Сумеречье. Легенда Сумеречного моря

Глава 1

Четвертая (заключительная) часть серии.

Книги взаимосвязаны, читать строго последовательно.

Есть вещи, которых не изменить. Мы не выбираем мать и отца, не выбираем место, где родиться, не решаем, какой магии течь в нашей крови, и течь ли вообще. Но есть то, на что можно повлиять – это наш собственный путь, который мы прокладываем в жизни. Он может быть легким или тяжелым, прямым или извилистым, понятным или непостижимым. Но, каким бы ни был, он наш. Мы сами идем по неизведанной дороге, останавливаемся на перекрестках и решаем, куда повернуть.

Некоторые думают, что нашими жизнями управляют высшие силы – Поднебесные или Глубинные. Наверное, так думать проще. Но на самом деле все зависит только от нас самих, и теперь я отчетливо это понимала.

Я не хотела, чтобы моим отцом был могущественный и опасный некромант, заключивший сделку с самим Лайаром. Не хотела, чтобы моя мать – ундина из особого рода, отказывалась от меня, когда мне не исполнилось и месяца. И совершенно точно не хотела, чтобы магия, унаследованная от отца, преобладала над унаследованной от матери.

Но я сделала свой выбор. И сейчас, стоя в гостиной дома, принадлежащего адмиралу королевского флота, знала, что не отступлюсь. Ни за что не отступлюсь от своего решения! Пусть выбранный путь будет и тяжелым, и извилистым, и потребует от меня невозможного, но он – мой. Такой, каким я хочу его видеть. Такой, в котором я не потеряю саму себя и тот свет, что во мне еще остался.

По гостиной пробежался легкий ветерок, заколыхавший многочисленные подвески на хрустальной люстре, а в следующее мгновение прозвучал знакомый голос, в котором звучало неприкрытое изумление:

-Фрида?!

Дворецкий – он же привязанная к дому потерянная душа, произнес мое имя и с вопросом, и с утверждением, и с радостью, и с неверием.

-Здравствуй, Овар, – улыбнувшись, приветствовала я.

Последовала недолгая пауза.

-Поднебесные, ты здесь! – воскликнул он. – Госпожа Явиа, вы видите то же, что и я? Или мои нематериальные глаза меня подводят?

-Слишком молодым помер, чтоб глаза тебя подводили, – хмыкнул старушечий голос и уже совсем другим, теплым и дружелюбным тоном обратился ко мне: – Милая, как мы тебе рады и как хорошо, что ты вернулась! Об Эртане ничего не слышно вот уже несколько дней!

Сердце болезненно екнуло.

-Несколько дней? – эхом переспросила я.

-Да вот, как ты пропала в Скалах забвения, так и от него ни слуху, ни духу, – горестно вздохнула госпожа Явиа. – У нас ведь связь с ним, а сейчас она ослабла, мы его практически и не чувствуем.

Нехорошее подозрение заставило меня похолодеть, и я севшим голосом спросила:

-А связь ослабевает когда…

Не договорила, поскольку возникшее предположение было таким страшным, что я просто отказывалась его не то, что озвучивать, а даже о нем думать.

-Если хозяин умрет, мы тоже исчезнем из этого мира, – негромко ответил Овар на мой немой вопрос. – Но мы все еще существуем, а значит, связь ослабла по другой причине. Скорее всего, он сейчас находится в таком месте, где его магия ограничена. А, учитывая его возможности и силы, таких мест мне известно всего два.

-И какие же? – несколько успокоенная словами дворецкого, уточнила я.

-Скалы забвения, – ответил Овар. – Но вряд ли хозяин сидит там безвылазно несколько дней. Поэтому остается второе – королевский дворец. По одиночке придворные маги хозяину и в подметки не годятся, но если они объединятся… кто знает, что они могут сделать по приказу короля.

Уняв эмоции, я отрицательно качнула головой:

-Адмирал Рей незаменим, и король об этом знает. Он не причинит ему вреда, даже если Эртан преступит черту. Может быть, они сейчас надежно прячут последний осколок кристалла, полученный в Скалах забвения, или решают какие-то другие вопросы…

Под «какими-то другими вопросами» следовало понимать меня саму. После того как адмирал нарушил прямой приказ короля – не схватил меня, чтобы доставить во дворец, а укрывал и защищал, глупо думать, что его погладят по головке и все простят. Несмотря на то, что он действительно незаменим, особенно в нынешние смутные времена, просто так его своеволие король точно не оставит.

-Вот и к нам королевские стражи ломились, – неприязненно добавила госпожа Явиа. – Даже из сыска магов присылали! Таскались и таскались сюда все, кому не лень, только вот сегодня вроде как утихомирились. Все вынюхивают что-то, вынюхивают, пыжатся, а внутрь попасть не могут. Эртан здесь таких щитов понаставил, что защита получше, чем в гномьем банке будет!

Я вздохнула – учитывая, что одному капитану пиратов удалось проникнуть в самое охраняемое хранилище того самого гномьего банка, слова госпожи Явии успокаивали не слишком.

-Нужно что-то делать… – лихорадочно соображая, проговорила я. – Должен ведь существовать способ выяснить, что происходит! Я переоденусь, накину плащ и пойду в город, послушаю, что говорят. Может и во дворец пробраться получится…

Глава 2

Первой мыслью было вернуться домой, но я этот порыв подавила и продолжила путь к рынку. Реши Шатх меня поймать, он мог благополучно это сделать в любой части города, в том числе и по дороге к дому Эртана. Слухи обо мне, ходящие среди простого люда, меня не удовлетворили, и я хотела узнать больше. Конечно, вряд ли широким массам будет достоверно известно, где в настоящий момент находится адмирал, но я надеялась, что мне повезет узнать хоть какие-то минимальные сведенья.

Фэкс теневого охотника тоже почуял, но вряд ли понял, кто именно заставил его инстинкты предупредить об опасности. Заметив, что гнолл ощерился и, обнажив клыки, приглушенно зарычал, я мягко тронула его за загривок, и вот теперь мы удалялись от сквера – он снова бежал впереди, а я следовала за ним, держась на некотором расстоянии.

Погода была сырой и промозглой. Здесь, в столице, мороз стремительно сдавал позиции, напоминая, что уже скоро наступит долгожданная весна. Это в Сумеречье – на нашем извечно холодном, суровом острове с ее официальным приходом почти ничего не менялось, а в Нортегаре холода порой очень быстро уступали дорогу первому теплу.

На рынке, как всегда, царило особое оживление. В любом городе, в любом государстве, если вы хотите узнать последние сплетни – отправляйтесь именно сюда, в это пестрое скопище разномастных местных жителей и ароматов. За пищей духовной на спектакли могут прийти немногие, а вот пища телесная требуется всем.

Оказавшись меж торговых рядов, я почувствовала себя несколько спокойнее. Такое окружение было мне привычно и хорошо знакомо – не даром столько времени проработала торговкой в рыбной лавке.

Великое поднебесье, да происходило ли это когда-то на самом деле? Может, вся та, оставшаяся далеко позади жизнь, мне только приснилась? А ведь и прошло-то с тех пор всего несколько месяцев…

Пытаясь выделять среди общего гомона отдельные реплики, я медленно продвигалась к рыбным рядам. К ним меня тянула вовсе не сомнительная ностальгия по отнюдь не славному прошлому, а сбывающие свежий улов рыбаки. На по счастливой случайности забредших на рынок моряков рассчитывать не приходилось, так что если кому из здесь присутствующих и было известно о теперешней ситуации на море, так это рыбакам.

Мне удивительным образом повезло. Стоило приблизиться и, слившись с прочими покупателями, сделать вид, что рассматриваю разложенную на прилавке синеводку, как до меня донесся голос одного из выгружающих ее рыбаков:

-И флотилия в порт вошла, клянусь поднебесными!

-Тебе бы пить поменьше, – хмыкнул торговец.

-Да ни в одном глазу был! – заверил, оскорбившись, рыбак. – Как есть говорю! Только сегодня на рассвете все корабли и вернулись, что несколько дней пропадали! А впереди всех – сама «Эстрелия», только потрепало ее знатно, как и прочие суденышки… Да и не я один видел, вон все моряки тебе то же расскажут! Скоро все узнают!

-Да что узнают-то? – торговец показательно сложил руки на груди. – Ну ходило где-то сразу полфлота несколько дней, ну вернулось с повреждениями. Чай, не война началась – не то бы уже все об этом только и трезвонили!

-Тьфу! – не выдержав, с досадой сплюнул рыбак. – Дурак ты, али притворяешься? Да уж кристалл душ с некромантами да пиратами до него охочими пострашнее войны будут! Помяни мое слово, скоро такая заваруха начнется, что все мы на дно пойдем!

-Тьфу на тебя! – теперь сплевывал торговец, причем трижды, чтобы уж наверняка. – Пускай шишки важные об этом пекутся, а мне вон рыбу продавать надо. И тебе голову забивать не советую. У нас народу только дай повод – такую панику разведут, что мама не горюй! А кому от этого легче? Все равно мы, люди простые да смертные, ничего сделать не можем, так чего зря переживать? Каждый своим делом заниматься должен, вот пусть наш адмирал с морем да кристаллами и разбирается.

Я так заслушалась, что незаметно для самой себя подошла к говорящим практически вплотную, а упоминание адмирала заставило непроизвольно вздрогнуть.

-Тебе чего? – заметив мое близкое присутствие, осведомился торговец.

-Рыбу вот выбираю, – не растерялась я. – Хозяйка на рынок послала. Выбери, грит, самую лучшую! Уж больно она привередливая, а сыночек-то хозяйский уху страсть как любит…

 -Ну-ну, – фыркнул торговец в пышные усы. – Гляди, выбирай, у меня лучшая рыба на всем рынке!

-Погоди-ка, – внезапно вставил рыбак, как-то излишне пристально меня рассматривая. – Что-то лицо у тебя больно знакомое…

На короткое мгновение сердце буквально ушло в пятки. Запоздалая догадка, что повсюду могут быть развешаны мои портреты, заставила похолодеть, но я быстро взяла себя в руки.

-Конечно, знакомое! – улыбнулась во все тридцать два. – Мы же на набережной постоянно видимся. Я там каждое утро хожу, и вас тоже сразу заприметила! Сразу видно – настоящий морской волк, видный такой…

   Рыбак тут же приосанился, явно почувствовав себя польщенным, и подозрительность медленно сошла с его лица. Чтобы снова не вызывать подозрений, я купила пару синеводок на те деньги, что мне предварительно вручил Фэкс, и, только отойдя от прилавка, облегченно выдохнула.

Глава 3

Все же иметь пусть во временных, но союзниках теневого охотника было удобно. Не нужно разгуливать по городу пешком, рискуя быть узнанной, а всего-то и требовалось, что позволить ему вновь набросить на нас тень, перенеся прямо в дом Эртана. Строго говоря, с этим тоже возникла проблема. Дом окружала непробиваемая защита, преодолеть которую Шатх не мог. Проникая внутрь, он рисковал не меньше, чем я, когда выходила наружу, используя артефакт. Но мне доступ в дом был открыт, а поскольку теневой охотник шел с моего позволения, то и его барьер пропустил. Оставалось надеяться, что Эртан меня не убьет за то, что впустила в его самое надежное убежище такого гостя…

У меня имелись подозрения, что вся наша сделка изначально затевалась ради проникновения в этот дом, но, как бы то ни было, обратного пути уже не существовало.

-Фридочка, вернулась! – обрадованно встретила меня госпожа Явиа. – А я уже испережива…

Она резко осеклась, и в прихожей повисла звенящая тишина. Было слышно, как по окнам молотят капли начавшегося дождя, а проезжающий мимо извозчик понукает лошадей.

-Фрида, – первым нарушил молчание Овар, голос которого звучал вкрадчиво и настороженно. – Не хочу ни в чем тебя упрекать, но… что здесь делает последователь Нагхара?

 -Он не причинит вреда, – готовая к такому приему, как можно увереннее произнесла я. – Теневой охотник поможет моему папе и уйдет.

От дальнейших расспросов подчиненные души воздержались, но я чувствовала их молчаливое осуждение. Однако испытывать какие бы то ни было сомнения и уж тем более угрызения совести больше не собиралась. Вместо этого, проводив Шатха в гостиную, с помощью Фэкса переместила туда и папу – все-таки впускать теневого охотника в мастерскую Эртана было бы слишком.

 Разместив папу в кресле, я встала около него и, сдерживая волнение, посмотрела на того, кто намеревался ему помочь. Я хорошо помнила свои попытки воссоздать плетение, соединяющее тело и душу. Это было невероятно сложно, как если бы требовалось связать изящное мелкое кружево – нить к нити, без малейших погрешностей, идеально, иначе ничего не выйдет. Только, в отличие от вязания, работа с невесомыми и невидимыми материями требовала куда большего мастерства, которого у меня не было.

Шатх встал рядом с папой и словно превратился в каменное изваяние. Он не шевелился, не поднимал рук, не пытался коснуться – шевелились лишь клубы дыма, выползающие из-под его черного плаща.

Время шло и, казалось, ничего не происходит. Папа оставался все таким же безучастным, теневой охотник стоял, не шелохнувшись, Овар с госпожой Явией продолжали хранить молчание. Наверное, я бы не выдержала и нарушила гнетущую тишину, спросив, получается ли у Шатха что-то исправлять, если бы не чувствовала его магию. Темная энергия была буквально осязаема – сильная и сконцентрированная, она набрала такую мощь, какой прежде от теневого охотника я еще не ощущала. Не видела глазами, но чувствовала самим своим существом, как рядом творится магия, родственная моей. Пусть Шатх не являлся некромантом, но он тоже черпал силы из Глубины, а возможности Награха и Лайра были во многом схожи.

Стрелки настенных часов отмерили час, два, два с половиной… Присев на диван, я не сводила с папы пристального взгляда и мигала через раз, боясь пропустить малейшие изменения, которых все еще не было. Ко мне уже начала закрадываться предательская мысль, что у теневого охотника все-таки ничего не выходит, когда папа внезапно покачнулся. В первое мгновение я подумала, что мне померещилось, но уже в следующее он активно заморгал и тряхнул головой, словно сбрасывая наваждение.

-Папа? – глухо позвала я, подавшись вперед и боясь поверить в удачный исход.

Он перевел на меня рассеянный взгляд, но уже через несколько секунд в его глазах появилась осмысленность.

-Фрида, – хрипло проронил он и, прокашлявшись, в непонимании осмотрелся по сторонам. – Что за…

-Теперь все будет в порядке, – произнес Шатх. – Уже к завтрашнему утру он окончательно придет в себя.

 Не успела я ответить, как охотник вновь замер, будто к чему-то прислушиваясь, а затем вновь обратился ко мне:

-Не забудьте о своем обещании, Фрида.

Сказав это, исчез, оставив после себя вскоре окончательно развеявшийся туман и запах горького пепла. С чем связан такой стремительный уход стало понятно уже меньше чем через минуту, когда я, не веря своим глазам, наблюдала входящего в гостиную Эртана Рея.

Мы не виделись считанные дни, а казалось, с момента нашей последней встречи прошла целая жизнь. Жизнь, наполненная темнотой и мраком, которые только теперь разогнал исходящий от него свет. Я замерла, боясь, что, пошевелившись, развею это видение, и он исчезнет. «Видение» тоже застыло, причем в явном изумлении, и не сводило с меня немигающих прозрачно-голубых глаз.

Я не выдержала первой и, опомнившись, поверив, что мне не мерещится, сорвалась с места, чтобы через несколько секунд повиснуть у него на шее. Эртан сжал меня в объятиях так крепко, словно от этого зависела его жизнь. Кажется, он тоже сомневался в реальности происходящего и, возвращаясь домой, никак не ожидал меня здесь застать.

-Фрида, – глухо выдохнули куда-то мне в волосы. – Как ты…

Глава 4

Леди Шарке, восседающая в гостиной, где традиционно встречали гостей, выглядела так же, как в нашу последнюю встречу – то есть, безупречно. Аристократка до мозга костей, надменная, чопорная, холодная, она не проявляла никаких эмоций, и лишь глаза выдавали ее напряжение.

-Итак, чем обязаны? – спросил Эртан, приобняв меня за талию.

Больше в присутствии этой… леди я особо не нервничала, а благодаря его жесту и вовсе успокоилась.

   -Аэлина пропала, – без предисловий сообщила леди Шаркэ. – Она не появлялась дома уже больше недели, и, насколько мне известно, в столице ее тоже нет. Я подумала, –ко мне обратился пристальный взгляд. – Вы можете знать, где сейчас находится моя дочь.

-Сожалею, но нет, – ровно ответил Эртан.

Ни к этой женщине, приходящейся мне родной бабушкой, ни к матери я теплых чувств не питала. Хотела промолчать, но совесть все-таки не позволила.

-Не знаю, как сейчас, но несколько дней назад она была в доме Тайлеса, – поделилась я. – Тайлес – это некромант, если вам неизвестно.

Судя по тому, как стремительно побледнело лицо леди Шаркэ, о Тайлесе она слышала и знала, какие отношения связывают его с Аэлиной.

-Ты… – голос леди дрогнул, выдавая волнение, но она быстро взяла себя в руки. – Ты с ней говорила?

-Нет, – сказала я правду и не отказала себе в возможности сыронизировать: – Можете ею гордиться, она не снизошла до разговора со мной. Впрочем… сомнительное достижение, учитывая, с кем она живет и кому оказывает поддержку.

На лице леди Шаркэ не дрогнул ни единый мускул, но не сходящая с него бледность говорила лучше всяких слов. За содействие темным магам, особенно некромантам, в лучшем случае давали пожизненный срок, но чаще все заканчивалось казнью. При всех своих недостатках, такой участи леди Шаркэ своей дочери явно не желала. Хотя, быть может, больше заботилась о своей репутации, на которую Аэлина бросала тень – не удивлюсь, если так оно и было.

 Выдержав недолгую паузу, наша гостья спросила:

-Я могу рассчитывать, что, если о Аэлине появятся какие-то новости, вы дадите мне знать?

-Разумеется, – кивнул адмирал. – В том случае, если мы можем рассчитывать на взаимность.

После того, как взаимопонимание в этом вопросе было достигнуто, леди Шаркэ не задерживалась. А следом за ней вознамерился уйти и Эртан, которому неожиданно пришло извещения из корпуса. В водах Сумеречья снова буйствовали потерянные души, причем на этот раз их было настолько много, что, даже объединившись, все наши отряды не могли им противостоять, потому и призывали на помощь ловцов из столицы.

 -Я с тобой! – завила категорично, готовая, если понадобится, вцепиться в Эртана руками, ногами и даже зубами, чтобы не сумел от меня отделаться.

К счастью, крайние меры не потребовались. Мне возразили лишь для проформы, после чего капитулировали и вывесили белый флаг. Переодеваться мне было не во что, так как форма осталась в доме Тайлеса, где ее у меня незаметно забрали, выдав несколько платьев, одно из которых сейчас и было на мне. Что ж, по крайней мере, оно удобное и темное, а если накинуть поверх плащ, то можно и вовсе стать незаметной.

Подумав так, я скептично хмыкнула. Незаметной, ага. И вот совершенно никто не догадается, что за особа, скрывающая лицо, ошивается около адмирала.

Я надеялась, что столкнуться с сослуживцами мне не придется.  Не сейчас, когда прошло еще слишком мало времени с тех пор, как они узнали, что я обладаю некромантией. Конечно, можно было вовсе никуда не идти и остаться дома, но я понимала, что спокойно бездействовать не смогу. Хотелось делать хоть что-нибудь, помогать в меру своих сил и чувствовать себя полезной.

Прежде чем переместить нас на «Эстрелию», Эртан спросил, сохранилась ли привязка ко мне Дымка. Я честно ответила, что в последние дни он не появлялся, и его присутствие больше не ощущается.

-Разве это не потому, что ты ослабил связь со всеми подчиненными душами? – уточнила я, заметив, как он помрачнел.

Эртан отрицательно качнул головой:

-Я бы никогда не стал лишать тебя такой защиты и способа узнать, где ты находишься. И я тоже его не чувствую. Либо он исчерпал все силы в Скалах забвения, что вообще-то маловероятно, либо на вашу связь повлиял Тайлес.

Что стало с Дымком в последнем случае, я и представить не могла. За последнее время успела сильно к нему привязаться, и сейчас его отсутствие в большей или меньшей степени ощущалось постоянно, заставляя искренне за него переживать.

Выпускать меня из дома без дополнительной защиты, Эртан отказался наотрез. Наполнение магией кольца было процессом небыстрым, поэтому он решил привязать ко мне еще одну из своих подчиненных душ. Это много времени не заняло, и уже буквально через несколько минут я ощущала рядом едва уловимый холодок. В отличие от Дымка, эта потерянная душа оставалась невидима, не принимая никакого подобия материальной формы – как, в общем-то, и положено потерянным и подчиненным душам.

-Вы бы хоть пирога с собой взяли! – голосом сердобольной родительницы посетовала госпожа Явиа.

Глава 5

Несмотря на то, что чувствовала я себя значительно лучше, если не сказать – пребывала в полном порядке, Эртан настоял, чтобы я хотя бы полчаса отдохнула в каюте. Меня хватило минут на пятнадцать, не больше, поскольку на палубе явно происходило что-то интересное. На борту «Эстрелии» собрались все капитаны, и я подозревала, что Эртан отправил меня вниз не только потому, что мне якобы требовался отдых, но и чтобы оградить от возможных неприятных высказываний в мой адрес.

На палубу я поднималась тихо и крадучись. Быть замеченной сейчас не хотела, а вот послушать, о чем они говорят стоило.

-Почему вы прибыли так поздно? – в голосе адмирала звучал лед.

Незнакомый мне капитан, видимо, только что прибывший из столицы, напрягся, но ответил твердо:

-Потерянные души отрезали нам путь. Мы не могли пробиться через такое скопище к барьеру и оказать вам помощь в его укреплении.

-Этого от вас и не требовалось, – поразительно, как те, к кому обращался Эртан, еще не превратились в ледяные статуи. – Я отдал четкий приказ – отлавливать потерянных с тыла. Они не обращали ни что внимания, сосредоточившись на пробивании барьера. А вы просто стояли, держась от них на расстоянии, и не делали ровным счетом ничего.

-Мы боялись…

-Вы – что? – перебил адмирал, тоном которого теперь можно было заморозить никогда не замерзающее Сумеречное море.

На этот раз ответа не последовало, и Эртан все с тем же ледяным спокойствием произнес:

-Вы разжалованы, капитан Рейлан, до звания рядового ловца.

-Но вы не можете! – забывшись, воскликнул тот. – Моя сестра…

-То, что ваша сестра замужем за придворным магом, не дает вам никаких привилегий, – с нажимом отрезал адмирал. – Вы приносили клятву и обязаны подчиняться моим приказам. Даже если я отправлю вас на верную смерть, ваша задача их исполнять!

-Так же как вы исполняете приказы короля, защищая Фриду Талмор? – этот голос, принадлежащий капитану Вагхану, я узнала сразу.

 Это была неслыханная дерзость, повлекшая за собой недолгую, но очень выразительную тишину. Я напряглась, где-то глубоко внутри чувствуя укол обиды. Да, я прекрасно знала, что капитан Вагхан крайне принципиален во всем, что касается пиратов и носителей темной магии, поэтому ожидала такой реакции. И все равно стало горько, ведь я искренне его уважала и не хотела, чтобы и он, и Сильвия, и остальные сослуживцы испытывали ко мне неприязнь и презрение.

-Вы забываетесь, капитан Вагхан, – отстраненно произнес адмирал. – Мои с королем взаимоотношения не касаются ни вас, ни кого бы то ни было из присутствующих. И все же ставлю вас в известность – этим утром мы с Его Величеством пришли к соглашению. Отныне всяческое преследование Фриды Талмор будет остановлено, согласно высочайшему королевскому указу. Если кто-то попытается ей навредить, он не только будет иметь дело лично со мной, но и понесет соответствующую уголовную ответственность. Советую вам всем хорошо это запомнить и принять. А вам, капитан Вагхан, еще и донести до своих подчиненных. Поскольку в ближайшее время Фрида вернется в Морской корпус Сумеречья – и не только как ловец, но и как особа, которую необходимо тщательно защищать.

Не берусь сказать, кто таким новостям удивился больше: капитаны или я.

Мне предстоит вернуться в Морской корпус? Да еще и в ближайшее время? Чего-чего, а такого я точно не ожидала… хотя не могла не признать, что Морской корпус Сумеречья всегда являлся самым надежным пристанищем. Оплотом, защищающим своих. Вот только будут ли там считать меня «своей» после всех последних событий – большой вопрос. Ведь сам Эртан сказал, что в Корпусе сейчас царит раздор…

-Вы меня поняли? – нарушил мои размышления адмирал Рей. – Или стоит повторить?

Атмосфера накалилась. Я прекрасно понимала, что, даже исполни капитаны приказ, отношения ко мне это не изменит. Если это потребуется, они действительно впустят мня в корпус и даже будут защищать, но… по-настоящему не примут. Будут презирать и ненавидеть, и я буду оставаться предметом негласного внутреннего раскола.

-Ловец Талмор всегда может рассчитывать на поддержку и защиту нашего корпуса, – неожиданно выступил капитан Диатей, чей хрипловатый голос бальзамом пролился на мое сердце. – Мы чтим принесенные клятвы, и пока ловец Талмор не сделала ничего, что нарушило бы клятву, принесенную ею. Она такая же часть нашего корпуса, как и все мы.

-Вынужден напомнить, что она использовала темную магию и связалась с пиратами, – возразил капитан Вагхан. – Это ли не нарушение клятвы ловца?

-Использовала темную магию? – в интонации капитана Диатея угадывалась усмешка. – Она кого-нибудь убила? Натравила поднятую нежить? Нет. Она использовала данную ей от рождения силу лишь для того, чтобы достойно нести взваленное на ее плечи бремя и следовать данной клятве. Связалась с пиратами? Насколько мне известно, капитан Вагхан, вы тоже имели удовольствие лично беседовать к Кайером Флинтом. А ваша подопечная – Сильвия Уилград даже некоторое время фактически жила с ним под одной крышей, скрываясь на Сумеречной жемчужине. Так не хотите ли вы сказать, что ловец Талмор хуже ловца Уилград только потому, что ей не повезло с родней? Или у вас двойные стандарты, капитан Вагхан?

Глава 6

В Морской корпус мы отправились этим же утром, хотя несколько позже, чем планировалось. Как я ни убеждала, что со мной все в порядке, Эртан настоял, чтобы я полежала еще хотя бы час… а я взяла и, незаметно для самой себя, снова заснула. Проснулась ближе к обеду и на этот раз – без малейшего намека на усталость и боль.

Когда пошла умываться и глянула в зеркало, едва в очередной раз не потеряла сознание… это я преувеличиваю, конечно, но все же. Назвать меня «красавицей» сейчас мог разве что только слепой, а вот насчет потерянной души Эртан был прав.

«Немочь бледная», – пришла на ум одна из фразочек, какими меня обычно одаривали привязанные к комнате в корпусе сирены. – «Доходяга ундинистая».

Впрочем, с учетом обстоятельств, «ундинистую» можно вполне заменить на «некромантскую».

И тем приятнее было понимать, что даже в таком виде: чрезмерно бледная, с не сходящими с лица следами усталости и растрепанными волосами я все равно кажусь Эртану привлекательной. Слова могут обманывать, а вот взгляд – нет. И то, как он смотрел на меня, говорило о многом. Наверное, это и есть самое ценное, когда тебя любят не за внешность и какие-то заслуги, а просто потому что ты – это ты. Такая, какая есть.

Перед возвращением в корпус я волновалась, но мое волнение и сравниться не могло с тем, что испытывала госпожа Явиа. Ее напряжение буквально витало в воздухе, и во всех комнатах то и дело раздавались взволнованные вздохи и нервные покашливания. Всегда собранная и уравновешенная экономка сейчас не находила себе места, если так можно сказать о потерянной душе.

-Госпожа Явиа, не переживайте, – попыталась поддержать ее я. – В Корпусе вам обязательно понравится!

 -Да я знаю, что понравится, – слова сопроводил еще один тяжелый вздох. – Только там ведь столько подчиненных душ. А я ни с кем из себе подобных в посмертии не общалась, если не считать Овара… 

Я улыбнулась:

-Уверена, вы со всеми тамошними обитателями найдете общий язык.

-Ага, и строить их начнете, – со смешком поддакнул Овар.

На самом деле никакой уверенности я н е испытывала. Обитающие в Корпусе души – те еще экземпляры, один Карк чего стоит… но подбодрить госпожу Явию хотелось.

Пока Эртан где-то пропадал, живые обитатели дома собрались за накрытым столом. Фэкс приготовил очень вкусное жаркое и джемовый пирог на десерт, но самым вкусным являлось наше общение. Мы говорили немного, но зато сама атмосфера между нами была теплой и по-домашнему уютной, как если бы мы все знали друг друга много-много лет.

Эртан вернулся к тому времени, как обед подошел к концу, и сходу попросил нас поторопиться. Я попрощалась с папой и Даффи, поочередно их обняв, а потом обняла даже Фэкса, который, неожиданно покраснев, пробормотал что-то о глупых телячьих нежностях.

Как происходит перемещение подчиненных душ из одного места в другое я не представляла, но когда привязка Овара и госпожи Явии к дому был разрушена, сразу это почувствовала. Дом в один миг будто утратил какую-то важную часть самого себя, даже запах в нем неуловимо изменился.

Потом был переход через уже практически родной белесый проем – и вот я стою среди знакомой комнатки, где ничего не изменилось. Даже немногочисленные вещи лежат там же, где я их оставила. На полу и мебели – небольшой, но заметный слой пыли. Но удивила вовсе не пыль, которой никогда прежде не было, а отсутствие приветствий, о которых я недавно вспоминала. Сирены молчали, и даже когда я позвала – не отозвались. Причины их молчания могли быть разными, но я была уверена почти наверняка, что дело в их изменившемся ко мне отношении. Они и раньше большой любви ко мне не питали, но то было сугубо из природной вредности, и их ругательства звучали как-то по-доброму, со снисходительной иронией.

Стало горько. Потерянные души не любят некромантов – это факт. Овар и госпожа Явиа – исключение.

Перед тем, как переместить меня сюда, Эртан спросил, не хочу ли я переехать поближе к нему, но от такого предложения я категорически отказалась. Между мной и сослуживцами сейчас и так пропасть, и бегство от проблем только ее углубит.

Я не желала показывать волнение и страх, хотя в полной мере испытывала и то, и другое. Сейчас было время обеда, но идти в обеденный зал мне не хотелось – и не только потому, что недавно поела. Тем не менее, затолкав трусливые позывы куда подальше, я решительно толкнула дверь и вышла из комнаты.

Я – ловец Талмор, и я не сделала ничего плохого, из-за чего мне должно быть стыдно! Поэтому я такая же часть Морского корпуса, как все остальные. И никакая темная магия этого не изменит!

Твердо уверившись в таком мнении, я шагала по коридорам, окропленным светом морских светлячков. Светлячки привычно облепляли стены и высокие потолки, указывали путь и разгоняли темноту. Время только близилось к вечеру, а за окном уже сгустились знакомые синеватые сумерки, ворующие дневной свет. Начался мелкий снег – хоть весна стояла на пороге и практически стучала в дверь с призывом отворить, в Сумеречье все еще правила суровая зима.

Одержав верх над волнением и страхом, я направлялась в обеденный зал и уже почти до него дошла, когда внезапно началось нечто странное. Морские светлячки вдруг отлепились от стен и замельтешили прямо у меня перед носом. Это продолжалось несколько секунд, после чего они снова вернулись на стену и образовали собой светящуюся стрелку, указывающую в обратном направлении.