Стерва в аренду

1. Только не ты!

ЗЛАТА

Дрожащей рукой царапаю ещё одну полоску на стене.

Семнадцать.

Сегодня семнадцатый день, как я здесь. В этом холодном, сыром подвале без окон.

Здесь нет ничего, только бетонный пол и каменные стены. Душевая лейка в углу с ледяной водой, привинченная к стене, и дырка в полу под ней. Вот и все удобства.

Из мебели — большой дубовый стол.

Всё.

Нет, это реально, всё, что здесь есть. Ни кровати или хотя бы кушетки какой. Даже матраса нет. Только стол.

Хотя нет, не всё. Здесь ещё есть цепи. Много цепей. Они свисают с потолка, выходят из стен, змеятся по полу, как змеи.

К одной такой я и прикована.

Дикий приковал. Сам. Семнадцать дней назад. Сказал, что сейчас у него нет времени разбираться со мной. И что я сама виновата во всём.

Боже, вот я дура!

Я ведь просто должна была стучать! Выведывать информацию, куда ходит, с кем встречается, втереться в доверие. Мне ведь даже спать с ним было не обязательно, чего ради я решила его охомутать?

У него ведь на морде написано "уголовник", зачем мне он вообще сдался? А ведь меня девки предупреждали, не хочешь проблем, сиди тихо. А я?

Арсен, администратор клуба, сказал, что только потому, что меня можно дорого продать, я ещё жива, здорова и невинна.

Какое счастье, Дикий до сих пор верит, что я девственница. Пусть я и в подвале на цепи, но никто не смеет меня трогать. Даже этот ублюдок, что издевается надо мной, когда наступает его смена.

Ещё при первой встрече, я поняла, что он садист. Он смотрел на меня таким плотоядным взглядом, вертел нож в руке и шептал, как будет меня пытать. Через пять минут я рассказала всё, что знала.

Арсен поверил, велел меня не трогать, но и не отпустил. Правда, поняв, что я здесь надолго, принёс тёплое одеяло и пододвинул стол поближе, чтобы было где спать.

"Хозяин вспыльчивый, но отходчивый" — сказал он на третий день и после этого не появлялся.

Я бы решила, что обо мне забыли, но мне регулярно приносят еду. Причём только еду, я пыталась попросить расчёску, зеркало, хотя бы сменную одежду и полотенце с мылом. А в ответ слышала или "я передам" или откровенную издёвку с предложением отсосать.

Шаги в коридоре. Отчётливые тяжёлые мужские шаги. За это время я научилась различать шаги моих тюремщиков. Да и график работы. Сегодня очередь Рябого, того психа с садистскими наклонностями. Но это не его шаги, он ходит тихо, почти бесшумно, будто крадётся. И голос у него тихий, шипящий, выворачивающий душу наизнанку. И мерзкие липкие пальцы, которыми он меня всю облапал. А ещё от него несёт потом, дешёвыми сигаретами и перегаром. А иногда и тухлой рыбой.

Шаги затихают возле двери в мою камеру, лязгают ключи, скрипит дверь, и в проёме я вижу высокую крупную фигуру в капюшоне.

Это точно не Рябой, и не Арсен. И даже не Дикий. Хотя чем-то похож. Наверное, той давящей энергетикой, что сразу окутывает всё помещение.

Мужчина делает шаг, и дверь с тяжёлым лязгом закрывается у него за спиной. От него веет опасностью, как от охранной собаки во дворе. Ещё не нападает, даже не рычит, но ты уже знаешь, что при резком движении этот зверь разорвёт тебя на куски.

Подскакиваю от громкого звука и в наступившей тишине слышу его усмешку. Не вижу, а чувствую, ведь лицо остаётся в тени капюшона.

Он смеётся надо мной. Ему нравится, как я отшатываюсь назад, как звенит цепь на ноге, напоминая о себе, зудящий болью. Он улыбается и прожигает меня оценивающим взглядом. Его взгляд я тоже чувствую, и в груди всё леденеет. Этот человек слишком похож на наёмного убийцу.

Открываю рот, чтобы спросить, но не могу выдавить ни одного звука. Он делает плавное движение в мою сторону, я отскакиваю, больно бьюсь о стол за спиной, вскрикиваю.

— Не убивайте меня! — прошу его, еле сдерживая слёзы — пожалуйста.

Его глухой смех отражается от стен и превращается в эхо.

— Убивать? — его низкий хриплый голос пугает ещё сильнее — не бойся, жизнь я тебе сохраню. Я ведь тебя не купил. Так, взял в аренду на недельку.

Что это значит?

Его пальцы скользят по моему лицу. Дрожь пробегает по всему телу. Он так близко, что могу разглядеть черты лица, если буду вглядываться. Но я не вглядываюсь, наоборот, отвожу взгляд, стараясь избежать его внимания.

— Красивая кукла — его пальцы впиваются в скулы, поворачивают мою голову слева направо - лоск ты, конечно, потеряла, но всё равно красива.

Рука опускается ниже, мнёт грудь, скользит по животу, ложится на бедро.