Суженая для князя зачарованных земель

Глава 1

– Леда, а ты хочешь замуж? – леди Ребекка перевесилась через перила и смотрела, как падчерица натирает деревянные полы смесью воска и ароматических трав. – Тогда ты уедешь из этого дома в свой. Будешь там хозяйкой.

Напоминать, что это ее дом, Леда не стала. Все равно бесполезно. Отцу давно до нее дела нет, а мачеха любит только себя. Вот, придумала очередное наказание – натирать полы. За дерзкий взгляд.

Беда только в том, что мачеха считала любой взгляд дерзким, а любое слово – проявлением непочтительности. Придиралась даже к тому, как Леда дышит.

– Ну что молчишь? – недовольно спросила мачеха. – Пойдешь замуж?

– Вы мне и жениха уже выбрали, – Леда не спрашивала. Раз мачеха завела об этом разговор, значит, кого-то присмотрела.

Она продолжала усиленно натирать доски пахнущим летними цветами воском. В доме есть прислуга, но все уже привыкли видеть хозяйскую дочь за работой. Мачеха утверждала, что все это для блага «непокорной девчонки».

– Не дерзи, – тут же осадила ее мачеха. – Я забочусь о тебе, как о родной. Да даже о родной дочери бы так не заботилась. Ты должна мне быть благодарна.

Мачеха медленно спускалась по лестнице. Холеные пальцы с острыми ногтями скользили по деревянным перилам, и драгоценные камни в перстнях блестели в свете свечей. Руки мачехи никогда не знали работы, на мраморной нежной коже ни единой морщинки.

Леди Ребекка обладала статью и грацией. Как будто талантливый скульптор выточил из прозрачного редкого мрамора и правильный овал лица, и аристократический нос. Такому цвету губ завидовали даже розы, а глаза были темнее ночи. Золотые, как лучи солнца, всегда были собраны в изысканную прическу, украшенную жемчугом.

Домашнее платье из золотистого бархата, расшитое затейливыми узорами, был достойно и королевы. Каблучки роскошных теплых туфель цокали по ступеням размеренно, и даже зловеще.

Леди Ребекка, как и всегда, поражала красотой и внушала трепет. А часто и ужас.

– Тщательнее натирай, – она остановилась на последней ступени, положив руку на резное навершие столбика. Королева, ни дать ни взять. – Это очень дорогое дерево, и очень капризное. Хорошая хозяйка должна все знать и уметь за всем ухаживать.

Леда подавила вздох. Сама мачеха ни разу ничего по дому не сделала. Только приказы раздавала. Даже вышивкой – самым достойным занятием для леди, не занималась. Единственное, чем могла заниматься мачеха целыми днями – собой. Ванны со специальными эликсирами, кремы, примочки, притирки, растворы и ароматные воды уходили флаконами.

– Да, матушка, – Леда ниже опустила голову и быстрее заработала руками. Зачем леди Ребекка требовала называть ее матушкой, она не понимала.

– Ну так что, ты согласна? – с нажимом спросила леди Ребекка.

Леда прикусила язык. Любой ее ответ будет неправильным. Мачеха обожала доводить ее до слез.

– Не знаю, матушка, – уклончиво ответила Леда. – Это так неожиданно.

– Ну почему же неожиданно? – усмехнулась леди Ребекка. – Через две недели тебе восемнадцать. Ты вступаешь в брачный возраст. Нужно выходить замуж.

Мачеха, спустившись с последней ступени, легкими шагами подошла к Леде и медленно опустила рядом.

– Все, что у тебя есть, – она цепко ухватила падчерицу за подбородок, и острые ногти впились в кожу, – это твоя молодость и какая-никакая красота. А она быстротечна. Промелькнет как миг, и вот уже твое лицо покрыт морщинами, а кожа похожа на старый, желтый, потрескавшийся пергамент. А твои волосы? – убрав пальцы с подбородка, вцепилась ими в волосы, уложенные узлом на затылке. – Они черные! Смола, – потянула волосы на себя. – Будь ты блондинкой, это хоть немного исправило бы ситуацию. Но, увы.

Леда прикусила щеку, чтобы не издать ни звука. Мачеха тянула так больно, что на глазах выступили слезы. А ей только это и надо было. Будто из ниоткуда появился маленький хрустальный флакончик, на котором было выгравировано дерево без листьев. И не понять, где корни, где ветви.

Стоило слезинке покатиться по щеке, как мачеха ловко сняла ее хрустальным флакончиком. А потом вторую, и третью. Выдохнув, Леда прикрыла глаза.

– Натрешь полы, потом ступай на кухню, – мачеха отпустила ее и закрыла крышечку на флакончике. – Почистишь лук, раз не приложила достаточно усердия в натирании полов.

– Как прикажете, матушка, – Леда оползла от мачехи и, зачерпнув ветошью воск, принялась натирать пол дальше.

Чистить лук было ужасным занятием. От его едкого запаха щипало глаза и закладывало нос. Мачеха на кухню заглядывала редко, но кухарка с радостью ей все докладывала. Увильнуть от работы и получить помощь было просто невозможно.

Леди Ребекка поднялась, убрала флакончик в карман. Немного постояла, наблюдая за работой.

– Хотя нет, – решила она, – ступай сейчас. Натирать полы закончит кто-нибудь другой.

Леда закрыла банку с воском и поднялась. Вытерла руки о рабочий застиранный фартук. Подол темно-коричневого шерстяного платья обтрепался, из-под него торчали мыски кожаных туфелек. Когда-то они были расшиты бисером, но всю вышивку Леда спорола, когда туфельки стали маловаты. Теперь надевала их, когда выполняла работу по дому, стоптав задники.

Не в таком виде должна ходить дочь барона. Но иначе испортит все приличные платья, а их не много и нужно беречь. На новое мачеха денег не даст.

Леди Ребекка прошлась по падчерице внимательным взглядом и осталась довольна.

– Ступай на кухню, – с тонкой улыбкой на губах приказала она.

_____________

Дорогие читатели! Рада всех видеть в новогодней волшебной новинке! Сегодня стартовал традиционный ежегодный литмоб "(С)нежные сказки"

Чтобы найти все истории, нажимайте на тег литмоб снежные сказки 2025 на моей книге

Глава 1.1

Подхватив подол, Леда бегом кинулась прочь. Быстрым шагом прошла по коридору для прислуги и открыла дверь на кухню. Там было жарко и дымно. Повариха готовила ужин, не забывая покрикивать на мальчишку-помощника.

– А, леди, – произнесла с издевкой, увидев Леду, – хозяйка распорядилась оставить для вас лук. Вон стоит корзина.

– И зачем так много, – вздохнула Леда, направляясь к раковине, чтобы вымыть руки.

– Надо мне, – огрызнулась повариха. – Чистите, леди, чистите.

Леде деваться было некуда. Вымыв руки, села на скамейку в углу и взяла нож. После воска руки приятно пахли летом, а после лука... вот как будто корзину лука и перечистила. Заодно и вдоволь наплакалась.

– Хороший лук, едкий, – повариха, взяв луковицу в руку, откусила, будто это яблоко. – Зима, значит, лютая будет. Скоро морозы трескучие грянут. Хорошо. А то снежка выпало еще мало. Больше надо, чтобы урожай был.

Леда это прекрасно знала. Она дочка мелкопоместного барона, у которого почти не осталось земли. Мачехе все время денег не хватало на наряды и драгоценности. А отец ни в чем новой жене отказать не мог. Распродавал земли и имения, почти ничего уже не осталось.

Дешевле было бы жить в деревне, а городской дом сдать, но мачеха о деревне даже слышать категорически не хотела. Устраивала сама ужины да разгуливала по балам, красуясь нарядами и драгоценностями. Это она называла «налаживать связи». Леду с собой никогда не брала. Лишь изредка приказывала показаться перед гостями.

А отец ходит за ней, как привязанный. Никого больше не замечает! Только при взгляде на жену его глаза светятся счастьем, без нее он безучастен ко всему.

Закончив чистить лук, Леда попробовала отмыть руки грубым мылом, но не получилось. Запах все равно остался. Понюхав пальцы, тяжело вздохнула. Кому нужна жена с потрескавшейся кожей на руках и пахнущая луком?

Кухонные запахи раздразнили аппетит. Кухарка ей перекус никогда не предложит, придется взять самой. Под тяжелым, очень неодобрительным взглядом этой дородной женщины Леда отрезала ломоть хлеба и кусок колбасы. Налила из большого чайника чай в простую кружку. Под прожигающим взглядом кухарки вышла из кухни. Поест в своей комнате.

Леда быстро прошла по коридору и поднялась на второй этаж по крутой и узкой лестнице, предназначенной для прислуги. Хозяева должны пользоваться парадной, но в таком виде Леда старалась лишний раз на глаза никому не показываться.

Проскользнув в свою комнату, заперла дверь на ключ. Прошла к креслу, стоящему у окна, и опустилась в него. Кружку с чаем поставила на столик у батареи, чтобы не остыл. А то от окна всегда шел холод, как ни заделывай.

Батареи были новомодным чудом, которое называлось паровым отоплением. Теперь истопник не ходил по комнатам, следя за печами и каминами, а топил только одну печь в качегарке. Оттуда уже горячая вода текла по трубам и согревала дом. Никакой магии, поэтому стоило намного дешевле. А камин Леда теперь топила немного по вечерам. Глядя на живой огонь, чувствовала себя не так одиноко.

Сжевав колбасу и хлеб, Леда взяла в руки кружку, обхватила ее пальцами и устремила взгляд в окно. Заканчивались последние деньги промозглой осени. С деревьев давно облетели все листья, цветы пожухли и трава пожелтела. На замерзлую грязь уже лег снег, и таять не собирается. По небольшому саду уже не погулять, приходится сидеть дома.

Хорошо летом. Можно бродить по лугам и лесу, сходить в деревню или читать в саду, лежа в шезлонге. Мачеха ее всегда отсылает, чтобы не болталась летом по городу. Деревенский воздух ведь полезнее. Целых два месяца счастья.

И никто не заставлял плакать.

А мачеха только первые несколько месяцев вела себя скромно и ласково. Леда поверила, что новая жена отца станет ей если не матерью, то хорошей подругой. Как же она ошиблась! Ребекка тихо, исподтишка и незаметно подчинила себе весь дом. Сменила прислугу, взяв бразды правления в свои руки. И постоянно собирала слезы Леды.

Зачем она это делала, выяснить не получилось. Ну не умывалась же ими? Слишком мало. Леда решила, что просто мачехе так нравится. Наверняка смотрит на этот хрустальный флакончик и радуется. Потому что ни «луковых» слез, ни слез из-за ушибленной коленки она собирала. Только вот так, когда доводила до слез сама.

Отцу жаловаться бесполезно. Он только отмахивается, мол, не может быть, наговариваешь на Ребекку. А та и рада хвостом мести, что она для падчерицы все, а та просто неблагодарная, не ценит ласку и заботу.

Леда сделала глоток чая. Терпкого и не такого ароматного, как подают на стол. Он теплом прокатился внутри, согревая.

Наступления зимы и не хотелось, и в то же время хотелось. Чем быстрее наступит, тем быстрее весна. Даже приближающийся день рождения и Новый год не радовали. Под большой пушистой елью для нее все равно давно уже не лежит подарок. Дня рождения будто и вовсе не существовало.

Может, выйти замуж – не такая уж плохая идея?

Только немного страшно, кого же ей в женихи присмотрела мачеха. Ни высокого титула, ни значительного приданого. Да даже на балах не бывает, где ее мог хоть кто-то заприметить.

До этого мачеха грозилась только сделать ее невестой Северного Мороза. Никто его лично не видел, но слухи ходят жуткие!

_______________________

Дорогие читатели, спешу вас познакомить с историей Натальи Сапунковой

"Яблоко желаний"

https://litnet.com/shrt/U0hv

Глава 2

Легенды о Северном Морозе рассказывала мама. Настоящая. Но тогда для маленькой Леды это были сказки о суровом старце из далеких земель, что лежат далеко-далеко на востоке. Мама говорила тихо, будто боясь, что Мороз ее услышит. В камине ярко горел огонь на потрескивающих поленьях, он сторожил комнату от холода. Леда, прижимающая колени к груди, смотрела на пламя и видела в нем огни далёких незнакомых звезд и длинные тени от высоких сосулек.

Там всходит солнце, чтобы отправиться дальше по небосклону. Зимой день такой короткий, что луна следует сразу за солнцем, а летом и ночи почти нет. Ведь зимой очень холодно, вот солнце и спешит поскорее покинуть земли Мороза, чтобы самому не остыть. Но летом хочет все согреть, вот остается так долго, как может. Но даже ему не совладать с могучим старцем.

Зато зимой луна сияет нестерпимо ярко, и чистый снег искрится так, что глазам больно. Но красивее этого снега бывает черное бархатно небо. По нему прозрачной вуалью растекается сияние: красное, зеленое, белое и золотистое.

Вот это чудо Леда себе представить не могла. Иногда брала мамины невесомые газовые шарфики и бегала, вытянув руки над головой. Шарфики колыхались, поблескивая. Вот так, наверное, и Северное сияние на небе трепещет, освещая снег на многие мили вокруг.

И сугробы выше дома! Ходят слухи, что в этом снегу люди роют тоннели и могут вообще не выбираться наружу. Там все равно кружат злые ветра и холод такой, что стоит вдохнуть глубоко – и замерзнешь изнутри. Леда представляла себе длинные коридоры под толщей снега, где живут тени, шепчущие между собой. От этих слухов у неё порой мурашки бегали по спине. Как же хорошо, что она дома, в своей спальне, где тепло!

Леде было страшно, но она просила рассказать еще. И мама продолжала рассказывать о далеких землях, где ни травинки не бывает, ни зверя какого. Только очень много снега и льда. Иногда мама добавляла, что даже птицы предпочитают перелететь через эту землю, не задерживаясь, и что в самых глухих местах слышен только далёкий скрип льда – будто сама земля вздыхает от холода. Леда думала о пустых просторах, где слышен только собственный голос, и сердце у неё сжималось от непонятной тоски.

А мама рассказывала, что в самой середине этой земли стоит прекраснейший замок изо льда. Высокий, сверкающий под солнцем ослепительнее бриллианта. Шпили-сосульки пронзают снеговые тучи, застилающие небо. Полы – гладкий лед, на ногах устоять невозможно! И все украшено искусной резьбой. Каждый коридор там – как хрустальная галерея: стены расписаны узорами из инея, в которых можно разглядеть диковинных зверей и волшебные цветы. Леда мечтала побывать в этих переходах, и слышала в воображении тихий звон, когда ледяной ветер гонит по залам колкие снежинки.

Пройти по коридорам в самый центр замка, где на огромном ледяном троне сидит Северный Мороз. В правой руке он держит посох, тоже изо льда, украшенный навершием из огромной снежинки. Насылает он бури и метели, холодный ветер и бураны. И если уж разозлится – даже сюда долетают ледяные ветра, приносящие снега. Мама рисовала его не просто как жестокого хозяина, а как старца с лицом, изрезанным временем: кожа его была бледней снега, а глаза – как острые льдинки, и нет в них ни сожаления, ни прощения. Он говорил мало, но когда говорил, слова превращались в ледяные узоры на стеклах.

Красивое царство у Северного Мороза. И страшное, потому как мертвое. Нет там ни шелеста листвы, ни птичьих трелей, не скрипнет снег под ногой путника. И все равно Леде хоть одним глазком хотелось увидеть замок и Северное сияние. Да и на Мороза поглядеть хотелось, только чтобы он ее не заметил! Вот бы стать невидимкой, погулять по замку и домой, в свою комнату.

А еще есть одна тайна. Настолько жуткая, что всех, кто ее узнает, Мороз заморозит насмерть. Каждый год ищет Мороз себе жену – умницу и красавицу, чтобы жила в его замке хозяйкой. Следила за снежными перинами на кроватях, чистила ледяные ковры и стирала занавески из инея. Ищет-ищет, да никак не найдет. Все его невесты стоят ледяными статуями в заснеженном саду. Потому что простой девушке там не выжить, а колдуньи в таком холоде жить не хотят. Вот и злится часто Мороз.

Мама говорила это шепотом, будто боясь, что даже через стены суровый Мороз услышит, что о нем говорят. Люди уверены: у Мороза есть и сердце, но оно согревается не иначе, как чужим теплом, которого он сам же и лишает.

Леда представляла себе сад, где вместо цветов – хрустальные статуи девушек, на лицах которых навечно застыл испуг. Иногда казалось, что одна из таких статуй вот-вот откроет глаза, но шепот мамы возвращал её в реальность: эти красавицы – навеки пленницы холода.

Даже примета есть: есть ли зима теплая – Мороз невесту идет, а если суровая – то снова заморозил девушку. Из-за этого опять злится и насылает на мир холод.

«Как же он находит невесту?» – спрашивала маленькая Леда.

«Северный ветер докладывает», – отвечала мама. Проводила нежно рукой по волосам дочери и продолжала: «Рыщет он по всему свету, а потом рассказывает своему хозяину, что видел. И если находит, Мороз лично идет в те земли, принося с собой небывалый холод».

После эти слов Леда всегда пряталась по одеяло. Очень боялась, что однажды и ее заприметит северный ветер для своего хозяина.

«Не бойся, моя доченька, – ласково говорила мама, – пока горит огонь в каминах, никакой Мороз нам не страшен!»

И Леда ей верила.

_________________________

Дороге читатели, снежная новинка от Валентины Элиме ждет вас

"Невеста на откуп для (с)нежного монстра"

https://litnet.com/shrt/Qxks

Глава 2.1

Но когда Леда подросла, стало интересно: если никто Мороза не видел, а тайна настолько тайная, то откуда все ее знают? Да и потом, до этих зачарованных земель ни доехать нельзя, ни доплыть, ни пешком не дойти. Откуда тогда узнали, как ледяной замок выглядит?

Только спросить у мамы уже было нельзя. В памяти остались звуки ее голоса и нежные прикосновения рук. Отец привел молодую жену, и слушать бесконечные вопросы ребенка они не желали. А слуги и деревенские считали легенды о Морозе правдой.

И мачеха тоже. Вот как перестала притворятся добренькой, так сразу стала грозить, что отдаст в «невесты». Иногда Леда даже не сомневалась, что сможет. Еще «невестами» называли замерзших девушек, об этом Леда узнала, когда ей исполнилось пятнадцать. Узнала случайно – проговорилась кухарка, думая, что ее не слышат. Или, наоборот, специально.

Вот и думай, что мачеха имела в виду.

Леда вынырнула из своих воспоминаний. Сделала еще глоток чаю.

Интересно, кого мачеха выбрала ей в женихи? Конечно, мнения отца она не спрашивала. И когда же будет знакомство? В середине декабря ей исполнится восемнадцать, вероятнее всего, мачеха пригласит жениха. И что же она этому неизвестному пообещала?

Себя красивой Леда не считала. Слишком бледная кожа, черные, как у селянки, волосы, глаза огромные и какие-то раскосые. Как ворона в стайке ярких птичек смотрится.

Мама была красавицей: тонкой, нежной, с волной золотых волос и глазами цвета прозрачного весеннего неба. Мама осталась в памяти мягкой и теплой, как летний лучк солнца.

Мачеха была красива холодной красотой. Все, кто ее видел, застывали в изумлении и взглядов отвести не могли. Леда прилипала к окну или пряталась за перилами, чтобы посмотреть, как мачеха поедет на очередной званый ужин или бал. Ах, какие у нее платья! Одно другого красивее. Гардероб самой Леды был куда как скромнее.

Допив чай, она поставила кружку на подоконник. Села, поставив ступни на сиденье кресла, натянула обтрепанный подол, прикрывая ноги, и обняла руками колени.

За окном медленно опускались темные предзимние сумерки. Поленья в кабине почти прогорели, и отблески угасающего огня, отражаясь в оконном стекле, казались фигурами, танцующими на балу.

Леда каждый вечер уходила в свои мечты. Разыгрывала сценки счастливой семейной жизни, как будто мама еще жива, а леди Ребекки в их жизни не было. В день своего шестнадцатилетия сидела в своей комнате и представляла, как танцует на первом «настоящем», а не детском балу. Как кружится в первом танце, одетая в белое платье дебютантки, и отец тихонько отсчитывает такты, чтобы она не сбилась с шага.

И откуда только эта Ребекка взялась? И полгода не прошло, как от неизвестной болезни умерла мама, а отец уже привел в дом молодую женщину. Сказал, что ей, Леде, нужна женская помощь, а ему хозяйка в доме. Сказал, что он еще достаточно молод, а роду нужен наследник. Дочка что? Выйдет замуж и выпорхнет из родительского гнезда, а сын возьмет в свои руки управление землями, будет заботиться о родителях и продолжит род.

Вот только годы шли, а сына все не было. Отец уже и забыл, что хотел наследника. Сильно изменился, постарел. А вот мачеха не постарела ни на день. Уж за почти десять лет должны были появиться морщинки. Но нет.

«Не зря столько денег тратит на всякие штуковины для красоты», – пришла к выводу Леда.

Деньги действительно утекали рекой, а слуги только и успевали заносить полные флаконы и уносить пустые. Каждый день мальчишка-посыльный приносил что-то из аптеки или косметического магазина. Два раза в неделю мачеха по утрам уезжала в термы, чтобы поплавать в бассейнах, наполненных целебными водами и принять массажи.

Когда Леда была младше, частенько из любопытства подслушивала разговоры мачехи с подругам. Они усаживались в женской гостиной или в саду, если погода позволяла, пили диковинный и дорогой кофе, ели потрясающе красивые и вкусные пирожные. И обсуждали знакомых, балы и средства для поддержания красоты.

И все подруги мачехи в один голос говорили, что Леда похода на грачонка – такая же некрасивая и с противным голосом. А отец был все время занят делами где-то в городе, а если оставался дома, то сидел в своем кабинете и видеть никого не хотел.

С соседскими детьми Леде играть было запрещено, да не очень-то тем и хотелось. Вот и остались в друзьях только книги да собственные фантазии. Хоть в небольшую библиотеку мачеха ходить не запрещала. Леда там перечитала все книги по десять раз от корки до корки. Даже скучнейшие альманахи по истории и экономике. Знала родословную королей до самого первого предка и самой дальней родни. Выучила карту звездного неба. Никто не следил, что она лазает на крышу, чтобы отыскать среди россыпи звезд фигуры, нарисованные в атласе.

Леда выучила, в какой комнате сколько досок на полу, сколько цветов на обивке каждого стула. Могла с точностью до пылинки рассказать, что стоит в каждой из комнат. Но куда ни разу не удалось попасть, так это в покои мачехи. Она заняла три комнаты конце коридора, и дверь, ведущая к ним, всегда была крепко заперта, а окна плотно зашторены и закрыты на замки. Не пробраться, а очень хотелось!

Неспроста же мачеха там проводит очень много времени. Наверняка прячет там свои тайны.

Леда вздохнула. Эти комнаты манили, но все попытки туда пробраться заканчивались плохо.

_______________________

Дорогие читатели, представляю вам снежную новинку Алисы Квин

"Сердце (с)нежной бури"

https://litnet.com/shrt/UDse

Визуалы

Дорогие читатели, не могу не поделиться красивущими карточками героев и обложкой. Героиню зовут Леда, а вот имя героев - пока тайна)))

Не забудьте положить книгу в библиотеку, и буду очень благодарна за лайк.

И добро пожаловать в Сказку....

Глава 3

Ребекка ревностно охраняла вход в свои личные комнаты. Служанки делали уборку только под ее острым взглядом. Ничего в первых двух особенно не было: красиво обставленная светлая гостиная да небольшой кабинет. В кабинете все равно все ящики комодов и секретера всегда были заперты. А гостиная не отличалась от других в подобных домах: много света, роскошная мебель, большие пяльцы для вышивания и корзинки с прочим рукоделием.

Все слуги в доме были новыми, и никто не знал, что дна из панелей, обтянутых тканью с узором из яблок, была фальшивой. А за ней скрывалась потайная дверь, запирающаяся на старинной формы ключ.

Больше собственной жизни берегла Ребекка эту тайную комнату. Ей стоило неимоверных усилий сделать ее и все нужное перенести. Даже вспоминать не хотела, на какие жертвы шла и что делала. Предпочла все забыть и сделать так, чтобы никто не смог рассказать.

Выгнав падчерицу на кухню, Ребекка именно в эту комнату и направилась. Подошла к двери и, оглянувшись, чтобы никого в коридоре не было, вошла. Не забыла дверь запереть на ключи, задвинула две массивные щеколды. Прошла через гостиную в кабинет. Рукоделие лежало для отвода глаз. Она иногда вышивала, как и положено леди, но не очень это любила. В кабинете писала письма и проверяла счета мужа.

Но больше всего времени она проводила в своей тайной комнате. Пусть глупые люди верят, что термальные бассейны и бесконечные эликсиры и мази помогают ей поддерживать неувядающую красоту.

Аптекари и владелицы салонов платили ей, чтобы она всем рассказывала про эти мази, натирки и ароматную воду. Обман Ребекку не тяготил. Что поделать, если люди вообще легковерны, а женщины из аристократии особенно? Селянка тоже хочет быть красивой, но денег у нее мало, а забот много. Да и там больше ценится крепкое телосложение и умение пахать в поле.

А вот аристократки... Это совсем другое дело! Им необходимо иметь тонкую талию, нежную кожу и холеные руки. Им просто необходимо оставаться красивыми как можно дольше. Ведь ума не хватает понять, как удержать мужа подле себе.

Так отчего не воспользоваться?

Деньги – залог ее красоты, а красота – залог денег.

Оперев дверь, Ребекка вернула панель на место, и стена со стороны кабинета опять стала цельной. Потом заперла дверь.

Обвела взглядом комнату, остановив его на горшке, в котором росла яблоня. Сейчас зима, и на небольшом деревце не было ни листика. Но придет весна, и живые лучи солнца через специальное окно начнут согревать деревце. Немного полива, и оно зазеленеет, потом зацветет и даст плод.

Одна загвоздка – поливать яблоню нужно слезами юной красавицы. Тогда не ней вырастет волшебное яблоко, но только одно. Вот это яблоко и дарит неувядающую красоту.

– Жаль, что осталось всего два года, – притворно печально вздохнула Ребекка.

В день двадцатилетия слезы девушки теряли свою волшебную силу. И нужно искать другую – красивую, чистую, нежную. Любая милашка не подойдет. Так что Леду решено было выдать замуж. Как раз к лету соберет достаточно ее слез в волшебный хрустальный флакончик. Получит свое яблоко, а за год найдет себе другого мужа. Вдовца с дочерью. А с этого успеет вытрясти все до последнего медяка.

– Ах, я успела привыкнуть к этому дому, – на губах Ребекки появилась тонкая хитрая улыбка. – Только все обустроишь, привыкнешь, жизнь наладишь, как опять приходится искать мужа. Кстати, о новом муже.

Ребекка обошла ванну, остановившись у алькова, резким движением раздвинула тяжелые плотные шторы. Колдовских сил у нее было очень мало, приходилось брать умом и хитростью. Сев на мягкий стул с высокой резной спинкой, посмотрела в большое овальное зеркало. Его хрустальную гладь обрамляла рама из древесины яблони, как будто ветви сплетались друг с другом, одновременно неся на себе цветы и плоды.

Ребекка без особого почте тения постучала острыми ногтями по зеркалу.

– Эй, Грэм, подъем! Хватит спать, лентяй, – насмешливо произнесла, вглядываясь в черную, бездонную пустоту. – Грэм!

Медленно из глубин выплывала серебряная маска. Вместо глаз и рта – пустота. Вместо волос – ледяные иглы.

– Слушаю вас, моя госпожа, – почтительно произнесла маска мужским голосом.

– Скажи мне, я все еще всех красивее на свете? – кокетлив спросила Ребекка. – Или появилась у меня соперница?

– Ты, госпожа, – лицо почтительно наклонилось. – Красивее тебя нет на свете никого. Но Леде скоро восемнадцать.

– Да знаю я, – скривилась Ребекка. – Не собираюсь я ждать еще два года, – нервно произнесла, застучав ногтями по раме. – Ты уже начал искать другую девушку?

Тон ее голос не предполагал отрицательного ответа.

– Да, моя госпожа, – Грэм был само почтение.

Кому, как не ему искать девушек? Ведь все они с малых лет любят смотреться в зеркало, прихорашиваясь. А он перемещается от зеркала к зеркалу, выискивая ту самую. Он может пробраться в любое зеркало, никто ведь не знает, что он существует. Девушки красуются, совершенно не подозревая, что любая из них может стать следующей.

– И? – Ребекка теряла терпение. – Нашел? – она впилась взглядом в Грэма.

__________________________

Дорогие читатели, приглашаю заглянуть в новую историю Алины Углицкой

"Мой (с)нежный князь"

https://litnet.com/shrt/Q5LQ

Глава 3.1

– Еще нет, моя госпожа, – Грэм виновато опустил лицо.

– Чем ты занимаешь, ленивое создание? – рявкнула на него Ребекка. – За целый год ты так и не нашел нужную девушку?

– Вы же знаете, что это не так просто, моя госпожа, – попытался оправдаться Грэм. – Нужна не только красота, но и подходящий характер. Да и вы же сами сказали, что искать надо родовитое семейство. Бароны вас не устраивают.

– Конечно, не устраивают! – воскликнула Ребекка. – Я столько сил приложила, чтобы стать баронессой, теперь хочу быть маркизой или графиней. А еще лучше герцогиней. В крайнем случае – виконтессой. Но с перспективами. А ты меня куда загнать хочешь, а? Еще за купца выйти предложи!

– Купцы богаты, – напомнил ей Грэм. – А нищих графов полно. Или титул, или деньги.

– Я не собираюсь выбирать! – Ребекка полыхнула злым взглядом, ударяя по раме ладонью. – Не верю, что никого не найти! Ищу лучше, не ленись! Я и так вынуждена растягивать яблоко на весь год. Это ужасно! Почему дерево не может дать хотя бы три плода? А лучше пять. Годы идут, и мне маленького кусочка мало. Смотри, вот тут уже морщинка, видишь?

Она приблизила лицо к зеркалу, указательным пальцем дотрагиваясь до уголка глаза.

– Вот тут начинают появляться мелкие противные морщинки, – прошипела Ребекка. – И они будут становиться все больше. Там среди королей никого подходящего нет?

– Сожалею, моя госпожа, – виновато произнес Грэм. – Да и как вы сможете подобраться к королю?

– Не твое дело, – отчеканила Ребекка. – Ищи. Время идет. Мне уже надоел этот городишко, хоть волком вой. В самом крайнем случае подойдет богатый купец или промышленник. Но очень богатый! Чтобы я могла утереть нос всем аристократкам.

– На Севере и Востоке искать? – задал Грэм вопрос, ответ на который знал. Но все равно решил попытаться. – Там есть богатые ярлы, князья и падишахи.

– С ума сошел? – взвилась Ребекка. – У этих холодно, у тех невозможно жарко, а у другие вообще варвары! Ужасные условия, дикие забавы, никакой культуры. На балах мне там с кем танцевать, с медведями? Нет уж, мне нужно подобраться к какому-нибудь королевскому двору. Если бы ты поднапрягся и смог заглянуть хоть в одно зеркало в Зачарованных землях... – произнесла с жирным намеком. – Мне бы не пришлось из кожи вон лезть, чтобы достойно жить.

Пробраться в Зачарованные земли было ее самой сокровенной мечтой. Ведь там из-под под земли бьет источник весной молодости. Его вода собирается в маленькое чистое озерцо. по берегам которого даже в самые лютые морозы цветут великолепные цветы. Источник дает тем землям процветание и плодородие. А тот, кто в нем искупается, обретет вечную молодость и красоту.

Где находятся зачарованные земли, Ребекка знала только примерно. Грэм услышал о нем случайно, много лет собирал слухи и легенды, но толком ничего разузнать так и не смог. Бесполезное создание!

Искать их надо где-то среди бескрайних снегов далеко на Севере, но сначала нужно долго-долго ехать на Восток. Карты нет, названия страны нет, ну и как ту отыскать этот источник? Вот и приходится собирать слезнку за слезинкой, чтобы поливать волшебную яблоню.

Эх, вот бы туда добраться! Искупалась бы, набрала воды с собой. Это же как можно будет развернуться? Продавать воду по капельке – озолотится! А если яблоню полить? Насколько сильнее станут яблоки? Иди вдруг их будет много?

Перспективы рисовались самые заманчивые. У Ребекки дух захватывало, как можно шикарно устроить свою жизнь.

А пока приходится как-то выкручиваться.

– Иди, – Ребекка повелительно взмахнула рукой, отсылая Грэма. – Все нужно делать самой, – вздохнула она.

Выйдя из алькова, задернула шторы. Не спеша подошла к хрустальной ванне, вырезанной в форме яблока. Провела кончиками пальцем по по гладким граням, разбивающим солнечный свет на мириады цветных бликов. Протянув руку, повернула рожки на серебряном кране. Вода, полившая в ванну, ласкала слух журчанием горного ручья.

Ребекка довольно улыбнулась. Никакой магии, но водопровод настоящее чудо. Как только это придумали, сразу потребовала провести в дом. Не нужно было больше таскать нагретую воду ведрами.

– Как же хорошо быть богатой, – Ребекка подошла к шкафчику, пробежалась пальцами по флакончикам с настоящими зельями, выбирая нужное. Несколько капель в воду и она обретет волшебные свойства.

Капнула из одного, потом из другого. По комнате поплыл аромат цветущих яблонь, а вода окрасилась в нежно-розовый цвет.

Ребекка тщательно закупорила флаконы и убрала на место. Такие зелья беречь надо, сделать их очень сложно, уходит слишком много сил и времени. После колдовства она стареет, вот тут и приходит на помощь волшебное яблоко.

Ей нужно к волшебному источнику! Однажды яблока может оказаться недостаточно.

А пока она расстегнула пуговички на домашнем платье, позволив ткани соскользнуть с ее тела и лечь лужицей у ее ног.

Перешагнув его, скинула расшитые стеклярусом туфельки. Второе, самое обычное зеркало отразило ее с головы до ног обнаженную. Ребекка придирчиво себя оглядела, замечая малейшие морщинки. И шагнула в ванну. Опустилась в теплую воду с яблоневым ароматом по самую шею. Положив голову на бортик, прикрыла глаза.

Волшебная вода поможет поддержать красоту, но как же было бы замечательно купаться в источнике когда захочется!

_______________________________

Дорогие читатели, приглашаю в чудесную снежную новинку от Натальи Лакоты

"Желание холодного сердца"

https://litnet.com/shrt/XMjk

Глава 4

Ребекка лежала в теплой воде, буквально чувствуя, как магия обволакивает тело мягкостью, смывая не только усталость, но и едва заметные признаки увядания. Годы берут свое. А яблоку и волшебным зельям не под силу повернуть время вспять.

То ли дело источник.

Ребекка медленно подняла голову и села. Вода заструилась по плечам, и в обычном зеркале она отразилась по грудь. Улыбнулась своему отражению. На пару недель хватит, а перед днем рождения глупышки Леды снова примет волшебную ванну.

И надо заставить ее наплакать пару флаконов слез. Про запас, так сказать.

Выйдя из ванны, Ребекка накинула на влажное тело шелковый халат цвета розового жемчуга. Вызывающе дорога ткань, но такая безумно приятная, гладкая. Ей очень нравилось, как шелк скользит по коже.

Босиком, оставляя дорожку влажных следов, Ребекка прошла к туалетному столику. Села на мягкий пуф и взяла в руки расческу с серебряной ручкой.

Она очень любила расчесывать свои волосы цвета расплавленного золота. Глупый барон со своими земледельческими замашками говорил, что у них цвет вызревшей пшеницы. Ну не дурак ли? Кто делает такие комплименты? Никакого изящества.

То ли дело более знатные лорды. Вот они знали толк в комплиментах. И сравнивали ее губы с лепестками роз, а кожу – с фарфором. Ребекка благосклонно улыбалась, танцевала, но позволяли не более чем целовать ей руку. Нашли простушку – подпускать к себе.

– Какая красота, такой же шелк, – Ребекка пропустила волосы сквозь пальцы. – И этой красоте нельзя дать увянуть. Я заслушиваю самого лучшего – вечной молодости. А еще спать на шелке и есть с золотых блюд. Ну как же уже хочется переехать во дворец. Хотя бы не королевский. Сил никаких нет прозябать здесь. Ах, какие бы я балы закатывала!

Ребекка очень любила представлять себе, как танцует на королевском балу. Ее собственном балую. В белом платье, расшитом золотом и драгоценным камнями. Непревзойденная в своей красоте и роскоши тиара украшает ее голову, а рядом скромно стоит король.

И абсолютно все ею восхищаются. Слава о ее красоте и молодости летит по всему свету, заставляя рыдать горючими слезами все красавиц. Ведь они теперь знают – прекраснее нее им никогда не стать, пусть хоть все зелья мира на себя выльют.

А чтобы этого действительно не случилось – источник она оградит от всех. И ни одна живая душа к нему подойти не посмеет.

Вот только чтобы это осуществить, надо для начала разузнать, где этот источник находится. А для этого надо заглянуть в зеркала Зачарованных земель.

– Но пока сойдет и выдать замуж Леду, – сказала Ребекка, и на ее красивых полных губах появилась злая усмешка.

Бесхребетный муж согласен выдать дочурку за богатого купца. Ну и что, что тот старше его самого и трижды вдовец? Зато очень богат и готов выложить кругленькую сумму, чтобы порадовать будущую тещу.

Мерзавка пусть будет благодарна, что войдет в богатый дом. А могла бы стать женой какой-нибудь нищего баронетта. Но допустить брак с нищим Ребекка не могла, как и оставить Леду в покое. После двадцати она будет бесполезна. И, возможно, сможет найти свое счастье. На это Ребекка была категорически не согласна. К тому же очень богатый и старый зять – ее страховка. У собственного мужа деньги заканчиваются, а новый пока не найден.

А всего через два года слезы маленькой дряни станут бесполезны. Пусть хоть так компенсирует потерю. Еще благодарна будет, если повезет остаться богатой вдовой.

– И пусть хоть один злопыхатель скажет, что я не забочусь о будущем своей падчерицы, – усмехнулась Ребекка.

Отложив расческу, она расправила волосы по плечам. Они переливались и сверкали.

– Ну чистое же золотое, – восхитилась Ребекка, – какая пшеница?

Протянула руку за баночкой с кремом, и на минуту застыла, любуясь изящными пальцами. Как на них красиво смотрятся кольца! И как идут тонкому запястью браслеты. На стройной высокой шее должны быть только ожерелья из множества ярусов, чтобы спускались на грудь.

– Прекрасна, спору нет, – Ребекка счастливо улыбнулась. – А стану еще прекраснее.

Наконец-то взяв баночку, четким движением скрутила крышку. Это острое резкое движение никак не вязалось с нежной леди. Зачерпнув крем, пахнущий розами, нанесла его на лицо, тщательно втерла в шею, и дальше по телу, не пропуская ни единого кусочка кожи. До кончиков пальцев на ногах и гладких пяток.

Ребекка бы с удовольствием проводила в этой комнате намного больше времени, занимаясь своей красотой и смотрясь в зеркало. Но дом и финансы требовали крепкой хозяйской руки. А это ее неимоверно раздражало!

Ребекку злило, что приходится считать деньги, и нельзя просто тратить на все, что хочется. От злости портилась кожа и появлялись морщины.

– Как сложно жить красавице, – вздохнула Ребекка, поднимаясь с пуфа.

Она сняла халат и повесила его на специальный крючок. Подняла с пола платье. Очень хотелось, но не получилось сделать вход в эту комнату из своей спальни.

Ну ничего, в новом доме она сделает по-другому: гораздо удобнее и намного роскошнее. Все будет в шелках, золоте и хрустальных зеркалах.

А пока Ребекка сунула руку в воду и открыла пробку, чтобы вода сливалась. Надела платье, тщательно застегнула все пуговицы. Волосы собрала в пучок на затылке. Бросила внимательный взгляд на альков, но быстро передумала звать Грэма. Все равно это бесполезное создание ничего не успело!

_______________________________

Дорогие читатели, спешу познакомить вас со следующей зимней историей от Элен Скор

Снежный переполох, или леди в бегах

https://litnet.com/shrt/kyyP

Глава 4.1

– Тоже мне, магическая сущность, – презрительно фыркнула Ребекка, отпирая дверь.

Отодвинув панель, вышла в кабинет. Дверь тщательно заперла и поставила панель на место. Ветки яблонь сомкнулись идеально. Если не знать, куда смотреть, то и не найдешь никогда.

Прошла, стуча каблучками, к входной двери и отперла ее. Потом вернулась к диванчику, возле которого стояли пяльцы и дернула за шнурок, вызывая горничную.

Сама уселась на диванчик и взялась за иголку, делая вид, что вышивала все это время.

– Слушаю вас, моя госпожа, – молоденькая горничная прибежала через две минуты. Сделала торопливо книксен, растянув подол форменного шерстяного платья. Некрасивая, с рябым лицом и плоской фигурой – такая даже не помыслит составить конкуренцию.

– Принеси мне кофе со сливками и пирожные, – с царственным видом приказала Ребекка. – Живее! – прикрикнула на горничную, дрожавшую, как листок на ветру.

И та со всех ног кинулась выполнять приказ. А Ребекка на самом деле взялась за вышивание. Ну надо же что-то делать.

Как только горничная принесла кофе и пирожные, Ребекка с усталым видом пересела за столик. Потерла переносицу, будто вышивала несколько часов подряд.

– Иди, – повелительно взмахнула рукой, отсылая горничную.

И стоило той закрыть за собой дверь, как Ребекка расслаблено села в кресло и взяла в руки чашечку из тонкого фарфора. Пора возвращаться к делам.

Нужно готовить празднование дня рождения никчемной мерзавки. Хорошо, что жениха удалось убедить, что и помолвку можно провести в этот же день – для экономии. И так придется потратиться на несколько новых платьев для этой негодяйки. А еще туфли, какие-то украшения нужны и вообще.

Как же это все дорого обойдется!

И ведь надо ужин торжественный организовать. Жениха принять нужно согласно статусу.

Ребекка бы просто выпихнула девчонку замуж в каком-нибудь платье, а там пусть муж одевает, как сочтет нужным. И только щедрые подарки жениха хоть немного примеряли ее со значительными бесполезными тратами.

Ох, нелегко быть матерью дочери на выданье.

Столько всего нужно организовать! Мерзавка вот специально родилась зимой, чтобы были большие траты на цветы и ленты для украшения парадного зала в доме. А так бы обошлись милыми посиделками в саду. Да и фрукты летом намного дешевле.

Еще нужна какая-то шуба и сапожки красивые. Не выставлять же ее замуж в старом тулупе.

Столько трат! Столько трат!

Ребекка задумалась.

Старый козел, богатый старый козел, и так получает в жены невинную молоденькую девушку, так есть ли разница, какое на ней будет платье?

– Захочет подороже – сам купит, – решила Ребекка, – а Леде хватит и моих перешитых. Немного расставить в талии, обрезать по длине и сойдет. Шуба какая-то должна найтись. А обувь... – она поставила чашечку и забарабанила пальцами по столу. – Обувь придется купить. Одних нарядных туфлей хватит. Все равно под длинным подолом ничего не видно.

Ребекка взяла воздушное пирожное: нежный клубничный крем на миндальном тесте. Невероятно вкусно. Придется заказать таких на день рождения Леды. Нужно показать, что любит эту гадину. Следующее пирожное было лимонным, чуть кисловатым, освежающим. После третьего, черничного, немного грустные мысли отпустили. Все потом стребует с зятя.

– Еще же украшения, – Ребекка покачала головой. Это как минимум серьги, ожерелье, браслет и пара колец. Не считая шпилек для волос и фибул. А это все так дорого. Этого старикашку подделками не проведешь. Старый хрыч с одного взгляда раскусит позолоту и граненые стекляшки.

От всех этих мыслей заломило виски, и Ребекка, прижав пальцы, легонько помассировала их. Все эти заботы так утомляют Ах, если бы убедить женишка дать денег на всякие мелочи! Все-таки берет в жены не какую-то простолюдинку, а молодую леди из знатного рода. А кто сказал, что быть аристократом – это дешево?

Это очень дорого! Дважды в одном платье на балу появиться категорически нельзя. Вот и пусть привыкает, старый скряга.

Ребекка съела еще два восхитительных пирожных. Взяла чашку с кофе и пошла в кабинет. Поставив чашку на полочку, достала лист бумаги и самопишущее перо. Не так давно они стали популярны и были намного удобнее гусиных. Теперь не нужно было макать кончик в чернила, они заливались внутрь полого металлического стержня и обратно выходили очень аккуратно.

И придумал же кто-то такую удобную штуку!

Ребекка себе таких полдюжины заказала – с резьбой и инкрустацией. Что поделать, любила себя окружать красотой.

Немного подумав, начала записывать то, что предстояло делать. Список получался внушительный. А это даже без излишеств, все только самое необходимое. Все-таки нужно было затевать помолвку летом. Но тогда был риск, что старый хрыч успеет жениться на другой. Мало ли ушлых женщин, готовых на брак даже с таким отвратительным мужиком ради денег? Опередят и все его богатство к своим загребущим рукам приберут. А ей нужнее!

Закончив писать, обсыпала лист тальком, встряхнула, убирая лишнее. Сложила лист и убрала в карман. Потом вызвала горничную, чтобы та убрала посуду.

С вышивкой на сегодня все, нужно идти перебирать свой гардероб. Придется пожертвовать несколькими платьями, иначе можно просто разориться!

– Я такая чудесная мачеха, – улыбнулась Ребекка. – Вон как прекрасно судьбу негодяйки устраиваю. Будет жить в большом доме при богатом муже. Лучше, чем о себе, позаботилась.

__________________________________

Дорогие читатели, приглашаю в снежную новинку от Юки и Анастасии Гудковой

Белоснежка. (не) сказочная история попаданки

https://litnet.com/shrt/zTrC

Глава 5

Леда о планах мачехи, конечно, не знала. Спрашивать у мачехи, кого ей выбрали в мужья, бесполезно. Можно попытаться узнать у отца. Он же должен был дать свое согласие.

Ждала, когда отец вернется домой. За окном совсем стемнело, стрелки часов показывали начало восьмого. Скоро ужин, а отец всегда ужинает дома, если мачеха не уехала на бал или ужин.

Поднявшись из кресла, Леда прошла в скромно обставленную ванную комнату. Нужно к ужину переодеться, а не то получит нагоняй.

Сняв платье, кинула в таз. Пришлось самой научиться ухаживать за одеждой и обувью, новая прислуга не спешила выполнять просьбы хозяйской дочки. Умывшись, переоделась в чистое, более приличное платье. Его подол пришлось подшить тканью с другого платья, а то стал уже неприлично короток. Заплела волосы в косу и уложила на затылке. Никогда не укладывала локонами. Мачеха ненавидела это, требовала волосы собирать, а то могла и больно отттаскать.

Обув домашние туфли, которые сама расшила цветами, побежала в библиотеку. Мачеху там встретить шансов никаких, но видно подъезжающие к дому кареты.

Леда вглядывалась в улицу, освещенную фонарями. Катились кареты и повозки, по тротуарам шли по своим делам прохожие, кутаясь в шарфы и воротники. Зима не пришла только по календарю, в природе ее дыхание было уже ощутимо.

Минуты текли, но Леда не отходила от окна, хотя стала уже замерзать. В спешке забыла накинуть на плечи мамину шаль. Очень тонкая, узорная, но теплая. Она согревала не только потому, что была пуховой, но и потому, что принадлежала маме. Леде казалось, что на тончайших нитях все еще держится запах маминых духов.

Она слышала, как по коридорам бегают слуги. Старшая горничная командовала, что пора накрывать ужин.

И действительно, не прошло и пять минут, как с улицы на дорожку свернула карета отца. На боках красовался фамильный герб – сноп пшеницы внутри подковы. Символ земледелия и принадлежности к аристократическому роду. Гербы от знаков гильдий отличались – они всегда рисовались на щитах и включали золото или серебро в зависимости от знатности. Даже самый богатый купец или промышленник не мог использовать золотую или серебряную краску, а бедный граф, даже если у него в кармане и медяка не было, мог. Вот и роднилась обедневшая аристократия с «простыми», но богатыми.

Карета подкатила к крыльцу, и Леда кинулась из библиотеки к входной двери.

– Папа! – Леда радостно улыбнулась, увидев отца. Очень хотелось подбежать и обнять его, но остановилась в трех шагах.

– Леда, добрый вечер, – в голосе отца был едва заметный намек на тепло. Он быстро расстегнул теплое пальто с меховым воротником и скунул на руки горничной. – Как прошел твой день? Хорошо? А где Ребекка?

– Все хорошо, – ответила Леда, грустно улыбаясь, отца ее ответ совершенно не интересовал. – Папа, а правда, что ты выбрал мне жениха?

– Да, Ребекка выбрала, – подтвердил отец. – Она о тебе очень сильно заботится, как любящая мать. Не опаздывай на ужин, Ребекка этого не любит.

Леда так и осталась стоять, наблюдаю, как отец идет к лестнице. Вот, даже вопрос про жениха не пробил стену его отчуждения. Кроме Ребекки никого не замечает.

Обхватив плечи ладонями, потерла в попытке согреться. В доме было тепло, но Леде казалось, что ее обдувают ледяные сквозняки. Отец поднялся наверх, ни разу не оглянувшись.

Леда перевела взгляд на большие напольные часы: из цельного дерева, резные, с тяжелым маятников. Маленькая стрелка показывала, что до восьми осталось пять минут и нужно спешить в столовую. Нельзя опоздать ни на секундочку, но и войти первой она тоже не может.

Во всем и всегда первой должна быть мачеха.

Горничные закончили сервировать стол и застыли в ожидании хозяев.

Пришлось ждать еще минут десять, пока отец и Ребекка спустились. Мачеха даже к домашнему ужину всегда принаряжалась. Отец же просто переоделся в домашнее, сменив выходной костюм на менее строгий.

Мачеха, опираясь на руку отца проплыла с видом королевы и заняла стул по правую руку. Место Леды было по левую. Стул для Ребекки отодвинула горничная, для отца тоже, а Леду все, как обычно, проигнорировали.

Мачеха дождалась, когда горячий наваристый суп будет разлит по тарелкам, и мило улыбнулась. От этой улыбки по спине Леды прошел холодок нехорошего предчувствия.

– Ах, милое дитя, – начала Ребекка, и уже это обращение сулило большие неприятности, – тебе через две недели восемнадцать, и станешь взрослой девушкой. В честь этого мы устроим настоящий праздник, да, дорогой? – она с улыбкой и обожанием в глазах смотрела на мужа.

– Да, дорогая, – кивнул он. – Ты всегда знаешь, как будет лучше. Устроить праздник будет здорово.

Леда ушам своим не поверила. Так и замерла, не донеся ложку до рта. Мачеха собралась отметить ее день рождения? Да быть того не может! А мачеха продолжала говорить невероятное:

– Я уже составила список, что нужно заказать. Украсим зал цветами и лентами. И закажем воздушные пирожные, а еще разные фигурки из шоколада. Музыкантов пригласим. Какой же праздник без музыки, правда? Это будет восхитительно весело! Леда, ты рада?

– Да, матушка, – постаралась как можно любезнее произнести Леда. – Я могу начинать рассылать пригласительные?

___________________________________

Дорогие читатели, представляю вам историю Татьяны Абаловой

"Нежные объятия льда"

https://litnet.com/shrt/HeG6

Глава 5.1

И Леда, и Ребекка прекрасно знали, что пригласительные отправлять некому. У Леды не было подруг совсем, а родственники давно не поддерживали отношения.

Губы Ребекки едва заметно дрогнули, а в глаза промелькнуло недовольство. Но он в совершенстве владела собой, и ответила мягким голосом:

– Конечно, милая. Я их обязательно отправлю.

– Дорогая, ты как всегда очень добра и заботлива, – отец накрыл пальцы Ребекки своими и слегка сжал в знак признательности. – Я боюсь даже представить, что в тот день мог тебя не встретить.

«Как бы было прекрасно!» – мрачно подумала Леда.

– О, дорогой, я люблю Леду как собственную дочь, – фальшиво-ласково произнесла Ребекка, в притворном смущении опуская взгляд. – Я тут подумала, нашей девочке неплохо было бы взять пару уроков танцев. Освежить умения. А еще немного обновим гардероб. Леда на своем празднике должна быть самой красивой. Да и поводов целых два! Не только совершеннолетие, но помолвка! – пролепетала восторженно. – Ах, милая, я так рада!

– Я тоже рада, – улыбнулась Леда. Собравшись с силами, радостным голосом произнесла: – И совершенно счастлива буду, если узнаю имя своего жениха.

– Ну как же, Леда, – мачеха в притворном удивлении захлопала ресницами, – мистер Коуст. Состоит в гильдии тканевых купцов. Очень богат. У него большой дом на том конце города и огромный магазин в центре.

– Знать бы еще, кто это, – громко прошептала Леда. – Папа?

Ребекка тут опалила ее злым взглядом, а отец, похоже, опять ничего не заметил.

– Мистер Коуст отличный выбор, – ответил отец, но как-то не очень уверенно. – Он богат, его принимают во многих домах. Ты сможешь позволить себе наряды и драгоценности.

– Но я же дочь барона, – намекнула Леда.

– О, милая, – вмешалась мачеха, – пусть тебя это не волнует. Аристократки зубы в порошок сотрут от зависти. У тебя будут невероятно дорогие наряды, не переживай. И роскошные кареты. И вообще, мы уже обо всем договорились, – поставила она точку.

– Да-да, – кивнул отец. – Я очень хочу достой обеспечить твое будущие. Ты не будешь ни в чем нуждаться.

– А любовь? – задала Леда прямой вопрос.

– Мистер Коуст тебя полюбит, – вывернулась мачеха. – Леда, хватит капризничать. Я стараюсь для твоего же блага. Завтра придет учитель танцев. А потом я поеду выбирать украшения. Ах, как хорошо будет, если выпадет снег, да, дорогой?

– Да, дорогая, – поддакнул отец.

– Сейчас такая погода ужасная, – начала болтать Ребекка, давая понять, что разговор о женихе окончен. – Грязь эта застывшая нагоняет тоску. Вот если выпадет снег, и все станет белым, это будет так прекрасно! Только бы не стало сильно холодно. От мороза кожа становится сухой.

Больше для Леды не прозвучало ничего интересного. Мачеха совершенно точно не станет отвечать на вопросы. А Леде очень хотелось знать, что за человек этот господин Коуст. Да и как выглядит – тоже было бы неплохо узнать. Но для мачехи главное – что он богат. Вот бы и выходила за него замуж сама!

Весь ужин Ребекка только и щебетала о том, какая удачная и очень выгодная партия мистер Коуст. С каждой минутой Леда все больше убеждалась, что это все не просто так. Не могла мачеха вдруг стать доброй.

– Папа, можно с тобой поговорить? – спросила Леда, надеясь, что отец не откажет. Но нет.

– Не сегодня, я очень устал, – отказал ей отец. – Иди к себе.

– Да, иди к себе, – с ядовитой улыбкой произнесла мачеха. – Возьми пирожное и чашку чаю. Я попозже зайду пожелать тебе сладких снов.

«Только вот после этих пожеланий меня ждут кошмары», – подумала Леда.

– Папа, спокойно ночи, – Леда, поцеловав отца в щеку, покинула столовую.

Пирожное и чай она прихватила с собой. С мачехи станется потом запретить ей есть сладкое на неделю или две.

Закрывшись в комнате на замок, Леда заметалась из угла в угол.

– Как же узнать, кто такой этот мистер Коуст, – вести беседы самой с собой ей не привыкать. Так думается лучше. – Что богат – это понятно. Наверняка мачеха решила запустить свои холеные загребущие руки в его деньги. Как бы тайком сбежать из дома и сходит в тот магазин. Может, получилось бы разузнать, что он за человек и как выглядит. Ну не может все быть гладко! Не поверю, что мачеху волнует мое будущее. Отца почти разорила, вот и меня не замуж выдает, а продает.

И сбежать некуда. В поместье первым делом искать будут. А где еще прятаться, Леда не знала. Ни знакомых, ни подруг кто бы мог помочь.

Разве что...

Леда остановилась посреди комнаты. От этой мысли были так страшно, что она зажмурилась.

А ведь это выход!

Делать она умеет много что, работы не боится. Может и гувернанткой работать. Наверное. Читает, пишет, считать умеет. Наукам разным обучена. Еще вышивать умеет и на клавесине играть.

Страшно, а что делать? Мачехе она ни капли не верила.

– Дождусь дня рождения и посмотрю на жениха, – решила Леда. – Если он мне не понравится, а он мне не понравится наверняка, то сбегу. Притворюсь, что смирилась. А сама готовится буду. В платье служанки во мне никто леди и не признает. Жаль, не лето сейчас. Пешком далеко не уйти, в лесу не спрятаться.

Леда опять заходила по комнате, но теперь не металась испуганной птичкой. Ее шаги были размеренными и твердыми. Она обдумывала план своего спасения. Это только в сказках принцы спасают бедных, но благородных девушек. В реальном мире они женятся на принцессах по указке родителей.

Не забывала Леда прислушиваться и к шагам в коридоре, но мачеха так и не пришла.

____________________________________

Дорогие читатели, хочу познакомить вас со следующей историей моба от Полины Нема

"Невеста зимнего князя"

https://litnet.com/shrt/3Z3N

Глава 6

Впрочем, мачеха редко когда заходила в комнату Леды. Просто первым делом перенесла детскую подальше от родительских комнат, чтобы как можно реже видеть падчерицу. По этому повожу Леда давно уже плакать перестала, теперь находила это очень удобным. Ей тоже хотелось быть от мачехи как можно дальше. Желательно, на другом конце города. А лучше хотя бы в другой стране.

Но пришлось встречаться с утра за завтраком.

– Матушка, я вас вчера ждала, а вы не пришли, – нежно, с улыбкой произнесла Леда, прекрасно зная, что ей это не спустят.

– Дела отвлекли, – обожгла холодной вежливостью Ребекка. – Твоя день рождения и помолвка одновременно – это очень, вот очень-очень сложно. Ты молода и просто не понимаешь, как тяжело мне выкручиваться, чтобы все организовать на высшем уровне, и не потратить лишнего медяка.

– Дорогая, ты у меня самая замечательная жена и хозяйка, – отец влюбленно смотрел на Ребекку.

Леда прикусила щеку изнутри, чтобы не напомнить, что все деньги растранжирил на балы, платья и украшения. Но тогда случится жуткий скандал. Поэтому промолчала, хотела поговорить с отцом, но тот, закончив завтрак, уехал по делам. Леда понятия не имела, где он проводит время и чем занимается.

– Иди к себе, – приказала мачеха. – У нас много дел, а после обеда прибудет учитель танцев. Не хочу, чтобы люди думали, будто у тебя обе ноги левые.

– Слушаюсь, матушка, – Леда, сделав книксен, отправилась к себе.

– Нормальные у меня ночи, – тихо себе под нос ворчала она. – И танцую я хорошо. Швабра не жаловалась. И халат тоже.

Леда понимала, что ей не достает практики. Но где было практиковаться? Только на деревенских танцах. Мелькнула шальная мысль сплясать на дне рождении лихой деревенский танец, пусть идеальное лицо мачехи перекосит от злости, а фарфоровая кожа покроется красными пятнами. Мысль неплохая. И перед уходом из дома можно сделать что-нибудь этакое. Чтобы мачеха злилась и приказала сидеть в комнате.

«Так и сделаю!» – решила Леда и улыбнулась. Ей запрут в комнате, но ведь для побега дверь и не нужна. Настроение немного улучшилось.

А минут через десять явилась и мачеха. Вошла в комнату, окинула взглядом обстановку и скривилась.

– Убожество, – пренебрежительно бросила.

Леда опять промолчала. Это свои покои и парадные комнаты она постоянно обставляла по последней моде, а Леде приходилось выбирать из того, что мачеха сочла ненужным.

– Заносите! – крикнула Ребекка. – Ну что плететесь, как старые клячи?

Леда очень удивилась, когда горничные внесли две охапки платьев. Но все быстро встало на свои места.

– Твой гардероб ужасен, – высокомерно заговорила мачеха. – Твои туалеты старые и потертые. Я не могу допустить, чтобы ты в таком нищенском виде предстала перед женихом. Что он подумает?

– Что мне не покупают платьев? – логично предположила Леда.

– Молчи, мерзавка, – прошипела мачеха. – Ты и так имеешь гораздо больше, чем того заслуживаешь. Что ты сделала, чтобы жить на всем готовом в богам доме? Ничего! Ты просто родилась. Многие живут гораздо, гораздо хуже. Вот они, например, – махнула рукой на горничных, и те, опустив взгляды, сделали низкие реверансы. – Тебе не нужно тяжело работать за кусок хлеба. Ты не мерзнешь зимой на улице. А ведешь себя как неблагодарная дрянь. Я делаю тебе сейчас поистине королевский подарок, но ты все равно не оценишь. Ты не умеешь ценить то, что имеешь. Ах. я столько сил приложила, чтобы воспитать тебя скромной, кроткой и порядочной леди. Но ты не обучаема.

Закончив речь, Ребекка тяжело вздохнула. Подошла к зеркалу и, улыбнувшись, прикоснулась пальцами к волосам, поправляя и без того идеальную прическу.

– На твое счастье, – продолжила она, – я слишком добра и мягкосердечна, чтобы просто вышвырнуть тебя за порог. Поэтому я выдам тебя замуж за богатого купца, а чтобы ты не выглядела нищенкой, подарю тебе несколько своих платьев.

«Какая щедрость!» – мысленно съязвила Леда. Даже сейчас мачеха нашла, как сэкономить. Но только на Леде. Сэкономить и унизить. Потому что платья были красивыми, но немного устаревшего фасона, а еще то, что подходило замужней леди, да еще и блондинке, не было к лицу юной брюнетке.

– Ну, что молчишь? – жестко спросила Ребекка. – Ты должна рыдать от счастья.

– Благодарю вас, матушка, – ровным тоном произнесла Леда, делая едва заметный книксен.

– Неблагодарная дрянь, – припечатала Ребекка. – Снимай свои лохмотья. Нужно наметить, где распустить платья. Ты толстенькая коротышка, и в талии мои платья на тебе не сойдутся.

Леда и сама так думала. Но первая же примерка показала обратное: платье в талии оказалось ей велико. А вот длину и правда нужно подшить.

– Это ткань растянулась, – зло прошипела Ребекка, ее глаза едва ли молнии не метали. – Я его давно носила. Быстрее закалывайте. Что вы копаетесь, курицы?

Но и примерка остальных платьев показала то же самое – талия у Леды была тоньше.

– Какие ужасные ткани, – фыркала Ребекка, – а ведь уверяли, что самые лучшие. Никому веры нет. Все вытянулось! Как хорошо, что я решила их перешить. Даже надень их я, все равно бы пришлось ушивать. А так и тебе позаботилась, и деньги сберегла. Хозяйка должна быть рачительной.

____________________________

Дорогие читатели, еще одна история нашего сказочного литмоба от Александры Гусаровой

Снежана для Ивана или тайна молодильного яблока

https://litnet.com/shrt/_G6J

Глава 6.1

Леда молча все выслушивала, покорно примеряя платья. В зеркале она отражалась в красивых платьях, совсем ей не подходящих. У мачехи были гораздо красивее и дороже, но и эти намного лучше ее самого красивого.

– Все равно как на корове седло, – мачеха обошла Леду по кругу, пристально изучая недовольным взглядом. – Вот тут что за пузырь? Кто так покалывает? Дай я сама!

Выхватив из рук горничной булавку, воткнула в ткань. И в Леду.

– Ай! – пискнула Леда.

– Ой, не рассчитала, – усмехнулась Ребекка.

Но «помогать» горничным не перестала. Она колола и щипала Леду как бы невзначай, дергала за волосы. Ей нужны были слезы. И она своего добилась. Примерка для Леды стала стала кошмаром. Как она ни старалась, слезинки все же покатились.

– Марш заниматься делом! – скомандовала Ребекка горничным, и девушки, схватив платья, выскочили из комнаты. – А ты, – она схватила Леду сзади за волосы, – маленькая неблагодарная дрянь, плачь. В свой день рождения ты познакомишься с женихом. Он богат. Очень богат. И пережил трех жен. Надеюсь, и тебя переживет. Он старый, но еще крепкий. Выбьет из тебя всю дурь. А папочке своему не смей жаловаться. Ты ему не нужна.

Ребекка шипела у самого уха, будто ядовитая змея. Каждое ее слово словно разъедало кожу. И Леда плакала. Тихо, беззвучно, но слезинки катились одна за одной, и мачеха собирала их в хрустальный флакон.

– Прекращай водопад, – рявкнула она, закрывая второй флакончик. – Ты все равно выйдешь замуж. Терпеть тебя тут и дальше я не собираюсь. Сходи умойся и приведи себя в порядок. Скоро придет учитель танцев. Обед тебе принесут сюда.

Ребекка ушла, напоследок громко хлопнув дверью. На ее губах змеилась торжествующая улыбка. Два флакончика со слезами приятно тяжелили карман. На своем дне рождения, когда жениха увидит, вообще обрыдается, и тогда слез хватит на полив яблони.

А Леда только утвердилась в своем решении сбежать. Нужно только хорошенько подготовиться. И надеяться, что свадьбу назначат на лето.

Она подошла к окну. Небо было серым и низким, ветер качал голые ветви.

– Хоть бы снег выпал, что ли, – вздохнула Леда. Когда все белое, не так уныло.

В дверь громко стукнули и сразу же распахнули.

– Обед, – горничная внесла поднос. – Господа через час ждет вас в парадном зале. Сказала, чтобы не опаздывали.

– Хорошо, – Леда прошла к столику. Она будет послушной и покорной.

Пообедав, Леда отнесла посуду на кухню. Горничную было все равно ждать бесполезно. И отправилась в зал. Мачехи еще не было. Она опоздала, и пришла не одна. Ее сопровождал высокий тощий господин, похожий на кузнечика, весь какой-то нервный и дерганый.

– О, леди Ребекка, это вот это юное создание нужно учить? – он невежливо указал на Леду пальцем.

– Да, – подтвердила мачеха.

– Ну-у-у, – недовольно протянул учитель танцев, – я попробую. Хотя в ее возрасте уже обучаться поздно. Я приложу все силы. Но результат не могу гарантировать.

– Ну хоть что-то, – закатила глаза мачеха. – Леда обучалась танцам. Не могла же совсем всё забыть. Будет бал в честь дня рождения, и мне не хотелось бы... Понимаете?

– Понимаю, – кивнул «кузнечик». – Хотя бы не наступать на ноги партнерам.

– Да, – мачеха мягко улыбнулась. – О, у нас есть эта модная штука – фонограф! Знаете, я так люблю все эти изобретения! Просто удивительно! И никакой магии. Но так облегчают жизнь.

– Да-да, – серьезно закивал «кузнечик». – Музыканты, бездельники эти, то опоздают, то загуляют. Маги, конечно, сильно недовольны изобретениями, но так им и надо! Не будут ломить цены на свои услуги.

– Ах, как я с вами согласна, – захлопала ресницами Ребекка. – Прошу вас, давайте начинать. А потом выпьем чаю.

– Да-да-да, – «кузнечик» зашагал к Леде. – Итак, меня зовут мастер Биггс. Слушайте меня внимательно, юная леди.

Леда вымученно улыбнулась. Мастер Биггс долго объяснял, что такое танец и зачем он нужен, уже думала, что танцевать вовсе не начнут. Но «кузнечик» вспомнил, зачем его наняли и начался урок.

– Я считаю такты, – важно проговорил он. – Твое дело – правильно переставлять ноги. От этого зависит целостность подола твоего платья и желание кавалера пригласить на танец еще раз. Представь, что ты перышко. Легкое, порхающее. И-и-и начали.

Танцевала Леда неплохо. Не все забылось. Мастер Биггс даже снизошел до похвалы. На завтра был назначен второй урок, а пока Леду отправили к себе.

Вечером опять пришли горничные, принесли первое платье на примерку. Потом был ужин, и Ребекка радостно щебетала о том, как Леда быстро учится танцам. От разговора отец опять отмахнулся.

Прихватив книгу, после ужина Леда вернулась в свою комнату. Уселась в кресло с ногами, повернувшись к окну. За окном царила темень, и фонари не способны были ее разогнать. Только высоко в небе подмигивали холодные далекие звезды.

– Если в первый день зимы ляжет пушистый снег, то у меня все будет хорошо. Все-таки я зимой родилась, – сама не зная почему, загадала Леда. Как будто белый снег скроет под собой все неприятности в ее жизни. - Мороз, а Мороз, пришли нам снега. Говорят, у тебя его много.

Глупости, конечно, но хоть не так уныло будет смотреть в окно. Да и гулять по хрусткому снежку приятнее, чем месить грязь.

Ложась спать, Леда не сомневалась, что никакого снега не будет. Погода ясная, ничего не предвещало. Но утром, едва открыв глаза, она увидела, что снега нападало уже немало, и он продолжал идти.

– Не может быть! – ошарашенная Леда протерла глаза, но снег не исчез.

______________________________________

Дорогие читатели, представляю вам последнюю книгу нашего сказачного моба от Риски Волковой

"Хулиганка и Ледовитый князь"

https://litnet.com/shrt/483v

Глава 7

Она подбежала к окну и, опершись руками о подоконник, прижалась лбом к стеклу. Крупный пушистые снежинки, похожие на пуховые перья, медленно и даже как-то лениво падали на землю, цеплялись за ветки и узоры кованого забора. Такое все стало белое и мягкое!

Леда открыла створку и высунулась в окно. Вдохнула холодный воздух. Она радовалась, как ребенок. Вытянув руку, подставила ладонь под снежинки. Они садились, тут же тая и оставляя после себя капельку воды. Захотелось скорее выбежать на улицу, чтобы ловить снежинки. Но пришлось вернутьься в комнату и закрыть окно. Леда продрогла.

– Нужно погулять, – она принялась быстро убирать кровать, а потом побежала умываться. До завтрака еще целый час, и она успеет подышать воздухом в саду.

Быстро одевшись потеплее, Леда выбежала в сад через вход для прислуги. Дорожки успели почистить только спереди дома, и она сразу провалилась в снег по щиколотку. К юбкам снег прилип моментально. Но разве такая мелочь ее остановит?

Леда надела перчатки, и теперь снежинки на ее ладонях не таяли. Снег все шел и шел, оседая на ее плечах и капюшоне плаща. Уже напал пушистыми сугробами, закрыв кусты и одев деревья в шубы. Леда бродила по дорожкам, меряя снег и пытаясь сделать узоры из следов. Гуляла до тех пор, пока щеки и нос не замерзли.

– Ух, сколько снега, – войдя в дом, сняла теплый плащ и стряхнула.

– Да будь оп проклят, – тут же высунулась горничная. – А вас чего носило? Вон какая лужа теперь. Чисто дикарка, а не леди.

Леда быстро обмела ботинки веником, и сняла, чтобы вытряхнуть подтаявший снег. Все таки зачерпнула несколько раз. Подхватив плащ и обувь, убежала к себе в комнату. Повесила плащ сушиться, а ботинки приставила к батарее, платье кинула на спинку стула, который придвинула к батарее.

Леда не привыкла любоваться на себя в зеркале. Заглядывала в него, только чтобы убедиться, что волосы гладко убраны и платье без пятен и сидит подобающе. Иначе бы заметила, каким нежным румянцем покрыты ее щеки, какая чистая – совсем как снег, идущий за окном, как алеют губы и какие невероятное к нее глаза – от синей радужки они постепенно светлеют к зрачку. И волосы вовсе не черные пакли, а настоящий шелк. Восточные красавицы бы таким гордились, заплетая в толстые косы и добавляя яркие украшения, или носили бы распущенными, умащивая розовым маслом.

Но Леда, переодевшись в домашнее платье, мельком на себя глянула – не растрепаны ли волосы, и побежала в столовую. Успела затормозить, пропуская вперед мачеху и отца.

– Отвратительная погода, – жаловалась Ребекка. – Откуда столько снега? Его не успевают чистить! Дорогой, ты останешься дома?

– Придется, – отец был явно недоволен. – На дорогах будут заторы.

– Я и говорю – отвратительная погода, – закатила глаза Ребекка. – Леда, надеюсь, учитель танцев придет. Я хотела вызвать обувщика, но придется подождать, пока хоть немного уберут этот ужасный снег. Тебе нужны новые туфли. И сапожки. Надеюсь, эти ужасные снегопады не сорвут твою помолвку.

«Надеюсь, нас заметет и будет мести неделю!» – пожелала Леда. А вдруг?

– Пап, раз ты сегодня дома, мы можем поговорить? – у нее теплилась надежда, но отец быстро ее задул, как едва тлеющую свечу.

– Не сегодня, – отмахнулся он. – Ты же девушка, тебе сподручнее решать вопросы с Ребеккой. Она все для тебя сделает.

– Конечно, дорогой, – сверкнула улыбкой Ребекка. – Я люблю Леду как собственную дочь. После завтрака будет примерка платьев, – прощебетала она.

– Ваших платьев, матушка, – не удержалась от легкой язвительности Леда, – которые перешивают на меня. Не новых.

– Я забочусь о семейном бюджете, – с милой улыбкой произнесла Ребекка, но взглядом готова была пронзить падчерицу.

– Да, все правильно, дорогая, – одобрительно закивал отец. – Нужно слегка урезать расходы. Доходы упали. Я прикладываю все усилия, но дорогие покупки сейчас нам не по карману.

– О, не переживай, дорогой, – успокаивающе произнесла Ребекка, – Леда будет выглядеть потрясающе! Я позабочусь.

– У тебя безупречный вкус, – расплылся в улыбке отец.

Ну, с этим Леда не могла поспорить. Вкус у мачехи был – к дорогим нарядам, балам и вкусной еде.

После завтрака отец скрылся в своем кабинете, наказав его по пустякам не беспокоить.

– Я не пустяк! – Леда топнула от досады. Прикусила губу, чтобы болью задвинуть слезы. – Папа, ну очнись же ты!

Но понимала, что все это напрасно. Мачеха цепко опутала ее отца.

– Леда, ты почему не в своей комнате?! – прикрикнула на нее Ребекка. – Платья требуют примерки! У нас и так мало времени! Бегом! – скомандовала она.

И Леда кинулась в свою комнату. Эти проклятые примерки! Кажется, мачеха решила выжать из нее все слезы, прежде чем отдать жениху. Да еще и из-за снега Ребекка была в дурном настроении, и вымещала его на Леде. Платья, великоватые падчерице в талии, настроения ей не добавляли.

Она цеплялась не только всю примерку, но и продолжала издеваться во время урока танцев. Мастер Биггс все-таки пробрался через сугробы.

– Леда, не будь такой деревянной, – шипела мачеха. – Леда, внимательнее, ты похожа на деревенщину. Леда, как ты взмахиваешь руками, ты что, дикарка?

Это был ужасный урок, измотавший Леду до головной боли. А Ребекка улыбалась, она явно была счастлива.

– Старайся, Леда, старайся, – поучала она падчерицу. – Если жених от тебя откажется, я отдам тебя в ледяные невесты.

Глава 7.1

«Да какая разница уже – за старика купца или старика Мороза?» – думалось Леде.

– Ииии раз-два-три, – раздраженно отсчитывал мастер Биггс. – Леди Леда, соберитесь! Бал в честь помолвки и совершеннолетия – это очень важное событие! Вы запомните его на всю жизнь!

«Вот это и пугает», – настроение у Леды было мрачным, а урок все затягивался.

Уже голова кружилась и ноги заплетались от бесконечных повторений и кружений.

Мачеха выставит ее как куклу, чтобы всех опять обмануть. Жаль, нельзя сбежать до дня рождения.

Урок закончился перед самым ужином, на который учителя танцев, конечно, не пригласили. Леда бы тоже не пошла. Есть совершенно не хотелось. Но отговориться внезапной болезнью было нельзя.

– Ах, как успеть все за две недели? – щебетала Ребекка с самым озабоченным видом. – Мне нужно еще попасть в салон леди Мари. А в конце недели небольшой бал дают Джосоны.

– И вы возьмете меня с собой? – коварно спросила Леда, когда мачеха засунула в рот кусок курицы. – Чтобы я могла отточить танцы.

Ребекка чуть не подавилась. Даже побагровела от усилий.

– Ты еще недостаточно хорошо танцуешь, – выговорила, отдышавшись. – Оттопчешь ноги и опозоришь семью. На нашем балу хотя бы не посмеют так открыто высказывать осуждения.

Леда понимала, что мачеха все вывернет в свою пользу, но ее очень злило, что и отец считал это правильным. Да и поговорить с ним опять не получилось. Так ни с чем и ушла в свою комнату.

А дни шли за днями. Снега выпало столько, сколько Леда и припомнить не могла. Слуги ворчали, что тоже так много снега было давным-давно.

– А все равно тепло, – поражалась повариха, размахивая огромным половником. – Вот увидите, еще морозы как шарахнут!

Все строили предположения, что же будет дальше, а у Леды каждый день было одно и то же: примерки и обучение танцам. Мачеха щедро, что было просто удивительным, позволила перешить целых пять парадных платьев и семь повседневных. А еще расщедрилась на новые бальные туфельки, домашние туфли, новенькие теплые ботинки и плащ с меховым воротником. Даже перчатки и шапку купила, также добавила белье. Ну и выделила немного украшений из своих запасов – самых скромных и простых.

Вот только Леде все это внезапно свалившееся богатство было не в радость. Она чувствовала себя куклой, без чувств и мыслей. И очень боялась встречи с женихом.

У слуг выспросить ничего не получилось. Они нагло отказывались отвечать и подло хихикали.

Леда даже не знала, кого молить, чтобы помолвка сорвалась. Ночами, лежа в постели, мысленно разговаривала с мамой. Рассказывала ей, что случилось за день, и делилась тревогами.

«Мам, вот бы еще послушать твои сказки об этом Морозе. Может, не так страшно было бы и за купца идти», – думала она, пытаясь успокоиться. Страшил и брак и этип купцом, и побег. Что там, что там – полная неизвестность.

Но за три дня до помолвки вдруг все изменилось. Мачеха уехала завтракать к какой-то своей знакомой, отец – по делам, а Леда сидела у себя и пыталась читать книгу.

Проскрипели по снегу колеса кареты, но Леда даже не выглянула посмореть, кто приехал. Снега опять нападало много. Их городок вообще уже утопал в сугробах. Такой снежной зимы не видывал, кажется, никто. Кареты вязли в снегу, который дворники и парочка слабых магов не успевали убирать с дорог. Но светские визиты нельзя взять и прекратить, поэтому мачеха страдала, жаловалась, но продолжала выезжать. Вот и сегодня нарядилась и укатила. А вернется – будет очередной урок танцев.

Но в этот раз Леда ошиблась.

Дверь в ее комнату резко распахнулась и с грохотом ударилась о стену в коридоре. Леда от испуга подскочила из кресла.

Мачеха, даже не скинув теплый плащ, ворвалась в ее комнату. В темных глазах плескалась паника.

– Бегом одевайся! – приказала она. Леда не сдвинулась с места. – Бегом! Тебе нужно новое платье!

– Но матушка, вы же щедро мне подарили пять своих, – проговорила встревоженная таким поведением Леда.

– Не спорь, мерзавка! – рявкнула Ребекка. – Одевайся! Нам срочно нужно в лавки, пока эти гадины не раскупили лучшее!

В таком состоянии Леда не видела мачеху никогда! Нервная, паникующая. Что же случилось?

– Что ты стоишь, мерзавка? – взбесилась мачеха. – Выволоку в чем есть! Нам еще платье пошить за три дня надо!

Леда, опасаясь гнева, кинулась к шкафу.

– Вы думаете, моему жениху не понравится, как я одета? – она спешно перебирала платья, не зная, какое выбрать.

– Да кому нужен этот старый козел?! – к ней подскочила мачеха. Вытащила кофту и впихнула Леде в руки. – Одевайся. Так поедешь. Нужны самые красивые ткани! Нужно такое платье, чтобы этот князь в тебя влюбился сразу!

– К-какой князь? – Леда перепугалась, что у мачехи помутился разум. Купец больше не жених? А кто тогда?

– Да варвар какой-то, – отмахнулась мачеха, продолжая рыться в шкафу Выудила шерстяные чулки и кинула ими в Леду. – Там денег столько, что купит наш город и на сдачу все королевство! Ты обязана выйти за него замуж! Любым способом! Ох, сколько денег тогда будет у меня! Я стану тещей князя, а не какого-то провинциального купчика! Да шевелись ты! Все разберут! Я этим стервам еще покажу, кто тут самая-самая! Хотели сами князя к рукам прибрать! Не выйдет! Я еще вылезу отсюда и будут они у меня в ногах ползать и туфли целовать!

Глава 8

Далеко-далеко от городка, в котором жила Леда, если долго ехать на восток, а потом на север, есть небольшое княжество. Размером оно примерно как два королевства, где расположен тот городок. С одной стороны его подпирает Холодный океан с темными водами и опасными льдинами, полный морских чудовищ и разной рыбы, с другой – Ледяные горы, их ледниковые шапки на таяли даже в середине жаркого лета, а оставшуюся часть занимаем Непролазная тайга, которую зовут Гиблым лесом. Много лихого люда сгинула в том лесу под огромными вековыми соснами да елями. Ну а нечего входить в него со злыми помыслами.

В том княжестве текут семь рек – семь чар называют их местные, потому как у каждой реки своя особенность есть. Летом на сочных лугах пасутся тучные стада, возделываются поля, а зимой строят жители ледовые городки и катаются на коньках по каткам, да несутся со снежных город на санках. А кто посмелее, те и на лыжах в Ледяных горах прокатиться не побоятся.

Даже настоящая пустыня есть. Ветер, разгулявшись, переносит песок с места на место, перемещая барханы и заставляя их петь.

А какое там небо! Летом высокое и яркое, а зимой низкое, мягкое, как бархат, расшитый серебряными звездами. Иногда его расцвечивает Северное сияние в синий, зеленый и золотой.

В центре княжества стоит величественный замок, чьи башни упираются в небо. Такой высоты на них шпили, что тучи цепляются. Белоснежные стены покрыты тонким резным узором, словно мороз дыхнул на стекла. Множество окон закрыты тончайшими пластинами горного хрусталя. А крыши покрыты лазурной черепицей, напоминающей не то небо, не то лед.

Изнутри на белых стенах мозаика из фиолетовых камней. Добывается этот камень в княжестве и зовется чароитом. Прекрасен замок, будто сказочный.

А какое там убранство в комнатах! На окнах тонкие занавеси из эфирной ткани, расшитой серебром да золотом, на белых каменных полах ковры шелковые тончайшей работы. Столы резные, вазы хрустальные, посуда расписная, кровати под балдахинами. На диванах расшитые узорами подушечки и думочки.

Но краше всего парадная зала. Своды такие высокие, что шапка с головы падает. Свисают люстры хрустальные, звенят от дуновения ветерка мелодично. На белом полу узоры выложены чароитом, и сверкают, аж глаза слепит, потому как две стены – сплошь окна. В конце залы трон стоит из резного хрусталя, как будто изо льда вырезанный. Подушки на нем белоснежные, с золотым шитьем. Кто первый раз этот трон видит – дар речи теряет.

Да вот местные к красоте этой привычные. А прислуга так и вовсе ужасается, как тут порядок наводить без заклинаний специальных. Попробуй с каждой грани пыль убери!

Называется то княжество Чудским, или по-просту – Зачарованными землями. В Чаргороде сидит на троне князь Снежный. Сидит только во время приемов официальных, на самом деле трон не очень удобный.

Князь правитель хороший, справедливый, народ его любит. Не зря его родители Светобором нарекли. И княгиня у него хорошая – добрая, приветливая, заботливая. А уж красавица! Как улыбнется, словно ясно солнышко греет. Тишь да благодать в княжестве...

– Ярослав! – грозный окрик князя Светобора пронесся по замку, звякнули стекла и хрустальные люстры.

– Тише, милый, – княгиня Ярина погладила супруга по плечу. – Зачем же так кричать?

– То есть ты считаешь, что наш сын поступил очень остроумно? – Светобор смотрел на жену темно-синими глазами, полными гнева. – Я этому оболтусу как трон оставлю? Все бы ему шуточки! – сокрушенно покачал головой.

– Молод еще, – нервно улыбнулась Ярина, – кровь кипит. Силушки много, а...

– ... мозгов мало, – вздохнул Светобор. – И шутки у него не смешные!

– Милый, ну и мы молоды были, – пыталась успокоить супруга Ярина. – Ты тоже то в окна лазил, то среди лета шутки ради на площади каток устраивал. Вспомни, как горяч был.

– Был? – пшеничного цвета брови князя удивленно взлетели. Светобор обхватил жену за талию и крепко прижал к себе. – Да я и сейчас еще ого-го! Или как? – он недоверчиво прищурился.

Ярина усмехнулась. Ее зеленые глаза заблестели. Она тонкими пальцами провела ласкового провела по щеке Светобора.

– Хорош, – лукаво улыбнулась. – Не хуже, чем в молодости.

– То-то же, – довольно усмехнулся Светобор, еще крепче прижимая жену и целуя в губы жарко и сладко. А то ишь какая, сомневается в нем!

– Ну хватит уже, – Ярина уперлась ладонями в широкие плечи мужа. – День белый, полон замок народу, а мы тут посреди коридора милуемся.

– Мой замой. Моя жена. Где хочу, там и милуюсь, – проворчал Светобор.

– Ты хотел с сыном поговорить, – напоминала ему Ярина.

– Да пусть с ним, – отмахнулся Светобор. – Потом уши надеру. И не посмотрю, что двадцать третий год уже миновал! – он погрозил внушительным кулаком. – Яриночка, голуба моя, как думаешь, наш замок все-таки выдержит все детские шалости? Не развалится, пока они повзрослеют?

– Тысячу лет стоял, еще тысячу простоит точно, – заверила его Ярина, хотя сама в этом уверена не была. Сегодня утром отобрала у младшенькой кинжал и горсть чароитов, которые та из мозаики успела выковырять. Заставила все починить, а кинжал убрала в оружейную.

Ну вот почему не пошла в шахты? Там бы ей мастера показали, где можно ковырять, пока рука не устанет.

Глава 8.1

Но нет, там, где можно – не интересно!

И так у них каждый из детей пытался замок разобрать по камешку. К счастью, построено крепко. Но хотя если бы дети объединили усилия, возможно, одну из башен им бы удалось все же разобрать.

– Надеюсь, – вздохнул князь. – Ярина, как думаешь, может, Ярославу невесту уже подыскивать начнем? Дело небыстрое ведь.

– Ага, – звонко рассмеялась Ярина, и полетел ее смех под высокие своды, будто ручьи весенние зазвенели. – А сам-то позволил себе невесту выбрать? – напомнила она мужу.

Ярина была из простой семьи, и жила себе в дальней деревеньке Весёновке. Помогала родителям с хозяйством, ходила с подружками в лес по грибы да ягоды. Вот там на одной из полян и встретилась тогда еще с княжичем. Оба собирали землянику лесную, только с разных концов поляны, вот на серединке и встретились. Ярина как княжича увидела, так и обомлела. А он застыл на мгновение, потом синими глазами сверкнул, брови густые к переносице свел и как рявкнет:

– Женюсь!

– Да женитесь, кто ж вам мешает, – съязвила Ярина, не поняв, о чем речь. А хитрый Светобор ее на слове и поймал.

– Ну все, весна моя, веди домой, свататься буду!

И ведь на самом деле посватался в тот же день! Так и стала Ярина весной для повелителя снегов и морозов. А ведь и правда она была что та весна: телом гибкая и тонкая, как березка молодая, волосы рыжие, как глина по берегам реки, глаза цвета молодой листвы, и смех – весенние ручьи, губы алые и сладкие как земляника лесная. Светобор как девушку перед собой увидел, так и влюбился с первого взгляда. Не нужны ему стали княжеские дочки да царевны. Взял в жены дочь крестьянина. Вместе уже двадцать пять лет прожили, четверых детей родили: сына-наследника и трех дочерей.

– Ну все равно надо как-то начинать, – в задумчивости почесал затылок Светобор. – Как думаешь? Займется невестой, глядишь, не до шуточек ему станет.

– Ох, не знаю, – Ярина покачала головой. – Упертый очень, весь в тебя.

– Я не такой, – тут же заявил Свебор. – Ну что ты нас сравниваешь-то?

Ярина уткнулась лбом в широкое плечо мужа, чтобы спрятать улыбку. Светобор может сколько угодно отрицать, но она-то знает!

– Весна моя, а может, пусть по миру прокатится? – предложил Светобор. – Возьмет друзей своих и пусть едут. Себя покажут, на людей посмотрят. А мы немного отдохнем, – добавил ворчливо. – Пусть снег несут по земле. Зато весной земля напитается, урожаи будут.

– А что? – Ярина подняла на мужа зеленые глаза. – Пусть едут! Развеются. Дядьку с ними отправим, чтобы приглядывал. Диковинок пусть привезут. Мы давно не ездили далеко, может, что интересного придумали.

Отпускать сына в далекое путешествие они не боялись. Князьям Снежным были подвластны снега и холода. Род сильных волшебников, и их время – зима. К тому же сын хорошо образован и подобающе воспитан. Да и часто брали его с собой в поездки по соседним княжествам и царствам. Самое время и самому попутешествовать.

Да и княжество немного отдохнет от проказ ватаги парней в самом расцвете силушки молодецкой.

– Только к Новогодью должен вернуться, – добавила Ярина. – Праздник все-таки семейный.

Светобор согласно закивал. За месяц можно хорошо погулять. Вот, так и объявит сыну, что высылает его, в смысле, дает благословение, чтобы он поехал королевства разные посетить.

– Что-то я утомился, – вздохнул Светобор, в его глазах появились хитринки. – Указы, подати, и тут еще сын со своими шутками. Надобно отдохнуть. А ты разве не утомилась?

– Разве что немного, – Ярина отбросила за спину тугие рыжие косы. Мелодично звякнули накосники, ударяясь о спину. Серебряные, с малахитовой инкрустацией.

– А я вот много, – ухмыльнулся Светобор.

Ярина засмеялась, когда муж поднял ее на руки. Видит она, как утомился! Вон как несется в личные покои, у нее только подол по ветру развевается. И силы еще много, и страсти все еще кипят как в молодости.

Много лет назад на лесной поляне вспыхнула любовь между ними, и не утихли чувства до сих пор. Ярина любила мужа с каждым днем все сильнее, и Светобор отвечал ей тем же. Они могли целоваться, спрятавшись за штору от любопытных глаз. Перемигивались и перешептывались, а рядом, не держась за руки, стоять просто не могли. Час разлуки казался им годом.

Такого же счастья хотели и для своих детей.

– И все равно нужно как-то наказать Ярослава, – задумчиво произнес Светобор, перебирая тонкие пальцы жены, которые несколько минут назад целовал. – Он мне стул заморозил так, что я с него на пол съехал. А сегодня утром? Наложил снега в полотенце! Шутник! Я ему отец или один из его дружков-оболтусов? – ворчал он.

– А ты ничего не делай, – коварно улыбнулась Ярина. – За ужином скажешь, что мы решили отправить его в путешествие.

– Предлагаешь все ему спустить? – возмутился Светобор. – Вот и будет время подумать. Ох, я ему такую шутку придумаю! Такую! Вовек разучится отцу каверзы строить!

– Нет, милый, – Ярина быстро поцеловала мужа в упрямо сжатые губы. Ох, мальчишки! Что стар, что млад – постоянно друг другу каверзы строят. – Пусть едет, а вот как вернется, тут ты ему своею шутку и устроишь.

– Ты ж моя лисичка хитрая, – Светобор запустил пальцы в рыжие растрепанные волосы жены. – А ведь верно! Пусть думает, что я собираюсь ответить на его каверзу, а я не буду! – довольно захохотал он.

«Ну и вот кто больший мальчишка? – думала Ярина, любуясь мужем. – Что отец любит пошутить, что сын. Одним словом – родственники!»

Глава 9

Ярослав не стал дожидаться окончания шутки. Он северным ветром промчался через замок и выскочил на улицу. Слуги проводили его сочувственными взглядами.

– Яросла-ав! – грозный отцовский окрик нагнал его вот дворе, но не заставил сбавить шаг. Наоборот, Ярослав побежал ее быстрее.

Горожане при виде княжича улыбались. Молод еще, оттого и все бегом у него. Но так парень он хороший: веселый, умный, не злой. Подрастет еще – станет степеннее. А пока молодость – нужно веселиться.

Ярослав несся к Чароице. На берегу его заждались друзья, чтобы покататься на коньках. Кататься на катке было скучно, это развлечение не для снежного княжича.

– А что, смелых нет?! – крикнул он, чуть не кубарем скатываясь с высокого берега к заводи.

Прекрасно знал, что без него на лед не сунутся. Река Чароица была широкой, мощно несла свои воды в океан и легко могла сломать лед под людьми. То ли дело княжеский род.

– Опять шапку дома забыл? – ехидно выкрикнула Любава – купеческая дочь. Красавица! Пшеничная коса с запястье толщиной, щеки от легкого мороза раскраснелись, губы красные, глаза – как темный янтарь. – Мать не заругает?

– А я парень горячий! – Ярослав едва затормозил. – Зато ты закуталась. Капу-уста-а!

Он протянул руку, чтобы натянуть меховую шапочку девушке на нос, но получил ощутимый шлепок по руке. Парни и девушки засмеялись.

Ярослав, как и все наследники княжеской крови, холода не боялся. Что ему тот холод сделает, когда он сам и есть ледяной волшебник? Нет, шапка у него была, и даже не одна, и шуба была. Но Ярослав предпочитал меховой жилет, да и тот почти всегда был нараспашку.

– А я головой думаю, – не осталась в долгу Любава, – а не только в нее ем. Мне мозги беречь надо. Еще два года в академии учиться, – гордо заявила.

Ярослав забрал у друга коньки и быстро привязывал из к сапогам, пока Любава хвасталась, как будет отцу помогать.

– Не поможет тебе учение! – крикнул Ярослав, выскакивая на лед. Ты гляди какая! Еще нос не дорос, а уже собралась в торговлю лезть.

– Ах ты! – в спину ему прилетел снежок. Вот зараза какая! Меткая! Чуть в воду из-за нее не ухнул, отвлекла! Да еще и друзья ржут, как кони.

Выставив перед собой руку, Ярослав призвал родовую магию, и заводь начала покрываться толстым льдом. Таким гладким, что даже шелка бы позавидовали, если могли.

– Эге-гей! – закричали парни, устремляясь к заводи.

Под свист и улюлюканье вся ватага выскочила на лед. Любава и тут была хороша! Не зря же купила новые штаны из чудо-ткани, которая не промокала, да утепленные тончайшей пуховой шерстью. И душегрея у нее вот какая – парчовая, с меховым подкладом и мехом отороченная.

Вся компания устремилась за княжичем. А Ярослав несся по реке, делая лед под ногами. Разве ж на городском катке так получится? Туда, сюда и лед кончился. А тут можно нестись вдаль, чтобы ветер в ушах свистел, пока не устанешь. Где еще показать удаль и смелость? Широкую ледяную полосу с двух сторон омывали темные зимние воды реки, и стоит зазеваться – окунешься. Вот для того и нужен кто-то из княжеского рода, чтобы Чароицу усмирить хоть на пару часов.

Накатавшись до упаду, развеселая компания вернулась на берег. Самое время согреться душистым чаем или медовым взваром, подкрепиться пирожками или блинами с вареньем или сметаной.

– Яр, ты поедешь с нами на Кипелку? – спросил Пересвет.

– А почему нет? – Ярослав отхлебнул чай. – Домой мне лучше пока не соваться, – засмеялся он.

– Смотри, однажды отцу надоест, – язвительно произнесла Любава. – Ох и получишь ты!

– Испугался, аж коленки дрожат! – в тон ей ответил Ярослав. Дерзкая девица попала по больному. – Мы купаться, а вас с собой не берем!

– Да мы и сами с вами не поедем, да, девочки? – Любава верховодила женской частью их компании. – Мы завтра поедем. А сегодня у нас посиделки у меня.

На том компания и разошлась.

Парни, взяв извозчиков, отправились на реку Кипелку, которая не замерзала никогда. Приятно было зимой в ее водах погреть кости. Летом редко кто купался, и так жарко! В зимой – самое оно!

По берегам Кипелки стояло несколько больших бань, в которых порядок соблюдался неукоснительно: мужчины отдельно, женщины отдельно. Ну а семейные могли поплавать вместе в специальных отгороженных купальнях.

Шумная компания весело провела время в такой бане, купаясь в горячей воде и барахтаясь в снегу. Гогот стоял на всю округу.

– Эх, домой надо, – Ярославу совершенно не хотелось вылезать из горячей воды. Он смотрел на темное небо, усеянное звездами, и ни о чем не думал. – Если к ужину не явлюсь, получу на орехи от матери.

Друзья усмехнулись, но понятливо закивали. Княгиня добрая, конечно, но характер крутой.

– Ну, тогда выползаем, – первый вылез из воды. – Ух, чет холодно стало! – он бегом рванул в баню.

Один Ярослав шел спокойно, ну не холодно же. Так, прохладно.

Вернувшись в город, компания распалась. Ярослав прокрался в замок через дверь для слуг и проскочил в свои покои. Прошел к купальню, и прежде чем начать мыться, проверил полотенца и мыло. Шуточки – это у них семейное.

Из покоев Ярослав вышел, как будто ничего не случилось, спокойно пошел в столовую. Но все равно был настороже.

– О, сынок! – от широкой улыбки отца, с которой тот его встретил в столовой, едва не вздрогнул и внутренне напрягся. Что-то отец довольный слишком. Подозрительно это. – У меня есть для тебя новости!

Вот теперь Ярослав испугался.

– Слушаю, отец, – сев на свое место, сделал вежливо-заинтересованное лицо. Кажется, сейчас ему припомнят все шуточки.

– Я тут решил, – улыбка князя стала шире, – а почему бы тебе с друзьями не съездить в путешествие. Заскучали, наверное, в княжестве.

– Эээ... – глубокомысленно произнес Ярослав, когда смог подобрать упавшую челюсть.

Глава 9.1

– Я вижу, ты очень рад! – усмехнулся князь.

– Отец, в мы? – капризно надула губы младшая дочь. – Я тоже хочу в путешествие!

– Златочка, обязательно поедем, – мягко произнесла княгиня. – Вот весна настанет, и поедем.

– Это сейчас шутка была? – Ярослав наконец-то обрел дар речи.

– Нет! – хором ответили родители, чему-то довольно улыбаясь. Ну подозрительно же!

– И когда я могу ехать? – осторожно спросил Ярослав. Нет, явно что-то задумали.

– Да хоть завтра, – махнул рукой князь. – Как соберешься. Бери с собой друзей. Прокатитесь, развеетесь.

Ярослав ушам своим не верил! Вот это подарок так подарок, княжеский! Но мама не была бы мамой, если бы немного не поумерила его радость:

– Но чтобы к Новогодью дома был. И дядька с вам едет.

Сестры с ехидными улыбками наблюдали, как у брата с лица сползает улыбка.

– Тогда я могу после ужина начинать сборы? – осторожно поинтересовался Ярослав.

– Можешь, – кивнул князь, – отчего же нет. Планируй, куда поедешь, что возьмешь. Сколько денег нужно взять, припасов.

– Сам? – очень сильно удивился Ярослав.

– Сам, – важно кивнул князь. – По пути проверишь, как зима наступила. Поправишь, если что не в порядке.

Сестры уже откровенно хихикали над озадаченным братом. Он зло зыркнул на них, но как об стенку горох, даже не попытались принять приличные выражения лиц.

Ай да отец! И ведь не откажешься. Это вот не снег в полотенце подкладывать.

– Хорошо, – Ярослав сделал вид, что очень рад. – Возьму с собой двоих-троих, чтобы обоз большой не тащить. Хочу на Запад прокатиться. Восточнее мы ездили недавно. Я еще от жареных кузнечиков не отошел.

– Фу. Бе, – дружно скривились сестры, но стоило княгине лишь слегка приподнять бровь, как все кривляния сразу прекратились.

А Ярослав задумался. Ни разу еще сам далеко не ездил, всегда подготовкой мама занималась. Да он даже не знает, где будет брать чистые рубахи! Задумчиво жевал, не очень понимая, что ему подают. Чем больше думал о путешествии, тем отчетливее понимал, как родители его щелкнули по носу.

– А давайте завтра все вместе на каток пойдем? – предложил князь. – Что-то я засиделся с этими делами, размяться захотелось. Ярослав вот молодец, каждый день катается. Завтра как от дел освободится, тоже сможет.

Ярослав вздохнул. Нужно после ужина написать друзьям, а завтра с утра идти к дядьке. Ехидный старикан многое знает, но подковырок будет не счесть! А хотя он же княжич, почему сам должен думать? Его дело сказать – хочу сюда съездить, остальным пусть слуги занимаются.

Ага, если бы это было так просто! Дядька его измучил вопросами, а советы давать не спешил. Старый воин только в усы посмеивался, приговаривая: «Учись, княжич, пригодится».

Сборы заняли три дня. Нагрузили на сани одежду, еды, чтобы хватило до постоялых дворов, его всякого. Утром четвертого дня пять саней в сопровождении отряда из десяти человек Ярослав выехал из замка.

Обернувшись, смотрел, как мать и сестры машут ему вслед платочками, а отец смотрит, приложив ладонь козырьком ко лбу.

– Эй, Ярослав, а чего так мало людей с собой взял? – на улице к ним присоединилась Любава в сопровождении остальной компании. – Няньку не забыл? А повара личного?

– Могу тебя горничной взять, – весело ответил Ярослав. – Будешь мне рубахи стирать да гладить, кофий по утрам подавать.

– Кофий я тебе только на голову подать могу, – как строптивая лошадь, фыркнула Любава.

Веселая компания проводила Ярослава до ближайшей деревеньки. Там решили выпить чаю и поворачивать коней обратно.

– Ох, девка просто огонь, – усмехнулся дядька в усы. – Слышь, княжич, присмотрись! Вон как вьется, твоего внимания добивается. А, как тебе?

Переслав и Бересвет заржали и тут же принялись сыпать шуточками.

– А что? – поддержали они дядьку. – Бойкая вон какая! Ученая. Почти. Да и из богатого купеческого рода.

– Отвалите, – буркнул Ярослав, и поднял воротник на шубе, отгораживаясь от ветра и друзей. Веселая поездка будет! Сунул нос в мех, надвинул шапку на лоб и сделал вид, что ему дела нет до тупых шуточек.

А белоснежные кони из личной конюшни князя летели, едва касаясь копытами гладкой снежной дороги. Кони те были необычные, особой породы – высокие, мощные, белоснежные, аж глазам больно, они легко мчались по снегу и льду, как по обычной дороге. Способны были очень быстро преодолеть огромные расстояния, и не боялись холода. А еще их нельзя было украсть. Зверю могли откусить руку по самый локоть.

Весело звенели серебряные бубенцы на сбруе, далеко их было слышно в полях и лесах. И княжич под их звон уезжал все дальше от дома. Бежала перед ним зима, накрывая белым полотном поля и леса, дороги и деревни. Одевала деревья в иней, покрывала льдом реки.

Это волшебство княжича укрыло городок Леды, пока он сам гостил в соседнем королевстве, весело проводя время на балах и ярмарках. Ярослав собирался добраться до Западного океана, за который садится солнце, но пришлось оставить эту идею, иначе не успеет в Новогодью домой. Решил посетить еще одно королевство, на пути в столицу которого и лежал городок.

Слава в княжиче катилась вперед него: варвары из холодных земель весело гуляют и тратят много денег! А еще князь и его друзья очень богаты и холосты.

Ярослав очень удивился, что с концу путешествия из княжича стал князем, но эти , с позволения сказать, образованные люди не хотели понимать разницу, и упорно называли их варварами. Вот кто тут еще настоящий варвар, он бы сильно поспорил!

Глава 10

Леда забыла, когда последний раз ездила в лавки. Кажется, что прошла целая вечность.

Она забилась в угол кареты, и с опаской поглядывала в окно. На улице творилось что-то ужасное! Кареты протискивались в опасной близости друг от друга, грозязь столкнуться в любой миг. Колеса вязли в снежной каше, лошади нервно ржали, а кучера ругались так, что у нее уши полыхали.

Леда просто не могла взять в толк, с чего такой ажиотаж. У мачехи не было ни одного основания думать, что варварский князь вдруг решит жениться именно на ней.

– Будет большой в городской ратуше, – внушала ей Ребекка. – Приглашена вся аристократия. Весь цвет нашего города.

– Но как же мой день рождения? – робко спросила Леда.

– Да кому он нужен? – отмахнулась мачеха. – Приезжает князь Чудского княжества. Имя у него еще такое... такое... – она пощелкала пальцами, – язык сломаешь. У варваров всегда такие имена, что цивилизованным людям не выговорить. Надо, чтобы ты его очаровала.

– Не умею, – напомнила Леда. – Я умею хорошо полы натирать, а не флиртовать.

– Не дерзи! – взвизгнула мачеха. – Забудь ты про эти дурацкие полы! Что там этих варваров очаровывать? Да они красивых женщин в глаза не видели, – она горделиво подняла подбородок. – Что ты скукожилась, как старый башмак? Сядь ровно! Держи спину! Вот так.

Она выпрямилась, чтобы на своем примере показать, как должна сидеть в карете настоящая леди, но карету так качнуло, что Ребекка влетала в стенку. Хорошо, что стены кареты обиты шерстью и тканью.

– Эй, осторожнее там! – закричала Ребекка, со злостью кулаком стуча в стенку кареты.

– Матушка, а что же купец скажет? – спросила Леда, так и оставаясь в своем углу. – Вы же ему меня сосватали.

– Да что ты пристала с эти купцом? – Ребекка потирала ушибленное плечо. Кто вообще придумал эту зиму? Зачем?! Отвратительное время года! Да и кожа портится от холода, краснеет некрасиво. – Богатенький старикашка. Так что в твоих интересах очаровать князя. Он и моложе, и богаче. А не сможешь, будешь четвертой женой. Думаю, не последней. Понимаешь?

– Понимаю, – буркнула Леда, еще сильнее забиваясь в угол.

Ни слова больше не произнесла, пока карета пробивалась к самым богатым лавкам в центре городка. Здесь творилось вообще невообразимое! Как будто все жители городка устремились сюда.

Карета остановилась. Кучер, спрыгнув с козел, открыл дверь и с почтительным поклоном подал мачехе руку.

– Госпожа, – произнес заискивающим тоном.

– Леда, выходим, – Ребекка, поддерживаемая кучером, спустилась в снежную кашу. – Фу, мерзость какая, – брезгливо сморщила нос.

– Госпожа, – Леде кучер руку подавал с видимым раздражением. Чуть не выдернул ее из кареты, нарочно пытаясь уронить в снег.

Но Леда устояла на ногах. Башмаки у нее были на толстой подошве, а не на каблуках, да и платье простое, без вороха пышных юбок.

Их с мачехой сразу чуть не затерла толпа. Идти по снегу было неудобно, со всех сторон толкались локтями. Леди и их служанки едва не дрались за право первой войти в дверь лавки.

– Князь! Князь приезжает! – со всех сторон неслись возбужденные перешептывания. – Говорят, настоящий варвар! Ходит без рубашки, только в одних шкурах!

– Что, и без штанов? – с притворным ужасом шептала молодая женщина.

– Да! – ответила ей другая, сразу покраснев и закрыв рот ладонью.

– Да их целый отряд! – обсуждали другие. – И все как на подбор. Ох, я хочу их скорее увидеть!

– Но как наш бургомистр разрешил такое непотребство?

– Так варвары же! Денег там столько, сколько наш король не видывал. Я слышала, мне рассказала наша кухарка, у ее подруги подруга дочери работает в гостинице, где варвары остановились, так вот, они руками гуся разрывают. И так и едят! Ни вилок, ни ножей не используют!

– Какое варварство! – по тону леди не было понятно, она ужасается или восхищается.

– Стервы! – шипела мачеха, таща Леду к первой лавке. – Все-то уже прознали. Ну мы еще посмотрим, кому тут будет в конце концов весело!

Она так резко дернула на себя дверь, что вместе с ней на улицу вылетела девушка. не вовремя взявшаяся за ручку с той стороны.

– Пошла вон! – мачеха отпихнула несчастную и втолкала в лавку Леду.

Леда чувствовала себя куклой. Ее мнением никто не поинтересовался ни разу. Мачеха сама выбирала ткани, золотые шнуры для отделки и даже пуговицы.

Леда потеряла счет лавкам, в которых они побывали. И везде был небывалый ажиотаж. От золота, серебра и шелков рябило в глазах, и все ткани давно слились в одно большое пестрое пятно. Леда ужасно устала, но и слова мачехе не сказала, боясь ее гнева. А та все покупала, покупала и покупала. И все это должно было быть немедленно доставлено к модистке.

– Так, пока хватит, – сказала Ребекка, когда они вышли из очередной лавки.

Леда обрадовалась, что сейчас поедут домой. У нее от толкотни и шума разболелась голова. Все-таки она больше привыкла к тишине. Но мачеха, крепко ухватив ее за локоть, потащила к той самой модистке. Дверь открыла с пинка.

– Марта! – рявкнула так, что стекла зазвенели. – Нам нужно платье! К балу!

– Но, леди Ребекка, помилуйте! – воскликнула Марта. На ней было простое платье, на шее висела портновья лента, на на запястье была привязана подушка с воткнутыми в нее булавками. Из чего Леда и заключила, что это и есть модистка. – Всем нужно!

– Не помилую! – мачеха вытолкала Леду в центр комнаты. – Добавлю крем из личных запасов.

– О! – глаза модистки загорелись жадным блеском. – Будет платье! За два крема такое, во всем королевстве не найти! На нее шьем? – грубо ткнула в Леду пальцем.

– Да, – скривилась мачеха. – Моя падчерица. Люблю ее, как дочь родную.

– Понятно-понятно, – закивала Марта. – Ну, идемте в примерочную. Надо мерки снять и фасон выбрать. Энн! Энн! Подай чаю леди!

Глава 10.1

Леду отвели в просторную комнату со множеством зеркал и парой манекенов. В углу был столик и пара кресел, на этот столик Энн выставляла чай. В эту же комнату начали приносить свертки и сверточки.

Мачеха, скинув плащ, уселась в кресло.

– Раздевайся, что стоишь?! – рявкнула на Леду. – Мерки как снимать?

Леда разделась и встала на специальный приступочек. Ее крутили и вертели, прикладывая ткани. Никому ее мнение было не интересно. В зеркалах она видела испуганную черноволосую девушку, которую обматывают невероятной красоты тканью с вышитыми розами, но не могла осознать, что это вот она и есть.

Поздно вечером совсем измученная Леда наконец села в карету. Не хотелось ни есть, ни пить, только рухнуть на кровать. Она наивно полагала, что дальше будет спокойнее, но не тут-то было!

После ужина мачеха взялась за остальной гардероб, отпустив Леду только за полночь. А разбудила в такую рань, как сама никогда не вставала! Учитель танцев был отправлен восвояси, не до него сейчас. Примерки отнимали очень много времени, модистка вообще все перевезла в особняк и поселилась тут же, чтобы не тратить время на дорогу.

А еще мачеха взялась за саму Леду: ванна, кремы, какие-то масла для волос.

– Варвар не устоит, – шипела она, дергая Леду за волосы под видом расчесывания. – А ты там глазами не хлопай! Не то отдам замуж не за купца, тот хоть богатый, а за нищего деревенщину! Будешь за скотиной ходить да в поле работать, мерзавка!

Наконец, наступил день рождения, но никто об этом не вспомнил.

– Вот мне и восемнадцать, – Леда улыбнулась своему отражению.

Она проснулась рано, успела даже поплакать. За окном снова пушистыми хлопьями шел снег. Вместо домашнего бала она сегодня идет на бал в городскую ратушу. Туда ей совершенно не хотелось, но ее мнение никому не интересно.

Леда опять задремала, и проснулась, когда за окном стало светлеть. Мачеха почему-то не вломилась к ней в комнату с утра. Дала выспаться, но от этого день не стал менее суматошным.

Оказывается, сборы на бал занимают очень много времени! Нужно принять ванну, натереть кожу всяческими ароматическими маслами, потом и идет прическа. Горничная долго возилась, укладывая густые черные локоны в пышную прическу. Обязательно макияж. И в конце Леду нарядили в платье.

Мачеха недовольно поджала губы, ей ужасно не нравилось, что падчерица такая красавица. Юная, нежная, тонкая – она обладала всем, за что Ребекке приходилось бороться, буквально выгрызая зубами у безжалостного времени. Она бы и за князя сама поборолась. Хотя... а почему нет? Просватает ему Леду, а потом можно и избавиться от глупой девчонки. Как у княжеской тещи у нее будет время найти источник, а потом можно и самой стать княгиней. Будет править вместо глупого князька. А овдоветь в этих варварских землях проще простого. А пока же:

– Поторапливайтесь! – прикрикнула на служанок и модистку. – Заканчивайте с Ледой, меня еще полностью не одели.

Ребекка не знала, как сделать так, чтобы они подъехали к городской ратуше одновременно с варварами, когда они еще даже в город не приехали! Одним словом, варвары! Дикари!

Леда же думала о таких уловках меньше всего. Она разглядывала себя в зеркало, украдкой поглаживая розы на подоле платья. А еще ее смущало глубокое декольте. да и корсет слишком высоко поднял грудь, выставив ее чуть ли не на показ. Но больше никого ничего не смущало. А платье и правда получилось роскошным. Поверх нижних юбок струился белоснежный шелк, по которому неведомая мастерица вышила прекрасные розы, их веточки переходили и на лиф, и на рукава, сшитые из газа. Прозрачная, чуть блестящая ткань казалась легким туманом, прикрывающим руки. Танцевать предстояло в новых туфельках из белой парчи, расшитой золотом. Мачеха не поскупилась и на украшения для волос: в черных, как смоль, прядях блестели золотые шпильки.

В зеркале была незнакомая красавица, но не Леда.

Часы пробили четыре после полудня, и все забели еще быстрее. В ратушу нужно прибыть не позже шести.

– Ну все, – Ребекка придирчиво оглядела себя в зеркало. – Карета подана? Ехать пора!

– А отец? – решилась спросить Леда.

– Пешкой дойдет, если еще не собрался, – жестко ответила Ребекка, первой выходя из гостиной, которую превратили в салон красоты на дому.

Леда последовала за мачехой. В холле, к счастью, их уже ждал барон.

– Отец! – обрадованная Леда кинулась к нему. Они так и не виделись еще сегодня.

– С днем рождения, милая, – скупо поздравил ее отец, поцеловал в лоб. – Какая ты красавица! – но эти слова были адресованы не дочери, он смотрел только на Ребекку. – Ты затмишь всех на балу.

– Пора ехать, дорогой, – холодно улыбнулась Ребекка. – Эй, где наши плащи?!

В честь такого важного события, как приезд варварского князя, Леде даже купили новый теплый плащ, подбитый белым мехом.

Заминка произошла у кареты. Разместиться двум леди в бальных платьях было непросто, слишком пышные. Но кое-как уселись, барону пришлось забиться в угол.

К городской ратуше пробирались в ужасной толчее. Казалось, весь город решил поглазеть на варваров.

Чем ближе подъезжали, там больше нервничала Леда и тем злее становилась Ребекка. Она сыпала проклятьями, доставалось всем вокруг. Потоки карет и пешеходов стекались к ратуше, ярко освещенной по случаю прибытия высокопоставленного гостя.

Городская стража пыталась как-то навести порядок, но получалось плохо. Им было приказано расчистить дорогу для князя, поэтому местную аристократию они гоняли без стеснения.

Барону с семьей удалось выйти из кареты и пройти в ратушу, некоторым семьям так не повезло. А бургомистр бегал туда сюда по крыльцу, нервно потирая руки. И ему, и многим гостям показалось, что зазвенело в ушах. Но перезвон нарастал, и люди начали поворачивать головы на звук. Никто в провинциальном городке никогда не слышал мелодичного перезвона серебряных колокольчиков, которыми усыпали сбрую лошадей варвары.