Свадебный сюрприз

Алина смотрела на себя в зеркало и с трудом сдерживала рвотный позыв. Нет, платье было прекрасным. Итальянское кружево, ручная работа, корсет, утягивающий талию до осиной. Бриллианты в ушах (четыре карата, между прочим!) отливали холодным голубым огнем. Фата, легкая, как облако.

И всё это великолепие висело на ней, как на пугале.

— Алиночка, ну что за кислая мина? — мать, Надежда Ивановна, порхала вокруг неё, как коршун над перепелкой. — Спину выпрями! У тебя не похороны, а свадьба! Максим вон какие деньги отвалил! Ресторан «Царский»! А тамада! Из самой Москвы, снимался в каких-то передачах! Люди б за такого мужика своими зубами грызлись, а ты нос воротишь.

— Мам, я не ворочу, я задыхаюсь, — прошептала Алина, чувствуя, как корсет впивается в ребра. Ей казалось, что это не свадебное платье, а смирительная рубашка, сшитая на заказ.

— Не кряхти! — шикнула мать, ловко закалывая невидимую складку. — Шанс тебе выпал! Золотой билет в жизнь! У Максима автосалон, квартира в центре, он тебя на руках носить будет. Не пьет, не бегает по клубам... — мать сделала многозначительную паузу, — ... идеал! Для нас с отцом, для твоих подруг, которые сейчас от зависти лопнут. Для всех он идеал.

«Кроме меня», — подумала Алина.

Максим — человек-калькулятор. Даже когда дарил ей кольцо, он смотрел на её палец, как на витрину: «Тебе повезло, это лимитированная коллекция». От его идеальности, дорогих часов и начищенных ботинок веяло таким ледяным сквозняком, что хотелось укутаться в плед и молчать.

Алина закрыла глаза и тут же увидела Игоря. Не в дорогом костюме, а в своей старой потертой рубашке, с въевшимся машинным маслом под ногтями. Тот, ради которого внутри всё переворачивалось и начинался пожар. Обычный менеджер, с ипотекой до гробовой доски и зарплатой, про которую мать сказала: «На что вы жить будете, на любовь? Любовью в магазине не расплатишься».

И вот за пять минут до выхода, когда сердце колотилось где-то в горле и грозилось пробить кружева насквозь, Алина схватила телефон. Пальцы дрожали. Она написала сообщение Игорю:

«Я не могу. Это ошибка. Забери меня отсюда. Я выйду через черный ход».

Ответ пришел через секунду. Одно слово: «Жду».

Алина вышла на улицу и без оглядки пошла к машине Игоря. Открыла дверь, и буквально рухнула внутрь. Сердце колотилось где-то в ушах, заглушая звуки улицы. Казалось, сейчас оно просто проломит грудную клетку к чертям.

— Всё! — выдохнула она, хватая ртом воздух. — Я сбежала.

Она прильнула к нему и поцеловала в губы, с жадностью, будто не видела его несколько лет. Но его губы были холодны. Она ждала, что он схватит её в охапку, сломает корсет своими неуклюжими, такими родными руками, зацелует и скажет: «Наконец-то!»

Но Игорь смотрел на неё странно.

Нет, не радостно. Не испуганно. Не так, как смотрит мужик, за которым только что пришла любимая женщина в фате, отказавшись ради него от бриллиантов.

Он смотрел... растерянно. Как будто ему только что вручили гранату с выдернутой чекой.

— Дура, — тихо, но отчетливо сказал он.

Смех Алины оборвался, подавившись собственным звуком.

— Что?

— Ты дура, Алин. — Он не смотрел на неё, он смотрел прямо перед собой, на лобовое стекло, за которым маячило здание ЗАГСа, похожее сейчас на декорацию к фильму ужасов. — Ты хоть понимаешь, что ты натворила?

Она не понимала. Совсем. Мир только что перевернулся для неё с ног на голову и встал на нужное место. А он...

— Игорь, ты чего? — голос предательски дрогнул, в нем зазвенела первая льдинка паники. — Ты чего несешь? Ты же сам... ты же говорил! Говорил, что любишь! Что хочешь быть со мной! Что Максим тебе вот здесь сидит! — она ткнула пальцем в область его шеи.

— Хочу. — Он нервно потер переносицу, сильно, до красноты. Потом потер лоб, потом глаза. Казалось, он пытается стереть с лица реальность. — Конечно, хочу. Но не так, Алина!

— А как? — прошептала она, чувствуя, как корсет превращается в раскаленные тиски.

— Ты с ума сошла?! — он резко повернулся к ней, и в его глазах она впервые увидела не нежность, а раздражение, граничащее с паникой. — Максим — это твой билет в жизнь! Это не просто квартира, это ЛИФТ в жизнь! Это деньги, это статус, это... это всё, о чем можно мечтать!

— Это не любовь, Игорь! — закричала она, и слезы, которые она сдерживала последний час, хлынули, потекли тушью по щекам. — Это клетка! Я в ней задыхалась! Без тебя задыхаюсь!

Игорь дернул щекой, усмехнулся.

— Любовь, — выплюнул он это слово, как жвачку. — Ты что, в сказки до сих пор веришь? Сначала надо, чтобы у тебя было всё. Понимаешь? ВСЁ! Квартира, счет в банке, норковая шуба. А потом... потом мы бы что-нибудь придумали. Ты выходишь за него, живешь годик, привыкаешь к красивой жизни. А через год... ну, мало ли. НЕ сошлись характерами. Он же бизнесмен, ему скандалы не нужны, он бы откупился. Нам бы этих денег на десять лет вперед хватило! Это схема, Алина! Рабочая схема! А ты...

Алина смотрела на него и не узнавала. Будто в машине сидел чужой человек, который просто надел маску её Игоря. Тот Игорь, который дарил ей ромашки и говорил, что готов на всё, рассосался, испарился, оставив после себя только этот ледяной, расчетливый взгляд.

— Ты предлагаешь мне выйти за него ради денег? — выдохнула она, чувствуя, как внутри всё обрывается. Не бабочки, а дохлые мухи посыпались вниз.

— Я предлагаю тебе включить голову, — отрезал Игорь. — Хватит уже жить эмоциями. На эмоциях далеко не уедешь, особенно в этой жизни.

— Но ты же говорил...

— Я много чего говорил! — перебил он. — Я говорил, что люблю. И люблю, кстати. Но любовь любовью, а жрать что-то надо! Ты хоть представляешь, сколько я получаю? Тебе на салоны красоты не хватит, не то что на шубы! Сейчас ты уйдешь со мной, и у тебя не будет НИЧЕГО. Ни денег, ни квартиры, ни меня в конце концов!

— Почему не будет тебя? — Алина почувствовала, как холод ползет по позвоночнику.