Спаси меня в Канун Рождества

Пролог

В торговом центре. особенно под канун Рождества, всегда было полно народу. Люди кучами бродили среди украшенных магазинов: выбирали мишуру и гирлянды, покупали еду на праздничный стол, упаковывали подарки для детей и искали лучшие наряды на вечеринки.

Удивительно, как праздник, берущий начало две тысячи лет назад, продолжает пользоваться популярностью по сей день. А с появлением пластика, поролона и картона, люди начали устраивать целые мероприятия, связанные с украшением домов и улиц. Рождество начало отражаться даже в одежде, не говоря уже о музыке, искусстве и прочем.

В местном торговом центре «Солнце» было множество стоек с рождественскими атрибутами.

Внимание заострилось на одной полке с деревянными игрушками эльфов Санты. Их колпачки переливались в светодиодных лампах. От ярких костюмов всё ещё исходил запах краски.

- Элизабет, приём!

Эльфы Санты, да и в целом их волшебный город, судя по историческим справкам, начал упоминаться в VI-V веке. Легенды и сказки о них рассказывают детям по сей день. Кажется, что даже взрослых привлекают истории о красивых помощниках Санты Клауса. Хотя возможно это только из-за лишней сексуализации эльфиек.

Городок с эльфами и гномами (от вторых почему-то шума намного меньше) находится в самом центре Северного полюса. Там говорят на латыни, а их глава – святой человек - Николай из Патары, города в древнем Риме. Северный народ занимается приготовлением подарков детям на Рождество. А ещё есть эльфы, специализирующиеся на общении с людскими детьми. Они переписываются с ними, а иногда даже показываются самым прилежным и послушным.

Жаль, что это всё выдумки. В этом мире просто не может быть добрейшего и милого городка с волшебными существами, которые день за днём занимаются лишь тем, чтобы красиво упаковать подарки и написать пару писем маленьким детям.

От этого на душе ещё больнее. Всё-таки есть что-то в том, чтобы быть маленьким ребёнком, который искренне верит в сказку и думает, что с ним общаются волшебные существа. В детстве всё проще и светлее. Бабушка Роза всё-таки была права, когда говорила, что раньше даже гирлянды светили ярче.

- Элизабет! Эй! Земля вызывает Элизабет Морган!

Чужая рука коснулась плеча, и пришлось повернуться на звук. Мариса, точно, она же отходила в туалет.

- Ты чего? – Она смотрела своими карими глазами на полку с игрушечными эльфами. – Только не говори, что ты опять…

Элизабет перебила подругу, обращаясь к продавщице игрушками, которая сидела на кресле около полки.

- Здравствуйте, можно мне вот этого? С голубыми глазами. – Она указала на эльфа стоящего на четвёртой полке. У того были светлые волосы, василького цвета глаза и такого же цвета одёжка с колпаком.

Продавщица улыбнулась, в уголках её глаз скопились морщинки, и она встала.

- Конечно. Заверну его в пакет.

Женщина начала хлопотать, а Элизабет открыла кошелёк, чтобы посчитать купюры. Ручная работа стоит недёшево. Боковым зрением она заметила недовольное лицо подруги. Та недавно окрасилась в розовый и её завитые кончики волос, лежащие на груди, подпрыгивали от частого дыхания.

- Вот только не ной потом, что у тебя нет денег.

Элизабет рассчиталась с продавщицей и забрала игрушку. Трудно было сдерживать улыбку, смотря на длинный голубой колпачок и нарисованные розовые губы.

- Ты же знаешь, как я люблю Рождество. И эльфов.

- Неправильно говорить в твоём случае «люблю», тут скорее пойдёт «я без ума от Рождества и будь моя воля — это время было бы круглогодично». – Добавила Мариса. – Я конечно могу понять: ты любишь холодную погоду, у тебя день рождения 25 декабря и в детстве ты сильно впечатлялась от всех этих сказок. Хотя за прошлое не осуждаю, в то время все мы были жертвами маркетинга, даже наши родители, которые писали письма. Но всё-таки знаешь… Я бы лучше предпочла сейчас лежать где-нибудь на берегу моря, греть бока на песочке и пить молочный коктейль, а не весь этот снег, холод и грязь.

Элизабет улыбнулась. Да, она по-настоящему была влюблена в Рождество в отличие от Марисы. Когда-то Элизабет даже верила, что особенная, раз родилась в сам праздник. Но совсем скоро узнала, что 25 декабря семнадцать лет назад одновременно с ней родилось ещё около двести тысяч человек. Трудно быть особенным посреди такого количества.

Взгляд упал на второй этаж центра, где прогуливаясь полчаса назад, она услышала прекрасный запах кофейных зёрен.

- А я бы предпочла выпить кофе. Ты как?

Мариса улыбнулась, взяла подругу под руку и они, продолжая спорить об экономической и духовной части Рождества, двинулись к кофейне.

***

Пока мир людей предавал сомнению легенды о Санте и подарках, в Драйсдейле всё кипело и, честно говоря, думать о философском значении Северного полюса в Терре не хотелось совсем.

Хотелось бежать, но из-за коробок, которые приходилось нести, было тяжело идти даже быстрым шагом. Пальцы онемели, ноги подкашивались и то и дело проваливались в мокрый снег, который недавно выпал. Сложно было удержаться от ворчания себе под нос:

- Небеса, зачем я только согласился помочь Герде…

Благо дорога в Мастерскую была широкой, и толпа эльфов и гномов сжимала с двух сторон не слишком сильно. Для Драйсдейла канун Рождества был самым важным днём в году. Санта Николас Клаус, он же святой Николай, создал эльфов и гномов себе в помощь, но сколько зим не прошло - Мастерская никогда не изменяла себе с горящими сроками и невыполненными задачами. Это раздражало. Нынешнему директору (точнее сказать, тому кто занимает этот пост уже 37 зим) уже пора на покой.

- Ричард! – позвал кто-то сзади и руки вдруг ощутили небывалую лёгкость.

Эльф повернулся, чтобы увидеть спасителя, как вдруг почувствовал, что нечто большое и мягкое врезалось ему в грудь. Это оказалась пышная гномиха с плетённой корзинкой в руке. Проворчав что-то в духе «эта эльфийская молодёжь совсем отупела», она обогнула Ричарда и засеменила дальше.

Глава 1

Со дня рождения Ричарда и его «первого» ребёнка прошло пять зим. За это время он получил воспитание в пансионе и начальное обучение по работе эльфом Детства. Его научили читать и писать.

Наступил тот день, когда ему пришло время побывать на Поле Зеркал.

Ричард был вдохновлён предстоящей работой. Имя на лодыжке он рассматривал тщательно каждую ночь, предвкушая встречу с ребёнком. Множество раз эльф представлял образ себе в голове: ему не терпелось поскорее увидеть «предназначенную судьбой».

24 декабря.

Настенные часы громко зазвенели. Ричард тут же распахнул глаза и соскочил. Полярная ночь не давала ни намёка на солнечный свет, но эльфа будто окатило солнечными лучами, и он широко улыбнулся, потягиваясь.

- Рождество, наконец-то! Святые 5 зим! Я смогу наладить контакт со своей первой!

Эльф кинулся к платяному шкафу и достал свою лучшую одежду: красную выглаженную рубашку и чёрные брюки. На голову он натянул свой длинный голубой колпак с белым помпоном на конце, а ноги вставил в лакированные башмачки. Мальчик пошёл в ванну, чтобы почистить зубы и причесать непослушные вьющиеся золотые кудри. После сна волосы выглядели как настоящее гнездо для птиц. Ричард знал, что расчесывание ничем не поможет, а иногда может и усугубить ситуацию, но нужно же было хотя бы попытаться перед таким важным событием. Он смотрел в зеркало и причесывался, пока пластмассовый гребень просто напросто не застрял в клочке из кудрей. Ричард сжал зубы и потянул гребень в сторону. Ещё несколько попыток и удалось вырвать с клочком блондинистых волос. Эльф разозлился, кинул гребень в своё отражение и заметил, что его глаза засветились тёмно-голубым. Вмиг вся обида на гребень испарилась. Ричард выдохнул и улыбнулся себе. Сегодня всего лишь отправка первого письма, он сможет решить проблему с кудрями позже. И тем не менее - отражение в зеркале выглядело очень деловито.

Ричард взял мешок с приготовленными медовыми пряниками, повязал его на ремне, и, не забыв осыпаться пылью тепла, вышел из корпуса пансиона. Он вприпрыжку побежал к полю Зеркал. Как вдруг, по дороге эльфу попался чопорный гном с длинной бородой. Тот медленно перебирал ноги и тащил на себе большой рюкзак, из которого так и гляди, что-нибудь да вывалится. На его коротких ногах висели толстые штаны, а остальное тело покрывала большая синяя курточка с капюшоном из меха.

– Ой, Рик! Доброе утро! С наступающим Рождеством тебя, куда бежишь? – Гном прищурился. - Ох, точно, сегодня же встреча с твоей первой!

- Да, дедушка Барт, сегодня! Как вы поживаете? Незваных гостей больше не было? - эльф мило улыбнулся и потрепал кончик своего длинного колпака.
- Да как... - вздохнул гном – Каликандзары, Небес на них нет, пожрали всю пыль для удобрений в садах, уже не знаю, как с ними бороться. Я и полено жёг, и водой поливал из Либеро Гласиса, ничего не помогает! Думаю, обратится к старейшине Корнелии по этому поводу.

- А может попробуете не пугать их¸ а задобрить? – Ричард снял мешок с пояса и протянул гному.

Старик с любопытством раскрыл подарок.

- О, это же медовые пряники! Спасибо тебе дорогой Рик, теперь знаю, чем их заманить в клетки!

Улыбка Ричарда опустилась. Вообще-то, эти пряники должны были помирить Каликандзар с дедушкой Бартом, а не сделать из гнома злодея. Впрочем, может эти существа и заслуживают сидеть в клетке за свои проказы.

- Ну, ступай, а то опоздаешь! – предупредил гном. Ричард весело кивнул, вспомнив о своей первой и, попрощавшись, побежал дальше.

Поле Зеркал – основное место работы эльфов Детства. Это точка с сильнейшим сосредоточением силы Небес. В одноэтажных домах, которых по всему полю насчитывается несколько тысяч, стоят зеркала. Последние, в свою очередь, представляют порталы, ведущие в комнаты детей, куда эльфы и подбрасывают письма, а иногда и перемещаются сами.

Найти на Поле Зеркал свой домик оказалось задачей не из простых. Ричард долго гулял между построек в поиске своего номера: 32306. Наконец, в глубине роя разноцветных крыш он нашёл свой: с красной крышей и синими полосками на стенах. Кажется, во время поисков он видел десяток таких же.

Около дома стоял эльф в синем кафтане, от волнения мальчик не сразу его заметил. Ричард замер и еще раз проверил не ошибся ли номером.

Эти пышные кафтаны с серебристыми узорами он мог узнать из тысячи: особая форма Приближённых Санта Клауса. Ричард множество раз слышал об этих эльфах, но впервые видел кого-то из них так близко. Удивительно, ведь мужчина с тёмными волосами, уложенными назад, идеально подходил под описание, которое давали взрослые про Приближённых: красивый, статный, молодой.

Только вот за пять зим до Ричарда так и не дошло, чем они занимаются. Единственное, что ему было известно наверняка – быть Приближённым Санты очень почётно. Но это было и не удивительно, ведь такие эльфы видели Клауса чаще всех жителей вместе взятых. Такому можно только позавидовать. Сам Ричард видел святого всего раз – в прошлое Рождество на площади. И то взрослые закрыли практически весь обзор, что вызвало у эльфа большую обиду. Учителя успокаивали, говорили, что и до 15 зим некоторые эльфы и гномы не видят создателя, мол, это нормально. Но у Ричарда было иное мнение на этот счёт.

Приближённый Санты улыбнулся и присел на корточки. Ричард сразу обратил внимание на его светло-рыжие глаза. Яркие, необычные, будто эльф проглотил солнце. Правда, чудные глаза почему-то были покрасневшими, словно эльф долго плакал. Это было странно, ведь приближённые Санты по слухам купаются в роскоши и их даже освобождают от части работ. Чего им унывать? Но может у него просто что-то болело или он не смог встретится с друзьями. В таком случае Ричард может хорошо его понять.

Глава 2

Элизабет выросла быстро, даже очень. Ричард и не заметил как быстро пролетели еще 10 зим.

И вот он сидит на зеркальном полу и вновь смотрит на причину, по которой у них с Гердой не складываются отношения, причину, по которой эльфа могут запросто казнить, причину, по которой он теперь так невзлюбил Рождество.

Элизабет Морган стала взрослой. Несмотря на то, что Ричард мало что видел в пределах комнаты девушки, даже мимолётный её стан давал ему стимул работать дальше. Эльф знал далеко не все, что происходило в бушующей молодой жизни его первой. Элизабет закончила музыкальную школу и планировала дальше развиваться в этом направлении. Как говорила она в детстве – звездой она не будет. И не стала. Девушка работала на себя и хотела стать не столь знаменитой, сколь профессионалом в своём деле. Она решила быть преподавателем музыки. Так, Ричард тоже научился играть на фортепиано.

После 16-ти Элизабет стала активно увлекаться противоположным полом. Ричард не знал как реагировать, когда в некогда бывшую детской комнату, вваливалась девушка в пылких объятиях очередного ухажёра. Совесть сама переключала кнопку зеркала и меняла на окно с каким-нибудь малышом, который несколько раз перечитывал письмо от «эльфа Рика». В такие моменты Ричард был готов убрать кнопку с порталом и навсегда отпустить её, как и положено. Потому что понимал, что это всё не имеет никакого смысла.

Единственной радостью было Рождество, когда эльф позволял себе проникнуть в комнату к девушке и посидеть около неё часик-другой. По какой-то причине Элизабет Морган каждую Рождественскую ночь находилась дома, лежала на кровати весь вечер, задумчиво смотрела сериалы. Будто чувствовала, что он находится рядом с ней.

На этот раз Ричард не успел спокойно дойти до Поляны Зеркал. По пути его окликнул рыжеволосый эльф, выходящий из лавки пыли.

- О, Рич, с кануном Рождества тебя!

Ричард натянул улыбку и поприветствовал друга, пробираясь через шумную толпу.

Кай без церемоний закинул руку на плечо эльфа и пошел рядом с ним. Было не трудно догадаться, куда направлялся Андерсон. В это время он всегда помогал Герде в Мастерской, которая работала в отделе Писем. Сам же Кай был одним из наёмных рабочих Натаниэля.

Дорога, по которой шел Кай и остальная толпа народа, вела к Мастерской. Поэтому Ричарду важно было не пропустить нужный поворот к Поляне Зеркал, иначе его унесло бы прямиком к красным воротам.

На самом деле, Ричард уже давно перестал считать Кая и Герду своими близкими друзьями. В детстве они были не разлей вода, да, но за столько зим излишняя ненависть Герды к миру Терры и ужасная назойливость Кая просто оттолкнули от себя Ричарда. И он не планировал что-либо возвращать. Близнецы всё ещё считали, что Ричард Фитцмор их лучший друг, но они уже давно стали не более чем приятели и он никогда бы не открыл этим двоим своё сердце.

- Герда мне все уши прожужжала о приготовленном подарке тебе на праздник. – Эльф сделал паузу, будто обдумывал свои слова. - Слушай, я ведь не против, если вы сойдётесь. Тогда она может перестанет говорить о тебе так часто…

- Что? – Удивился Ричард, не веря своим ушам. – А кто недавно ворчал, что она при тебе обнималась с Финианом Донсом?

Кай смущённо отвёл глаза.

- Ну, что было, то было. Мне он противен. А тебя ,мой дорогой друг ,я одобряю.

Ричард посмотрел в серо-зелёные глаза Кая с явной враждебностью к этой теме. Тут и обсуждать было нечего.

- Ну, Рич, - оторопел тот, - ты же сам видишь, как она на тебя смотрит. Вы же можете просто попробовать, не связывать узы.

- Я думаю это не лучшая идея, Кай.

Ричард скинул с себя руку эльфа и прибавил ход. Он не желал объяснять эльфу эти вещи в сотый раз.

Тот поспешил за ним, продолжая разговор.

- Сколько зим прошло с тех пор?

- С каких пор? – Ричард резко остановился. Его и без того не самый хороший день был испорчен.

- Не придуривайся, сколько зим прошло с вашего расставания?

- Десять. – Ответил грубо Ричард и сжал ладони в кулаки.

Он почувствовал покалывание, растекающееся от плеч до кончиков пальцев. Эльф понял, что его глаза снова начинают блестеть.

- Восемь! – Крикнул Кай так громко, что идущая впереди пара эльфиек обернулась. Эльф продолжил чуть тише, вновь касаясь руки Фитцмора. - Рич, этот человек погубит тебя. Я слышал, что ты всё ещё как-то получаешь информацию о ней. Что же с тобой станет, когда она выйдет замуж, у неё появятся дети, а потом она ум…

Ричард перебил Кая.

- Прекрати! Прекрати говорить об этом! – Прокричал он, едва узнавая свой голос.

Эльфы и гномы начали останавливаться и заинтересованно оборачиваться на шум. Рождественские дела можно отложить на пару минут, если сейчас на их глазах произойдёт драка. Такие сцены в Драйсдейле ценились, они добавляли краски в рабочую жизнь и развлекали народ. Тем более, вдруг дерутся не абы кто, а представители знатных фамилий? Потому, газета «Сплетни Севера», собирающая все правды и неправды города была обожаема и любима у горожан наравне с «Alius hodie et cras»*. Ричард кивнул Каю в сторону переулка. Тот мгновенно всё понял, развернулся, и следя, чтобы Фитцмор пошёл за ним, начал пробираться сквозь толпу. *Алиус сегодня

Глава 3

Элизабет тошнило. У неё кружилась голова, пока она натягивала на себя брюки. Она собралась в Драйсдейл? Серьёзно? Может она сейчас лунатит? Может это просто побочные действия таблеток и по итогу она просто где-нибудь замерзнет? Это будет самая тупая смерть. Можно ли это сумасшествие оправдать тем, что у неё горе от разбитого сердца? Ну нет. Так свихнуться из-за качка Марка она не могла. Запястье болело, жгло и пульсировало от многочисленных щипков. Даже во время переодевания она умудрилась ущипнуть себя со всей дури за ляшку и зашипеть от боли так, что эльф, целомудренно стоящий спиной к ней, чуть не повернулся.

- Всё хорошо? – спросил он своим эльфийским тенором. Его голос был как у актёра озвучки, который в подростковом возрасте очень нравился Элизабет. И почему он вообще говорит с ней на её родном языке? Подобных вопросов была уйма, но задавать их парню она не торопилась. Девушка всё ещё надеялась, что есть способ вернуть всё назад. Может, если это конечно реальность, ей смогут стереть память и она продолжит жить свою человеческую жизнь? А вдруг это наказание за то, что она всё это время не ценила её? Теперь и это отнимут. Она была уверена.

Как бы то ни было, Элизабет уже многое поняла. Перед ней точно была особь мужского пола. Кто только надоумил его надеть такие штаны в которых даже слепой всё увидит? Особенно, когда он сидит… Эльфийские уши, странное голубо-синее свечение время от времени радужки глаз, брови и ресницы цвета охры, голос, слишком красивый для него, высокий рост, спортивное тело, которое обтянула странная иссиня-черная кофта с длинными рукавами. Не качок, но и не худой. Волосы. Элизабет думала это парик, но когда трогала уши, убедилась, что светлые локоны настоящие. В отличие от её слегка кудрявых и секущихся, его пряди струились по плечам словно золотые нити, были не слишком короткие, но и не слишком длинные. Только кончики чуть завивались полукругом.

Элизабет поймала себя на мысли, что стоит с одной надетой штаниной и пялится в спину эльфу уже долгое время. Но когда ей ещё переваривать всё произошедшее? И почему она так быстро смирилась с существованием эльфов и чего-то ещё?

Девушка не знала. Ей было страшно, хотелось поговорить с Марисой и выпить целую пачку таблеток. Может она попадёт в больницу и пролежит там месяц, но зато, не увидит его. Или увидит? В этом всё и дело. Она не знала, что будет, если именуемый Ричардом Фитцмором возьмёт и оставит её. Если, по его словам, у неё открылось видение, она может увидеть кого-то ещё. И ,на самом деле, ей совсем не хотелось знать, кто ещё существует в невидимом для людей мире, помимо красавчиков с вытянутыми ушами.

- А что я скажу Марисе? А маме? Она, конечно, в командировке, но…– неожиданно сказала она вслух и эльф повернулся, застав её за застёгиванием ширинки.

- Ушла погулять с другом? – предложил Ричард.

Элизабет издала истерический смешок. Вот это у неё теперь друзья. В третьей палате психбольницы.

- Думаешь, она отпустит меня с кем попало? – Элизабет засунула голову обратно в длинный красный свитер, под который надела футболку. – Она знает, что друзей лучше неё у меня нет, а мой парень меня бросил несколько часов назад.

Девушка не поняла, что проплыло на лице у эльфа. Это было отвращение? Может, у них там такое не принято? А как они размножаются? Навряд ли почкованием. Может он не понял словосочетания «мой парень?».

- А если я буду не кем попало? – спросил он. – У тебя больше нет знакомых с которыми ты можешь уйти на несколько часов?

Элизабет задумалась. Однажды ей написывал иностранец, который очень хотел встретиться. От Марисы придётся выслушать неприличное количество ругательств. В конце концов, она оставляет подругу одну отмечать Рождество. Ну как одну, со всей толпой приглашённых общих знакомых. Ужасное преступление.

***

С Фитцмором договорились встретится во дворе. Элизабет надела большой зелёный пуховик, но не была уверена, что это спасёт её от Северного холода или куда они собрались.

- А куда мы идём? Ты умеешь перемещаться? – спросила она, кутаясь в пуховик и топчась ботинками по снегу.

Ричард стоял перед ней и, несмотря на то, что на нём не было ничего кроме кофты, не испытывал совершенно никакого дискомфорта.

- Может всё-таки осыпешься пылью тепла? – предложил он. – Я же сказал, что это безвредно. Просто сохранит температуру твоего тела.

Девушка покачала головой. Ей было комфортно в своём воображаемом панцире.

- Я скажу, когда совсем окоченею.

- Боюсь, когда совсем окоченеешь - не сможешь, - усмехнулся Ричард. – Но тебе всё равно не избежать пыли.

Он приподнял свою кофту и девушка увидела на его поясе повязанные маленькие мешочки разных цветов. Всего Элизабет насчитала три. Удивительно как она раньше их не заметила.

- Телепортационная пыль, - эльф указал на красный мешочек и снял его, начиная развязывать.

- И как она работает?

Ричард достал горсть правой рукой, а левой сунул открытый мешок в карман штанов. Элизабет показалось, что эльф нервничает, если он на такое вообще способен. Он взял её руку и крепко сжал ладонь.

- Слушай я первый раз буду переносится с человеком. – Он поджал губы. – Не могла бы ты прижаться ко мне?

Элизабет оторопела, но эльф поторопился пояснить.

Глава 4

Как же глупо было попасться Герде и Каю. Именно им! Ричард поднимался к архиву по лестнице Мастерской. От частых перемещений заболел живот, к тому же, его перенесло на первый этаж, вместо четвёртого. Главное, действовать рационально, не поддаваться влиянию эмоций и магии.

Ричард почти дошёл до входа в архив, когда сзади его окликнули. Он сразу насторожился, потому что голос принадлежал Герде.

– Ты вернул её?

- Да. - Без эмоций ответил он.

Только её сейчас не хватало. Герда переминалась с ноги на ногу, будто ребёнок, собирающийся выпрашивать конфету.

- Я думала, ты забыл о ней. Думала, у нас есть будущее…

Ричард нахмурил брови. Она сейчас серьёзно? Эльфийка продолжила.

- Я могу смириться с тем, что ты не имеешь ко мне интереса, с тем, что выберешь другую эльфийку и заживёшь с ней счастливо, пока дети не разлучат вас, но я не смирюсь с тем, что ты решил погубить себя из-за человека!

«Дети не разлучат». Старая фраза, которую используют молодожёны. Она пошла ещё со времён, когда в Драйсдейле была монархия. Тогда население города было столь малым, что рожать детей и работать было едва ли не единственным, чем занимались эльфы и гномы. У них не было развлечений, баров и выходных. А пары, связавшие узы, были обязаны завести минимум двух детей на свет. Воспитание детей было такое же, как и сейчас – на втором плане, потому после выполнения своего «долга» пара должна была продолжить свою работу, не отвлекаясь на прочие вещи. Эти времена ушли, но приметы и обычаи остались. Сейчас многие пары не торопятся заводить детей, потому что хотят провести больше времени друг с другом, продолжая считать, что это их не сплотит, а наоборот больше отдалит.

Иметь что-либо общее с Гердой Андерсон Ричард не собирался. Эльфийка была слишком вспыльчивой, слишком громкой, слишком глупой. И этому не было никакой везкой причины. Она просто была такой. Ричард никогда её за подругу-то толком не считал. Взгляд парня упал на мешок, который эльфийка достала из-за спины. Его цвет был чёрный. Ричард сделал шаг назад.

- Герда, ты же не серьёзно…

Герда улыбнулась.

- Ричард, это должен кто-то остановить. Кто-то обязан спасти тебя.

Эльф начал создавать защиту, но девушка опередила его и кинула горсть пыли прямо в лицо.

Ричард почувствовал, как крупинки пыли начали въедаться в глаза и в кожу, словно тысячи мелких игл. Он услышал дикий страшный крик, а затем упал на пол. Только через несколько секунд Ричард понял, что кричит сам.

Сквозь собственный голос он услышал позади Кая.

- Герда, это же!!!

- Пыль забвения, верно.

Ричард корчился от боли, пытался выцарапать чёрную пыль из глаз и не переставал кричать. Боль была невонисима.

Кай не унимался:

- Герда, ты чокнутая! Неужели ты не слышала, что многие эльфы, забывая своих первых, становятся бесчувственными, а кто-то и вовсе теряет рассудок! Если ты переборщила, он забудет себя!

- Не переборщила, - сказала Герда. Даже не видя её, Ричард чувствовал, что она улыбается.

Тут Ричард вытянул руку и, чуть приоткрыв кровоточащие глаза, направил поток магии в мешок с пылью. Все его силы ушли на этот толчок. Опрокинутые пылинки быстро нашли новых жертв и влетели в глаза близнецов. Те закричали и упали без сознания рядом с Ричардом, который тоже провалился в забытие.

***

Спустя 10 дней. Резиденция Санта Клауса.

- Санта, я ушёл из дома зеркал. Вы обязаны разрешить мне работать в Мастерской.

Николай сидел в большом кресле, в его руках был стакан с водой.

- О Ричард, как же я устал… - Он потёр пальцами переносицу и хмуро посмотрел на эльфа. – Ты рождён эльфом Детства, так почему забываешь свою суть? Зачем тебе Мастерская? Эльфы Детства не меньше Мастерских работников чтутся в городе. Твой отец…

Ричард перебил его.

- Разве важно, что считает мой отец? Нас не связывает ничего, кроме фамилии. Просто… Мне это необходимо. Моё право Приближённого позволяет просить у вас что угодно раз в год.

Эльф сидел за столом и потирал свои пальцы. Золотистые локоны немного прикрывали его побледневшее лицо, не давая заглянуть в глаза.

Николай поёжился в своём кресле, почесал щетину.

- Ты был одним из самых способных работников среди эльфов Детства. Я не хочу чтобы Мастерская сделала из тебя послушную пешку – ты способен на большее. Более того, ты просто будешь обязан продвинуться хотя бы до помощника управляющего сектором.

- На этот счёт не переживайте, господин. Я намереваюсь стать директором Мастерской.

Николай уставился на эльфа. Приход Ричарда не удивил Санта Клауса, но просто ошарашил своими намерениями. Николай совсем недавно торжественно объявил новым директором Оливера Кондара. Ох, как счастлив этот эльф был в тот день! Он добивался этой должности около тридцати зим, ждал, когда предыдущий уйдёт из-за большого возраста.

Директора в Мастерской были практически с самого основания города. Только, тогда они ещё не звались директорами – они были первыми эльфами, которые помогали Николаю в свершении задуманного. Эти «директора» делали почти всю работу вместе со своим создателем и были его верными служащими. Не стоит забывать о том, что некоторое время Николай создавал монархическую систему в городе. Но, после войны, он решил оставить это в прошлом, точно так же как и отношения между своими детищами – хватка ослабла, эльфы и гномы обрели возможность выражать своё мнение и даже получили так называемую власть и славу. Это все очень развлекало Николая.

Глава 5

Глава 5

Ричард Фитцмор просил посидеть дома некоторое время. В первую неделю Элизабет сыграла больную, это было нетрудно, ведь чувствовала она себя ужасно. Но, не дождавшись никаких известий и не ощутив волны забвения, она с головокружением и паникой начала выходить на учёбу. Когда прошёл месяц, Элизабет почти убедила себя в том, что она была пьяна и всё произошедшее ей приснилось. Однако, когда она увидела, как в кабинете философии прямо по столу мистера Филипса ползёт маленький голый, вымазанный в саже человек с бараньими рогами и змеиным хвостом, вся уверенность в этом испарилась. Её вырвало прямо под стол, а когда одногруппники сказали, что на столе ничего нет, девушка вовсе потеряла сознание. На парах по философии она больше не появлялась. И не посещала бы колледж в принципе, будь её воля. Но обратиться в больницу или рассказать маме она тогда не решилась. Ричард говорил, что таблетки не помогут. Но тогда какого чёрта?! Где он?

Элизабет вернулась с очередной пары домой. Сегодня она не видела никаких странных существ. За прошедшие полгода, с момента встречи с эльфами, она поняла, что должна делать вид, будто не замечает их. Ни того говорящего ворона в парке, ни той девушки с белыми глазами, стоящей за продавщицей в магазине, ни светящихся красным огнём жуков в саду. Никого. Так они не замечали и её. Однажды за Элизабет погнался кто-то. Кто-то высокий, похожий на тень, с перьями вместо волос. Он почти поймал её своими длинными когтями, когда она добежала до крыльца дома. Тогда он закричал, так громко и так злобно, что Элизабет уже распрощалась с жизнью. Но спустя минуту существо исчезло, утонуло в голубовато-синей рамке. Это была магия Ричарда. Эльфа, с которого всё началось. Эльфа, который обещал, что всё наладится. Теперь, единственное что от него осталось, были барьер, кольцо, которое первые несколько часов после ухода Ричарда сверкало и тряслось и костюм некой Моники. Этого было недостаточно. Жизнь Элизабет превратилась в ад из тревожности, ночных кошмаров и вечной неотступающей паники. И самое ужасное было в том, что она не могла ни с кем этим поделиться.

Бессонница стала частой гостьей и не обошла стороной и этот июньский день. Элизабет ворочалась, а её голова переполнялась от бегающих картинок. Рыжая эльфийка, голубо-фиолетовые глаза, ириска с золотым опылением, ровная спина эльфа, книга с её лицом, разноцветные дома – всё мешалось между собой и вязкой патокой растекалось в мыслях. Элизабет слышала, как её кто-то зовёт, но не желала откликаться.

- Элизабет Мария Морган.

Девушка повернула голову, сжала одеяло в руках, но вдруг резко открыла глаза.

– Элизабет Мария Морган. – Раздался звонкий женский голос.

Элизабет повернулась в сторону звука и вжалась в кровать, начиная тут же отползать назад. Перед ней стояли три эльфийки в шелках, на их лицах была полупрозрачная чадра, прикрывающая лица.

- Элизабет Мария Морган. – Повторила та, что по середине. В голубом одеянии.

- Д-да… - прохрипела Элизабет с ужасом представляя картину, как эти эльфийки достают ножи из-под своих юбок и закалывают её.

- Вижу, это правда. – Повторила всё та же эльфийка. – Вы слышите и видите нас. В таком случае, попрошу пойти с нами.

- Куда? – Элизабет не заметила, когда её начало трясти.

Эльфийки переглянулись, средняя снова начала говорить.

– В Драйсдейл, мисс. Для выяснения причины вашего, - эльфийка кашлянула, прикрывая рот рукой, - состояния.

Элизабет лихорадочно оглядела комнату. Несколько раз ущипнула себя.

- И сколько я там пробуду? – удалось выговорить одну разумную мысль.

Эльфийки снова переглянулись.

- Неизвестно. Санта упоминал о Рождестве.

Сердце Элизабет сжалось. До Рождества было почти 7 месяцев. Они же не серьёзно?

- А как же мама? Мои друзья? Учёба?

Элизабет удивилась, что вспомнила об учёбе в такой ситуации. Она бы всё отдала, лишь бы не появляться в том колледже и не видеть всех существ, его населяющих. Но мысль о жизни в Драйсдейле казалась просто невозможной.

- Не переживайте об этом. Операторы центра Детства всё организуют.

- Что это значит? – Элизабет начала злиться. Ей было страшно. Очень страшно. – Я вернусь домой?

Эльфийка сцепила руки в замок.

- Однажды – обязательно.

Такой ответ совсем не устроил девушку.

- Где Ричард?

Глаза всех эльфиек сверкнули.

- Вы про господина Фитцмора? Он в Драйсдейле. Возможно, вам даже выпадет честь его увидеть.

Что значит выпадет честь? Неужели он бросил её? Или только сейчас рассказал о случившемся? Поэтому всё происходит? Элизабет не понимала.

- Собирайтесь, мисс. Нам пора.

- Почему решать мою проблему нужно именно в вашем Драйсдейле? Это нельзя сделать без меня?

Голос средней эльфийки стал жёстким и грубым.

- Если бы это было возможно, мисс, нас бы здесь не было.

Элизабет закрыла глаза. Ущипнула себя ещё раз. Эльфийки не исчезли.

- Хорошо, - она поднялась, взяла рюкзак, обошла эльфиек, выкинула из него учебники и начала складывать всё, что первым попадалось на глаза. – А вы кто?