Стать хозяйкой своей жизни

Глава 1

Осознание происходящего накрывало с головой.

«Неужели это действительно случится?» — пронеслась мысль, будто пробуждая от затяжного сна длиной в тринадцать лет.

Я распахнула глаза, блестевшие от слёз. А ведь казалось, что готова к этой помолвке и давно смирилась с ней, зная свою судьбу ещё с того момента, как попала в дом дядюшки.

Чуть повернув голову, глянула в зеркало. Густые красные волосы, волнами падающие на спину, веснушки, и редкая способность усиливать магию супруга — вот и всё, что осталось в наследство от давно умерших родителей. Остальное забрал и продал дядя, которого назначили опекуном.

И конечно, он не мог пройти и мимо редкой магии, заключив помолвку между мной и своим сыном ещё в тот день, когда меня малышкой, только что потерявшей родителей, доставили к нему в дом. Помнила ли я этот день? Нет, в три года события не сильно запоминаются. Помнила ли родителей? Только нежность мамы и безграничную любовь отца. Даже портреты, и те дядя не оставил.

— Клеяна, тебя ждут на ужин. Ты почему ещё не собрана?!

— Простите, матушка, — испуганно вскочив, покаянно склонила голову, — я очень быстро соберусь!

— Не заставляй себя долго ждать, — сухой голос резанул по ушам, но удаляющийся стук каблучков позволил чуть расслабиться.

Как же всю жизнь я не любила это обращение! Ну какая матушка та, что всё детство била за любой промах в учёбе?! «Я выращиваю достойную жену своему сыну!» — так говорила она, когда малышкой я плакала и пыталась кому-то пожаловаться. И все были на её стороне! И если поначалу это казалось обидным и несправедливым, то позже приняла это отношение за данность. Раз бьют, значит заслужила, плохо старалась. Раз ругают, значит, сама виновата, взрослым виднее. Так у всех, это нормально.

И лишь за право называть жену дяди по имени билась долго — но и здесь потерпела поражение, послушно выговаривая цепляющее сердце «матушка» к постороннему, равнодушному человеку.

Сборы на ужин много времени не заняли — первое попавшееся платье из гардеробной, перчатки в тон, убрать волосы, подхватив атласной лентой. Равнодушный взгляд в зеркало показал — всё прилично, и это была единственная оценка внешнего вида за последние года. То, что цвет платья не подходил мне от слова совсем, никого не волновало. Как и моя нелюбовь к обилию пышных модных бантов. Но я давно привыкла смиряться.

— Подвенечное платье готово? — обманчиво мягкий голос дяди раздался за огромным столом после ужина, когда слуги выставили чай и десерты.

— Да, сегодня была последняя примерка. И фрак нашему сынуле какой пошили, ты бы видел! — с предвкушением докладывала ему жена, — гости начнут прибывать уже утром. Дополнительные повара будут на рассвете. Продукты тоже все закуплены.

— Отлично. Значит, мы готовы к завтрашнему торжеству, — с шумом допив чай, мужчина встал из-за стола. Все поднялись следом, оставив недоеденные пирожные на тарелках — когда глава рода закончил приём пищи, за столом находиться дальше не дозволено.

Семейная чета рука об руку покинула столовую первой, обсуждая все мелочи будущей свадьбы; затем вышел Марон, их единственный сын. И только потом я. Завтра, после обряда на рассвете, уже мы с ним будем выходить так же, рука об руку. Попыталась это представить… И содрогнулась от отвращения. Не сказать, что он отталкивал внешностью — совсем нет. Марон был всегда опрятен, красив и подтянут — обучение на боевого мага не располагает к набору веса. Умён — не зря же из года в год он лучший на своём курсе. Но… Ох уж это «но». Подлость, унижение слабых, садизм, это всё про него. Первый раз я увидела его истинное лицо десять лет назад, когда он жестоко расправился со случайно забежавшим в наш сад щенком. Эта кровавая сцена до сих пор встаёт у меня перед глазами, когда я смотрю на лицо своего кузена. А ведь ему тогда было всего восемь!

Проходя по многочисленным коридорам замка к своим покоям, то и дело цеплялась взглядом то за безвкусные вазоны в коридорах, то за аляповатые картины, которые за прошедшие годы хорошо изучила. «Мне придётся всю жизнь здесь провести!» — промелькнувшая мысль меня остановила, и я огляделась, будто впервые увидев всё, что меня окружало. Мрачный, холодный замок. Тёмные коридоры. Жестокая атмосфера.

— Меня решила подождать? — насмешливый голос прокатился эхом, заставив сжаться от страха. Встречи с женихом никогда не сулили ничего хорошего. Быстро огляделась — двери покоев уже были видны. К счастью, мне сохранили возможность закрываться, и за эту уступку я была очень благодарна.

— Не успеешь! — резкое хватание за руку заставило вскрикнуть от боли. — Уже завтра ты станешь моей женой, и не будет больше у тебя никакого шанса спрятаться. Я бы и сейчас не прочь с тобой развлечься, — с глумливым смешком он ощупал взглядом стройную фигуру, особенно задержавшись на глубоком декольте, которое так любила впихивать во все наряды «матушка». — Но подождём официальной ночи, чтобы усиление было максимальным. А пока — помни мою доброту. Свободна! — он отпустил руку так резко, что я не удержала равновесие и упала. Не поднимаясь, обхватив себя за плечи, смотрела на высокую удаляющуюся фигуру, не замечая срывающихся слёз.

— Леди, как же вы так? — ахнула служанка, заметив синяки. Она единственная работала здесь недостаточно долго, чтобы обрасти бронёй равнодушия, присущей всем обитателям этого замка. — А хотя что же я, понять-то нетрудно. Бежать бы вам, леди. Вы же не справитесь тут!

— А с побегом справлюсь? У меня ничего нет. И никого. Куда я побегу?! — однако червячок сомнений, начав грызть меня ещё после примерки свадебного платья, всё ещё продолжал своё дело. Ведь уже завтра всё изменится. Конечно, я смогу привыкнуть и к кузену в качестве мужа — как бы противно и больно ни было, смиряться я умею. А если попробовать бежать — то как? И что я буду делать за пределами замка? Меня учили только быть хорошей, послушной женой.

Я кинула взгляд в окно. Снег укрывал уснувший сад мягким одеялом. Мороз рисовал сказки на окнах, выдавая потрясающие узоры. Не лучшее время для побега…

Глава 2

— Леди, я помогу вам, если хотите, — зашептала служанка, привычными движениями взбивая подушки, пока я заплетала косу на ночь.

— Как? Ты, может, не услышала — у меня ничего нет!

— У меня есть. Я копила весь год работы в этом замке на переезд, через несколько дней планировала уезжать, даже расчёт уже у милорда взяла.

— И в чём тебе интерес тратить свои деньги на постороннего человека? — скептически спросила, поворачиваясь к ней.

— Жалко вас, леди, — опустив взгляд, тихо ответила служанка.

— Ну, допустим, уедем мы. А дальше? Твоя жалость не распространится на всю мою жизнь. Я не умею ничего делать, у меня нет ни наследства, ни приданого — что меня потом ждёт?

— Вы же очень красиво вышиваете. В городе много модисток, можно пойти к кому-то ученицей. И жильё будет, и работа.

«Вот только я не привыкла работать, как и жить в непонятных чуланах», — эта мысль осталась невысказанной. А к чему я вообще привыкла? Взгляд упал на подушку, которую я закончила вышивать совсем недавно. Все мои дни были похожи друг на друга. Днём учёба, упрёки и придирки. После ужина пара свободных часов, когда я могла вышивать или читать.

«Зато всегда сытая и одетая, в тепле и комфорте, — тут же возразила сама себе, — и на что я это менять собралась? На холод и неизвестность?»

— Это всего лишь замужество. Я привыкну. Не говори глупостей.

— Как скажете, леди. Постель готова, я могу идти?

— Иди.

Проворочавшись несколько часов, я встала, нараспашку открыв окно, впуская в помещение свежий морозный воздух. Снежинки переливались, словно бриллианты, отражая свет полной луны. Магические фонарики ярко освещали дорогу к замку, по которой из деревни двигались телеги — ведь уже к рассвету должно быть всё готово для свадебного торжества, удачно выпадающее на праздник солнцестояния.

«Я смогу привыкнуть. Ну не убьёт же он меня, в самом-то деле. Кто его усиливать тогда будет? — но тут же себе возразила, — не убьёт, но издеваться ему никто не запретит. Ещё и так, что дядя с его женой мне цветочками покажутся. Что же мне делать? Как лучше поступить?» — я кинула взгляд на небо, словно ища в нём подсказку. Вот только кроме весело перемигивающихся звёзд там ничего не было. Впервые за много лет мне предстоит самой принять ответственное решение.

Закрыв глаза, увидела будто наяву того самого щенка. Не оставляя себе шанса передумать, дёрнула шнурок вызова служанки и бросилась в гардеробную. У меня есть лишь несколько часов форы, медлить нельзя. Что я могу с собой взять? С тяжёлой поклажей далеко не убегу. Значит, надо только самое необходимое и лёгкое.

— Леди, вы звали?

— Да. Если ты ещё не против помочь… — я замерла, замявшись. Давно уже разучилась просить о чём-то.

— Конечно, леди! — просияла девушка. — Так, мой друг скоро подъедет к замку; как только туши разгрузят, поедет назад. Я попрошу его подвезти меня до дома. Пока буду отвлекать, вам нужно будет осторожно пробраться к нему в телегу. На выезде не просматривают содержимое, с этим проблем не будет, — служанка развила бурную деятельность, собирая в маленький сундучок гребень, ленты, смену нательного белья и тёплых чулок, а я могла только стоять и растерянно смотреть. Ком в горле мешал говорить, даже просто поблагодарить — не привыкла, что ко мне может кто-то хорошо относиться, и уж тем более гореть желанием помочь. Неужели это реально происходит? А ведь я за год даже не запомнила её имя.

«Как же она представлялась в самом начале работы?» — нахмурилась, пытаясь вспомнить. Не спрашивать же сейчас, неловко.

— Так, это возьмём, — бурчала себе под нос девушка, перебирая вешалки. — И плащ потеплее. Шаль, — всё перечисленное летело на расправленную постель. — Платье с боковой шнуровкой, сможете сами одеться. А я пока соберу немного еды и воды в дорогу, дома уже не успеем, надо будет сразу ехать. Леди? Очнитесь! Вам нужно одеваться, я скоро за вами зайду!

— Да, конечно! — пришла в себя, кинувшись к кровати. Пальцы дрожали, пока я пыталась затянуть шнуровку.

Полностью одетая, наматывала круги по комнате. Боги, как же страшно! И я ведь снова буду зависеть от другого человека. Было бы у меня хоть что-то!

«Бал дебютанток!» — молнией скользнуло воспоминание. Каждый аристократ должен представлять на нём дочерей или воспитанниц при достижении ими возраста пятнадцати лет. Это было моё первое и последнее посещение дворца. Конечно, мне пошили достойное платье, всё в полудрагоценных камнях, хоть я и простояла у стены весь бал, под неусыпным надзором. Камни срезали, платье оставили, вот только пара маленьких камушков остались при мне. Зачем я их содрала заранее с самых незаметных мест? Не знаю. Однако это сейчас сильно выручит!

Как только я их достала и припрятала, зашла служанка. Очень тихо мы прошли по коридору, периодически скрываясь от снующих слуг. Вышли с заднего входа, где бегала куча народа. Стараясь держаться в тени, короткими перебежками пробралась к нужной телеге и нырнула под тент. Неужели получилось? В царящей суете на меня и внимания не обратили! Я счастливо улыбнулась, однако расслабляться рано.

Выезд за ворота замка прошёл успешно. Заодно выяснила имя моей спасительницы — Илана, именно так к ней обращался её друг.

Как только телега остановилась, осторожно приподняла край брезента. Убедившись, что никого рядом нет, а парня успешно отвлекает служанка разговором, выбралась, отошла к калитке, прячась в тени. Через пару минут уже вместе зашли в дом.

— Накиньте сверху, — она подала мне лёгкий чёрный плащ — застиранный, выцветший, — я с соседом договаривалась коня с телегой в аренду взять, ехать от него нужно будет. Основной багаж уже там. Постараетесь также незаметно в телегу пролезть, но если вдруг он увидит вас — хоть внимание дорогой одеждой не привлечёте. — Илана вытащила из сундука пару звонких мешочков, спрятала один в декольте, монеты из второго рассовала за голенища тёплых сапожек.

Новый выезд прошёл также успешно — казалось, сама удача на моей стороне. Значит ли это, что я приняла правильное решение? Неизвестность всё ещё пугала до дрожи, но в душе пробивала корни уверенность, что теперь всё будет хорошо. Зарывшись посильнее в сено, я пригрелась и задремала под мерное покачивание телеги.

Глава 3

Уже спустя полтора дня мы смогли выехать в город. Радилен отправился с нами — под предлогом, что всё равно планировал туда же, да и дорогу показать. С Иланой мне говорить не хотелось, и эти дни я, как могла, её избегала, вот и сейчас притворилась спящей. Тревожил меня подслушанный разговор. А особенно то, что ничего толком я не услышала и не смогла за те дни, которые ушли на починку колеса, поймать что-то ещё в их диалогах. Порой мне даже казалось, что этого вообще не было — придумала, приснилось, что угодно. Да и вели они оба себя вполне нормально, не подозрительно. Только что слегка мне надоело повышенное внимание Радилена к моей персоне — но кто знает, может это просто нормальное приятельское общение? У меня не было друзей никогда, соответственно, и опыта нет.

Въезд в город я всё же проспала. Проснулась только от аккуратного тормошения по плечу.

— Клея, мы приехали, — Илана, убедившись, что я открыла глаза, спрыгнула с телеги.

Я огляделась. Прежде за пределы замка я выезжала лишь один раз, во дворец, однако ехали мы в закрытой карете, и мне не разрешили смотреть даже в окошко. Поэтому сейчас было моё первое знакомство с жизнью за пределами поместья. Всё казалось волшебным, прекрасным — и небольшие ярко окрашенные домики с красной черепицей на крыше, занесённые снегом лужайки, резные заборы. В отдалении слышался шум и гомон, но увидеть что-то в наступающих сумерках не вышло.

— Там рынок, — заметив мой взгляд, пояснила Илана, выгружая с телеги последний сундук. — Хоть праздник и закончился, ярмарка будет ещё несколько дней продолжаться. Если хочешь, сходим завтра?

— Хочу! — я просияла, даже забыв, что меня что-то тревожило. Это же целый праздник жизни! — Спасибо!

— Пока не за что. — она тут же отвернулась, отвлекаясь, — Радилен, вы же доставите лошадь с телегой в постоялый двор, который я просила?

— Конечно, не беспокойтесь.

— А почему на постоялый двор? — не сдержала любопытство, как только все сундуки были затянуты в дом, печь затоплена, а мы расслабились, сидя за столом.

— Оттуда договорились, что заберёт сын деда Крона, соседа. Он как раз домой поедет. Ужин будем готовить?

— Я не умею… — сконфуженно пробормотала. Похоже, я вообще не готова к самостоятельной жизни.

— Ну и что? Никогда не бывает слишком поздно учиться чему-то новому. И не стоит стесняться того, что ты что-то не умеешь, или чего-то не знаешь. Главное, чтобы желание было развиваться и наполняться новыми знаниями. Оно есть?

— Да! — я приободрилась.

— Ну, значит, учимся, — подмигнула Илана, вытянув из одного из сундуков ножи, сковороды, кастрюли и что-то ещё, чему я не знала применения.

Служанка настолько терпеливо мне подсказывала, объясняла, направляла мою руку, что вскоре я расслабилась и дело пошло бодрее. Итогом наших совместных усилий стало прекрасное ароматное жаркое в горшочках, которое мы уплетали за обе щёки. И пусть овощи были нарезаны криво и как попало — но главное, что у меня получилось! А остальное дело практики. Так же терпеливо она учила меня мыть посуду, застилать постель, стирать вещи. Я очень старалась всё запомнить и выполнить, понимая, что если повисну камнем у неё на шее — надолго доброты Иланы точно не хватит. Она уже не служанка, а я больше не леди. По крайней мере, на ближайший год точно, пока не стукнет совершеннолетие, когда дядя уже не сможет меня заставить выйти замуж за того, кого он выбрал.

Утром радостно распахнула глаза, подскочила в кровати. Ярмарка! Неужели я её, наконец, увижу?!

Чистое платье, вывешенное на ночь к печи, уже полностью просохло. Илана готовила простенький завтрак, я заварила нам чай. Оказывается, такое начало утра очень приятно — когда сам для себя стараешься что-то сделать. А не сидишь, как бездушная кукла, пока тобой вертят как угодно. А уж когда сам выбираешь, чем ты хочешь заняться и куда пойти — полный восторг! Как же давно у меня не было такой свободы!

Сборы, как и путь до ярмарки, много времени не заняли. Но как только мы вошли… Мои глаза разбежались. Украшенные дома и прилавки еловыми ветками, магическими светлячками, разноцветными фонариками просто поражали воображение. Огромный выбор от овощей и фруктов до тканей и шуб впечатлял. Взяв по стакану горячего какао, мы продвигались в шумной, пёстрой толпе, отогревая озябшие руки.

— Давай купим тебе? — Илана потянула меня к одному из прилавков. Шерстяные варежки, мягкие, тёплые, яркие, так и манили примерить.

— Они же, наверно, дорогие? — склонившись, прошептала на ухо, пока торговец был занят другими покупателями.

— Это дешевле, чем тратиться потом на знахаря и лекарства, — фыркнула девушка, перебирая товар.

Выбрали в итоге две пары — мне красные, ей голубые. Уже представляя, как красиво будет расшить их белыми снежинками, я сразу натянула свою пару.

— Ты походи пока, посмотри, мне отойти по делу надо. Держи немного, потрать на что хочешь. Потом встретимся вот у той лавки, с готовыми платьями, — махнула Илана рукой вглубь ярмарки, — всё равно тебе надо выбрать ещё хоть парочку.

— Спасибо, — прошептала, счастливо улыбаясь и прижимая к груди свои первые, личные монетки.

Жаль, что камешки я с собой не взяла. Ну да ладно, пока найду, где их вообще продать можно, потом уже снова вернусь. Всё равно это не далеко от дома.

Воспользовавшись тем, что осталась одна, я, не спеша, пошла вдоль рядов, останавливаясь поглазеть у каждого прилавка. С Иланой так было неловко — и так она для меня сколько делает, а я её ещё задерживала и морозила бы. Зато сейчас я спокойно рассматривала ленты и гребешки, бусы и брошки, ткани и ковры, кошельки и ремни — всё, куда падал взгляд. Надолго зависла у прилавка с различными нитями, иголками и пяльцами. Именно здесь потратила почти все выданные мне монетки, оставив немного запаса на пирожки, которые манили своими ароматами неподалёку. Вгрызаясь в горячее тесто с мясной сочной начинкой, почти подошла к месту встречи, когда вдруг услышала знакомый голос.

Глава 4

— Да стой же ты! — Илана схватила меня за рукав, пытаясь отдышаться, а я в страхе сжалась. — Давай поговорим!

— О чём?! Я всё слышала!

— Ты не так поняла!

— И что же там можно не так понять?! — я безуспешно пыталась вырвать руку.

— Здесь действительно не лучшее место для разговора. Давай дома поговорим! — взмолилась девушка, а я огляделась, вытирая слёзы прямо новыми варежками. Мы удалились от ярмарки, но оказались в квартале мастеров. — Клянусь, что против тебя лично ничего плохого не замышляю!

Я перестала вырываться. Такими словами не бросаются, магическая ответка прилетит быстро даже на не мага, в случае нарушения клятвы. Конечно, формулировка очень смущает… Но можно попробовать довериться.

Илана терпеливо ждала ответа, пока я стояла в раздумьях.

— Хорошо, давай поговорим дома, — осипшим голосом проговорила, решив рискнуть ещё раз.

До дома дошли в полной тишине. Я пыталась успокоиться и унять бешено бьющееся сердце, Илана теребила концы длинного шарфа.

— Начну с главного — никакого заказа на тебя нет, это просто брат у меня дурак. — Ожидая, когда закипит чайник на печи, она начала рассказ, не отрывая взгляда от пляшущих язычков огня, усиленно прорывающихся сквозь щели. Стоя ко мне спиной, она не видела, как я шокировано поднесла руку ко рту, сдерживая восклицание. — Заказ был на один артефакт, который хранился в вашей семейной сокровищнице. Для более мягкой его перенастройки на новых хозяев, требовался постепенный отрыв от энергии прежних. Я сначала пыталась долго придумать, как это устроить, но потом поняла, что взять тебя с собой будет самое идеальное — не такая концентрация, как в вашем замке, но в то же время на протяжении пути он ощущал твою энергию рядом с собой. Сегодня я его продала заказчику. Да, я воровка и лучшая охотница за редкостями, можешь меня осуждать, но я никогда не брала и не буду брать заказы на людей. А тебя мне действительно жалко.

Она разлила чай в наступившей тишине, пока я переваривала услышанное. Не поднимая на меня глаз, протянула чашку, которую я машинально приняла. В голове картина пока полностью не укладывалась.

— А в деревне мы тоже не случайно оказались?

— Да, я специально свернула. Надо было забрать брата в город, и с бабушкой хотела увидеться, год не была у неё.

— Она знает про твою деятельность?

— Да.

— И не осуждает?

— У неё нет выбора, — пожала плечами Илана, — моя мама проклята, и лекари требуют больших денег, чтобы поддерживать в ней жизнь. Честно таких не заработать.

— Мне надо это всё обдумать, — я отставила оставшуюся полной кружку и закрылась в комнате, привалившись к двери. И что мне делать с полученной информацией?

Весь остаток дня, весь вечер и половину ночи я то наматывала круги по комнате, то лежала, уставившись в потолок. И думала, думала, думала…

Устав от замкнутого пространства, накинула тёплый плащ, шаль и тихонько выскользнула из дома. Медленно прошлась вокруг дома, слушая хруст снега под ногами. Мороз щипал щёки и остужал голову, помогая разобрать всё смешение чувств, которое я испытывала. Танец мелких снежинок подсвечивался тёплым светом луны, застенчиво выглядывающей из-за облаков.

Что же мы имеем? По-хорошему, мозг долбит, что нужно Илану сдать. “И убить её мать”, — тут же мелькает напоминание о том, почему она так поступила. Да и учитывая, сколько дядя распродал моего имущества, которое должно было перейти мне по наследству, а он распорядился им, как своим — пара камней и артефакт даже не покроют этой суммы. Но и усиленно вбитые в голову правила я не могла просто проигнорировать. И какие же варианты есть? Поступить, как подсказывает совесть — доложить о воровстве, вернуть имущество законному владельцу и всю жизнь чувствовать себя виноватой в смерти женщины. Или поступить, как подсказывает сердце — просто промолчать, принять как данность этот факт, сделать вид, что этого не было?

— Клея? — сонный голос за спиной заставил меня обернуться. Илана стояла на пороге, кутаясь в одеяло, и обеспокоенно смотрела на меня. — Всё нормально?

— Я запуталась, — на выдохе произнесла, поднимая взгляд к небу. — Опять мне надо принимать важное решение. Слишком часто за последние дни.

— Самостоятельность подразумевает принятие решений каждый день, как мелких, так и важных. И в этом своя прелесть. Иди в дом, поспи, утром на свежую голову тебе будет проще.