Сосуд для тёмной магии

Пролог.

Вера, путаясь в длинной неудобной юбке, шагала по краю небольшого озера. Она с родителями выехала за город, чтобы отпраздновать её десятилетие, но родители, как обычно, предпочли испортить праздничное настроение своей ссорой. Вере стало тревожно и она поспешила прийти к небольшому озеру, к которому мать запретила ей подходить. Лето было в самом разгаре, а ей нельзя было искупаться. Обидно. Это ведь её день рождения! Разве сегодня не должны исполняться её желания? Вера бы предпочла отпраздновать свой праздник с одноклассниками в кафе, чтобы родители наняли аниматоров и оплатили детскую зону. Вон, у Катьки родители так сделали! А её повезли за город, на старую дачу, нарядили в жаркий колючий и неудобный наряд, чтобы мама сделала «счастливые семейные фото» и выставила их на своих страничках в интернете. Но на деле вместо празднования, как всегда, родители устроили ссору. Это не первый испорченный праздник в жизни Веры. Если оглядываться назад, то девочка и не помнила, когда в последний раз родители нормально сидели за столом, да вообще вместе проводили время без криков и взаимных упрёков.

Подаренные вещи больше не радовали. Раньше Вера находила в них отдушину, ей казалось, что родители любят её, раз дарят много игрушек и покупают разные вещи. Но потом радость сменилась разочарованием. Ей дарили какие-то дорогие и хорошие вещи, но ни разу из того, что она просила, ей не было куплено. Как родители обделили её вниманием, так и продемонстрировали, что её мнение им не важно.

Иногда Вера думала о том, что было бы здорово, если мама с папой разведутся. У Дениса развелись, он живёт с мамой и отчимом и отношения у него в семье хорошие. Верины родители могли затеять ссору и при её друзьях, но родители её друзей так не делили. Может быть они ругаются, когда Вера уходит домой?

Девочка замерла, всматриваясь в своё отражение.

— Папа забыл забрать торт, — почти неслышно прошептала себе под нос Вера, смотря в своё отражение в воде.

Раньше бы Вера действительно расстроилась отсутствию торта. Но учитывая, что предыдущие два года покупался один и тот же торт, такой невкусный, что есть невозможно, Вера даже была рада, что папа забыл про него.

Из-за торта, казалось бы и началась ссора, но нет, мама забыла дома подарок, оставила в шкафу. И поток из взаимных обвинений так и не прекращался. Родители даже не заметили, что она покинула садовый участок.

А могли бы просто подарить Вере собаку. Она очень просила. Она сама бы за ней ухаживала. Ведь Вера уже самостоятельная и может позаботиться о себе, она готовит себе ужин вечером в пустой квартире, делает сама уроки, занимается уборкой, одна ходит на свои кружки, подготавливает свою одежду, поливает мамины цветы. Вера смогла бы позаботиться о собаке. С собакой не было бы так… одиноко.

— И даже не поплачешь, — скривилась Вера, присев на корточки и пальцами потрогала тёплую воду.

Родители ненавидели её слёзы, кривили лица и ругали только сильнее. Поэтому Вера плакала иногда, когда была одна и тихо, чтобы никто не услышал.

Это её день рождение, но чего бы она хотела?

Чтобы мама с папой счастливые и дружные сидели с ней за столом, поздравляли её, хвалили, говорили, как они её любят, обнимали и целовали. Чтобы они были семьёй.

Вот бы оказаться где-нибудь далеко-далеко, чтобы у неё появилась собака и те, кто будут её любить. Не за пятёрки, не за первое место на олимпиаде, а просто за то, что она Вера. Просто Вера. Есть ли такое место?

Может быть стянуть это дурацкое платье и залезть в воду? Хотя бы в свой день рождения. Да, Вера плохо плавала, но она ведь на бережку. Или опустить ноги в воду? Хотя бы так…

Но при мысли о том, как мама и папа её отругают, холодный озноб прошиб тело и Вера резко вынула руку из воды.

Солнце резко закрыло тёмное облако, отбрасывая большую тень, подул холодный ветер и, Вера поёжилась, обняв себя за плечи, листва зашелестела вместе с травой, в воздух поднялся столп пыли, заставляя на время прикрыть глаза. Неужели дождик?

Девочка встала, нужно возвращаться домой, не хотелось промокнуть.

Вера подрагивая и обнимая себя за плечи, окинула взглядом водную гладь. Не хотелось возвращаться к родителям, но и мокнуть не было никакого желания.

Девочка повернулась, собираясь быстренько добежать до своей синей ограды, калитка открыта, а родители так и не заметили её отсутствия, но внезапно врезалась кому-то в грудь. Кто-то стоял очень близко. Вера отшатнулась, но чуть ли не оступилась и не упала в воду. Спасла девочку рука незнакомца, что схватила её за плечо.

Вера задрожала, ведь незнакомец прятался под чёрным балахоном, на голову его был накинут низко капюшон и лица не было видно.

Вера хотела попросить её отпустить, но горло сдавила тревога и она не смогла ничего сказать, лишь испуганно таращилась на зловещего человека. От его руки, что касалось худого плечика, веяло холодом и Вера задрожала.

— Никчёмная, но всё же лучше, чем ничего, — словно проскрипел высокий мужской голос.

По щекам девочки потекли слёзы, казалось, она не могла вздохнуть от ужаса, что испытала в одно мгновение, когда чужак наклонился и Вера увидела нижнюю часть лица. Сине-зелёная, как у зомби из фильмов ужасов, с провалом в щеке, из зияющей дырки виднелись гнилые зубы. Словно живой мертвец стоял перед ней.

Мужчина протянул к ней свои разлагающиеся длинные пальцы и коснулся лба, вырисовывая какой-то символ и оставляя противное склизкое ощущение от соприкосновения на коже.

Он что-то зашептал, на каком-то иностранном языке, что-то зловещее. Он её проклинает? Это колдун?

— Я дарую тебе имя Таарин, — сказал он напоследок и толкнул Веру.

Девочка замахала руками, чувствуя, что опора под ногами пропала и упала в воду, погружаясь всё глубже. Вера попыталась поплыть вверх, гребла руками как могла, но платье оказалось невероятно тяжёлым и тянуло её вниз, она погружалась всё глубже и глубже, воздуха становилось мало. Вера смотрела вверх, на светлую полоску воды, которая стремительно отдалялась от неё, тянула руки вверх, словно надеялась на спасение, но лишь опускалась всё глубже, пока не почувствовала, что кто-то схватил её за лодыжку и резко потянул вниз. Вера открыла рот и закричала, но вместо криков множество пузырьков устремились вверх, к почти растворившемуся во мгле свету, тьма окружила, лёгкие горели, голова раскалывалась. Словно костлявые руки потянулись к ней, хватая и утягивая в погибель.

Глава 1.

Вера аккуратно поправила причёску, стоя перед зеркалом и ожидая, когда Нина выйдет из аудитории. Последний зачёт по экономике и они свободны. Вера не переживала за свои оценки, на втором курсе она была единственной отличницей в своей группе. Мать не принимала ни одну оценку, кроме пятёрки. Вера не помнила, когда в последний раз получала четвёрку. В седьмом классе? Мать не постеснялась её выпороть и отругать. С тех пор у неё были только одни пятёрки.

— Дементьева, ты, как всегда, — Нина появилась на лестнице нервная и покрасневшая, явно от злости на преподавателя. В отличие от Веры, Нина не волновалась о своих оценках и была готова купить и диплом, и курсовую, и подкупить преподавателя, если тот был сговорчив. Но не Елену Олеговну, та презрительно относилась к взяткам и валила студентов просто получая от этого садистическое удовольствие.

— Ты же понимаешь, что у Митричук списать невозможно, я сразу тебе сказала, что придётся рассчитывать только на свои силы, — улыбнулась Вера подруге.

— Я же тебе говорила… — передразнила её Нина, закидывая рюкзак за спину. — Ну что, мы свободны, какие планы на лето?

— У меня подработка, ты же знаешь, — пожала плечами Вера.

— Вот тебе зачем подработка, не понимаю, ладно я, мне платить за учёбу надо, но ты ведь на бюджете, родители не бедные, не понимаю, — Нина толкнула её плечом, проходя мимо и направилась к выходу.

Вера только улыбнулась. Она бежала на подработку не потому что родители ограничивали и контролировали её в финансах, не без этого, но самое главное — как можно меньше времени проводить дома. Всё что угодно, лишь бы не дома.

— Эй, может быть вместе начнём снимать квартиру, за лето поднакопим и к началу третьего курса съедим уже? Я от ворчливой сестры, ты от контролирующих родителей, тогда-то и заживём, — заманчиво предложила Нина, выйдя на улицу и прикрыв глаза от яркого солнца. — А там я тебе покажу что такое студенческая жизнь.

— Ты сможешь что-то накопить за лето? — только и рассмеялась Вера.

— Эй, я умею распоряжаться деньгами, не всегда умело, но копить на нужные цели могу, — насупилась Нина. Финансовая грамотность точно не была её коньком.

— Кстати, что планируешь на свой день рождения? У тебя же в следующем месяце, — вдруг оживилась Нина. — Может с девчонками поедем за город и хорошенько отдохнём? У родителей Кати дача хорошая есть.

— У меня будет работа, — тут же отрезает Вера. Говорить о том, что родители не пустят её никуда с ночёвкой было стыдно. Будет здорово, если все, как обычно, уедут на дачу и оставят её одну. Но такое было только однажды. В случае своего отъезда Веру явно отправят ночевать к бабушке, не позволят остаться одной даже в собственной квартире! Ей уже почти двадцать, а своей жизни нет никакой.

Всё, о чём говорила Нина, было очень заманчивым и Вера хотела это попробовать. Попробовать эту загадочную студенческую жизнь, которой у неё никогда и не было.

С какого момента отстранённые и холодные родители стали такими контролирующими? С момента, когда она чуть не утонула на своё десятилетие? Или каогда у неё появился младший брат? При мысли о Владе Вера поморщилась. Они взаимно ненавидели друг друга. Вера за то, что родители одаривали его любовью и всё позволяли, а Влад любил её подставлять и вымещать на ней злость. Вот было бы здорово, если бы этот уродец никогда не рождался.

— Эй, Вера, — Нина потрясла её за плечо. — Ты чего?

Девушка посмотрела на подругу и улыбнулась. Стало бы ей легче, если она хоть раз пожаловалась Нине на свою семью? Если бы выплеснула всю эту горькую желчь на подругу, стало бы свободнее дышать? А вдруг подруга скажет, что это семья, семью нужно любить и прощать? Нина часто ссорилась со своей старшей сестрой, но так же часто и мирилась. Всегда говорила, что они семья и всё это лишь мелкие разногласия. Желала ли Нина хоть раз смерти собственной сестре? Нет, она точно не поймёт Веру.

— Я вспомнила, что нужно ещё заскочить в магазин и купить продукты для ужина.

— О, давай я с тобой, мне тоже надо закупиться, — оживилась Нина и бодро зашагала рядом.

— Ты просто хочешь, чтобы я оплатила твои покупки, — добродушно рассмеялась Вера.

Даже если эту дружбу можно купить за деньги, Вера готова за неё платить. Рядом с Ниной ей становилась легче и все проблемы на мгновение забывались.

Нина была искренней и лучезарной, порой глупо шутила, встревала в какие-то неприятности, часто одалживала денег у старшей сестры, никогда их не возвращала и тратила на какую-то ерунду. Жила очень беззаботной жизнью. Вера завидовала, но по-доброму, потому что на самом деле не хотела себе ни жизнь Нины, ни её семью.

Дома Вера надеялась побыть одна хотя бы полчасика, но стоило переступить порог квартиры, она услышала визгливые мальчишечьи голоса. Её братец снова притащил домой друзей. Вера поджала губы, поставив тяжёлые пакеты на пол. При своих дружках Влад всегда открыто её оскорблял, а те противно похихикивали. Не то, чтобы Веру прям задевали слова девятилеток, но от их присутствия всегда начинала болеть голова.

Вера первым делом разобрала сумки, с отвращением смотря на беспорядок устроенный на кухонном столе и неаккуратно сложенную посуду в раковине. Если бы Вера могла, давно бы отвесила подзатыльник брату и заставила его чистить кухню до блеска. Но если родители узнают, что она посмела тронуть их драгоценного сыночку, то плохо будет уже ей. А мелкий гадёныш словно и выпрашивал, зная, что только Вере будет от этого хуже. Всё ещё не переодеваясь, девушка прибрала устроенный мальчишками бардак и направилась в свою комнату, мысленно представляя, как эту свору орущих мальчишек переедет грузовик.

Вера даже остановилась и вздрогнула, почти явственно представив, это жуткое действие с оторванными конечностями и лужами крови. Её замутило, в висках почувствовалась болезненная пульсация.

Может быть, ей нужна помощь психиатра, если в последнее время она не то, что желает всем смерти, а с каким-то странным удовольствием представляет её до мельчайших подробностей?