Стихия.2. Шторм морской пучины (черновик)

Глава 1. Верховная Жрица

Антара задумчиво смотрела на Потоки. Она созерцала их уже несколько тысячелетий, но это не переставало ей нравиться. Да, кажется, так называется это чувство. Лишь бледный оттенок эмоции, но он был. Для себя Верховная Жрица так и не смогла окончательно решить, хорошо это или плохо — что остались бледные призраки чувств.

Воздушный элементаль, служивший ей верой и правдой уже много столетий, вырисовывал образы на гладкой плоскости эфира. Монотонно показывал события, сформировавшись в нечто, отдалённо напоминавшее зеркало.

Такой же полупризрак, как и её едва заметные эмоции. Порок, который она мастерски научилась скрывать от окружения.

Верховная отстранённо отслеживала сменяющиеся изображения, находясь в тяжёлых раздумьях. Ей не нравилось то, что она видела.

"Люди… как же они надоели. Сколько с ними мороки. Жаль, без них не обойтись. Сама структура требует… сосудов."

Зеркальная поверхность дрожала. На ней всплыла картина охоты. Растрепанная, пульсирующая, беспорядочная. И в центре — она. Рыжая. Опять выскользнула. Ищейки снова не смогли добраться до девчонки и подчинить. Очень везучая дрянь!

Подобное везение не было простым совпадением. Оно тянулось за носителями Проклятой Силы, как щит, как отголосок древней магии, не поддающейся контролю. Им часто везло, интуиция у них работала просто идеально. Но Жрица всегда находила способ, чтобы эту самую интуицию обмануть. Здесь же всё было иначе. Эта девчонка не была одиночкой. Ей постоянно помогали, расклад сил перевешивало преданное и сильное окружение.

Девчонка стала для Верховной словно пощёчина. А Антара не любила, когда кто-то ломал её планы.

«А теперь из-за неё погибла Тарин — одна из лучших и самых сильных рабынь.»

Будь её воля, Антара уже давно разнесла этот мелкий городишко. Радикальное и действенное решение! Там бы не осталось камня на камне. И вопрос с этой рыжей занозой был бы закрыт раз и навсегда!

Но ей запретили действовать открыто. Прошлого её промаха никто не забыл, и ОНИ не захотят его повторения. Слишком проблематичными стали последствия её действий в прошлый раз. Много жертв, много изменений повлекли те события. Впредь её обязали действовать осторожнее.

Безликие, безымянные, скрытые за масками древней власти, ОНИ чуствовали каждое калебание и изменения в вибрациях, знали все что происходит в кождом из миров . Их решения не обсуждались и исполняли безпрекословно. И даже она не смела перечить им дважды.

Важен только результат. И разницы нет, когда он будет достигнут — раньше или позже. Время для неё — неограниченный ресурс.

К тому же защитников у девчонки становится всё меньше. Верховная невольно улыбнулась, когда зеркало показало, как ищейки растерзали Зару вместе с её людьми. Самодовольная Огнесса! Именно она испортила в ту ночь так хорошо задуманный план. Всё могло бы закончиться ещё тогда.

За последние годы Великая Жрица убрала с шахматной доски многих, помешавших ей осуществить приказ. Но теперь и на эту пешку в общей игре стало меньше.

Глупцы. Они так и не поняли, с кем и с чем решили бороться.

Но охота — это только её личное развлечение, вызывающее временами приятные призраки эмоций.

«Что-то на сегодня много их, — подумала она. — Отвыкла уже. Даже ощутила лёгкую усталость.»

На самом деле всё это не имело особого значения. Важны только Потоки и их неспешное, стабильное течение.

Она медленно оторвала взгляд от продолжающегося отчёта слуги и посмотрела вверх на сплетающиеся в огромную реку Нити Силы. Они, как и тысячу лет назад, текли в заданном направлении, неспешно переливаясь в пространстве.

Чуть склонившись, Жрица потрепала огромную чёрную кошку, вальяжно развалившуюся у её ног. Та довольно зажмурила глаза и издала чуть слышное урчание.

— Ты подвела меня, — резко бросила Верховная, отрывая взгляд от Потоков.

Девушка, стоявшая на коленях возле трона, вздрогнула. Два существа позади неё синхронно заскулили и, прижав уши, припали к полу. Молнии, плясавшие на их шкурах, угасли. В звериных глазах появился давящий страх.

Все боялись Верховную. Она была беспощадна. Жалость, как и сострадание, давно исчезли из её сознания.

— Госпожа… — с трепетом прошептала рабыня. — Дайте мне ещё шанс. Я доберусь до неё.

— Ты уже НЕ добралась. Как и твоя глупая погибшая сестра, — с презрением отрезала Антара. — Твоим шавкам всего лишь нужно было отвлечь даира и его дракона, пока Церна… — Жрица вновь потрепала кошку по загривку — убьёт девчонку. Я начинаю думать, что ты плохо контролируешь своих архааров.

Церна не промахивалась. Ни разу. Её когти знали, как попасть в сердце с первого удара, а её укус растворял волю. И она была не просто смертоносным оружием. Она была отголоском чего-то древнего, тем что Антара однажды вытащила из глубин Потоков и подчинила себе.

Девушка в ужасе оглянулась на существ позади неё.

— Госпожа, пожалуйста, не надо… — вновь взмолилась она. — Вы же запретили мне вмешиваться лично!

Верховная посмотрела на неё как на букашку, раздумывая — раздавить, или пусть ещё поползает.

Страх…

Единственная эмоция, которую Жрица оставляла своим рабыням. Страх перед ней заставлял их беспрекословно делать всё, что она прикажет.

Они знали, что она может сделать с ними. Это давало ей абсолютную власть.

Даже один день, проведённый в Нитях Силы, вызывал у девушек приступ первородного ужаса. А когда Антара оказывалась разочарованной, она могла отправить провинившуюся туда на годы.

— Мне показалось, или я слышу укор в твоих словах? — с угрожающей усмешкой задала вопрос Верховная. — Напомни, почему я не разрешила тебе вмешиваться?

Девушка ещё больше сжалась, словно стараясь провалиться сквозь каменный пол хрустального зала.

— Потому что моя сестра спонтанно открыла Переход на Элисар, — нервно сглотнув, обречённым голосом ответила ей рабыня.

Архаары за её спиной заскулили вновь, чувствуя инстинктивный ужас, который испытывала их хозяйка.

Глава 2. Дорога в Озерон

Все эти дни мы летели практически без остановок, короткие передышки сменялись продолжительными и утомительными перелётами. А на третий день нашего путешествия усталость начала брать своё — Шахран еле шевелил крыльями, пару раз потерял направление, и уже в сумерках, среди бескрайнего покрывала дремучих лесов, Арен заметил небольшую поляну.

Домик оказался маленьким, но уютным — ветхая охотничья сторожка, спрятанная в гуще леса, с покосившейся крышей, поросшая мхом, и занавесками, из которых торчал птичий пух. Когда мы вошли, я на всякий случай ткнула в стену пальцем — та скрипнула, но устояла.

«Не идеально… — мысленно прокомментировала я. — Но всё же лучше, чем под открытым небом и на голой земле спать».

Внутри пахло сухими травами, пылью и, странным образом, мятой. В углу стояла грубо сбитая лежанка, укрытая овечьим мехом, под ней хранились дрова. Арен молча достал оставленные кем-то до нас поленья и отправил их в недра ещё холодной печи. Шахран остался снаружи — слишком велик для этого крохотного помещения. Он свернулся кольцом прямо у стены, накрыв себя крылом, как покрывалом.

— Надеюсь, этот дом ничей, — пробормотала я, усаживаясь у огня. — Не хочется просыпаться со стрелой в боку.

Арен хмыкнул:

— Думаю, заброшенный. Хозяин, если и есть, то очень давно здесь не появлялся. Смотри — паутина везде, даже на горшках.

Пока заносили вещи в дом, я заметила, как даир то и дело бросает внимательный взгляд в сторону леса. Не тревожный — скорее задумчивый. В этом взгляде была чуткость, сосредоточенность, будто он прислушивался глубоким внутренним ощущением к чему-то неподалёку.

— Я ненадолго, — сказал он негромко, и в следующий миг я наблюдала, как его фигура растворяется в бархатной тьме начинающихся сумерек.

Вернулся он почти сразу. И не с пустыми руками.

Рядом с даиром парила пузатая сфера прозрачной воды — большая, почти в человеческий рост. Она висела в воздухе сама по себе, без поддержки, чуть покачиваясь, как мыльный пузырь, только плотнее и тяжелее.

Арен развёл ладони — и она разделилась на два водных шара. Первая часть уплыла в глубь хижины, а вторая с характерным «бульк» плюхнулась в недра бочки, стоявшей у стены на улице. Следом наследник сделал едва заметный жест пальцами — и сфера, парящая внутри сторожки, раскрылась. Вода мягко разлилась по полу, скользя в стороны, обтекая углы, вымывая пыль, паутину и следы времени.

Я ошеломлённо отступила, наблюдая, как наше новое убежище преображается. Поток не тронул ни наши сумки, ни дрова — словно понимал и осознавал, что можно очищать, а что нет. Неплохо и очень удобно — в очередной раз пожалела, что водной магией не владею.

— Думаю, в чистоте будет намного комфортнее, — спокойно произнёс даир, когда вода, закончив свою работу, поднялась и исчезла, утекая сквозь щели в полу. Следом из бочки выплеснулась новая жидкая порция и вновь ринулась в глубь дома. Видимо, дочищать.

Арен внимательно проследил за ней и повернулся ко мне.

— Что касается нас… Здесь рядом водоём. Не хочешь освежиться? Дорога была долгой.

Я замялась. Купаться — звучало заманчиво, но мой лиантал не предусматривал такого. Из-за магической защиты с водоотталкиванием купаться в нём просто было невозможно.

— Даже не знаю… Кажется, у меня нет… ничего подходящего.

Он понимающе улыбнулся.

— Я пойду за хворостом, займу себя делом. Озеро — вон там, — он кивнул в сторону леса. — Всего в паре шагов. Я буду рядом, но приближаться не стану.

— Спасибо… — кивнула я с улыбкой облегчения и, когда он ушёл, порылась в вещах. Нашла маленький кусочек мыла и чистую сорочку — тонкую, с ручной вышивкой на вороте. Подойдёт.

У воды я нашла укромное место, скрытое за высокими камышами. Сбросила лиантал — плотный, пыльный, липкий и тяжёлый, словно доспехи. И, оставшись обнажённой, позволила прохладному вечернему воздуху коснуться кожи.

Вошла в воду и тут же выдохнула — громко, почти со стоном. Озеро подхватило меня бережно, обнимая нежной прохладой. Окунулась с головой. Сердце колотилось, но уже не от усталости — от облегчения и простого, почти забытого удовольствия. Словно я сбросила с себя не просто одежду, а целую неделю пути.

На другой стороне, из-за камышей, доносился ритмичный хруст ломаемых веток. Было ясно — он рядом. Но присутствие наследник обозначил как уместное и деликатное, не более.

Несколько минут просто стояла по плечи в воде, медленно двигаясь, чувствуя, как исчезает всё лишнее. И в какой-то момент поймала себя на том, что улыбаюсь.

Не преступница. Не беглянка. Не заложница ситуации. Просто женщина. Уставшая, промёрзшая и... живая.

От наготы было немного неловко и одновременно восхитительно хорошо! Грязь и дорожная пыль растворялись, а вместе с ними уходила накопленная усталость, тревога и липкое напряжение перед предстоящим приездом в Озерон.

Я собрала волосы, медленно омывая рыжие пряди, нещадно спутанные ветром. Потом вышла на берег, накинула сорочку на влажное тело — ткань сразу прилипла, а кожа покрылась мурашками.

Возвращалась босиком, чувствуя, как трава пружинит под ногами.

Внутри нашего нового убежища уже было чище. Я закуталась в одеяло, которое нашлось на полке. Оно пахло хвоей и старыми снами. Было тепло. И тихо.

Вскоре вернулся Арен. Он молча поставил охапку хвороста у порога, провёл рукой по влажным распущенным волосам, сбрасывая на пол несколько капель, и сел напротив печи. Похоже, даир, дождавшись моего ухода, тоже не стал упускать шанс окунуться.

Мы поужинали остатками скромных запасов: ломтями вяленого мяса, сыром и уже немного черствым хлебом. «Буханка явно из пекарни Кольда», — внутренне немного взгрустнув, подумала я. Всё остальное завернули обратно в ткань и отложили на утро.

Огонь в очаге неохотно цеплялся за поленья, недовольно потрескивал, словно старик, которого подняли с постели и заставили взяться за старое ремесло. Пламя то вытягивалось вверх, то оседало, отбрасывая по стенам зыбкие тени. Снаружи, за стеной, тихо шевельнулся Шахран. Его мерное, тяжёлое дыхание было единственным, что напоминало о внешней реальности. В узкие щели между брёвнами просачивались сквозняки, но внутри становилось ощутимо теплее. От печи постепенно расползался лёгкий запах дыма, нагретого дерева и смолы. Единственное окно, маленькое и мутное, казалось чёрным глазом, наблюдающим за миром, который для нас с Ареном сейчас словно перестал существовать. Весь наш мир этой ночью сузился до крошечной хижины, затерянной где-то на границе Высокогорья.

Глава 3. Лифабэ Орс

Мы летели долго. Солнце уже взошло в зенит и висело над нами огромным слепящим диском, когда я почувствовала, как воздух вокруг начал меняться. Ещё полчаса назад он был сухим и прохладным, а теперь его наполняла влага и новые, незнакомые мне запахи. Очередной порыв ветра — я вдохнула полной грудью, стараясь уловить все нотки, словно пробуя воздух на вкус.

Он оказался обволакивающим, тягучим, душным… Таким непривычным! Почему-то на ум пришло слово — пряный. Пряный, влажный воздух… Странное определение, но оно точнее всего отражало мои ощущения.

Вскоре начал меняться и ландшафт под брюхом дракона — гористая местность осталась позади, внизу раскинулась равнина. Растительности стало больше, появились новые виды деревьев. Всё чаще среди них мелькали устья рек, тянущиеся к горизонту. Заметив моё любопытство, наследник подвинулся ближе и наклонился к самому уху:

— Мы приближаемся к океану, — произнёс даир мягко. — Скоро появится побережье, осталось не больше часа.

Меня снедало нетерпение, и этот час показался бы вечностью. Но от его тёплого дыхания на моей коже по спине пробежал приятный холодок. Арен крепко обхватил меня руками за талию. Он не просто придерживал — он обнимал. И это было приятно.

На душе вновь стало легко и радостно. Я накрыла его руки своими ладонями, отвечая на нежность. Мы так и летели, прижавшись друг к другу... Стараясь ни о чём не думать и наслаждаться моментом.

Всё моё существо сосредоточилось только на тепле его прижатого тела и потребности быть рядом с ним. Ощущения накатывали волнами, и сейчас я словно растворилась в этом сладком, обволакивающем состоянии. Растворилась настолько, что захотелось, чтобы этот момент длился вечно…

Только это мгновение, ветер, играющий с моими выбившимися из косы волосами, его объятия и бескрайняя даль впереди. Казалось, время замерло. Я закрыла глаза, всем существом стараясь впитать всё происходящее. Улыбнулась.

Раньше я подобного не испытывала никогда. Ни один мужчина не вызывал таких эмоций.

Похоже, ты влюбилась, как последняя дурочка, Рика, — сказала я себе мысленно. — Глупая, рыжая дурочка… Только не теряй голову!

А потом, сами собой появились вопросы.

Что ждёт меня там, в Озероне? Понравится ли мне его мир — чужой, непривычный... Легендарная столица, подчинённая законам и ритуалам, где всё пропитано статусом, блеском и магией? А если ответы окажутся не теми, к которым я готова?

Но вскоре горизонт стал постепенно окрашиваться в бирюзовый, и эти мысли рассеялись, даже не успев оформиться до конца. Я невольно подалась вперёд, в попытке разглядеть надвигающуюся гладь океана. Огромный, голубой и… Бескрайний! Океан!

Его называли Лифабэ Орс — что с древнего переводилось как «Бескрайняя вода». Или, если следовать старым диалектам — «Бескрайняя пучина». Наргара учила нас даже подобным тонкостям древнего языка. Тогда я думала, что эти слова — просто красивое название. Сейчас — они звучали весомо и правильно, отражая всю суть величия и необъятной мощи океана.

Лифабэ Орс нёсся на нас стремительно. Секунда — и зелень лесов внизу сменилась ярко-бирюзовой водной гладью. Океан оказался настолько прозрачен, что даже с высоты я различала, как под поверхностью скользят тени морских обитателей. Он не просто дышал — он жил! Казалось, в каждом колебании он отзывался, словно чувствовал наше приближение, наблюдал за нами и что-то шептал в ответ. Не безмолвная гладь, а живая стихия, полная разума и древней силы.

Заметив мой интерес, Арен на секунду замер и сосредоточился. В такие моменты его связь с архааром вызывала у меня живейший интерес. Каково это — иметь ментальную связь с потрясающим существом и общаться вот так, через мыслеобразы?

Следом дракон плавно устремился вниз и, притормозив у самой кромки, заскользил вдоль водной глади, широко расправив крылья.

Я обернулась к даиру. Наши взгляды встретились. В его глазах отразился мой восторг, а губы тронула лукавая улыбка. Он понял мои намерения — даже без слов.

— Держу! — с задором произнёс он и протянул руку, крепко обхватывая моё запястье.

— Только не окунай меня в воду! — звонко рассмеялась я, и как только почувствовала, что наследник держит меня крепко, скользнула по боку дракона вниз. Зависла над поверхностью, пальцы коснулись водной глади — прохладные брызги попали на кожу, и я завизжала во всё горло от восторга!

— Юххх! Ууууу! — сорвал с моих губ ветер и разнёс над океаном. Поток воздуха рванул мои волосы, освободил от ленты, и они закружились, слились с ветром в свободном движении.

Запах моря вскружил голову. Я вдохнула его полной грудью и снова крикнула что было сил.

Едва уловила смех Арена сквозь шум ветра, вновь коснулась волн рукой, наслаждаясь ощущениями. Вода оказалась совсем не такой, как в холодных реках Высокогорья, где она спускалась прямо с ледников. Вспомнила как Травл всегда ворчал — такой водой только сон из тела вышибать. Хотя мужики в Каруне больше похмелье горной водой из тела вышибыли, нежели со сном боролись. - скептично подумала я.

Здесь же она была тёплой и приятной. Даже захотелось в неё нырнуть, но я решила, что лучше сделаю это в следующий раз — сидеть потом мокрой на драконе не хотелось. При такой скорости, мокрой я бы точно замёрзла.

А по тому, как проносились мимо нас маленькие островки, поняла, что Шахран держит довольно приличную скорость.

Правая рука уже начала неметь. Я ещё раз зачерпнула солёной воды в ладошку и кивнула Арену. Даир моментально поднял меня обратно на спину дракона, прижал и уткнулся в копну моеих волос.

Я растёрла руки, приложила ладони к лицу, чуть попробовала на вкус и удивилась — насколько морская вода солёная.

Принюхалась…

Океан пах совсем непривычно. Свежесть, манящая свобода и ненавязчивые терпкие нотки. Чем-то напоминало мне то, как пах даир. Наверное, морские эльсы все так пахнут — сродни своей стихии.

Мы летели так ещё какое-то время. Я всё ждала, когда же вдали появятся очертания столицы.

Глава 4. Арен дома

Озирион возвышался над городом всем своим искрящимся величием и задавал тон всей архитектуре столицы.

Дворец опоясывали два канала: они поднимались снизу вверх с двух сторон и закручивались спиралями вокруг стен в противоположных направлениях.

Наследник заметил мой интерес и, указав на них рукой, пояснил:

— Правая и левая лейда Озириона, их часто называют длани Владыки.

— Действительно, похоже, — я улыбнулась.

Каналы и вправду напоминали две руки, охватывающие дворец и заканчивающиеся у его подножия разветвлением более мелких протоков — словно пальцы.

По правой лейде суда поднимались к верхним ярусам дворца, по левой — спускались, переходя в другие водные артерии города.

С высоты это выглядело немного забавно, словно главное здание Элисара обнимало себя, опираясь на собственные ладони.

На верхних ярусах, там, где лейды соединялись, находилась просторная овальная площадь.
Выстроенная как гигантский балкон, она нависала прямо над протоками.
От неё к лейдам спускались две массивные каменные лестницы, одновременно служившие пристанью.

Там, как и во всём городе, кипела жизнь: одни люди причаливали, другие отплывали на маленьких лодочках и длинных ладьях, кто-то разгружал товар; другие группы, в более роскошных и ярких одеждах, шли неторопясь и вальяжно. Кто-то, наоборот, спешил выполнить какие-то поручения и поднимался по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.

Шахран описал круг и начал плавное снижение.

Когда дракон коснулся белого камня площади, к нам немедленно направились стражники и группа людей в богатых одеждах. Наследника ждали. Ждали с нетерпением. И стоило нам спуститься с архаара, как всё пришло в движение — будто нарушился невидимый баланс ожидания. Стражники шагнули вперёд, расталкивая толпу, командиры наперебой докладывали о ситуации в разных частях Элисара, кто-то шептал срочные сведения прямо в ухо наследнику.

Пышно одетые приближённые почти физически давили своей яркостью, сжимая кольцо внимания вокруг Арена. Слуги семенили рядом, каждый с эфилом, табличками или свитками, монотонно озвучивая свои вопросы или ожидая очередного приказа.

Рядом всплыл жидкий силуэт элементаля — того самого, что приносил весточку в Каруне. Даир вместе с ним удивительно слаженно работали в команде: Арен отвечал на вопросы, а элементаль активно генерировал ледяную почту — основные задачи, дополнительные указания, замечания, нюансы и то, что даир не стремился озвучивать вслух, фиксировалось в эфилах и быстро передавалось подчинённым.

Арен был полностью в своей среде: его осанка изменилась, как и тембр речи. Прямая спина, цепкий взгляд, уверенная походка и явный ореол властности. На секунду стало не по себе — таким даира я не видела даже в Каруне, когда он отдавал приказы командирам.

Здесь он — будущий Владыка, олицетворение правящей династии и величия Элисара, а не мальчишка, бесшабашно прыгающий со мной в пучину облаков.

Эта мысль прокрутилась в голове вновь: будущий Владыка Элисара… и я, рыжая простолюдинка из Высокогорья. В груди что-то болезненно сжалось.

Я держалась чуть позади. Свита сначала почти не замечала меня — и хорошо. Я глазела, открыв рот, восхищалась и потрясалась. Великолепие дворца ошеломляло.

Один за другим придворные, получив распоряжения, удалялись от даира или исчезали в арках. Некоторые — сразу, некоторые задерживались, видимо, пытаясь перевести дух после выполнения срочной задачи. Их взгляды, ранее сосредоточенные исключительно на наследнике и своих обязанностях, вдруг начали задерживаться на мне. Некоторые скользили по мне взглядами — кто-то с недоумением, кто-то с живым интересом.

Один юноша с нашивкой в форме стилизованной капли даже усмехнулся, не скрывая иронии — как будто увидел в моём появлении нечто, что его развлекло. Он что-то прошептал соседу, и тот тихо фыркнул, не сводя с меня глаз. Парни явно были высокого положения: ухоженные, дерзкие и уверенные в себе, держались так, будто им принадлежал весь мир. В них читалось не столько презрение, сколько любопытство и вопрос: кто ты такая, крошка, и что тут делаешь?

Один из этих юношей вдруг оглянулся, и я невольно проследила за его взглядом. Рядом с колонной заметила фигуру — пожилого вельможи в строгой тёмной накидке с серебристыми прожилками, напоминающими высветленный коралл. Он стоял в полутени, словно не стремясь быть замеченным, и изучал меня. Пальцы его сжимали посох с резной головкой в виде морской птицы, а выражение лица оставалось почти безучастным. Не было ни улыбки, ни явного интереса — только холодное изучение и оценка. И это насторожило больше, чем насмешки. Я инстинктивно отвела глаза.

До меня долетели обрывки чьего-то разговора:

— Кто это?
— …она с ним прилетела…
— …кажется, был в Каруне…
— …без представления?..

Стоило мне повернуть голову в сторону говоривших — и словно захлопывались створки раковины. Люди отворачивались, прятали взгляды, делали вид, что заняты своими делами.

Лицо Арена оставалось бесстрастным. Он тем временем продолжал выслушивать донесения и быстро, оперативно раздавал распоряжения, а я, словно в противовес ему, всё сильнее замедлялась. Решила отстать и избавить себя от чужого и излишнего внимания, выбрав тактику — двигаться в хвосте.

Это дало возможность не стесняясь вовсю глазеть по сторонам, и… я глазела, буквально открыв рот! Восхищалась, потрясалась и даже несколько раз чуть не отстала от группы. Великолепие дворца восхищало и потрясало одновременно. Здесь я ощутила себя просто песчинкой — настолько огромным и древним было это сооружение.

Десять массивных врат возвышались над площадью монументальными творениями. Расположенные по дуге, они напоминали гигантскую ракушку в несколько этажей высотой. Между ними располагались высокие статуи: одной рукой они касались врат рядом с собой, а другой держали разные предметы — одна статуя демонстрировала открытую книгу, другая — меч, у ног третьей расположился огромный корабельный якорь; по рукам четвёртой, как ленты, скользили потоки воды, и на одной ладони вода превращалась в облако пара, а на другой разместился сверкающий ледяной кристалл. В руках пятой была чернильница и перо; следующая ничего не держала, но её тёмно-синее одеяние, капюшон и смиренная поза очень точно отражали образ жреца.

Глава 5. Сархос

С дворцовой площади никто не видел, как на широком балконе покоев Повелителя нежился на солнце архаар владыки. Чешуя Сархоса мерцала в солнечных лучах, то переливаясь жидким светом, то исчезая в тени колонн. Его массивное тело лежало неподвижно, но глаза — прикрытые, будто в дреме — всё замечали. Он видел всё — мельчайшие колебания воздуха, тени, скользящие по мостовым, и даже едва уловимые изменения в походке прохожих или маршрутах лодок на лейдах.

Вот и сейчас в небе над горизонтом замаячила крошечная точка. Архаар напрягся. Голова чуть повернулась, и зрачки сузились. Точка росла, постепенно превращаясь в дракона. На спине — знакомый силуэт наследника и… рыжеволосая девушка рядом с ним. Сархос издал низкий рык — не громкий, но протяжный.

В этот же миг Повелитель, находящийся в покоях, откликнулся. Наг чувствовал, как хозяин обратился вниманием во взор архаара. Их ментальная связь вспыхнула и укрепилась в сознании. Вальдер разглядывал и оценивал девушку глазами змея, всматривался в приближающихся, в их движения и лица.

Через мгновение Повелитель остановился рядом, но продолжал наблюдать за сыном и его новой знакомой. С такого расстояния зрение архаара давало гораздо больше подробностей.

Ткань его длинной мантии шелестела в лёгком порыве ветра, отбрасывая тень на массивное, кольцеобразное тело Сархоса. Рука легла на голову нага, привычным движением скользнула по гладким пластинам черепа, ласково поглаживая рептилию. Лицо Повелителя оставалось неподвижным, но архаар чуствовал каждую его эмоцию.

— Значит, не послушал… — тихо, почти себе под нос произнёс Вальдер. — Привёз прямо сюда.

Слова повисли в воздухе. Наг заурчал осуждающе.

— Уже перечит моим приказам, — продолжил Вальдер, не отрывая взгляда. — Кажется, Арен возмужал быстрее, чем я думал.

Сархос не двигался, но в нём ощутимо пульсировало напряжение. Он чувствовал, как хозяин обдумывает шаги. Вальдер выстраивал цепь последствий, как стратег, привыкший планировать на много ходов вперёд.

— Ничего, — сказал он и снова погладил архаара, голос стал мягче. — Женщины на всех нас так влияют, Сархос…

Голова змея чуть приподнялась, и оба замерли, наблюдая, как сверкающий жемчужный дракон снижается к белым каменным плитам дворцовой площади. Толпа придворных уже окружала прибывших. Арен появился, а через секунду и его новая спутница. Змей ощутил, как внимание Владыки заострилось.

Она шла в окружении слуг. Её рыжие волосы развевались на ветру, словно огненные языки пламени, и на фоне мягкой цветовой гаммы дворца выглядели крайне дерзко. В каждом шаге девушки было нечто иное, меняющее привычный ритм и атмосферу Озириона, словно сама ткань дворцовой реальности резонировала от нарушенного ею равновесия... И всё же он не отводил взгляда. Через мгновение девушка скрылась в тени главных врат дворца.

Вальдер всё ещё смотрел в ту сторону. Лицо оставалось спокойным, но архаар чувствовал — в нём медленно поднималось чувство беспокойства. Состояние, похожее на щемящее предчувствие, как будто что-то важное вот-вот произойдёт, и уже нельзя будет что-то изменить или вернуть назад.

— Мне придётся подумать, что теперь со всем этим делать, — выдохнул Владыка. — Эта девчонка может стать как благословением, так и проклятием для нас всех.

Слова были сказаны тихо, будто в пустоту, но Сархос уловил в них напряжение. Вальдер никогда не поступал опрометчиво... почти никогда... И если сейчас Владыка колебался, значит, ставки были очень высоки.

Архаар слегка сдвинул тело, его тяжёлые чешуйчатые кольца заскользили по мрамору, оставляя за собой едва слышный шелест.

Солнце сползло ниже, отражаясь бликами в волнах залива. Дворцовая площадь снова наполнялась шумом. Но на балконе было по-прежнему тихо. И только двое — человек и змей, связанные ментальной связью, продолжали смотреть в сторону, где она исчезла под аркой главных врат.

Повелитель провёл рукой по гребню на голове змея.

— Мы должны, кто она на самом деле, — сказал он вслух. Голос снова стал твёрдым. — А Арен должен понять, что его действия могут иметь серьёзные последствия... И не только для него самого.