This is a very supernatural story
– Да что б тебя! – машу рукой, шипя как змея и проклиная всё на свете, в том числе кипящий чайник. Тот самый чайник, который я решила потрогать, чтобы проверить горячий он или нет.
Чайник был горячим. Да не просто горячим, а раскалённым до максимальной адской температуры. И я об этом знала, так как нажала кнопку "кипячение" ровно три минуты назад. Но, дурацкая привычка тыкать пальцем во всё и всех подряд, сыграла со мной злую шутку.
Кипя от негодования на саму себя, я все же заварила себе крепкий сладкий чай, случайно бухнув в него полсахарницы.
– Что за вечер-то такой? – захотелось выть от досады.
На улице метель: ничего не видно и жуть как холодно. А дома – пустыня Сахара: + 35 в тени и шпарящие верблюды-батареи с горбами, полными кипятка.
Сделав первый обжигающий глоток, я чуть не вылила на себя только что приготовленный напиток от неожиданности. В окно кто-то постучался. В окно на седьмом этаже, заметьте.
Поставив от греха подальше несчастный чай на стол, я тихонько подошла к окну. Сквозь прилипший к стеклу снег и лед было видно небольшую белую фигуру, упорно стучавшую клювом в окно. Не веря своим глазам, ушам и, в принципе, самой себе я поймала хмурый взгляд жёлтых круглых глаз.
В гляделки мы играли не долго. Сова (а это была именно она: белая, красивая и очень важная) со всей силы вновь принялась долбиться в окно.
– Букля! – очнувшись заорала я и распахнула ставни, запустив вместе с совой поток снега и холода.
Белая сова сделала круг почёта и приземлилась прямо на кухонный стол, спихнув злополучную кружку с чаем. Важно оглядевшись на 360 градусов, пернатая протянула вперед лапу с привязанным к ней свитком.
– Не может быть... – прошептала я. – Спустя столько лет, ты принесла мне ЕГО?
Дрожащими пальцами я развязала бечевку и вгляделась в изумрудную надпись на конверте.
"Mr. John Huevon
18—24 Swinton Street
London WC1X 9NX
UK"
Прочитав адрес, я посмотрела на сову, сова на меня.
– То есть ты считаешь, что я похожа на мистера... Мистера Джона Хуевона?
Сова моргнула, сделала круг головой и вновь невозмутимо посмотрела на меня своими жёлтыми кругляшками.
– Ну ладно, согласна, на Хуевона я может и похожа. Но на мистера? И вообще... Лондон??? Ты где-то немного не там свернула, дорогая. Я, конечно, хочу в Хогвартс, но менять пол, прописку и фамилию ради поступления я не готова. Хотя....
Сова вновь перевела на меня презрительный взгляд тугоёжика, нахмурилась и взмахнув крыльями перебралась на шкаф. Там она отвернулась и... уснула, видимо решив, что её долг выполнен.
– Интересно совы пляшут, – вздохнула я. Тыкать пальцем в сову, чтобы её разбудить, я не решилась. Пальцы мне ещё пригодятся. Придется временно приютить пернатую. Пусть отдохнёт, а завтра утром летит искать своего Хуевона.
И всё-таки жаль, что письмо из Хогвартса пришло не мне.
***
Дин Винчестер сидел напротив меня и причмокивал после каждого глотка чая. Очешуеть!
Бззз. Отмотаем на пять минут назад.
Дин Винчестер включает мой чайник. Сейчас самое главное — запомнить: никогда не мыть кнопку включения, к которой прикоснулся палец Дина.
Бззз. Отмотаем ещё на десять минут назад.
Я тупо пялюсь на мужскую спину, обтянутую культовой кожаной курткой Julian, пытаясь собрать себя и свои мысли воедино. Либо я сплю, либо я сошла с ума. Но факт остаётся фактом. Зайдя на свою кухню, я застала посреди неё стоящего ко мне спиной крепко сложенного мужчину в полном расцвете сил и сексуальности, ростом примерно 185 см, с коротко стриженными тёмно-русыми волосами и красивой зад… Стоп! Знакомый зад! Знакомая кожанка! Святой Кастиэль!!! Я точно сверханутая на всю голову!
– Блять! – ору я на всю квартиру, не придумав ничего лучше.
Дин разворачивается, улыбается… Он улыбается мне! Мне! Адские Псы! И говорит тем самым узнаваемым голосом Михаила Тихонова:
– Доброе утро, солнышко!
Доброе утро? Доброе утро! Надо что-то ответить.
– А где?.. – блею нервно я. – А где Букля?
Реально, где сова? Оставленной на ночь пернатой нет, а Дин – вот он, стоит и сверкает своей сексуальностью из всех щелей.
– Я и есть Букля.
Ответ доходит не сразу. Конечно, надо же сосредоточиться, а как тут сосредоточиться, когда краш всех твоих крайних двадцати лет стоит перед тобой.
– В смысле Букля? – думаю, чешу репу, снова думаю. – А сова где?
– Я и Букля, и Дин, и, если захочешь, сама Знаешь-Кто-всея-России. Я могу быть кем угодно – только попроси. Но в обмен на услугу.
Пытаюсь рассуждать здраво. Ладно, просто пытаюсь рассуждать.
– Оборотень, что ли?
– Типа того.
– А почему вчера был совой?