Союзники

Глава 1 Выбирай

Никита

- Здравствуй, дед!

- Какие люди и без планшета! Здорово, здорово, внучок! Да проходи же ты! Чего как не родной, на пороге застрял?

Я решил все же отлипнуть от дверного косяка и шагнул в квартиру.

Входная дверь при этом автоматически захлопнулась, словно отрезая меня от современного мира. И нет, я не оказался внезапно в другом времени: об этом однозначно намекнул телефон в кармане, на который пришло очередное сообщение. Но доставать его и смотреть не стал – хорошо знал нелюбовь своего деда к этим «ГАДжетам», как он сам выражается.

Мой родной дед, Никита Елисеевич, был из тех самых стариков, которые помешаны на временах своей молодости. В случае деда это был период Советского Союза со всеми его плюшками и атрибутикой. Которой, в квартире нашего старика было столько, что четырёхкомнатная квартира больше напоминала самый настоящий музей, чем жилье человека.

Но с прошлого моего посещения деда Никиты антиквариата добавилось. И я застал его как раз за разбором очередной коробки.

- Голодный? – тут же по-деловому спросил он.

- Как всегда.

- Тогда идём на кухню, покормлю тебя. Заодно расскажешь, чего решил.

Дед довольно резво для своего возраста поднялся на ноги. При этом старую, пожелтевшую коробку с какими-то бумажками-документами, очень бережно поставил на стол.

А мне вдруг очень захотелось узнать, что там, в этой ветхой коробке? Вот до свербежа в пальцах, даже закололо иголками.

Видимо дед уловил мой интерес:

- Потом все покажу и расскажу. Не на голодный желудок, внук.

Пока я мыл в ванной комнате руки, мимоходом рассматривая рисунок на плитке явно советского периода, дед гремел на кухне кастрюлями и разогревал ужин.

Улыбнулся и пошёл на запах еды.

Кухня у деда была большая и стол соответствующий размеру. У меня, как у единственного внука (остальные были девчонки) было свое персональное место, которое в мое отсутствие занимал кот Васька.

Согнал кота и, стряхнув после него шерсть с сиденья, уселся сам. Кот, обиженно дёрнув хвостом и подарив мне парочку «ласковых» взглядов, свалил из кухни.

- Зря ты так с ним, обидел.

- Да брось. Он же кот! Что с него взять?

- Забыл, как он тебе тапки пометил?! – лукаво подмигнул дед.

- Еще чего! И это были не тапки, а фирменные найки. Так что я теперь умный – свою обувь убираю в шкафчик в прихожей.

- Ладно, ешь, давай.

Дед выставил передо мной пюрешку картофельную с котлетами. Даже подливкой томатной полил. Хлеб у него всегда был серый, купленный в соседней мини-пекарне. Наш старик ни за что не признавал белого хлеба. И чтобы мука была обязательно из местного урожая. «Мне ваши импорты заграничные не нужны! Там понамешают дряни разной, чтобы нас травить».

Но я обычно к деду приходил голодный, поэтому сметал всё, что он давал. А чего же отказываться, если все натуральное и вкусное?

Поэтому подкинул себе скоро добавки, потом налил нам обоим компотику из свежих груш и принялся наворачивать все это за обе щёки.

- Совсем Варвара тебя не кормит. С этими своими салонами скоро сдуреет моя сноха. Эх, не ту она профессию выбрала! – сокрушённо выдал дед.

Потом достал из шкафчика конфетницу из полупрозначного стекла, по которому были нарисованы улыбающиеся пионеры. Правда со временем кусок краски ободрался и у одного пионера вместо улыбки выходил жутковатый оскал. Выглядело это как-то мрачноватенько.

Но дед отвлёк меня очень вкусными конфетами.

И вот когда голод живота был утолен до отказа, он спросил:

- Ты сделал выбор?

Мой дед – бывший военный. При Союзе работал на руководящих военных должностях. Наверное, именно поэтому привык разговаривать чётко, строго. Но мы все к этой его манере давным-давно привыкли.

- Сделал. Учиться поеду.

- Зря, но это твой выбор, внук, - холодно бросил старик и принялся убирать со стола.

Я помог ему сгрудить грязную посуду в посудомоечную машину (одно из немногих современных устройств, которые он признавал).

- Нет, дед, не зря. Мне образование получать нужно, а не маршировать на плацу.

- Учёба и знания – это хорошо. Но и умение держать оружие в руках, способность защитить себя, своих близких нужны.

- Родители тоже настаивают на академии. Даже обещают, если туда поеду, собственную квартиру купить в центре.

- Даже так?! – дед конкретно удивился,- да на какие шиши Артём её покупать собрался? Он же все деньги вбухал в свой бизнес?

- Не знаю.

- Ладно, в академию так в академию. Идём в гостиную, покажу кое-что.

Кот Васька на самом деле оказался натурой вредной и злопамятной. И видимо давно не получал хорошего пенделя, да простят меня гринписовцы! Потому что картина, представшая нашим с дедом глазам, так и просила сдать этого гада усатого-полосатого как минимум на опыты.

Та ветхая коробка, так смело оставленная дедом на столе пребывала сейчас в состоянии очень далёком от порядка. Почти все бумаги, документы, фотографии – были разбросаны по всей комнате. При этом они были изодраны на мелкие кусочки. Плюс ко всему прочему, толстый пузатый графин, доставшийся деду в подарок от самого генсека, сейчас был опрокинут и вода, которая в нем неизменно хранилась, была вылита на ту стопку пожелтевших страниц, что дед уже успел выложить.

- Вот же …. Отдам Иванычу на шапку! – выругался дед.

А потом мы с ним попытались собрать разорванное и разбросанное. Только сделать это было очень трудно.

Сам кот, как мавр, сделав дело, через открытую дверь балкона свалил на улицу в неизвестном направлении. Вовремя свалил, гадёныш.

- Ну вот, хотел тебе материалы одного дела из своей юности показать, да этот шельмец все испортил.

- Ну, в чем-то Васька оказался прав, дед. Здесь столько всего, что боюсь, я бы и половины не осилил за вечер.

- А все тебе никто бы и не дал изучить. - буркнул дед, - Хотел тебе вот эту фотографию показать. Смотри.

Глава 2 Не хочу жениться, а хочу учиться!

Вероника

- Вероника, подожди!

Иду вперед, делая вид, что моё имя только что не звучало. Парень не унимается, повторяет вновь и вновь. При этом уровень звука не нормирует и его сейчас, уверена, слышно всем в храме.

- Доченька, тебя Давид зовет. Разве ты не слышишь?

А вот матушку Софию проигнорировать не могу. Останавливаюсь и, тяжело вздохнув, оборачиваюсь.

Так и есть – вот он, самый лучший, самый достойный, самый… в общем самый классный семинарист, без пяти минут выпускник одной из лучших семинарий нашей необъятной Родины через весь храм прожигает меня взглядом.

- Подойти к парню. Он же всю службу с тебя глаз не сводил, - шепчет на ухо матушка София. А по совместительству моя мама.

А я не хочу к нему подходить. Я вообще его видеть не хочу. Только вот маму же нельзя расстраивать. Она у нас на девятом месяце беременности.

Поэтому приходится натянуть на лицо улыбку и, кивнув, топать в направлении жаждущего моего внимания.

Подхожу к нему максимально близко, насколько правила и приличия позволяют. Краем глаза выхватываю, словно кадр из фильма, как батюшка Федор, он же мой папа, внимательно за нами наблюдает. Вот же! Всё им с мамой не терпится меня замуж пристроить!

- Здравия тебе, Вероника! – сияя, словно начищенный самовар, произносит парень. Окидываю его беглым взглядом. Вот все в нем хорошо и даже отлично: строгий подрясник по фигуре, сшитый явно на заказ и не из дешевой ткани; классическая стрижка, придающая его иссиня чёрным, смоляным волосам некий налет флера и таинственности; аккуратная бородка, добавляющая бонусов в виде возраста и, соответственно, статуса; ну и вишенка на торте – огромные, невозможно синие глаза, абсолютно не сочетающиеся с чёрной шевелюрой.

- И тебе здравия, чтец Давид. Поздравляю, - я говорю это искренне и дарю парню улыбку.

Сегодня у него было посвящение в чтецы. Это здорово. Это хоть и небольшая, но важная ступенька в таком важном деле, как богослужение.

Вижу, как он улыбается в ответ. Но Давид все портит своей следующей фразой:

- Вероника, ты сегодня слишком вульгарно одета. Мне за тебя стыдно, как и твоим родителям.

- Что?! – я возмущена.

Оглядываю себя незаметно – все в порядке! Закрытое в нужных местах платье длиной чуть ниже колена. Цвет платья пастельный, не вызывающий. Даже цветочков-украшений никаких нет. Платочек в тон платью. Повязан строго по канону. На ногах колготки с носочками, хотя на дворе хорошо за тридцать. Погода нынче как с ума сошла, и конец августа выдаёт нам июльскую жару.

- Моя невеста должна вести себя и одеваться прилично. Я не потерплю такого вульгарного поведения!

Я теряю дар речи. Меня просто рвёт на части от возмущения. Но я сдерживаюсь. Потому что так надо. Делаю вдох-выдох, немного успокаиваюсь. В который раз за это утро натягиваю на лицо дежурную улыбку, отвечаю:

- Как скажешь, Давид. Прости. Впредь я буду выбирать одежду только длиною в пол.

- Вот и умница. И бери хотя бы на размер больше. Незачем всем посторонним отвлекаться на твои аппетитные формы.

Последние слова Давид прошептал мне почти на ухо, задев губами щеку. От неожиданности я дёрнулась. Святотатство какое! Оглянулась. Но нас никто не видел! Давид выбрал удачный ракурс. Негодяй.

- Бога побойся! – шиплю на него.

А он ржёт в кулак.

Просто молча стою рядом, пытаюсь пересилить в себе раздражение и гнев. Грех всё это, знаю.

Но видимо с этим парнем у меня без вариантов. Потому что он выдаёт:

- Жди сватов. И да – твои родители в курсе.

После этого разворачивается и спешно скрывается в алтаре.

Как я покидала храм - сама не помню. Надеюсь только, что никого по пути не сбила и никому не нагрубила.

В себя пришла лишь за воротами. Спешно осенила себя крестным знамением, сняла с головы платок, убрав в сумочку.

Стою, никого не трогаю, пытаюсь прийти в себя.

И тут меня кто-то окликает. Господи, да что вам всем от меня сегодня нужно?!

Поворачиваюсь на голос и удивлённо хлопаю глазами: меня по имени позвала старушка. Сидит она себе на паперти, милостыню собирает. Только эта новенькая какая-то. Я всех нищенствующих, промышляющих возле храма отца знаю. А эту впервые вижу.

- Вы меня зовёте, бабушка? – переспрашиваю удивленно.

- Тебя Вероничка, тебя, - уже тише, спокойнее повторяет старушка.

- А откуда вы меня знаете?!

- Смешная ты девочка. Не о том сейчас думать должна.

- А о чём? – я умом понимаю, что торможу, но поделать с собой ничего не могу. Словно под гипнозом нахожусь. Толька эта бабушка-одуванчик близко на цыганку не похожа.

- О том, что под венец тебя родители отправить хотят.

Странно. Откуда совершенно чужой, и явно не вхожий ни в мой дом, ни в дом родителей Давида, человек знает новости о нашей предстоящей свадьбе?

- А вам-то какое до этого дело?! – знаю, что звучит грубо, но извините. Меня вообще тема с моим замужеством бесит. И это мягко сказано.

- Помочь тебе хочу.

- Это как? Вы волшебница что ли? – язвлю в ответ.

- Все просто. Могу подсказать способ, как нежеланного брака избежать.

Стою и молчу. Жду, что ещё эта «волшебница» изречет. А она лезет к себе за пазуху и вытаскивает оттуда какой-то конверт. В таких важные документы высылают, заказной он. И хотя в наше время все сплошь и рядом пользуются электронной перепиской, я такие вот пару раз видела в своей жизни.

- Вот твой билетик в новую, счастливую жизнь, - она протягивает мне конверт.

Только я не тороплюсь его брать. Не дитё маленькое, знаю хорошо, что бесплатный сыр только в мышеловке бывает.

- Что же не берёшь? Или поповной захотела стать, как твоя мать? – в глазах бабки промелькнуло что-то на ехидство похожее.

- Откуда мне знать, что там, в письме? Да и помощь ваша какая-то уж слишком подозрительная.

- Эх, молодёжь! Современное вы поколение! А ещё дочь священника! – запричитала старуха, - неужели же ты никогда не слышала о помощи, посланной свыше?

Глава 3 Добро пожаловать

Ник

Забавная девчонка. И красивая – такие в моём вкусе. Блондинка – это раз. Длинная коса по пояснице чиркает кончиками. Формы такие – блин, есть за что, короче подержаться. А глазищи… огромные и голубые как небо. А может ну её, эту академию? Пока не поздно? Схвачу сейчас Нику в охапку и подальше отсюда. Ноги словно заодно с мозгом сейчас были – то запнусь, то туфель потеряю.

Что, думаете я сам, по доброй воле эти чёртовы мажорские туфли обул? Как бы не так. Я подобную обувь раза три всего использовал: в первом классе, на выпускном в девятом, ну и этим летом, когда одиннадцатый закончил.

А теперь вот тоже пришлось – мать настояла.

«Сынок, встречают по одежке. Так и в академии. Там все уважаемые люди, из высших слоёв общества. Как преподавательский состав, так и студенты. Ты должен выглядеть и вести себя достойно».

Интересно: чего ради Нику сюда принесло? Неужели кто-то может захотеть добровольно? Кинул взгляд на девчонку, что так и продолжала за мной как хвост плестись и не смог сдержать невольной улыбки: святая простота! Да откуда же ты такая на мою голову взялась? Идёт, все по сторонам чуть ли не с открытым ртом рассматривает.

Что там может так заинтересовать современного человека? Если нам сейчас либо в реале, либо в виртуальном мире доступно практически все?!

Перевёл взгляд на дорогу и сам от неожиданности остановился: вот это действительно круто придумали! Да – создатели, архитекторы и проектировщики здания академии, как и прилегающей к ней территории явно были под воздействием всего «родом из СССР».

Например, дорога. Начну с того, что по всей длине дорожка была сплошь покрыта либо знаменитыми классиками, либо смешными рожицами мультяшных советских героев. Знаю их как никто другой, потому как «для меня специально сохранили все подшивки «Мурзилок», «Веселых картинок» и парочки других изданий газет и журналов, которые сами в детстве читали».

И если от ворот эта самая пестрая, развеселая дорожка шла обычной полосой, то уже метров через пять разветвлялась в причудливую форму в виде пятиконечной звезды. А по центру – там, где вершина звёздочки, снова стелилась вперед. По всему периметру дорожки росли цветы, розы. Естественно – красного цвета.

Символичненько прям.

- Ой, Никита, а это кто такие? – полюбопытствовала Вероника.

И показывает на две статуи впереди.

Мне хватило минуты, не больше, чтобы узнать в двух каменных фигурках знаменитых горнистку и барабанщика. Мне их дед в прошлый раз тоже на фотографии показывал. Странно, что здесь они оба целые. Похоже, на одну байку-страшилку в академии будет меньше.

Обо всем этом и рассказал Нике.

- Прямо мистика какая-то с порога встречает. Но интересно же!

Да уж, восторга и прелести этой блондинке явно не занимать.

- Ника, а скажи как дяде Никите, сколько тебе годков стукнуло? – поинтересовался, как между прочим.

А что? Во-первых, для личной пользы хочу знать. Ну а во-вторых – так нам же с ней тут куковать не известно сколько придется.

- Через месяц двадцать будет. А что?

Блин! Я опять запнулся. Да нельзя же такие вещи под ногу говорить! Я тут с её участием планов уже успел понастроить, а она, видите ли, почти на два года меня старше. Мне-то лично всё-рано, но девушки они такие, постоянно по поводу возраста загоняются.

- По тебе не скажешь. Я думал, что тебе вообще лет шестнадцать.

- Скажешь тоже. Я, между прочим, со своей свадьбы сбежала. Учиться захотела.

- Да ну?! – тут я окончательно остановился – как столб в землю, можно сказать врос.

- Баранку гну! – надула губки она. – Лучше скажи, сколько тебе лет.

- Восемнадцать. Что, теперь не будешь со мной дружить? – ответил и сам хитро на неё так смотрю, что ответит, как себя поведёт.

- Ну почему же? Дружить – это же не замуж? Я согласна!

- Замуж согласна?!

- Да ну тебя! Пойдем лучше быстрее вперёд.

- Пойдем. Раз тебе так не терпится.

-А ты разве не хочешь узнать, куда нас заселят? Кто будут наши соседи по комнате? И вообще?

Это все, безусловно, интересовало и меня. Поэтому движение по заданному маршруту было продолжено и минут через пять мы в прямом смысле слова упёрлись носами в огромную дверь. Постучали.

- А в ответ – тишина.

- Может где-то звоночек есть? – подала идею моя блондиночка.

- Ты ещё вспомни, как в сказках за верёвочку дергали, чтобы дверь открылась, - подколол в ответ.

Но Вероника мои слова за чистую монету приняла. И стала на полном серьёзе веревочку искать. И ведь нашла! Дернула.

Только открылась не дверь, а маленькое окошечко по её центру. В окно высунулся чей-то наглый и любопытный нос, который тут же потребовал какой-то тупой пароль.

А тупой он потому, что от нас с Никой требовали за право входа спеть какую-то то ли речёвку, толи марш всех пионеров.

А здесь я пас.

Стою, думаю, как быть. О том, что блондинка рядом со мной в теме – вообще не думаю.

А она снова меня удивила: встала ровненько, чемоданчик свой при этом даже в сторону отставила, ручки культурно перед собой сложила, косу через плечо наперед перекинула и запела:

- Взвейтесь кострами, синие ночи!

Мы пионеры - дети рабочих.

Близится эра светлых годов

Клич пионера: «Всегда будь готов!»…

- Браво, девочка, молодец! Заходите, ребята! – раздался голос и дверь открыли.

Мы вошли внутрь. А там… ну, сюрреализм полнейший! Мало того, что вся обстановка очень сильно напоминала дедову квартиру и фотки-видео из его архива, так она имела просто гигантские масштабы.

С улицы здание ничем было не примечательно. Обычная серая панелька, но с современными окнами. Три этажа.

А вот внутри…

Мы оказались в своего рода фойе, обычном таком. Здесь даже с правой стороны находились символы. Только флаг был красным, да и герб совсем другой. В общем, вы меня поняли.

Глава 4 Заселение

Если бы меня в тот момент спросили, почему мне вдруг стало жутко страшно – ответить я бы не смогла. Но где-то на подсознательном уровне появилась воронка, которая начала своё движение. И с каждым её кругом щупальцы приближения чего-то темного, неправильного все сильнее сжимали в области солнечного сплетения. Папа говорил, что именно там находится наша душа.

Но не бывает худа без добра – рядом со мной оказался этот парень, Никита. И его слова как-то хоть немного, но успокоили.

Сам парень уже ушел. Мне тоже ничего другого не оставалось, как подхватить оба своих чемодана и шагать в указанном направлении.

Коридор в общежитии был длинным, а его пол был застелен узкой цельной дорожкой, неизменного красного цвета. Ворс дорожки был очень густым и высоким. Почему-то невольно в голове зародилась мысль, что ночью по такой дорожке будешь идти, и никто тебя вообще не услышит.

Наконец, коридор завершился небольшой нарядной аркой. Из украшений здесь были маленькие красные флажки и разноцветные шарики. Такое ощущение, что я не в академию попала, а в детский сад или начальную школу.

За аркой находилась просторная, светлая и очень уютная комната. Возле окна стоял длинный деревянный стол, рядом – ряд массивных старых стульев. За одним из них сидела девушка.

При моём появлении она тут же отложила в сторону учебник и тетрадь, ручку и обернулась ко мне. Хотя для меня было загадкой, как она меня услышала, видеть ведь не могла – сидела спиной.

«Так Вероника, учёба и приключения!» - повторила как мантру про себя слова Никиты, улыбнулась для приличия и поздоровалась.

- Меня зовут Злата и я из десятой «звёздочки». Я – командир. Пойдешь в наше подразделение? У нас целых три места есть.

- А я Вероника. Только извини, я совсем здесь не знаю ваших правил, все так неожиданно.

Злата в ответ обезоруживающе улыбнулась. Потом предложила оставить чемоданы и сесть за стол поближе.

Она достала из под стола папку, раскрыла её и, разложив перед собой листы, принялась деловито объяснять:

- Вот, смотри, Вероника: в нашем отделении общежития, первого курса, всего десять комнат. Каждая комната – это отдельная звёздочка. Знаешь, откуда этот прикол? Нет?

Я помотала отрицательно головой и она деловито принялась пояснять дальше:

- Я тоже сначала ничего не знала. Вот ты откуда? Из какой республики?

- Из России.

- А я из Киева, Украина. И до того, как сюда приехала тоже вот этого всего, так или иначе связанного с историей СССР ничего не знала. Я вообще сюда сбежала. Родители хотели отправить меня учиться в Болгарию. А я вот Россию выбрала. И мне нравится. Хотя я всего неделю здесь живу.

- Так что там про звёздочки?

- Десять комнат, десять звёздочек. Мы здесь, на первом этаже будем жить по примеру октябрят. В каждой комнате по пять человек. Обязательно строгое распределение ролей, т.е. обязанностей: есть командир, цветовод, санитар, библиотекарь и физкультурник. В десятой комнате командир уже есть – я. Еще у нас уже есть физкультурник, неплохая девушка. Я тебя с ней чуть позже познакомлю. Её сейчас в комнате нет.

- А где она?

- Ну а где могут быть спортсмены? На тренировке! Вот и Нинка сразу после завтрака ускакала штанги таскать. В общем, вакантными у нас остались места цветовода, санитара и библиотекаря, выбирай. Ну, а если не хочешь в мою звездочку, то можешь в третью, но у них только место спортсменки осталось. Но по тебе вижу, что со спортом ты на вы. Или ещё в девятой есть место санитара. Но тоже не советую: просто там командиром такая стерва из Таджикистана, - Самира. Вся из себя важная коза.

Злата замолчала, давая мне иллюзию возможности выбора. А выбора-то и нет.

- Давай я к тебе в комнату. Только не знаю, какую должность выбрать.

- Ур-ра! Самирка – обломись! Идём, я покажу тебе нашу комнату и помогу разместится. А кем быть, позже решишь. Все-равно еще не все заселились.

- А до какого заселение?

- До конца этого дня. Идем.

Дальше Злата помогла мне донести вещи в комнату. Да я и сама бы её нашла – табличка с цифрой десять не даст запутаться.

Мы вошли в достаточно просторную комнатку. Здесь, как и ожидалось, было пять кроватей. Знаете, может для тех, кто у родителей в семье один, это покажется тесным и нарушением жизненного пространства. Но для такой как я, из многодетной семьи, пять человек в комнате – это норма. И шум-гам предстоящий меня тоже не пугает.

Я выбрала кровать и с облегчением выдохнула.

Злата увидев это, засмеялась:

- Не волнуйся так – все нормально будет, вот увидишь. Я в нашу звездочку кого попало не пущу. А с остальными обитателями нашего крыла-этажа вечером после ужина познакомишься. Ты давай располагайся здесь, отдыхай. А я пока пойду, позанимаюсь в общем зале, остальных жильцов подожду. Да ты можешь даже немного вздремнуть. А перед ужином я загляну и позову тебя. Ах да – чуть не забыла: вот эта дверь ведёт в туалет, а вот за этой душ. Так что нам ещё повезло, что эти блага цивилизации есть в каждой комнате.

Злата вышла, осторожно прикрыв дверь. Я же решила для начала просто посидеть, осмотреться. В комнате, кроме собственно кроватей, возле каждой был небольшой шкаф для вещей, тумбочка, на стене ночник. Все это располагалось по одну сторону комнаты. А вдоль противоположной стены находилось два окна с простой белой тюлью и цветастыми шторами. Рядом стояло несколько столов со стульями. Видимо, чтобы заниматься.

Сейчас окна были открыты нараспашку – на улице продолжала стоять жара. И хотя окна были современными – пластиковыми, но вот москитных сеток на них не было. А это означает, что насекомые могут беспрепятственно залетать и кусать. Но на удивление в комнате их не было. В чём секрет?

Пригляделась повнимательней – ага, все же одно из изобретений современности здесь используют – адаптер от насекомых был и делал своё дело.

Разложив вещи на полки в шкаф, решила немножко полежать. А так как кровать была заправлена незатейливым пледом времен моей бабушки, то так сверху и легла. И сама не заметила, как задремала.

Глава 5 Первые подозреваемые

Ник

Видел по блондиночке, что она совсем не готова к шокирующей реальности. Только вот другого выхода не было. Здесь, как говорится, кто предупреждён.

Я осмотрелся на всякий случай: вроде никого поблизости нет. Да и беседка расположена удачно – тем, кто в ней находится все вокруг хорошо видно, зато снаружи плющ закрывал.

Это убежище я успел приметить ещё днём, почти сразу как заселился. Она как раз напротив окон нашей комнаты находится.

Само моё заселение прошло довольно спокойно. Если честно, я ожидал проблем и разборок, битв за кровать у окна. На деле же все оказалось куда проще. К тому времени, что я пришёл в общагу, свободные места оставались только в десятой комнате. Или как их тут называют – звёздочке. Абсурд какой-то, честное слово! Распорядители академии или в своё время слишком много в пионерлагерях провели и теперь скучают по тому времени, или это все не просто так. А об этом мы подумаем как-нибудь потом.

Так вот. Два свободных места на тот момент оставались – цветовода и библиотекаря. Ну и названия должностей у них тут!

А если учесть, что все комнатные цветы в нашем доме не выдерживают и месяца жизни (причём я к ним даже не прикасаюсь!), то мне оставалось выбрать роль ботана книжного, то бишь библиотекаря.

Из всего состава комнаты самым прикольным оказался командир. Он же самый шебутной и заводной. Он приехал в академию со своим другом – Витькой. И я около часа гадал, откуда тот родом. Потому как если учесть, что Ванька оказался белорусом, то Витька мог быть кем угодно: от молдаванина (парень был очень смуглым) или цыгана, до какого-нибудь скандинава, под стать своему другу.

Но я не угадал, чем проспорил пацанам желание: вылезть в окно и залезть обратно.

Хотя нужно признать, что тема с окном оказалась вполне себе полезная. Тем более, что совершали эту вылазку мы все четверо: я, Ванька, простой парнишка из Крыма по имени Женька и собственно гвоздь программы – Витька, родом из далёкой Аргентины.

На вопрос, каким ветром его занесло в сибирскую глушь, Витька ответил, что родители недавно вернулись в Россию на историческую родину. А узнав, что «есть такой крутой ВУЗ, удачно выбили ему здесь место».

На счёт удачи я с ним спорить не стал, а вот путешествие через окно нам понравилось. Потому что парни не были бы самими собой, если бы не устроили из шараханья под окнами развлекухи: тихо, перебежками пробрались на женскую половину общаги и принялись заглядывать в окна к девчонкам. Там всего-то нужно было один другому на плечи залезть. Конспираторы из нас получились отменные. Ни в одной из десяти комнат нас не заметили. Все было прикольно и весело. Пацаны ухохатывались над увиденным. Я тоже от них не отставал. Но лишь до того момента, пока мы не обнаружили в десятой комнате спящую на кровати Веронику.

Женька тут же предложил смотаться к себе в комнату за зубной пастой и устроить блондиночке «боевое крещение». Остальные, получив от этого идиота разъяснения, идею тут же было поддержали. Пока я не показал им увесистый кулак.

«Так бы и сказал сразу, что это твоя девчонка. Везучий ты. Приехал в академку со своей девочкой. Будете теперь с ней по вечерам зажигать. Вам могут потом даже отдельную комнату выделить, если отношения решите зарегистрировать до окончания обучения» - поделился информацией Ванька.

Оказалось, что он тут уже неделю проживает, успел много чего как по книжкам прочитать, так и обычную инфу со слов остальных обитателей собрал.

«Такие комнаты, для семейных, на третьем этаже есть. Вон то, правое крыло под них выделено. Правда, не все рискуют там жить. Говорят, старшаки не особо кого из младших курсов на своём этаже жалуют».

Информация была ценная, со всех сторон.

Сейчас же был вечер, уже начинало темнеть. До комендантского часа, который здесь наступал в десять (говорю же, детский сад!) оставалось совсем немного времени.

Решил не тянуть особо. Усадил Нику к себе максимально близко и начал выкладывать на неё шокирующую правду, т.е. все то, что мне самому дед недавно рассказал.

- В общем, Вероника, приготовься послушать самую настоящую страшилку. Только она не выдумка – все правда.

- Мне страшно, - тут же выдала девчонка и ко мне еще ближе пододвинулась.

Обнял её и продолжил:

- Знаешь, я сам обо всей этой хрени мистической всего неделя будет, как узнал. Мне мой дед рассказал.

- Твой дед увлекается эзотерикой? Папа говорит, что все это грех.

- Нет. Мой дед в прошлом работал в правоохранительных органах. А ещё он до мозга костей ярый атеист. Был. Пока не пришлось ему раскрывать серию загадочных происшествий в одном пионерском лагере. «Буревестник». Слышала о таком, нет?

Ника мотнула отрицательно головой. Я продолжил:

- Так и думал. Да оно и не удивительно. Я и сам про этот «Буревестник» до последних дней не слышал ничего. Все началось с того, что мои родители, как только я окончил в этом году школу, настойчиво стали уламывать меня ехать учиться сюда, в академию со странным названием «Союзники». Академия же международная, крутая. Сама сегодня, думаю, уже убедилась, что здесь собрали народ со всего белого света. Интересно только, что они на нашем языке все говорят хорошо. А Ванька из нашей комнаты, так вообще вон на филолога учиться здесь собрался.

Будет, говорит, вторым Пушкиным.

- Ты успел сдружиться с парнями? Так быстро? – подала голос Ника.

Заметил, что она немножко расслабилась. Но не торопилась выпутываться из объятий. А мне это было только на руку. Уткнулся носом в блондинистую макушку и потихоньку к самому главному стал подбираться:

- События, когда дед в том пионерском лагере работал, ещё в 80-е были. Там тогда примерно такая же атмосфера была, как здесь сейчас: галстуки-пионеры и прочее все. Но стали происходить в «Буревестнике» совсем нехорошие дела. Там стали пропадать дети. Сначала ребенок пропадёт. Нет его вечер, ночь. На утро, позже день – появляется. Спрашивают, где был, каждый раз одно и то же бормочут. Мол, обиделся на кого-то, убежал-ушёл подальше в лес-игровую-спортивную площадку, деревню. Там просидел, пока не заснул. Вот утром-днем проснулся и решил вернутся.

Глава 6 Утренняя гимнастика или с Первым сентября!

Вероника

Время близилось к полуночи, а сна не было ни в одном глазу. Сказывалось все. В том числе и то, что мне пришлось отказаться от ставших нормой жизни молитв. А это как не умываться по утрам.

Мои соседки по комнате все давно уже спали.

Даже две девочки, добавившиеся к нам последними. Они приехали к нам учиться из Китая, были сестрами. Одну из них звали Юань (и нет, это не название денег, а яркий мир), а вторую Айминь (народная любовь). Это они сами нам, если что, перевод и значение своих имён сказали. Сами мы в китайском были вообще ноль. Зато девочки довольно неплохо говорили по-русски. Хотя они родились и выросли в Китае. А еще им едва исполнилось по шестнадцать лет. Вундеркинды. Обе они грезили о карьере врачей, поэтому очевидно, что роли санитара и цветовода в нашей звёздочке были поручены им.

Мне досталась должность библиотекаря.

И вот сейчас я лежала на своей новой кровати, смотрела в потолок и безуспешно пыталась уснуть. Мозг, как на зло, все не уставал генерировать новые мысли.

Да и в самой голове варилась самая настоящая солянка. Наверное, так и дед Никиты тогда лежал, не мог уснуть.

У меня никак не укладывались все последние события и информация. Большая их часть вообще не поддавалась разуму и логике. Но… мама. Она ведь совсем не шутила... Тот их разговор с отцом на кухне…

Как такое вообще может быть? Как она могла питаться кровью других людей? И не просто людей – детей? И как ей удалось избавиться от этой тяги?

А это их с отцом маниакальное желание, во что бы то ни стало выдать меня поскорее замуж за Давида? Почему? И почему именно он? Ведь были и другие парни, тоже из приличных церковных семей.

Ну нет – теперь я буду строить свою жизнь так, как сама этого захочу. Только нужно ещё разобраться в наших с Ником отношениях. Здесь вообще антилогично…

Видимо на каком-то моменте мыслеборьбы я всё же заснула. А разбудил меня, как и всех на территории академии, звук горна. Да такой мощности, что наши китаяночки от страха и неожиданности с кроватей на пол попадали.

Вдох глубокий. Руки шире.
Не спешите, три-четыре!
Бодрость духа, грация и пластика.
Общеукрепляющая,
Утром отрезвляющая,
Если жив пока еще —
гимнастика!..

- Что это?! – звучало в нашей комнате, раздавалось испуганно-возмущенное из соседних окон и дверей.

- Это утренняя гимнастика, неучи! – важно отреагировала на вопрос Нино. – Неужели никто из вас раньше не слышал этой задорной песенки Высоцкого?

В ответ – бурчание.

Нино, которая, по всей вероятности, проснулась раньше нас всех и уже успела одеться в спортивку (только на этот раз другую – розовую!), не дала нам и дальше прохлаждаться: заставила всех в темпе натянуть на себя что-то более или менее подходящее занятию спортом и строем выйти в коридор.

Из подходящего в шкафу я схватила белый топ и джинсы. Собирать волосы пришлось уже на ходу.

- Могла бы и с вечера предупредить о такой вот побудке, - бурчала недовольно сонная Злата в адрес Нино.

- Нельзя: нам запретили предупреждать вас заранее. Так что потерпите, девочки. И идёмте уже скорее! Физрук вчера предупредил: чья звёздочка опоздает, будут дополнительные круги по стадиону отрабатывать.

Эти слова услышали не только мы, но и девочки из соседних комнат. Это придало весомого ускорения. Я даже бросила затею собрать свои кудри в хотя бы кривой хвост.

Вот такой пёстрой, лохматой, сонной, переругивающейся толпой мы пришли к месту всеобщего сбора – на стадион.

И пришли одними из первых. После нас подтянулись парни первого курса. И лишь потом показались второкурсники и около десятка обитателей третьего этажа. Это я поняла по тому, что среди них был Юстин.

Кареглазый при виде меня тут же прогулялся вверх-вниз нахальным взглядом, особо задержался на моей груди, и лишь после этого всего остановился на глазах. Я возмущенно покраснела и поспешила отвернуться.

Где же Ник?

Ни его самого, ни парней из его комнаты не было. И это очень странно. А ещё страшно. А что если с ним за эту ночь что-то уже успело случиться? А я даже не знаю ничего?!

- Ай! – я подпрыгнула на месте, как ужаленная осой, когда моего плеча коснулась чья-то рука.
- Ты чего? Испугалась что ли? – с нотками извинения и сожаления произнёс Гурам и спешно отдёрнул свою ладонь.

Именно он сейчас стоял рядом и пытался меня успокоить.

- Больше так не делай. Привет.

- Не буду, извини. И тебе доброго утра. Ты чего с утра такая взвинченная?

- Да так. Ты не знаешь, где парни из десятой комнаты?

- Никиту своего потеряла? – улыбнулся Гурам, - так проспали они. Хотя я вообще не знаю, как можно не проснуться после этого ужасного горна. Мне кажется, что даже на колокольне моего отца и то было тише.

- Твой отец – звонарь?

- Бери выше – священник. Мы с Нино из церковной семьи, как и ты.

- Откуда ты?...

Договорить мне не дал Ник. Он появился неожиданно, развернул меня к себе и накинулся с требовательным поцелуем.

Только потом нормально поздоровался – со мной. Гураму же достался злой и как будто предупреждающий взгляд.

А потом музыка, которая до этого всё время звучала вполне терпимо, вдруг стала громче и из динамиков полились слова:

Поздно утром только сони

Спят, свернувшись калачом,

Мы встаём, лишь солнце тронет

Нас своим косым лучом.

Рассчитайся по порядку,

Снова солнцу, снова солнцу улыбнись.

Рассчитайся по порядку,

На зарядку, на зарядку становись.

Глава 7 Учебные будни

Ник

Девчонки должны были подойти с минуты на минуту. Мы же с парнями уже сидели в той самой беседке. И молчали. Каждый думал о чём-то своём.

Ванька строчил в блокноте простым карандашом очередной будущий шедевр: у этого парнишки из ЮАР явно был талант – он мог за пять секунд наваять стишок на любую тему. Видимо и сейчас ему в голову что-то зашло.

Женька развалился на свободной лавочке, вытянувшись во весь рост и закрыв глаза. Вполне можно было бы подумать, что он уснул, но это было не так: закрытые глаза дрожали, а руки, свисающие к полу, то и дело сжимались в кулаки. Странной он какой-то. И это его стычка с Юстином…

Витька просто сидел молча, забившись в самый дальний угол. При этом его губы то и дело шевелились. Мне он сейчас напомнил сумасшедшего учёного, проговаривающего про себя очередное изобретение.

Я перевёл взгляд на пятого жителя нашей общажной комнаты – Богдана. Он заселился к нам совсем поздно – уже после отбоя.

Проводив Веронику к ней в комнату, я вполне спокойно направлялся к своему окну, как меня окликнули. Голос раздавался из беседки. И принадлежал он Свистуновой. Было ли мне в тот момент жутко? Нет. Если честно – первое, что пришло тогда в голову: влепит наказание и заставит драить пищеблок. Еще и Нику приплетет. Ведь в том, что она нас с ней видела – сомневаться не приходилось.

- Мне это, в комнату нужно, - начал осторожно разговор.

- Оригинальный способ попадания ты придумал, - насмешливо бросила она.

- Ну, нужно же как-то со своей девушкой на свидание ходить? – как и учил дед, решил под плейбоя косить.

- Зайди сюда. Незачем кому-либо тебя здесь шатающимся после десяти видеть.

- А может не надо? – мне вот совсем не хотелось с этой подозрительной женщиной в темноте беседки находится.

- Знаешь, завкухни вот жаловалась, что у них посудомоечная машина одна из строя вышла. Не успевают гору посуды после студенческой оравы перемыть.

Намек я быстро понял и шагнул в темноту. Ведь до этого разговаривал с комендантшей общаги, абсолютно её не видя.

Шагнул и сел как можно дальше. Она рассмеялась.

- Смешной мальчик! Думаешь, я буду к тебе приставать?!

- Нет, не думаю.

- Думаешь-думаешь. А ещё за дурочку меня держишь этим своим спектаклем с Вероникой. Хотя, нужно признать, что целовались вы вполне себе по-настоящему. Понятно, что такая девочка, как Вероничка не может не понравится.

И не нужно мне сейчас что-либо обратное утверждать! Поверь, я прекрасно знаю, что вы с ней из разных городов. Я даже в курсе, кто ваши родители и прочие родственники. И про Никиного женишка в подряснике тоже знаю.

- В каком подряснике? Вы о чем?

Она снова рассмеялась.

- Так Вероничка же у нас не из простой семьи, Никита. Её родители приход возглавляют. Да и саму девочку собирались в ближайшее время матушкой сделать, за будущего попа замуж выдав. Да только не получилось у них ничего: у девочки характер не тот. И Давид тот ей совсем не пара.

- Да – она говорила, что со своей свадьбы сбежала, - подтвердил.

- И правильно сделала. Да только пришлось нам свои силы и старания тут приложить. Чтобы она сюда попала. Ты же не дурачок, догадался уже, что попасть в нашу академию студентом не так-то просто?

- Ага. У вас тут со всего света студенты.

- Ну это же замечательно! Ты же как раз хотел международные отношения изучать? Вот и будешь. Да не только на лекциях и семинарах, но и вне их.

Я буркнул нечто невразумительное в ответ и на говорившую взглянул. Как раз сейчас свет от фонаря удачно падал и её лицо было видно. Интересно все же, сколько ей лет? Выглядит молодо, но такое ощущение, словно она ровесница моему деду, а то и старше. Тем более сейчас: без косметики, на Наталье Борисовне сейчас не было неуместного галстука и бантов. Волосы были распущены и просто спадали на плечи. Одета она была в простую тунику-разлетайку. Похожая у моей мамы есть, только у Свистуновой она на размеров десять больше. С её-то габаритами.

- А ты правда думаешь, что я пластику не делала? – вдруг выдала Наталья Борисовна.

- Что? – тупо переспросил.

А потом поймал себя на мысли, что до этого её вопроса самым бесстыжим образом заглядывал ей в вырез платья. И мысли при этом у меня были…

Что за извращения?!

- Знаешь, Никита, - ты хороший паренек. Ты мне даже чем-то нравишься. А как деда своего напоминаешь! Он ведь в молодости тем ещё похитителем женских сердец был!

- Вы знали моего деда молодым?

- Знала. - Она улыбнулась. – Кто же мог только подумать, что наши дорожки снова пересекутся.

- Так мое появление в этой вашей академии не из-за отца и мамы?

- Ну… тебе же четко дали понять, что будет с твоей матерью?

- А причём здесь тогда мой дед? – я от злости поднялся на ноги и сжал кулаки.

- Всему свое время, Никита. А сейчас уже поздно – тебе пора спать. Время хоть и не такое уж позднее, но оставаться вне своих комнат в это время запрещено. Так что иди.

Что я и поспешил было сделать. Но на пороге беседки Наталья Борисовна добавила:

- Вы с Вероникой отлично смотритесь вместе. Но в академии у девочки уже есть жених. И это не ты. И чтобы ты не задавался глупыми и пустыми мечтами я просто добавлю, что именно этот парень потребовал Веронику сюда. И его пожелание было тут же исполнено.

- Он у вас что, маг-волшебник?! – я не удержался от сарказма.

- Он у нас много кто. Все же проучиться у нас два курса и перевестись на третий много стоит. Плюс родители у парня далеко не простые. Да и сам он... Так что, Никитушка, здесь тебе, увы – ничего не светит. Спокойной ночи!