Ставка (не) на жизнь

Глава 1 Тимур

Дом был тихим.

Не той обычной тишиной, когда люди просто спят или разошлись по комнатам. Это была тишина крепости. Толстые стены. Камеры. Люди на постах. Место, куда никто не приходит случайно.

Машина остановилась у ворот. Фары погасли. На секунду стало темно. Камеры повернулись следом за машиной. Полина это заметила. Конечно заметила.

Я видел, как она коротко посмотрела вверх на угол здания, где висела одна из камер. Потом — на двор. На людей у входа. На собак у дальнего забора.

Она уже была здесь раньше. И для нее это не было новостью.

Машина остановилась у крыльца. Я заглушил двигатель. Несколько секунд мы сидели молча. Полина первой нарушила тишину.

— Ну вот, — сказала она тихо. — Крепость.

Я открыл дверь машины.

— Ты знала, куда едешь.

Она тоже вышла. Ночной воздух был холодным. Свет прожекторов падал на каменную дорожку и фасад дома. Полина медленно огляделась.

— Я помню, — сказала она.

На крыльце появился Давид. Он внимательно посмотрел на нее. Потом на меня.

— Все чисто, — сказал он.

Я кивнул.

— Периметр?

— Закрыт.

Слон стоял чуть дальше у стены, разговаривая с одним из людей. Когда мы подошли, он коротко взглянул на Полину.

— Живая, — сказал он.

Полина усмехнулась.

— Спасибо за беспокойство.

Слон пожал плечами.

— Мы беспокоились не за тебя.

Она прищурилась.

— Я так и подумала.

Я открыл дверь дома. Полина прошла первой. Дом встретил нас теплым светом и той же тишиной. Камеры в коридоре тихо щелкнули, фиксируя движение. Она сняла пальто и бросила его на спинку кресла так, будто делала это здесь каждый день. Я заметил это. И она тоже заметила, что я заметил.

— Не смотри так, — сказала она.

— Как?

— Будто я уже переехала.

— Ты еще думаешь, что это не так?

Она повернулась ко мне.

— Не начинай.

Я прошел мимо нее в гостиную. Слон и Давид остались у двери. Полина остановилась посреди комнаты. На секунду стало тихо.

Потом она сказала:

— Мне нужен душ.

— Вторая дверь налево.

Она кивнула. Она уже собиралась уйти, но вдруг остановилась. Повернулась ко мне. Несколько секунд смотрела внимательно.

— Ты ранен?

— Нет.

— Врешь.

Я чуть наклонил голову.

— Где?

Она подошла ближе. И прежде чем я успел что-то сказать, просто взяла меня за руку и повернула ладонь. На костяшках была кровь. Не моя. Она посмотрела на нее несколько секунд.

— Чья?

— Не важно.

— Для меня — важно.

— Не моя.

Она медленно отпустила руку.

— Это должно меня успокоить?

— Да.

— Не работает.

Я сел на край стола.

— Ты жива?

— Да.

— Значит, работает.

Она смотрела на меня так, будто не знала — ударить или обнять.

Потом тихо сказала:

— Ты вообще понимаешь, что сегодня сделал?

— Да.

— Ты вошел туда один.

— Да.

— Против десяти человек.

— Одиннадцати.

Она закатила глаза.

— Господи, Тимур…

— Что?

— Ты псих.

— Это уже говорили.

— Я серьезно.

Я посмотрел на нее спокойно.

— Я тоже.

Она замолчала.

Потом тихо сказала:

— Когда он держал пистолет у моей головы…

Я напрягся.

— Полина…

— Дай договорить.

Я замолчал.

Она продолжила:

— Я смотрела на дверь.

Пауза.

— Я знала, что она сейчас откроется.

— Почему?

Она встретила мой взгляд.

— Потому что ты всегда делаешь глупые вещи.

Я усмехнулся.

— Это был план.

— Это не план.

— Это был очень хороший план.

— Нет.

Она подошла еще ближе. Теперь между нами было меньше шага.

— Это было безумие.

— Сработало.

— Ты мог умереть.

Я спокойно ответил:

— Нет.

Она резко подняла голову.

— Откуда такая уверенность?

Я посмотрел на нее. Очень спокойно.

— Потому что тогда ты бы осталась там.

Она замолчала. Несколько секунд просто смотрела на меня.

Потом тихо сказала:

— Ты невозможный человек.

— Да.

— Самоуверенный.

— Да.

— Опасный.

— Да.

Она глубоко вдохнула.

— И я только что решила поехать к тебе жить.

Я слегка прищурился.

Слон тихо кашлянул у двери.

— Я не хочу мешать… — сказал он. — Но у нас еще один вопрос.

Я повернул голову.

— Какой?

— Один из них сбежал.

Комната на секунду снова стала холодной.

— Мы его ищем, — продолжил Давид.

Я кивнул.

— Найдете.

Полина тихо спросила:

— Он вернется?

Я посмотрел на нее.

— Нет.

— Почему?

— Потому что он уже мертв.

Она смотрела на меня несколько секунд. Потом вздохнула.

— Напомни мне никогда больше не злить тебя.

— Уже поздно.

Она усмехнулась.

— Да.

Пауза.

Потом она сказала:

— Я все-таки пойду в душ.

— Иди.

Она уже почти вышла из комнаты, когда остановилась у двери. Обернулась.

И тихо сказала:

— Тимур.

— Да.

— Спасибо.

Я посмотрел на нее.

— За что?

Она пожала плечами.

— За то, что сделал глупость.

Я чуть улыбнулся.

— Всегда пожалуйста.

Она ушла. Шаги на лестнице постепенно затихли. Слон посмотрел на меня.

— Ну что, — сказал он тихо. — Теперь ты счастлив?

Я взял стакан со стола.

— Нет.

— Нет?

— Нет.

Он нахмурился.

— Почему?

Я посмотрел на лестницу, где только что исчезла Полина.

И спокойно ответил:

— Потому что теперь все только начинается.

Через двадцать минут Полина спустилась на кухню. Я услышал ее шаги раньше, чем увидел. Тихие. Босые.

Я стоял у стола, когда она появилась в дверях. На ней была моя футболка. Черная. Слишком большая для нее. Ткань доходила почти до колен. Волосы были влажные после душа и чуть темнее обычного.

Она остановилась у входа. Несколько секунд просто смотрела на меня.

Глава 2 Полина

Дом был тихим.

Но это была не та тишина, которая успокаивает. Это была тишина перед бурей.

Я сидела на кровати. Вещей у меня не было. Кроме моих грязных вещей после склада. И сумки с ключами и документами.

Тимур сказал:

— Слон тебе все купит.

Тогда я и узнала, что будет сопровождение.

— Значит, еду не одна… — тихо сказала я себе.

Конечно. Тимур не из тех, кто отпускает людей просто так. Особенно меня.

Я встала с кровати и подошла к окну. Во дворе уже двигались люди. Машины. Тени. Все происходило слишком быстро. Как будто решение было принято давно. Просто мне сообщили последней.

Я смотрела вниз и вдруг поняла одну простую вещь. Меня не просто отправляют. Меня увозят.

Дверь в комнату тихо скрипнула. Я даже не обернулась.

— Если ты собираешься сбежать через окно, — сказал знакомый голос, — предупреждаю: второй этаж. Приземление будет неэстетичным.

Я медленно повернулась. В дверях стоял Слон. Он опирался плечом о косяк и держал в руках два пакета.

— Что это? — спросила я.

Он поднял один.

— Гардероб.

Поднял второй.

— Аптечка.

Потом посмотрел на меня внимательнее.

— И, судя по выражению лица, еще понадобится валерьянка.

Я скрестила руки.

— Ты всегда так входишь в чужие комнаты?

— Нет.

Пауза.

— Иногда я еще стучу.

Он бросил пакеты на кровать.

— Там одежда. Нормальная. Без дырок и крови. Считай, апгрейд.

Я посмотрела на пакеты.

— Спасибо.

— Не благодари. Это из бюджета «спасти девушку от идиотских решений друга».

Я подняла бровь.

— Ты считаешь его решение идиотским?

Слон усмехнулся.

— Я считаю его очень логичным.

Пауза.

— И поэтому идиотским.

Я смотрела на него несколько секунд.

— Ты не хочешь уезжать?

— Конечно не хочу.

Он прошел к окну и посмотрел во двор.

— Там намечается отличная война.

Потом посмотрел на меня.

— А я еду в санаторий.

— Санаторий?

— У Серого.

Он вздохнул.

— Лес. Тишина. Старый дом. Никаких перестрелок. Максимум — медведь.

Я моргнула.

— Медведь?

— Один раз был.

Пауза.

— Он оказался более адекватным, чем половина людей, с которыми я работаю.

Я невольно усмехнулась. Он это заметил.

— Вот. Уже лучше.

Я повернулась к нему.

— Насколько все плохо?

Он несколько секунд смотрел на меня.

Потом сказал честно:

— Настолько, что он отправляет тебя.

Тишина повисла между нами. Я медленно выдохнула.

— Значит, все действительно плохо.

— Ага.

Он сунул руки в карманы.

— Обычно он решает проблемы.

Пауза.

— А когда он начинает убирать город слоями, мы убираем из города людей, которые ему дороги.

Я молчала. Слон внимательно посмотрел на меня.

— Только не начинай.

— Что?

— «Я не поеду».

Я усмехнулась.

— Я уже сказала это.

— И он уже сказал «поедешь».

— Да.

Слон кивнул.

— Вот видишь. Демократия.

Я подошла к кровати и открыла пакет. Джинсы. Свитер. Куртка. Новая.

— Ты правда все это купил за двадцать минут?

— У меня талант.

Пауза.

— И кредитка Тимура.

Я тихо фыркнула. Он вдруг посмотрел на меня внимательнее.

— Бок болит?

— Немного.

— Отлично.

— Отлично?

— Значит, жива.

Я закатила глаза.

— У вас у всех одинаковые методы успокоения?

— Да.

Он сел на край стула.

— Слушай.

Я подняла взгляд. Он говорил неожиданно серьезно.

— Там будет скучно.

— У Серого?

— Очень.

Пауза.

— Поэтому не делай глупостей.

— Например?

— Например, не возвращайся сюда.

Я нахмурилась.

— Почему?

Слон посмотрел прямо на меня.

— Потому что когда Тимур злится…

Он сделал паузу.

— Это еще терпимо.

Я ждала.

Он закончил:

— А вот когда он беспокоится — начинается настоящий кошмар.

Тишина в комнате стала тяжелой.

Я тихо сказала:

— Он не выглядит как человек, который умеет беспокоиться.

Слон тихо усмехнулся.

— Поверь.

Пауза.

— Умеет.

В этот момент где-то во дворе завелась машина. Потом еще одна. Слон посмотрел на часы.

— О.

Я посмотрела на него.

— Что?

— Наше такси подъехало.

Он встал.

— Десять минут.

Я медленно кивнула. Он уже дошел до двери, когда остановился. Повернулся ко мне.

И вдруг сказал спокойно:

— Кстати.

— Что?

Он пожал плечами.

— Он вернется.

Я смотрела на него.

— Ты так уверен?

Слон усмехнулся.

— Конечно.

— Почему?

Он открыл дверь.

— Потому что если он не вернется…

Пауза.

— Мне придется объяснять тебе, почему.

Он посмотрел на меня прищурившись.

— А я ненавижу тяжелые разговоры.

И вышел. Дверь закрылась. Я осталась одна. Во дворе уже ревели моторы. И почему-то именно в этот момент я впервые по-настоящему испугалась. Не за себя. За него.

Тишина была давящая. Улица встретила холодом.

Машины тронулись плавно. Фары скользнули по забору и погасли, когда ворота закрылись за нами. Я сидела на заднем сиденье. Слон сидел впереди, рядом с водителем. Развернулся вполоборота и посмотрел на меня.

— Пристегнись.

— Уже.

— Отлично. Значит, в случае перестрелки ты хотя бы не улетишь через лобовое стекло.

Я вздохнула.

— Ты умеешь поддерживать.

— Это мой дар.

Машина выехала на темную улицу. Вторая шла следом. Я смотрела в окно. Город был почти пустой. Редкие фонари. Закрытые витрины. Несколько такси.

Все выглядело так, будто ничего не происходит. Но внутри машин сидели люди с оружием. Слон снова повернулся.

— Болит?

— Терпимо.

— Хорошо.

— Это твой универсальный ответ?

— Почти.

Он секунду подумал.

— Еще есть «не смертельно».