Страсти За Гранью. Возьми меня

Глава 1

ГЛАВА 1

Стук среди ночи мало меня удивил.

В мой дом часто приходили от пациентов, срочно звали помочь, осмотреть или проконсультировать.

Так что я выскользнула из постели, на цыпочках прошлась по коридору мимо спальни сына и, накинув халат, вырулила в парадное.

Высокотехнологичному глазку, к которому я никак не могла привыкнуть, все же удалось меня поразить.

Я ошарашенно отшатнулась от двери, вернулась и опять посмотрела в глазок. Увеличила, уменьшила, приблизила…

Там стоял Николай. Бывший муж, с которым мы развелись около года назад. Весь такой причесанный, опрятный высокий блондин с серо-зелеными глазами и склонностью к изменам с темными эльфийками. Кхм. При параде явился – в белой рубашке и кожаных брюках. Ну явно пришел клянчить денег.

Я открыла дверь и с ходу спросила:

– Чего ты приперся посреди ночи? Неужели заболел? И нет ни одной другой клиники во всем Великом Булгаре, куда ты можешь обратиться за помощью? Ни одного врача! Только я, которая тебя еще бы лет двадцать не видела!

– Нет. Нужна именно твоя помощь.

– Уже интересно. Что же такое тебе потребовалось, что именно я и никто другой должен сделать? Кастрация, чтобы не бегал налево? Так ты только скажи, уж я это запросто! В память о твоих изменах могу даже долго, болезненно и по частям!

– Ты ведь в курсе про мои долги, Лена?

– Допустим. Но моя специализация – аурное и физическое исцеление. Даже смешанных энерго-телесных болезней. Вылечить твой кошелек и счет в банке я не могу! Пациенты уже давно безнадежны. Попробуй экстренную реанимацию путем кредитов у независимых барыг.

– Смешно! Ха-ха-ха! – Николай неприятно скривился. – Ты, как всегда, язва желудка! Один высокопоставленный эльф с континентов закона привез к нам своего сына. И просит от тебя лично услугу. Если окажешь, тебе он заплатит столько, сколько попросишь. А мне…

– Я поняла. Закроет долги. Интересненько… «Высокопоставленный» приехал За Грань, где не работают правила континентов закона, в место, которое там считают резервацией для неугодных и гиблыми землями диких племен. Видимо, просит он явно нечто запретное? Так?

– Совсем нет. Его сыну нужно поставить блок в ауре, связанный с физическим телом.

– Ого! То есть это не блок на чувство самосохранения или дружбу. Только не говори…

– Да, это блок на истинность.

– Зачем светлому эльфу подобное? Тем более, высокопоставленному? Его сын – полукровка?

– Вовсе нет. Он – самый настоящий светлый эльф, наследник этого клана.

– Все чудесатее и чудесатее. Отец хочет лишить его права наследовать в пользу другого, младшего отпрыска? Или байстрюка?

– Нет. У заказчика нет и не может быть других детей.

– Не может быть?

– Именно так!

– Тогда я уже ничего не понимаю!

– Послушай. Сын и отец солидарны в своих просьбах. Оба готовы платить. В твоих действиях не будет ни малейшего криминала. Пациенты заранее согласились подписать любые документы, освободив тебя от ответственности. В чем проблема?

– В том, что я решительно не понимаю, нафига светлому эльфу с континентов закона, выходцу из высокородного клана, да еще и единственному наследнику, лишать себя возможности найти пару.

– Да кто ж его знает? Может династический брак или еще что. Разве это наше с тобой дело?

– Мне надо подумать, – растерянно произнесла я.

– Это очень срочно, Лена. Либо сейчас, либо никогда.

– Я так не могу. Ситуация выглядит странной и неоднозначной. Сейчас ночь, а мне нужно все обмозговать, покрутить на свежую голову.

– Лена! На это нет времени! Ну хочешь я подпишу тебе полную опеку над сыном? Кроме тебя никто не может помочь моему заказчику и спасителю от долгов!

– Ну почему же никто? Аттаны умеют создавать любые аурные блоки.

– Лена! Ты издеваешься? Или прикидываешься? Это особое племя дроу держит свои секреты при себе. Не станут они делать такое для светлых эльфов с континента закона. Ты сама это прекрасно осознаешь. Вот, смотри! Я подготовил согласие на передачу прав на сына тебе. Полностью и безоговорочно! Ты даже будешь иметь право совсем запретить мне с ним видеться! Все как ты и мечтала, разве не так?

Николай явно готовился – бумага была уже у него в кармане. Муж продемонстрировал ее, ручку и уточнил:

– Подписывать?

– Веришь на слово? Вдруг я соглашусь ради документа, а потом на попятную? – вскинула я бровь.

– Не откажешься, я тебя хорошо знаю. Ты паталогически честная!

– В отличие от тебя, кобелина! – рыкнула я по-русски.

– Ну?

Похоже, Николая настолько прижали долги, что он даже на мой выпад не среагировал.

Я на минуту задумалась. В конце-то концов! Я уже много месяцев борюсь за полную опеку над сыном! Если пациент согласен, почему бы и нет? Что бы там ни случилось у этих светлых эльфов с континента закона явно же это не мое дело? Я ничего плохого не сотворю.

– Подписывай и веди пациентов! – согласилась я.

Николай быстро провел ручкой, где надо и вручил мне документ.

– Сама загрузишь в электронную базу города.

Я кивнула и на всякий пожарный сразу же отсканировала бумагу на коммуникатор и отправила в базу Великого Булгара. Мало ли? Николаю я доверяла не больше, чем преступникам, чьи портреты висели повсюду с жирной подписью «Разыскиваются».

Закончив, я резко вскинула голову и ойкнула – на пороге уже стояли два светлых эльфа с серебристо-белыми волосами, собранными в длинные сложные косы. Почти одинаково красивые, они все-таки отличались, хотя многие утверждали, что остроухие почти на одно лицо. Тот, что постарше, был немного более женственным, и худощавым, тот, что помоложе – более мужественным и крепким.

Одевались незваные гости просто – в свободные туники с капюшонами, мешковатые брюки и высокие кожаные сапоги.

Видимо, чтобы не выделяться в городе попаданцев, где не особо жаловали их расу, хотя и торговали практически со всеми местными племенами.

Визуал! Загадочный герой и нежная героиня!

Загадочный светлый эльф, мы пока не знаем его имя



Героиня
Лена

Немного страсти

Глава 2

ГЛАВА 2

Я надела свой хирургический костюм для работы с телом и аурой. Нечто вроде тонкого комбинезона из светло-голубой «умной» ткани. Она идеально ложилась по телу, не требуя белья, не пропускала энергетические вспышки и кровь скатывалась по ней, как по стеклу. Да, выглядело весьма сексуально, но важно было совершенно не это. Я ценила костюм за его свойства.

Если я мерзла – комбинезон согревал, если становилось жарко – то охлаждал благодаря встроенным мелгачастицам. Когда-то манипуляции ими при помощи особенной ауры назывались здесь магией. Теперь – суперспособностями, которые разгадали попаданцы, развив науку и технику. Кроме всего прочего, ткань костюма массировала руки, ноги и тело, если мышцы начинали уставать или же затекать, тем самым, помогая оперировать долго и без проблем. А, если хозяин костюма сильно выматывался, материя через незаметные наношприцы вводила в его тело тонизирующие частицы.

Длинные ярко-рыжие волосы я заплела в тугую косу и убрала под специальную шапочку из того же материала, что и комбинезон.

Лицо и руки обработала особым раствором из все тех же загадочных мелгачастиц. Эти «запрограммировали» оставаться на коже, не давая микробам ни единого шанса, что позволяло не носить на операциях маски с перчатками, как поступали земные хирурги.

Фуф…

Ладно. Пошли. Я могу. Я сделаю. Все будет хорошо.

Я уже создавала подобные блоки у некоторых оборотней и орков, причем, даже после встречи с истинной парой. Аттаны так делать пока не умели. Однако, если мужчина уже нашел пару, блок мог слететь. И я об этом честно предупреждала.

Я прихватила СИП-28 – аппарат, способный определять истинность, особенности ауры и многое другое.

Ну все. Теперь можно идти в операционную.

На месте меня уже ждал только пациент, его отец и Николай, слава богу, ретировались.

– Раздевайтесь, – сказала я эльфу, указывая на операционную кушетку.

Тот послушно снял с себя все, даже ни на мгновение не попытавшись прикрыться, и как будто нарочно покрасовался. Продемонстрировал идеальное тело, словно бы сотканное из литых мускулов, выточенное талантливым скульптором.

Было видно, что это – не только щедрый дар природы, но и результат самодисциплины, силы воли и упорных тренировок.

Яркий свет специальных лампочек под потолком будто нарочно подыгрывал эльфу – очерчивал каждый изгиб, каждую выпуклость так, чтобы отточенность линий максимально, просто катастрофически, бросалась в глаза. Ни грамма жира, и каждое движение – перекатывание бугров мышц под кожей – завораживающее, способное заставить забыть – что делала и зачем это нужно.

Даже «гульфик» был вполне себе ничего.

Видимо эльфа, реально, хотят женить ради процветания клана. Потому что такая фактура, такие гены прямо-таки просятся на продолжение.

Я торопливо одернула себя – сейчас нам обоим совсем не до этого! И накрыла пациента специальной простынкой, пропитанной умными альфа-мутиццами – еще одними частицами «магии». Они делали все то же, что и мой комбинезон, только быстрее и гораздо мощнее.

Я открыла тело эльфа до пупка и принялась смазывать тем же раствором, которым обрабатывала руки и лицо. Ушастый следил за мной неотрывно каким-то очень странно-взволнованным взглядом, который я списала на тревогу перед процедурой.

Поэтому сочла своим долгом предупредить еще раз:

– Будет больно. Терпите. Анестезия тут, к сожалению, не подействует. Если что, хватайтесь за ручки по бокам кушетки и крепко сжимайте. Если станет совсем уже невмоготу, жмите кнопку. Вот она. Чувствуете?

Я положила палец эльфа в нужное место возле одной из упомянутых ручек.

– Я дам вам некоторую передышку. Но остановить процедуру совсем мы не сможем. Это понятно?

– Да-а.

Я впервые услышала его голос – такой звонкий, певучий, но при этом мужской, что на мгновение остекленела.

Эльф пристально на меня посмотрел и попросил:

– А можно побыстрее начать?

– Я все делаю так как надо, – осадила я его.

Еще не хватало, чтобы ушастый командовал в моей операционной!

Да и спешить в таком деле – наломать дров.

Я продолжила смазывать эльфа раствором, чтобы стерилизовать и не позволить инфекции ему навредить.

В местах, где скользили мои пальцы, бархатистая, приятная кожа ушастого сильно нагревалась. Пресс под моей ладонью напрягся, стал практически каменно-твердым и как будто даже немного втянулся.

Я не придала этому никакого значения.

Да мало ли у кого какая реакция на такое? Может ему банально щекотно или еще что!

Я неспешно закончила смазывать тело эльфа, осторожно прошлась по лицу, не касаясь век и чувственных губ. Пациент начал слегка ерзать на кушетке и чаще дышать.

Я решила, что все дело в волнении, поэтому постаралась улыбнуться и произнесла:

– Успокойтесь. Вы у меня на такой операции не первый и не второй. Я делала ее, например, Баррху, сына Зар Мах Арддала – вождя одного из племен орков. И, как вы можете, убедиться, если пожелаете – с ним все в порядке.

– Его отвергла истинная? – с придыханием уточнил пациент, трижды за фразу прочистив горло.

– Да, – коротко ответила я. – Она предпочла дроу-аттана и уехала с ним на континенты закона. В общем, методика у меня наработанная и практически безопасная.

Я ожидала традиционного уже в таком случае вопроса: «Что значит практически?», но его не последовало. Эльф только в очередной уже раз коротко кивнул, снова прочистил горло и попросил:

– Давайте начнем. Я готов.

Я установила специальную ширму, которая закрывала ненужную часть тела пациента и акцентировала внимание на нужной.

Затем приковала эльфа аурными цепями за руки и за ноги, чуть раздвинув последние.

Это делалось на всякий пожарный. Если во время операции пациент начнет сильно двигаться из-за приступа боли или резко дернет конечностью, я могу серьезно ему навредить.

Процедура приковывания к кушетке была стандартной и применялась всегда в тех случаях, когда требовалась ювелирная и при этом опасная манипуляция. Даже если она делалась с анестезией. А уж когда без – то и подавно.

Глава 3

ГЛАВА 3

От удивления я даже не смогла сразу же отвести взгляд, понимая, что эльфу, вероятно, сейчас передо мной жутко неловко. У всех своя реакция на боль и процедуры. Но чтобы такая… Я с подобным еще ни разу не сталкивалась.

Впрочем, и аура у него необычная. Может это все как-то связано.

Я заставила себя посмотреть в глаза эльфу.

Он же чуть двинул бедрами и попросил:

– Возьми меня… Моя госпожа, я больше так не могу. Я не выдержу…

– Вы же не хотите сказать, что возбуждение длилось… – я посчитала в уме. – Двенадцать часов подряд?!!! Вот это у вас организм!

– Моя госпожа, – он явно бредил из-за реакции на процедуру или болевого синдрома – а вот такое случалось не раз. – Я так хочу тебя. Я не могу больше терпеть. Сделай все что угодно. Приласкай меня, возьми меня… Погладь…

Руки и ноги эльфа натянули аурные цепи по максимуму, но встать он не мог.

– Вам никак нельзя сейчас подниматься, – осадила я резвого пациента. – Если вам кажется, что вы такой бодрый и сильный, то это лишь ложные ощущения. Прошу вас, не дурите и лежите. Вы же обещали, что процедура не выйдет мне боком!

Как обычно, аргумент сработал гораздо мощнее, чем что-либо еще.

Эльф лег обратно и, прочистив горло, опять попросил:

– Ну помоги же мне, моя госпожа. Или я сойду с ума от желания.

Он чуть двинул бедрами вверх, как бы намекая, чем нужно помочь.

Мда… Такого после операций мне еще ни разу не говорили!

Ни один мужчина о таком не просил!

Однако я хорошо понимала, что эльф просто-напросто не в себе. И пользоваться этим… даже, если бы я вдруг захотела, было бы не просто неправильно – буквально преступно! Да и не хотела я. После часов операции единственным желанием было лечь и поспать.

Какие уж тут постельные экзерсисы и «ручные ласки» малознакомого мужика!

Да я уже едва могла шевелиться, а с пациентом пока еще не закончила.

Последний этап – перевод в палату реанимации, подключение к датчикам-сканерам состояния, укол анестетика и снотворного.

Для всего этого я должна сохранить максимальную концентрацию.

Я осуждающе посмотрела на эльфа и позволила измотанности сказаться на голосе:

– Сейчас я перевезу вас в палату. Вам надо отдохнуть, да и мне тоже. Я уже едва стою на ногах.

– Простите, – выдавил из себя пациент. – Я и не подумал, что вы так устали. Было страшно некрасивым просить…

Хорошо, что в состоянии «стояния» и измененного от болевого шока сознания он еще мог нормально оценивать ситуацию и даже извиняться.

Определенно этот эльф – очень незаурядная личность.

Я выдохнула и при помощи специального пульта вначале разблокировала колесики кушетки, а потом начала двигать ее из одной лечебной части дома в другую. Хорошо, что высокие технологии позволяли не напрягаться, и помощь медбратьев тоже не требовалась.

Слишком уж интересным и занимательным выдалось бы для них сегодняшнее зрелище.

Эльф за моей спиной так пыхтел, что было ясно – он так и не успокоился. Я прямо ощущала, как он «облизывает» взглядом мою попу.

Ладно. Уже недолго. Совсем чуточку.

Я привезла пациента в одну из немногих одноместных палат.

– Я сам переберусь на кровать, если вы меня отстегнете, – предложил тот.

– Нет. Вам совсем нельзя напрягаться! – слишком резко произнесла я, потому что эльф аж слегка дернулся в попытке доказать, что готов двигаться. – Вы не понимаете, что ли? У вас швы на внутренних органах! Пусть и невидимые, но швы! Лежите. У меня все предусмотрено.

Матрас кушетки затвердел, как металл и перелетел на воздушной подушке на кровать, вместе с энергетическими цепями.

– Аурные цепи отпустят вас часа через три-четыре, когда будет можно. Они умные, – пояснила для пациента, – Как почувствуют, что вы вне опасности – отстегнутся сами собой. И сможете отдыхать более комфортно.

Эльф только слабо кивнул.

Я накрыла его одеялом, вколола снотворное-обезболивающее, запустила сканеры и датчики. Случись что, они сразу же вызывали меня по коммуникатору.

Еще раз все проверила, оценила показатели пациента – пока он шел прямо-таки молодцом, лучше анализов после такой процедуры я еще ни разу не видела – и поспешила уйти прочь под голодным, горячим взглядом мужчины.

Ничего. Он скоро заснет. А утром ничего вспомнить не должен. Обычно все работало именно так.

Я рванула в свою спальню, скинула одежду, умылась, ополоснула руки от раствора и с удовольствием плюхнулась в постель.

Мгновение – и я уже в объятиях сна.

***

Утром я застала на кухне сына – Рустика. Он уже вовсю варганил омлет с поджаркой из моркови и лука, с нежным расплавленным сыром и пикантными специями.

Рустик пошел больше в отца, но и мои гены в нем проявились.

Высокий, курчавый парнишка, с глазами, будто куски спелого янтаря, и вполне себе крепкой фигурой – богатырским разворотом плеч, узким тазом и неплохой статью, он предпочитал носить простую одежду. Вот и сегодня надел футболку и брюки.

В свои двенадцать лет Рустик уже перерос меня на две головы.

Обернулся.

– С добрым утром, мама. Омлет будешь?

– Ага. Давай. С добрым утром, сынок.

И мы начали есть. Рустик положил мне помидорки черри и кругляшки огурца, чтобы добрать до правильного сочетания: белок, углеводы, клетчатка.

А когда мы насытились, сын уточнил:

– Ночью приходил отец?

Я вздохнула:

– Да, с пациентом. Сосватал мне светлого эльфа.

– Заболел, травмировался или ауру повредил? – вскинул светлую бровь сын.

– Хуже. Попросил поставить блок на парность.

– Ого! Это та-ак странно!

– А про отца спрашивать побоялся? – резко срулила я с темы.

Пациенты – это не дело Рустика. Есть тайна между врачом и больным, даже, если он и не болен.

Сын усмехнулся: мол, я тебя понял и сказал немного жестче, чем ожидала:

– Отец предал тебя с темными эльфийками. Изменил. Что я должен сказать?

Глава 4

ГЛАВА 4

Возле дверей реанимации меня встретила Маша, медсестра – тоже попаданка, которую я приютила, обучила и взяла на работу. И ни секунды об этом не пожалела.

Маша была веселой и юркой, немного полноватой, но всегда поддерживала себя в неплохой форме. Ее белокурые кудряшки задорно обрамляли лицо в форме сердечка, а в серых глазах пряталась добродушная улыбка. Если бы не нос с горбинкой, со своими пухлыми губами, она была бы красоткой в стиле «губастеньких» на Земле.

– Я поглядывала, пациент вроде в порядке. Все показатели в норме. Вы хотите его сами проверить?

– Да, ты свободна, Маша. Думаю, дальше уже можно тут не дежурить.

Я воспринимала состояние пациентов на расстоянии. Не на очень большом, но на таком вполне себе четко и безошибочно. Эльф уже достаточно восстановился, чтобы срочная медпомощь не требовалась.

Я вошла в палату и обнаружила, что пациент стоит у окна. Причем, голый, хотя на тумбочке возле постели лежала нетронутая пижама.

Я могла разглядеть облитую солнцем фигуру, с крепкими ягодицами, как орешки, с треугольником мускулистой спины, словно эльф нарочно закинул густые косы вперед, дабы мне абсолютно ничего не мешало. И кое-что в просвете между ногами, которые он не сильно свел вместе, я тоже могла заприметить.

– Вот это у нас прооперированные! – усмехнулась я с некоторым укором. – Разве вам не сказали, что вставать еще рано? Только в уборную – и не больше?

– Хорошо, что ты пришла, – эльф повернулся ко мне и… я обнаружила, что он все еще возбужден или уже возбужден. Уж не знаю, что тут ближе к реальности.

Причем, эльф совсем не стеснялся своего состояния, наоборот – выпрямился во всей красе, демонстрируя мощный стояк.

Надо признать, очерченный яркими солнечными снопами, он казался еще более скульптурным и невероятно идеально сложенным. Каждый изгиб, каждая выпуклость там, где надо и ровно такие, как надо.

Не тело – а эталон, и очень соблазнительный, между прочим.

Вчера у меня не было сил оценивать пациента с такой точки зрения. А сегодня… сегодня я смотрела на него уже совершенно иначе.

Весь такой перетекающий в каждом движении, ловкий и гибкий, он вызывал самые противоречивые и ненужные сейчас ощущения.

Ведь я врач – и моя задача лечить, а не пускать слюнки на роскошное тело.

Эльф, тем временем, потянулся, подняв руки над головой, словно нарочно показывал, как напрягаются его литые мускулы, как скользят под глянцевой кожей. Как бугрятся скульптурные, выпуклые бицепсы-трицепсы… Как втягиваются кубики пресса, и как… еще сильней выпирает то, что торчало чуть ниже.

Улыбнулся с некоторой хитрецой.

– Спасибо, моя госпожа. Вчера вы отлично все сделали. Я чувствую себя бодрячком! – и он взглядом указал на стояк. – Может поможете мне расслабиться?

– А вы не слишком наглый, мой господин! – передразнила я эльфийские манеры, старательно делая вид, что не реагирую на его брутальность и красоту.

А у самой аж в животе потеплело. Некстати подумалось, что мужчины у меня не было уже больше года – с тех пор, как выгнала козла-благоверного, застукав его с темной эльфийкой. Он якобы хотел лишь проверить – каково это быть с такой женщиной. Исключительно ради эксперимента! Никакой измены, только наука!

– Я наглый, – спокойно согласился эльф. – Даже не отрицаю. Но ваше присутствие и мысли о вас так меня возбуждают, что вы должны простить мне мою наглость. Я просто схожу с ума от желания. Я подобного даже в долгих военных походах не чувствовал. Видимо, сказалась ваша невероятная экзотическая внешность и то, что попаданок у меня еще не было.

– Спокойно, спокойно, – я торопливо выставила перед собой руку, потому что пациент решительно шагнул навстречу, но это не особо подействовало. Эльф остановился, лишь упершись глянцево-горячей грудью в мою ладонь.

Уффф… Это было на грани.

Я подавила дрожь в теле и колени стали слабеть.

Он так дышал и был таким… катастрофически-приятным наощупь… Кожа эльфа казалась бархатистой и в меру нежной, но при этом не женской.

А еще я любила мужчин без диких порослей по всему телу, словно это не человек – орангутанг. Эльф был именно таким – ни прибавить, ни убавить, и глаз не отвести…

Я быстро убрала руку и резко осадила красавчика:

– Мне нужно вас осмотреть! И либо вы ляжете и позволите это сделать, либо я удаляюсь и пришлю другого врача.

– Все, все! Это аргумент! – эльф все с той же кошачьей грацией неспешно двинулся к дивану, демонстрируясь, поворачиваясь в пол оборота и снова продолжая свое шествие.

Наконец, он лег. Я подошла и начала исследовать пациента, стараясь не думать о том, что творится у него межу ног.

Вроде все было в порядке… Казалось – узлы на месте, швы на внутренних органах тоже…

Причем, все практически зажило, а не «схватилось», как происходит обычно.

Регенерация у него конечно-о-о… Любой мог позавидовать!

Не мудрено, что этот красавчик весь такой живой и веселый!

Только место, где я окончательно переплела и спаяла «лепестки» ауры, что идут к истинной, как будто немного взбухло.

Кхм… Не совсем нормальная реакция. Но ничего критического.

При касании сгусток, что удерживал энергетические жгуты, казался твердым и нерушимым, правда, немного пульсировал.

В остальном все складывалось гораздо лучше, чем я могла ожидать изначально. Вообще казалось, что операция прошла не ночью, а неделю назад. И приборы это лишь подтверждали. Все показатели – норма. Абсолютная. Совершенная.

Вот это здоровье у чувака!

Стоило закончить с осмотром, как эльф вдруг дернул меня на себя – причем, настолько неожиданно и «удачно», что я на него… опрокинулась. Меня тут же обвили сильные руки. И крепкий стояк уперся в бедро.

От пациента, как это ни странно, не пахло крепким мужским телом, невзирая на то, что он, как минимум, ночь и еще часть утра не мылся, и явно пережил не очень приятные минуты во время манипуляций. Потел, я это хорошо видела.