Стань моей на месяц

Пролог

— Ир, а ты уверена, что за это ничего не будет? — испуганно спрашивает подруга, стараясь держаться в тени.

— Да ладно, а что такого я делаю? — отвечаю не я, а моя обида на подлого изменщика, помноженная на бутылку шампанского. — Всего лишь собираюсь облить корыто козла валерьянкой! Кстати, корыто куплено на мои деньги. Это я ведь работала, пока этот мудак таскался по ретритам, гуру, духовным практикам и семинарам по тантрическому сексу!

Тантрическому... Как же! Видела я этот секс, когда пришла домой раньше обычного. Что-то ничего высокодуховного я не заметила. И ладно мой ненаглядный со своей блондинистой пассией вытворял что из камасутры, не так обидно бы было. Но всё было весьма банально, пошло и прозаично.

При одном воспоминании к глазам подступают злые слёзы! Ну держи, Славик! Надеюсь, коты отомстят за меня! Со всей дури выплёскиваю содержимое пузырька на капот и лезу в сумку за следующим.

— Эй, что ты делаешь! А ну, отойди от машины, хулиганка! — раздаётся раздражённый мужской низкий голос, и словно из-под земли передо мной вырастает огромный высоченный незнакомый мужик, хватая своей мощной лапищей.

— Ирка, текаем! — вскрикивает подруга и раненым сайгаком сигает в кусты.

Мне безумно хочется последовать её примеру, но мешает железная хватка, удерживающая меня на месте.

— Ты что с моей тачкой сделала, сумасшедшая? — рычит мужик.

— Извините, я не знала, что она ваша, думала, это авто моего парня, точнее, — бывшего парня. Этот козёл мне изменил! — всхлипываю я, борясь с рыданиями. Но они всё же берут верх, сметая все защитные плотины. Реву громко, навзрыд, хлюпая носом.

Неожиданно страшный здоровяк прижимает меня к себе, да с такой силой, что тихо ойкаю.

Глава 1

Судя по календарю цикла у меня первый день задержки. Сжимаю в руках тест, парочка которых у меня всегда лежит в сумке на всякий случай. Сколько я их сделала за последние полтора года? И все отрицательные... Может, в этот раз всё будет иначе?

К счастью, в офисном туалете никого. Поэтому быстро делаю всё необходимое и выхожу из полутёмной кабинки, ожидая результат. Зажмуриваюсь и скрещиваю пальцы на удачу. Я верю, что сейчас наконец-то всё получится!

Открываю глаза и чувствую подступающие слёзы: опять одна полоска! Почему? Я ведь так стараюсь: лучшие репродуктологи, витамины, диета, здоровый образ жизни, постоянные анализы и исследования. Горько всхлипываю, и мир расплывается, залитый моими слезами!

— Ира, что случилось? — раздаётся рядом голос подруги Лены, обнимающей меня за плечи. — Опять отрицательный? Ну не реви, ты чего! Всё обязательно получится. Может, просто пора попробовать с нормальным мужиком ляльку заделать, а не с твоим сыроедом, у которого из всего стоят только благовония и сексом он может заниматься лишь в десятые лунные сутки високосного года?

В голосе подруги раздражение, ведь она на дух не переносит моего Славика, называя его не иначе как "никчемушным недойогом". Умом я понимаю, что она во многом права, но сейчас мне так горько, что срываюсь на Лену.

— Ой, давно ли ты в мужиках понимать начала? Ты уже сколько одна? Год-полтора? — выплёскиваю на неё свою обиду и тут же прикусываю язык, ведь это удар ниже пояса.

Лена поджимает губы, раздувает тонкие ноздри, а затем разворачивается на каблуках и выходит из туалета, хлопнув дверью так, что осыпается штукатурка.

«Молодец, Смирнова, ты — овца бессердечная!» Сейчас к подруге лучше не подходить, там бушующий вулкан страстей, но к вечеру она успокоится, тогда забегу к ней в гости и извинюсь. А сейчас в таком состоянии мне лучше отправиться домой. Вообще-то, у меня первый день отпуска, а я в офисе торчу, отчёты доделываю за весь отдел, хотя никто спасибо за это не скажет. Всё, хватит! Надоело!

Лучше куплю сейчас вкусняшек и отправлюсь соблазнять Славика, который ещё сладко спал, когда уходила на работу. У него духовные практики только вечером, — опять потащит своих ярых последовательниц дышать маткой, обнимать деревья и наполняться дзеном в соседний лесок. Ладно бы они ему за это платили, но мой избранник отрицает всё материальной. Хотя это не мешает постоянно брать деньги у меня.

У двери поправляю причёску, которая состоит из прилипших ко лбу прядей, — тащить домой килограммов семь еды — то ещё удовольствие, никакой тренажёрки не надо, — и открываю дверь. Думаю, мой ненаглядный ещё в кровати или только свернулся в какую-нибудь очередную утреннюю асану, хотя на часах уже полдень.

Судя по тому, какая картина предстаёт моим глазам, когда тихонько вхожу в спальню, оба предположения верны. Замечательный избранник в постели, у усердно тянет ногу за ухо. Только вот не свою, а какой-то белобрысой тётки плюс-сайз, на фоне которой, сам Славик кажется худеньким подростком.

Пакеты с едой падают на пол с глухим звуком, продукты рассыпаются, разбегаясь по углам, понимая, что сейчас начнётся что-то страшное. Парочка испуганно замирает, разом обернувшись ко мне.

— Ну здравствуй, милый! И вам не хворать, женщина! В вашем возрасте уже надо бы поаккуратнее с физическими нагрузками. А вы тут, наверное, шавасану практикуете? Ну так я вам помогу сейчас чакры прочистить! — произношу с самой обаятельной улыбкой, подхватывая с пола увесистый кабачок.

Глава 2

— Сумасшедшая! Ты что творишь? — визжит ненаглядный тонким надсадным голоском, прячась под одеяло, когда мимо него пролетает неудержимым снарядом кабачок в нескольких сантиметрах от головы.

«Так, чуть левее прицел!» — командую себе и хватаю с пола пару яблок.

— Девушка, перестаньте безобразничать! — верещит тётка, тоже пытаясь сныкаться под покрывало, но места ей не хватает, поэтому она выпихивает худосочного Славика мощным бедром. Теперь из спасительного убежища торчит его голый испуганный зад.

Прикрываю один глаз и отправляю снаряд в мишень. Яблоко прилетает точно в яблочко, а сама мишень взвизгивает: «Убивают!»

— Да кто же тебя убивает, милый? Это я карму вашу чищу! Что ты мне там рассказывал про лишения, которые просветляют? Кажется, этой дикой чушью меня кормил, когда я хотела в отпуск съездить, но ты спустил все мои деньги на очередные курсы самопознания?

Ещё пара яблок летит в сторону одеяла, но снаряды и запал улетучиваются вместе со злостью. Остаётся лишь разъедающее разочарование.

— Как ты мог, ирод? — произношу горько. — Всё, у вас есть три минуты, чтобы одеться и свалить из моей квартиры!

— Вообще-то, я тут прописан и никуда не пойду! — раздаётся приглушённый голос. — Хочешь, выселяй через суд!

— Ах ты крысёныш! — вновь вспыхиваю я. — Не хочешь уходить, тебя отсюда вынесут!

И тут из-под одеяла с неожиданным для такого грузного тела проворством выскакивает пассия Славика, блистая обнажёнными округлостями Кустодиевской купчихи. От такого орудия психической атаки впадаю в оцепенение. Это же помощнее, чем матросы на зебрах!

— Девушка, не смейте бить гуру, он же святой! — басит она, прикрывая дрожащего "святого" широкой грудью. — Вы сами виноваты в том, что произошло. Такого мужчину надо лелеять, а вы хотели использовать его как самца-оплодотворителя! А это же высокодуховный просветлённый человек.

Это просто какой-то театр абсурда. Даже не знаю, плакать мне или смеяться. Пытаюсь что-то произнести, но на языке лишь нецензурные выражения. Внезапно понимаю, чего я хочу сейчас больше всего: мяса! Может, это глупо в такой ситуации, но я представила огромный хорошо прожаренный стейк. Сколько я уже являюсь вынужденным веганом, пытаясь соответствовать образу Славика об идеальной женщине? Погода точно! Тут в голове зреет дьявольский план.

— Если вы ещё будете здесь, когда я вернусь вечером, то сильно пожалеете! Вместо кабачков и яблок в ход пойдёт свиная нога!

Кажется, эта угроза всерьёз пугает сладкую парочку, ибо они даже дышать перестают и смотрят на меня так, словно я самое страшное зло во вселенной. Но я уже гордо топаю к двери, параллельно набирая номер подруги.

Уже через сорок минут я поглощаю домашние котлеты, нажаренные добросердечной и отходчивой Ленкой, запивая их ледяным брютом. Вообще я не пью, мне достаточно пробку понюхать, чтобы меня начало тянуть на подвиги и приключения, поэтому алкоголь табу, да и сама пьяных не люблю, но сейчас у меня желание нарушать все запреты.

— Ле-е-е-ен! Ну почему так? — реву, накалывая на вилку очередную румяную нежнейшую котлетку. — Я же ради него на всё была готова, даже мясо есть перестала, ни разу не упрекнула, что ни копейки в дом не принёс. Я так хотела ребёночка, всё делала, а Славик ни разу даже обследование не прошёл. Всё, я умру одинокой, бездетной, и только ты придёшь плакать на мою могилу.

— Так, этому столику больше не наливать! — подруга забирает у меня бокал и даёт кружку со сладким чаем. — Не реви, найдём тебе нормального мужика. А вообще, пойдём-ка прогуляемся, что-то ты совсем раскисла. Мне как раз надо дворовых котов покормить, у меня обрезки остались.

Коты… Коты — это прекрасно. Вот когда буду старой, у меня их будет десяток, а лучше два. Чтобы хоть кому-нибудь дарить свою любовь и нежность. Коты? Хм… а это идея.

— Лен, а у тебя есть валерьянка? Ну жидкая которая? — интересуюсь с коварной усмешкой, мечтательно закатив глаза.

— Ой, точно! Давай тебе накапаю!

— Нет, дорогая! Она мне для другого нужна. Пришла пора отомстить Славику!

— Чего ты задумала? Может, не надо? — встревоженно спрашивает подруга.

Но меня уже не остановить! Всё, милый, отольются кошке мышкины слёзки! Нельзя обижать женщину, даже такую терпеливую и всепрощающую, как я!