Сверхмашина

Глава 1. Игры закончились

Холодный пол под щекой был возмутительно гладким, чистым и пах фиалками. Совершенно дикий запах, вызывающий тошноту и твердую уверенность: если ей все же удастся сбежать, любой мужчина, подаривший ей к восьмому марта эти цветы, будет предан немедленной анафеме.

С момента ее падения прошло всего несколько мгновений, но Нате показалось, что прошла уже целая вечность. Она не была уверена, что в бокале вина действительно был яд, что подозрительный запах ей не почудился. В этой тишине, растягивающей нервы жевательной резинкой, девушка особенно отчетливо представила, как Самсонов смотрит на нее сейчас с совершенно искренним изумлением. Пауза затягивалась, осколки разбитого бокала под рукой кололи ладонь, не двигаться становилось все тяжелее...

– Наталия, Наталия, вы слишком долго бегали. – в голосе Самсонова прозвучала легкая усмешка. – А я потратил слишком много сил на ваши поиски. Думаю, вы и сами не стали бы спорить с тем, что всякая работа должна быть оплачена. А раз уж работал я, платить придется вам.

От звука этого голоса хотелось скрыться, зажать ладонями уши, содрать с себя кожу, только бы избавиться от того мерзкого липкого чувства, которое он приносил. Но Ната усилием воли заставляла себя лежать без движения и даже дышать как можно тише.

– Думаю, вы, как молодая и здоровая женщина, своей стоимостью покроете все мои растраты... – снова раздался голос Самсонова, а после и звук его шагов.

Сквозь полуприкрытые веки Ната видела, как приближаются его дорогие ботинки, ощущала, как обмирает в груди сердце. В миг, когда они остановились почти у ее лица, Ната ощутила себя мертвой по-настоящему. От ужаса и напряжения, которые сковали холодом все тело.

И снова жуткое чувство замедленной съемки и совсем уж неуместное желание отлучиться с места собственного убийства по-маленькому. От страха и холода последнее крепло. Когда же каким-то пятым чувством Ната ощутила, что Самсонов склонился к ней, она поняла, что смерть без конфуза не обойдется.

От резкой трели звонка телефона «труп» Наты едва не дернулся. С трудом удалось сдержаться, за что минутой позже судьба ее наградила.

Мгновенно отступив к столу, Самсон ответил на звонок.

– Сейчас буду.

Этот отрывистый, машинный тон уже не вызывал того мерзкого чувства гадливости. Нет. От него веяло ужасом и безысходностью, которые может внушить неуправляемый грузовик, несущийся на простого пешехода. Машину не остановить, не переубедить, не разжалобить.

Что уж говорить о сверхмашине.

По-прежнему стараясь не выдать себя дрожью, Ната напряженно закусила щеку, следя взглядом за ногами Самсонова. Те на миг снова приблизились к столу и, не задерживая там владельца, понесли его прочь к выходу из кабинета.

Обычные ноги обычного человека, несущие обычное тело и обычный набор периодической системы Менделеева. Но обычным этого человека нельзя было назвать.

Выждав еще несколько мгновений после того, как дверь закрылась, Ната медленно поднялась на ноги.

Обычные люди не превращают других людей в мишень, товар или скот.

Замерев и напряженно прислушавшись, Ната вперила взгляд в дверь.

– Вызови Стаса и Джона. Скажешь, что у меня в кабинете товар, который нужно отправить на склад. Лавров знать не должен.

Расслышать эти слова, пусть и приглушенные закрытой дверью, не составило труда. Ответный щебет секретаря Нату уже не интересовал.

Стряхивая оцепенение, девушка осторожно, стараясь не шуметь, поднялась, быстро осмотревшись. Огромный, безликий, серый кабинет не казался страшным, но, тем не менее, навевал ассоциации с пыточным залом.

Сжав губы, Ната первым делом бросилась к дальнему шкафчику, хватая с полки свой потрепанный рюкзак. Соображать нужно было быстро, что бывшая журналистка и делала...  Пусть и не совсем логично, ведь вместо выхода бросилась к компьютеру Самсонова.

На подсоединение флешки и установку незаметной программки ушло не больше нескольких минут, за которые Ната успела снять со стены грамоту в рамке и схватить со стола графин.

«Если выживу – голову положу, чтобы тебя, сволочь, засадить!» – мрачно подумала девушка, забирая флешку и бросаясь к двери.

Вот здесь пригодилась рамка, которую Ната тотчас запустила через комнату и замерла за дверью с поднятым графином. Ждать пришлось недолго.

Уверенная, что «товар» шуметь уже не может, секретарша почти мгновенно заглянула в кабинет начальника.

Невысокая, с ладной фигурой, смазливым личиком, идеальным макияжем и маникюром, на Нату, которую не так давно вводили в этот кабинет, она косилась с брезгливостью. И отчасти из-за этого обрушить графин на ее голову оказалось чертовски приятно. Девушка и вскрикнуть не успела, кулем повалившись на пол.

Не медля, Ната склонилась, чтобы оттащить ее чуть в сторону, где бесцеремонно стащила с нее пиджак и юбку.

Потрепанные джинсы и спортивного вида куртка были слишком приметными, поэтому объемную куртку пришлось бросить, а джинсы невесть зачем затолкать в рюкзак.

Уже в приемной, схватив со стола еще и сумочку невезучей секретарши, Ната стянула с волос резинку.

Самая легкая часть плана оказалась позади. Курица обезврежена, осталось выбраться из желудка дракона. Тяжелее всего оказалось не нервничать, когда в коридоре встретились первые люди. Никогда еще простая любезная улыбка не давалась ей так тяжело, и Ната искренне надеялась, что та не выглядит слишком уж жалкой. Чем ближе был лифт, тем больше сил она прилагала, чтобы держать себя в руках. Напряжение росло, нервы сдавали, от собственной наглости начинало тошнить и, совсем уж не героично крутить живот.

Совсем плохо стало, когда из лифта, к которому выводил коридор, показались двое. Высокий, худощавый молодой мужчина с тонкими усиками и щегольски зализанными волосами, и шкаф американской сборки. Безошибочно опознав «транспортировщиков», «товар» машинально, особенно даже не думая, рванул ручку одной из дверей, скрываясь за ней. Быстро осмотревшись и убедившись, что зал, в который она ввалилась, пустует, Ната мгновенно привалилась к двери, прислушавшись.

Глава 2. Когда друг оказался вдруг не друг

Горячая ванна без тараканов и длинной очереди страждущих вытолкать тебя оттуда – сущее благословение. Немного отогревшись, Ната не стала зря терять времени и прямо из ванной коротко обрисовала ситуацию. Обрисовка уложилась в несколько фраз:

«У меня компромат на Самсона, но его надо толкнуть. В сеть залить не вариант – примут за фейк. Поможешь?»

Два раза Николкина просить не пришлось. Тот лишь буркнул, что подумает, что с этим можно сделать и оставил журналистку отмокать за что получил плюсик в карму.

Блаженно щурясь, постепенно оживая, Ната сполна наслаждалась теплом, нескоро, но все же выбравшись из воды. Взъерошив мокрые волосы, девушка завернулась в полотенце и решительно вытерла зеркало.

Увиденное немного да порадовало. Да, волосы топорщились все той же соломенной крышей, мокрой на этот раз, но лицо с порозовевшими щеками уже не напоминало покойничье.

– Ничего, я еще всех вас, гадов, переживу! – бодро пробормотала журналистка, принявшись сушить волосы полотенцем.

Окончательно ожив, Ната приоткрыла дверь и выглянула в коридор, чтобы попросить друга поставить чайник, но тотчас ее прикрыла и замерла. Блаженной неги после горячей ванной как не бывало, по телу прокатилась волна холода.

– Где она?

– В ванной. Тихо, сейчас сама выйдет, дверь мне выламывать не нужно! – пробормотал Петя.

И если его голос прозвучал куда тише, изменившийся до неузнаваемости, голос его собеседника звучал ровно и… До дрожи в коленях знакомо.

Максим Лавров – овчарка Самсонова.

Тихо выругавшись, Ната снова закрыла дверь и открыла кран. Под шум воды девушка растерянно замерла, пытаясь придумать, что делать. Мыслей было немного, вернее, только одна – бежать.

– Мусор же ты, Петюня… – едва слышно прошептала она, принявшись натягивать сухие брюки и свитер, которыми ее наградили.

– Наташ, ты там скоро?

Вздрогнув, едва не рухнув с наполовину натянутыми брюками, девушка метнула в сторону двери испепеляющий взгляд.

– Сейчас, голову домою и выйду, можешь чайник поставить? – постаравшись, чтобы в голос не пробрались рычащие нотки, бросила она.

– Эм… Да, конечно, – охотно отозвался он.

– Ага… – пробормотала девушка и на мгновение замерла, размышляя, что делать дальше.

Взгляд остановился на окошке. Достаточно небольшом, но в ее случае выбирать не приходилось. Когда за тобой охотятся пролезешь куда угодно хоть в игольное ушко.

Мысли с делом не расходились. Быстро намотав на голову полотенце, Ната схватила рюкзак и забралась на раковину, попытавшись дотянуться до окна. Дотянуться удалось, повиснуть на подоконнике удалось, а вот подтянуться – нет.

Остро пожалев, что в свое время отказалась от походов в спортзал, Ната отчаянно дернулась, скользя подошвами ботинок по гладкому кафелю. Ощущая себя лапшой, девушка до боли закусила губу, едва не плача от бессилия. Уже на пределе сил ей все же удалось опереться ногой о крючок для полотенец. Дальше дело пошло уже немного бодрее, хотя крючок под ногой и начал как-то угрожающе поскрипывать.

– Держись, родненький… – на выдохе прошептала Ната, рывком перевалившись через край окна на миг так повиснув.

Пока ее думающая часть зависла в теплоте дома, на миг опешившая от собственного везения вторая часть судорожно пыталась сообразить, как бы ей вывалиться, чтобы не в куст шиповника. Придумать ничего не удалось и Ната, рывком натянув капюшон, протиснулась в окно так кубарем и свалившись в колючие объятия.

Ветки стегнули по лицу, колючки больно впились в голые руки, но девушка только тихо зашипела. В несколько рывков распрощавшись с кустарником и парой клочков куртки, девушка рванулась к забору. Поначалу хотела лихо перемахнуть, но, оценив уныло покосившиеся в разные стороны деревянные секции, решила не рисковать. Плюхнувшись на колени, она раздвинула укоризненно скрипнувшие штакеты. Протиснувшись в образовавшуюся дыру, девушка едва не ткнулась головой в колесо машины.

– Понаставят здесь! – пробормотала она и, поднявшись на всякий случай дернула ручку.

Если подойдет хозяин – всегда можно попросить подвезти, если нет…

– Мне везет?

С недоверием окинув взглядом салон джипа, Ната остановила взгляд на ключах. Миг колебания и девушка скользнула в авто. В этой жизни нужно попробовать все, пусть потом даже будет немного стыдно.

– Или не будет… – подавшись к стеклу, у которого лежала пластинка удостоверения, Ната хмыкнула.

Этот волчий взгляд с фото мгновенно исцелил ее от стыда и девушка провернула ключ, заводя машину. Уже отъезжая, с горем пополам приноравливаясь к слишком большому для нее авто, Ната успела заметить выбегавших из дома Лаврова и своего бывшего друга Петю, но только уверенно наподдала газу.

Несколько минут в салоне царила тишина. За это время Ната успела сделать небольшой круг, твердо намерившись сегодня же убраться из города. Размышления, куда ей теперь направиться прервал телефонный звонок.

Удивленно приподняв бровь, девушка скользнула ладонью по соседнему сиденью. По звуку настойчивой вибрации удалось отыскать телефон с мигающей подписью вызывающего. Николкин.

– Аюшки? – чуть помедлив, все же ответила она.

– Я тебя убью.

Говорил явно не Николкин. Ната и представить не могла, чтобы полицейский смог изобразить настолько спокойный, но одновременно угрожающий тон.

– Не в этой жизни, – усмехнувшись, Ната просто сбросила вызов.

У нее была небольшая фора, а значит нужно было ею воспользоваться. И отыгралась журналистка сполна.

На странную девушку, что, припарковав джип на вокзале, вдруг проткнула его колеса ножом косились еще долго. Впрочем, когда она, лукаво улыбнувшись, сообщила, что это месть козлу-мужу часть взглядов стали понимающими.

Не задерживаясь, Ната бросилась к ближайшему ломбарду, где бессовестно заложила телефон Лаврова. С подвыванием взывая к совести работников ломбарда, она минутку потратила на выбивание повышения цены рублей на пять, чтобы хватило на билет к Беловодску. Убедившись, что здесь все внимание, которое могла привлечь она привлекла, Ната бросилась к кассе.

Глава 3. Ничего святого

– Ну давай, показывай, что у тебя есть.

Скривившись, Ната мрачно покосилась на немного посвежевшего Лаврова. После умывания лучше выглядеть он не стал, но хоть запекшуюся кровь оттер.

Несмотря на то что глаз мужчины уже начал заплывать, а, судя по выставленным на столик рядом с ноутом блистерам обезболивающих, еще и болеть, сочувствовать ему Ната не собиралась. Первым порывом вообще было показать ему не собранные материалы, а что-то из набора интернациональных жестов. Глубоко вдохнув, подавляя это желание, девушка решительно подтянула к себе ноут и удобнее устроилась на продавленном диванчике очередного хостела.

Не обращая внимания на пристальный взгляд Макса, Ната потянула с шеи шнурок с широким крестиком. Чуть повозилась, прежде чем удалось со щелчком раскрыть его, чтобы достать флешку.

– Святого у вас ничего нет, – констатировал мужчина, тяжело опускаясь на диван рядом с ней.

– Почему же, есть святой Гугл и Ворд. – возразила Ната, щелкнув по всплывшему окошку.

Дальше шутить расхотелось даже ей. Большая часть материалов была представлена унылыми отчетами со столбиками цифр и перечнем имен. Понять их без специалистов было сложно, но начала Ната именно с них.

– А это называется черная бухгалтерия. Все то, что шло мимо твоих ясных глаз и касалось торговли, наркотиками, людьми, оружием и даже черной трансплантологии.

Чуть нахмурившись, Макс подался вперед и скривил губы в скептической усмешке.

– Пока что это доказывает только то, что у тебя дохрена свободного времени. Такое и я тебе могу напечатать.

Глубоко вздохнув, Ната на миг взглянула на него. В профиль Лавров оказался очень даже ничего с его высоким лбом и прямым носом, который сейчас так и просил хирургического тычка. С трудом сдержавшись, Ната вернулась к ноуту, не став ничего доказывать. Вместо этого она открыла другую папку с видео.

Всего три файла, которые ей удалось раздобыть особенной четкость не радовали и в какое-то мгновение Ната напряглась. Что если этот осел снова выскажет категоричное «фе», вплоть до обвинения в том, что это она сама все снимала и актеров нанимала?

Но опасение было лишним. Первое же видео со склада, где смутно можно было различить края клеток и людей за ними, привлекло внимание Лаврова. Нахмурившись, мужчина подался вперед и впился взглядом в троицу знакомых мужчин.

Ната боялась зря. По отдельности фигуры на видео можно было принять за подделку, но не вместе. Высоченного Джона, ужимистые замашки Стаса, что держался позади начальника и, наконец, самого Самсона.

– Где ты набрал этих доходяг, – искаженный видео голос Самсона все же оставался узнаваем.

– Ну… То там, то тут… – развел руками его собеседник.

Узнать его сразу не удалось, но чувство, что где-то он его видел, Макса не покидало.

– По помойкам. – критично бросил Самсон, медленно шагнув вперед, вдоль решетки.

Шумно вдохнув, Макс просто притянул ноут к себе на колени.

– Утилизировать. Мы поставляем только качественный товар, а не это…

Видео оборвалось. На миг замерев, точно и забыв о Нате, Макс мрачно щелкнул по иконке следующего файла. Последние два видео касались торговли наркотиками и качество у них было похуже, но после них Лавров вдруг резко и грязно выругался.

На миг захлопнул ноут, прикрыв глаза. Еще до того, как он ушел на должность начальника охраны к Самсону, ему приходилось сталкиваться с местными наркоторговцами высшей лиги. Визуальная память у Лаврова была хорошей и даже на нечетком видео ему удалось различить знакомые фигуры.

В суде, возможно, такие записи и не стали бы доказательством, но для него этого было достаточно. Слишком много деталей сошлось, чтобы можно было и дальше отбрасывать слова журналистки.

Стараясь не шуметь, Ната затихла в уголке дивана. Видео были тяжелыми, но от внутреннего ликования сдержаться все равно не удалось. Поверил!

Переведя дыхание, Макс снова открыл ноут и запустил первое видео. Пересмотрел его несколько раз, пока вдруг не остановил на одном моменте.

– Ничего не напоминает? – коротко бросил он, ткнув пальцем в что-то блестящее в руке собеседника Самсона.

Чуть нахмурившись, Ната подалась вперед и сначала только растерянно пожала плечами. Округлое, наверно металлическое, похожее на…

– Фляжку… – тихо пробормотала она, подняв брови.

Такую же фляжку, с которой никогда не расставался Петька.

– Вот и мне этот мужик знакомым показался, – мрачно бросил Макс.

Закусив губу, Ната на какое-то мгновение ощутила себя дурой. Полной беспросветной дурой. Она просматривала это видео не меньше сотни раз, но так и не смогла узнать в собеседнике старого знакомого.

– Это же нужно было так подставиться… – не выдержав, простонала девушка просто закрыв лицо руками и шумно вдохнув.

Руки начали мелко дрожать от запоздалого страха. Какой кошмар, ведь ее могли просто застрелить по тихой грусти, чтобы не мешалась под ногами.

– Я, видимо, ошибся, – задумчиво протянул Макс, смерив журналистку взглядом. – Ты не просто крыса, ты крыса безголовая.

Отставив ноут, стоически проигнорировав гневный взгляд Наты, мужчина поднялся с места и подошел к окну.

– Ну, допустим, тушканчик, с зоопарком мы разобрались. Что нам теперь делать и за что тебя-то прикончить решили? – мрачно уточнила Ната, смерив взглядом напряженную спину мужчину.

Та разговорчивостью не отличалась, равно как и мимики в ней не наблюдалось. Пришлось ждать, когда Лавров все же соизволит развернуться к собеседнице.

– Конечно можно попробовать отыскать честного полицейского, – задумчиво начал Макс, просто проигнорировав скептическое фырканье Наты. – Но даже если найдем со связями Самсона его раздавить будет раз плюнуть. А значит пойдем другим путем. Даже у Самсона есть конкуренты и враги и я некоторых знаю, но для начала я хочу с ним поговорить сам. Мне нужно узнать, чем я ему так не угодил.