Студентка Академии Познаний (академия Познаний - 1)

ПРОЛОГ

Северные Пределы. Где-то на границе владений драконов и демонов

Всадник уже третьи сутки не знал покоя, не позволяя себе отдыха ни днем, ни ночью. Он останавливался лишь на короткие мгновения, чтобы сменить почти изможденных лошадей, и с каждой минутой приближался к цели, чувствуя, как радость наполняет его сердце. Новость, которую он нес, была ошеломляющей, и тот, кто бы ее принес, мог стать символом истинной надежды.

Он подгонял свою последнюю кобылку по кличке Молния, прозванную так за невероятную скорость и потрясающее понимание хозяина. Ладони были стерты в кровь, пот лился градом, а мышцы ног сводило судорогой, но желание увидеть Владыку демонов и сообщить ему благую весть не ослабевало. Еще немного, еще чуть-чуть, и он достигнет цели!

Когда впереди показались пограничные огни, всадник пришпорил коня и устремился к воротам. Именно туда мчался Алькор. Любая попытка пересечь границу в другом месте заканчивалась неминуемой гибелью для смельчака. Стена царства теней была нерушимой.

Навстречу ему вылетел охранник, облаченный в кожаные доспехи.

— Стой! Кто ты и по какому праву рвешься к демонам среди ночи?

Алькор в который раз подумал, зачем демонам стража, если в любую минуту можно обезвредить врага простым ударом крыльев. Тем не менее, дань традициям сохранялась и по сей день, и всадник покорно спешился, подходя ближе к постовому. На лице охранника не выражалось никаких эмоций.

— Личный посыльный Повелителя, Алькор, — представился молодой человек, досадуя, что сегодня дежурит незнакомая смена.

Интересно, сколько стражников задействовано в охране рубежа, думал он, когда низший демон ушел совещаться с напарником. Алькору велели следовать за одним из охранников вместе с лошадью. На вопрос, к чему такая строгость, коротко ответили: личное распоряжение советника. Значит, к нынешнему неблагожелательному приему приложил руку сам Абаддон. Тем лучше — Абаддон доставил бы к Повелителю в мгновение ока. Каково же было удивление Алькора, когда навстречу ему вышел не один из приближенных Владыки, а великий герцог Ваал.

Посыльный собрался сразу же, когда увидел лживого и обманчиво-спокойного демона. Что-то было не так во всей сложившейся ситуации, только вот что? Неужели зрел заговор против Повелителя?

— Ну, что же ты стоишь, будто неродной? — ласково, насколько это вообще было возможно, протянул Ваал.

— Нет времени на расшаркивания, — отрезал Алькор. — У меня важная новость для главы Дальнего Предела.

— Настолько важная, что даже не остановишься передохнуть?

— Именно так, — кивнул юноша, у которого от усталости слипались глаза.

— Быть может, я могу чем-нибудь помочь тебе? — участливо поинтересовался высший демон.

Алькору все больше не нравилось расположение, которое ему демонстрировали. Обстановка, тускло горящие свечи, даже поза Ваала — все говорило о том, что нужно ждать беды. Молодой человек испытывал непреодолимое желание убраться отсюда поскорее. Предложение помощи от главного лгуна Дальних Пределов — нешуточный повод обеспокоиться собственным будущим.

— Если это возможно, я не хотел бы задерживаться на пропускном пункте, — осторожно произнес юноша, и глаза герцога блеснули с предвкушением.

— Конечно, мой мальчик, я сейчас же сообщу охране, чтобы предоставили тебе новую лошадь взамен уставшей и сопроводили до границ владений, — охотно кивнул Ваал, отправляясь исполнять просьбу. — Подожди здесь, отдышись хотя бы, раз уж не желаешь толком отдохнуть.

Алькор остался в одиночестве. Окинув цепким взглядом предоставленную ему комнату, он отметил несколько свечей, пару деревянных стульев и стол, на котором, к великой радости юноши, обнаружился стакан с водой. Подумав, что предстоит еще половина суток в седле, он подошел ближе и опрокинул в себя содержимое стакана. С минуту ничего не происходило, а потом в глазах помутилось, молодой человек пошатнулся и начал заваливаться на стул. В комнату вернулся Ваал и посмотрел на молодого демона с некоторым сожалением:

— А я все гадал, соблазнишься или нет? Думал, все-таки, что поостережешься, Алькор. Ты же личный посланник Владыки! К тому же, не настолько высок по положению, чтобы нейтрализовать тебя являлось слишком сложной задачей. Мог бы уже догадаться, что со мной шутки плохи. Вот если бы подумал, прежде чем хвататься за неизвестные стаканы, непременно бы пришел к выводу, что он стоит тут не просто так.

— За что? — прошелестел умирающий демон.

— Ты же спешил к Владыке? — с улыбкой спросил Ваал. — Так возрадуйся: скоро вы с ним встретитесь.

Юноша, наконец, осознал замысел высшего: если сам он умирает, значит, и с Владыкой тоже беда. Но было слишком поздно что-либо предпринимать.

— Нет! — прохрипел Алькор, но его предсмертный выдох Ваал уже не услышал. Выйдя наружу и приказав страже избавиться от тела, он отправился исполнять оставшуюся часть плана.

ГЛАВА 1

Наше время, Земля

Иногда я думала, что милосердие давно пора искоренить, как атавизм. Без него можно было бы избежать многих проблем.

Извинившись и выбежав с пары, я уныло смотрела на дождь за окном и слушала объяснения Василия Семенова. Он был абитуриентом индустриального техникума, где я преподавала на подготовительных курсах.

— Ну, Валентиночка Николаевна, ну, Валя, ну, Валечка!

Семенов намеренно использовал этот запрещенный прием, когда ему что-то было нужно — называл уменьшительно-ласкательным именем, которое я очень любила. И теперь я стояла и слушала его голос вместо лекции, на которую в любую погоду ездила в корпус к историкам.

— Ну что, Семенов, что?

Я примерно понимала, о чем пойдет речь, и поэтому говорила с обреченностью в голосе. Вася — очень умный и способный мальчик. На первый взгляд этого не скажешь, но потенциал у него был огромным. В наше время, когда многие стремились попасть в университеты, встретить такого смышленого парня было большой редкостью. Он хотел в техникум, потому что ему действительно нравилось там.

Когда я разобралась в его проблеме, то захотела помочь ему. У него была легкая форма дислексии на фоне повышенной нервозности. Пока Вася был спокоен и тих, ему все удавалось без проблем. Но стоило ему начать волноваться, как срабатывал рефлекс: он терял способность читать некоторые слова.

Вася был симпатичным, высоким и плечистым спортсменом, но в некоторых вопросах не мог преодолеть свою застенчивость. Своего маленького недостатка он жутко стеснялся. Однажды, поняв, что я ему искренне симпатизирую, он вцепился в меня, как клещ, не доставляя особых неудобств.

Но потом появилась Лена.

Терпение и выдержка Васеньке окончательно изменили. Парня нужно было приводить в чувство. Порой я смотрела на него с укоризной и притворно вздыхала. За такие мучения это на мне он должен был жениться. Мои шутки его отрезвляли: Вася успокаивался и с застенчивой улыбкой замечал, что у нас слишком большая разница в возрасте. Я, как и всегда, возражала: не такая уж и большая пропасть между третьим курсом университета и девятым классом школы. Проблемой была только чистая и незамутненная симпатия к Леночке. Вася только улыбался на это и благодарил за помощь.

Леночка, надо сказать, была приятной и вежливой девочкой. Она училась в той же школе, что и Вася, только на класс младше. Об этом я узнала из его рассуждений о смысле жизни, которые были свойственны юной влюбленной душе. Леночка была прелестницей с большими каре-зелеными глазами и русыми вьющимися волосами, милым личиком и крайне добродушным характером. Настоящий ангел во плоти.

Васенька говорил о ней все время, пока мы шли после курсов домой. Как оказалось, мы жили в соседних дворах, и путь до дома обычно преодолевали вместе. Тогда-то я и узнала, что Леночка ходила в литературный кружок после школы, где вдохновенно читала вслух Некрасова и восхищалась Достоевским. И Васенька тоже решил озаботиться своим культурным развитием. А Валентина Николаевна приобрела дополнительную головную боль.

— Валентина Николаевна, это просто провал! — сознался Семенов. — У нас сегодня торжественное чтение стихов в присутствии родительского комитета. Тема — путешествие Пушкина по Золотому Кольцу. И мне нужно рассказать…

— Да-да, «Я помню чудное мгновенье…», я поняла.

Догадаться было несложно. Надеюсь, Семенов не знал, как по-настоящему наш великий и могучий относился к Анне Петровне Керн. Впрочем, это было совершенно неважно по сравнению с проблемой юноши.

— А у меня даже этого не получается! — сокрушался Семенов. — Как подумаю, что перед Ленкой такие стихи читать, так имя собственное забываю!

— Так отказался бы, взял другой отрывок, — разумно предположила я.

— Мне другого не дали, — совсем расстроенно проговорил Вася. — Я бы с радостью, но там все расписали еще до моего прихода. Поможете?

В его голосе сквозило такое отчаяние, что я в очередной раз сдалась:

— Хорошо, Семенов. У меня сейчас последняя пара, потом домой пойду. С тебя чай и пирожки от бабушки Нины.

— Будет сделано в лучшем виде! — радостно воскликнул парень и положил трубку.

Видимо, побежал исполнять мое поручение с пирожками.

Мы с Ниной тоже познакомились совершенно случайно, когда возвращались домой вместе с Семеновым. Она окинула меня пристальным взглядом и провела беседу, чтобы узнать, не соблазняю ли я ее внука. Но потом, поняв, что наши отношения с Васей носят исключительно деловой характер, успокоилась и даже пригласила на пирожки. Именно от нее я узнала о Васиной проблеме.

Сначала я недоумевала, почему вполне адекватный парень теряется, когда я прошу его прочитать условие задачи на уроке. Но приватный разговор, во время которого Семенов был с намеком выдворен с кухни, положил конец моим сомнениям — и начало тесному сотрудничеству с Васей. Не могу сказать, что меня это напрягало. Лишь иногда — как, например, сейчас. А в целом мне нравилось приносить пользу.

Сейчас интуиция настойчиво советовала согласиться с предложением Васеньки. А это значило, что нужно было послать лесом начинавшиеся отношения с Димкой. Я всегда прислушивалась к своей интуиции, хотя подчас она противоречила здравому смыслу. Поэтому я очень обрадовалась, когда два месяца назад внутренний голос велел мне подойти к Димке и поинтересоваться, не занят ли он после пар. К моему величайшему удивлению, он ответил, что свободен. И с радостью предложил помощь с физикой. Так и повелось: мы занимались с Димкой по вторникам и пятницам, потом я бежала в колледж, отводила пары и возвращалась домой с Семеновым. Сегодня я рисковала послать в тартарары все свои прошлые усилия. Но спорить с внутренним «я» все равно не стала. Оно меня еще никогда не подводило.

Осторожно сунув телефон в карман, я тихо вернулась в аудиторию и мышкой скользнула к Лариске. Лучшая подруга подарила мне мимолетный взгляд, хмыкнула и сразу определила, что сегодня накрылось свидание с Димой. Я протяжно вздохнула, а спустя некоторое время обнаружила на своей тетради неаккуратно вырванный листок с каллиграфической вязью Лариски: «Ну, что?»

ГЛАВА 2

Северные Пределы, целительский корпус Академии Познаний

— Ну что, горемычная, долго будешь изображать немощную?

Меня пытался добудиться незнакомый командный женский голос. С завистью подумалось, что, обладай я таким, многих проблем в жизни удалось бы избежать. В воронку бы не попала, возможно.

Стоило только подумать об этом, как я резко распахнула глаза.

Надо мной раскинулся светло-зеленый потолок, по которому вились тонкие ветви незнакомого растения. Они удивительно гармонировали с зеленью потолка. Присмотревшись, я поняла, что веточки-лианы незаметно цепляются за крючки в потолке. И все пространство было увито ими.

— Горемычная, ты чего там застыла? — снова пророкотал голос, создавая бесконечное эхо.

Внимание само собой переключилось на окружающую обстановку.

Я лежала на кровати в больничной палате. Цвета немного отличались от нашей медицины, но в остальном было очень похоже. Мебели по минимуму: из большой — только шкаф для одежды. Рядом с моей койкой стоял стул с забавными витыми ножками. Справа было просторное окно до пола, огороженное светлыми, почти прозрачными занавесками песочного цвета.

А вот слева на мощной табуретке у двери сидело огромное существо, похожее на гусеницу. Кажется, именно ему принадлежал громоподобный голос.

Мое тело сковало оцепенение. Страх перед неизвестным существом невозможно было перебороть. У него была кожа странного землистого оттенка, крупные черты лица, нос, похожий на грушу. В широких, напоминающих лопухи, ушах, было проколото не менее десятка дырок. А из дырок торчала местная костяная бижутерия.

Я резко села на постели, чем привлекла внимание существа. Черные глазки-бусинки из-под банданы с любопытством уставились на меня. От меня ждали дальнейших действий. От общей массы отделились два отростка, напоминающие руки. Крупные пальцы-сосиски скрестились, основания морщинистых ладоней прижались друг к другу. Затем вся эта инсталляция поднялась к наросту на лице, исполняющему роль подбородка, и остановилась.

Существо не делало попыток приблизиться, и я еще раз внимательно оглядела его: круглое лицо с большим носом, торчащие в стороны уши, скрывающая лоб тряпица, завязанная сзади, большие темно-коричневые губы. Тела было не видно, поскольку оно неравномерно расплывалось по табурету. Однако вскоре оно изменило свое положение. Существо поднялось и сделало шаг в мою сторону. Я — тоже, только наоборот: пулей вскочила с кровати и метнулась к окну.

Оказавшись рядом с распахнутой створкой и мельком взглянув вниз, я обнаружила, что нахожусь на высоте третьего или четвертого этажа. Бежать было некуда, и я обернулась к большой гусенице. В вертикальном положении она стала похожа на грушу под два метра ростом с большими руками и мощными ногами. Груша стояла и молча смотрела на меня. Создалось впечатление, что оно опасается, что я выпрыгну из окна. Нет — у меня был план лучше!

Словно в подтверждение моих мыслей, существо выкрикнуло:

— Только без резких движений, девочка!

При этом оно выставило вперед руку. Многочисленные жировые складки заколыхались, а сам субъект попытался успокоить меня.

Однако клыкастая пасть с желтыми нечищеными зубами произвела на меня прямо противоположное впечатление.

Когда дамочка шагнула вперед и загородила собой проход между кроватью и шкафом, стоящим напротив у стены, я поняла, что так больше продолжаться не может. Именно с этими мыслями я и решилась на побег.

Оценив скорость движения «сиделки», я подпрыгнула и бросилась к двери, которая, к счастью, оказалась открытой. Существо, увидев мои действия, успело только развернуться и предостерегающе зарычать.

Выскочив из палаты, я увидела широкий коридор, который вел в обе стороны. Не задумываясь, я метнулась влево. Позади меня нарастал рык преследовательницы, но она явно уступала мне в скорости. Хотя я и не отличалась особыми достижениями в физкультуре, точно не страдала от лишнего веса. Преимущество было на моей стороне.

Однако мне изменила удача. Дорогу мне преградило еще одно существо — мужской вариант моей знакомой.

Несмотря на грузность, как и у «сиделки», я не могла не отметить более широкого разворота плеч по сравнению с торсом. Одежда, хоть и мешковатая и простая, больше напоминала штаны с рубахой, чем платье. На голове была бандана, а вот серег оказалось значительно меньше, чем у женской версии страшилища. Как и зубов — точнее, того, что отдаленно их напоминало.

Щербатое нечто, уперев огромные ручищи в бока, оскалилось на меня. Услышав позади рев собрата, оно остановилось, и я услышала предупредительный рык, граничащий с воем:

— Марик, стой! Марик, нет!

Марик? Это чудовище — и вдруг Марик? У его мамы была отличная фантазия! Я бы назвала его не иначе, как Годзиллой. Услышав предупреждение, Марик замер, продолжая сверлить меня недобрым взглядом. Я же на полной скорости врезалась в него, не успев остановиться. Внутри все замерло от одного его вида, когда я ощутила, как огромные ручищи оборачиваются вокруг меня.

Марик был еще выше моей знакомой. Чтобы увидеть выражение его лица, мне пришлось задирать голову достаточно высоко. Ярость в глазах чудовища отнюдь не казалась обнадеживающим фактом.

— Марик, не тронь ее! — снова прозвучало угрожающе откуда-то сзади.

Я попыталась извернуться, чтобы посмотреть, как ведет себя «сиделка». Она выглядела крайне обеспокоенно: запыхавшись от быстрого шага, опиралась изящной «ручкой» на стену коридора, вперив в моего держателя предостерегающий взгляд. Однако, похоже, на Годзиллу это не подействовало. Его объятия начали сжиматься, и я почувствовала, что еще немного — и перестанет хватать воздуха в груди.

Я снова перевела взгляд на Марика и только тут заметила некоторое сходство с охранявшей меня большой женщиной. Одновременно пришло понимание, кому именно Марик обязан своим именем.

Шикарно.

ГЛАВА 3

Северные Пределы, территория Академии Познаний

Я надеялась, что Ифиэль сразу же поделится со мной всей информацией, но, увы, мои ожидания не оправдались. С очаровательной улыбкой она произнесла тихим, но уверенным голосом:

— Этот вопрос мы оставим до завтра! — с этими словами, встряхнув почти голубыми волосами, перехваченными на затылке красивой вышитой лентой, она послала мне последнюю улыбку и попрощалась до утра.

Выглянув в коридор, я проводила взглядом стройную удаляющуюся фигурку. Вернувшись в палату, бесцельно побродила по ней, измеряя расстояние от двери до стены с окном. Затем я подошла к шкафу и, распахнув его, обнаружила аккуратно сложенную и явно вычищенную одежду, в которой попала в воронку. Вид поношенных джинсов, футболки и куртки, предусмотрительно захваченной в день исчезновения, вызвал волну жалости к самой себе.

О родителях я подумаю тогда, когда не останется никаких шансов на возвращение. Пока было рано опускать руки. А еще был тот загадочный человек-маг, способный представлять в голове место, в которое ему хотелось бы попасть. Будь у него способность читать мысли, мы бы сработались. Я не собиралась разлучаться с родными просто потому, что какому-то богу захотелось провести эксперимент. Во всяком случае, не выяснив все до конца. Думаю, Эрик, который Дальновидный, сможет мне помочь разобраться в том, в какой каше я оказалась.

Рядом со стопкой одежды оказался застегнутый наглухо рюкзак. Я взяла его в руки, прижала к груди и отправилась к кровати, чтобы посмотреть, что из вещей удалось сохранить при встрече с порталом. А ведь, если задуматься, туда должна была угодить Лариска! Нет, мира без подруги я бы никогда не могла представить.

Телефон разрядился полностью. Сколько же я пролежала без сознания, если дома была почти полная батарейка? Теперь даже сохраненных фотографий не посмотреть. И мамы с папой… Мы же как раз хотели купить кошку, чтобы в новом жилище не так скучно было. На старой квартире у нас была Гашка, но погибла, собаки загрызли. Мама переживала. Папа мужественно предложил пережить это и обзавестись животинкой уже на новой территории. Боюсь, пополнение семьи состоится уже без меня.

Тетрадь по культурологии напомнила о несостоявшемся получасовом докладе. Ручки-карандаши-блокноты валялись где-то на дне в беспорядке. Никогда не могла нормально уложить их в сумке.

Поток невеселых мыслей прервала Дусира с подносом в руках.

— Помощница я по уходу за больными, горемычная! — пояснила она.

Видимо, вопрос был написан у меня на лице. Я улыбнулась, приветствуя женщину-тролля снова.

— У нас таких, как вы, называют медицинскими сестрами. А целительство медициной именуется.

— Каждому миру — свои порядки, Ва-ля, — по слогам произнесла мое имя Дусира. — Намек поняла? — кивнув на поднос с едой, добавила она. — Засекаю время!

— Вы мне сейчас очень напоминаете наших бабушек-медсестер, которые жили по советским меркам и заботились о пациентах от и до — включая поход в туалет и подготовку ко сну.

— Спать будешь, когда солнце к горизонту потянется, — как на глупую, посмотрела на меня Дусира. — Все-то тебе объяснять приходится, что за глупый мир на окраине веера оказался?

— Неправда ваша, — схватив в руку телефон и приблизившись к женщине, возразила я. — Смотрите — техника нашего мира! Магии у нас нет совсем, зато машин и разных устройств — сколько хочешь.

— Ты бы особо игрушками не светила здесь, — осторожно предупредила Дусира. — Ты и сама-то ничего внешне, с даром непонятным, а теперь еще и с вещами неизвестными — ох, девка, не завидую я тебе, как за пределы корпуса выйдешь, — вздохнула женщина.

— Такое ощущение, что за пределами палаты мне совсем жизни не будет.

— Да брось ты, — отмахнулась троллемама. — Что, сама, что ли, не понимаешь? У нас тут знаешь, какой аврал начался, когда тебя из портала выкинуло? Студенты, как услышали про иномирянку, все ринулись под двери — подглядывать да уши греть. Насилу их успокоили. Ты из другого мира, деточка, это само по себе уже — большой повод тобою заинтересоваться. Пока ты с кем-нибудь из преподавательского состава, угрозы тебе нет, но как одна останешься — жди беды. Эльфы — те спокойнее будут: их ничто, кроме собственной красоты, не интересует. Оборотни стайные, они чужих не трогают, если не достают их. Маги тобой заинтересуются, если о даре твоем узнают. Чтоб по сознаниям бродить да владельцев оттеснять — я впервые с таким встречаюсь, — задумчиво проговорила женщина-тролль. — Поэтому ты до поры до времени о возможностях своих не распространяйся. Мало тебе будет демонов с драконами, чтоб еще и люди полукровные сунулись.

— А что с демонами и драконами? — удивилась я. — Им-то какая ценность?

— Драконы как птицы паршивые порой бывают, — усмехнулась Дусира. — Все тащат в дом, что блестит. С ними-то полегче будет, у них женщины свои есть, а вот демоны сплошь мужчины рождаются, им половина своя нужна. Ох, девка, не дай бог, приглянешься ты кому настолько, что своей решат сделать!

— Почему вы так уверены в этом? — улыбнулась я. — Мало тут магинь да эльфиек, что ли?

— Да ты новая кровь, пойми, Валя! — сокрушенно сказала женщина-тролль. — А они новую кровь лучше оборотней чуют. Переживаю я за тебя, хорошая ты. А демоны все, сплошь и рядом, коварные и хитрые. Не заметишь, как в царство грозное умыкнут тебя, а ты маленькая такая еще да наивная.

— Это только кажется так, Дусира. Внешность порой бывает обманчива. Спасибо за заботу, — погладив ее по большой руке, поблагодарила я.

Почувствовать чужое участие в совершенно незнакомом мире оказалось очень приятно.

И ценно.

— Да услышат тебя боги, девочка, — хмуро ответила Дусира. — Но мой тебе совет: избавься от волос. Меньше проблем с навязчивым вниманием будет.

Вскоре Дусира меня покинула. Я осталась один на один с ужином. Чтобы было не так скучно, придвинула стол со стулом к окну. Вид оттуда открывался изумительный. Здесь отовсюду было видно море. Без конца и без края. Где-то вдали виднелись островки суши, но они только добавляли величественности морской пучине.

ГЛАВА 4

Северные Пределы, территория периметра Академии Познаний

Мы вышли из башни на широкую крепостную стену. При желании здесь можно было даже проводить занятия по физической подготовке — настолько необъятным было пространство стены. Потребовалось несколько минут, чтобы выйти к внешней стороне и снова увидеть хрустальный мост, парящий над водой.

Утром это зрелище было не менее величественным. Искры пробегали по гладкой поверхности моста и создавали настоящий волшебный эффект, придавая мосту еще большей красоты.

— Что это? — спросила я, указывая на чудо архитектуры.

— Так сразу и не скажешь, Валя. Мы с тобой находимся в мире Пределов. Самих Пределов всего три: мы находимся на Срединной Зоне Северного Предела, или, для простоты, Срединном Пределе. Мост, который ты видишь, соединяет наши земли с территориями эльфов и оборотней — Ближним Пределом. С противоположной стороны к нам примыкает Дальний Предел, территория демонов. Она закрыта для посторонних. Вместе три Предела образуют Северный Магический Предел. Коренные жители Ближнего Предела — это оборотни и эльфы. В Дальнем Пределе живут демоны. На территории Срединного Предела находится так называемая свободная зона, где могут жить представители всех рас — кроме людей, конечно. Одной из причин, по которым территория Срединного Предела является свободной, стала наша Академия.

— Вот мы и подошли к самой сути, — прислушалась я.

— И ты совсем не хочешь узнать, куда улетел твой куратор? — подмигнула мне эльфийка.

— А кстати — куда?

— В Южный Предел. Туда, где обычные люди спасаются от пагубного влияния магии. Между Северным и Южным Пределами существует еще один, Центральный — это территория гномов. В нашем мире гномы являются специалистами по драгоценным минералам.

— Ифиэль, а как же маги? Вчера я слышала о них от Дусиры. Кто такие маги?

— Маги — это дети от союза человека и одаренного существа. Больше всех на благо Пределов стараются, как это ни странно, эльфы — у них очень много полукровных детей. Бывают полукровки драконов и людей, полудраконы, — правда, встречаются крайне редко. Тролли, гномы, гоблины и лепреконы обладают ярко выраженными видовыми особенностями и поэтому стараются сходиться с себе подобными. Исключение, пожалуй, составляют оборотни и демоны. Первые зависят от пары, которую выбирает их животное, а у вторых просто не рождаются девочки, поэтому искать половину им приходится среди других рас. Демоны занимают уверенное второе место среди тех, кто выбирает человеческих женщин себе в спутницы.

— Дусира сказала опасаться демонов, — вспомнила я.

— Это потому, что у демонов и оборотней схожий механизм выбора пары, — пояснила Ифиэль. — И если демон выберет тебя своей половиной, то совершенно точно увезет в Дальний Предел. А Дальний Предел является закрытой территорией.

— Почему? — не поняла я.

— С демонами вообще сложно последние пятьсот лет, — вздохнула Ифа. — Об этом лучше расскажет Эрик.

— Как же тогда происходят встречи демонов с их избранницами? — не унималась я.

— Как и у остальных, — хитро улыбнулась эльфийка. — Девушка встречает молодого человека, который очень быстро начинает ей нравиться. Она и не подозревает, что он демон и обаяние у него в крови — она думает, что любит искренне. Проходит время, и, если девушка беременеет, прекрасный принц открывает ей истину о себе и забирает в Дальний Предел. А если нет — значит, проверка не удалась, и наш прекрасный юноша отправляется искать дальше.

— Зачем девушку проверяют? — нахмурилась я.

— Не всякая может понести от демона. Как и у оборотней: потомство только от истинной пары. И родить демону можно лишь однажды. Вот почему они так трепетно относятся к вопросу продолжения рода, а мать будущего ребенка забирают с собой.

— Бедняги, — искренне пожалела их я.

— Я охотно в это верю, — кивнула, соглашаясь, Ифиэль, — но меня возмущает, что им совершенно неинтересно мнение девушки. Слава богу, эльфы не люди и на демоническое очарование не ведутся.

— Раз от демонического обаяния не имеют защиты только люди, значит, других женщин демоны не рассматривают?

— Случаются исключения в виде взаимной любви. Но другие расы не так простодушны, как человеческие женщины. Им мало красивой внешности. Да и забрать их в Дальний Предел без согласия никто не сможет — наличие магии, даже самой слабой, не позволит.

— Почему? — удивилась я.

— А ты попробуй девушку с даром парикмахера куда-нибудь увезти, — лукаво улыбнулась Ифа. — Все колюще-режущие предметы, до которых она сможет дотянуться, обратятся против тебя.

— Магини и эльфийки, — задумчиво повторила я. — Погоди, как же драконицы?

— Дракониц берегут, как зеницу ока, — серьезно ответила девушка. — У драконов не так много чистокровных женщин, чтобы еще с демонами делиться, да и… — она на мгновение замолчала, и тень набежала на обычно приветливое лицо. — У них давний конфликт, связанный с этим. Длительный и непримиримый.

— Но это вопрос, на который лучше ответит Эрик, — догадалась я.

— Да, — кивнула Ифиэль, — я стараюсь не лезть в крупномасштабные проблемы.

Со стороны корпуса целителей послышался грохот. Ифиэль прикрыла ладонью глаза и пробормотала:

— Юрин опять неудачно приземлился. Неисправимый дракон.

Мне стало интересно, кто это такой. Однако на полпути к внутренней стороне стены, остановившись, как вкопанная, я потрясенно прошептала:

— Что это такое, Ифиэль?

— Это? — загадочно посмотрела на меня девушка с голубыми волосами. — Это ответ на твой вчерашний вопрос.

Назвать это место Академией можно было с большой натяжкой. Это был город в городе, крепостные стены которого одновременно служили и защитой, и соединяющим звеном между несколькими башнями. Всего их было пять, и у меня создалось впечатление, что они образовывали правильный многоугольник. В стенах между башнями были сооружены многочисленные переходы, которые наверняка были призваны облегчить перемещение между корпусами. Одна из башен была крупнее остальных, и я предположила, что она выполняет функцию «вершины» у звезды Академии.

ГЛАВА 5

Северный Срединный Предел, Академия Познаний, административный корпус

Ифа вела меня коридорами академии, уверенно направляясь к деканату. Я подумала, что одна вряд ли бы отыскала кабинет Дальновидного, несмотря на понятное расположение башен академии.

Внутри корпус администрации оказался очень похож на целительский. Единственное отличие заключалось в цветовой гамме: здесь царили спокойные оттенки синего и белого, которые призывали к умиротворению. Пока мы шли по широкому коридору, я разглядывала надписи на стенах, которых здесь было в достаточном количестве.

— Это этаж преподавателей, — пояснила Ифиэль. — Здесь располагаются все существующие в Академии кафедры, а у некоторых педагогов есть свои отдельные кабинеты.

— У тебя, например? — полюбопытствовала я.

— Да, — кивнула эльфийка. — Нам с Дусирой вполне хватает нашего корпуса, но, как считает наш многоуважаемый ректор, порядок важен во всем. И в этом я с ним полностью согласна.

— А мы увидим ректора?

— Нет, — отмахнулась Ифиэль. — Он сейчас в отъезде. Да и смысла не вижу: он встречается с самыми нерадивыми студентами. И в основном на предмет отчисления.

— Строго у вас тут, — поежилась я.

— Я бы так не сказала, — покачала Ифиэль головой. — Выходки, одну из которых ты наблюдала на стене, лично мне кажутся непозволительными для студентов, занимающихся самопознанием и саморазвитием.

— Ты о чем? — не поняла я.

— О Юрине и компании. Как голодные собаки на новое мясо. И ведь уже не первый курс! Стыдно за таких студентов.

— Да брось, — улыбнулась я. — У нас и на последних курсах девчонок периодически задирают. Это особая атмосфера университетов.

— Я должна тебя предупредить, что в Академии принято обращаться к преподавателям по их титулу. Почти все преподаватели Академии имеют во владении определенные территории, поэтому являются лордами. Но для женщин этот термин неудобен, поэтому принято обращение «милорд» и «миледи». Вместо фамилии принято добавлять к титулу формальное прозвище, данное преподавателю за его заслуги перед обществом. В случае с Андо правильнее будет называть его милорд Стремительный. Полное обращение к Эрику — милорд Дальновидный. Меня, правда, называют просто Милосердной леди, — улыбнулась Ифа.

— Но исключение только подтверждает правило, не так ли? — понятливо кивнула я. — Получается, милорд Златоглазый, правильно?

— Правильно, — похвалила меня Ифа. — В административном корпусе — только так!

— Запомню. А сколько нужно учиться в Академии?

Мы как раз подходили к деревянной двери с табличкой «Деканат ментального факультета», над которой висел красиво оформленный отрез ткани светло-голубого цвета.

— Минимальный срок — пять лет, — ответила Ифиэль. — Дальше — по желанию, можно даже остаться преподавать. Среди педагогов-менталистов не так много выдающихся личностей, — с намеком добавила она.

Я только фыркнула в ответ и, пропустив ее первой, уверенно шагнула внутрь.

— Минуточку! — произнес удивительно глубокий голос с придыханием.

Я выглянула из-за Ифиэль, чтобы посмотреть на обладательницу сексуального тембра. Она оказалась эльфийкой, и я сразу вспомнила новогоднюю сказку «Чародеи» и знаменитое брыльское «у нашей Алены Игоревны лицо такое типическое-типическое...».

Дама, сидевшая на ресепшене, была одета в строгий костюм серого оттенка, сшитый по фигуре, и выглядела очень занятой и сосредоточенной. У нее были настолько идеальные светлые волосы, что я поневоле позавидовала. Я сразу подумала, что мы оторвали ее от оформления ногтей. Бывают такие люди, у которых уровень интеллекта можно прочитать по лицу! Мне показалось странным, что у декана с прозвищем Дальновидный работает настолько одаренный сотрудник. Оставалось только надеяться, что обертка скрывает настоящий алмаз.

— Мы к Эрику, Эмманиэль, — пояснила Ифиэль, но девушка поднялась из-за стола, продемонстрировав нам неплохую фигуру и трудно скрываемую под строгим нарядом грудь, и надменно произнесла:

— По какому вопросу? Вы записаны на прием?

Я была поражена. Девица с именем, почти как у порно-персонажа середины семидесятых, обращалась к Ифе в такой манере? Лично мне хотелось сказать что-нибудь колкое, тем более что имя этой дамы заставляло относиться к ней несерьезно. А еще я заметила, что Ифа не употребляла по отношению к Эмманиэль никакого титула, а значит, секретарь не относился к знати. Тем более было странным ее вызывающее поведение.

Но Ифиэль не была бы собой, если бы не смогла разрулить ситуацию.

— Мани, — она особенно выделила панибратское отношение к девице, после чего та стала удивленно хлопать ресницами, — если ты не против, я сейчас зайду и непременно поставлю Эрика в известность о том, что отныне должна предупреждать о своем приходе. Если ты против, предлагаю зайти вместе и обсудить твое недовольство.

Все это было произнесено совершенно спокойным голосом. Но не заметить стальных ноток в голосе Ифиэль было невозможно, и они явно грозили блондинке большими неприятностями. Я даже представила, как Ифа мягко снимает перчатку и протягивает руку к застывшему в ужасе лицу Эмманиэль. Картинка мне понравилась. Новый мир пробуждал во мне все кровожадные начала.

«Мани» была в смятении. Воспользовавшись этим, Ифиэль обошла ее по дуге, шепнув мне на ухо: «Подожди немного, я с Эриком пообщаюсь». Я кивнула и, заметив в небольшой приемной стул, опустилась на него. А Ифиэль исчезла за дверью с табличкой «Эрикен Дальновидный. Декан».

— Совсем стыд потеряли! — возмущенно произнесла Эмманиэль, сердито глядя вслед главе целительского корпуса. — Думают, если с титулом и должностью, можно теперь от работы отвлекать!

Я решила сыграть дурочку и наивно посмотрела на эльфийку:

— Да какая еще работа? Утро ведь раннее!

— Утро-то, может, и утро, а будь в Академии милорд Златоглазый, уже пришел бы на встречу с деканом! — важно заявила блондинка.

ГЛАВА 6

Северный Срединный Предел, Академия Познаний, Административный корпус

— Ты уверен, что было правильно сразу же поручить ее заботам Андо? — Ифиэль с недоверием рассматривала Эрика.

— Пока не попробуем, не узнаем, не так ли? — туманно ответил декан, и эльфийка присмотрелась к Дальновидному.

— Что ты задумал, Эрик?

— Пока ничего, милая, — он наконец-то перевел взгляд на Ифу, — пока ничего.

— Когда ты так говоришь, это обычно заканчивается большими неприятностями, — девушка поднялась с кресла и, обойдя стол, оказалась позади Дальновидного. — Ты уверен, что на этот раз оно того стоит? Валя хорошая девушка.

— Я в этом не сомневаюсь, — согласился декан, кивнув. — И сознательная, к тому же. Если все, что сказал о ней Арегван, правда, это, Ифа… — он осекся, почувствовав, как на его плечи и грудь опускаются теплые ладони в перчатках. Улыбнувшись, декан накрыл их сверху, поднеся одну ко рту и поцеловав. — Во всяком случае, сейчас я могу сказать только одно: она может оказать достойное сопротивление Арегвану. Просто так ее сломать не удастся. И мне это нравится.

— А потом? — проговорила Ифа, легко поглаживая мужчину поверх одежды.

— А потом… — повторил за ней Эрик, пытаясь одновременно думать и следить за движениями ее пальцев. — Я пока боюсь даже говорить об этом. Чтобы не сглазить. Нам нужно всему ее обучить. Проказник не зря послал ее нам.

— Думаешь, это сделал именно Базилур? — вскинула брови Ифиэль.

— Больше некому, — хмыкнул Эрик. — Остальные всегда чем-то заняты. А от попаданки под покровительством Игрока нам может грозить что угодно.

— Справимся, — уверенно заявила Ифа. — Валя не тот человек, который станет поступать необдуманно.

— Очень на это надеюсь, — кивнул Дальновидный.

— Ну, хорошо, — сменила тему разговора Ифиэль. — Куда ты ее поселишь?

— М-м, — протянул декан ментального факультета, — думаю, ей полезно будет поближе познакомиться с предыдущим переселенцем.

— Даже так? — улыбнулась Ифиэль.

— Да, — кивнул Эрик. — Сейчас сообщу об этом Мроту, — с этими словами он прикрыл глаза на некоторое время, посылая коменданту телепатический сигнал.

***

Честно говоря, мне было немного страшно идти рядом с демоном. В воздухе витала напряженность, как бы я ни пыталась убедить себя, что все будет хорошо.

Эмманиэль проводила нас недоброжелательным взглядом, ей здесь все было привычно и понятно. А я только сейчас начала понимать, почему до сих пор так насторожена и собрана. Я боялась. Уже не того, что меня сюда переселили для каких-то опытов, а того, что теперь со мной может случиться, если я попаду в ловушку.

Например, демоны — любой из них, решив, что я идеальная пара, будет осаждать меня, как крепость. Проникать в чужое сознание — это, конечно, хорошо, но мне совершенно точно потребуется защита. Только вот как ее обеспечить, я пока не представляла.

Необходимо было учиться, и учиться старательно и прилежно. Это я, слава богу, умела, так что оставалось совсем немного — подготовиться к новому году, обещающему знания, и втянуться в общий процесс. Это-то и было самым сложным.

— Вы молчаливы, — раздался сбоку голос преподавателя по физической подготовке.

Я ненадолго повернулась в его сторону, послав вежливую улыбку: говорить не хотелось.

— А вы знаете, милая Валентина, что своим молчанием лишь разжигаете демоническое любопытство? — добавил Андо с лукавой улыбкой. — Судя по вашей реакции, сказки о том, как невест похищают в Дальние Пределы, вам уже рассказывали, — хмыкнул боевик. — Хотите разбудить во мне зверя?

— А вы что, на всех молчаливых пробуждаетесь? — удивленно спросила я. — Какой вы чуткий, однако, так и недосып недолго заработать!

Андо рассмеялся:

— Мне нравится ваше чувство юмора! Но оно относится как раз к той категории качеств, которые мне в женщинах импонируют, — подмигнул он.

— Вы поэтому Ифиэль задираете?

— Первой начала она, — резонно заметил Стремительный, поднимая вверх указательный палец правой руки. — Я только подыграл.

— Ну ладно, Ифиэль преподаватель, вы, наверное, не первый год вместе работаете, но студентки-то причем? — не поняла я. — У вас же тут негласное правило — никаких отношений!

— Какая вы забавная, — улыбнулся демон. — Не лезете за словом в карман.

— Я просто разобраться хочу, — попыталась объяснить я.

— И учиться здесь не всю жизнь будете, — с намеком продолжил Андо. — Зато потом! — он мечтательно прикрыл глаза, пока мы спускались на нижние этажи.

— Да ну, бросьте, — отмахнулась я. — Какая вам от меня выгода?

— Как это — какая? — почти искренне удивился демон. — А как же единственный наследник? Между прочим, у меня неплохие земли в Дальних Пределах!

— Что же вы забыли тут, милорд Стремительный? — мягко улыбнулась я, понимая, что в шутках Андо есть доля истины.

— И вот тут мы снова возвращаемся к вопросу о гипотетической невесте, только-только закончившей Академию, — с видом объевшегося сметаны кота посмотрел на меня физрук. — А я, между прочим, очень требовательный!

— Тогда тем более не понимаю, что вы во мне нашли.

— Представьте себе, идет армия демонов на армию драконов, — боевик стал сочинять на ходу. — А у демонов — вы. И вся армия драконов с вашими способностями складывает оружие и добровольно сдается.

— А почему демоны должны биться с драконами? — не поняла я.

— Потому что они уже несколько сотен лет это делают, — пожал плечами Андо.

— Из-за чего? — нахмурилась я.

— Кто знает, Валя, кто знает, — грустно улыбнувшись, туманно ответил боевик.

— Кто-нибудь точно должен, — уверенно произнесла я.

— Да, это вы правильно заметили, — согласился демон. — А мы, кстати, пришли!

Мы с Андо стояли напротив аккуратной дубовой двери, отделанной тканью песочного оттенка, очень смахивающего на золотой. Надпись на двери гласила: «Комендант общежития Академии Познаний, милорд Мрот». Это минимальный размер оплаты труда был здесь комендантом? Я восхитилась фантазии демиургов — какое точное попадание!