мне тоже не особо интересно, вечер и так испорчен. Медленно потягиваю коктейль через трубочку, пытаясь не думать.

— Крис, ау!

— Что?

— Зову, зову, а ты не реагируешь, пойдем танцевать?

— Не хочу, а ты иди, — я же вижу, как парень нетерпеливо мнется.

Целый час бесцельно залипаю в телефоне и жду, когда подруга соберется домой.

— Я так устала, а ты? — Мила плюхается на стул и привычно закидывает ногу на ногу. — Дима не отпускал, — проскальзывает самодовольная улыбка. — Пришлось дать номер телефона.

Ей определенно льстит настойчивое внимание противоположного пола. Вот так надо с парнями, а я просто тютя какая-то.

— Тогда домой?

— Ага.

После того злополучной ночи я оказалась между трех огней. Во-первых, оживились преподаватели. Похоже, все посадили и вспомнили, что есть ученики, которым скоро сдавать экзамены. А два других — это Феечка и Мила, они как добро и зло постоянно сидят на плечах и нашептывают. Одна поддерживает решение — чужое не трогать, вторая, наоборот, ничего страшного не видит в этом. Еще я снова стала раньше выбираться на учебу, чтобы не пересекаться с соседом. Самое невыносимое — это вечера, когда дела сделаны и в голову начинают лезть всякие противные мыслишки. То воображение рисует картинку, как бы все сложилось, будь он свободен, а в следующую секунду я представляю его с девушкой. Наверно, Влад в определенной степени любит ее, своей странной любовью. Существует же категория парней, которым мало одной, или это инстинкт охотника: всегда надо быть в деле. За неимением реального опыта, не могу судить, что конкретно им движет.

— Кристина, можно?

— Да заходи уж, Ириночка Владимировна, — откладываю книгу и сажусь прямо на кровати.

— Ну что опять с тобой происходит?

Только и остается пожимать плечами, не нужно ей знать правду.

— Хочешь, познакомлю тебя с сыном Анны Сергеевны, Костиком? Такой положительный мальчик.

— Только не это! — прикрываюсь этой самой книгой, какой кошмар. Дно там еще не показалось? — Он небось мамочку во всем слушается, слова против не скажет. Мне другой нужен… Си-и-ильный. Я сама слабачка, зачем рядом второй такой же.

Отчего-то становится зябко, поэтому вскакиваю и сдергиваю кофту с компьютерного кресла, накинув на плечи. За окном солнце из последних сил цепляется за кромку неба, отдавая последние лучи света. Завтра оно возродится и снова взойдет на свое законное место, а сейчас как будто умирает и прощается навсегда.

— Девочка моя, а ты свободна в ближайшие дни?

— Для знакомства с Костиком — нет! — поворачиваюсь к ней, в ужасе вытягивая лицо.

— Я уже поняла, — раздается ее тихий смех. — Кристиночка, — интонация меняется на доброжелательно заискивающую. — В торговом центре снова ярмарка открылась с товарами «от Абхазии до Камчатки».

— Ага, — без труда догадываюсь, к чему она клонит.

— Не могла бы ты съездить за тем сыром вкусным. Ну, ты помнишь.

Еще бы не помнить, у моей Феечки только одна слабость, и это далеко не сладости. При каждой возможности мы совершаем набег на наше секретное местечко и выбираем новый сорт на пробу.

— Поедешь со мной?

— С удовольствием бы, но Любовь Георгиевна готовится к очередному приему важных гостей, и требует провести доскональную уборку.

5 глава

— Прости… — парень поднимается.

Это не жалость, это сожаление? Горечь? Досада? Не могу определить.

— Я ничего не понимаю.

Вместо ответа Влад берет мою ладонь и возвращает на стул, садясь напротив.

— Ты помнишь, как появились шрамы?

— Нет, только по рассказам родителей.

— И что конкретно? — он напрягается и нетерпеливо перестукивает пальцами по деревянной поверхности.

Раньше я не особо задумывалась об этом, потому что переживала в основном из-за последствий, причина не особо интересовала.

— Когда мне было года три, мы всей семьей поехали за город к знакомым родителей, — пришлось изрядно напрячь мозг. — Я не знаю, что там было конкретно, но вроде как собака сорвалась с привязи и набросилась на меня.

— И все?

Киваю в ответ, одновременно пытаясь разгадать, что скрывается за каменной маской.

— Мне сложно сказать, почему дядя Коля и тетя Люба не стали тебе рассказывать правду, может, из-за Игоря… — Влад отмирает и хмурится.

— А он-то причем? — опять начинаю нервничать, изводясь ожиданием. Мозг успевает накинуть несколько версий случившегося, и каждая следующая ужасней предыдущей. Вдруг, кто-то специально натравил на меня собаку? Игорь?! Получается, он с детства ненавидел меня. Да нет же, бред. В мыслях полный сумбур.

— Знакомыми, у которых вы гостили, была наша семья, — наконец, Влад прерывает затянувшееся молчание. — И тогда родители близко дружили. Да, тебе было три, мне и Игрою — по девять. Очередным еще теплым осенним днем нас быстро покормили и втроем отправили на улицу, сообщив, что дальше будут взрослые разговоры, и нам тут делать нечего, — парень вздыхает и отводит взгляд.

— И? — я помру от неизвестности раньше, чем узнаю продолжение!

— Мы бесцельно шатались по двору, когда я вспомнил, что на чердаке есть какие-то непонятные старые штуки, сейчас даже не скажу, что это было, — раздается досадное хмыканье. — Игорь обрадовался и захотел посмотреть. Так как лестница наверх была хлипкой и опасной, мы оставили тебя внизу. Я, честно, не думал, что так получится! — он как будто оправдывается и ищет поддержки, озираясь по сторонам. — Мы собирались пробыть там чуть-чуть и сразу вниз! Когда услышали твой крик, немедленно спустились.

То, как тяжело ему дается каждая фраза, изводит и меня, а слезы на глазах, заставляют усомниться в желании знать остальное.

— Папа привез настоящего алабая и воспитывал его, как сторожевую собаку. Ты успела добраться до вольера и как-то открыть дверь. Не представляю, из-за чего Дики это сделал, но мы уже застали момент, когда он вцепился в тебя. Игорь побежал за взрослыми, а я намотал кофту на руку и пытался его оттащить или переключить на себя… Потом родители, суматоха, крики. Отец все решил.
«Решил». Не хочу знать, что скрывается под этим. В горле пересыхает, а я так и осталась без кружки, поэтому кашлем стараюсь его прочистить. Влад молча достает злосчастный стакан и наливает воды.

— Спасибо, — меня атакует целый рой вопросов: — Зачем ты мне рассказал, ведь мог промолчать? Вдруг я не захочу тебя видеть после этого?

— Всегда есть вероятность, что тебе это передаст кто-то другой, — парень пожимает плечами. — Те же родители, когда узнают, что мы знакомы.

Он обреченно смотрит на меня, а я не в состоянии вымолвить и слова. Почему такие сложности? Сначала я решила, что у него есть девушка, а теперь — скелет из прошлого, как оказалось один на двоих, даже на троих… Может, это знак.

— По рассказу звучит долго, на самом деле все произошло молниеносно. Мама моя после того случая была подавлена, долго отходила, отец по несколько дней не появлялся дома… Нам с Игорем запретили видеться…

— А как вы тогда поддерживали связь с братом?

— Сначала никак. Когда стали постарше, в ВК нашли друг друга и продолжили общаться тайно.
Наступает тишина, которую нельзя назвать комфортной, со мной впервые такое. Влад не поднимает голову и, словно приговоренный, ждет вердикта. А я что? Собираю воедино кусочки пазла и оцениваю свои чувства. Может ли услышанное оттолкнуть меня от него? Важно ли то, что произошло так давно? Или стоит просто жить дальше, не ставя крест на возможном радостном будущем, которое так близко… Ведь он мне действительно нравится, его присутствие ускоряет сердцебиение…

— Влад, — тихо зову его.

Парень дергается от неожиданности, похоже, и он погрузился в глубокие размышления. В его глазах читается такая боль и надежда, что приходится заставлять себя говорить:

— Что ты хочешь?

— Ты мне нравишься, — он выпаливает без запинки. — Я не принуждаю тебя общаться через силу, но хотя бы попробуй, дай мне шанс.

— Я пока не готова к свиданию, — видя разочарование Влада, поспешно добавляю. — Это не навсегда. Мне надо переварить информацию, обсудить с кем-нибудь.

— С родителями?

— Не-е-е-т, с ними точно нет, — меня бросает в холод, как только представлю этот диалог. — С Игорем. Наверно, я пойду.

Находясь рядом с ним, не могу нормально соображать, а очень хочется.

— Можно провожу хотя бы? — Влад немедленно встает и начинает суетиться, как будто что-то потерял.

— До соседнего подъезда? — становится смешно, и я непроизвольно улыбаюсь.

— Угу, — он повторяет за мной и даже расслабляется.

Словно пришибленная, медленно бреду домой. Все, что я узнала, не укладывается в голове. Вот почему Феечка его не вспомнила, она появилась в доме, когда я пошла в первый класс. Нас сопровождает неловкая тишина. Мы словно два подростка, не умеющие общаться с противоположным полом.

— Если честно, я не планировал сейчас обсуждать эту тему, думал потом, в более подходящей ситуации, — Влад останавливается возле уличной двери и впервые заговаривает. — Не знаю, что на меня нашло.

— Теперь не вернешь сказанное назад, — невесело вздыхаю, поджав губы. Не понимая, куда себя деть, глупо перебираю ручку своей сумки

— Напиши мне завтра, — в его голосе сквозит надежда.