Сосед со своими секретами

Пролог

Иногда достаточно одного неправильного решения, чтобы жизнь треснула по швам.

Я понял это в тот момент, когда держал в руках чёртов пакет и смотрел на его содержимое, не веря собственным глазам.

- Ты просто курьер, Дэн, - сказали мне тогда. - Забрал, передал, получил деньги. Ничего сложного.

Я вскрыл пакет из любопытства. Глупого, самоуверенного любопытства человека, который слишком долго жил под чужим контролем и решил, что наконец-то свободен.

Внутри было не то, за что можно просто получить по шее и разойтись.

Это была точка невозврата.

Я выбросил всё. Убедил себя, что сделал правильно.

Что теперь всё закончено.

Я ошибался…

Потому что за таким «товаром» приходят не с вопросами.

С угрозами.

И когда за моей спиной раздался глухой голос:

- Где товар, парень? - я впервые по-настоящему испугался.

А потом побежал.

_________________
-------> Листай

Глава 1

Яся

Я всегда считала себя человеком рациональным.

Преподаватель химии, как-никак. Формулы, реакции, чёткая логика. В моей жизни всё было разложено по полочкам - аккуратно, предсказуемо и безопасно.

До сегодняшнего вечера.

Я сидела на полу своей крохотной кухни, на мягком пушистом коврике-шкурке поджав ноги, и пила чай, когда в дверь начали звонить. Не просто звонить - вдавливать кнопку так, словно ещё чуть-чуть, и рука звонящего пройдет прямо сквозь стену. Я вздрогнула, пролив чай на коврик.

- Ну прекрасно... - пробормотала я, поднимаясь.

Поставив бокал с остатками чая на стол и скрипнув зубами, пошла к двери.

Подъезд у нас тихий. Спальный район, девятиэтажка, никаких вечеринок и сомнительных личностей. По крайней мере, так я думала до тех пор, пока у меня не появился новый сосед сверху.

Ненавижу его!

Почему он решил снимать квартиру именно в нашем доме? Ведь он смотрится здесь, как инородное тело. Люди, привыкшие прожигать свою жизнь, соря деньгами направо и налево, не живут в спальных районах.

Бесконечная громкая музыка, будто он даёт сольники перед зеркалом, а потом её сменяют скрипы, стоны. Что за секс-марафоны там проводят?

Каждую ночь - новая девушка.

Каждое утро - чужие каблуки на лестнице.

СТОП!

Яся…

Почему ты вообще об этом думаешь?

Я подошла к двери и посмотрела в глазок.

И потеряла дар речи. На пороге стоял он.

Голый торс, растрёпанные волосы, джинсы с расстёгнутой ширинкой и босые ноги. А в глазах - не привычная наглость, а что-то острое, тревожное.

- Ярослава, — выдохнул он, услышав движение за дверью. - Открой. Пожалуйста. - Серьёзно? Он умеет просить?

- Ты с ума сошёл?! - прошептала я, не открывая. - Что случилось?

Он наклонился ближе к двери, почти прижавшись лбом к дверному глазку.

- Это вопрос жизни и смерти.

За его спиной раздался грохот. Чьи-то шаги.

И голос, от которого у меня похолодело внутри:

- Убью, сука!

Я открыла дверь прежде, чем успела подумать.

Он ворвался внутрь, резко захлопнул её и провернул ключ. Мы остались вдвоём в моей маленькой квартире, где пахло чаем, книгами и спокойной жизнью, которая только что закончилась.

- Ты... - я судорожно вдохнула. Что ты натворил?

- Потом, Яся, - быстро сказал он, уже осматриваясь. - Сейчас просто молчи.

- Не смей называть меня Ясей! - Тут же вспыхнула я. - Мы вообще-то...

- Я знаю, - перебив, он бросил на меня короткий взгляд.

- Преподаватель, красный диплом, строгие лекции и идеальный порядок в голове. Поверь, сейчас это мой любимый набор характеристик.

Я хотела возмутиться. Очень.

Но за дверью снова раздался удар.

- Он здесь! Я видел свет!

Я отступила на шаг, сердце бешено колотилось в груди, мигая всеми возможными красными сигнальными огнями.

Господи! Яся! Куда ты вляпалась, даже не выходя из своей квартиры?

- Денис... - прошептала одними губами, горло перехватил мощный спазм. Так что, если прямо сейчас эти бугаи выломают дверь и ворвутся в квартиру, я даже не смогу позвать на помощь. - Кто это? - проговорила, хватая губами воздух, как рыба без воды.

Денис выдохнул и впервые посмотрел на меня без ухмылки.

- Люди, которым я должен деньги. За то, чего у меня больше нет.

- Что значит нет? - голос предательски дрогнул.

- Значит, Ярослава Александровна, - он криво усмехнулся, - что если они войдут, мне конец. А тебе - крупно не повезло, что ты моя соседка.

Я смотрела на него и понимала: этот наглый, шумный, раздражающий мажор только что втянул меня в историю, где не помогут ни ромашковый чай, ни бензольные кольца, ни правильные решения.

А он, будто прочитав мои мысли, добавил:

- Спокойно. Я всё улажу.

И почему-то именно в этот момент мне стало по-настоящему страшно.

Я стояла посреди собственной квартиры и чувствовала себя лабораторной мышью, которую забыли предупредить о начале эксперимента.

За дверью кто-то снова ударил, на этот раз ногой. Дверная коробка жалобно скрипнула.

- Тише, - Денис шагнул ко мне ближе и вдруг положил ладонь мне на плечо.

Тёплую. Уверенную. Совершенно неуместную. Я дёрнулась, чтобы скинуть с себя в миг показавшуюся очень тяжелой руку, но он и не собирался её убирать. Вместо того, чтобы попытать счастье ещё раз и скинуть со своего плеча наконец его лапищу, я начала разглядывать его татуировки, короткая надпись на английском сразу под ключицами, маленький орел на запястье, ещё какие-то непонятные символы. Почему-то он напомнил детскую раскраску. Хи-хи. В экстренных ситуациях мой мозг отказывается здраво мыслить, простите.

- Послушай меня внимательно, Ярослава Александровна, - сказал он вполголоса, явно с намеком, что если меня называют по имени отчеству, это ещё не делает меня преподавателем. - Они не должны понять, что я здесь. Если будут ломиться - ты орёшь, что вызываешь полицию. Громко! Очень! Поняла?

- Ты… - я сглотнула. - Ты вообще понимаешь, что ввалился в мою квартиру как… как…

- Как стихийное бедствие? - усмехнулся он. - Да. В этом я хорош.

Вот за это я его и ненавидела…

Даже сейчас. Особенно сейчас, когда за моей дверью стояли люди, готовые кого-то убить.

- Отпусти, - процедила я. - И перестань вести себя так, будто это твой дом.

Он медленно убрал руку, но вместо того, чтобы отступить, опёрся спиной о стену моей кухни. Ту самую, где висели аккуратно развешанные прихватки и магнит с таблицей Менделеева.

Абсурдность происходящего ударила в голову сильнее адреналина.

- Ты серьёзно привёл за собой… криминал? - спросила я. - В мой дом?

- Я не приводил, - спокойно ответил он. - Я от него сбежал.

- Прекрасно, - выдохнула я. - Просто прекрасно.

За дверью послышались голоса. Глухие, рычащие, нетерпеливые.

- Открывай! - рявкнул кто-то. - Мы знаем, что ты здесь!

Глава 2

Глава 2

Яся

Первое правило выживания в экстренной ситуации - не паниковать.

Второе - не пускать в дом полуголых мужчин с сомнительным прошлым.

Я нарушила оба…

Ночью я почти не спала.

Не потому, что в моей квартире находился мужчина, сбежавший от людей с явно не самыми мирными намерениями.
И даже не потому, что он спал, а точнее, делал вид, что спит на маленьком кухонном диванчике. Моя однушка не располагает к гостеприимству.

Я не спала, потому что мой мозг отказывался отключаться.

Я лежала в кровати, уставившись в потолок, и пыталась убедить себя, что произошедшее - это всего лишь цепочка случайных событий. Нелепая, неприятная, но вполне объяснимая. Как побочная реакция при неправильно рассчитанной дозировке.

Не получилось…

Из кухни доносилось ровное дыхание. Спокойное. Слишком спокойное для человека, который ещё несколько часов назад спасался бегством.

Я перевернулась на бок, посмотрела на часы.

05:43…

Прекрасно…

Встала, стараясь двигаться как можно тише. Пол был холодным, и это почему-то отрезвляло лучше крепкого чёрного чая.

Аккуратно пробравшись на кухню, взглянула на своего бесячего соседа, который лежал в позе креветки с закрытыми глазами. Включила чайник, машинально расставила кружки… одну, потом вторую… и тут же раздражённо убрала лишнюю обратно в шкаф.

Никаких «мы».

Через несколько минут за моей спиной послышался шорох.

- О-о-о. Доброе утро, училка, - голос у Дениса был хриплый, сонный и совершенно неуместно интимный для шести утра.

- Не училка, - отчеканила, глядя ему прямо в глаза. - Я преподаватель. В университете. И, между прочим, с красным дипломом.

Он лениво скользнул по мне взглядом, будто проверял, не вру ли.

- Серьёзно? А выглядишь так, будто сама на пары собралась, а не лекции читать.

Я стиснула зубы. Может зря я его вчера впустила? Нет, ну а что?

- То, что я маленькая, не значит, что я не знаю органическую химию лучше, чем ты умеешь завязывать шнурки, - автоматически ответила я, не сводя с него глаз.

- О-о-о, укусила, - Денис изобразил, будто держится за сердце.

- Ладно, училка, приму к сведению.

- Преподаватель! - взорвалась я.

Он усмехнулся и почти шепотом:

- А ты милая, когда злишься.

- И утро добрым не считается, если ты не спал. - Одновременно произнесли совершенно разные фразы. Так, погодите-ка… он что, назвал меня милой?

- Я спал, - он зевнул. - Просто чутко.

Я немного склонила голову вбок, словно оценивала сказанную мысль студентом на зачёте. Он сидел на диванчике, всё в тех же джинсах, (хорошо, что хоть ширинку догадался застегнуть), накинутой на плечи моей розовой толстовке овесайз и с босыми ногами. Волосы взъерошены, взгляд ясный. Слишком живой для человека, которого ещё ночью могли убить.

- Кофе? - спросил он.

- Нет.

- Вода?

- Тоже нет.

- Тогда что?

- Тишина, - я поставила перед собой кружку с чаем. - И объяснения. Но не сейчас. У меня лекции.

Он кивнул. Без споров. Без привычного стёба. И это насторожило меня сильнее всего.

- Я уйду днём, - сказал Денис потягиваясь, на моей маленькой кухне он казался ещё больше, чем вчера у двери. - К вечеру. Они сегодня не вернутся.

- Откуда ты знаешь?

- Потому что такие люди не бегают по подъездам, как истеричные псы. Если не получилось, берут паузу.

- Замечательно, - пробормотала я.

- Ты говоришь об этом так, будто обсуждаешь погоду за окном.

Денис лишь пожал плечами.

Мы замолчали.

Я смотрела на него и отчётливо понимала, если сейчас начну задавать вопросы, то либо услышу слишком много, либо вообще ничего. А ни то, ни другое мне не подходило.

- Ты можешь остаться до вечера, - сказала я наконец. - Но это не значит, что ты здесь хозяин.

- Я понял это ещё ночью, - усмехнулся он.

Я посмотрела на часы, резко развернулась и ушла в спальню собираться.

…

Аудитория встретила меня привычным гулом. Студенты рассаживались по своим местам, кто-то смеялся, кто-то уже открыл конспекты.

Я взяла мел.

- Итак, - начала я, повернувшись к доске. - Сегодня мы продолжаем тему ароматических соединений.

Рука вывела на доске аккуратное шестиугольное кольцо.

Бензол.

- Бензольное кольцо - одна из самых устойчивых структур в органической химии, - я говорила почти на автомате. - Его стабильность объясняется делокализацией π-электронов… (1)

Я писала формулы, стрелки, схемы. Говорила уверенно. Чётко. Так, как делала это сотни раз.

Но мысли были не здесь.

Устойчивость - это иллюзия, подумала я, глядя на кольцо.
Достаточно одного неправильного катализатора…

- Ярослава Александровна, - раздался голос с первой парты. - А почему тогда бензол вступает в реакции замещения, а не присоединения?

- Потому что разрушение устойчивой структуры требует слишком больших энергетических затрат, - ответила, не задумываясь.

И вдруг замерла.

Слишком больших затрат…

Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось.

- Именно поэтому, - продолжила я, - в химии важно не только знать реакции, но и понимать, какие из них необратимы.

Мел скрипнул чуть сильнее, чем нужно. Я мгновенно скривилась, хорошо, что стояла лицом к доске.

Затем повернулась к аудитории. Студенты смотрели внимательно. Кто-то улыбался. Кто-то делал пометки. Они были здесь. А я - нет.

После лекции меня догнал Анатолий. (Сыночка-корзиночка, по мнению Дениса).

- Ярослава… Яся, - он шёл рядом, держа в руках папку с отчётами.

- Ты сегодня какая-то… рассеянная.

- Правда? - я выдавила подобие улыбки.

- Да. Ты даже дважды одну и ту же формулу написала в отчёте.

- Значит, тема сложная, - пожала плечами.

Он смущённо улыбнулся.

- Мы с ребятами с кафедры сегодня хотели обсудить лабораторные. Может, чаю попьём? У меня есть эклеры, - он чуть гордо добавил, - с заварным кремом.

Глава 3

Яся

На улице давно стемнело.
А в квартире сверху - тишина. Такая, будто там не человек живёт, а библиотекарь на пенсии.

И это нервирует.

Я уже в третий раз ловлю себя на том, что прислушиваюсь к каждому звуку в подъезде. Лифт. Шаги. Голоса. Слишком громкие, сердце тут же подскакивает к горлу.

А вдруг они всё-таки пришли ещё раз?..

Телефон на подоконнике неприятно вибрирует.
Толик…

Он частенько закидывает меня мемами с котами.
Закатываю глаза и смахиваю уведомление, даже не открывая.

Что за стереотип вообще? Если девушка блондинка, ей автоматически должны нравиться котики, розовые кружки и надписи live, love?

Вот ни разу нет!

Тишину квартиры разрезает трель входного звонка.

Я несусь к двери с надкусанной булкой в руке, повидло уже норовит капнуть на пол. Взглянув в глазок, тут же щёлкаю замком.

- Классный лучок, - Денис одаривает меня своей фирменной наглой ухмылкой, окидывая взглядом с головы до ног. - Всегда так гостей встречаешь или только мне повезло?

На мне футболка с новогодним оленем, который обнимает бутылку шампанского и гирляндой, запутавшейся в его рогах. Шорты. И махровые носки ядовито-оранжевого цвета.

Ну и что, что за окном начало сентября. Мне удобно.

- А я думала, тебя уже прикончили, - отражаю ядовито, сжимая булку сильнее. - И в нашем доме наконец-то наступит тишина без твоих сольных концертов.

Вот и обменялись любезностями.

Денис проходит в квартиру так, будто всегда здесь жил, а я шлёпаю следом в своих вырви-глаз носках.

- С тебя кофе, с меня обещанный разговор, - он уже усаживается за стол.

- Я не пью кофе.

- Да ладно? - он искренне удивляется. - Почему?

- Вкус не нравится, - пожимаю плечами и нажимаю кнопку чайника. Синяя подсветка заливает кухню приглушённым светом, раздаётся знакомое шипение.

- Окей. Тогда чай. С тремя ложками сахара.

- У тебя ничего там не слипнется? - скептически вскидываю бровь.

Он ухмыляется. Конечно.

Через пару минут на столе появляются две чашки с чёрным чаем, сахарница, ложки. Я лезу в холодильник и достаю колбасу.

Так уж и быть. Побуду гостеприимной хозяйкой. Один раз.

Ловкость рук, и на столе уже бутерброды с сыром и колбасой, а рядом пачка «Орео».

- Ну? - я усаживаюсь напротив и скрещиваю руки на груди.

Денис крутит чашку в руках, смотрит в чай, будто там плавает ответ на все вопросы жизни.

- Эти плохие ребята думают, что я присвоил чужое, - наконец говорит он. - Поэтому хотят вернуть либо товар, либо деньги.

- Что они не самые хорошие, я поняла ещё вчера, когда они мне чуть дверь не вынесли, - сухо отвечаю я. - Можно больше вводных? Что за товар? И почему они думают именно так?

Он вздыхает… Невесело… Поднимает на меня свой взгляд…

- Товар - это наркота.

У меня в голове будто что-то щёлкает.

- Я… - моргаю. - Прости, что?

- Я хотел просто заработать, - продолжает он, будто говорит о доставке суши. - Забрать пакет из пункта А и отвезти в пункт Б. Ничего сложного.

- Ты вообще себя слышишь?! - я машинально придвигаю чашку чая ближе к себе. - Ты вляпался в уголовку и ещё удивляешься, что за тобой бегают какие-то отморозки?

- Мне стало интересно, за что такая сумма, - он криво усмехается. - Как говорится, любопытство наказуемо.

- Я в шоке, - честно признаюсь. - Просто… в шоке.

Я, преподаватель химии, человек с чистой репутацией и ипотекой, сейчас сижу на кухне с наркокурьером.

Отлично, Яся. Просто отлично.

- Я понимаю, что втянул тебя в эту историю, - тихо говорит он. - Сорян. Я разберусь.

Он откусывает бутерброд с каким-то злым остервенением. На долю секунды мне кажется, что в его глазах мелькает что-то вроде отчаяния.

Фраза «не хочу опять просить у него помощи» пролетает мимо ушей… но только сначала.

- Так, стоп, - я поднимаю руку. - Подожди. То есть твой отец может тебе помочь, но ты предпочитаешь бегать от этих бугаёв по чужим квартирам?

Он хмыкает.

- Мой отец привык решать вопросы радикально.

- Радикальнее, чем тебя прикончат?

- Он сделает так, что я больше никогда не смогу жить своей жизнью, - спокойно отвечает Денис. - А эти… они просто хотят вернуть своё.

- Просто, - повторяю я. - Боже, ты невероятно оптимистичен для человека, которому угрожают убийством.

Мы смотрим друг на друга несколько секунд.

И вдруг я понимаю, он не врёт. Не играет. Не рисуется.

Он реально боится. Просто слишком гордый, чтобы это показать.

- Они не вернутся завтра, - говорит он. - Я договорился.

- Каким образом? - прищуриваюсь я.

- Деньги будут. Не сразу. Но будут.

- И ты уверен, что этого хватит?

- Уверен настолько, насколько вообще можно быть уверенным в таких вещах.

Я откидываюсь на спинку стула.

- Значит, ты вернёшься в свою квартиру.

- Да.

- И меня больше не будут пугать по ночам?

- Клянусь, - он смотрит прямо. - Тебя они больше не тронут.

Хочу верить.
Очень хочу.

- Хорошо, - выдыхаю я. - Но если хоть раз…

- Я понял, - перебивает Денис. - Без сюрпризов.

Он допивает чай и поднимается.

- Спасибо за ужин, Ярослава Александровна.

- Не благодари, - бурчу в ответ. - Это всё исключительно в рамках форс-мажора.

Денис уже подходит к двери, но оборачивается.

- Знаешь, - усмехается. - Ты совсем не такая, какой кажешься на кафедре.

- А ты именно такой, - фыркаю я. - Проблемный.

- Возможно, - он подмигивает. - Но тебе со мной явно не скучно.

Дверь закрывается.

А я ещё долго стою посреди кухни, глядя на пустую чашку.

И почему-то понимаю, это только начало.

…

Я выключила свет на кухне, но в спальню так и не пошла. Села на край дивана и уставилась в тёмное окно, в котором отражалась я сама в дурацкой футболке с оленем и с совершенно неуместными мыслями.

Глава 4

Глава 4

Яся

Сентябрь в этом городе всегда был обманчив.
Солнце светило слишком ярко, воздух был ещё тёплым, асфальт хранил летнее тепло, и только листья, первые… жёлтые, неуверенные напоминали о том, что лето закончилось и впереди новый учебный год… новые студенты… расслабляться рано.

Я шла в университет, перебирая в голове план лекций и одновременно ловя себя на том, что мысли упрямо ускользают не туда. Формулы всплывали обрывками. Термины путались.

- Соберись, Ярослава, - пробормотала я себе под нос, поднимаясь по ступеням корпуса.

Рабочий день начался как обычно,
шорох тетрадей, студенческий гул, скрип мела по доске.
Я говорила уверенно, писала аккуратно, объясняла доступно. Руки делали привычные движения, мозг автоматически подбирал нужные слова.

- Реакции замещения. Кто назовет мне конкретный пример?

Мда… прямо таки лес рук… по аудитории пошел шелест листов. Только первые ряды вели себя как обычно, остальные же вжав голову в плечи, практически носом залезли в свои конспекты.

- Я подскажу. При взаимодействии цинка и..?

- И соляной кислоты? - раздается не очень уверенный голос Марины со второго ряда.

- Да. Верно. При взаимодействии цинка с соляной кислотой происходит реакция замещения, в результате которой образуется хлорид цинка, водород и вода.

- Запишем уравнение реакции.

Взяв в руки кусочек мела, аккуратно вывожу знакомые символы: Zn + 2HCl → ZnCl₂ + H₂↑.

- Цинк выступает в роли активного металла и замещает водород из кислоты. Водород выделяется в виде газа, а хлорид цинка остаётся в растворе.

Некоторые характеристики реакции:

- Необратимая, почему? Потому что один из продуктов, а точнее - водород покидает сферу реакции.

- Экзотермическая, потому что протекает с выделением теплоты.

- Окислительно-восстановительная, здесь изменяются степени окисления атомов цинка, - вновь вывожу на доске изменение степеней: 0 – 2е- → +2, - восстановитель и водорода, - +1 + 1е- → 0, - соляная кислота у нас окислитель.

- Система сопротивляется изменениям, предпочитая минимальные вмешательства.

Сопротивляется…
Я на секунду замираю , потом продолжаю, будто ничего не произошло.

После лекции меня, как и следовало ожидать, догнал Толик.

- Яся, - он поравнялся со мной в коридоре, поправляя ремешок часов. - Ты сегодня выглядишь очень загруженной.

- Работа такая, - отзываюсь я, перекладывая папки из руки в руку.

- Я хотел спросить… - он слегка замялся, но тут же выпрямился, словно собрался сдавать зачёт. - Может, сходим сегодня в кино? Просто… отдохнуть.

Вот он... Момент. Никакой неловкости. Никакого давления. Всё корректно, вовремя, логично.

- Какой фильм? - спрашиваю скорее по инерции.

- Романтическая драма. Говорят, сильная.

- Хорошо. - Его лицо заметно посветлело.

- Тогда я зайду за тобой вечером.

…

Весь оставшийся день прошёл в странном расфокусе. Я проверяла лабораторные, отвечала на вопросы студентов, обсуждала методички, но ощущение было такое, будто я всё это делаю через стекло. Прозрачное, но отчётливо мешающее.

Вечером Толик ждал меня у подъезда так, словно сдавал норматив по «идеальному кавалеру».
Прямая спина. Спокойная улыбка. Пиджак выглаженный так, что, казалось, на нём можно писать формулы мелом.

Букет он держал двумя руками.
Ровно семь цветов. Светлые розы.
Целлофан плотный, хрустящий, будто специально созданный, чтобы подчёркивать торжественность момента. И обязательно лента с закрученными концами и золотистой полосой.

- Это тебе, - сказал он слегка покраснев, будто вручал не цветы, а дипломную работу.

- Спасибо, - ответила немного замешкавшись, принимая букет.

Цветы были… хорошие. Свежие.
Без изъянов. Как реактивы с пометкой «ГОСТ».

Мы шли до кинотеатра рядом, соблюдая комфортную дистанцию. Толик рассказывал о новой программе на кафедре, о том, как изменили расписание лабораторных, о студентах, которые снова путают элементарные вещи.

Я кивала. Слушала. Даже вовремя задавала уточняющие вопросы.

И всё это время внутри было ощущение, будто я участвую в эксперименте, результат которого заранее известен.

В зале было темно и прохладно. Мы сели в середине ряда, Толик выбирал места заранее… разумеется, я даже не сомневалась. Он снял пиджак, аккуратно сложил его на спинку кресла, потом посмотрел на меня, словно проверяя, удобно ли мне.

- Если будет холодно, скажи, - тихо произнёс он, немного наклоняясь ко мне.

- Хорошо.

Фильм начался минут через десять после прокрутки рекламных роликов.
На экране - крупные планы, напряжённые взгляды, драматичная музыка.

Я честно пыталась следить за сюжетом. Первые пятнадцать минут.

Потом мысли поплыли.

Телефон завибрировал в сумке.
Я не сразу, но всё-таки достала его. Просто проверить. Мало ли.

Ничего важного. И всё равно палец скользнул по экрану.

Я поймала себя на том, что ищу… не знаю что. Или кого.

«Прекрати», - одёрнула себя мысленно и убрала телефон.

Через пять минут достала снова.

Толик этого не заметил. Или сделал вид, что не заметил. Он сидел, слегка наклонившись ко мне, внимательно глядя на экран, как человек, который действительно пришёл в кино, а не куда-то ещё.

В какой-то момент он осторожно положил руку на подлокотник между нами. Не касаясь. Просто обозначая присутствие.

Я не отстранилась. Но и не приблизилась.

На экране герои слились в страстном поцелуе. В зале кто-то тихо вздохнул.
А я подумала, что химия - это не про красивые сцены. Это про реакцию.
Либо она идёт, либо нет.

После фильма Толик проводил меня до дома. Говорил, что ему понравилось. Что фильм оказался глубоким. Что вечер был удачным.

- Да, - подытожила сразу три реплики. - Спасибо.

У подъезда немного замявшись, наклонился и неловко клюнул меня меня в щёку. Легко. Почти невесомо.

Глава 5

Денис

Я не верю в совпадения.
Особенно после того, как пару дней назад от меня хотели оставить мокрое место прямо в подъезде.

Поэтому, когда в дверь позвонил Илья, я напрягся ещё до того, как посмотрел в глазок.

Илья был из тех друзей, которых удобно иметь рядом. Удобно, но одновременно опасно.

Мы познакомились давно, ещё в той жизни, где деньги казались игрой, а последствия чем-то абстрактным. Он умел быть своим парнем в любой компании, улыбчивый, лёгкий, с вечным «да не парься» и руками, которые всегда оказывались чище, чем ситуация.

- Ну что, беглец, - ухмыльнулся он, проходя в квартиру. - Живой?

- Пока да, - хмыкнул, пропуская его в квартиру. - Чего вдруг решил вспомнить про меня?

Он осмотрелся, будто прикидывал, что здесь можно вынести в случае пожара, и только потом поставил на стол бутылку.

Тёмное стекло.
Тяжёлая.
Без этикетки.
Без плёнки.
Просто пробка.

- Подержи у себя пару дней, - сказал он так буднично, будто попросил зарядку для телефона.

- У меня сейчас не самое удачное место для хранения.

Я напрягся.

- Да расслабься, - Илья поднял руки. - Это просто алкоголь. Элитный. Очень. Клиент нервный, хочет, чтобы всё было идеально. А у меня… ремонт. Рабочие. Сам понимаешь.

Я не понимал. Именно это и напрягало.

- Почему у меня? - спросил я.

Он пожал плечами слишком быстро, взгляд ушёл в сторону.

- Потому что ты живёшь тихо. И потому что ты мне должен.

Вот это уже было ближе к правде.

Я кивнул. Медленно. Согласился не вслух, а движением головы.

Но внутри что-то неприятно щёлкнуло, как плохо закрытая дверь.

Илья ушёл быстро, словно это была лишь моя галлюцинация. Слишком быстро для человека, который «не парится». Я остался один на один с бутылкой.

Поставил её на кухонный стол.
Свет лампы густо прошёлся по стеклу, почти чёрное стекло, будто скрывало что-то под собой. Ни пузырьков, ни намёка на бренд.

- Просто алкоголь, - повторил я вслух. Звучало неубедительно.

Любопытство - мой давний порок.
Оно уже не раз ставило меня в дерьмовые ситуации.

Я взял бутылку. Повернул.
Понюхал через пробку. И поморщился.

Запах был… неправильный.
Резкий. Слишком сладкий и одновременно химический. Не алкогольный. Не привычный.

Я открыл. Всего на секунду.

Аромат ударил в нос так, что глаза заслезились.
Это был не ром. И не виски. И уж точно не что-то, за что платят большие деньги ради вкуса.

Я резко закрыл бутылку.

Сердце стукнуло быстрее. В голове всплыло лицо Яси. Спокойное. С ироничной улыбкой. С тем самым взглядом человека, который видит мир как набор формул, а не красивых легенд.

«Просто алкоголь», да?

Я достал телефон. Писать серьёзно не хотелось.
Серьёзность - это признание, что ты уже вляпался.

Поэтому я написал, как всегда:

Дэн: «Завтра буду разбираться с одной… интересной бутылкой.

Ты же химик. Мне нужен твой профессиональный совет».

Сообщение осталось без ответа. Я же теперь не успокоюсь и достану её смс-ками…
Дэн: «Слушай, гипотетический вопрос. Если тебе дают бутылку очень элитного алкоголя,
а он пахнет так, будто там хранится гейзер с кислотой - это нормально или я опять что-то делаю не так?».

Ответа не было несколько минут.

Я смотрел на бутылку и впервые за долгое время чувствовал не азарт, а тревогу. Настоящую. Холодную. Телефон завибрировал.

Яся: «Это зависит от того,
хочешь ли ты жить долго
и счастливо после того, как утолишь своё любопытство».

Я выдохнул.

- Ну конечно, - пробормотал я. - Кому ещё писать, как не преподавателю химии.

Я убрал бутылку в шкаф. Подальше. Как будто расстояние могло сделать её безопаснее.

Внутренний голос, тот самый, который я обычно игнорировал, сказал чётко и ясно:

Это не просто алкоголь.
И этот эксперимент тебе не понравится.

А самое херовое было то,
что я уже знал, кто станет его ключевым элементом.

И кто, возможно, пострадает,
если я снова сделаю вид, что ничего не происходит.

…

Долго не мог уснуть. Квартира казалась чужой, хотя я прожил здесь уже не первый месяц. Стены слишком тихие. Окна - тёмные. Даже город за стеклом будто затаился, как перед неожиданным толчком в спину.

Я лежал на диване, закинув руку за голову, и снова и снова прокручивал в голове одну и ту же сцену: Илья. Его улыбка. Бутылка без этикетки. Слова «подержи пару дней».

В жизни нет ничего временного, если речь идёт о деньгах или запрещённом.

Я поднялся, не включая свет, и снова пошёл на кухню.
Шкаф.
Полка.
Бутылка.

Она стояла там, как немой свидетель. Или как улика.

Я достал её ещё раз. Уже осторожнее. Не открывая, просто смотрел, как свет от фонаря за окном пробивается сквозь стекло. Жидкость внутри была слишком однородной. Слишком плотной. Алкоголь так себя не ведёт. Даже самый дорогой.

- Ты параноик, Дэн, - тихо сказал я сам себе. Но тело не слушалось.
Интуиция бунтовала.

Я снова взял телефон.

Дэн: «Окей, профессор, усложняю задачу. Теоретически. Если это не ром, то чем оно может быть?

Ответ пришёл почти сразу.

Яся: «Теоретически? Тогда я теоретически советую не нюхать, не пробовать и не хранить это у себя дома».

Я усмехнулся. Нервно.

Дэн: «Ты сейчас убиваешь во мне дух авантюризма».

Яся: «Я сейчас спасаю тебя от необратимой реакции».

Я поставил бутылку обратно и сел на пол, прислонившись спиной к кухонному шкафу.
Странное чувство, когда ты понимаешь, что снова стоишь на границе. И шаг в любую сторону будет ошибкой.

Если откажусь, Илья обидится.
А обиженные люди из его круга опаснее злых. Да и он прав, я действительно ему должен. Услуга за услугу. Только моя просьба в той, другой жизни, сейчас уже не имеет никакого смысла.

Глава 6

Яся

Я никогда не была у него в квартире.

И это, как выяснилось, почему-то волновало меня сильнее, чем должно было.

Дом я знала наизусть. Стандартная девятиэтажка с вечно заедающими лифтами, запахом плесени, жаренной рыбы, которую бесконечно жарит тётя Тома с третьего этажа. Господи, неужели она ей ещё не надоела… И чего уж скрывать, запашок кошачьей мочи тоже частенько присутствует. Я жила здесь уже давно, сначала снимала квартиру, когда только поступила в универ, а потом, о чудо, взяла ипотеку под маленький процент по программе доступное жилье молодым специалистам. Моя однушка, я успела привыкнуть к ней за годы студенчества, поэтому, когда хозяйка решила выставить её на продажу, я не смогла с ней расстаться. Кажется, я выучила звуки этого дома уже наизусть. И один из этих звуков стабильно доносился сверху.

Музыка…
Иногда слишком громкая.
Иногда классная, от которой сидя за столом и готовясь к следующему дню в универе, я постукиваю ногой по полу в такт. Иногда с таким басом, что кружка на моей кухне начинает тихо дребезжать, будто нервничает вместе со мной.

А ещё - шаги.
Скрипы. Глухие удары, словно кто-то падал на диван или… не совсем на диван… и не совсем падал…

Я ловила себя на том, что в эти моменты замираю. Не из-за раздражения. Из-за любопытства. И сразу же мысленно себя одёргивала.

Яся, тебе почти тридцать, ты пишешь кандидатскую, прекрати фантазировать о соседях сверху.

Но сегодня фантазировать не приходилось. Сегодня нужно было идти.

Я стояла перед зеркалом и в третий раз меняла серьги.
Это было глупо. Абсолютно. Я шла не на свидание, а посмотреть бутылку с секретом. Так, между делом. Профессиональный интерес.

- Ты просто поднимешься на один этаж, - сказала я своему отражению. - Посмотришь на подозрительную жидкость. Скажешь «это не ром» и уйдёшь.

Отражение мне не поверило. Телефон лежал на столе. Сообщение от Дэна висело уже минут десять.

Дэн: «Если ты вдруг передумала - скажи».

Я вздохнула.

Мысль отказаться мелькнула всерьёз.
Наврать, что срочная проверка лабораторок. Что голова болит. Что кошка заболела… конечно никакой кошки у меня никогда и не было, но в критические моменты это никого не останавливает.

Потому что была ещё одна мысль. Куда менее рациональная.

А если я поднимусь и он окажется совсем не таким, каким я его себе придумала?
Или, что хуже… именно таким.

Я накинула толстовку. Взяла ключи. Закрыла дверь.

Каждый шаг по лестнице отдавался в голове слишком громко.
Шаг.
Ещё шаг.
Вот тот самый звук, который я слышала по ночам. Ничего особенного. Обычная лестница. Но сейчас он почему-то звучал интимно.

Я остановилась у его двери и вдруг поняла, что сердце колотится, как у первокурсницы перед первым экзаменом.

Соберись.

Я нажала на звонок.

Дверь открылась почти сразу.

- Ты пришла, - сказал Дэн так, будто сам не до конца в это верил.

Он был в простой футболке и домашних штанах. Без показного лоска. Волосы чуть растрепанны и немного влажные, будто он только что вышел из душа.

И вот это почему-то выбило из колеи сильнее, чем если бы он стоял в идеальном образе.

- Я обещала, - отвела взгляд. - Тем более самой интересно, какую дрянь ты взял на этот раз. - Улыбка вышла кривой.

Он усмехнулся и отступил в сторону, пропуская меня.

- Проходи, профессор.

Квартира оказалась… не такой, как я ожидала. Ну знаете, типичная холостяцкая берлога. Носок висит на спинке дивана… Гора грязной посуды… открытая банка пива… что там ещё обычно за артефакты хранятся в этих стенах?

Но квартира была без хаоса. Без бардака. Светлая. Простая. Слишком нормальная для человека с такой репутацией. Музыка, та самая ночная, сейчас молчала. Окна были приоткрыты, и в комнате пахло прохладным вечером и чем-то древесным.

- Я представляла всё иначе, - вырвалось у меня.

- Например, корочки от пиццы и вскрытые серебристые пакетики от презервативов? - приподнял бровь Дэн.

- Примерно, - хмыкнула я, проходя в комнату.

- Раскусила, только что выкинул всё в мусорку, - нахально подмигнул Денис. Это он сейчас так шутит, или сказал на полном серьёзе?

Ладно, не важно. Это не моё дело, стоит перейти к сути.

- Где объект исследования?

На кухне. И… - он замялся. - Спасибо, что пришла.

Это «спасибо» прозвучало неожиданно серьёзно. Я кивнула, делая вид, что ничего не заметила.

Бутылка стояла на столе.

Тёмное стекло. Безымянное. Молчаливое.

Я подошла ближе и тут же переключилась в привычный режим.
Тот самый, где эмоции отступают, а мир снова подчиняется логике.

- Можно? - я кивнула на бутылку.

- Я бы сказал она вся твоя, но это звучит двусмысленно.

- С тобой всё звучит двусмысленно, - отрезала, уже беря бутылку в руки.

Стекло было прохладным. Тяжёлым. Слишком тяжёлым.

- Смотри, - начала я вслух, скорее для себя. - Отсутствие этикетки. Отсутствие пломбы. Пробка обычная. Это уже странно для «элитного» алкоголя.

Я поднесла горлышко ближе, не открывая.

Вдохнула.

Поморщилась.

- Ну? - Дэн стоял слишком близко. Я чувствовала тепло его плеча. Слишком.

- Это не ром, - сказала спокойно.

- И даже не пытается им быть.

- А если я скажу, что он стоил как хороший отпуск?

- Тогда тебя красиво обманули, - я посмотрела на него.

- Ром - это не просто «спирт с запахом», - начала я, машинально включая лекционный тон. - Это продукт ферментации и выдержки. Он дышит. У него есть тело, слои, послевкусие. Даже закрытая бутылка ведёт себя определённым образом.

Я подошла к раковине.

- Есть пищевая сода?

- Эм… да. Я иногда делаю вид, что готовлю.

- Ну как? Вкусная сода получается? Не поделишься рецептом? - Откуда это во мне? Я всё время хочу его как-то уколоть.

- Ты на полставки ещё юморишь, я смотрю, - Денис скорчил лицо, будто ему смешно.

Глава 7

Яся

Я всегда считала, что умею отличать важное от второстепенного.
В этом, собственно, и заключается половина профессии химика: отбросить лишнее, оставить суть, не реагировать на шум.

Но в последние дни шум, словно морская пена разбивается о прибой, поселился у меня в голове.

Утро в университете началось, как обычно. Коридоры гудели от разговоров студентов, кто-то обсуждал предстоящий баскетбольный матч, кто-то спорил, что старые учебники дают куда больше теории, чем современные, кто-то делился лёгкой тревогой перед сессией, которая ещё не наступила, но уже витала в воздухе, как неустойчивая смесь. Я шла к кафедре, листая методичку, и пыталась сосредоточиться на лабораторных, но мысли упорно возвращались не к формулам.

К бутылке…

К запаху…

К Дэну…

- Ярослава Александровна, - раздался знакомый голос, и я почти физически почувствовала, как внутри меня что-то сжимается. - Доброе утро, - бодро прозвучало за спиной.

Анатолий.
Конечно.

Он стоял у окна с папкой под мышкой, аккуратный, выглаженный, как будто его утро начиналось с чек-листа «как быть идеальным человеком». Белая рубашка, тёмные брюки, серый галстук, который, наверное каждое утро завязывает его мама. Он из тех мужчин, рядом с которыми хочется автоматически выпрямить спину и говорить чуть тише.

- Доброе, Толь, - кивнула я, останавливаясь. - Ты сегодня рано.

- Я всегда прихожу пораньше, - сказал он с лёгкой гордостью. - Мама говорит, что утро задаёт тон всему дню.

Вот…
Началось…

- Мама у тебя, я смотрю, универсальный источник мудрости, - ну простите, я не удержалась.

Он смутился, но улыбка не исчезла.

- Она просто… опытная. И всегда права.

Я кивнула, делая вид, что принимаю это как научный факт. Хотя внутри автоматически возникла ассоциация, катализатор, который ускоряет реакцию, но в итоге делает продукт слишком предсказуемым.

- Слушай, - продолжил он открыв дверь и пропуская меня вперед, - я тут подумал… Может, сегодня после работы прогуляемся? Погода хорошая, ещё тепло.

Я открыла рот, чтобы сказать что-нибудь уклончивое. У меня это обычно получалось. Но почему-то именно сегодня не вышло.

- Давай, - услышала я собственный голос. - Прогуляемся.

Толик явно этого не ожидал. Глаза загорелись так, будто я только что согласилась не на обычную прогулку, а на совместный грант.

- Отлично! - обрадовался, как ребенок. - Тогда после пар?

- После пар, - кивнула в ответ.

И тут же подумала: Зачем ты это сделала, Яся?

Осень ещё не вступила в свои права. Воздух был тёплым, но уже с той особой прозрачностью, которая бывает только в сентябре. Мы шли по парку, и под ногами шуршали первые опавшие листья, ещё не жёлтые, но уже не совсем зелёные.

Толик рассказывал. Про кафедру. Про планы. Про новые требования к отчётам.

- Мама говорит, что в науке главное - стабильность, - произнёс он, глядя куда-то вперёд. - Всё должно быть выверено.

- Стабильность - это хорошо, — согласилась я. - Но иногда без резких движений реакция не происходит.

Он посмотрел на меня с лёгким непониманием.

- Ты опять про химию?

- Я всегда про химию, - пожала плечами.

Мы зашли на летнюю веранду небольшого ресторанчика. Белые круглые столики, мягкий свет от маленьких фонариков, развешанных по периметру. Всё было… правильно. Слишком.

Толик отодвинул мне стул, подождал, пока я сяду, и только потом сел сам.

- Ты не против, если я закажу? - спросил он. - Мама говорит, что мужчина должен брать инициативу, - он запнулся, - но только если женщине комфортно рядом с ним.

Я сдержала вздох.

- Заказывай, - сказала я. - Я не кусаюсь.

- Это хорошо, - улыбнулся он. - Я вообще плохо переношу резкие реакции.

Я посмотрела на него и вдруг поняла, что он действительно хороший. Надёжный. Предсказуемый. С ним не страшно. С ним не случится ничего неожиданного. И именно поэтому внутри было… пусто.

Мы ели, разговаривали, смеялись в нужных местах. Он даже попытался взять меня за руку, осторожно, словно спрашивая разрешение каждым пальцем.

- Можно? - тихо спросил он.

- Можно, - ответила я, совсем не хотелось грубить и ставить его в неловкое положение. Но при этом я абсолютно ничего не чувствовала.

У меня не сбивалось дыхание, не было дрожи в коленях, не щекотало в животе от сошедших с ума порхающих бабочек. Ни-че-го.

Я поймала себя на том, что думаю не о его руке. А о другой. Тёплой. Уверенной. После контакта с которой, тебя, будто пришивает током насквозь. А в кончиках пальцев появляется навязчивое покалывание, от которого можно избавиться только новым контактом.

Чёрт. Я ужасна. Просто ужасна, сидя на свидании с хорошими мужчиной, думаю о ходячей проблеме…

…

Поздно вечером я вернулась домой. Сняла обувь, бросила сумку на стул и только тогда поняла, как устала. Не физически - морально. Будто весь день удерживала реакцию под контролем, не давая ей пойти дальше.

Я заварила чай, села на диван…
И услышала.

Сначала приглушённо. Потом отчётливее. Музыка сверху.
А потом - стоны…

Я замерла.

Нет, это не было неожиданно. Я слышала это и раньше. Не раз. Но сегодня это почему-то ударило сильнее.

Меня накрыла злость. Резкая, неконтролируемая. Я сама не сразу поняла, на что именно.

На него?
На себя?
На то, что я весь вечер провела с идеальным мужчиной, а думаю сейчас о соседе сверху, который, очевидно, снова нашёл новое приключение?

Я встала и прошлась по комнате.

Не твоё дело, Яся. Вообще не твоё.

Но мысль, от которой было сложнее всего избавиться, звучала так:
А если бы я была сейчас…

Я резко оборвала её.

Хватит.

Я села за стол, достала ноутбук и открыла конспекты. Но строчки расплывались. Формулы не складывались. Реакция шла не туда.

И вдруг меня осенило.

Мне действительно стало интересно.
Я вспомнила запах. Реакцию с содой. Однородность жидкости. Это не давало покоя уже несколько дней.